Текст книги "Закат рассвета (СИ)"
Автор книги: Элеонора Шах
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)
Часть 17
Часы этой бесконечной ночи проходили в томительном ожидании. Предвкушение очередной встречи с Александром заставляло Люси прислушиваться к звукам, доносящимся из коридора. Восторг, который знают только влюбленные, еще не осознавшие всю глубину своих чувств, переполнял ее.
Девушка долго ворочалась, пока, наконец, не заснула со счастливой улыбкой на губах. Совсем скоро они снова встретятся!
Люси испытывала какую-то непонятную привязанность к своему новому знакомому, противоположному ей по своей сущности и таившему в себе столько мистического!..
Она чувствовала, что в ее жизни начались перемены и что печаль и одиночество недолго еще будут заполнять ее душу.
Девушке казалось, что с появлением Александра, появилась и надежда, оживившая в ней все ее силы и способности. Она не могла точно сказать, чего ожидала, но что-то важное должно было произойти! Может быть, не сегодня и не завтра, но определенно – в скором будущем. Крохотная надежда на счастье – Люси ощутила ее в первую же встречу с Александром. Его глаза – вот что вселяло в нее эти ощущения! И еще то, что чувство привязанности все больше росло в ее сердце с каждой встречей с этим необычным обитателем Базы.
Заключенный оказался совсем не таким, как описывали подобных ему люди. Он был уравновешенным, добродушным, хорошо воспитанным и неглупым. От него веяло спокойствием и внутренней силой, а доброта и сдержанность вселяли в девушку ощущение полной безопасности и защищенности. К тому же, Александр терпеливо отвечал на все ее многочисленные вопросы, и это больше всего подкупало Люси.
* * *
– Вот и я! – воскликнула она, как обычно под утро подойдя к камере и увидев Александра в маленьком дверном окошке. – Держи, это тебе.
Люси протиснула в решетку две книжки в тонкой обложке, чуть согнув их, чтобы они пролезли сквозь прутья.
– Одна – детектив, а вторая – роман. Не знаю, что тебе больше нравится. А это листы и карандаши. Жаль я не могу принести тебе айпод, забыла дома, пока в спешке собиралась.
– Спасибо тебе, – ответил Александр, забирая книги с бумагой, – ничего страшного, я предпочитаю книги.
– А это один из моих рисунков, я его рисовала к приезду мамы, но он так и остался у меня.
Александр посмотрел на картину – на ней был пейзаж, сделанный цветными мелками.
– Очень красиво, я бы так точно не смог…
– Алекс, ты должен попробовать! Нельзя говорить, что ты не можешь, пока не попытаешься. Вот если попробуешь, и не получится – то, может быть, еще время не пришло…
– Наверное, ты права, – задумчиво произнес он.
– Не наверное, а права! Вот попробуй – и сам увидишь…
– Договорились! – улыбнулся Александр, понимая, что она от него так просто не отстанет.
– Кстати, а почему ты так странно одет? – поинтересовалась Люси.
– Почему странно? – Александр оглядел себя.
– Ну, не странно, а по-старинному. Я помню на тебе были белая рубашка и черные блестящие брюки, прямо как в исторических фильмах.
– А-а-а, это дань традициям, – улыбнулся Александр, – так большинство наших одеваются. А тебе не нравится?
– Нет, мне очень нравится, просто необычно. Вообще, моя мама всегда говорила, что не надо гнаться за модой, потому что не все, что модно, может подойти именно тебе. Главное, чтобы было со вкусом, подчеркивало твои достоинства, а не недостатки, и чтобы было не кричаще и к месту.
– Она была права!
– Да, у нее был очень хороший вкус. Видимо, поэтому ею всегда так восхищались окружающие, включая моего отца, – с грустью произнесла Люси.
– Жаль, что я не могу познакомиться с твоей матерью, – серьезно произнес Александр.
– Да, мне тоже. Ты бы ей точно понравился…
– Как ты думаешь, а что сказал бы твой отец, если б ты привела в дом меня?
Девушке хотелось солгать, сказать, что отцу он тоже бы понравился, но это было не так. Ее отец, который на пушечный выстрел не подпускал к дочери обычных поклонников, категорически запретил бы ей даже упоминать о подобных Александру.
