Текст книги "Грубая любовь (СИ)"
Автор книги: Елена Синякова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 15 страниц)
– Но я ведь только…
– Ты опоздала, – отрезал мужчина, недобро полыхнув глазами, – На восемь минут. Поэтому проваливай. Свободна.
Женщина не сразу поверила в реальность происходящего.
Она смотрела на этого жесткого грубого мужчину, сжимая в руках пакет с едой, который на скорую руку собрала для него.
Никогда она еще не собиралась с такой скоростью, натягивая одной рукой свои самые сексуальнее чулки, а второй срочно вызывая такси! Да она даже красилась, сидя в машине, чтобы только скорее приехать к нему!
Только этот чертов Амирхан мог возвысить до небес одним своим неожиданным звонком, когда ждать его отчаялась уже как несколько лет назад. И он же мог одной фразой опустить ниже асфальта и размазать душу, словно букашку тяжелой подошвой.
Он всегда был таким сколько она его знала.
И за что его было любить Инга так и не могла себе объяснить.
Но ведь любила.
И ждала.
И втайне все равно мечтала, что придет день, когда этот жестокий человек смягчится к ней хоть немного.
Но нет…
Скорее с неба пойдет красный снег, чем Амир поменяется хоть на крошечку.
Он просто отвернулся от неё, как от пустого места, и снова откинулся на своем разложенном сидении, а Инге ничего другого не оставалось, как развернуться и, глотая слёзы, побрести обратно в свою пустую квартиру, где так не хватало мужского присутствия.
Она понимала, что его чёрствая душа не смягчится, даже если он увидит, что она идет пешком одна по темной ночной улице.
Ему будет насрать что с ней случится. В лучшем случае он скажет, что она сама виновата и не дружит с головой, раз пошла одна, а не вызвала такси снова.
И добавит, что он не гребанная нянька, а она НИКТО, чтобы он её провожал и увозил до дома.
Он всегда был таким жестоким. И наверное поэтому притягательным.
Амир не смотрел как уходила Инга.
Он просто знал, что этой ночью еще одна женщина будет рыдать из-за него горькими слезами. Но вот такой он был дебил! Да, он см никогда этого не скрывал и всем особо влюбчивым дамам заранее сообщал, что выебет не только тело, но и всю нервную систему, если они захотят с ним общаться ближе.
Никто из них когда не верил.
Все смеялись и строили глазки, но лишь до тех пор, пока сами не попадали в мясорубку его отвратительного огненного характера.
Когда у него завибрировал телефон, Амир только поморщился и кинул взгляд на экран, чтобы по номеру узнать Крапиву.
– Ты куда потерялся, брат? До сих пор трахаешься что ли?
– Нет, – коротко отозвался Амир в ответ, не вдаваясь больше в подробности.
– Тут Ратмир заехал. Есть одно дело. Подгребай, только тебя ждём.
– Без меня обсудите. Завтра расскажешь.
Амир отключился, хотя слышал, что Крапивин что-то быстро заговорил.
Не до дел ему сейчас было.
Никуда уезжать не хотелось.
Тем более, что Лина вышла из ванны, охрипшая от рыданий, и пылающая от ледяной воды. Опустошенная и раздавленная, но была в ней и какая-то уверенность, которая появилась только сейчас.
И бандит был прав.
Лина дошла до спальни и остановилась на пороге, словно какая-то сила не давала ей шагнуть вперед.
Словно это была заколдованная зона.
Вернее, скорее проклятая.
Здесь пахло Сергеем, и сейчас этот запах стал невыносимым.
В груди было так больно и пусто, что казалось, будто сердце высохло и превратилось в корягу, которое своими сухими сучками корябает грудь изнутри при каждом вдохе.
Кровать была красиво заправлена этим утром, и за тумбочкой аккуратной стопочкой лежали светлые рубашки Сергея, которые Лина хотела погладить сегодня вечером.
А теперь она не могла к ним даже просто прикоснуться.
Было противно.
Девушка понимала, что вряд ли сможет уснуть, даже не смотря на то, что выпила двойную дозу валерьянки, но лечь нужно было, хотя в доме было невыносимо.
