355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Елена Счастная » Невольница дракона » Текст книги (страница 2)
Невольница дракона
  • Текст добавлен: 12 октября 2020, 00:00

Текст книги "Невольница дракона"


Автор книги: Елена Счастная



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 6 страниц)

– А если я откажусь? – голос почти охрип от бессилия и осознания того, что радость спасения явно была преждевременной.

– О, тут всё гораздо проще, – маркиз совсем помрачнел, словно и не допускал такой мысли. – Так же быстро, как вытащил вас из кресла, в котором вы должны были сгореть, я усажу вас в него снова. Если вам взбредёт в голову упорствовать. Но вы же хотите жить? Разве не так?

Иалина отвела взгляд, очень сомневаясь, что скоро ей захочется жить с такой же силой, как это было ещё нынешним утром. Окутанный благородной аурой образ маркиза Немарра де Коллинверта рассыпался, оставив только горечь осознания: он не спаситель, коим уже успелось себе его вообразить. Не добродеятель, что проникся несправедливой судьбой девушки. Он такой же интриган и манипулятор, какими были многие, кто служил при королевском дворе. И он точно не пожалеет её. Но и она так просто не поддастся на его угрозы. Нужно только всё выяснить, а там решить, как выкручиваться из новой западни.

Глава 2

Путь до того поместья, о котором упомянул маркиз, прошёл почти в полном молчании. Только мужчины время от времени переговаривались между собой короткими фразами, из которых совершенно ничего нельзя было понять о том, куда приведёт Иалину эта дорога и что на самом деле кроется за словами де Коллинверта о некой услуге. Это может быть что угодно!

Иалина ёрзала на месте, раздражаясь даже от того, как тихо поскрипывает под ней кожа дивана. Она пыталась закутаться в широкий плащ ещё больше, чем это уже сделала, – хорошо бы вообще было спрятаться в нём с головой. Так просто было в детстве, укрывшись под одеялом, отгородиться ото всех страхов. А вот сейчас это уже не поможет. Да и она не девочка. Не дочь портного, на которую в двенадцать лет внезапно свалилось счастье стать избранной для духа Изначальной.

Она никогда и подумать не могла, что как-то соприкоснётся с миром драконов, двоедушных, о которых обычные люди говорили то с придыханием, то со злобой, то с жалостью. Но никогда – равнодушно. Ранее могущественные и непобедимые, после потери Источника, который во время последней войны хитростью захватили их противники, они начали угасать. Скоро появилось и оружие, рожденное в нём, которое могло убить их так же легко, как обычный клинок – человека. А по прошествии многих лет Источник объединили с богом людей. Его оберегали, прятали от двоедушных. Считалось, что в нём заключена вся суть мира, и не зря черпающие из него силу драконы были столь могущественны раньше. Сущность его нарекли Единым.

Но сколько бы времени ни прошло и как бы ни ослабели драконы – особенно теперь, – лишённые второго духа люди не переставали опасаться их. Опасалась и Иалина, хоть и привыкла за шесть лет, что тело её будто бы разделено надвое. Боялась до дрожи в коленях того мужчины с невероятно глубокими глазами, который сейчас сидел перед ней, потому что ещё очень хорошо помнила, насколько огромной и всеобъемлющей была та, вторая часть её. Драконья часть.

Под такие невесёлые мысли она незаметно задремала, прислонившись плечом и головой к стенке кареты. Лёгкое покачивание повозки потонуло в темноте, дарующей расслабление и отдых. Но постепенно из глубины его появился далёкий огонёк, словно горела где-то свеча. Явственно повеяло дымом, а после и теплом. Иалина потянулась к нему, сделала шаг и другой, медленно передвигая ноги в вязком, раскаляющемся воздухе. И вдруг пламя, точно притаившийся хищник, бросилось на неё, опаляя ресницы и волосы вокруг лица. Охватило одежду, впилось в кожу ядовитыми лозами. Янтарные глаза с узкими зрачками вспыхнули так близко, вырвалось горячее дыхание из ноздрей, заклубившись паром. И земля затряслась под тяжёлыми шагами.

