Текст книги "Лунная волчица, или Ты попал, оборотень! (СИ)"

Автор книги: Елена Амеличева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Глава 4 Платье

ЛИЛИЯ

– Софи, что ты тут делаешь? – потрясенно выдохнула я.

– Работаю, – ведьмочка пожала плечами. – Лили, прости за ту сцену, ладно? Моя бабушка очень, э-э, эмоциональна.

– Бабушка? Думала, она твоя мать.

– Мама умерла, бабушка меня вырастила.

– Просто она так хорошо выглядит, и как ее еще на костре не сожгли светские львицы Нью-Йорка! Ой, – я заметила укоризненный взгляд Софи. – Прости, ерунду сморозила.

– Ведьмы не любят шутки о сжигании на костре, – с усмешкой ответила девушка.

– Запомню, – пробормотала смущенно.

– Давай мерить. – Ведьмочка кивнула на платья. – Какое первым?

– Серебристое, – выбрала я и, как оказалось, попала в точку.

Наряд сел идеально по фигуре и так подчеркнул мои глаза, что они словно засияли изнутри. Или в этом был виноват Рэй?..

Посмотрелась в зеркало. Никогда не думала, что мне пойдет такое платье – блестящее, с заниженной талией, бахромой по подолу, как было модно в двадцатые.

– Оно твое, однозначно, – Софи одобрительно кивнула. – Словно тебя дожидалось.

– Согласна.

– Подожди минутку, к нему кое-что еще нужно.

Девушка вышла из примерочной, на секунду открыв мне Барсова, который о чем-то разговаривал с Андрэ. Мой волк щурился и играл желваками – сердится. Что они не поделили?

Вернувшись, Софи водрузила мне на голову то ли ободок, то ли шляпку – сложно сказать, на оттенок светлее платья. Следом поставила на пол туфельки и пошутила, когда я их надела:

– Главное, не разбрасывайся обувью, Золушка, принцы нынче не те пошли.

– Чуть великоваты, – с сожалением ответила я, чувствуя, как нога «гуляет» в пятке.

– Поправимо. – Ведьмочка стрельнула глазками по сторонам и, присев на корточки, что-то прошептала.

Туфельки тут же обняли мои ступни. Ух, ты! Я переступила с ноги на ногу – словно идеально разношены!

– Как ты это сделала, Софи?

– Тссс! – она озорно усмехнулась. – Еще и не такое могу!

– Впечатлила!

– Держи серьги и клатч. Посмотри, телефон твой в него уместится?

– Должен, – я взяла в руки серебристый клатч, потом надела серьги – ниточки серебряных треугольников длиной до плеч.

– На шею только ничего нет, – посетовала девушка.

– У меня есть, – я вспомнила о колье, которое презентовал Роберт в день помолвки.

– Отлично! Ну, готова?

– К чему?

– Заставлять мужиков пускать слюни!

– Готова.

Меня интересует лишь один. Все остальные не имеют никакого значения.

– Тогда вперед! – Софи отдернула шторку.

Я сделала шаг вперед и утонула в обожании, которым меня укутал мой Рэй.

– Детка, ты прекрасна! – мама Роберта даже прослезилась. – Сразу вспомнила свою молодость!

– Расскажете как-нибудь?

– Самой собой!

– Замечательно! – хозяйка магазинчика обошла вокруг меня, довольно улыбаясь. – То, что нужно! Ну, примерим остальные?

– Не стоит, – я улыбнулась. – Незачем, раз уж нашла то, что идеально подходит.

– Мудрые слова, – Барсов усмехнулся и, подойдя ближе, шепнул, – а принц тебе не требуется?

– Нет, принц в наличии, как и его папа-король. Даже карета имеется. А еще, – скосила глаза на Андрэ и Банни, – два гвардейца.

– Король с королевой, кстати, ждут принцессу на обед, – вмешался Андрэ. – Нам пора ехать, Лилия.

– У современных принцесс такое плотное расписание! – я вздохнула и пошла переодеваться.

Взгляд Рэя прожег мне спину и... немного ниже. Это заставило улыбнуться – не только Лунная волчица скучала все это время! Жаль, что встреча была такой короткой.

Переодевшись и оплатив покупки, я села в минивэн.

– Кто этот юноша? – тут же приступила к допросу бабуля.