Её телефон снова зазвонил.
Уже в третий раз.
Только это был не Сергей, а с работы.
На мужа стояла особенная мелодия, и если бы она зазвучала сейчас, то Лина не нашла бы себе сил ответить, потому что говорить было больше не о чем.
Затем истерично пиликнуло сообщение.
И еще одно.
И еще.
Лина устало побрела в зал, где лежал телефон, и разблокировала экран, чтобы прочитать сообщения от Анжелы – коллеги по работе. Едва ли её можно было назвать подругой, но они общались и знали многие истории из жизни друг друга.
В конце концов, пять лет работы плечом к плечу в приемном покое могли сплотить даже совершенно не похожих людей.
«Лина, срочно перезвони! Тут такое творится!»
«Ты почему молчишь?! Что случилось?!»
«Сергея сейчас привезли в тяжелом состоянии! Семён Семёныч его забрал в реанимацию! Твой муж без сознания!»
Лина прикрыла глаза и отключила телефон.
Еще какой-то час назад она бы кинулась на работу, не раздумывая, и со слезами, а сейчас в душе словно был комок льда.
Нет, пересилить себя сейчас она не сможет.
Она знала, что в их больнице работают настоящие профессионалы своего дела.
Врачи и медсестры с большой буквы.
Они помогут Сергею, даже если он будет при смерти.
Пока она не знала, как будет объясняться завтра на работе перед коллегами, которые, конечно же, первым делом побегут сообщать страшную новость и ждать реакцию от неё.
Реакцию логичную и правильную, как себя бы повела любая любящая жена.
А Лина даже заплакать не сможет.
Где-то в глубине души ей было жаль Сергея за то, что он испытывал такую сильную физическую боль сейчас.
Она всегда жалела всех пациентов и старалась сделать всё, что было доступно, чтобы помочь каждому.
Но больше она не хотела чувствовать ничего.
И не хотела вспоминать этот вечер, бандита, а еще действия и слова собственного мужа, которые она услышала.
Хотелось просто провалиться в темноту и забыться, а утром не вспомнить ничего и продолжить жить как раньше. Только уже одной.
Как пролетела ночь – Лина не заметила.
Она просто лежала на диване и щелкала пультом, переключая один канал на другой, но не видя картинки.
Лишь когда небо стало менять свои краски, а на выключенном телефоне сработал будильник – она поняла, что наступил новый день, в котором не стало легче.
Сна не было ни в одном глазу, не смотря на вселенскую усталость, словно она выпила 5 литров крепкого кофе.
Пришлось все равно включать телефон, и, проигнорировав кучи пропущенных вызовов и новых сообщений, Лина набрала номер своего непосредственного начальника.
– Валерий Григорьевич! Доброго утра! Я бы хотела отпроситься на пару дней…
– Как это отпроситься, Лина?
Девушка только сдержанно выдохнула.
Григорич был мужчиной резким и довольно громким, но те, кто работал с ним давно – лучше всех знали, что сердце его огромное и доброе, а потому никогда не обижались.
– У тебя что случилось? Температура есть?
– Нет.
– Руки-ноги целые? Без переломов?
– Да.
– Тогда никаких «отпроситься!». Сама же знаешь, что после того как Оля и Маринка ушли в декрет, а Санька уволился – рабочих рук у нас катастрофически не хватает! Максимум можешь опоздать на часик, а потом забеги к мне – если совсем нет сил, я тебе укольчик поставлю для бодрости! Хорошо?
– Хорошо, – устало выдохнула Лина, и принялась собираться на работу.
А может это было и к лучшему, чем сидеть дома в тишине и сходить с ума от мыслей.
На работе всегда куча дел, иногда за сутки и поесть некогда. Там лишний раз и подумать о чем-то не получится.
Сегодня Лина даже тушью не стала пользоваться.
Только умылась, сделала хвост, оделась и поспешно вышла из дома.
Но, выходя из подъезда, Лина замерла, словно контуженная, потому что на неё смотрели ненавистные тёмные глаза.
Глаза, которые уже не получится забыть.