Иалина вздрогнула и проснулась, рванула было плащ – снять! – но поняла, что он вовсе не горит. Смущение тут же залило щёки румянцем. Мужчины уставились на неё с недоумением и опаской, словно вдруг подумали, как один, что она может быть припадочной. Пришлось состроить невинный вид. Ну, мало ли, просто вздрогнула во сне – со всеми бывает.

Только маркиза её уловка, видимо, не обманула. Он наклонился вперёд и всмотрелся в глаза так, что совершенно невозможно стало пошевелиться.

– Вы видели что-то? – спросил тихо и почти участливо.

– Просто сон, ваше сиятельство.

Иалина всё же отвернулась, но Немарр поймал её за подбородок, заставляя снова взглянуть на него. Запах кедра заструился от его кожи так ощутимо… Что это – плод трудов ренейских парфюмеров? Сколько он отдал за один только флакон подобных духов? Мужчины обычно не тратят деньги на бесполезные глупости. Но странно: аромат казался настолько естественным, будто был присущ маркизу всегда. Его хотелось вдохнуть полной грудью.

– И часто вы видите огонь во снах? – Немарр крепче сжал пальцы. – Давно? Не лгите мне!

– Последние дни. Как узнала, что дух покинул меня. И узнала о сожжении, – пролепетала она сухим языком.

От близости маркиза всё нутро в узел закручивалось.

– Это просто страх, – скучающе бросил шевалье, быстро потеряв интерес к мелкому происшествию.

Де Коллинверт хмыкнул недоверчиво: видимо, на этот счёт у него были свои мысли. Но Иалину он всё же отпустил, откинулся на спинку сиденья, не сводя с неё пытливого взгляда. И весь его вид выражал угрозу.

– Всегда говорите мне, если увидите во сне огонь. И уж тем более, если вам будет казаться, что вы горите.

Она кивнула, лишь бы только её оставили в покое. И скоро все, казалось бы, позабыли о случившемся. А Иалина снова попыталась поспать: что ещё в дороге делать, если невольно в голову лезет всё самое скверное.

Но через некоторое время девушка поймала себя на том, что снова рассматривает маркиза. Его рельефный профиль, очерченный мягкими отсветами фонарей.

– Не пытайтесь убить меня взглядом, мадемуазель, – снова заговорил он, поворачиваясь к ней. – Это у вас не получится.

– Я не… – она осеклась и беспомощно посмотрела на его племянника. Тот почему-то с самого начала показался ей более понимающим. – Я просто хочу знать, что меня ждёт дальше.

Де Коллинверт тоже покосился на Анри и на миг закатил глаза, будто любые объяснения вынимали из него внутренности.

– А вам не всё ли равно? – он улыбнулся. – Вы, кажется, собирались сегодня умереть. Но не переживайте, я не оставлю вас в неведении. Мы уже совсем скоро…

– Приехали, – отчитался шевалье, который всё это время смотрел в окно, полностью погружённый в свои мысли.

Маркиз указал на него ладонью.

– Вот видите, уже приехали.

Свет, что пробивался в оконца кареты, стал ярче. Мелькнули створки ворот, несколько фонарей, что освещали, похоже, задний двор некой усадьбы, у которой и остановился экипаж.

Иалина невольно выглянула в просвет между шторок, пытаясь как можно скорее оглядеться. Это и правда оказалось небольшое поместье: аккуратный кирпичный особняк с полукруглыми окнами и обширной крытой террасой на первом этаже, уютный, чуть заросший сад, облепляющий один из его боков, точно мох, узкие, засыпанные гравием дорожки.

Но не успел ещё никто выйти из кареты, как на крыльце в окружении двух лакеев и трёх горничных появилась невысокая, слегка полнотелая женщина в чепце, который указывал на то, что она уже собиралась спать. И на то ещё, что с маркизом они давно и хорошо знакомы, раз она позволяет себе встречать его в таком небрежном виде.

Немарр первым покинул экипаж, за ним племянник и шевалье. А последней спустилась на хрустящую под ногами дорожку Иалина.

– Немарр, – громко, едва не на весь двор воскликнула женщина. А после будто бы спохватилась: – Ваше сиятельство. Мы так волновались! Я испугалась даже, что с вами что-то случилось.

