Текст книги "Летопись безумных дней"

Автор книги: Елена Малиновская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

И тут же спросил с искренней заботливостью, перебивая мой возможный возмущенный ответ:

– Как самочувствие?

– Спасибо, лучше, – несколько обиженно буркнула я и смело откинула одеяло. Благо, что раздеть меня никто не успел.

– Ты куда это собралась? – удивился Мердок.

– К себе, конечно, – отозвалась я, задумчиво созерцая ковер на полу и размышляя о том, что если грохнусь тут в обморок, то сильно ли при этом ушибусь.

– Тебе не нравится здесь? – задал осторожный вопрос мужчина.

– Почему – не нравится? Нравится, – с неохотой ответила я, не рискнув врать прямо в глаза Хранителю империи. – Но мне кажется, что мое пребывание в твоей комнате не совсем правильно. Точнее – совсем неправильно. В свете недавних событий.

Мердок ничего не ответил на такой откровенный намек, лишь как-то виновато отвел глаза.

– Ну я пойду? – с тайной надеждой услышать его возражения спросила я.

– Как хочешь, – спокойно произнес мужчина. – Если тебе так тяжко находиться рядом со мной, пожалуйста.

Я едва не взвыла от огорчения. Ну как, как можно быть таким недогадливым? Ежу ведь понятно, что я ожидала сейчас от него совсем других слов и действий. Впрочем, вероятно, и Мердок хотел от меня несколько другого поведения.

Отступить сейчас, однако, значило проявить слабость. Поэтому я стиснула зубы и смело поднялась. К величайшему удивлению, ноги вполне крепко держали меня в вертикальном положении. Я гордо прошествовала к двери и лишь на пороге обернулась. Начальник Управления внимательно следил за моими передвижениями, но останавливать не спешил. Не стала и я задерживаться в его комнате. Сразу же вышла и лишь у себя дала волю чувствам, расплакавшись от огорчения. По-моему, ритуал пускания слез уже вошел в мою каждодневную обязательную программу.

Больше в этот несчастливый день ничего не произошло. Мердок возвращаться в Управление не стал. Заперся у себя в кабинете и не показывался до самого ужина. А я лежала в своей комнате и тупо смотрела в потолок, пытаясь сообразить, что же со мной сегодня произошло. Неужели мой ненаглядный муженек прав и я постыдно потеряла сознание от голода? А как быть тогда с моими странными видениями? При воспоминании об обгоревшем создании, покоившемся в подвалах Управления, меня подрал мороз по коже. Могу поклясться, что я вдыхала даже чуть сладковатый запах гари и гниения, когда стояла напротив хрустального гроба. Или это просто галлюцинации на почве постоянного недоедания? Не разобраться. Самое обидное, что и Мердок вряд ли поможет мне. Лишь ухмыльнется в своей обычной самоуверенной манере и примется уверять, что все это – лишь плод моего больного воображения. Кстати, возможно, он и прав.

Незаметно я задремала, устав от таких мудреных рассуждений. Слава всем богам – без сновидений. И проснулась лишь тогда, когда Эна робко постучалась в дверь, приглашая к ужину.

В столовой, куда я спустилась после умывания, никого не было. Лишь исходили ароматным паром аппетитнейшие яства на столе. Я даже обрадовалась тому факту, что, по всей видимости, Мердок решил не присутствовать на ужине, но тут же расстроилась, услышав его голос с лестницы.

– Элиза, рад видеть, что ты уже в порядке, – сказал он, проходя за стол. – Надеюсь, теперь ты убедилась, что я был прав по поводу причин твоего плохого самочувствия.

– Наверное, – несколько неуверенно отозвалась я, также усаживаясь и подвигая к себе тарелку.

– Быть может, немного вина? – предложил Хранитель, ловким движением разливая игристый рубиновый напиток по высоким бокалам.

– Не откажусь, – вежливо ответила я и слегка пригубила свой фужер.

– Думаю, тебе понравится. – Мердок внимательно следил за моей реакцией. – Я добавил в вино лекарственных трав. Тебе оно будет полезно. Да и нервы успокоит.