Бандит сидел в машине прямо напротив и смотрел в упор на неё.
Этот мерзавец здесь всю ночь просидел или утром приехал снова?
– Садись. Подвезу, куда скажешь.
Глава 7
Холод, который можно было ощутить от девушки, стоило ей только увидеть Амира, можно было ощутить даже через лобовое стекло.
Делая первые шаги из подъезда, Лина была растеряна и убита, а сейчас её душа просто захлопнулась, как створки в рай, о котором можно было даже не мечтать.
По крайней мере, ему – точно нет.
И если бы глазами можно было убить, то Лина выпустила бы всю обойму сразу.
А потом сделала контрольный выстрел в голову.
И кинула бы гранаты, чтобы уже наверняка убить.
Штуки три.
Как минимум.
Конечно же, девушка ничего не ответила, а молча, быстро и нервно прошагала мимо, напряженно не оборачиваясь.
Амир хмуро улыбнулся, прищурившись, наблюдая, как она шла по асфальту, и ни разу не обернулась, чтобы понять следует он за ней или нет.
А ведь на первый взгляд она казалась такой покорной и податливой!
Уже сейчас мужчина знал, что устраивать истерик, рыдать навзрыд и бить посуду Лина не будет. Зато она будет молчать и тихо крутить свои мысли в своей голове, становясь холоднее льда.
– Ладно, исправим, – пробурчал мужчина сам себе и на секунду устало прикрыл глаза, всем своим хищным существом ощущая каждый её шаг и то, как рвано билось её сердце.
Он ведь знал теперь о ней всё, что ему было нужно.
Ночью ему все доложили.
Где и когда родилась, где училась.
Что родители умерли в аварии, когда Лине было 14 лет и опеку над ней взяли почему-то не родственники, а соседка, которая в последствии стала ей свекровью.
Видимо, прожить жизнь без этого гандона Сергея у Лины просто не было возможности.
А после окончания медицинского колледжа с отличием девушка сразу же пошла работать по профессии – медсестрой.
При чем, последние года – в приемном покое.
Про мужа её тоже рассказали, хотя этого было и не нужно, потому что Амир и без того представлял кем он был и что с ним станет потом.
Такие опускаются на дно очень быстро, и с колен больше не поднимаются.
Потому что слабаки. И гандоны.
Амир таких видел достаточно и чуял за версту даже без своей звериной сущности.
Впрочем, на этого Сергея ему было откровенно плевать.
А вот почему не было плевать на девушку – он старался пока особо не думать.
Чёрт с ним!
Потом всё станет ясно!
Амир выдохнул и снова посмотрел на то, как Лина поспешно шагает подальше от него.
Ничего. Со временем привыкнет к его присутствию рядом.
А пока нужно было все таки съездить домой, хотя бы для того, чтобы помыться и вздремнуть пару часов.
Пусть девушка пока расслабиться.
От него она все равно никуда не сбежит.
Руки у него слишком длинные, везде сможет её найти.
С этими мыслями мужчина выехал на своем чёрном джипе из квартала и поехал до своей квартиры, глядя при этом в зеркало заднего вида на то, как от него удалялась Лина, пока она не скрылась за поворотом.
До работы ей было идти ровно три остановки.
И эти три остановки она пробежала быстрее, чем обычно, боясь обернуться.
Лишь уже забежав в приемный покой, она быстро и взволнованно выглянула в окошко из поста охраны, чтобы увидеть, что бандита рядом нет.
Кажется, все было в порядке.
Хотя бы в этом!
Потому что все остальные проблемы навалились на неё сразу же, как только из ординаторской вышла вялой походкой Альбина, сонно поправляя на себе белый халат, но стоило её глазам остановиться на Лине, как женщина в буквальном смысле подпрыгнула.
Ну всё.
Понеслось.
– Линка! Ты куда пропала?! Мы тебе всей бригадой всю ночь названивали! Ты хоть знаешь, что твой Сергей…
– Знаю, – устало и тихо выдохнула Лина в ответ, и вошла в ординаторскую, чтобы переодеться, ощущая на собственном затылке ошалевший взгляд старшей медсестры.
Женщина вошла вслед за ней, недоуменно приподнимая брови:
– Как это знаешь?
– Вот так. Знаю. Мне Анжела вчера написала.
Альбина долго смотрела в лицо Лине, словно пыталась понять не сошла ли её коллега с ума, а потом еще более шокировано выдохнула:
– Знаешь, и вот так спокойно стоишь сейчас здесь?!
Лина на секунду прикрыла глаза, стараясь проглотить тяжелый вздох и неожиданно накатившие слёзы.
К счастью, пока справляться с собой получалось, и когда девушка открыла глаза, то увидела все такой же шокированный и не понимающий взгляд женщины.
– А что я должна делать? У меня смена.
Альбина несколько раз открывала и закрывала рот, силясь что-то сказать, но потом вдруг сокрушенно покачала головой.
Конечно, её можно было понять.
Пока все женщины периодически жаловались на то, что их мужья пьют, бьют, не приносят деньги домой, обращают мало внимания и вообще быт съел все лучшее – Лина всегда говорила, что её Серёжа идеальный.
И ведь она на самом деле искренне так считала.
В их семье все было тихо, мирно и сладко.
Для некоторых даже через чур.
Поэтому тем страшнее было всё произошедшее ночью.
В то время, когда все обычные пары без особого желания проводили вместе время на выходных: а точнее женщины упластывались в домашних делах, а их мужья поспешно сбегали в гараж, на рыбалку или охоту – Лина и Сергей давали себе время отоспаться от рабочей недели, а потом вместе готовили завтрак, и были счастливы.
Каждое воскресенье они обязательно куда-нибудь ходили – в кино, кафе или ресторан – с радостью открывая для себя какие-то новые места, в которых они еще не были.
В это воскресенье они заказали столик в необычном кафе – оно было расположено на крыше высотки, и каждый столик закрывался прозрачным куполом.
Романтика невероятная!
Ради этого Лина даже купила новое платье, которое еще не успела показать мужу, надеясь, что это станет для него приятным сюрпризом, а любимые глаза наполнятся восхищением и любовью, глядя на неё.
А еще с этого года они стали откладывать каждую неделю немного денег на поездку в Турцию.
И вот всему этому пришел конец.
Карточный домик рухнул в одночасье, завалив собой так, что было не продохнуть.
Лина снова закрыла глаза, боясь, что она заплачет, ощущая, как Альбина неожиданно приобняла её и тихо проговорила:
– Лин, ты никому ничего не обязана объяснять. Слышишь меня?
Девушка судорожно кивнула в ответ, понимая, что её губы задрожали, но открыть глаза сил не было.
Так не хотелось быть слабой на глазах у всех!
Сама с собой она справится и даст волю своей боли и обиде, но дома.
Когда останется одна.
– Это твоя жизнь и ты не должна впускать в неё всех любопытных! Но, если захочешь поговорить – звонить в любое время дня и ночи! Ты же знаешь, что я не тот человек, который будет рассказывать кому-то о чужих проблемах!
Лина снова кивнула.
Альбина говорила правду и была хорошей женщиной.
Здесь её уважали и некоторые побаивались из-за того, что она всё говорила в лицо и как есть, а чаще всего это звучало мало приятным.
– Знаю, что может для тебя сейчас это будет не важно, но скажу, что Сергея положили в пятую палату. Никакой угрозы для жизни нет, просто Семёныч перестраховался, потому что знал, кто к нам поступил. Скорую вызвали какие-то женщины у вашего дома, они сказали, что вероятней всего его сбила машина, хотя само происшествие они не видели. Семёныч говорит, что Сергея избили. И, сама знаешь, что наши врачи редко когда ошибаются. Я вмешиваться не буду, но знай, что ты всегда можешь обратиться в полицию – все документы и выписки мы подготовим в лучшем виде.
Полиция!
Лина едва удержала горькую усмешку.
Моя полиция меня бережет!
Сегодня это звучало скорее как насмешка и издевательство.
Видела она этих полицейских и знала, что будет, если к ним обратиться – ничего не будет. Еще и скажут, что сами виноваты!
– Держись, девочка моя! И не забывай мои слова!
Альбина сжала её плечи чуть сильнее и дождалась, пока Лина снова не кивнет в ответ.
– Переодевайся и готовься к смене, не буду мешать! Кстати, Анжелка сегодня во вторую смену остается, так что готовься – покоя она тебе не даст. Но если будет сильно доставать своими расспросами и историями – звони мне, я её быстро на место поставлю!
– Хорошо, спасибо, – слабо отозвалась Лина, и смогла взять себя в руки, только когда Альбина вышла из кабинета.
С Анжелой они нормально ладили, хоть и не были никогда подругами.
Но то, что она была болтушка и много лезла не в свои дела – это было чистой правдой.
Впрочем, Лине это никогда не мешало. Она спокойно могла работать с кем угодно, лишь бы не мешали выполнять свои прямые обязанности.
К счастью, в этом плане Анжела была молодец – работала она много и результативно, как и каждый сотрудник в приемном покое. Выдерживали здесь единицы. Но те, кто оставался – были самыми лучшими и стрессоустойчивыми.
Лина как раз только смогла собрать себя и переодеться, когда в ординаторскую влетела Анжела с выпученными глазами и бурей возмущения.
– Линка! Я тебя убью! Всю ночь ей названивала, а она телефон отключила и хоть бы хны! А утром включила и даже не перезвонила!
– Убей, – только устало выдохнула в ответ Лина, на что женщина тут же остановилась и долго смотрела ей в лицо, а потом сразу поостыла и стала серьезной.
– Всё плохо, да?
– Хуже уже просто не может быть,– честно призналась Лина и снова ощутила, как на глаза наворачиваются слёзы. А она ведь думала, что ночного рёва будет достаточно, чтобы перестать себя жалеть и продолжить жить дальше. Хоть как-нибудь.
Анжела порывисто обняла её и прижала к себе.
Мало кто знал, но ей самой в жизни через что только не пришлось пройти! Поэтому сострадать и переживать она умела.
Да Анжела и осталась работать в приемном покое, только чтобы понимать, что есть люди, которым хуже, чем ей самой, как бы грубо и жестоко это не звучало.
Линка была тихушница, но доброй душой.
И Анжелке она искренне нравилась, поэтому и переживала она сейчас за девушку тоже искренне.
– Слушай, Лин, если я могу чем-то помочь – ты только скажи. Всё, что будет в моих силах – я сделаю.
– Спасибо. Но вряд ли мне кто-то сможет теперь помочь.
Анжела кивнула с пониманием и замолчала, принявшись вдруг совсем не к месту вспомнить собственную жизнь, где было мало что хорошего. И как рано влюбилась в своей деревне, и как рано забеременела, а потом вынудила на себе жениться этим человека, которого любила. Вот только вместо счастливой семейной жизни получила агрессивного алкоголика, который бил её жестоко и не щадя даже на последних месяцах беременности. Как она потом зимой в одних тапочках через окно вылезала, чтобы спастись от побоев и пряталась у подруг, а потом и вовсе переехала в город, чтобы первый муж её не нашел.
И жила здесь совсем одна, с новорожденной дочкой. Как мыла полы в подъездах и в магазинах, чтобы выжить.
Ох, да что только не приходилось делать!
Лучше об этом было и не думать, чтобы самой в запой не уйти на пару недель!
В длинном коридоре, где всегда было прохладно, захлопали двери, и раздался нервный мужской голос:
– Есть кто живой?! Мне помощь нужна! Срочно!
Девушки переглянулись между собой.
Ну вот и первый пациент за сегодня!
– Надеюсь, не в задний проход запихал себе что-нибудь! – вдруг закатила устало глаза Анжелка, на что Лина не смогла сдержать смешок, – А то их за ночь трое таких было! Вечеринка что ли где-то была «Удиви друга у кого зашло дальше»?
Девушка прыснула от смеха, но поспешила выйти в коридор, чтобы начать свою работу.
По крайней мере, мужчина был трезвым и вполне себе опрятным на вид!
А то, что нервничал – так к этому работники приемного покоя уже привыкли, потому что сюда люди попадали только в состоянии острой и крайне неприятной необходимости. Хорошо, если в сознании.
– Ведем себя потише! Не нарушаем покой! – раздался тут же строгий и громкий голос дяди Феди – охранника. Вот только, когда боль скручивала тело, или тревога скручивала душу от переживания за родных и близких, то никакой строгий голос и никакие охранники часто помочь не могли.
Буйных, грубых, а часто пьяных на работе тоже хватало с избытком.
– Что у вас, мужчина? – так же строго и наверное даже грубо отчеканила Анжелка, деловито вышагивая по коридору, потому что знала, что нежности здесь ни к чему.
Время шло на секунды и промедление могло стоить потери жизни.
– Стружка в глаз попала! Третий день мучаюсь, не вижу нихрена и спать не могу!
– Это вам к окулисту!
– Какому нахрен окулисту?! Я два дня пытаюсь к нему пробиться! Чёрт этот не пускает без записи даже по острой боли! Сдохнуть мне что ли от этого глаза?! – тут же вспылил мужчина от души, добавив еще два десятка матов на счет местной медицины и окулиста в том числе.
– Ладно! Идемте в смотровую! – буркнула Анжелка, на ходу доставая ключ из кармана белого халата, и мужчина тут же ринулся за ней, сменив свой гнев за секунду:
– Да хоть куда, девушка! Только сделайте уже что-нибудь!
Дверь приемной опять хлопнула, обдувая прохладой, и раздался грохот приближающейся каталки с воплем дежурного врача скорой помощи:
– Девчат, принимайте! Открытый перелом!
Лина тут же кинулась в приемную, на ходу набирая номер травматолога.
И понеслось.
Инсульт, глубокий порез топором, отек легких, еще перелом, пьяный бомж, малыш с аллергической реакцией, ожег второй степени, сразу трое из ДТП с разными ранами разной степени тяжести. И это только до обеда.
В обед Лина поняла, что ничего не взяла с собой из еды, но в горло ничего не лезло.
Пока беготня и жесткий ритм на работе спасали от мыслей, самокопания и жалости к себе, но стоило только присесть и выдохнуть, как на душе становилось так погано и жутко, что хотелось просто умереть.
Поэтому Лина не давала себе отдыха ни на минуту, и с радостью подменяла Анжелку, которая после ночной смены засыпала на ходу, не смотря на литры выпитого кофе.
К счастью или несчастью, но поток людей не иссякал, не давая опомниться.
Лишь когда стало темно и над козырьком приемного покоя загорелась лампа – Лина устало опустилась на скамейку рядом с Анжелкой, которая вышла покурить, пока была такая возможность.
Лина не курила, но сидела рядом, накинув на плечи куртку, и ощущала, как гудели её ноги от беготни в течение дня.
Нужно было пережить ночь, а там – домой и спать с чувством полного удовлетворения, что она сделала всё, что только от неё зависело.
Спать крепко-крепко и не думать ни о чем!
Нужно было поговорить с Григоричем, чтобы он поставил ей побольше смен в этом месяце. Он будет рад, да и Лине вселенская усталость пойдет только на пользу.
Анжелка молчала какое-то время, как и Лина, пускала дым, глядя через него чуть прищурившись. А потом с каким-то придыханием проговорила:
– Чёрт! Быть не может…
Лина не сразу поняла, о чем именно говорит женщина.
Не сразу она и проследила за её взглядом, направленным вперед, где на темной не освещенной парковке стояла машина.
Джип.
Черный.
Холодок не хорошего предчувствия тут же пробежал по спине ознобом.
Вот уж точно черт!
Пришлось напрячь зрение, чтобы за лобовым стеклом разглядеть огромную фигуру в черном, и душа тут же содрогнулась и стала покрываться льдом.
– Амирчик. Глазам не верю!
Лина покосилась на сменщицу, тут же замечая, как ее пальцы задрожали так, что сигарета просто выпала, а глаза вдруг заблестели.
Амирчик? Правда?
Такое ласковое обращение никак не вязалось с образом огромного безжалостного бугая, от которого хотелось бежать без оглядки!
