Текст книги "Игры с приведениями (ЛП)"

Автор книги: Элизабет Дир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 5 страниц)

7

ГАЛЕН

Когда Эбби приехала в «дом с привидениями» субботним вечером, я был готов к ее появлению.

Я рассчитал, что она прибудет примерно в то же время, что и в предыдущие два уикенда, и специально спланировал перерыв на этот час. Поэтому вместо того, чтобы пугать посетителей в комнате «Семи смертных грехов», размахивая бутафорским ножом в ожидании ее прихода, я воспользовался моментом, чтобы подготовить свое рабочее место. Карл – клоун, дежуривший у входа, – получил четкие инструкции.

От предвкушения у меня был каменный стояк. Приходилось изворачиваться как уж в этих чертовски узких джинсах, чтобы не выдать свое возбуждение всем посетителям и не обеспечить своему работодателю судебный иск.

Ровно через пять минут после 22.00 мой телефон завибрировал в кармане худи, которую Джош велел мне основательно «носить» перед первым рабочим днем.

Карл-клоун:

Какой идиот.

Но это был мой сигнал.

Надев маску и натянув на голову капюшон, я открыл дверь и нырнул под предупреждающую ленту, которой оградил эту комнату от посетителей. Проскользнул сквозь тени, жалея, что в этом наряде не предусмотрены легкие беговые кроссовки вместо тяжелых армейских ботинок.

Пробравшись сквозь толпу, поглощенную зрелищем «Ливня смерти», я наконец увидел ее.

Моя Эбби стояла у самого входа, с прямой спиной и решительным выражением на прекрасном лице. На ней была та самая короткая юбка, от вида которой у меня в прошлый раз снесло все предохранители, свободная темная футболка и неизменные беговые кроссовки.

А еще она распустила волосы – они волнами ниспадали чуть ниже ключиц.

Будто мой член мог стать еще тверже…

Я был настолько тверд, что мог бы забивать гвозди. А в груди разливалось теплое чувство при виде того, как она снова в своей стихии – с искренним азартом в глазах.

На прошлой неделе на работе она казалась рассеянной. Я приписал это себе, точнее, маске, под которой я трахал ее так жестко и основательно в прошлую субботу, что она еще несколько дней ходила словно в тумане.

Но после того, как ее бывший придурок заявился к ней уже во второй раз за две недели… весь ее боевой дух испарился. Она справлялась с работой, но замкнулась, стала тихой и отстраненной. Я дал ей необходимое пространство, уверенный, что снова увижу ее здесь, в «доме с привидениями».

А теперь ей предстояло отпустить все тревоги в объятиях своего монстра.

Эбби глубоко вздохнула и приготовилась к бегу.

Но шанса рвануть с места ей не досталось.

В одно мгновение я оказался рядом, перекинул ее через плечо и унес в свое логово.

– О Боже! – воскликнула она, вцепившись в ткань худи. – Что ты делаешь?

Я с силой шлепнул ее по ягодицам, и она взвизгнула. Затем погладил место удара, скользнув рукой под юбку, к трусикам, которые планировал добавить к своей коллекции до конца вечера.

У ленты с предупреждением я поставил ее на ноги.

– Где мы? – спросила она.

Я открыл дверь и жестом велел ей пройти под лентой. Эбби с привычным подозрением, от которого у меня защемило в груди, оглядела меня, а затем нырнула под ограждение и шагнула в комнату.

Я вошел следом, захлопнул дверь и запер ее.

– Ого, ну ладно, – она медленно обернулась и огляделась по сторонам. Жуткое красное свечение придавало ей облик демоницы, готовой поглотить меня целиком. Вид был настолько возбуждающий…

– Что тут произошло? Что-то сломалось?

Мы находились в комнате «Жертвоприношения культа». Команда декораторов нарисовала на полу замысловатую пентаграмму и разрисовала стены всяческой чертовщиной. В каждой вершине пентаграммы стояли поддельные свечи, запрограммированные вспыхивать в определенном ритме. Рядом стоял прочный стол – обычно на нем лежали атрибуты культа, но я заранее его освободил. Вдоль стен выстроились манекены в рясах, а в центре пентаграммы обычно вопил полуобнаженный актер, измазанный искусственной кровью.