– А что не так с моими нервами? – настороженно переспросила я, морщась от знакомого чуть горьковатого привкуса. Кажется, отвар именно из этой травы сегодня вливал в меня Хранитель.

– Да так, – уклончиво отозвался мужчина. – Просто… Мне кажется, что ты несколько напряжена.

– Это не так, – твердо произнесла я, залпом осушая бокал. Затем с удовольствием без лишних напоминаний быстро заработала ножом и вилкой. И впрямь, хватит отказывать себе в маленьких удовольствиях. Особенно если они приводят к таким печальным последствиям.

Мердок отставил свой фужер на край стола, так и не прикоснувшись к вину. У меня даже мелькнула мысль – уж не собирается ли он споить меня. Как тогда, на берегу. Но Хранитель больше не предлагал наполнить мой бокал, и я успокоилась.

Ужин прошел в полном молчании. Мой муж о чем-то напряженно размышлял, изредка поглядывая на меня отстраненным взором. Я же бездумно наедалась, компенсируя все моральные переживания последних недель.

– Спасибо, – наконец выдохнула я, расслабленно откинувшись на спинку стула. – По-моему, хватит.

– Быть может, еще немного вина? – с улыбкой дьявола-искусителя предложил Мердок. – Так сказать, чтобы спалось лучше.

– С удовольствием, – после секундного раздумья, согласилась я и, чуть жмурясь от наслаждения, выпила еще один полный фужер. Удивительное дело, но на этот раз горьковатый привкус практически не ощущался. А может, в первый раз мне просто почудилось.

– Тебя проводить до комнаты? – предложил Хранитель.

– Зачем? – от души изумилась я. – Поди, не заблужусь. А насчет самочувствия – все прекрасно. Думаю, ты и впрямь был прав. Переусердствовала я немного в борьбе за фигуру. Ну ничего, завтра на занятия с мечом переключусь.

– Правильное решение, – кивнул Мердок, пряча в уголках губ лукавую усмешку. – В таком случае спокойной ночи, Элиза.

Я милостиво кивнула в ответ и встала со своего места. Все то время, пока я поднималась по лестнице, меня не покидало чувство, будто Мердок пристально смотрит мне вслед.

После обжигающе горячего душа я быстро юркнула под теплое одеяло, блаженно вытянулась и закрыла глаза. Все-таки на редкость неприятный денек выдался. Воспоминание о видении отодвинулось, стало каким-то незначительным и глупым. После выпитого вина было хорошо и как-то очень спокойно. Подумаешь, что-то черное в гробу лежит. Ну и что в этом страшного? Пусть себе и дальше лежит. Он – там, а я – здесь. Под надежной охраной Мердока.

С этими мыслями я и заснула. Рухнула в небытие, такое знакомое, такое привычное. Безо всяких кошмаров.

Однако пробуждение было весьма неприятным. Меня вновь невежливо трясли за плечи и что-то невнятно кричали.

– Отстаньте! – попыталась возмутиться я и вдруг поняла, что эти крики – мои.

– Элиза, Элиза, – кто-то говорил мне в ухо. – Проснись, Элиза. Все хорошо.

Я открыла глаза и весьма удивилась, увидев около себя Мердока. Он, заметив, что я очнулась, наконец-таки отпустил мои руки и смущенно улыбнулся.

– Ты кричала, и я пришел, – пояснил он. – Наверное, приснился кошмар?

– Что? – растерянно переспросила я. – Я кричала? Странно.

– Постарайся вспомнить. – Глаза Хранителя неожиданно сверкнули особенно ярко в полутьме. Каким-то знакомым голубоватым отблеском. – Что ты видела?

– Мердок, я и в самом деле не помню, – ответила я, испуганно отодвигаясь подальше от мужчины. Почему-то происходящее мне нравилось все меньше и меньше.

– Может, тебе помочь? – вкрадчиво поинтересовался маг и взял меня за руку. Я вздрогнула от холодного прикосновения.

– Не надо, Мердок, – с трудом проговорила я. – Сейчас плохое время для разговоров. Иди к себе. Я в порядке.

