Текст книги "Мой самый лучший (СИ)"

Автор книги: Елена Мартин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)

Глава 4

Глава 4

Дом Тухманова поразительно похож на тот, что я частенько рисовала в голове. Вот эта площадка перед домом сейчас пока в строительном мусоре, скоро будет изумрудного цвета от подрастающей газонной травы. Большая деревянная терраса уставлена горшками с уличными цветами. А ближе к деревянным перилам я уже нарисовала в голове темно-коричневый стол и кресла из ротанга с мягкими белыми подушками, где можно присесть с чашечкой ароматного напитка ранним утром.

Внутри помещения были просторными. Будущие спальни, холлы, столовые. Перелистывая указательным пальчиком фотографии, уже набрасывала первые штрихи в будущего интерьера.

– Оу, – я смущенно улыбнулась и пододвинула айфон его владельцу.

На последней фотографии у витражного окна Тухманов стоял с девицей. «Мисс тюнинг» как мы называли с девчонками из универа, представительниц мажорно-сверкающей жизни.

Губы, грудь, скулы… Чувствовалась рука мастера на огромных губах и выпирающих скулах. Всегда думала, что у Тухманова немного другие предпочтения. На девушке была надета дорогая шубка из белого меха. По плечам разлеглись черные пряди длинных волос. Брючки в обтяжку подчеркнули длинные ножки девушки. Мадам по-хозяйски сложила руки на груди Кирилла, а Тухманов… Нежно прижимал это идеальное создание.

– Твоя девушка? – внутри едким осадком легло и сама фотография, и «мисс тюнинг» на ней.

– Была… Мы расстались, – коротко отозвался Кирилл и отодвинул телефон на край стола.

По тому, как по лицу пролетела буря чувств, пусть на краткое время, но пролетела, я поняла, что там, на уровне чувств, у Тухманова всё серьезно.

– У тебя как на личном фронте? – перевел тему Кирилл на меня.

– Некогда, Кир, – призналась, откинувшись на спинку велюрового диванчика.

Были парочка студенческих романов, которые окончились ничем. Тускло ушли в закат, даже не оставив привычного следа злобы и негодования. А потом личная жизнь отодвинулась далеко на задний план.

Официант принес большие черные тарелки и столовые приборы, и я, взглянув на их аппетитное содержимое едва удержалась, чтобы шумно не сглотнуть слюну.

Не, Маня, глупо отказываться от такой аппетитной красоты нельзя. Тем более в моем холодильнике остались лишь пару яиц, и то под вопросом.

Нарезав тонкий ломтик сказочно-сочного мяса, отправила его в рот.

– Гостиная будет в белых цветах с минималистическими акцентами на серебре с бежем. Каминчик… Белоснежный. Настоящий, не муляж. Одна из стен – фактурная штукатурка с бежевыми разводами. Массивная мебель по центру. Постараюсь подобрать обивку в цвет комнаты. Два кресла у витражного окна с круглым низким стеклянным столиком, а шторы… Выбитые… Но тут пока не уверена с цветом. Темно-серый скорее. Ну как?

– Нравится. Утверждаю, – на мою тираду Тухманов вынес короткий вердикт.

– Сроки? Есть даты, к которым бы ты хотел, чтобы ремонт завершился?

– Уже нет сроков, – громыхнул Тухманов.

– Вот как? – приподняв брови, уставилась в тарелку.

– Я могу приступить уже завтра, – наши взгляды встретились. Темно-синие озера были спокойными, в их глубине можно было утонуть.

И я тонула… ?! Это же Кир… Между нами всегда будет невидимая стена из многолетней дружбы.

На телефоне Тухманова заиграла мелодия и Кирилл, подняв телефон, нахмурил брови. Сбросив звонок, потянулся к кружке кофе.

Кофе мне понравился. Терпкий насыщенный араб.

– Что я тебе должна? – сделав глоток горячего напитка, спросила.

– Не глупи, Мань, – устало отмахнулся Тухманов.

– Спасибо за вкусный завтрак, – я поставила пустую фарфоровую чашечку на блюдце.

На мокрых от дождя ступеньках Кирилл выставил локоть.

– Держись, чтобы не грохнулась.

– Помнишь? – я растянулась в улыбке на далекое воспоминание из детства и положила руку на изгиб руки.