– Он бы не понял, – созналась она.
Впервые Люси задумалась над тем, что ее знакомство с Александром необычно и что другие люди могут быть не так терпимы к ее новому другу.
– Я мог бы очаровать твоего отца своим отменным воспитанием, – шутя улыбнулся тот.
Девушка поняла, что он просто дразнит ее. Ведь на самом деле Александр понимает, что каким бы он очаровательным и воспитанным ни был – ее отец никогда его не примет.
– Да ну? Неужели? – рассмеялась она, представив эту ситуацию.
«Папа, познакомься, это твой будущий зять!» И глаза папы в ответ на ее заявление. С одной стороны его можно понять. Какой нормальный отец не будет трястись за единственное сокровище. Но с другой стороны, после всех «за» и «против» выбор дочери должен оставаться за ней: с кем ей дружить, за кого выходить замуж.
Заговорив об отце, Люси вспомнила их последний разговор.
– Алекс, вчера мой отец чуть не застал меня, когда я вернулась от тебя. Он говорил о каком-то важном вампире, и, похоже, речь шла о тебе. Еще он сказал, что ожидается нападение на Базу. Это возможно?
– Не знаю, но, думаю, возможно. Мой народ остался без лидера, не считая моего деда, который спит и которого вряд ли будут будить.
– А ваши могут причинить вред тем, кто живет на Базе?
– Если только будет оказано сопротивление, в другом случае – нет. У нас политика: людей не трогать, не считая тех, кто на нас охотится.
– Из-за всей этой ситуации с вирусом теперь на вас охотятся еще яростней. Что будет, если все люди узнают о вашем существовании? Почему вы не хотите, действительно, заявить о себе? Думаю, со временем мы привыкли бы к вам.
Александр улыбнулся – девушка поражала его своей детской наивностью и непосредственностью.
– Ты не единственная, кто об этом спрашивает. Этот вопрос поднимался не раз, но, помня ущерб, нанесенный Серилом, мы старались погасить эту тему еще в зародыше. Именно благодаря тем, кто стремился о себе заявить, и появились легенды, книги, фильмы о нас.
– Понятно… Алекс, мой отец сказал, чтобы я как можно реже выходила из комнаты. Поэтому, если я вдруг не появлюсь, значит сижу в комнате.
– Хорошо, – понимающе кивнул Александр.
– Знаешь, я не хочу тебя расстраивать, но я спрашивала о лорде Мариуте у Эрика – и он сказал, что не знает такого. Мне очень жаль, – с сожалением в голосе произнесла девушка.
– Спасибо тебе… – Александр помолчал, а потом добавил: – Думаю, тебе пора возвращаться.
Ему хотелось побыть наедине со своими мыслями. Как бы Люси ни радовала его душу, он часто погружался в размышления о своем теперешнем положении, о своих братьях и думал над тем, что принесет ему завтрашний день.
– Да, спокойной ночи, Алекс! Я постараюсь завтра прийти снова.
– Буду ждать. Спокойной ночи, – Александр проводил девушку взглядом, пока она не исчезла из вида.
Часть 18
В мрачной камере Александр уже давно потерял счет дням. В этой лишенной нормального света квадратной «норе» день и ночь не отличались друг от друга. Лишь один тусклый светильник освещал мрак побуревших от времени каменных стен.
Он в который раз вспомнил тот день, когда его схватили…
…По прибытии на Базу в наручниках и ошейнике и в сопровождении четырех охранников Александра направили на нижний уровень, где содержались заключенные. Бессильный, он мог только разглядывать череду коридоров, по которым его вели и которые были похожи один на другой.
Для него было удивительным встретить такую юную особу без униформы или каких-либо отличительных знаков в этом мрачном месте. Он смотрел на девушку, пытаясь понять, что она могла делать в этом месте. Ее лицо почему-то было искажено непонятной гримасой, веки – плотно сжаты, а щеки – надуты. Но спустя несколько секунд она открыла глаза, которые стали быстро округляться по мере того, как он к ней приближался.
Даже сейчас, при всем своем удручающем положении, находясь в камере, Александр не мог удержаться, чтобы не прыснуть от смеха – настолько уморительно смешной была Люси в тот момент. Может, она не желала видеть, как ведут заключенного? А зачем она задержала дыхание? Он сидел на койке и размышлял над этой загадкой.
