Текст книги "Вечный оникс (ЛП)"

Автор книги: Элис К. Уэйн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 5 страниц)

Прошло ещё три дня, пока мы проверяли планы, перепроверяли чертежи и наблюдали, как Райкер беспокоится у постели друга. Терренс будет жить, но, как и через какое время придёт в норму, я не рисковала предугадывать.

– Пора. – Я кивнула Райкеру, когда солнце зашло в унылый понедельник. Как любили говорить люди, – «я не становлюсь моложе», и не могу больше ждать. Как только Генезис умрёт, я освобожусь из ментальной клетки, в которую загнала себя после побега от ассасинов.

Ночь была тёмной и холодной, идеальной для смерти, и мы с Райкером шли рука об руку, с одинаковыми чёрных сумками, набитыми одинаковым оружием. Хотя я планировала входить и выходить, как вор в ночи, не готовиться к бою было бы фатальной ошибкой. Впереди здание вырисовывалось, как огромный рог демона, прорезающий облака. Жадность и амбиции Генезиса, как и его здание, разрезали бы луну пополам, если бы могли подняться чуть выше. Из-за всех ужасных вещей, которые происходили в гильдии ассасинов, когда они поняли, как Генезис принимает молодых рекрутов, что на самом деле они не проданы ему или безвозмездно отданы родителями, гильдия изгнала его. Его бы уже убили, не собери он армию верных убийц, которые помогли ему избежать участи. Всех детей с промытыми мозгами, как я предполагала, украли из дома и научили быть верными только ему, в том числе и меня. Впрочем, неважно. Его армия не могла защищать его вечно, не тогда, когда так много людей хотели его убить. За годы, прошедшие с момента побега, почти все его некогда верные последователи узнали про обман и покинули его. Теперь рядом осталась лишь небольшая армия, и сегодня вечером я планировала пройти мимо них всех, потому что всегда была лучшей.

Райкер воспользовался ключом, который украл во время работы, чтобы проникнуть в комнату видеонаблюдения, где ночью охранник наблюдал за камерами. Подойдя к нему сзади, я быстро перерезала ему горло, и Райкер занял его место. Наушники, которые были у охранника, теперь лежали на панели управления, и Райкер мог слышать других охранников. Он надел свой комплект наушников, которые были соединены с моими. Он проводил меня по зданию, наблюдая по экранам и держа подальше от других охранников.

Стоит признать, что, как бы мне было ненавистно иметь пару, в подобной ситуации это действительно оказалось кстати. Он повёл меня вверх по лестнице, потому что пользоваться лифтом слишком рискованно. Мы не могли предсказать и контролировать, кто может решить пройти по коридору в тот момент, когда я доеду до нужного этажа, или кто услышит движение лифта. То, что я вампир, не давало запыхаться, даже когда я взбегала на шестьдесят этажей. Только однажды мне пришлось остановиться, потому что охранник, который, по-видимому, очень серьёзно относился к своей работе, решил на всякий случай проверить лестничную клетку. Хороший человек.

Очень жаль, что он работал на лорда отбросов.

Когда я добралась до верха лестницы, драка была неизбежна. На этом этаже стояли пять охранников, и чтобы убить Генезиса и наслаждаться этим столько, сколько захочу, мне придётся убить их всех или рискнуть, чтобы один из них пришёл проведать его.

Райкер благополучно провёл меня по лестнице и почти полностью довёл до первого охранника. Он стоял, прислонившись к стене позади, курил сигарету и писал кому-то сообщение на телефоне. Я низко пригнулась и зашла за угол. Как только он заметил меня, я встала, проведя клинком прямо под его подбородком и вонзив в череп. Я подхватила тело до того, как оно рухнуло на пол, и перенесла в комнату, которая в данный момент была пуста. Ещё двое охранников играли в карты прямо у шахты лифта. Ещё одна веская причина никогда не пользоваться лифтом. По словам Райкера, хорошего способа подкрасться к ним не было, поэтому мне пришлось прибегнуть к следующему: я надела глушитель на ствол пистолета, и после двух выстрелов оба упали, истекая кровью на фишки для покера. Я оставил их тела, потому что мне предстояло убрать ещё двух, и ни один из них не рисковал наткнуться на этих. Я молча стояла, прижавшись к стене, ожидая, когда мужчина выйдет из-за угла. Мне казалось, что ждать слишком долго, но голос Райкера в моем ухе успокоил нервы и придал терпения.