– А вот я – нет, – неожиданно отозвался мужчина, настойчиво придвигаясь ко мне. Я, оцепенев, наблюдала за его действиями и вдруг взвизгнула от ужаса. Потому что поняла, кто сидит на кровати. Опустила взгляд на руку, которую все еще сжимал в своей мертвой хватке лже-Мердок, чтобы подтвердить свои опасения. И взвизгнула опять, потому как увидела, что меня за запястье держат черные обгоревшие пальцы того самого создания из подвала.

– Нечего так кричать, – до боли узнаваемым шелестящим шепотом отозвался нежданный визитер и с силой сдавил мне руку. – Выпусти меня, Элиза! Найди ключ!

– Я не знаю ни о каком ключе! – закричала я, содрогаясь от отвращения, поскольку вблизи разглядела страшные, вывернутые наружу губы создания, а сладкий запах горелой плоти в один миг заполнил комнату. – Отпусти меня!

Нечто обнажило ровные белоснежные зубы в улыбке и расхохоталось. А через миг я уже проснулась, вся в холодном и липком поту. Облегченно вздохнула, убеждаясь, что возле меня никого нет.

– Элиза, что с тобой? – без стука ворвался в комнату Мердок. – Ты своими криками перебудила весь дом!

Я посмотрела на него, вспомнила свой сон и с тихим всхлипом ужаса спряталась под одеяло.

– Не надо, – тихо взмолилась я. – Болше не надо.

– Что – не надо? – недоуменно переспросил мужчина, присаживаясь на краешек постели. На то самое место, где в моем кошмаре так вольготно расположилось жуткое создание из подвалов Управления. Я забилась на противоположный конец кровати и боялась посмотреть на Хранителя. Вдруг сейчас окажется, что сон продолжается и около меня восседает монстр.

– Элиза, ответь мне, – настойчиво попросил Мердок и взял меня за руку. Точно так же сжал мне запястье. Этого я вынести уже не могла. Со сдавленным рыданием я отдернула руку и с головой нырнула под одеяло.

– Пошел вон, мерзкий гад! – заорала я оттуда. – Сейчас Мердок придет и тебе задницу надерет! И этот самый ключ тебе в горло забьет! Урод.

– Опомнись, Элиза, – с меня настойчиво пытались стянуть последнюю защиту в виде одеяла, а я упиралась и лягалась изо всех сил, на которые была способна. – Я и есть Мердок. Кому я должен надрать… кхм… От кого я должен тебя защищать?

– Отвали, монстр! – билась я уже в нешуточной истерике. – Тебе не обмануть меня своими речами. Я все равно ничего не знаю. И не собираюсь выпускать тебя из гроба. Лежи в своем хрустальном саркофаге и догнивай.

В этот же момент одеяло с меня перестали стаскивать. В комнате на какое-то время воцарилась тишина. Я рискнула взглянуть одним глазком на происходящее, готовая в любой момент нырнуть обратно. Мердок, пока еще не превратившийся в обгорелое чудовище, ошарашенно сжимал в руках край одеяла, словно не веря ушам. Потом перевел взгляд на меня.

– Что ты сказала? – тихо переспросил он. – Кто лежит в хрустальном гробу?

– Э-э-э, – замялась я. – Так это не очередной кошмар?

– Нет, Элиза, – серьезно отозвался Хранитель. – Это не кошмар, а реальность. И я не монстр из твоих снов, а твой муж. Вполне настоящий. Хочешь – потрогай меня, чтобы убедиться.

– Лучше я себя ущипну, – ворчливо ответила я и с силой щипанула себя за руку. Боль немного отрезвила мою голову, и я все же соизволила полностью высунуть голову из-под одеяла.

– Так что ты там говорила? – настойчиво повторил вопрос Мердок.

– Я уже не помню, – не очень умело соврала я, глядя на Хранителя честными и неподкупными глазами. – Просто… Кошмар приснился.

– Это я уже понял, – сухо прервал меня мужчина. – Значит, ты видела во сне обгоревшее создание, лежащее в хрустальном гробу. И оно требовало у тебя ключ, не так ли?

– Хватит рыться в моих воспоминаниях! – возмутилась я, торопливо устанавливая вокруг себя защиту.