По реакции Анжелки становилось ясно, что мужчину она знает.
Более того – рада его видеть.
Что было уже само по себе странным и не объяснимым!
Зато в холодеющем сердце Лины появилась надежда на то, что этот бандит приехал к её сменщице по каким-то своим делам!
Господи, пусть так и будет!
Пусть он приедет к Анжелке, которая совсем как-то растерялась и нервно пригладила свои волосы, а потом провела руками по халату, словно пыталась лишний раз показать свою фигуру.
И не сказать, чтобы она выглядела хорошо, особенно после бессонной ночи предыдущей смены, но ведь мужчинам нравятся разные женщины, верно?
Про внешность Анжелки она никогда не думала, а сейчас почему-то сама не понимая зачем – посмотрела прямо в лицо бандита, которое можно было рассмотреть сквозь полумрак тёмного салона, и поэтому отчетливо увидела, как он сморщился и сматерился одним словом.
Бл*ть было смачным и злобным.
Едва ли таким образом можно было проявить радость от встречи.
Видимо Анжелка этого просто не заметила, потому что вся как-то воспряла, даже села ровно и развернула плечи, а потом и вовсе поднялась со своего места, кинув неожиданно охрипшим голосом:
– Посиди пока здесь. Я сейчас приду.
Лина отрывисто кивнула и снова кинула взгляд на бандита.
Он никуда не торопился и в лице не менялся.
Только темные глаза стали злее, когда он увидел, как Анжелка пошагала по направлению к его машине.
Он снова выругался и вышел из машины, двинувшись навстречу женщине.
Без особой радости и воодушевления.
И Лина внутренне содрогнулась оттого, насколько этот мужчина был мощный и огромный.
Говорили, что черный цвет делал визуально меньше, но даже в черной кофте он выглядел не реально мощным и большим. Он мог задавить одним своим приближением, словно вокруг него была еще двухметровая аура, которая обжигала и заставляла сжаться, хотя сам бандит еще не приблизился вплотную.
Лина не видела сияющих восторженных глаз Анжелки, но замечала по походке женщины, что та старается идти ровно, прямо и как-то даже повиливать бедрами.
Про усталость, с которой она сидела, сгорбившись, на скамейке еще пару минут назад, уже и речи не было!
Она буквально плыла по направлению к нему.
А Лина смотрела на это все и не понимала, какого лешего она торчит на улице, и не заходит в помещение, чтобы продолжить работу?
Пусть они общаются сколько хотят, но как можно дальше от неё!
Она не видела восторженного взгляда своей сменщицы, с которым та вышагивала вперед, и который постепенно затухал по мере того, как первая волна эйфории уходила. И она начинала видеть злой взгляд тёмных глаз.
Нет, не к ней он приехал.
Они еще не поравнялись на своем пути, и Анжела с дрожью проговорила:
– Привет! Какими судьбами?
Но вместо ответа Амир кинул тяжелый взгляд мимо неё и пробасил:
– Иди сюда.
Даже не поздоровался и не посмотрел.
Интересно, а он вообще её помнил?
Столько лет же прошло уже. И Анжела понимала, что изменилась не в лучшую сторону к сожалению. Все таки молодость уходила, и она была уже не той студенткой медицинского колледжа, которую он трахал. Один раз.
И тот раз она забыть так и не смогла.
А вот Амирхан словно вовсе не изменился.
Он был все такой же мощный, статный, с выпирающими мышцами, только немного добавилось седины в волосах, что делало его облик еще более притягательным.
Шикарный мужик. Опытный. Деловой и знающий цену всему в этом мире.
– Садись в машину.
Анжела посмотрела в его лицо, надеясь, что в этот раз Амир обратился к ней, но снова поняла, что она в пролёте, а за её спиной раздался голос Лины.
– Я на работе и не могу…
– Садись. В. Машину.
Вот вам и тихушница Линка, которая обожала своего мужа!
Глаза Анжелки округлились и выразили видимо слишком много эмоций, когда она обернулась в пол оборота и посмотрела на девушку так, что та побледнела.
Так может Сергей из-за неё сейчас в таком состоянии был?
А Амир любовник?!