– Да, – хрипло ответил я сквозь искажатель голоса в маске. – Сломался механизм, который включает лампочки и воспроизводит хоровое пение. Эту комнату закрыли на ремонт. Мне повезло.

Я медленно двинулся к ней. Эбби опустила взгляд на мой оголенный торс, покрытый, как и всегда, серой краской, и задержалась на линии талии, где живот скрывается под поясом джинсов.

Я приблизился, взял ее за бедра и подтолкнул назад, пока она не уперлась ягодицами в стол. Легким подталкиванием заставил ее запрыгнуть на столешницу.

Я одобрительно зарычал, встав между ее разведенных ног. Ее юбка задралась, обнажая изгибы бедер, а ее длинные, стройные ноги свисали по обе стороны от меня.

– Мне это нравится.

– Мне тоже, – тихо ответила она.

Я в последний раз задержал взгляд на ее огромных зеленых глазах, полуоткрытых и пылающих жаром, а затем сказал:

– Закрой глаза, дорогуша.

Она без возражений подчинилась. Я достал из кармана худи заранее приготовленную длинную шелковую ленту и бережно завязал ей глаза. Она вздрогнула, когда прохладная ткань коснулась кожи.

– Не подглядывай, – приказал я.

Она кивнула и прикусила нижнюю губу. От этого жеста у меня едва не сорвало крышу.

Я сдвинул маску наверх и бережно взял ее лицо в ладони. Сделав глубокий вдох, я наконец сделал то, о чем мечтал с той самой первой ночи в «доме с привидениями».

На самом деле – с того самого момента, как она сердито посмотрела на меня через весь лекционный зал, когда я оттеснил ее с первого места в рейтинге успеваемости группы.

Я поцеловал ее.

Тихий возглас удивления сорвался с ее губ, а затем она застонала, отвечая на мой поцелуй.

Блядь, да…

Я не спешил, смакуя каждое мгновение. Исследовал ее рот и ласкал ее язык своим. Поначалу она была сдержанной, но потом внутри нее что-то щелкнуло. Она ответила с той же жадностью, с какой я желал ее.

Я мог бы простоять так часами, зажатым у нее между ног, с пульсирующим членом, прижатым к ее теплой киске и целуя ее до изнеможения. Но перерыв был ограничен, а планов на этот вечер у меня было еще немало.

С тяжелым вздохом я оторвался от ее губ. Она жалобно захныкала, но тут же издала довольный вздох, когда я скользнул губами по ее ключицам, а пальцами – по ребрам.

– Ах, – простонала она, когда я расстегнул застежку ее бюстгальтера под футболкой. – Да…

С трепетом я задрал ее футболку и прильнул к ее упругим сиськам руками и губами. В идеальном мире я провел бы всю ночь, лаская эти прелестные розовые соски, особенно после того, как на этой неделе они дразнили меня, проглядывая сквозь прозрачную блузку в холодном конференц-зале с клиентами.

Удовлетворив свою жажду, я двинулся ниже, осыпая поцелуями ее подтянутый живот. С рычанием я забрался под юбку, вцепился в трусики и спустил их по ногам. Опустившись на колени, атаковал свою добычу.

– Да, – прошипела она, когда я провел языком по ее киске. – О Боже, да…

Еще одно место, где я мечтал провести всю ночь – между ее бедрами, слушая ее тихие стоны и всхлипы.

Но время неумолимо тикало.

Я обхватил губами ее клитор и ввел в нее два пальца. Она вскрикнула, но я не сбавил натиск: вбивался в нее, жадно посасывая чувствительный бугорок, пока она не закричала, не сжалась вокруг моих пальцев и не кончила, обрызгав мое лицо.

Я застонал, прижавшись губами к ее влажной киске. Это было настоящее блаженство.

Еще несколько ленивых круговых движений языком – и я отстранился, опустившись на пятки, чтобы дать ей возможность прийти в себя.

Ее грудь вздымалась и опускалась, словно она только что пробежала дистанцию по футбольному полю. Она потянулась ко мне, на ощупь ища меня в окутавшей ее темноте повязки.

Я перехватил ее руку и поднялся на ноги, затем снова натянул маску, чтобы скрыть голос:

– Тебе было хорошо?

– Потрясающе, – выдохнула она, все еще задыхаясь от страсти. Ее рука скользнула по моему животу, к пряжке ремня. – Позволь мне… пожалуйста.