По скользкой дороге Тухманов всегда забирал мой портфель и выставлял локоть с дежурной фразой: «Держись, чтобы не грохнулась»

– Ну конечно, Маша, –Тухманов остановился у автомобиля.

Я скользнула по чертам лица, давно ставшими мужественными и красивыми. Тухманов волновал, сколько бы я себя ни одергивала томление расползалось внутри, а желание прикоснуться к его губам прожигало голову. Почему всё вдруг поменялось? На несколько секунд мы застыли с Кириллом, всматриваясь друг в друга у люксового внедорожника Тухманова.

– Прошу, – Кирилл разорвал морок, насевший на мою голову, и открыл дверь автомобиля.

У порога моего дома, Тухманов наклонился к бардачку и достал связку ключей. Раскрыв, в мою ладошку, положил ключи.

– Я заеду за тобой перед работой. Покажу свой недостроенный дворец, – усмехнувшись, ответил Кирилл.

– Хорошо, – я выскочила из автомобиля, крепко сжимая связку ключей.

Ладонь горела в тех местах, где мужские пальцы коснулись меня.

Может, не стоит, Мань… Скажи ему сейчас по телефону, что передумала, что такой проект не по плечу.

Ммм… Не могу…

Деньги нужны и видеть его хочу…

Как только переступила порог квартиры, схватилась за планшет. В голове фотографическая память держала расположение комнат и фасад дома. Гостиная…

– Уже утверждена… Ты же так сказал. Значит, начнем с камина, – произнесла вслух и раскрыла рабочие приложения на планшете.

Глава 5

Глава 5

Мысли бежали одна за другой и даже обгоняли друг друга. Я сняла свитер и брюки, оставшись в одном белье и носках. Не отрываясь от планшета, набросала общие черты будущей гостиной. Поправлю размеры, как только сниму метрику с комнаты. Любимые спортивные штаны и рубаху также надела, не отрываясь от экрана. И, присев в кресло, углубилась в работу.

Часы показали на табло двенадцать, и я отодвинула подальше планшет. Если я сейчас не отправлю себя в кровать, буду сидеть до утра. А глаза уже слезились от многочасовой работы. Утром еще нужно приготовить диетический суп для Софьи Владимировны и творожно-морковную запеканку. Больничная еда оказалась редкостной гадостью.

В животе призывно заурчало, и я поплелась на кухню. Поставила чайник и раскрыла холодильник.

– Для ужина поздноватенько, – из всего, что мне попалось на глаза, самым приемлемым посчитала сыр и потянула пеструю упаковку.

От вкуса чая немного поморщилась. Последнюю упаковку цейлонского взяла неприлично дёшево, подозревая, что внутри крупнолистовым черным чаем и пахнуть не будет. Не ошиблась, но выкидывать упаковку не стала.

– Ничего… Скоро заживем.

Будильник противно ныл под ухом. Такая приятная мелодия казалась настолько отвратительной, что телефон хотелось закинуть подальше. Я присела на кровать и выключила назойливую мелодию.

В мессенджере пробежалась по краткому приветствию от Тухманова: «Отпишись где тебя забрать после полудня».

И шуточные сообщения от двоюродной сестры Зои:

«Маня, у нас завал. Начальство ищет сотрудника на разовую работу по трудовому. Пойдешь?»

– И что вас всех поперло разом, – пробурчала, растирая кулачками сонные глаза.

– Что нужно делать? – отстукала в ответ.

На экране телефона высветилась фотография абонента «Зоюшка» с охапкой крупных ромашек.

– Буклеты, визитки. Топай к офису. Тут всё и узнаешь, – из динамика поплыла тирада от двоюродной сестры.

– Смогу только послезавтра, – ответила, вспомнив, что у меня завтрашний день весь расписан. Утром бабушка, после обеда Тухманов.

– Значит, не сильно и нужна тебе работа. Тут некоторые после разовых трудовых договоров начальником отдела стали, – пронеслась претензия.

– Мне работу подогнали, – похвалилась перед сестрой.

– Постоянка?

–Тоже разовая.

– Ну, тебе же деньги нужны?

– Еще как нужны… Беликов в прошлый раз пригрозил, что долг натурой придется отдавать… Мне кажется, он для этого и занял мне такую сумму.