Александр знал, какое впечатление производил на женщин, но никогда не видел такой странной реакции, проявляющейся в его присутствии. Имея благородные черты лица и атлетическое телосложение, он всегда выгодно отличался в среде молодых собратьев, благодаря чему постоянно вызывал к себе интерес противоположного пола и располагал к себе. Он с детства был похож на ангела несмотря на темные волосы и глаза, и ему без труда удавалось очаровывать женщин и получать от них все, что он хотел.
Но Люси была не такой, как все остальные. И когда она стала приходить каждую ночь, зловещие мысли Александра постепенно рассеялись, а страхи понемногу отступили перед этой хрупкой на вид, но такой сильной духом девушкой. Появление этого милого и обаятельного существа в таком мрачном месте согрело его. Она словно осветила все вокруг, а ее присутствие придало ему сил, чтобы выжить в этой тюрьме.
Каждый день Александр открывал новые, еще неизвестные ему, черты своеобразной натуры Люси. Он всегда считал, что достаточно хорошо разбирается в женщинах, а уж тем более в молодых. Но она была, как увлекательная книга, которую перечитываешь по нескольку раз и каждый раз находишь что-то новое.
Александр не пытался манипулировать еще не окрепшим сознанием девушки. Он просто любовался ею. В Люси явно проглядывали какие-то силы, которые влияли на него самого и задевали самые дальние уголки его потаенной души. Светлое лицо с аккуратными веснушками и чуть розоватыми щеками напоминали какой-то сказочный персонаж. Ее лицо светилось теплым ясным светом, а голубые глаза сияли, что придавало им необычайную красоту. Они казались красивее и роднее всех глаз, которые Александр видел до сих пор. Красота их была в выражении, живости и сиянии. А еще лицо Люси было очень подвижное: все ее мысли, все движения ее сознания отражались на нем. Поэтому порой Александру трудно было сдержать смех.
Он лежал на койке, размышляя о девушке, и не замечал, что на его лице появилась мечтательная, немного странная улыбка.
Часть 19
В течение долгого времени мир для Люси был ограничен стенами Базы. Она ничего не знала, кроме местных правил и гнетущей атмосферы. Но за последнее время в ней произошла глубокая перемена. Она, наконец, полностью осознала, что с появлением Александра ее жизнь круто изменилась.
Он принес с собой атмосферу мира и тишины, которой девушка наслаждалась во время их встреч. И теперь, оставаясь наедине с собой, она чувствовала, что прежняя Люси вернулась. Появилось какое-то внутреннее спокойствие. И хотя мысли о будущем еще немного тревожили, она теперь верила, что все будет хорошо. Она вспомнила, что мир необъятен и что перед ней открывается широкое поле для надежд, страхов, радостей и волнений, счастья и любви.
Каждый день Люси была мысленно с Александром. Все новые и новые вопросы появлялись у нее, и только он мог ответить на них. За это короткое время девушка узнала столько всего нового и интересного! Они беседовали на самые разные темы: о странах, o местах, о которых она никогда не слышала, о канувших в вечность временах и народах, о разных открытиях, о едва изученных тайнах природы, о книгах и еще о многом-многом другом. Люси удивлялась: сколько же книг Александр успел прочитать за свою жизнь! И как хорошо он знал Францию и французский язык! Ее восхищали его познания, приобретенные за долгую жизнь. Девушка мечтала увидеть столько же, сколько успел повидать Александр.
И самое удивительное, что его всегда интересовала ничем не приметная жизнь Люси на Базе. Он всегда внимательно выслушивал ее, задавая вопросы о всяких мелочах. Сперва она не понимала, что такого захватывающего он видел в ее рассказах о проведенном дне. Но потом привыкла, объясняя этот интерес однообразием его тепершнего положения.
С каждым днем Люси все труднее было расставаться с Александром пусть даже и на короткое время, было больно оттого, что им приходится общаться в такой обстановке. Девушка старалась подбадривать его, развлекая рассказами о своем детстве. Она понимала, что несправедливо удерживать кого-либо силой, причиняя при этом страдания!
Люси задавалась вопросами: почему ее так тянет к Александру, почему она постоянно хочет видеть его, слушать, говорить с ним?
