Текст книги "Медвежья страсть (СИ)"

Автор книги: Элис Мэк

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)

Глава 30

Я мерила шагами комнату и никак не могла успокоиться. Сколько уже прошло дней с тех пор как я здесь?

Два? Три?

Я потеряла счёт дням.

Практически в полной изоляции. Как зверь в клетке.

Охранник, что приносил поднос с едой никогда не разговаривал, оставлял еду и молча уходил. Все мои попытки его разговорить оканчивались ничем. Карина тоже больше не приходила. И эта неизвестность сводила меня с ума.

Вечером вместе с охранником в комнату зашёл Кирилл. Уверенный самодовольный, на губах играет лёгкая усмешка. Он скользит по мне наглым взглядом своих прищуренных карих глаз.

Я отступила подальше к окну, напряжённо наблюдая за ним.

Кирилл дождался пока охранник выйдет за дверь и сунув руки в карманы брюк саркастично произнёс:

– Что-то не торопятся твои самцы тебя освобождать, – его губы изогнулись в ухмылке. – Может… не так и нужна была?

Я поджала губы.

Нет, ни за что не поверю, что мои мишки отказались от меня. Этого просто не может быть. Они наверняка сейчас продумывают какой-то план. Я в этом уверена, как в самой себе. Нужно только набраться терпения и не поддаваться панике.

– Я бы не была настолько уверена на твоём месте, – хмыкнула я, упрямо вздёрнув подбородок. – Думаете, что шантажом сможете чего-то добиться? Не выйдет. Когда они придут вы пожалеете о том, что сделали.

Мужчина рассмеялся, громко раздражительно.

– Неужели ты ничего не понимаешь, девочка? Мой дядя всегда добивается того чего хочет. В клан Аверины попасть не смогут, поэтому мы можем держать тебя здесь сколько угодно пока они не согласятся. А если нет…, – на мгновение замолчав, он начал медленно приближаться ко мне. Встал так близко, практически вжимая меня в подоконник. Вскинул руку и провёл большим пальцем по губам очерчивая их контур. Но я резко отвернулась, уклоняясь от его прикосновений. На что Кирилл усмехнулся и продолжил. – Пожалуй оставлю тебя себе. Ты хорошенькая. Мне нравится…

Мужчина положил свои руки мне на талию, и они медленно поползли вверх, к груди. На что я отреагировала мгновенно, инстинктивно влепив ему звонкую пощёчину.

Кирилл даже не поморщился, лишь глаза прикрыл и плотно стиснул челюсти пытаясь унять поднимающуюся волну раздражения и злости.

– Дядя приказал ПОКА, тебя не трогать, – сквозь зубы холодно прошипел он. – Но как только он даст «зелёный свет», я приду. И ты будешь умолять меня о пощаде пока я буду драть тебя во все дыры… малышка, – говорит, а у самого глаза светятся зловещим блеском, с примесью дикой звериной похоти.

Я сжалась вся, внутренне пытаясь сохранить бесстрашное выражение лица, но холодный пот уже заструился по позвоночнику и где-то глубоко внутри нарастала нервная дрожь.

Кирилл ухмыльнулся и покинул комнату.

Чёрт! Очень скоро мне будет всё сложнее контролировать своё самообладание.

На следующий день, когда я только проснулась, в комнату вдруг влетела Карина. У неё был взволнованный вид и глаза блестели лихорадочным блеском.

– Одевайся. Быстро! – она бросила на кровать верхнюю одежду: шапку, куртку, и горнолыжные штаны. Рядом с кроватью поставила сапоги.

– Карина, что происходит? – в недоумении спросила я.

– Давай быстрее, Полина. У нас мало времени, – поторопила она. – Я помогу тебе выбраться отсюда.

– Что? Но как? – соскочила с кровати и начала спешно натягивать на себя одежду. Уж если появилась возможность отсюда сбежать, я её не упущу.

– Часть охраны сейчас покинула клан. Я смогу вывезти тебя за территорию, а там в лес уйдём, в горы. В горах нас заберут Аверины на вертолете. Поспеши.

– Руслан и Илья? Но… я ничего не понимаю…

– Не время сейчас. Позже объясню, – нетерпеливо ответила она. Подошла к окну и осторожно взглянула за шторку. – Доверься мне.

Придётся довериться. А разве у меня есть выбор?

Когда я была готова Карина вывела меня в коридор. Около двери на стуле сидел охранник неестественно склонив голову вниз и не шевелился.

Я настороженно покосилась на него, потом на Карину.

– Он спит, не волнуйся. Идём скорее.

Мы побежали по коридору до лестницы, поднялись вверх. Я поспешно оглядывалась по сторонам пытаясь понять где я. Оказывается всё это время я находилась в подвальном помещении огромного коттеджа. Интересно, сам Рагозин живёт здесь или нет?

Выглянув за дверь, Карина настороженно оглянулась по сторонам словно боялась, что нас заметят. Убедившись, что вокруг тихо она выскользнула в просторный холл и потянула меня за собой.

– Идём. Я оставила машину на заднем дворе.

Мы пробежали куда-то вглубь дома, на пути не встретив ни единой души. Даже странно. Неужели Карина все сама спланировала?

Дверь в конце коридора, и мы на улице. Неподалёку стоит припаркованный джип. Карина решительно направилась к нему. Открыв заднюю дверь внедорожника велела мне ложиться в самый низ между сидениями. Сверху закрыла одеялом и закидала какими-то вещами.

– Сиди тихо, Полина. И не высовывайся, чтобы не случилось. Поняла?

– Да, – тихо ответила я.

Карина завела машину и мы тронулись.

Я лежала под одеялом и старалась не шевелиться. Было очень тяжело сохранять спокойствие, а ещё тяжелее довериться Карине. Кто знает, что у неё на уме и действительно ли она хочет мне помочь? Но выбора у меня как такового нет, либо сидеть взаперти и ждать неизвестно чего, либо всё же использовать шанс и попытаться сбежать. Без Карины я бы всё равно не смогла выбраться из той комнаты. А так у меня появилась надежда.

Машина остановилась, и я притихла, прислушиваясь.

– Карина Владимировна, сегодня запрещено выезжать за территорию клана, – услышала я голос незнакомого мужчины. Наверное, охрана. – Владимир Сергеевич дал чёткие распоряжения.

– Ну Ко-о-остик, – капризно заныла Карина. – Ну выпусти меня на часок, а? Моя медведица уже больше недели не гуляла по лесу. Я уже скоро взвою, так хочется размять мышцы. Я побегаю часок в горах и сразу вернусь. Обещаю. Отца ведь всё равно нет. Он даже не узнает.

– Ладно, – нехотя согласился «Костик». – Только быстро, туда и обратно. А то мне влетит.

– Спасибо. Ты самый лучший.

И мы снова тронулись.

Фу-х! Кажется, пронесло.

– Полина, ты как?

– Нормально.

– Посиди ещё немного. Сейчас уедем подальше от территории клана, а там пешком пойдём.

Вскоре мы остановились, и я вылезла из-под одеяла. Посмотрела в окно. Вокруг нас был только снежный лес, совершенно девственный. Куда ни глянь всё белое-белое, даже косматые ели по самую макушку запорошены снегом. И от этой искристой белизны, играющей в лучах яркого утреннего солнца, слепнут глаза.

Карина потянула меня куда-то вглубь леса, вверх по склону, туда, где виднелись скалистые вершины укрытые белым одеялом.

Снега было, конечно, завались. Я провалилась сразу, как только сошла с накатанной дороги. Идти было очень трудно, тем более в гору. Снег, местами очень рыхлый, видимо выпавший совсем недавно, проваливался и затруднял движение. Я даже успела вспотеть, пока поднялась до первой более или менее вертикальной поверхности. Дрожащие от усталости коленки подогнулись и я рухнула прямо в снег.

– Не могу больше, – тихо простонала я.

– Давай, Полина, нам немного осталось, – подбадривала меня Карина. – Там наверху на горе, есть большое плато. Там нас будут ждать.

– А почему именно в гору? Почему мы не могли поехать по дороге через лес?

– По дороге нельзя. Там полно постов охраны. Я бы не смогла проехать через все не вызвав подозрение. Они бы обязательно позвонили отцу.

– Ну ладно, в гору так в гору. Идём.

Ради долгожданной свободы можно потерпеть всё что угодно. Главное, что я выбралась из лап тех медведей и скоро увижу моих близнецов. Даже глаза зажмурила от сладкого предвкушения встречи.

Мы опять двинулись в путь. Почти ползком, по уши зарываясь в снегу пробирались в вершине. Вдруг по тишине зимнего леса пронёсся отчётливый треск веток. Карина сразу насторожилась, прислушалась, а потом начала в панике оглядываться по сторонам.

– Чёрт!

– Что? – в недоумении спросила я, натягивая съехавшую с головы шапку.

– Нас выследили, – дрожащим от паники голосом произнесла она, вглядываясь куда-то вдаль.

– Что? Как? – моё сердце ускорило ритм, грозя вот-вот выскочить из груди.

Я присмотрелась и заметила среди деревьев, вдалеке, чёрные силуэты людей и… медведей. О Боже!

– Скорее, Полина! – крикнула Карина, сорвавшимся от страха голосом. – Давай же! Мы должны подняться наверх, – тянет меня за куртку, а сама в панике озирается по сторонам.

Кажется, её страх передался мне в полной мере. Потому что я уже не чувствовала усталости ног и рук, меня гнал вверх чистый адреналин несущийся по венам. Скользя и утопая в снегу, я с упорством преодолевала снежные преграды. Ведь где-то там наверху меня ждут мои мишки и я должна добраться до них.

Краем глаза замечаю движение слева. Поворачиваю голову и в ужасе хватаю ртом воздух. Прямо на меня несётся огромный бурый медведь. Матёрый, мохнатый, с недобрым жутким оскалом.

Твою ж…! Мамочки!!!

– А-а! – взвизгнула я, когда эта громадная махина одним мощным ударом лапы сбивает меня с ног и я заваливаюсь лицом прямо в снег. Нос и рот сразу забиваются холодным снежинками. Быстро откашлялась и замерла в напряжённом оцепенении, чувствуя где-то над головой горячее дыхание дикого зверя.

Мысленно уже прощаюсь с жизнью и молюсь всем богам. А медведь так и продолжает стоять рядом тяжело дыша и перебирая тяжёлыми мохнатыми лапами.

Чего он ждёт? Не может решить с какого места меня лучше начать есть?

Неподалёку послышался приглушённый крик Карины, а потом всё стихло. Наверное, её тоже сцапали.

Ну всё, мне конец!

Всхлипнула, давя в себе порыв панического ужаса и тут же почувствовала, как мощные челюсти медведя сомкнулись на моей куртке. Сердце мгновенно пропустило удар и воздух со свистом вырвался из лёгких, сдавливая горло болезненным спазмом. Я даже закричать не смогла. Всё тело будто парализовало от ужаса. Медведь тащил меня за шкварник как котёнка. Я не сопротивлялась, повиснув безвольным кулем в зубах матёрого хищника. Мне было страшно. Мне было до ужаса страшно, что если я дёрнусь, медведь прокусит мне шею.

Тем временем медведь легко и быстро затащил меня наверх и с силой тряхнув головой, отбросил в сторону, как тряпичную куклу. Я кубарем полетела по снегу и плашмя распласталась у чьих-то ног.

– Так-так, – протянул грубый мужской голос. И я, кажется, узнаю этот голос. Он принадлежит тому противному мерзкому мужику – Рагозину.

Медленно поднимаю голову, встречаясь со злым яростным взглядом. Полные губы искривила мерзкая ухмылка, от которой у меня мороз по коже. Он нависал надо мной огромной могучей скалой, отчего мне сразу стало не по себе. Рагозин кому-то кивнул и меня тут же рывком поставили на ноги.

Пошатываясь, я поправила на голове шапку и с опаской огляделась по сторонам. Рагозин был, конечно, не один. Его окружала его личная «свора»: Кирилл собственной персоной, несколько человек охраны и три огромных медведя ходили кругами вокруг нас.

– Ну что, нагулялись? – со злым сарказмом спросил он.

– Отец… я…, – Карина подошла ближе, со смиренным видом опустив голову.

Рагозин рывком поднял её голову за подбородок, прожигая дочь испепеляющим взглядом.

– Предательница, – рыкнул он, с размаху залепив звонкую пощёчину Карине. От силы его удара она пошатнулась и упала в снег, из глаз девушки брызнули слёзы.

– Отец, – всхлипнула Карина.

– Неблагодарная, – шипит Рагозин и снова замахивается для удара.

И тут меня прорвало. Ну не смогла я смотреть на то, как огромный сильный мужик так унизительно лупит свою дочь.

– Не трогай её, сволочь!