Но Мердок не обратил на это никакого внимания. Он, видимо получив всю необходимую информацию, полностью погрузился в тяжкие раздумья. Я испуганно замолчала, не желая ему мешать.

– Как все быстро происходит, – наконец, очнувшись, произнес Хранитель и устало потер лоб рукой. – И как все не вовремя. Еще бы месяц-другой… Впрочем, ладно.

Мердок резко встал и, больше не говоря ни слова, отправился к двери.

– Ты куда это? – удивилась я.

– Мне надо переговорить с Милорном, – не оборачиваясь, через плечо кинул мужчина. – Конечно, не хотелось бы будить его среди ночи. Но другого выхода нет.

– А как же я? – еще больше изумилась я. – Ты меня не возьмешь с собой?

– Нет, – Мердок все же бросил на меня быстрый взгляд. – Я прикажу Эне – она сварит тебе крепкий кофе. Надеюсь, ты не будешь спать до моего возвращения. Это в твоих же интересах.

И начальник Управления вышел из моей комнаты, плотно захлопнув за собой дверь. А я вновь осталась одна, гадая, что бы могли означать его в крайней степени странные слова.

От третьей подряд чашки крепчайшего кофе, выпитого натощак, уже ощутимо подташнивало. Но я, стиснув зубы, героически допила и эту порцию и с отвращением отодвинула чашку подальше от себя.

– Еще кофейку? – мигом материализовалась около меня услужливая Эна с подносом наготове.

– Уйди от меня, – взмолилась я, чувствуя, как живот сводит от знакомого запаха ароматного напитка. – У меня этот кофе сейчас из ушей польется. Лучше не рисковать.

– Ну смотри, – с едва уловимым неудовольствием отозвалась девушка и села напротив меня. Удобно откинулась на спинку стула и принялась разглядывать меня во все глаза.

– Что? – заволновалась я после нескольких секунд молчаливого созерцания. – Что не так?

– Все так, – пожала плечами Эна, не отводя от меня взгляда.

– Тогда не смотри на меня, – поежилась я. – У меня кровь в жилах стынет от такого чрезмерного внимания.

– Извини, не могу, – спокойно ответила девушка. – Мердок приказал, чтобы я не сводила с тебя глаз. Следила, чтобы ты не вздумала заснуть.

– Интересно, почему это Мердок так боится, что я могу задремать? – с невольным любопытством спросила я.

– Понятия не имею, – хмыкнула служанка. – Ему некогда было объяснять свои распоряжения. Слишком спешил. Да я и не спрашивала. Хозяин из таких людей, что если не захочет – не будет ничего говорить ни при каких обстоятельствах.

– Это точно, – кивнула я и задумалась, пытаясь найти смысл в загадочных действиях Хранителя. Неужели мои видения представляют действительно серьезную опасность? Но почему? И кто же на самом деле заперт в подвалах Управления?

Слишком много вопросов, на которые пока не было ответов. Я постаралась отвлечься от немигающего взора Эны, которым она продолжала буравить мою многострадальную переносицу, и уставилась в окно. На востоке только-только начинал разливаться розовой краской восход. В сером предрассветном сумраке еще сильнее хотелось поспать несколько часиков. А нельзя – надо дожидаться возвращения Мердока. Что-то долго он с Милорном беседует. Пару часов-то уж точно прошло.

Только я так подумала, как воздух посреди гостиной привычно сгустился, открывая черный зев телепорта. Оттуда вышел непривычно серьезный и молчаливый Хранитель, который задумчиво кусал губы и почему-то совершенно не смотрел в мою сторону.

– Мердок! – радостно кинулась я к нему. – Наконец-то! Может, ты объяснишь, что все это значит?

– Не сейчас, Элиза, – мрачно буркнул он, старательно отводя глаза. – Собирайся. Мы сейчас уезжаем.

– Куда? – удивилась я.

– Неважно, – отмахнулся Мердок.