Он стал ее другом, учителем и, похоже, уже кем-то более близким, так как простая жажда знаний не вызывает таких чувств, как нежность, теплота и непонятные волнение и трепет, присутствующие теперь постоянно в сердце Люси. Ей казалось, что он был в ее жизни всегда.
«Может, я влюбилась? – как-то раз подумала она. – Или просто эти существа способны вызывать такие яркие эмоции в человеке?!»
Мистический, завораживающий прекрасный хищник… Есть ли у него душа, и способна ли эта душа на любовь? Способен ли он распознать это чувство? И если да… Будет ли эта любовь равноценна человеческой?
Обычно ответы на такие глубокие вопросы не приходят за один день, но тот, кто их ищет, кто вообще задается этими вопросами, рано или поздно находит.
И Люси тоже нашла.
Александр был одним из тех мужчин, в которых влюбляются раз и на всю жизнь.
Его глаза были отражением ее глаз, как в зеркале… Тех самых, которые на всех фотографиях разглядывали папины и мамины друзья со словами «какие выразительные глазки у ребенка!». Только его глаза были наполнены еще печалью и болью одиночества, мудростью, осознанием того, чего большинство людей не понимает.
Люси хотела быть счастливой – очень хотела! Но ей также хотелось делить это счастье с кем-то близким. Сидя взаперти на ненавистной ей Базе, не имея подходящих друзей, возможности общаться с отцом, девушка ощущала, что в ней все больше и больше копится неизбывная нежность, которой ей хотелось поделиться с близким человеком.
Как и содержимое переполненного сосуда, рано или поздно содержимое души тоже ищет выхода. И, похоже, для Люси этот момент настал. Теперь единственным ее желанием было обрушить всю свою накопленную нежность на Александра, укрыть его от всего плохого и грустного, чтобы его глаза всегда были счастливы. Ведь она видела, что в них такая глубокая печаль, которая чем-то похожа на ее собственные терзания! Девушке так хотелось, чтобы ее любили беззаветно, преданно, так, как она сама была готова любить!
Александр! Рядом с ним она чувствовала себя в такой безопасности, ощущала такое тепло! Но едва она возвращалась к себе, как в комнате словно темнело, и сердце сжималось от мысли, что он остался совсем один в том темном, мрачном месте.
И Люси мечтала оказаться с ним в какой-нибудь невиданной стране, где кругом только густой девственный лес, где почти нет людей, где никто и ничто не помешает их счастью.
Часть 20
Воспользовавшись тем, что Марго помогает матери по кухне, а отец, как всегда, занят своими делами, Люси бродила одна по саду, окидывая взором далекие поля и горы и всматриваясь в туманный горизонт. Она наслаждалась мирным пейзажем и свежестью пьянящего воздуха, прислушивалась к шуму прибоя, доносившемуся из-за скал, и размышляла о том, как же было бы чудесно оказаться на берегу у моря.
В полном уединении девушка прислушивалась к нараставшему в ее сердце волнению. Это чувство смущало ее, бурные фантазии будоражили воображение, насыщая ее мысли всем, чего она желала и чего лишена была долгое время, находясь на Базе. Люси хотелось увидеть города и местности, полные жизни, о которых она слышала, но которых никогда так и не довелось посетить, достигнуть иного, деятельного мира. Она мечтала о встречах с интересными людьми, отличающимися от тех, которые окружали ее до сих пор.
Во время своих одиноких прогулок девушка нередко слышала, как обитатели Базы вполголоса обсуждают то, что происходит на восьмом и девятом уровнях.
Она не раз пыталась вовлечь кого-нибудь в разговор, но тогда все становились чрезвычайно молчаливыми. Все ее попытки пресекались односложными и такими неопределенными ответами, что пропадала охота задавать вопросы.
Вернувшись в свою комнату, Люси возобновила прерванный ход мыслей. Казалось, стоит вернуться к размышлениям, которым она предавалась весь день – и непременно найдется выход из создавшейся ситуации. Девушка уселась на кровать, натянула на себя плед и принялась усиленно размышлять.