– Андрей Барсов. Полукровка. Партнер вашего сына.

– Вот как, – она отвела взгляд.

Странная реакция. Чем мой Рэй ей не угодил? Мария тоже не жалует полукровок?

– Что-то не так?

– Нет, – женщина тут же улыбнулась. – Все хорошо. Возьмешь бабушку-то на девичник?

– Обязательно!

– Тогда надо заказать хорошего шампанского. А не ту гадость, которую Роберт покупает. Зато можешь быть уверена, раз я там буду, вечеринка получится забойной!

– Мне уже начинать бояться? – я изогнула бровь.

– Конечно!

– Она его любит с самого детства! – донесся до меня голос Снежаны, когда я вошла в дом.

Кажется, дама взвинчена до предела. Что еще стряслось?

– Вадим был бы счастлив с Джен! А эта ничего хорошего ему не принесет!

– Его счастье меня волнует в последнюю очередь! – громыхнул в ответ Роберт. -Разговор закончен!

Шаги заставили меня взлететь по лестнице. Интересная информация к размышлению. Джен, вроде бы, та самая девица, которую не так давно выпроваживал Вадим утром. Значит, она в него влюблена. А на кой Лунная волчица тогда? Значит, это сугубо папино решение – поженить нас?

Размышляя об этом, я приняла душ, вышла в комнату и услышала стук в окно. Вряд ли это белка заглянула поклянчить орехи. Постояла, надеясь, что стук прекратится, но куда там! Этот «бурундук» всю ночь способен на карнизе просидеть, изводя меня. Надо прогонять. Швабру, что ли, взять?

Бросила на себя взгляд в зеркало. Н-да, в таком халатике любовника только приманивать, а не отваживать. Надела джинсы, мешковатую кофту. Да, самое то – старая дева, юные годы. Подошла к окну и раздернула штору. Так и есть, Барсов. Улыбается невинно, пальцем на замочек показывает.

– Открыть? – спросила я.

– Конечно! – глухо донеслось из-за стекла.

– Вот это видел? – показала кукиш. – Иди домой!

– Ни за что!

– Тогда сиди до утра! Можешь свить себе гнездо и лечь спать! – задернула шторы.

Но стук стал только громче. Вот ведь гад!

– Барсов, проваливай! – рявкнула, снова рванув занавеску в сторону.

Вместо ответа он показал мне булыжник и ухмыльнулся, изогнув бровь. Вот ведь шантажист! Ему и в самом деле ума хватит разбить стекло! И как я потом это Роберту объясню? Вряд ли он поверит, что в саду поселился енот-террорист!

Щелкнула замком, распахнула окно и через секунду, конечно же, оказалась прижата к горячему телу оборотня. Попыталась отбиться, но куда там!

– Я соскучился ужасно! – выдохнул он мне на ухо. – Лия...

– Андрей, прекрати. – По коже побежали цунами из мурашек.

– Почему опять Андрей? – мужчина заглянул в мое лицо.

– Потому что совсем скоро у Лунной волчицы свадьба. Я все тебе сказала еще в прошлый раз. И если ты меня хоть немного уважаешь, то сейчас же уйдешь.

– Уважаю, – прошептал волк. – Но еще и люблю безумно! И быть вдали от тебя нестерпимо больно.

Зато так ты останешься жив, мой желанный.

– Хватит, Барсов, уходи.

– Не гони меня, пожалуйста. Позволь остаться, хоть ненадолго!

– Нет.

– Почему?

Потому что так надо.

– Роберт и Снежана ждут невестку внизу.

– Врешь ведь, – мужчина ухмыльнулся, – Роберт только что уехал, я сам видел.

– А Снежану, улетающую на метле, тоже заметил?

– Нет, – он опалил смешком мою шею. – Но какая-то ступа точно мимо пролетала.

– Это наша бабушка Маша развлекается, не завидуй.

– Она, кстати, так на меня смотрела, эта ваша старушенция! – маленькими шажочками продвигаясь к кровати со мной в обнимку, сказал Андрей. – Как дыру не просверлила взглядом, непонятно!

– Всерьез думаешь, я не замечаю твоих коварных маневров, Барсов? Заболтать Лунную волчицу решил?

А бабуля на него и в самом деле странно отреагировала.