– Как это – неважно? – еще сильнее изумилась я. – Во-первых, мне надо знать, какие вещи с собой брать. Во-вторых, я хочу понять, что происходит. В-третьих…

– Достаточно, – прервал поток вопросов Хранитель. – Вещей никаких не надо. Там у тебя будет все, что необходимо. Я пока не могу рассказать о том, что происходит. Но обещаю, при первом же благоприятном случае ты узнаешь всю правду. Я просто хотел, чтобы ты сменила пижаму на что-нибудь более подходящее. Тем более не думаю, что она тебе понадобится там, куда мы отправляемся.

Я с унынием посмотрела на свою уютную пижаму в веселеньких голубеньких цветочках.

– А если я не поеду с тобой? – зловредно поинтересовалась я.

– Ты не понимаешь, – покачал головой Мердок. – Ты со мной поедешь в любом случае. Даже если мне придется прибегнуть к силе. На этот раз ситуация слишком серьезная, чтобы терпеть твои капризы. И если ты не поторопишься, то отправишься прямо в пижаме. Поскольку у тебя осталось всего три минуты на переодевание.

Я сначала хотела возразить, закатить скандал по поводу такого неуважения моих гражданских прав. Но благоразумно решила, что лучше выяснять отношения, будучи полностью готовой к неожиданной отправке неизвестно куда. А то как окажусь где-нибудь в многолюдном месте неглиже. Все-таки у Мердока иногда бывает весьма странное чувство юмора, вполне может до такого додуматься. Поэтому я пулей метнулась к себе в комнату, там за пару секунд натянула черную униформу Управления, поколебавшись немного, все же прицепила к поясу меч и с такой же скоростью спустилась вниз.

– Пять минут, – резюмировал Хранитель и сделал ко мне шаг.

– Никуда я не поеду! – пытаясь отдышаться от такого марафона, сбивчивым голосом объявила я, на всякий случай отбегая подальше. – Пока ты мне все не объяснишь!

Мердок покосился на Эну, которая сразу же поняла молчаливый намек и быстрее молнии испарилась из гостиной. Я сощурилась, пытаясь придать лицу как можно более решительное и злобное выражение, и даже вцепилась в рукоять меча, показывая этим серьезность моих намерений. Но мой муженек, как оказалось, и не думал вступать со мной в какие-либо препирательства или споры.

– Замри, – тихо приказал он, прищелкнув пальцами. Я возмущенно было дернулась и вдруг с ужасом ощутила, что не могу пошевелить и пальцем. Даже моргнуть не в силах. – Извини, Элиза, – тяжко вздохнул мужчина, подходя ближе и беря меня за окаменевшую руку. – Мне действительно некогда сейчас с тобой препираться. Потом, когда эта история закончится, если, конечно, она закончится благополучно, я разрешу тебе даже побить меня за такое самоуправство. Но не сейчас.

При всем своем величайшем желании я не могла выдавить из себя и звука. Лишь громко дышала, пытаясь хоть таким образом выразить свое несогласие с происходящим.

Через секунду мы уже стояли в другом месте. Здесь было темно. Я напрягла зрение, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.

– Свет, – раздался негромкий голос Мердока. Сразу же под потолком зажглось несколько ярких ламп. Я растерянно заморгала, пытаясь привыкнуть к столь резкой смене освещения. И только после этого поняла, что наконец-то вновь могу самостоятельно двигаться. Первым же делом после столь знаменательного открытия я разъяренной фурией обернулась к Мердоку. – Прости, Элиза, – виновато прошептал он, отступая назад. – Это во имя твоей же безопасности. Не беспокойся, это ненадолго. Надеюсь.

И тут же скрылся в телепорте. А я осталась стоять, возмущенно открыв рот, из которого вылетало лишь сиплое рычание. Потому как разглядела, куда меня доставил мой ненаглядный муж.