– Жесть… Я могу тебе пару штук на карту бросить.

– Не нужно… Не спасёт. Попробую сама выкрутиться. Тем более, что есть где заработать.

– Попрошу начальницу придержать работенку для тебя.

Я цокнула в трубку телефона: «Кто, Полянская придержит для меня работенку? Не смеши!”

Уж от кого Зоя наплакалась, так это от своей придурковатой начальницы. Возраст у нее был такой стервозный – сорок пять. Когда осознаешь, что молодость уже хорошо помахала ручкой, семьи как не было, так и нет. А из воспоминаний – только рабочие будни.

Работать с Полянской было не тяжело. Работать было адски тяжело.

– Она уволилась, – удивила Зоя и я даже открыла рот от удивления.

Полянская начинала вместе с Альбертом Борисовичем Коврюгиным, руководителем «Арт. Студии»

– И кто теперь изгаляется над вами? – весело спросила у Зои.

– Ой. Да нормальная тетка теперь у нас, – весело ответила сестра.

Я подняла брови. Обычно Зоя лестно проходилась по руководящему составу «Арт. Студии». Особенно едко по Коврюгину, что натолкнуло меня на выводы о тайной симпатии к директору конторы.

Загвоздка была в том, что Коврюгин прекрасно проживал в счастливом браке, а Зоя томно вздыхала в сторону симпатичного Альберта.

– Ну, значит, повезло вам всем, наконец, – искренне порадовалась за сестру.

– Угу... Как Софья Владимировна? – осторожно спросила Зоя.

– Плохо… – едва смогла выдавить.

Болтая о пустяках, я немного забывала, что она там, а её сердце замедляет ход каждую секунду.

– Маня, может быть, врачи виноваты? Не так сделали операцию?

– Мне перед операцией сказали, что мы только продлим жизнь максимум на год.

– Ой, капец… Ладно, Маш. Я потрещу о тебе с Дарьей Даниловной. Удаленно поработаешь над буклетами. Может быть, с Беликовым рассчитаешься.

– Зоя, ты лучшая, – я смахнула слезу, которая прочертила дорожку до подбородка.

– Манька… – Зоя вздохнула, – там, наверху всё предопределено. Не перепишешь.

Я влетела в тапки с заячьими мордами и поплелась в ванную комнату.

Бессонную ночь было видно в зеркале. Она расписалась под глазами и насыпала в них песка.

– Мда… Маня. Ты просто чудовище. Даже патчи не спасут, – буркнула своему отражению.

Поморщилась на видение, которое вдруг всплыло в голове. Идеальный макияж, идеальная укладка и образ, который подчеркнул все достоинства мисс тюнинг.

Потянулась к зубной пасте и с трудом заработала щеткой.

После кружки любимого кофе из турки сонливость отступила. На плите свежий супчик для бабули, а в духовке покрывается корочкой творожная запеканка. Готовить Софья Владимировна любила, а я сидеть тут возле неё и впитывать ауру главного места в любом доме. Сложила готовые блюда в пластмассовые емкости и направилась в спальную комнату.

Я пробежалась по своему гардеробу в шкафу. Не блистал, но кое-что очень симпатичное на вешалках в сером шкафу с металлическими ручками имелось.

Я приложила чёрное платье с разрезом на боку, красиво облегающее фигуру, и выглянула в окно. Погода за окном была солнечной, и я потянулась за легкой курточкой. В прихожей открыла шкафчик и разложила пудру и карандаш для глаз. В неброском макияже сделала акцент на губы.

– Маня, не всё так уж и плохо… – бросила незнакомке со светлыми волосами, красиво рассыпавшимся по плечам.

Она подмигнула в ответ.

Глава 6

Глава 6

– Ещё одну, – застыла с ложкой супа у рта бабули.

– Маня, я уже наелась, – Софья Владимировна натянуто улыбнулась, но в голосе чувствовалась присущая женщине стойкость.

Я сдалась и закрыла контейнер крышкой.

– Ты сегодня такая хорошенькая, Маш, – вдруг произнесла бабушка.

– Эффектная, – добавила, вдруг вспомнив комплимент Кирилла.

– А Кирюха какой стал… Я не узнала Тухманова, – Софья Владимировна протяжно вздохнула.