– Ага. – Он кивнул, озорно улыбнувшись. – И, как, получается?

– Нет.

– Ты меня совсем не хочешь? – мужчина обиженно нахмурился.

– Не дави на жалость, это тоже не прокатит.

– У тебя... – он прищурился, – кто-то появился?

– Да, – я кивнула.

– Кто?! – руки так стиснули талию, что едва аппендикс в рот не выскочил.

– Жених. В скором времени – муж.

– Никогда не поверю, что у тебя может быть что-то общее с Вадимом.

– Скоро у нас с ним все общее будет. В том числе, половая жизнь.

– Если посмеет дотронуться до тебя, я его убью!

– Вперед, только помни, что и сам тут же отправишься на кладбище.

– Не важно!

– Хочешь в одночасье лишить Лунную волчицу и мужа, и любовника?

– А я буду твоим любовником? – заинтересовался волк.

Кажется, эта перспектива его очень обрадовала.

– Нет, не будешь.

– Почему?

Потому что мне хочется знать, что ты жив.

– Догадайся.

– Позволь любить тебя, Лия, – его рука сжала мои ягодицы. – Потом сразу уйду, клянусь.

– Нет. Ты уйдешь сейчас. – Я уперлась ладонями в его грудь.

Стук в дверь прозвучал донельзя вовремя.

– Лилия, ты спустишься на обед? – донесся до нас голос Снежаны.

В кои-то веки я была рада его слышать.

– Через пару минут.

– Хорошо, жду тебя.

– Видишь? – прошептала я, посмотрев на Андрея. – Отпусти и уматывай! Мне еще снова в душ лезть, пропахла тобой, волк!

– Хочу с тобой в душ! – заявил он и полыхнул глазами.

– Будешь так себя вести, мы вместе отправимся, знаешь, куда?

– С тобой – куда угодно!

– В могилу мы отправимся! Устраивает?

В его глазах протаяла боль.

– Прости, ты права. – Он разжал руки.

– Наконец-то, – я дотолкала его до окна и, когда волк в него вылез, закрыла замочек и задернула шторы.

В кои-то веки все сделала правильно.

А на душе так паршиво...

Глава 5 Племенная сука

«Ревущие двадцатые» – так назвали тот период, которому был посвящен мой девичник -с не особо легкой, уж скорее, с очень тяжелой, руки Роберта. Дерзкие, даже наглые, вольнодумные годы, когда извечные ценности летели к чертям, а молодежь не просыхала, порхая с одной вечеринки на другую. Идеальное было бы время для Вадима. Хотя та эпоха запомнилась не только этим.

Новые технологии и изобретения безвозвратно меняли мир, ускоряя течение жизни. Все казалось возможным. Вековые устои разрушались без сожалений. Толерантность была не пустым словом, как сейчас, а женщины отстаивали свои права. Казалось, так будет всегда – только вперед, быстрее, лучше, ярче. А кончилось все биржевым крахом и затяжным периодом упадка. Так, наверное, бывает всегда.

Но сейчас, несмотря на кислое настроение, я все же усмехнулась, когда спустилась в холл и увидела Вадима.

– Суженый, ряженый, в какую-то фигню наряженный, – пробормотала я, глядя на жениха в зеленом блестящем костюме.

– Клевый прикид, – одобрил он, окинув меня похотливым взглядом.

Сомнительный комплимент.

– А как я тебе? – он водрузил на голову зеленую кепку и крутанулся, прищелкнув лаковыми штиблетами.

– Ты уверен, что в двадцатые годы прошлого века крокодил Гена уже существовал? – не удержалась я.

– Не слушай ее, сынок, – Снежана подошла к отпрыску. – Прекрасно выглядишь! – она с укором посмотрела на меня. – Вы оба отлично выглядите!

Ну, да. Крокодил Гена и... Кто я? Кроме того, конечно, что дорогостоящая игрушка клана Андреевых? Буду тогда Шапокляк, ничего другого не остается.

– А разве жениху положено идти на девичник? – запоздало полюбопытствовала я, спустившись в холл.

– Ничего страшного, – отмахнулась будущая свекровь, – у тебя все равно тут нет подруг, Вадим тебе компанию составит. Пусть мальчик повеселится.