Представьте себе каменный склеп. Достаточно просторный и уютный склеп, примерно три на три метра, на полу пушистый ковер, удобная, мягкая даже на вид кровать, письменный стол с креслом и несколько вместительных стеллажей, полностью уставленных книгами. Но, несмотря на все вышеперечисленное, эта комната ничем не отличалась от склепа. Просто квадратный короб без окон. Лишь на противоположной стене небольшая дверца. Я с тайной надеждой подбежала к ней и дернула ручку. Вдруг Мердок не такой подлец, как мне представилось на миг, и здесь находится выход на улицу. Или хотя бы на балкон. Тем больше было мое разочарование, когда я лицезрела перед собой маленькую уборную комнату. Конечно, не то великолепие, к которому я привыкла в доме Мердока, но все же намного лучше, чем можно было бы ожидать в тюрьме. А то, что это тюрьма, сомневаться уже не приходилось. По-видимому, трусливый Хранитель засунул меня в камеру для особо опасных преступников, а сам постыдно бежал от моего праведного гнева. Тут даже дверей нет, куда же я буду колотить ногами и руками, умоляя меня выпустить? И окон нет, чтобы кричать лозунги против императорской власти. Кстати, неужели это Милорн приказал Мердоку заточить свою сестру в этой сырой темнице? Ведь именно после встречи с ним Хранитель меня сюда приволок. Вот ведь гады оба. Ну ничего, мне бы только выбраться отсюда. Новый переворот устрою. Думаю, на этот раз свержение власти пройдет намного успешнее.

Все эти мысли сбивчивой толпой пролетели у меня в голове всего за несколько секунд. На всякий случай я попробовала ударить рукой по стене, но лишь расшибла себе костяшки и потом долго шипела от боли, втайне надеясь, что сейчас сюда явится Мердок и вылечит меня. Шло время, но ничего не происходило. Обиженно шмыгнув носом, я попыталась поднять кресло, чтобы иметь возможность разбить этот несчастный предмет обстановки о предполагаемое месторасположение двери. Однако и тут меня ждала неудача – оно было крепко-накрепко привинчено к полу. Кричать в этом каменном мешке представлялось совсем глупой затеей – только горло сорву в очередной раз. Думаю, звукоизоляция тут на высоте. Чтобы не смущать случайных прохожих воплями истязаемых заключенных.

Подумав так, я уныло села на кровать и уставилась отсутствующим взглядом на стену. Интересно, а пытать меня тут не будут? Или мне придется вытерпеть все прелести тюремного заключения? И сейчас сюда явятся несколько угрюмых тюремщиков, которые отведут меня в пыточные подвалы. А там раскаленные иголки под ногти, отрезание различных частей тела и прочие издевательства. Но за что? Что на этот раз я сделала?

От несправедливости происходящего я даже расплакалась. Поревела в свое удовольствие, громко сморкаясь в носовой платок, каким-то чудом оказавшийся в кармане. Потом сходила и умылась ледяной водой, громко и жалостливо вздохнув при виде распухшего носа и красных глаз, совсем как у кролика-альбиноса, которые отразило беспристрастное зеркало. Еще немного пометалась по крошечной комнатке и вдруг со страхом поняла, что полностью утратила чувство времени. Я никак не могла сообразить – давно ли Мердок меня сюда доставил. Прошло несколько часов или несколько суток? Нет, скорее всего, несколько часов, судя по тому что от голода еще не загибаюсь. Хотя немного перекусить не мешало бы.

Едва я только так подумала, как что-то громыхнуло – и на столе материализовалось несколько тарелок, от содержимого которых весьма вкусно пахло. Я сглотнула обильную слюну. А вот фигушки. Если со мной так поступают, то объявляю голодовку. И крошки хлеба в рот не возьму, пока не выпустят отсюда.

Буйное воображение мигом услужливо нарисовало следующую картину – мой скелет, возлежащий на кровати среди подушек. Нет, вряд ли до такого дойдет. Мердок знает, что я человек более чем упертый. Если решила что-нибудь – не отступлюсь. Надеюсь, моя недавняя диета убедила его в том, что если надо, то моей стойкости характера могут многие позавидовать.