– Хочешь мой член, дорогуша?

Она облизнула губы.

– Да. Хочу сделать тебе так же приятно, как ты сделал мне.

Это был путь в ад. Я понимал это, принимал – и отбрасывал прочь. Мой разум отключился в ту самую секунду, когда я нашел Эбби одну, затерянную среди жутких декораций «дома с привидениями». И сейчас, когда, казалось бы, можно было взять себя в руки и изменить курс, я не собирался этого делать.

Я сорвал с нее повязку и рывком стянул со стола, ухватив за бедра. Ее ступни коснулись пола, и я отступил на шаг, чтобы дать ей пространство.

Жестом велел ей опуститься на колени. Она повиновалась медленно, не отрывая взгляда от моих рук, расстегивающих ширинку. Мой член вырвался на свободу, тяжелый и пульсирующий в моей ладони.

– Открой.

Она подчинилась, и я скользнул в ее теплый, жаждущий рот. Она застонала, обхватив основание моего члена нежной рукой.

– Посмотри на меня, дорогуша, – приказал я.

Ее великолепные зеленые глаза встретились с моими, затуманенные и пылающие тем же огнем, что сжигал меня изнутри. Я начал двигаться медленными толчками, и она вновь застонала.

– Хочешь, чтобы я трахнул твой рот, детка?

Она с трудом кивнула.

Конечно же, она хотела.

Я был ее мужчиной в маске, ее монстром – и по правилам игры должен был брать то, что желал.

Зарычав, я намотал ее волосы на кулак и грубо сжал их. Я позволил ей держать руку на основании моего члена, но это было все, на что она могла рассчитывать. Я вонзился в ее рот, сожалея, что не могу признаться: это – плата за все колкости, оскорбления и язвительные реплики, которыми она осыпала все эти годы.

Из уголков ее глаз текли слезы. Она крепко сжимала мой член, неизменно бросая мне вызов, но отчего-то ее глаза становились еще более остекленевшими и затуманенными с каждым жестким толчком.

Я довел себя до предела, где удовольствие граничило с болью, а затем оторвал от нее свой член.

– Вставай, – прорычал я, рывком поднимая ее на ноги.

Она моргнула и в замешательстве сморщила свой очаровательный носик.

– Что...

Я бросил ее на стол. Затем достал презерватив, прожигающий дыру в моем кармане, и за полсекунды надел его на свой член.

Я не дал ей возможности привыкнуть к новому положению – она лежала на спине на твердой деревянной поверхности, – и сразу вошел в нее.

Она вскрикнула и обвила меня длинными ногами вокруг бедер, подталкивая к дальнейшим движениям.

Блядь, она была такой теплой, влажной и узкой.

Я двигался жестко и быстро, мои толчки были резкими, без снисхождения.

Она не хотела бы, чтобы все было иначе.

Она смотрела на меня, приоткрыв рот – он напоминал маленькую букву «о»; благоговейный взгляд был устремлен на мою маску, пока я нависал над ней. Я обхватил ее рукой за горло и мягко сдавил. Похоже, ей это понравилось.

Я был чертовски в этом уверен.

– О. Боже мой.

– Да, – прошипел я. – Давай, дорогуша.

Свободной рукой я надавил на низ ее живота и большим пальцем погладил клитор. Она закричала, ее киска сжалась вокруг моего члена.

– Блядь, – взревел я, когда разрядка прокатилась по моему позвоночнику к яйцам. Я кончил так чертовски сильно, что перед глазами все поплыло, а комната исчезла, прежде чем снова вспыхнуть морем красного сатанинского бреда.

Я возвышался над Эбби, тяжело дыша через маску и следя за тем, как она приходит в себя. Она лежала на столе – расслабленная, с едва заметной улыбкой на лице. Она протянула руку и сжала мое запястье: моя ладонь покоилась рядом с ее головой.

– Спасибо, – сказала она. – Ты всегда точно знаешь, в чем я нуждаюсь.

Ее лицо было всего в нескольких дюймах от моей маски. Мне отчаянно хотелось сорвать ее и поцеловать Эбби.

– Ты всегда идеальна, – ответил я. – Лучший момент моего вечера.

И моих дней – с понедельника по пятницу.

Она рассмеялась:

– Надеюсь на это.

Мы привели себя в порядок и поправили одежду. Я взял ее за руку и, как всегда, вывел наружу, провожая взглядом, пока она шла к своей машине.