Он и так с каждого ободка унитаза в клубах Нью-Йорка кокаин снюхивал, уверена. Вряд ли мальчик страдает от отсутствия развлечений. Но, опять же, меня никто не спрашивал.

– А Чебурашка твоя где? – поинтересовалась я, когда мы сели в машину. – Как ее там? Джен, кажется?

– Понятия не имею, о чем ты, – начал играть в Штирлица Вадим.

– Странно, – я вздохнула. – Выходит, ты серьезно болен.

– Почему это?

– Потому что провалы в памяти – признаки серьезного заболевания, дорогой! Потом проблемы с потенцией подтянутся и все, выбирай гроб!

– Нормально у меня все с памятью! – огрызнулся жених. – И с потенцией! Доказать?

– Конечно, – я кивнула. – Алфавит произнеси наоборот, с конца. Если сможешь – память и мозговая деятельность в порядке.

– Я, ю, э. – он замолчал и наморщил лоб.

– Ну?

– Ы! – суженый просиял.

– Само звучание тебе подходит. Но неправильно.

– Да ну тебя! Давай лучше докажу, что с эрекцией нормуль! – Вадим потянулся ко мне. -Все, эти, рефлексы работают!

– Остынь, а то по рефлексу врежу! – предупредила я.

– Скучно с тобой, – он отвернулся к окну. – И причем тут вообще была память?

– При том, что ты не помнишь, как на утро после нашей помолвки, драгоценный мой, выпроваживал сонную деваху, с которой провел ночь. Звали ту девицу Джен.

– Не было такого! – заявил жених.

– А я все на смартфон засняла! – в наглую сблефовала Лунная волчица.

– Это... – Вадим сразу сник. – Папе только не показывай, ладно? Пожалуйста.

– Не буду. – Мне даже стало жаль его. – У вас с Джен серьезно было?

– Не, только секс.

– Мне можешь не врать. Я тоже нашей свадьбы не хочу.

– Почему? – парень уставился в мое лицо с таким удивлением, что вызвал смех.

– Думаешь, если девушку вынуждают выходить замуж взамен погашения долгов ее отца, она прямо-таки бегом бежит под венец счастливая?

– Я не знал, что все так.

– Увы. Мне выбора не оставили, но ты-то почему согласился?

– Отец не спрашивал.

– Ясно. Мы оба этого брака не хотим. Тогда что будем делать?

– Ничего, – он пожал плечами и усмехнулся, – жениться.

Да, помощник из него так себе. Не орел, как говорит моя тетя Римма.

– Может, тогда договоримся? – я попробовала зайти с другой стороны. – Заключим брак, но спать не будем.

– Не прокатит.

– Почему?

– Отцу нужны наследники. От меня он ничего хорошего не ждет, хочет внуков воспитать под себя, чтобы было кому клан доверить.

Мое сердце сжало тоской. Об этом как-то не думала. От мысли, что мои дети станут рабами Роберта, на глаза набежали слезы. Значит, я не просто дорогостоящая игрушка, а еще и племенная сука, для разведения потомства. Старшая мать была права, пора включать голову и искать способ избежать такой невеселой участи. Любой ценой!

Молча, думая каждый о своем, мы доехали до Эмпайр-стейт-билдинг – небоскреба, которому местные дали имя «Шприц» из-за антенной башни. Именно к нему и стекались гости моего девичника. Конечно, где же еще Роберт мог его провести, как не в одном из самых известных в мире зданий!

Величественный, монументальный, уникальный – это все о Эмпайр-стейт-билдинг. Оно даже имеет собственный индекс. А еще это здание кинозвезда – мелькает во всех фильмах, где действие хотя бы частично проходит в Нью-Йорке. Именно на его верхушку забирался Кинг-Конг, сжимая главную героиню лапой, словно куклу Барби.

Нам тоже предстояло попасть на самый верх, только с помощью лифта. Взлет к небесам занял совсем немного времени. Нас уже ждали. Вечеринка переливалась, сияла, трясла бахромой, звенела бокалами и рассыпалась во все стороны женским хохотом и стоном саксофонов.

Радуясь, видимо, возможности отвлечься от невеселых дум, Вадим влился в толпу танцующих гостей. Это его среда, в ней он как шопоголик в торговом центре на десять этажей. Я тоже попыталась выбросить все мысли из головы, но удавалось, если честно, с трудом.