– М-да… Кир умеет удивлять, – сказала больше самой себе.

А ещё волновать и рождать непонятные мне чувства.

– Мань, а чего вдруг Кирилл вернулся? Столица… Другие деньги.

– Ему и здесь неплохо, – ответила, поправив край одеяла. – Там что машина, что дом. Красавец на триста квадратов.

– Молодец, Кирюха. Всегда в детстве говорил, что добьется всего. И добился. А сейчас тоже юристом вкалывает?

– Не знаю, бабуль, – я пожала плечами.

Я не сомневалась, что после успешной учебы в вузе Кирилла ждёт не менее успешная карьера. Но за все время наших кратких встреч о своей работе Кирилл не обмолвился ни слова.

– Маш, ты бы тоже бросала меня обхаживать. Ищи работу. Я никуда не денусь из больницы.

– Ба… я громко цокнула. – Я сама знаю, что мне делать. Тем более я нашла подработку, поэтому… Не обижайся, но буду появляться чуть реже.

– Не обманываешь? – серьезно спросила бабуля.

– Тухманов заказал интерьерный дизайн своего дома.

Софья Владимировна на время притихла, я ждала новой волны, вроде того, что подработка – это несерьезно и нужна официальная зарплата, но бабуля, прочертив по мне взглядом, полушепотом вытолкнула: «Это же замечательно».

– Дом, наверное, большой? – спросила следом.

– Я ещё не видела. Только на фотографии, – я собрала контейнеры в сумку и присела на стул у кровати. – Приехать смогу только завтра после обеда.

– Машка, ты у меня такая умница! – морщинистая рука легла на мою ладонь.

– Угу… – отозвалась глухо, сглатывая собравшийся ком.

Набросив куртку, спустилась на первый этаж. Солнце пробивалось сквозь тучи, и даже теплый ветерок игрался с волосами. Погода баловала тёплыми осенними деньками, после которой с остервенением снимет все оставшиеся листья и укроет жёлто-оранжевым покрывалом.

Я торопливо прошлась до остановки и влетела в автобус, как только железные створки распахнулись передо мной.

Все время проверяла телефон в ожидании звонка от Тухманова.

А может, он прислал сообщение? Или я случайно не услышала в шумном общественном транспорте звонка от Кирилла?

На экране значка – пропущенного звонка не было, как и сообщений в мессенджере.

Стуча каблуками ботильонов дошла до подъезда и, бросив взгляд напоследок на парковочную зону двора, вошла внутрь подъезда.

Поморщилась от запаха сигаретного дыма, который расплылся внутри помещения.

Мужскую фигуру, замершую на лестничном проеме у почтовых ящиков, увидела сразу. Сердце забилось в груди от страха, но я старалась не показывать, что от испуга похолодели ноги, а руки колотит нервная дрожь.

– Латунова! – громко позвал мужчина. – Я по твою душу. Все сроки прошли.

В банках безработному дизайнеру отказывали, а за дорогостоящую операцию негласно нужно было заплатить оперирующему кардиологу. Часть дали родственники, но большую часть пришлось занять. Беликов Михаил занимался выдачей таких займов частным лицам, естественно, под высокие проценты. За всё время у меня получалось только отдавать проценты, и сумма кредита перед Беликовым не уменьшилась ни на рубль.

– Я знаю. Я всё верну. Очень скоро, – говорила быстро и отрывисто, чтобы голос не сорвался.

– Обещала проценты вернуть. Ну? – Беликов подошел ближе и навис, словно огромная грозная туча.

– Я нашла работу и скоро верну всю сумму, – я подняла глаза на аспидные глаза мужчины.

В успехе полного погашения сильно сомневалась. Бухгалтерия была своеобразная, но деваться пока было некуда. Помог бы кредит, но любому кредитному учреждению нужен официально трудоустроенный клиент. Каковым я не являлась. Пенсия Софьи Владимировны расходилась только на коммунальные платежи и лекарства. Едва хватало купить продукты.

– Мне твои завтраки вот тут сидят, – Беликов показательно прочертил по горлу ребром ладони. – Может, по-другому рассчитаешься? – мужчина грубо потянул к себе за ворот куртки.

Горячее дыхание обожгло кожу, а глаза мужчины впились в лицо.