Рагозин тут же устремил ледяной взгляд на меня, заставив внутренне содрогнуться от той ярости, что плескалась в его глазах.

– Что? – на его лице сейчас отразилось такое удивление, будто он сейчас перед собой не меня увидел, а единорога из сказки. – Кто это тут смеет пищать?

С заинтересованным видом он отпустил Карину и направился ко мне. А я очень старалась сохранить невозмутимый вид, бесстрашно задрав подбородок. Хотя нет, внутри у меня всё вопило от ужаса и сердце колотилось с утроенной силой.

Вот сейчас он меня пришибёт. И даже не поморщиться.

– Вы не можете так обращаться со своей дочерью, – выдавила из себя слова, пытаясь не согнуться под его тяжёлым давящим взглядом.

– Ты меня ещё учить будешь, соплячка?! – сквозь зубы рычит он и с силой схватив за куртку, дёргает на себя.

Крепко зажмурила глаза, я приготовилась к самому худшему, как вдруг, услышала грозный, но такой родной голос:

– Руки от неё убрал!

Глава 31

Я распахнула глаза и моё бедное сердечко чуть не захлебнулось от радости. Со стороны густо растущих на склоне елей к нам стремительно приближались мои мишки. Они были не одни, с ними ещё несколько оборотней из нашего клана (я уже называю его «наш») и Никита. Все они были вооружены до зубов. Руслан направил двустволку прямо в Рагозина и произнёс с нажимом:

– Отпусти её.

Охранники Рагозина не растерялись, выхватывали своё оружие и прицелились в близнецов.

– Руслан? – опеши Рагозин. Но тут же вывернулся, как коварный змей. Кивком головы дал отмашку охране опустить оружие. – Ну что ты, Руслан, – цинично ухмыльнулся, – Я же пошутил.

– За такие шутки, я готов снести вам башку, – рыкнул Илья, и с угрожающим видом стал наступать на Рагозина, но Руслан его придержал.

– Вы украли то, что принадлежит нам – нашу женщину, – холодным тоном говорит Руслан. – И вы ответите за это.

– Смеешь мне угрожать? – оскалился Рагозин. – Вы сейчас вообще-то на моей территории, если не забыли.

– Я не забыл. А вот ВЫ, кажется, кое о чём забыли, покушаясь на НАШУ самку! – рычит Руслан.

– Забирай, – брезгливо фыркнул Рагозин, разжал пальцы и толкнул меня к близнецам. Я тут же юркнула в надёжные объятия моих мишек, крепко прижалась, чувствуя невероятное облегчение – я в безопасности.

Близнецы заключили меня в кокон своих рук, уводя подальше от опасности. И как только мы оказались на безопасном расстоянии от Рагозина и его оборотней Руслан с Ильёй начали обеспокоенно всматриваться в моё лицо. Их ноздри трепетали, с жадностью втягивая воздух, а глаза засверкали диким блеском.

– Ты в порядке? – спросил Илья.

– Да, – кивнула, улыбаясь им.

– Моя сладкая девочка, – ласково шепнул Руслан, целуя меня в висок.

– Не думай Руслан, что на этом всё. Я добьюсь от Совета решения в свою пользу, – не унимался Рагозин.

– Здесь нечего решать. Полина – наша пара. Я аннулирую договор и выплачу вам неустойку, которая положена по договору.

– Неустойку будешь платить северо-западными приисками. Ты понял? И Совет меня поддержит. Пара, которая так и не понесла – бесполезна. Она не истинная. Я только одного не могу понять, неужели ты хочешь оставить свой клан без наследников, Руслан?

– Это мы ещё посмотрим, – коварно улыбнувшись, ответил Руслан.

– Увидимся в Совете, – сквозь зубы процедил Рагозин и дал отмашку своим оборотням. – Уходим, – рыкнул он жёстким тоном, схватил Карину за шкварник и потащил за собой. – А с тобой мы ещё дома поговорим.

– Нет, отец! – всхлипнула Карина, пытаясь вырваться из его цепких пальцев. – Я не хочу… не хочу этого брака. Ты не понимаешь…

И тут я услышала дикий рёв медведя. Даже сообразить ничего не успела, что произошло, просто увидела, как Никита быстро перевоплощается в огромного медведя и с грозным рыком несётся на Рагозина. Но добежать до него он не успевает, его перехватывают три медведя из клана Рагозина. Они буквально придавливают его к земле, вгрызаясь мощными клыками в толстую шею. Никита рычит и скребёт по снегу мощными лапами, пытаясь скинуть медведей, но силы явно не равны.