Даже алкоголь не поспособствовал. Когда бармен смешал мне коктейль, оказалось, что это тот самый Олд Фэшен, который мы пили с Барсовым в день знакомства в баре. Как нарочно. Сжимая бокал в руке, я вышла на смотровую площадку, с которой был виден переливающийся огнями Нью-Йорк, стиснутый объятиями полыхающего заката.

Вот так бывает. Стоишь на вершине мира, на своем собственном девичнике в Эмпайр-стейт-билдинг, а мысли лишь о том, что ты попросту глубоко несчастна. Кто-то, может, и поменялся бы со мной местами с превеликим удовольствием. Счел дурой, не ценящей подарки судьбы. Что ж, каждому свое.

Если одному комфортно жить в золотой клетке, с суммой на кредитной карте, у которой нолики не сосчитать, то Лунной волчице, простите, нет. Мне важнее самой распоряжаться своей судьбой, любить не кого велено, а к кому тянется сердце, заниматься делом, самой зарабатывать на жизнь, а не находиться на содержании у кого-то другого. Растить детей хорошими людьми, а не послушными солдатами Роберта Андреева.

– Что-то ты не очень похожа на счастливую невесту, – раздался сбоку старческий голос.

– Мария, вы все-таки пришли! – я улыбнулась, глядя на расфуфыренную в пух и прах бабулю.

– Запоздала малость, прости, надо было приодеться, – она подмигнула мне и перекинула на плечо лисье манто.

– Роскошно выглядите!

– Спасибо, детка. – Женщина посмотрела на меня. – Ты тоже. – Взгляд остановился на колье из тонких золотых веточек, с молочно-белым ромбовидным камнем в середине. -Роберт отдал его тебе?

– Да. Сказал, что оно передается в вашей семье по женской линии, и раз у вас не было дочерей, как и у него, то...

– Ясно, – резко перебила Мария. – Не было дочерей, значит. – Ее руки сжали подлокотники кресла. – Как у него все просто.

– Что-то не так? – ничего не понимая, я присела около нее на корточки. – Это колье дорого вам? Тогда могу вернуть его. Только не расстраивайтесь.

– Нет, Лили, оно по праву принадлежит тебе. – Бабуля погладила меня по щеке. Потом стрельнула по сторонам глазками и показала трубку, прямо как у Шерлока Холмса. -Курнем?

– Что-то мне подсказывает, что это не табак, – пробормотала я, поднявшись.

– А то! – женщина ухмыльнулась, выдохнув сизое облако, которое окутало меня, заставив закашляться. – Экая ты слабачка! Вот я в свое время с Хэмингуэем поспорила, кто больше рома выпьет. И что ты думаешь, кто победил?

– Думаю, вы.

– Правильно, я еще и косячок выкурила, после того, как этот слабак под стол рухнул! Больше, правда, ничего не помню. Но это мелочи!

– Чувствую, у вас была очень веселая жизнь, – я улыбнулась, чувствуя, как голова начинает кружиться, а мир вокруг перестает казаться враждебным.

– Да, Лили, – бабуля кивнула, и вскоре меня окутало новое вонючее облако. – Только так и стоит жить.

Глаза заслезились, небоскребы закачались, а рядом появился Барсов. Что она такое курит? Кстати, а где Мария? Огляделась. Нету. Ну и ладно. Я посмотрела на Рэя. Весь в черном, да еще и шляпа на голове. Прямо Аль Капоне! Опасный, красивый, желанный! А можно его в какой-нибудь уголок утащить и...

Лунная волчица широко улыбнулась, облизнувшись, и честно призналась:

– Я тебя люблю, Аль Капоне!

Глава 6 Наркотик

АНДРЕИ

Устояла, выгнала. Я сел в машину, вдарил по рулю. А раньше таяла в моих руках! Неужели ее страсть была порождена лишь приближающимся обращением? А теперь что, все, я больше ей не важен?

Зарычал от боли. Да уж, тоска, к тому же, вкупе с неудовлетворенным, жгущим изнутри желанием – мало хорошего. И, хотя понимал – Лия смогла включить голову, это правильно, сам на такой подвиг оказался не способен.