С каждым ее шагом мое приподнятое настроение угасало.

Следующая суббота – Хэллоуин. У нас оставалась всего одна встреча.

А потом… что, черт возьми, мне делать дальше?

8

ЭББИ

Ночь, проведенная в «доме с привидениями», определенно взбодрила меня – я чувствовала себя отдохнувшей и полной энергии. Майкл не писал и не звонил, его судебное разбирательство закончилось, так что, полагаю, он уже отправился обратно в Хьюстон.

Наши клиенты заключили сделку в понедельник днем. Ассистент Боба угостил всех кексами, а сам Боб заглянул в мой кабинет, чтобы меня похвалить. Он кивнул и показал большой палец вверх со словами «Хорошая работа».

Впрочем, мое тело еще не полностью вернулось к «заводским настройкам». Пока мы все стояли в комнате отдыха и уплетали кексы, то, как Гален медленно слизывал глазурь с верхушки своего десерта, вызывало странные ощущения где-то внизу живота.

Тот мужчина в маске разогнал мои гормоны до предела, так что я была беззащитна перед такими мелочами, как удивительно ловкий язык Галена и его крупные, мускулистые руки.

– Черт, у меня конференция через две минуты, – сказал Райан Петерс, держа в одной руке недоеденный кекс, а в другой – телефон. Он посмотрел на Эмили, стажера первого года. – Ладно, давай так. Им нужна простая регистрация, так что я перепоручаю это тебе.

– О-о, хорошо, ура! – радостно отозвалась она, бросила обертку в урну и выпорхнула из комнаты.

Я проводила ее взглядом.

– Как же я скучаю по тем временам, когда меня так воодушевляли всякие мелочи…

– Не переживай, – ухмыльнулся Гален, взглянув на меня. – Это ты на нее влияешь. Скоро она превратится в циничную, пресыщенную маленькую черепашку, которая всех кусает.

Я едва не швырнула в него своим кексом, но он был слишком вкусным.

– Перестань называть меня «маленькой», Костас.

Он хрипло рассмеялся:

– И это единственная часть фразы, которая тебя задела?

Я сердито откусила кусок кекса, тщательно прожевала, а затем вздернула подбородок:

– Я высокая и внушительная, как могучий дуб.

Он снова медленно провел языком по кексу, в его темных глазах плясали искорки.

Мое тело отозвалось острой дрожью.

– Я бы сказал – колючая и опасная, как дикобраз среднего размера.

– Как ты смеешь…

Он озорно усмехнулся:

– И при этом довольно милая.

Мои щеки вспыхнули.

Мы с Галеном постоянно обменивались колкостями, но то, что он вдруг начал называть меня «милой», было в новинку. Сегодня это почему-то вызвало у меня неловкость.

– Ты надо мной смеешься, – тихо произнесла я.

Его лицо мгновенно стало серьезным, а атмосфера в комнате словно остыла на десять градусов.

– Только не в этом отношении.

Я нахмурилась:

– Что…

– Ах, Гален! – В комнату, держа в руке пустую кофейную кружку, вошел один из старших партнеров, Фред Бишоп. Он добродушно похлопал Галена по плечу. – Боб только что рассказывал мне, как блестяще ты провел его последнюю сделку. У меня на подходе еще одно крупное дело, и мне нужен ведущий помощник.

Я вздохнула, скомкала обертку и бросила ее в урну, пытаясь незаметно проскользнуть к выходу.

– Вообще-то, Фред, – отозвался Гален, – меня только что назначили на срочный проект для одного из клиентов Кейси Кантвелла. Он опередил вас примерно на полчаса. Но если Боб не упомянул, то мы с Эбби были партнерами в его последней сделке. Может, у нее найдется время для вашего нового дела? – Он кивнул через плечо Фреда в мою сторону.

– О, э-э… – Фред повернулся ко мне. – Это правда, Эбби? У вас есть возможности для нового проекта?

Я натянула свою самую располагающую, профессиональную улыбку:

– Конечно, Фред.

Его небрежный кивок дал понять, что такой ответ его устраивает.

– Отлично. Тогда загляну к вам в кабинет через пару минут.

Он долил кофе из остывшего кофейника, неторопливо прошел мимо меня и скрылся в коридоре.