Чтобы еда не раздражала меня аппетитными запахами, я без малейшего сожаления спустила ее в унитаз. Затем с удовольствием побила посуду на множество маленьких кусочков. Только я закончила глумиться над последней тарелкой, как вновь громыхнуло – и все последствия моего дебоша чудесным образом исчезли. А на столе оказалась новая порция вкусностей. На этот раз мне не удалось сдержать внутри праведное негодование. Со сдавленным рычанием я вытянула из ножен меч и принялась крушить тарелки прямо на том месте, где они материализовались. Конечно, стол при этом действии тоже весьма пострадал. Точнее, сломался и разлетелся на множество обломков, на которых я еще и попрыгала, вымещая свой гнев. А потом обессиленно рухнула на кровать. Когда через минуту уже знакомо громыхнуло – и весь непорядок вновь исчез, у меня даже не осталось сил для возмущения. Я просто тихо расплакалась при виде точно такого же стола и точно таких же тарелок, появившихся взамен предыдущих. На сей раз я не стала громить новую порцию еды, поняв всю бесполезность этого занятия. Лишь отвернулась к стене, чтобы не видеть изобилия, украшающего стол. Если Мердок думает, что может так легко сломить мое сопротивление, то весьма ошибается. Умирать буду – а к еде не притронусь. И никакими восхитительными запахами меня не соблазнить. Моему муженьку еще предстоит узнать, на что я способна.

При мысли о Мердоке на глаза вновь навернулись слезы. Ну как он мог так со мной поступить? И после этого он еще рассчитывает на мои извинения? Да ни за что на свете! Жаль, что я ему так и не изменила с Ейрихом. Если бы мне вновь представилась подобная возможность, то на этот раз я бы не стала долго раздумывать. Напротив, первой бы настойчивого кавалера в кусты потащила.

Я со злостью засучила рукав и со всей силы дернула обручальный браслет, пытаясь сорвать его с предплечья. Не получилось. Золотая лента сидела как влитая. Я громко шмыгнула носом, пытаясь удержаться от очередного плача. Хватит, наревелась уже. Будем теперь думать, как из этой ситуации выкручиваться. Заодно и урок на будущее получила – даже мужу нельзя доверять в этом жестоком мире. Несмотря на все его заверения в любви. А ведь еще и в постель пытался меня затащить. Мерзавец! Хорошо все-таки, что я не поддалась на обаяние Мердока. А не то сейчас было бы намного хуже переживать его предательство.

Не выдержав, я все же соскочила с кровати и суматошно заметалась по комнатенке. Ярость душила меня, ища выход. Я задумчиво положила руку на эфес меча, оценивающим взглядом окинув стены вокруг. Интересно, можно ли клинком разбить каменную кладь? Но нет, со вздохом сожаления мне пришлось отказаться от этой идеи. Казалось кощунственным безрезультатно портить великолепное оружие. Я найду другой способ выпустить бешенство на свободу.

Устав бегать, я вновь легла и уставилась взглядом в потолок. Что же делать? Предположим, рано или поздно Мердок заволнуется, увидев, как настойчиво я отказываюсь от еды. Возможно, даже явится сюда, попытается переубедить. Ох, пусть только рискнет вновь предстать передо мной. Уничтожу, мечом нашинкую. Тут же горькая ухмылка скривила губы. Кого я хочу обмануть? Не мне соревноваться с Хранителем в магии и умении владеть мечом. Кстати, интересно, почему у меня не отобрали оружие? Неужели настолько уверены, что я полная бездарь в искусстве ведения боя? Наверное. Да и кому я могу причинить вред своим клинком здесь? Лишь в очередной раз предать мученической гибели безвинный стол.

Время шло, а ко мне никто не являлся. Остывший обед незаметно убрали, заменив на не менее изысканный ужин. Я голодным взглядом косилась на все это великолепие, но пока держала себя в руках. Вот и пытки подоспели. Глупая, я-то полагала, что меня будут истязать болью. Однако Мердок, видимо, не решился на столь серьезные меры и предпочел ограничиться воздействиями другого рода. Что же, пусть тешит себя надеждой.

День прошел в метаниях и тяжких безрадостных думах. Через какое-то время на кровати появилась чистая пижама, а свет стал приглушенным и мягким. Наверное, так мне намекали, что пришло время для сна. Хорошо, на этот раз подчинимся. Я приняла душ, переоделась в предложенное белье и почти не удивилась, когда форма Управления незаметно исчезла из комнаты. Затем нырнула под теплое одеяло, свернулась калачиком и незаметно задремала. Без сновидений. Но с полным ощущением, будто где-то рядом, за тонкой невидимой гранью, беснуется то самое жуткое создание из подвалов Управления, силясь прорваться ко мне. Естественно, проснулась я с жуткой головной болью и уставшая еще сильнее, чем до отдыха. Как-то тяжело наслаждаться сладкими грезами, когда практически на ухо шипит проклятия обгоревшее подобие человека.