Знал, что не должен, нельзя, но что толку? Всегда стОит прислушиваться к логичным доводам разума, но как сделать это, когда стоИт? Никак. Включается режим долбодятла, и ты снова творишь фигню так вдохновенно, что сам себе завидуешь!

Мне не потребовался вояж по магазинам, чтобы подобрать костюм для вечеринки в стиле «ревущих двадцатых», все же не девица красная. Черный костюм с такой же рубашкой, темно-серое тонкое кашне, даже шляпа нашлась. Ухмыльнулся, глядя в зеркало. Настоящий гангстер.

Работники отеля проводили меня напряженными взглядами. Все, теперь будут считать меня русским бандитом. Плевать. Главное, чтобы я Лии понравился. Никогда ни за одной девушкой не бегал, а ее, если потребуется, даже умолять на коленях готов, что для меня до встречи с ней было немыслимо. Потому что не могу без нее. Ни я, ни мой волк. Нам обоим позарез нужна наша Лунная волчица!

Поднялся на Эмпайр-стейт-билдинг, увидел ее, замер, дав сердцу время перестать отбивать чечетку. Но куда там, так и стучало, как бешеное, когда подошел к ней. Сейчас получу нагоняй. Что ж, поделать, приму и его, никуда не денусь.

Однако любимая посмотрела на меня восхищенным взглядом, улыбнулась и нежно сказала:

– Я тебя люблю, Аль Капоне!

Сердце и вовсе перестало биться. Впервые, она впервые это сказала! Сам признавался не раз, но в ответ получал либо молчание, либо отведенный взгляд. А теперь, вот так вот просто и в тоже время максимально естественно и искренне прозвучали эти самые важные слова!

– И я тебя люблю! – выдохнул, притянув ее к себе.

Нос защекотал тяжелый, смутно знакомый запах. Похож на ладан, но сильнее и противнее. Это же опиум!

– Лия! – я втянул носом аромат волос.

– Что? – прошептала девушка.

– Где ты нашла опиум?!

– Опиум? – она слегка отстранилась и озадаченно посмотрела в мое лицо, хмурясь.

О, да у нее зрачки едва в игольное ушко!

– Ты, я смотрю, решила по полной оттянуться на своем девичнике, да?

– Рэй, он моих детей хочет воспитать своими рабами! – Лия всхлипнула.

Переспрашивать не стал. И так понятно, о ком она. Прижал к себе, погладил по спине.

Да уж, тут только одно и остается – накуриться всякой дряни.

– Что мне делать, Барсов? – ее заплаканные глаза с такой надеждой заглянули в мои, что дыхание перехватило.

– Найти слабое место врага и уничтожить его. – Ответил тихо.

– Врага или место?

– Врага, укуренная ты моя.

– И какое слабое место у Роберта?

Я промолчал. Но не потому, что не знал ответа. Как раз наоборот.

Его слабое место – ты, любимая. Лилия Добронравова, Лунная волчица.

Которая в данный момент обдолбана в хлам. Узнаю, кто дал ей опиум, отправлю этажи Эмпайр-стейт-билдинга пересчитывать – в полете!

– Идем, Лия, – я обнял ее за талию и увел с крыши небоскреба.

– Почему все так кружится? – пробормотала она, когда мы вошли в ресторан.

– Потому что ты сама себе карусельки устроила. – Я усмехнулся, глядя на танцпол, на котором отжигала мать Роберта.

Понятия не имел, что на инвалидном кресле можно такие пируэты выделывать! В бабушке пропадает отменный брейк-дансер!

– Опа, опа! – завопила старушка, размахивая, кажется, лисьим манто и крутясь на одном колесе.

Молодежь поддержала ее бурными овациями. Кажется, начинаю догадываться, кто поделился с моей волчицей опиумом. Вот ведь древняя карга!

– Куда ты меня ведешь? – с опозданием поинтересовалась Лия, когда мы вошли в лифт.

– Подальше от проблем.

– Моя самая большая проблема – Роберт.

Не поверишь, моя тоже.

– Мы что, сбежим? – девушка ахнула. – Барсов, ты меня украл?!

– С удовольствием бы, но нет, – ответил с усмешкой, притянув ее к себе.