Она спустилась по ступеням и поспешила навстречу маркизу. Тот слегка развёл руки в стороны, будто собрался заключить её в объятия.

– Здравствуйте, мадам Лаберта, – мягко проговорил он и пожал её пухлую ладошку. – Простите, что пришлось заставить вас волноваться. Но так уж вышло.

Коротко и далеко не так по-свойски поздоровались с женщиной и виконт с шевалье, после чего принялись руководить лакеями, которые уже подоспели, чтобы помочь с вещами.

Маркиз же повернулся к Иалине, отступая чуть в сторону, будто собирался продемонстрировать хозяйке некую драгоценность.

– Это мадемуазель Иалина. О ней я говорил вам.

Женщина оживилась ещё больше, бросив одобрительный взгляд на Немарра. Подошла и быстро сжала ладони Иалины в своих.

– Очень рада с вами познакомиться, мадемуазель. Я мадам Лаберта Васколь. Вы можете чувствовать себя здесь как дома.

– Очень приятно, мадам. Благодарю.

Она даже растерялась от столь тёплого гостеприимства, уж после всего того, что ей довелось услышать от маркиза по дороге. Немарр деликатно кашлянул, снова обращая на себя внимание.

– Эту прелестную мадемуазель нужно переодеть и отогреть. Вам привезли тот багаж, который я направил вам заранее, мадам Лаберта?

– Да, конечно, – женщина рьяно закивала. – Хватит толпиться здесь. Проходите-проходите. Вартон – это мой муж, – быстро пояснила она Иалине, – угостит вас чудесным вином. Перед ужином лучше не придумаешь. А я пока о вас позабочусь, моя дорогая.

Она спешно повела Иалину в дом. Внутри оказалось уютно, хоть и слегка старомодно: темноватая небольшая прихожая, окна которой занавешивали тяжёлые бархатные портьеры, явно требующие стирки после зимы. Потёртый ковёр у двери хранил следы недавней слякоти, почти перед носом уходила наверх крутая, чуть изогнутая лестница, наверняка скрипучая. И стоило только опустить ногу на первую ступеньку, как это предположение подтвердилось.

– Маркиз де Коллинверт позаботился о вашем приезде заранее, мадемуазель, – не переставая оглядывать Иалину, с почтением и неким теплом в голосе пояснила мадам Лаберта. – Прислал прекрасное платье для ужина. И дорожное тоже. Ещё на утро, но, боюсь, оно вам не понадобится.

Иалина свела брови, стараясь вникнуть в важность слов, совершенно лишённых смысла в той ситуации, в которой она оказалась. Разве есть разница, в какое платье её обрядят? Главное, что маркиз скажет после.

Женщина привела её в слегка тесноватую, но всё же гораздо более светлую, чем прихожая, комнату. Показалось, раньше её уже занимала некая мадемуазель. Здесь даже остались фарфоровые куклы, расставленные на изящном белом, но немного потёртом комоде. Не успела ещё Иалина толком осмотреться, как мадам Лаберта ловко взяла её в оборот. Помогла снять опостылевшую сорочку, мигом усадила в тёплую ванну, явно подготовленную совсем недавно. А после натянула другую рубашку, из нежного тонкого шёлка, наверняка такого дорогого, что за свёрток такой ткани можно было отдать горсть хороших и самых чистых амасских рубинов. Поверх накинула расклешённый от пояса атласный халат с широкими рукавами, который издалека можно было бы принять и за платье.

– Час поздний, мадемуазель, – проговорила женщина, аккуратно завязывая пояс на талии Иалины. – Уже не время мучиться корсетами. Лёгкий ужин под бокал вина – и спать вы сегодня будете как младенец.

Очень хотелось бы, но после всего, что случилось сегодня, в это плохо верилось.

– Не могла бы я поужинать здесь? – осторожно спросила Иалина, поглядывая на хозяйку, которая обихаживала её собственноручно, даже не позвав служанок. – Право, сегодня у меня был странный и тревожный день. Боюсь, я не найду сил спуститься и подняться сюда вновь.