На кресле уже лежала одежда. Я лишь хмыкнула при виде выбора тюремщиков. Легкое льняное платье чуть выше колен. Безо всяких изысков и украшений. Хорошо хоть рубище не предложили. Однако привередничать было глупо. Не ходить же весь день в пижаме. Я покорно оделась, старательно пытаясь не смотреть в сторону большой кружки с кофе и целого блюда сладких пончиков, красовавшихся на столе. Врагу не сломить меня! Хотя в желудке уже шла настоящая война – настолько жалобно и громко он урчал.

Поскольку заняться было решительно нечем, пришлось переворошить предложенную библиотеку. Какие-то книги я откладывала сразу же в сторону, ужаснувшись непонятным письменам на обложке, какие-то пролистывала. Но действительно заинтересовала меня лишь одна. На потрепанном невзрачном корешке ее было написано: «Легенды и предания Пермира». Я почесала в голове, вспоминая загадочные намеки на мое возможное участие в неком пророчестве, и смело открыла книгу. С первой же страницы на меня глянул мой собственный же портрет. От неожиданности я чуть не поперхнулась. Нет, точно я. Только чуть более… Взрослая, что ли. Глаза смотрят серьезно, без тени улыбки, волосы уложены в строгую прическу, губы как-то скорбно поджаты. Но тем не менее точно мое лицо изображено. Неужели это я эту книгу написала? Забавно. В первый раз буду читать творение собственных рук. О котором вообще ничего не помню.

Так как в комнате находиться было совершенно невозможно из-за ставшего невыносимым запаха кофе и корицы, я удалилась в уборную. Вспомним Запретный мир. Там для меня туалет всегда был наиглавнейшим местом для чтения. Что же, возродим эту традицию.

Я плотно закрыла дверь, чтобы ароматы завтрака не отвлекали меня, удобно устроилась на краешке ванной, использовав для этой цели несколько полотенец, и полностью погрузилась в чтение.

Через несколько минут на меня напала отчаянная зевота. Никогда бы не подумала, что можно писать настолько скучно. На редкость сухое переложение фактов о существовании какого-то маленького затерянного племени на юге империи, о котором известно лишь то, что они бегают голыми по окрестностям и смущают местных жителей. В следующей главе рассказ о Лабиринте, из которого я поняла только то, что это загадочное место служит коридором между разными мирами, входы в которые охраняют Стражи. Еще через пару глав я узнала, что существует тайное предсказание, в котором рассказывается о будущем Пермира. Но это предсказание хранится там, где его никто не может достать.

Поняв, что мои мозги закипают, я досадливо захлопнула книгу, не дочитав и до середины. Чушь какая. Неужели нельзя более интересно излагать? Добавить действия, драк, разговоров. Нет, совершенно невозможно эдакое читать. Тем более на голодный желудок. Ладно, передохну немного и дальше глазами пробегу. Думаю, Мердок специально эту книгу мне подсунул. Знал ведь наверняка, что я не пройду мимо собственного творения, обязательно захочу с ним ознакомиться.

За закрытой дверью раздался непонятный шум. Наверное, обед прибыл. Ну и ладно. Мне и тут неплохо. Если совсем невмоготу станет, спать сюда перейду. Расстелю одеяло на дне ванны, чтобы только не вдыхать ароматы съестного. Никогда не думала, что Мердок может настолько жестоко со мной поступить. Наверное, сидит сейчас рядом с Милорном и потешается над своей глупой и страшной женой.

Я с размаху пнула ногой стену, не давая эмоциям захлестнуть себя. Всплеск боли тут же привел меня в чувство. Хватит! Даже не смей об этом думать сейчас. Не доставляй удовольствие этому гаду своими слезами и переживаниями. Пришла пора быть сильной.