«Чего я хочу? Жить в другом месте, среди новых лиц, в новых обстоятельствах? Заниматься саморазвитием и иметь возможность увидеть весь мир, в котором я родилась?! Хочу просто быть счастливой. Да, я этого хочу! Но еще больше я хочу всегда быть с Алексом, хочу слышать его голос, видеть его глаза и улыбку. Только тогда я смогу быть счастливой… Я должна вытащить отсюда Алекса! Но как это сделать? Ничего дельного на ум не приходит».
Люси мучительно искала решение. Она чувствовала, как от напряжения кровь стучит у нее в висках. Разгоряченная тщетными усилиями девушка вскочила и начала ходить по комнате. Отдернув занавеску, она увидела на плазменном экране окна ночное небо и несколько звезд. Полюбовавшись ими некоторое время, она почувствовала, как навалилась усталость, и легла в кровать.
Люси поворочалась немного, улеглась поудобнее и закрыла глаза, ожидая, когда уснет. Но вдруг неожиданная мысль словно взорвалась у нее в голове: «Ведь они бессмертны! Это, несомненно, выход! Я должна стать вампиром! Стены Базы защитят меня от солнца, и я смогу придумать план освобождения Александра, а потом мы вместе убежим. Решено! Сегодня же я попрошу Алекса меня обернуть».
Само слово «бессмертие» звучало очень заманчиво и обнадеживающе. Раньше оно было настолько фантастичным и нереальным, что думать об этом было просто потерей времени. Теперь ее желание выбраться отсюда любым путем стало вполне выполнимым. Это вовсе не так трудно, надо только убедить Александра в необходимости его помощи.
Люси замерла на мгновение, а потом решительно качнула головой – да, она приняла правильное решение: она должна стать такой, как он, изменить свою жизнь, покинуть отца…
Девушка еще раз обдумала все до мельчайших подробностей и, почувствовав удовлетворение, наконец заснула.
Спустя несколько часов она проснулась. Будильник еще не успел зазвенеть, а Люси уже была готова бежать к Александру. Натянув на себя джинсы и свитер и завязав узлом длинные волосы, девушка открыла дверь и проверила – все ли спокойно в коридоре. Она твердо решила, что будет как можно убедительней в разговоре с Александром. Постояв пару минут, чтобы обдумать еще раз приготовленные слова, Люси выскользнула за дверь.
Она миновала длинный коридор и спустилась по знакомым уже ступеням. Возле двери на восьмой уровень девушка задержалась на несколько минут, прислушиваясь к тишине спящего комплекса. Эта тишина казалась гнетущей. Очутившись одна в пустом коридоре, она подошла к двери, из-под которой просачивался тусклый свет. Царила глубокая тишина. Дрожа от волнения, Люси позвала Александра.
– Здравствуй, Люси, – отозвался он.
Девушка посмотрела на него и быстро улыбнулась, но улыбка была лишена всякого веселья – обычно люди так улыбаются перед тем, как сказать что-то серьезное.
– Алекс, я хочу стать такой, как ты! – выпалила она, глядя на Александра широко раскрытыми глазами.
Он некоторое время растерянно молчал, глядя на девушку, а затем жестко сказал, как отрезал:
– Нет!
– Почему? Что в этом плохого?
На лице Люси отразилось недоумение.
Александр нахмурился, разглядывая девушку и соображая, – что черт побери на нее сегодня нашло?
– Ты не видишь в этом ничего плохого потому, что не знаешь, что значит быть одной из нас… – ответил Александр жестким голосом.
Он тут же пожалел о своем тоне, но отвернулся к стене, чтобы Люси этого не заметила.
– Ты стал мне учителем, ты стал мне всем, ведь ты сам говорил, что люди приходят в твою жизнь для того, чтобы научить тебя чему-то или научиться у тебя. Почему я не могу стать такой, как ты?! Я хочу быть свободной, как ты, иметь такие же способности и возможности. Ты почти такой же, как и все мы, за исключением небольшой разницы.
– Вот именно – почти! – резко произнес Александр, всем своим видом показывая девушке, что он категорически против ее намерений. – В этом «почти» заключается очень многое. Ты сама не понимаешь, чего просишь!
– Что плохого в том, если я стану одной из вас?! – не унималась Люси. – Ты хотел бы, чтобы мы общались дольше, чем одну человеческую жизнь?