– Отпусти! – я уперлась рукой в грудь, пытаясь оттолкнуть мужчину.

– Куколка, на твоём месте трепыхаться тебе бы подо мной так, что я бы подумал, оставить должок или простить его, – омерзительное дыхание смешивалось с омерзительными словами

– Я верну ваши деньги. Отпустите, или я закричу!

– Кричи! – зловеще прошелестел Беликов.

На моё счастье этажом выше открылась дверь, и Беликов отпрянул от меня, продолжая сверлить диким взглядом. Дрожь от случившегося пробегала по спине. Я сделала несколько шагов назад и, сунув руку в карман куртки, нащупала ключи от квартиры. Пробежав лестничный проем, втолкнула ключ в замочную скважину и через секунду влетела внутрь.

Закрыла дверь и, прислонившись к двери спиной, растирала ледяные руки.

Я несколько раз с опаской посмотрела в глазок. На площадке было пусто. Стянула ботильоны и подошла к окну. Беликов стоял во дворе дома. Чиркнув зажигалкой, жадно втянул в себя сигаретный дым. Всё время, пока Беликов курил сигарету, озирался на окна мой квартиры.

Сердце продолжало бешено бежать в груди.

Кто бы знал, что распиской на триста тысяч я загоняю себя в капкан. Работала схема у Беликова на все сто. Мужчина искал себе жертву, за которой никого нет. И рассчитаться за долг у жертвы не получится. Все суммы, которые были отданы в счет долга, покрывали только проценты по нему. Бесконечная попытка выбраться из долговой ямы. Мужчина нервно отбросил сигарету и зашагал по тротуарной дорожке.

Я подошла к зеркалу и провела щеткой по волосам. Мысли путались, а на щеках играл лихорадочный румянец. От звонка на телефоне вздрогнула и с опаской открыла сумочку.

На экране высветилось «Кирилл», и я расплылась в печальной улыбке.

Глава 7

Глава 7

– Привет, – мой голос был сиплым, и я никак не могла прийти в себя.

– Маш, жду тебя у подъезда, – начал Тухманов без приветствий.

– Пять минут, и я спущусь.

Взглянула на своё отражение в зеркале и подправила макияж. Брызнула любимыми древесными и подхватила сумочку с планшетом, который приготовила на комоде прихожей ещё утром.

Я быстро присела в салон автомобиля и втянула запах, который источал Тухманов. Дерзкий, сдержанный и статусный. Ровно такой, каким стал мой друг детства. Тухманов всегда опекал меня. Любой мальчишка в школе и во дворе знал, что за косички Машку Латунову дергать строго запрещено. Малышня дразнила нас женихом и невестой, но кроме дружеских отношений долговязого подростка и такой же нескладной девчушки не было.

– Привет, Машунь! – Тухманов бросил внимательный взгляд на меня и вывернул руль в направлении оживленного шоссе.

Район, где Кирилл построил свой дом, можно без преувеличений назвать респектабельным. Хорошее расположение и парковые зоны. Я уже примеряла, сколько времени я буду тратить, если я буду добираться на автобусе. И мне не терпелось начать работать в большом доме Кирилла.

– Как, Софья Владимировна?

– Без изменений. И это, возможно, хорошо, что так.

– Отлично выглядишь, Маша, – от комплимента на щеках выступил румянец.

– Спасибо.

– Я буду забирать тебя по утрам или в обеденное время.

– Я могу доехать сама, – возразила несмело. – Ключи у меня есть

– Не придумывай, Мань. Так будет быстрее. Тем более тебе еще ездить в больницу. Не хочу, чтобы сильно тебя напрягать.

– Ну, по сути, ты мой работодатель, поэтому тебе положено меня напрягать.

Тухманов усмехнулся.

– Предыдущему клиенту я переделывала проект несколько раз. А по итогу от проекта остался только цвет штор. По мере того, как делался ремонт, он поменял абсолютно всё. Работать было тяжело.

– Да, такие люди есть. Нужно подстраховывать себя договором.

– Ещё не научилась, – с улыбкой ответила.

– Если нужна консультация, обращайся.

– Возможно, будет нужна, – я вспомнила горящие адским пламенем желания глаза Беликова.

– Что-то случилось? Маш? – спросил Кирилл.