Прикинуться смертельно уставшей – самый верный способ избежать нежелательного ужина в кругу совсем незнакомых людей. Но мадам Лаберта посмотрела на неё едва не с испугом, будто она попросила о чём-то настолько невероятном, что выполнить эту просьбу взялся бы только безумец.

– Я спрошу у его сиятельства, – она скоро вернула себе благожелательное выражение лица.

И быстро удалилась, оставив Иалину одну. Девушка опёрлась ладонями на аккуратный круглый столик, где стоял замысловатый канделябр, украшенный коваными бабочками. Бездумно вперилась в огоньки трёх установленных в нём свечей, переводя взгляд с одного на другой. Неужели даже в собственном доме хозяйка вынуждена слушать приказы де Коллинверта? Кто он такой и как связан с живущей здесь семьёй? Он как будто распоряжался всем здесь, и никого такое положение дел не смущало. Но не успела ещё Иалина обдумать вопросы, что вяло ворочались в тяжёлой, словно гранитный шар, голове, как дверь в комнату снова отворилась. Вошла служанка в скромном полосатом платье и внесла поднос, на котором начищенным серебром поблескивал клош и отливал алым бокал вина.

– Ваш ужин, мадемуазель, – миловидная хрупкая девушка поклонилась, оставив поднос на столе, и спешно ушла.

Иалина только проводила её удивлённым взглядом. Получается, зря посчитала, что хозяйка подчинится слову маркиза. Всё же настояла, видно, на том, чтобы гостью поневоле оставили в покое хоть ненадолго.

Под клошем оказался сыр, нарезанный кубиками, настолько ароматный, что рот сразу наполнился слюной. Иалина не удержалась – ведь протестов и голодовок она пока никому не объявляла – и пригубила вина, от которого в голове тут же стало легко, а после только отведала угощение. В какой-то миг она почувствовала себя так, будто снова оказалась в замке, что вокруг все предупредительны и заботливы.

Не потревожили её и после ужина, а потому Иалина решила, что может ложиться спать: пышная перина и приветливо отогнутый уголок отделанного кружевом одеяла так и манили в свои недра. Да и после вина нестерпимо потянуло в сон. Иалина на ватных ногах добралась до постели и рухнула в неё, не в силах больше возродить в голове ни единой мысли.

Почудилось, что сон пролетел быстрее, чем один вдох и выдох. Только-только мягкая, словно сотканная из пудры, темнота окутала тело и разум, а едва уловимое движение в комнате заставило пробудиться. Иалина прислушалась, решив в первый миг, что ей померещилось. Верно, после того, как её едва не сожгли, ещё долго будут чудиться вокруг разные страсти. Но шорох повторился, точно кто-то сидел в кресле и наблюдал за ней. А совсем страшно стало, когда захотелось открыть глаза, но не получилось. Тихий вздох – и раздались неспешные шаги. Обширная тень загородила свет луны, падающий из окна на лицо. Весомая и горячая ладонь просунулась под одеяло, скользнула по лодыжке и бедру. И тут самое время воспротивиться и закричать, но тело словно придавило свинцовой пластиной. А дразняще ласковая рука двинулась выше, огладила поверх сорочки спину, очертила плечо, юркнув под ворот, остановилась на груди, мягко сминая. И за ней остался тлеющий, как от уголька, след.

Иалина наконец смогла пошевелиться – резко развернулась на спину и с трудом разомкнула будто бы слипшиеся веки. Но рядом совершенно никого не оказалось. Только неистово колотящееся сердце, которое словно пыталось выскочить через горло, и призрачное ощущение остывающего на коже прикосновения напомнило, что всё же кто-то здесь был. Или то был просто невероятно реалистичный сон?

Пришлось полежать, глядя в залитое серо-голубым светом окно, чтобы унять смятение, которое дрожью разливалось по телу. Ни разу в жизни до Иалины никто так не дотрагивался: осторожно, чтобы не напугать раньше времени, и в то же время настойчиво, поднимая в душе странно неприятные ощущения. И ещё, пожалуй, страх. Ни разу она не была так близка с кем-то. Но почему всё это показалось настолько знакомым? Она много раз видела в глазах мужчин интерес, может быть, даже желание. Но это было что-то совсем другое.

Безуспешно пытаясь разобраться в собственных разрозненных мыслях, она снова уснула, когда всё внутри успокоилось.