Мой меч был вплотную прижат к стене, и когда охранник зашёл за угол, я просто выдвинул лезвие дальше, так что он вошёл прямо в него, пронзив себя. Самая лёгкая смерть, о которой мог мечтать ассасин. Последний, напомнила я себе, начиная беспокоиться. Обычно мне было бы нетрудно оставаться незаметной часами напролёт, но когда дело касается человекам, охоте на которого я посвятила жизнь, и он всего в нескольких футах от меня, оставаться тихой непросто. У меня не хватило терпения подкрасться сзади к последнему охраннику. Я слишком взвинчена, поэтому достала верный глушитель и всадила пулю в затылок, когда он уходил.

Райкер прошептал мне на ухо поздравления и слова поддержки, и хотя я думала, что съёжусь от такого эмоционального проявления, честно говоря, обнаружила, что получаю удовольствие. Он превращал меня в мягкотелую одним ласковым словом с южным акцентом.

Наконец, я оказалась лицом к лицу с добычей. Она не была заперта, и снаружи не было клавиатуры. Зачем это делать в здании, полном охраны? Наш разделял лишь поворот ручки.

Сделав глубокий вдох, я повернула эту ручку и тихонько пробралась в комнату. Генезис спал посреди громадной кровати с балдахином, и какое-то мгновение я просто наблюдала, как его грудь поднимается и опускается. Это одни из его последних вдохов.

Слеза скатилась из моего глаза, и когда я вытерла её, удивилась, почему она вообще там оказалась. Я села на кровать, приставив меч к его шее, и в момент, когда холодная сталь коснулась плоти, его чёрные глаза широко раскрылись.

Он не закричал, когда увидел моё лицо, не попытался позвать на помощь или дотянуться до телефона. Он просто медленно моргнул несколько раз, а затем кивнул, как будто приветствуя старого друга. Возможно, я была для него старым другом, и, возможно, он был им и для меня. Это могло бы объяснить очень странный вид слезы.

– Ты пришла убить меня, – заявил он, не спрашивая.

Я кивнула, мой голос внезапно пропал.

– Ты прошла мимо всех, кто был внутри. Ты, должно быть, очень гордишься. – Он улыбнулся, как отец дочери. – Ты всегда была одной из лучших, знаешь?

– Да. – Я кивнула и почувствовала ещё одну непрошеную слезу, хотя на этот раз я не пошевелилась, чтобы смахнуть её.

– Ты злишься, потому что я забрал тебя из семьи. – Он опустил взгляд на свои руки, но, похоже, не испытывал стыда. – Все злятся. Гильдия даже уволила меня из-за этого. Никто не может отрицать, что у меня талант выбирать лучшее. И да, я мог бы оставить тебя с семьёй во Вьетнаме. Я мог бы позволить тебе вырасти домохозяйкой, швеёй или кем-то ещё, что было бы полной тратой таланта, но гильдия наняла меня не для этого. А потому что с моей магией я мог найти лучших людей в мире, чтобы они росли и становились лучшими ассасинами в мире. Они должны знать, что я делаю, но не обратили внимания из-за успеха. Только когда многие из вас отвернулись от нас, и они больше не могли избегать беспорядка, начали беспокоиться и поменялись со мной ролями.

– Очень печальная история, – сказала я и медленно кивнула. – К несчастью, кое-кто научил меня сдерживать эмоции при совершении убийств. Я думала более чем о сотни различных способов убить тебя.

– Ты всегда была лучшей. – Он потянулся и взял меня за руку, а затем нежно поцеловал в ладонь. – Если меня должны убить, я рад, что это ты, а не какой-нибудь жнец из глухого переулка.

– Есть что сказать напоследок? – спросила я, и упала ещё одна слеза.

– Спасибо, что оплакиваешь меня. – Он снова поцеловал мою руку. – Спасибо, что пришла и оборвала мою жизнь. Хотя может показаться, что я пытаюсь тебя разубедить, нет. Я хочу поблагодарить, и надеюсь, что когда я буду далеко в прошлом, и твой гнев утихнет, ты поймёшь, что мои поступки были для общего блага. И, возможно, однажды встанешь над моей могилой с небольшой благодарностью.

– Может быть, когда-нибудь, – согласилась я, не совсем уверенная, произойдёт ли это. – Прощай, Генезис.

– Прощай, дорогая. – Он закрыл глаза и улыбнулся.