– Я хотел бы, но…
– Вот видишь! – обрадованно воскликнула девушка.
– Люси, быть вампиром – это не привилегия. Несмотря на наше физическое превосходство и способности, мы имеем ограничения, о которых ты и сама прекрасно знаешь. Ты хоть представляешь себе слово «вечность»?! Ну, первые триста лет можно по миру поездить, ну, еще можно лет сто изучать разные предметы, учить языки, учиться петь, танцевать и так далее. А потом что?
– Но ведь это же так захватывающе! – возразила Люси. – Ты можешь жить в любой точке мира, ты можешь изучать разные культуры и их языки, ты можешь за один день позавтракать в Лондоне, пообедать в Париже и поужинать в Италии, ты мож….
– Нет, Люси! – почти прорычав, перебил ее Александр. – За свое неосознанное желание тебе придется заплатить человеческой сущностью. Ты навсегда потеряешь дневной мир! Как только твоя кровь изменится, пути назад уже не будет! Спустя некоторое время новообращенный впадает в страшную депрессию. Вырабатывается устойчивый яд уныния. Он глушит все! Ты лишишься возможности любоваться яркими красками окружающего мира. Ты должна будешь забыть о солнце! Ты понимаешь?! Величайшая живописная сила заключена в солнечном свете – и всего этого ты будешь лишена навсегда!
Ты еще не готова к такому…
Люси, сдвинув брови, сосредоточенно думала о чем-то.
– Хорошо, – решительным голосом заявила она – если ты не хочешь сделать это, я найду другого, который захочет!
– Тогда у тебя будут два варианта: тебя сразу убьют, а если не убьют, и ты все-таки станешь одной из нас, то ты никогда не сможешь иметь детей и все столетия будешь выглядеть на свои семнадцать. Ты же сама говорила, что все обращаются с тобой, как с ребенком, из-за твоей внешности, так вот – с тобой всегда будут так обращаться, внешне ты никогда не изменишься!
Девушка задумалась, опустила взгляд, пытаясь осознать сказанное Александром.
– Неужели все так серьезно и сложно? Почему я не смогу иметь детей? – недоверчиво спросила она, глядя на Александра.
– Вампиры, получившие свой дар, или проклятие, в результате укуса, а не по рождению – не могут иметь детей, и у них сила чуть слабее, чем у прирожденных. Именно поэтому они компенсируют этот недостаток не качеством, а количеством. Настоящий вампир никогда не будет обращать человека без веской причины. Тяжелая болезнь, любовь и так далее. И я придерживаюсь этих правил.
– Алекс, могу я спросить?
Александр мрачно кивнул.
– А женщина-человек может родить от вампира, а потом уже стать вампиром?
– Может, но уж точно не в семнадцать лет.
– Почему?
– Потому что семнадцать лет – это слишком ранний возраст для того, чтобы становиться вампиром, и, конечно, для рождения детей. Ты сама еще к этому не готова ни морально, ни физически. Семнадцать лет – это уже не маленький ребенок, но еще не взрослый. Надо сперва окрепнуть физически, повзрослеть морально, чтобы сформировался устойчивый правильный характер. Поэтому лучше не думай о таких вещах по крайней мере еще года три – четыре.
Вот когда ты повзрослеешь, и у тебя будут серьезные чувства, когда ты будешь доверять своему мужчине, вот тогда уже можно переходить на другой уровень отношений… Кстати, если он будет действительно тебя любить, то не будет торопить с этим делом.
– Так ты тоже считаешь меня ребенком, считаешь, что я еще слишком мала, чтобы разбираться в любви?! – возмутилась Люси.
– Нет, я не считаю тебя ребенком. Ты мне очень дорога. Но я вижу, что тебя нужно защитить от тебя самой. Чтобы разбираться в любви, надо уметь различать настоящее чувство от ложного. Такому юному существу, как ты, это сделать непросто. Любовь зависит от многих факторов. Это и внешность, и качества характера, и достижения, то, что для тебя или ради тебя делается, то, как ты себя чувствуешь рядом с тем, на кого ты обратила внимание. Насколько он о тебе заботится, куда направляет, на что вдохновляет, чему учит. Но главное – чего хочешь ты и что именно для тебя главное. Каждый решает для себя, что из вышесказанного для него важнее. Со временем, когда ты станешь более взрослой, ты начнешь разбираться во всем этом гораздо лучше, сможешь правильно определять, как к тебе относятся люди и как ты сама относишься к ним. Главное, помни: тот, кто пытается подавить твою личность, пытается заставить тебя делать то, что может принести тебе вред, кто только берет, не давая ничего взамен, и наоборот, кто постоянно потакает всем твоим прихотям, которые могут привести к серьезным последствиям, кто не предостерегает тебя, видя, что ты поступаешь ошибочно – тот не достоин твоей любви, твоего внимания.