А в другой раз уже раздражающий, хоть и негромкий, стук в дверь снова выдернул из приятной предутренней дрёмы. Иалина выбралась из-под одеяла, медленно моргая, и увидела сквозь мутную пелену всё ту же служанку, что приносила ужин.

– Доброе утро, мадемуазель, – бодро поздоровалась та, проследив, как девушка снова упала на подушку. – Его сиятельство попросил разбудить вас поскорей. Карету уже готовят к отъезду, а вам нужно собраться.

Иалина сразу села, вспомнив всё, что случилось накануне и ночью. К сожалению, это был не кошмар и не наваждение.

Горничная уже расставляла на столе изящные чашки из белоснежного фарфора, блюдца с фруктами и лёгкими сладостями. Только вот теперь есть совершенно не хотелось, а потому пришлось занять себя чем-нибудь другим, ожидая, пока проснётся аппетит. Служанка помогла умыться, расчесала волосы у зеркала, очень похожего на то, что было в замке вместилищ. А после откланялась и пообещала вернуться, как только мадемуазель позавтракает.

А не больше, чем через час, Иалина, переодетая в прекрасное дорожное платье шоколадного цвета, правда чуть для неё длинноватое, уже спустилась во двор. Там, перед крыльцом, снова стояла та же карета. Всё тот же кучер, ссутулившись на козлах, скучающе потряхивал хлыстом. Мадам Лаберта, нынче приведя себя в порядок, держала под руку мужа, высокого седоватого мужчину, который пожёвывал мундштук трубки. Они явно ещё ждали появления важных гостей, осчастлививших их всего лишь короткой ночёвкой.

Иалина встала рядом с ними на крыльце, даже и не зная, что сказать напоследок. Но от необходимости заводить разговор после пожелания доброго утра её избавил появившийся в дверях Немарр. Он кивнул хозяевам и посмотрел в ясное небо, только слегка припорошенное облаками.

– Вы просто прелестны сегодня, мадемуазель, – не глядя на Иалину, бросил он. – Право, некоторым женщинам не обязательно обнажаться, чтобы произвести впечатление.

Она так и приоткрыла рот, размышляя, что можно ответить на столь двусмысленный комплимент. Небрежность, с которой тот был произнесён, даже несколько задевала. А намёк на то, в каком виде она пребывала вчера, и вовсе мог бы оскорбить.

Мимо прошли и Анри с шевалье Бронге. Виконт учтиво улыбнулся девушке, наклонив голову и окинув её сдержанным, но вполне красноречивым взглядом. Сегодня он выглядел уже не таким уставшим и встрёпанным, успел даже побриться, отчего показался почти ровесником Иалины. А вот месье Гарсул покосился на неё так колко, что захотелось поёжиться.

– Очень жаль, что вы остановились у нас так ненадолго, ваше сиятельство, – запричитала хозяйка. – И вы тоже, мадемуазель. Была очень рада знакомству.

– Взаимно, мадам Лаберта. – Иалина слегка встрепенулась, поняв, что обращаются к ней.

Месье Вартон строго посмотрел на супругу, пресекая дальнейшую болтовню. По всему, человеком он был немногословным, а может, приезд гостей радовал его совсем не так сильно, как её. Тепло распрощавшись с хозяевами поместья, мужчины направились к карете. Анри подал руку Иалине, сжал крепко, удерживая, когда та едва не оступилась, запнувшись за подол непривычного платья.

– Не волнуйтесь, – шепнул, бросив короткий взгляд на дядю, словно не хотел, чтобы тот услышал.

Иалина и не волновалась – она просто была близка к панике.

Скоро все погрузились в экипаж, и тот, чуть скрипнув, поехал прочь из временной обители. Иалина откинулась на спинку и упёрлась в маркиза нетерпеливым взглядом. Неизвестно, какие ответы она хотела отыскать на его лице, но Немарр сохранял совершенно невозмутимый вид.

– Простите, ваше сиятельство, – всё же решила она задать мучивший её с самой ночи вопрос, хоть от одной мысли об этом и вспыхивали жаром щёки. – Вы случайно не заходили ко мне в комнату ночью, когда я спала?