Я в шоке. Стою, широко распахнув глаза, не веря в происходящее.

Что вообще происходит?

– А вот это уже открытая агрессивная угроза! – скалится Рагозин и в упор смотрит на Руслана. – Нападение на чужой территории в звериной ипостаси… По законам беров я сейчас имею полное право уничтожить его.

Руслан дёрнулся, но потом остановился, скрипнув зубами.

– Отпусти его, – говорит холодным властным тоном. – Не пытайся развязать конфликт на пустом месте. У него были причины, – кивнул на рычащего Никиту.

– Никакие причины не покроют угрозу главе клана, – злорадная ухмылка раздвинула его полные губы. Он взял пистолет у стоящего рядом Кирилла и направил его на Никиту. – Либо он официально бросает мне вызов, либо просто не рыпается.

– Нет, папа! – закричала Карина со слезами на глазах, пытаясь вывернуться из его рук. – Прошу тебя не трогай его! Он моя пара.

Что? Пара? Вот ни фига себе, сколько я пропустила! И когда они только успели. А как же Ксюша?

Рагозин замер, словно в оцепенении, переваривая услышанное.

Похоже, не ожидал, гад! И наверняка сразу смекнул, чем это пахнет. Я помню, близнецы мне рассказывали об условиях брачного договора. И по этим условиям, если сама Карина откажется от брака её отец и весь клан получат «шиш с маслом», а не какие-то там золотые прииски.

Вот чёрт!

Вижу, как глаза Рагозина наливаются кровью. Как на мощных скулах играют желваки от ели сдерживаемой злости.

– Что-о?!!! – хрипло выдохнул он. – С этим… безродным?

– Мне не важно кто он, папа. Он мой истинный. Мы связаны с ни-и-м…

Рагозин крепче схватил Карину за куртку и с силой встряхнул, как тряпичную куклу.

– Ты дочь главы клана! – рычит на бедняжку с такой силой, что даже у меня волосы на теле дыбом встали. – Единственная наследница! И ты будешь подчиняться моей воле. Сделаешь так, как я сказал!

Похоже, Рагозин совсем сбрендил. Да он псих ненормальный!

И тут Карина сделала то, чего даже я от неё не ожидала (ведь мне прекрасно было известно, как сильно она боится своего отца), а уж тем более её папаша.

– Нет, – тихим, но твёрдым голосом произнесла она. – Я больше… не буду выполнять твои приказы.

А дальше… Дальше всё происходило настолько быстро и стремительно, как в каком-то кино или просто в страшном сне, к чему я совершенно не была готова.

Яростно зарычав, Рагозин с размаху ударил Карину по лицу, отчего бедняжка тут же отлетела в сторону. Где-то на заднем фоне вновь зарычал и забился в стальных тисках Никита. А я чисто инстинктивно, на банальном человеческом чувстве «помочь» бросилась к Карине. Подхватила её за руку, чтобы поднять, как тут же получила оглушающий удар по лицу.

– Пошла прочь! – рявкнул Рагозин, вновь хватая Карину за шкирку.

От силы его удара я со стоном отлетела на землю. Из разбитого носа брызнула кровь.

«Он мне нос разбил, сволочь!» – пронеслась в голове мысль, но её тут же заглушил страшный рёв моих близнецов.

Перевернувшись, я только и смогла заметить, как трещит по швам одежда на Руслане, как в одно мгновение он оборачивается в огромного бурого медведя и с леденящим душу рычанием бросается на Рагозина, сбивая его с ног.

Илья тоже скалится рычит, но не уходит, он подхватывает меня на руки и прижимает к себе, а я с круглыми от шока глазами наблюдаю за развернувшейся картиной.

Рагозин не растерялся, тут же обернулся медведем таких же, как и Руслан гигантских размеров. И эти два матерых хищника сцепились друг с другом в жестокой кровавой схватке.

Это был просто ужас какой-то. Они рычали и рвали друг друга острыми как бритва клыками, орошая белый снег на плато ярко алыми пятнами крови.

Сердце в груди затрепыхалось от ужаса.