Люси задумалась, так как Александр ее сильно озадачил. Она уже забыла о своем желании стать вампиром и погрузилась в размышления о сказанном: теперь она точно знала, как ей определить свои отношения с Александром.
Он прервал ее размышления, резко сказав:
– Прости, Люси, но я хотел бы побыть один.
Просьба девушки его испугала, хотя он этого и не показал. Разговор напомнил ему об Элен. Давняя трагедия снова обожгла сердце невыносимой болью. Сама мысль, что его доводы не произвели на Люси должного эффекта, приводила Александра в отчаяние. Он понимал, что девушка может совершить непоправимую ошибку и обратиться к кому-то другому.
На лице Люси появилась тревога. Она решила, что обидела Александра своей просьбой, и с извиняющимся видом произнесла:
– Извини, Алекс. Я не буду больше просить тебя об этом. Но если со мной что-то случится и единственным спасением для меня будет стать такой, как ты, тогда ты мне поможешь?
– Люси, с тобой ничего не случится. Ты будешь жить долго и счастливо. К тому же, твой отец никогда не допустит, чтобы с тобой что-то произошло.
Она раскрыла было рот, чтобы добавить ещё что-то, но промолчала, не найдя нужных слов. Мысль об отце еще больше испортила ей настроение: он не только не допустит, чтобы что-то случилось с дочерью, он вообще много чего не допустит, особенно ее дружбы с заключенным.
Видя, что разговор не получается, что Александр предпочитает остаться наедине со своими мыслями, Люси решила оставить его в покое.
– Я пойду. Спокойного тебе дня, Алекс…
Усталость давала о себе знать – она сама уже еле стояла на ногах. После того как Александр скрылся в темноте камеры, девушка постояла немного в задумчивости и поплелась в сторону лестницы, обдумывая разговор.
Александр лег на кушетку и отвернулся к каменной стене. Он устал, ему хотелось спать. Силы как будто покидали его, а с телом происходило что-то странное. Однако он не мог понять – что именно. Мучительно стучало в голове, и он, прислонившись лбом к холодной стене, погрузился в свои мысли.
Ему так не хватало Люси. Он ждал ее каждую ночь, деля часы на минуты, а минуты на секунды, которые мысленно считал, стараясь не сбиться. Александр точно знал, что первый приход персонала – в девять утра, второй – в полдень, третий – в шесть вечера. Люси приходила под утро в четыре и уходила около половины шестого утра. И на следующий день все повторялось заново.
Александру была ненавистна сама мысль, что с ней что-то может случиться, а он будет взаперти и не сможет помочь. Но даже если бы он не был закрыт в камере, мысль о спасении Люси путем обращения не вызывала у него никакого восторга.
По статистике человек живет в среднем семьдесят пять лет. И по меркам большинства это вполне приличный срок. Но в свои семнадцать Люси не чувствовала скоротечности жизни. Люди начинают больше ценить жизнь после несчастного случая. Близость смерти накладывает отпечаток на мировоззрение и на время, которое им отведено. Будь то человеческая жизнь или вампирская – ее надо ценить.
Стремление Люси стать вампиром было вызвано не страхом скоротечности жизни, а любопытством. Она узнала от Александра, что есть возможность, умирая, воскреснуть и жить почти вечно на этой земле, и теперь жизнь не является для нее чем-то ценным. Но у нее нет ни малейшего представления, каково это жить веками! Александр не желал девушке такой жизни, по крайней мере, пока она не повзрослеет и не поймет, что его мир не так уж и привлекателен, как кажется.
Каждый день пребывания в камере становился для него все более тягостным. И только мысли о Люси давали силы держаться в ожидании, когда братья освободят его.