Совсем недавно мы также ехали в лифте, а потом была наша первая ночь. Член помимо воли налился желанием. Помню каждое мгновение. Поцеловал мою искусительницу в

шею и скрипнул зубами, услышав ее легкий стон. Что же ты творишь со мной, Лия! Ведь не мерзавец же я, соблазнять укуренную в хлам девушку!

К счастью, или к несчастью, тут уж не разберешь, двери лифта раскрылись, и мы вышли наружу. Из-за скупого освещения и сам не понял, куда мы попали. Ткнул на удачу и, кажется, она помогла – на этаже явно шел ремонт.

– Посиди тут, – усадил мою волчицу на какой-то диванчик и отошел к кулеру с водой, который заметил по пути.

Наполнил стаканчик и протянул ей, сев рядом. Ласкал взглядом, пока она пила. Рядом с этой девушкой мозг выключается! Зато включается кое-что другое, черта с два выключишь. Заерзал, пытаясь справиться с желаниями. Не получилось. Да еще и Лия добавила:

– Скучала по тебе, – прильнула так, что перехватило дыхание.

Надо остановиться. Надо. Но твою же мать, как это сделать?! Скрипнул зубами, пытаясь взять себя в руки, но услышал ее шепот:

– Рэй...

И все, стойкость – и без того хлипкая, развалилась, как соломенный домик, на который чихнул волк из сказки про трех ушлых поросят и их недвижимость.

– Любимая! – прижал Лию к себе, начал целовать, дрожа от удовольствия.

Кажется, и сам одурел от нее, как от наркотика. Вены наполнились пульсирующим желанием. Вкус губ, аромат кожи, ее нежность, постанывания, сносящие крышу окончательно! Усадил волчицу сверху, откинулся на спинку дивана, сжал ягодицы, прорычал:

– Хочу тебя!

– И я тебя, – прошептала она.

Закусив губку и глядя в мои глаза, начала медленно расстегивать пуговки рубашки. Хочешь все взять в свои руки, красавица? Что ж, руководи своим волком!

Пальчики пробежались по груди. Они были ледяными, но по коже от них словно растекались струйки огня, которые спускались все ниже и ниже, взвинчивая мое желание до максимального предела.

Улыбаясь, искусительница медленно расправилась с ремнем и молнией на брюках. Я не просто ее хочу, она мне позарез нужна, по-другому не смогу! Лия вырвала из груди крик, сжав член и, опять же, медленно погладив его. Не могу больше сдерживаться, волчица моя!

Подхватил ее, уложил на спину, стянул трусики и тут же наполнил собой. Как же хорошо! Глубоко, яростно, крича в голос, наслаждался любимой. Мы кончили вместе и замерли, тяжело дыша. Ее ладонь легла на мои волосы.

– Так скучала по тебе, Рэй, – выдохнула мне на ухо, поглаживая.

– С ума сходил без тебя, – признался, целуя шею.

В паху снова горело. Мне всегда ее мало, хочу еще!

Завладел губами, лаская, терзая, посасывая пухлый ротик. Оторвался на секунду, перевернул мою волчицу на живот, прижал к дивану. Медленно вошел в любимую, под общий протяжный стон. Уткнулся лицом в пахнущие опиумом волосы, прикусил впадинку между шеей и плечом, начал медленно двигаться, смакуя каждое мгновение.

Влажная обжигающая плоть дарила такое удовольствие, что был не в силах сдержать громкие стоны, наслаждаясь ответными, слетающими с губ Лии. Ее попка двигалась мне навстречу, прерывая попытки растянуть удовольствие. Моя волчица хотела своего волка в полную силу, и я с удовольствием дал ей это.

Накрыл своим телом, прижал к дивану, ускоряясь, двигаясь мощно, жадно утоляя свой голод, добавляя к удовольствию нотку боли. Ты моя, любимая, только моя! Не позволю даже думать о ком-то другом, никого и близко не подпущу, ты принадлежишь мне, поняла?

Рыча, я содрогнулся всем телом, когда Лия закричала, отдаваясь захлестнувшему наслаждению. Прижал ее к себе как можно крепче, слился, полыхая, и тоже взорвался, не в силах противиться этой силе. Блаженство затопило меня, стерев все остальные ощущения, наполнив по маковку, сплавив нас с любимой в вечном огне страсти.

Как же хо-ро-шо!

– Люблю тебя, – прохрипел я. – Люблю, наркотик мой...