Рагозин был по-звериному страшен в своей второй ипостаси. Огромный, матёрый, с жутким оскалом. Руслан тоже не уступал ему в размерах и силе. Но мне всё равно было страшно. И сердце каждый раз сжималось от боли, когда Рагозин вонзал свои клыки в Руслана.

– Илья, остановите их, – от страха хриплю не своим голосом. – Сделайте что-нибудь!

Илья дёрнулся, но стоящий неподалёку Кирилл, тут же его осадил:

– Стоять! Ты знаешь закон…

Илья стиснул челюсти до зубного скрежета и глухо произнёс, глядя на меня:

– Мы не можем… вмешиваться в бой вожаков. Выживет сильнейший.

– Как не можете, Илья? – не верю я.

– Таковы законы беров, – говорит напряжённо, не сводя глаз с дерущих друг друга медведей. – Но ты не волнуйся, Руслан сильный. Он… обязательно справится.

Справится…

У меня сердце кровью обливается, глядя на то, как рычат медведи, катаясь по окрашенному алым снегу. По щекам тихо катятся обжигающие слёзы. Я не в силах больше на это смотреть. Моё бедное сердечко не выдержит.

Развернувшись, Руслан впился клыками в шею Рагозина (отчего тот взревел раненным зверем) и отбросил его к краю обрыва. Хромая на одну ногу он подошёл к противнику, чтобы нанести решающий удар. Но тут, Рагозин вдруг поднялся, и они вновь вцепились друг в друга, страшно рыча и опасно балансируя на краю обрыва.

В какой момент это произошло? Я даже не поняла… Я просто почувствовала, как моё сердце ухнуло вниз, в бездонную пропасть, в одно мгновение разбиваясь на мелкие осколки. Как в каком-то бреду или на замедленных кадрах кинофильма я смотрела на то, как два огромных медведя падают с обрыва в пустоту.

Время для меня словно остановилось. Я не чувствовала своё тело – оно покрылось коркой холодного льда. Я не узнавала свой голос, сорвавшийся от крика. Он звучал будто со стороны. Не мой. Словно чужой, звенящий по натянутым от напряжения нервам.

– Русла-а-а-н! – волна вселенского ужаса наполняет каждую клеточку моего тела осознанием того, что случилось что-то жуткое, страшное и раздирающее сердце без всякой анестезии – грубо, безжалостно.

Я сорвалась с места и спотыкаясь побежала к обрыву. Шапка давно слетела с головы, волосы растрепались, выбившись из-под куртки. Глаза застилала мокрая пелена.

На середине пути меня перехватывают сильные руки. Они крепко удерживают и прижимают к твёрдому телу, не дают бежать.

Почему они меня держат? Почему не пускают? Ведь я должна… к нему… Ведь он там…

– Полина, – сдавленный голос Ильи доносится до моего бьющегося в агонии разума.

– Отпусти-и-и меня-я-я! – мой собственный голос звучит очень хрипло и надрывно. Я выворачиваюсь из его рук, но Илья не отпускает, он крепко держит, пока я бьюсь в его руках захлёбываясь слезами. – Пусти-и-и! – просипела я, чувствуя, как подгибаются колени и только сильные руки держат меня не давая упасть.

Я никогда не думала, что боль может быть настолько уничтожающей. Такой безжалостной и острой, вспарывающей не только тело, но и душу.

Нет… Это не правда. Я не верю. Это просто сон… плохой страшный сон.

Я хочу проснуться…

* * *

Я не помню, как мы оказались дома, в клане. Не помню, как спустились с горы. Всё происходящее после, было словно в тумане. А сейчас… Сейчас я лежу на кровати прикрытая тонким одеялом и смотрю в пустоту. До сих пор не могу поверить в то, что произошло. Да я и не верю. Не хочу верить.

Он жив! Я уверена в этом!

Вот сейчас вернётся Илья с поисковой группой и скажет, что он нашёл его, что с ним всё хорошо и я зря волновалась.

В такт своим мыслям я даже качала головой, убеждая себя в том, что именно так и будет. Иначе быть просто не может.

Когда с тихим скрипом открылась дверь, я невольно вздрогнула и подскочила в кровати. Смотрю на Илью пытливым взглядом полным надежды. А он смотрит на меня, хмуря брови. И я не могу прочесть ответ в его глазах. Или просто… боюсь?

– Мы его не нашли, – его голос звучит тихо и в тоже время как гром, кроша мою надежду на мелкие куски.