Де Коллинверт перевёл на неё недоумевающий взгляд, а после коротко покосился на спутников, явно теряясь, что сказать.

– Меня, конечно, нельзя назвать праведником, – он усмехнулся, – но я не имею привычки компрометировать девиц ночными визитами в их спальни. Особенно против их воли. Как и мои спутники, думаю.

Удивительное дело: шевалье даже улыбнулся на его слова, хоть до этого всю дорогу сохранял крайне мрачное выражение лица. А вот Анри глянул на дядю с явным подозрением, словно тот изрядно скромничал, говоря о своём отношении к девицам. Однако даже после этого маркиз не поторопился продолжать отложенный накануне разговор: слегка сощурившись от мелькающего среди деревьев солнца, снова посмотрел в окно. Словно там можно было увидеть что-то поинтереснее однообразной липовой аллеи.

Иалине тоже пришлось поскорее замять неловкость от вышедшего совсем глупым вопроса. Смысл был спрашивать? Вряд ли маркиз сознался бы в чём-то.

– Значит, мне просто померещилось сквозь сон… – она пожала плечами, всем видом выражая безразличие. – И всё же я хотела бы услышать, что будет дальше? Если позволите, – продолжила, выждав небольшую паузу. – Для какой миссии вы меня увезли из замка?

Де Коллинверт загадочно улыбнулся, а после только посмотрел на неё вполне благожелательно. И снова показалось, что в утреннем свете его глаза скорее золотые, чем просто карие.

– Мне нравится ваш тон, мадемуазель. – Он сложил ладони одна на другую на согнутом колене. – Он даёт мне надежду на то, что вы быстро справитесь с тем заданием, которое я собираюсь вам поручить. Или миссией. Да, пожалуй, вы выразились вернее.

Анри тихо вздохнул, на скулах его дёрнулась желваки, будто в голове виконта проскочила некая неприятная мысль. И даже шевалье, который сидел рядом с Иалиной, на этот раз прислушался к маркизу с интересом.

– Не томите, – не удержав язвительности в голосе, Иалина растянула губы в улыбке.

А де Коллинверт тот ещё мучитель. И любитель выдерживать театральные паузы.

– Вам нужно будет приблизиться к одному очень важному мужчине. Втереться в доверие. Соблазнить, в конце концов. – Маркиз окинул Иалину оценивающим взглядом, словно ему была очень любопытна реакция на каждое его слово. – Но, конечно, не просто так для этого выбрали вас. Не только из-за смазливого личика, иначе на ваше место подошла бы и другая, более искусная в таких делах девица. Вы долго носили в себе дух Изначальной. Скорей всего, вы до сих пор не освободились от него. А потому сможете почувствовать Источник, увидеть его след, если достаточно близко подберётесь к тому, кто соприкасался с ним.

– Насколько близко? – Иалина едва смогла пошевелить языком, который вдруг стал похож на сухой камень.

– Как можно ближе, – безжалостно уронил маркиз. – А ничего ближе, чем соитие, кажется, ещё не придумано.

Стать чьей-то любовницей – что может быть хуже для той, к которой совсем недавно нельзя было и прикоснуться просто так. Показалось, Иалина застряла по щиколотки в вязкой грязи и с каждым словом Немарра погружалась в неё всё глубже.

– И кто же он?

Она постаралась не терять самообладания, хоть спина мигом взмокла, а в висках застучало от понимания того, кого из неё хотят сделать. Попросту наложницу. Необычную, возможно, ценную, но сути это не меняло.

– Будущий Верховный жрец, – Немарр расправил на колене снятую перчатку с таким видом, будто говорил о погоде за окном.

Иалина коротко хмыкнула. Затем ещё раз, а через миг рассмеялась, не веря, что услышала это. Нет, верно, слух её обманул! Это невозможно!

– Верховные жрецы не спят с женщинами, – проговорила она, отсмеявшись, сомневаясь уже, что маркиз о том знает. – Совсем.

– Это общеизвестно, – согласился Немарр. – Но они не настолько непогрешимы, как кажется. Они всего лишь мужчины. К тому же – однодушные.