Лезвие вошло глубоко и сильно, почти полностью оторвав его голову. Через несколько секунд он исчез, а я сидела и наблюдала. Где-то внутри возникло чувство, что я в долгу перед ним. Когда дело было сделано, и я была готова уйти, тело двигалось, но голова оставалась в тумане. Когда я спустилась по лестнице, а затем в комнату наблюдения, Райкер ждал меня с распростёртыми объятиями.

– Ты хочешь убить их всех? – спросил он, думая, что причинение большей боли может вывести меня из ступора.

– Я хочу уйти отсюда. – Я крепко обняла его и поняла, что искренне счастлива его появлению. Теперь у меня есть тот, на кого я могу опереться.

– Тогда давай убираться отсюда к чёрту. – Он поцеловал меня в лоб, и я не почувствовала ненависти к этому.

Так же тихо, как пришли, мы ушли и были в нескольких кварталах, прежде чем прозвучал сигнал тревоги, который, как я поняла, оповещал всех о чрезвычайной ситуации. Мы выбрались живыми, потому что работали вместе, как и с ведьмами. За то короткое время, что мы были в жизни друг друга, пережили безумное бурное приключение и вышли из него лучшими.

– О чём думаешь? – спросил Райкер, когда мы рука об руку шли туда, откуда пришли.

– О нас и безумном приключении, в котором участвуем. – Я вздохнула, наполовину задаваясь вопросом, не выскочат ли ведьмы или убийцы из ниоткуда, чтобы убить нас, как раз когда мы думали, что убегаем.

– И это ещё не конец. – Он ухмыльнулся, глядя на меня, и у меня внутри всё сжалось. – Не забывай, что ты должна мне свадьбу.

Я издала рвотный звук, но он проигнорировал его.

– Я не забыла, но у меня нет белого. – Я ткнула его локтем в рёбра. Свадьба будет традиционной.

– Мне всё равно, даже если ты вообще ничего не наденешь, главное, чтобы ты сказала «Да», – прошептал он и притянул меня к себе для поцелуя.

Однако на этот раз это был не просто поцелуй. А поцелуй во имя нашего будущего и нашей любви, и как бы сильно я ни ненавидела всё это вначале, знала, что нуждаюсь в нём сейчас и с этого момента не смогу без него жить. Этот поцелуй, и этот мужчина, был для меня сейчас всем.

3 месяца спустя

– Я больше никогда не надену платье, – тихо прорычала я, когда Райкер встретил меня за столом жениха и невесты.

– Это было бы преступлением против человечности, – прошептал он мне в губы, затем нежно поцеловал.

Когда мы оторвались друг от друга, то позировали для очередного снимка, сделанного ещё одним фотографом, которого наняла его мать. Женщина была милой, как пирожок, но, возможно, она действительно пыталась убить меня счастьем молодых. Перед нами был огороженный верёвкой стол, для всех людей, которых я не знала, за исключением Терренса. Мы ждали этой свадьбы, пока он не поправится и сможет выписаться из больницы. Как и опасались врачи, они не смогли удалить шрамы до конца, и хотя никто из присутствующих здесь людей не мог их видеть, для меня они сияли ярко, как флуоресцентные лампы над нами.

Я слегка улыбнулась ему, и он отстранённо кивнул в ответ. Он уже не был тем человеком, как до ведьм, и Райкер боялся, что он, возможно, никогда больше не станет самим собой. Нет, и не существовали терапевты, которые сидели бы и слушали его заявления о том, что его похитили ведьмы и в него вселились демоны. Его тут же запрут в психушку.

– С ним всё будет в порядке. – Я оглянулась и увидела беспокойство в глазах Райкера.

– Я просто рад, что теперь у меня есть ты, и с тобой я могу идти по жизни. Хотел бы я сказать то же самое о нём, – сказал он, кивая другу, и на мгновение выражение лица Терренса смягчилось.

– Вот ты где! – Меня нашла мать Райкера. – Тебе обязательно нужно отведать моего домашнего персикового пирога.

– О, я уже ела кусочек, – солгала я и улыбнулась как можно вежливее, отчего, вероятно, стало походить на убийцу с топором. – Больше меня не влезет.

– Конечно, влезет, дорогая. Ты же ничего не весишь! Эти твои крошечные птичьи косточки… – Она лучезарно улыбнулась и положила мне на тарелку огромный кусок пирога.

– Драконьи косточки, – поправила я, наслаждаясь растерянным выражением её лица. – У меня кости, как у дракона.