– Как… как не нашли? – говорю дрожащими губами.

– Они упали рядом с глубоким разломом в скалах. Рагозин упал на острые камни и разбился, а Руслан… он скорее всего провалился в расщелину, а сверху всё завалило осыпавшимся снегом. Мы пытались…, – голос Ильи дрогнул, перерастая в хриплый шёпот. – Но разлом оказался слишком глубок.

– Нет, – мои без того опухшие глаза вновь наполняются слезами. – Не-е-т! – готова взвыть – так мне больно.

Падаю на кровать и сжимаюсь в напряжённый комочек и кричу не своим голосом, что не верю… это не правда… я не чувствую.6ccad1

Илья сбрасывает куртку на пол и ложится рядом, прижимает меня к себе, гладит рукой по волосам успокаивая и, шепчет, шепчет:

– Тише, маленькая… тише, – его голос звучит ласково, но с надрывом. Он крепко прижимает меня к своей груди и качает в объятиях, как в колыбели. – Успокойся, солнышко. Тебе нельзя… Тебе нельзя так плакать, – а я вою словно раненый зверь, уткнувшись в его твёрдую грудь. – Они всё чувствуют, понимаешь… и плачут вместе с тобой.

– Кто? – всхлипнула я.

– Наши малыши.

Я ещё раз хлюпнула носом и замерла в его объятиях. Резким движением смахнула с глаз слёзы и подняла на него непонимающий взгляд.

– О чём ты?

Илья положил тёплую ладонь на мой живот и нежно погладил, а потом перевел свой взгляд на меня.

– О наших малышах, – его губы дрогнули в улыбке. – О твоих, моих и… Руслана. Они уже здесь, – его пальцы поглаживают мой живот. – Они растут, чувствуют и ждут встречи с нами.

– Откуда ты…? – воздух со свистом вырвался из лёгких и вдруг, стало нечем дышать. Словно кто-то резко перекрыл кислород.

– Мы связаны с тобой. Помнишь? Я чувствую это на генетическом уровне.

Слёзы мигом высохли на глазах. Я подняла на него немигающий взгляд и выбралась из его объятий.

О чём он сейчас? Это шутка?

Ничего не говоря, встала с кровати и направилась в ванную. Трясущимися руками роюсь в ящиках в поисках заветной коробочки. У меня их раньше много было, я покупала в аптеке тесты каждый месяц по несколько штук. Все надеялась…

Да, есть один!

Чуть позже, сижу на краю ванной, смотрю на тоненький кусочек пластика в руках и тихо плачу. Теперь уже сама не знаю отчего, от счастья или от горя. Две ярко алые полоски, как флаг горят на белом фоне. Я столько месяцев мечтала их увидеть, надеялась. И вот это случилось, как чудо, как волшебство. И вроде бы надо прыгать от радости. А я не чувствую ничего. Даже странно. Это как видеть желанный торт. Знать, что он должен быть вкусным и сладким, но попробовав не ощутить ничего, ни вкуса, ни запаха.

Илья вошёл в ванную и притянул меня в свои объятия. Обхватил тёплыми ладонями моё лицо и нежно прикоснулся к губам.

– Я люблю тебя, Полина. Я с тобой. Я рядом. И не позволю тебе впасть в отчаяние, – смотрит на меня, поглаживая подушечками пальцев щёки и стирая слезинки. – И Руслан бы не позволил. Ради наших малышей… прошу тебя, солнышко.

Тихо плачу и качаю головой. Разумом всё понимаю, а сердце сжимается от боли.

– Но… я не понимаю. Как ты… когда почувствовал?

– Там, в горах. Как только увидели тебя, как только коснулись, мы сразу почувствовали…

– Значит… Руслан тоже…, – по щекам вновь катятся обжигающие слёзы, а слова застревают в горле. – Он знал… когда…

– Конечно знал, – шепчет Илья, прижимая меня к своей груди гладит по волосам и спине. А я продолжаю всхлипывать, вжимаясь в его тело, как в спасательный круг.

Чуть позже Илья отнёс меня на кровать, всё так же не выпуская из своих объятий. Закутал в одеяло и прижал к себе. А потом мы ещё долго лежали вот так, молча, каждый в своих мыслях. И я не зала, что нас ждёт дальше. Как же мы теперь без него? Как?!!!