– Вам не кажется, что это всё же гиблая затея, ваше сиятельство? – неожиданно заговорил шевалье. Всё это время сомнение очень ясно читалось на его лице. – Эта девушка, кем бы она ни была, совсем не знает жизни. Она прожила шесть лет в мире, которого, уж простите, не существует.

Де Коллинверт снисходительно взглянул на подручного, и тот закрыл рот моментально, хоть и собирался ещё что-то добавить.

– Эта девушка, мой друг, прежде всего – сосуд для Изначальной. А то, как она жила все эти годы, – всего лишь прикрытие для истинных её возможностей, – без тени иронии возразил он. – И к тому же: она женщина. А вы женщин недооценивали сколько я вас знаю.

Иалина почувствовала себя до крайности неловко, будто узнала о себе что-то новое и не смогла понять, приятно это или нет. Пока длился неспешный и напряжённый разговор, карета выехала на пустынную дорогу, что пролегала в стороне от Монтейга. Даже днём по ней проезжали только редкие экипажи. Приходилось ездить здесь всего однажды, когда после грозы главную дорогу перекрыли сразу несколько упавших деревьев. А сейчас неизвестно почему решено было двинуться по ней.

Иалина уже хотела спросить и об этом тоже, как раздался шум впереди, будто навстречу выехало сразу несколько всадников. Кучер неразборчиво вскрикнул, карета вильнула в сторону, подскочила на камне и опасно накренилась. Иалина рухнула прямо на шевалье, который завалился вбок и упёрся плечом в стенку экипажа.

– Бесстрашные, – буркнул Немарр, хватаясь одной рукой за ручку дверцы, а другой – за шпагу, что висела на поясе. Анри тоже выхватил клинок. А вот Гарсул ещё возился с Иалиной, пытаясь столкнуть её с себя. Но карета снова выровнялась, проскакала по колдобинам обочины ещё с десяток метров и остановилась.

Топот копыт снова нагнал, теперь сзади. Спрыгнул наземь кучер, но далеко не ушёл, ругнулся и, кажется, упал в траву. Крики нескольких голосов обрушились сразу со всех сторон. Шевалье наконец усадил Иалину обратно на её место и тоже вооружился.

– Быстро спохватились, – Немарр хищно улыбнулся, будто происходящее только будоражило ему кровь. – Прикройте нашу мадемуазель, Анри.

Виконт возмущённо вздёрнул было подбородок, но перечить дяде не стал. Быстро поменялся с шевалье местами. Кто-то подошёл близко к двери кареты. Маркиз пнул её со всей силы. Тело отбросило назад, на подступающих к повозке мужчин, незнакомых и вооружённых. Де Коллинверт и Бронге вывалились наружу в противоположные стороны. Лязг клинков ударил по ушам. Иалина прижала к ним ладони, вжалась в сиденье, не зная, что ей теперь делать. Зачем пришли эти люди? Неужели за ней?

Тёплая, успокаивающая рука легла на колено. Совсем слегка прижалась, через слои юбок почти неощутимая. Иалина подняла взгляд на Анри. Он ободряюще улыбнулся. Но плотно сжатые губы выдавали тревогу, что терзала его сейчас. Он то и дело поглядывал в распахнутые двери кареты, напряжённо прислушивался к голосам, крикам, топоту и скрежету стали. Вдруг кто-то ворвался внутрь. Виконт вскочил, загородив Иалину собой. Резко выбросил руку со шпагой вперёд – она легко пропорола плотный сюртук противника. Тот качнулся назад и выпал из кареты. Сбил с ног другого. Мелькнул в просвете Немарр, заглянул, бешено сверкнув глазами.

– Уходите через ту дверь, – махнул рукой.

– Но как же?.. – Анри подался ему навстречу.

Он жаждал вступить в схватку тоже, но вынужден был подчиниться.

– Там чисто. Быстрей. Мы разберёмся.

Виконт схватил Иалину за руку и потащил прочь. Она, еле справляясь с собственными ногами, почти выпала из кареты. Анри придержал её, обхватил за талию и повёл едва не волоком в заросли орешника, который буйно рос по обе стороны от дороги. Приходилось поддёргивать тяжёлый подол и не выпускать руку мужчины, чтобы не отстать. Благо трава по весне ещё была короткой, а потому не слишком путалась под ногами. Зато мелкие обломки веток постоянно впивались в подошвы.