Я застыла на месте, растерянно моргая и пытаясь осознать, что только что произошло.

Гален медленно подошел ко мне, на этот раз, к счастью, без кекса.

– Всегда пожалуйста, Кроссбар.

Мои губы дернулись в хмурой гримасе. Что вообще происходит?

– Зачем ты это сделал? Проект Кейси – мелкий и несложный. Я знаю, потому что Эмили работает с тобой и рассказала мне.

Его игривая усмешка стала мягче. Он поднял руку и на мгновение провел пальцами по моей щеке, ровно настолько, чтобы большим пальцем коснуться уголка моих губ.

О Боже, неужели на моем лице все это время была глазурь?

– Подумай об этом, Эбигейл, – прошептал он.

А затем и он исчез в коридоре.

***

Что-то было со мной не так.

Неделя тянулась, и я работала без устали. Фред действительно поручил мне свое новое дело. То, что Гален «навязал» его мне с помощью своей выдумки, не было сладостным бредом, навеянным ароматом кексов.

События развивались стремительно, а поток документов и писем был таким плотным, что, казалось, у меня не должно было остаться ни единой свободной мысли.

Но мое тело словно превратилось в оголенный провод. Воспоминания о последней встрече с мужчиной в маске вспыхивали в моем сознании и днем, и ночью.

Его губы на моих губах. Его властная рука на моем горле. То, как играли мышцы на его животе, когда я смотрела на него снизу вверх, стоя на коленях, с его твердым членом во рту. То, как он трахал меня с дикой страстью, пока моя душа, казалось, не покинула тело…

Но порой в этих фантазиях лицо мужчины в маске сменялось лицом Галена.

Вместо таинственного незнакомца, который бережно держал мое лицо, будто я – самое драгоценное сокровище на свете, я видела Галена: его большая рука нежно обхватила мою щеку.

Вместо мужчины в маске, который нависал надо мной, держа руку на горле, я видела перед собой Галена – с той же поразительной напряженностью во взгляде, какую отмечала, когда он угрожал Майклу или в момент уязвимости в комнате отдыха.

Было ли это просто реакцией моего животного разума? Стремлением ухватиться за реального человека, которого я вижу каждый день, потому что время, проведенное с мужчиной в маске, подойдет к концу в эту субботу, в ночь Хэллоуина?

Или все-таки дело в чем-то другом?

Все эти мысли я вывалила на Джулию, пока она попивала шардоне из пластикового стаканчика и наблюдала за моей разминкой перед турниром по пиклболу, организованным Ассоциацией молодых юристов в пятницу вечером.

Она уставилась на меня так, словно у меня вдруг выросли щупальца, а следом я еще и станцевала джазовый номер.

– Извини, Гален Костас? Сам Аид? Тот самый Гален Костас, который отобрал у тебя место в редакции юридического журнала, стажировку твоей мечты, а меньше трех недель назад – сделку на миллиарды долларов?

– Ну, с последней он вроде как помог разобраться, – пробормотала я, опустив взгляд и пытаясь дотянуться до пальцев ног.

Она постучала розовым ноготком по подбородку, задумчиво меня разглядывая.

– Ладно, он и правда красавчик. Даже больше, чем в годы учебы.

– Ты считала его привлекательным?

Она одарила меня ироничным взглядом.

– Все так считали, детка. Просто ты не замечала, поскольку у тебя был Майкл, а Гален будто создан специально для того, чтобы вызывать у тебя желание его уничтожить. И не в сексуальном смысле.

Хм. Уничтожать Галена в сексуальном смысле вдруг начало казаться весьма заманчивым…

Я тряхнула головой, прогоняя эту мысль.

– Уверена, все дело в том, что я до сих пор под впечатлением от той ночи в «доме с привидениями». Это просто мечта, Джулия. Я никогда не думала, что секс может быть настолько хорош.

Она взвизгнула от восторга:

– Скоро я всучу тебе пару маргарит, и ты расскажешь мне все подробности. Каждую деталь!

Я кашлянула, изображая нерешительность:

– Может быть… – А затем поспешно сменила тему:

– О, смотри, вот Мария и Натан!

Наши друзья – партнеры по имитационному судебному процессу и по игре в пиклбол – прибыли на площадку, где сочетались фуд-трак и корт. На них были одинаковые бордовые компрессионные топы и леггинсы. Вечер выдался прохладным, поэтому я надела зеленую толстовку с символикой своего университета поверх спортивных шорт. Джулия, как зритель, выбрала модные джинсы и пушистый розовый свитер.

Мы перемещались между группами, приветствуя друзей и коллег, и наблюдали за началом первых матчей. Я записалась на одиночные игры, но мое выступление должно было начаться только через час.

Мы с Джулией были поглощены зрелищем: Энтони с новой спутницей из офиса окружного прокурора переходили от одной компании к другой, старательно обходя кипящую от злости Мэдисон и двух ее подруг из службы общественного защитника – тех самых, что, казалось, могли голыми руками одолеть дикого кабана. И тут перед нами возник Гален.

– Леди, – произнес он, сжимая в руке ракетку. На нем была темная терморубашка, плотно облегающая широкую грудь, и невероятно короткие серые шорты.

Интересно, были ли его бедра такими же впечатляющими, как когда мы играли в футбол?

– Хорошо проводите вечер?

Джулия кокетливо взмахнула ресницами:

– Боже мой, неужели это сам Аид? Все еще изводишь мою любимую подружку?

Он одарил ее своей самой обаятельной улыбкой.

– Всегда. Собственно… – Он повернулся ко мне, и его улыбка стала еще шире. – Мне срочно нужен новый партнер, Эбигейл. Мой уже успел напиться.

– Петерс?

Он кивнул, а я фыркнула:

– Ну конечно. Это все из-за тебя – ты подпустил его ближе чем на пятьдесят футов к бару.

Гален пожал плечами:

– Я здесь новичок. Пожалейте меня.

– Ни за что.

– Ну же, Кроссбар. Смешанные парные игры. Ты и я. Или боишься, что не справишься?

Джулия едва не захлебнулась от смеха, а затем нацепила на лицо серьезное выражение:

– Ты что, позволишь ему так с тобой разговаривать, Эбс?

Я нахмурилась:

– Я – чемпионка прошлогоднего турнира Ассоциации молодых юристов по пиклболу в категории «женщины 25–29 лет».

Он усмехнулся:

– Разумеется. Меня восхищает твоя предсказуемость.

– Гален! – прорычала я.

Он схватил меня за руку и потянул в сторону кортов:

– Пойдем, звездочка. Я собираюсь присвоить себе эти чемпионские навыки.

Моя соревновательная натура взяла верх, и я позволила ему увлечь меня через гравийную площадку туда, где организаторы составляли пары для смешанных парных игр. В какой-то момент я осознала, что наши пальцы переплелись – и я просто позволила этому случиться. Ощущение его руки было до боли знакомо: оно перенесло меня назад, к тем мгновениям, когда мужчина в маске крепко, но бережно держал меня, ведя прочь из дома.

Десять минут спустя ракетка была у меня в руке, а я сама стояла на корте. Гален возбужденно подпрыгивал на носочках рядом, и мы оба уставились на наших соперников.

Которыми, как оказалось, были Мария и Натан.

– Эбби, что, черт возьми, происходит? – изумленно спросила Мария, переводя взгляд с меня на Галена и обратно. – Тебя что, похитили пришельцы?

Я вздохнула:

– Он вызвал меня на поединок, Мария.

Натан усмехнулся:

– Некоторые вещи не меняются. Рад, что ты вернулся в город, Костас. Я уже начал скучать по старым временам.

Гален бросил на меня взгляд, его губы растянулись в хитрой улыбке:

– Я тоже, приятель. Я тоже.

– Сосредоточься, Костас, – резко бросила я.

Он фыркнул:

– Слушаюсь, мэм.

Судья дал свисток, и Мария с Натаном перестали быть моими друзьями. Теперь они были лишь соперниками, которых предстояло одолеть.

И мы их победили. Гален играл как зверь. Наверное, уже в пятидесятый раз с момента нашего знакомства я поймала себя на том, что одновременно восхищаюсь и раздражаюсь из-за его природного атлетизма.

У этого мужчины размах рук как у небольшого самолета.

А еще – и это выяснилось сегодня – он оказался самым восторженным и отзывчивым партнером по команде из всех, с кем мне доводилось играть.

Отличный удар, Кроссбар!

Вот это да, Эбигейл, потрясающе!

Что ж, Натан, ты слишком медлительный. Когда рядом Эбби, нужно быть проворнее.

Не смотри, Эбигейл, но все в толпе просто кипят от зависти – насколько легко тебе это дается.

Вот это, блядь, уровень, детка! Именно об этом я и говорил. Получай, Натан!

Когда игра закончилась, Мария поздравила меня объятием, а Натан одарил многозначительной ухмылкой – я так и не поняла, что она значила.

И мы выиграли еще одну игру.

А потом еще одну.

А затем вышли в финал.

После того как я приняла подачу соперника и отправила решающий удар в угол, мы выиграли и финал.

– Да! – Гален подпрыгнул на четыре фута и ударил ракеткой по воздуху.

– Мы сделали это! – отозвалась я с восторгом.

И тут же прыгнула в его объятия.

Он легко подхватил меня, приподняв так, что мои ноги обвились вокруг его талии. Его рубашка была влажной от пота, а тепло крепкого торса обжигало сквозь ткань между моими бедрами.

– Ты просто невероятна, Эбигейл, – прошептал он, прижавшись губами к моим взмокшим волосам, и понес меня с корта. Шум аплодисментов и восторженных возгласов постепенно стихал, так как зрители возвращались к бару.

– Ой, эм… – Внезапно я осознала, в каком положении нахожусь. – Черт, извини. Я немного увлеклась. Можешь поставить меня на землю, Гален?

Он лишь крепче сжал мои бедра:

– Ни за что.

– Гален!

Он направился мимо очереди у бара к свободному столику для пикника. Рядом стоял переносной обогреватель, а на ветвях деревьев мерцали гирлянды из Эдисоновских лампочек.

Осторожно опустив меня на скамью, он сел рядом, широко расставив мускулистые ноги так, чтобы оказаться лицом ко мне.

– Гален, что ты…

Он наклонился вперед, и его темные глаза словно захватили меня в плен.

– Итак, тебе понравился сегодняшний вечер?

– Да, – осторожно ответила я.

Он улыбнулся. Черт, Джулия была права – Гален невероятно привлекателен.

– Мне тоже. Мы ведь неплохая команда, когда захотим, правда?

– Я… – Низ живота снова затрепетал. – Да. То есть… Было очень весело. Я бы с удовольствием повторила.

– И мы отлично сработались на деле Боба, – добавил он. – Закрыли сделку меньше чем за три недели, и ты даже ни разу не попыталась меня убить.

Я фыркнула от смеха:

– Просто не было времени составить план твоего устранения.

– Эбби, я… – Его улыбка угасла, и на лице появилось то самое серьезное выражение, от которого во мне просыпались чувства – смущающие, если не сказать больше. – Ты могла бы когда-нибудь… Думаешь, между нами может быть что-то большее?

Я моргнула, ошеломленная вопросом.

– То есть… намного большее?

Его улыбка стала самоироничной – такую я у Галена Костаса еще не видела.

– Да. Именно это я и имею в виду.

– Я…

Разве это не было подтверждением всего, что я чувствовала в последнее время? Новое притяжение к Галену. Осознание, что он для меня не просто соперник, получающий извращенное удовольствие от побед надо мной. Что мы, возможно, просто две стороны одной медали. И что ему, вероятно, тоже может нравиться… заботиться обо мне.

Но над нами – надо мной в частности – нависал огромный призрак: мужчина в темной худи и маске с черепом. И он ждал меня завтра вечером – в нашу последнюю встречу.

Я не могла согласиться. Не могла сказать «да» Галену сейчас, а потом отправиться в «дом с привидениями». Это казалось неправильным.

Готова ли я вообще попрощаться с мужчиной в маске?

Я не хотела терять Галена, но при мысли о том, что больше никогда не увижу того, кто подарил мне три лучших ночи в жизни, у меня сжалось сердце.

Я взяла Галена за руку.

– Я не могу сказать «да» сегодня. Мне нужно… время. Тебя это устраивает?

Он сжал мои пальцы.

– Если это не «нет» навсегда, то большего я и не прошу.

– Хорошо, – прошептала я. – Прости, Гален.

– Тебе не за что извиняться, Эбигейл. И что бы ни случилось, я думаю, мы с тобой – партнеры по пиклболу навеки.

Это было предложение, от которого я не могла отказаться. Я шмыгнула носом и выдавила дрожащую улыбку:

– Договорились.