– Всё хорошо, – мне не хотелось грузить Тухманова своими проблемами, тем более такими скользкими и неприятными.

За окном мелькали элитные высотки и дорогие коттеджи. У одного из них Тухманов, сбросив скорость, притормозил.

– Приехали, – чёрный внедорожник остановился у высокого забора из белого кирпича за которым виднелась крыша из коричневой черепицы.

– Красивый, – дала лестное описание симпатичному коттеджу, как только Тухманов открыл калитку и пропустил меня внутрь.

– Проект заказал в одной из проектных контор. Там же нанимал строителей, которые эту красоту воплотили.

Дворовой части тоже нужен дизайн и, увидев мой взгляд в направлении гор строительных материалов, Тухманов остановил меня за руку.

– Мань, что скажешь насчет дворовой зоны?

– Не мой конек, – ответила после заминки. – За ландшафтный дизайн ни разу не бралась.

– Нет времени этим заниматься, а перепрыгивать через это всё уже надоело.

Тухманов повернул ключ в замочной скважине и жестом пригласил войти.

Каждый шаг отзывался эхом вдоль оштукатуренных стен. Холл был просторным, с двумя дверьми, ведущими из него, расположенных друг против друга

– Справа двери ведут в столовую направо гостиная, а далее холл и выходы в спальные комнаты.

Кухня примыкала к столовой, а гостиная была большой. Впрочем, я лишь немного ошиблась в размерах.

– У меня уже готов проект этой комнаты. Я вечером пришлю тебе на телефон. А в три Д формате, посмотрим завтра на планшете.

– Ок, – Кирилл развел руками.

Я заглянула в санузел, в котором стояла душевая кабина.

– Это заменим на встроенную из стекла и плитки.

– Хорошо. Это для ремонта, – Кирилл вручил мне банковскую карту.

– Также нужно будет нанимать строительные бригады для укладки напольного покрытия и оклейки обоев. Электрика... – произнесла, оглядывая потолок.

– Не вопрос.

– Я знаю хороших ребят, с которыми уже работала. Берут недорого.

– Маш, – усмехнулся Кирилл, – мне плавно и к конечному результату. А решение всех вопросов на твоё усмотрение.

Тухманов скинул своё дорогое пальто и остался в строгом костюме тёмно-серого цвета. Оперевшись о подоконник, следил за тем, как я прохожусь вдоль стен, набрасывая заметки в планшете.

– Эта комната будет кабинетом, – прокомментировал угловую комнату окна которой будут выходить на задний двор.

– Хорошо, – я обвела взглядом пустынные стены и сделала заметки, – есть предпочтения по цветовой гамме?

Старалась говорить сдержанно и спокойно, но внутри горело от внутреннего пожара и непонятного мне волнения. Даже щёки начали покрываться румянцем. Ну почему вдруг я начала краснеть перед ним, как школьница?

– Полагаюсь на твой вкус, – низкий голос рокочет что-то там о моих вкусах.

Я глубоко выдохнула и махнула головой.

Окна спальной комнаты хозяина дома тоже выходили на внутренний двор. Посредине комнаты большая кровать, комод и шкаф. Из мебели присутствовал такой минимум, что я удивилась, как всем этим обходится Кирилл. Гладкая поверхность комода и подоконника заставлена мелкими вещами, среди которых бросились несколько фотографий в рамке всё с той же мадам с каскадом чёрных волос.

На фоне высоких гор и элитного коттеджа Кир и мисс тюнинг стояли в обнимочку.

– Твоя бывшая? Как зовут? – спросила между прочим, продолжая осматривать комнату.

– Алина, – коротко ответил Тухманов.

– Алина … – повторил внутренний голос.

Едким песком рассыпалось внутри неизведанное досель чувство. Словно у меня отнимают что-то очень дорогое, и на моих же глазах.

Ревность? Машка, ты ревнуешь?

Похоже на это… Появление Кирилла непонятным мне образом начало всё менять вокруг, а прежде всего меня.

Я бросила взгляд на фигуру Кирилла, стоящего скрестив руки на груди. Расслабленный, важный, невероятно притягательный с этой полуулыбкой на губах и взглядом с прищуром.

– Охх… – запыхтел внутренний голос – Нам влюбляться в него нельзя!