Анри рукой с зажатой в ней шпагой раздвигал заросли и продирался вперёд. Оборки на юбке угрожающе трещали, цепляясь за все подряд сучки. Кажется, на кустах осталось несколько обрывков кружева.

Они ушли не слишком далеко, хоть путь и показался невероятно тяжёлым. Шум схватки ещё долетал до слуха. Анри наконец остановился и оглянулся.

– Останемся здесь, – произнёс ровно, совершенно не запыхавшись.

Иалина лишь нашла силы кивнуть и крепче сжать его руку. Будто та была единственной опорой, которая ещё не позволяла рухнуть на землю и лишиться чувств. При каждом вдохе рёбра упирались в твёрдый, будто каменный, корсет. Щипало царапину на скуле, но это, верно, пустяк: главное, чтобы всё обошлось. Чтобы не пострадали шевалье и маркиз, каким бы расчётливым гадом он ни был. Попадаться в руки тем, кто на них напал, совсем не хотелось.

Анри переминался с ноги на ногу, явно думая сейчас о том, что ему самое место в гуще схватки. Но приказа дяди ослушаться пока не пытался. Однако его терпения хватило ненадолго. Он увёл Иалину ещё немного в сторону и прислонил спиной к широкому стволу клёна.

– Не высовывайтесь отсюда, я вас прошу, – проговорил прерывисто: настолько сейчас бурлила его кровь. – Я вернусь за вами.

Но не успел он ещё и пары шагов сделать прочь, как что-то взвыло. Словно стая огромных волков враз. Метнулись среди деревьев и переплетения ветвей бледные отсветы то ли от большого костра, то ли от чего-то столь же жаркого и ослепительного. Это зарево бушевало и перетекало. Не приближалось, но всё равно вгоняло в ужас, от которого моментально пересыхало в горле.

И тут вдалеке резко стало тихо. Пронёсся эхом стук копыт и пропал. Смолкли и громкие голоса вперемешку с криками и совсем не подобающими благородным людям ругательствами. Всё замерло, словно никого живого не осталось, как долго ни иди. Всё исчезло – и остались только Иалина с Анри в этом непролазном лесу. Виконт сделал несколько шагов к стене веток, пытаясь разглядеть через них хоть что-то, но снова остановился, прислушиваясь. По его лицу разливалась бледность, а решимость и азарт в глазах сменялись тревогой. Он как будто понимал, что случилось там, в стороне от них, но не мог поверить. Или надеялся, что ошибся. Иалина так и стояла, вцепившись в шершавый ствол за спиной. Билось сердце совсем не там, где ему биться положено, а в ушах. Мгновения полной тишины, в которой собственное дыхание казалось ужасно громким, почти ощутимо колотили по вискам. Но тут послышались наконец шуршащие шаги и треск валежника: кто-то уже шёл сюда, торопливо и неосторожно. Виконт поднял шпагу, готовясь обороняться, но тут, отряхивая плечи от трухи, на поляну вышел Гарсул.

Они с Анри обменялись многозначительными взглядами, словно Иалины и рядом не стояло.

– Идём, – шевалье качнул головой в ту сторону, откуда появился. – Всё закончилось.

Виконт снова подал руку Иалине и повёл за собой. На этот раз ни одна ветка не попала в лицо. Мужчины шли так неспешно, будто время тянули. Словно не хотели возвращаться к карете слишком быстро. Нарочито предупредительно Анри помогал перебираться через ямы и кочки, через которые совсем недавно приходилось просто перескакивать, не думая о том, что так можно и ногу вывихнуть. Несмотря на всю его заботу, Иалина едва не наступила на собственный порядком потрёпанный подол и схватилась за случайный тонкий ствол осины. Отпустила – и встряхнула кистью, чувствуя, что испачкалась. Посмотрела на ладонь – та оказалась вся чёрная от сажи.

Она наконец подняла взгляд от земли да так и застыла на месте, не откликнувшись даже, когда Анри дёрнул её за руку, призывая идти дальше.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю