Текст книги "Эльфийка в бегах (СИ)"
Автор книги: Екатерина Ровская
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц)
Сводилась его теория к тому, что на мне было применено "Заклинание чистого листа"из арсенала темных. Ага, мои слова про этот самый чистый лист оказались просто пророческими. Этим заклинанием полностью стиралась не память даже, а личность жертвы. И что в итоге могло получиться предугадать не брался никто.
И вот эта теория была мне весьма полезна – в нее вписывались и вполне ещё впишутся в будущем странности в моем поведении. Хорошая отговорка.
Был и ещё один вариант, который Дарко озвучил и который заставил меня замереть. Темное заклинание"Пустой сосуд". Название совсем не страшное, но вот суть… Уничтожалась, а по факту выжигалась, душа разумного, полностью. Ни перерождения, в которое истово верили местные. Ни рая, ни ада, в которые верили земляне. Абсолютный переход в ничто, безвозвратный. А вот тело оставалось, но лишь в виде пустой, без души, оболочки. Отсюда и название заклинания. «Пустой сосуд»...
А не поэтому ли я смогла занять тело Айвели? Не потому ли, что ее души в теле уже на тот момент не было?!
В общем мы с Дарко остановились на первом варианте, а я сама на втором. Ещё бы понять кто применил это самое темное заклинание…
На вопрос о моих врагах и недоброжелателях Дарко выдал правду-матку, видимо на нервах. Прибить мою предшественницу не мечтал разве что ленивый. По ней сохли мужчины, в основном молодые, а вот те кто поумнее и постарше… Да и перешла Айви многим дорожку. Особенно когда встала во главе совета.
Нет, в академию и срочно! Как оказалось, ее студенты на все шесть лет обучения неприкосновенны даже для Ордена и Стражи. Как и преподаватели. Там какое-то древнее магическое соглашение действует, которое нельзя нарушить без катастрофических последствий. А за шесть лет много чего случится может. По крайней мере мне их хватит чтобы прийти в себя… обрести необходимые мне знания и информацию… разобраться с наличием даров и усилить те, что есть… понять чего хочу в этой жизни и составить план, даже начать его осуществлять… Может за эти годы и в мире ситуация изменится…
А ведь мне действительно нравится эта идея с академией. И не просто с целью укрыться в ней.
Поступление… Трепет перед вступительными экзаменами и волнительное ожидание результатов... Размещение в общежитии и знакомство с соседками по комнате… Уютная тишина и неповторимый запах старых книг в библиотеке… Новые знакомства, обретение новых друзей и врагов… Дружеские посиделки в столовой с быстрыми перекусами между парами… Студенческие вечеринки… Зубрежка до утра перед сессиями… Закрытие "хвостов"... Даже отработка штрафов вызывала теплую ностальгию!
А ведь на земле многое из этого прошло мимо меня. Беременность… Сложные роды и смерть ребенка… сына… Последние годы учебы я воспринимала через призму своего горя и неизбывной боли. Даже выпускной прошел мимо меня. Как и торжественное вручение диплома…
Я вдруг поймала себя на том, что хочу пройти через всё это снова! Не через потерю и боль, нет! Я снова хочу погрузиться в эту атмосферу студенческой жизни! А ещё хочу получить профессию! Сама! Не пожинать кровавые плоды труда Айвели, не жить всю жизнь на ее богатства, а добиться всего самой! Не прозябать в ее величественной и грозной тени, а самой стать кем-то! Той, кем я действительно хочу быть!
Вот и цель в моей жизни появилась! А ведь перед арлами я предстала абсолютно пустой и выжженной изнутри. "Пепел и тлен" говорили они.
А ведь прошел всего день! Неужели они были правы, надеясь, что внутри меня вспыхнет и разгорится ярко искра жизни?
Я улыбнулась. Теперь мне тоже хотелось в это верить. И, кажется, я уже верила… Верю…
Глава 13.
Глубоко и удовлетворенно вздохнув, я откинулась на спинку садовой скамейки и сняла головной убор вместе с уже успевшим надоесть покрывалом. По бунтарски тряхнула спутанными волосами. Слава богу уже укороченными. Когда укоротить успела? Так не я укорачивала и не то чтобы добровольно…
Вспомнился эпизод в гостинице сразу после моего возвращения в сознание и шокирующего признания Дарко.
….Я кряхтя, приподнялась на кровати, принимая полусидячее положение. Нахмурилась. Почесала голову задумчиво. Точнее попыталась…
–Что с моей головой?!
Некогда шелковистые на ощупь волосы ощущались старой жеваной мочалкой! Кто жевал? Да хоть коровы! Да и не в пожеванности дело. Волосы были… были горячими! И током бились!
Я в шоке, молча, смотрела на Дарко. Ага, его из шока вывела, пусть теперь он меня выводит!
Дарко замялся. Потом вздохнул и сказал:
–Огненное заклинание было очень сильным. Кто бы его ни создал, он бил на поражение. Платье защитило вашу спину, принимая большую часть огненной магии на себя, но ваша голова защищена не была. Плащ сгорел и… В общем, вашим волосам крепко досталось. Зелье истинной трансформации благодаря побочным лечебным свойствам должно помочь, но это будет далеко не сразу. Всю длину не получится восстановить и…
–Я поняла, можешь не продолжать. Думаю тут радоваться нужно, что вообще жива осталась. И не облысела полностью. А длина не проблема. Я все равно хотела подстричь их. Слишком длинные. В дороге будут мешать, да и ухаживать неудобно….
Вот так, спустя пару часов мучений, я стала обладательницей густой каскадной стрижки чуть ниже лопаток.
Правда с запахом так легко уже не получилось. Даже после мытья головы мне всё ещё временами казалось, что я пахну паленой шерстью, хотя Дарко и пытался убедить меня, что это не так.
–Госпожа. Вот вы где. А я вас ищу везде.
Жизнерадостный, с нотками облегчения, голос Фарука вырвал меня из задумчивости. Инстинктивно дернулась рукой к волосам, беспокоясь о том, надежно ли скрывает, ставшее уже почти родным, боковое плетение мое уродливое ухо.
Переживала зря. И на будущее нужно перестать так дёргаться. Так и выдать себя недолго. К тому же это мудреное плетение, спасибо за науку старой соседке по универу, мой новый дефект маскировало идеально. Да и смотрелось красиво…
Импровизированная крупная лилия на виске, временами получающаяся у меня больше похожей на подсолнух. Ну ничего, дело практики. А практиковаться, чувствую, мне придется часто теперь. Каждый день новой жизни!
Надо будет при случае всё же узнать об этой странности побольше. Показывать Дарко пока боюсь. Вдруг причина в моей иномирности и я себя этим как-то выдам. Да и шокировать паренька ещё больше не хочу. У него последние сутки выдались не намного менее насыщенными чем мои…
–Позволите?
Он ещё и спрашивает разрешения присесть на собственную скамейку в собственном саду собственного дома…
–Да, конечно.
Фарук со вздохом присаживается на скамью, но на приличном от меня расстоянии. В руках у него приличная охапка какого-то белья.
–И как вы только эту скамейку нашли? Она же в таком глухом участке сада стоит, что если о ней не знать и не найдешь никогда. Моя Наяла любила здесь в уединении посидеть. После ее смерти я старался в эту часть сада не заглядывать – слишком больно. Так и кажется, что сейчас из-за кустов выйду, а она тут сидит. На солнце, выглядывающее из-за густой листвы, смотрит и умиротворенно улыбается… Теперь это место облюбовал Рай. Частенько тут отсиживается… Простите!– смутился тут же мужчина, заметив с каким вниманием я его слушаю,– разболтался я что-то. Давненько за собой такого не замечал.
Я тепло улыбнулась.
–Все нормально. Вам не за что извиняться. Уж точно не за то, что поделились особенным для вас воспоминанием о любимом человеке.
От моих искренних слов он замер, удивлённо расширив глаза. Дёрнул головой, словно неверяще.
–Вы не такая как все…
Я хмыкнула почти обречённо. Моя маскировка под местную только что с громким треском провалилась. Хотя, я не очень то и старалась. Да и старайся я усердно, уверена, надолго бы меня не хватило. Не смогу я себя постоянно ломать. Всё время притворяться. Изображать из себя ту, кем я не являюсь и стать никогда не смогу. Да и не хочу. Потому что значить это будет предательство самой себя. Самой своей сути. Своих принципов. И тут, в этой ситуации, я вижу лишь один выход – притворяться на публике по необходимости и тщательно выбирать ближний круг из тех, кому по настоящему смогу верить. Но даже у них, на всякий случай, лучше брать клятву на крови. И вот уже с ними быть самой собой. По другому для меня никак…
–Мне об этом уже говорили и, думаю, ещё не раз скажут. Мне жаль, что я вынудила вас прийти сюда и спровоцировала болезненные воспоминания. На скамейку я набрела совершенно случайно. Просто гуляла по саду и ноги сами вывели меня сюда.
Фарук улыбнулся и покачал головой:
–Любимых нельзя забывать даже если воспоминания причиняют боль. Мне жаль, что я давно не приходил сюда. Здесь спокойно и дышится легко. Понимаю, почему сын постоянно стремится прийти сюда.
Я согласно качнула головой:
–Вы правы. Здесь все проблемы забываются. Кажется, что мир замер где-то за пределами этого тихого укромного уголка. Есть время подумать, поразмышлять о насущном и принять решения.
Даже не поворачивая головы, я ощущала на себе внимательный взгляд мужчины.
–И у вас получилось…?
–Да,– выдыхаю я и смотрю на Фарука.– Кстати, о насущном…
Выдохнув и доверившись собственной интуиции, я снимаю с пояса кошелек, под завязку заполненный мелкими камешками и широко открываю его перед мужчиной. Смотря на его широко распахнутые глаза и приоткрытый в шоке рот, я спокойно спрашиваю:
–Скольких из них хватит чтобы расплатиться с вами за Голда и за постой?
Мужчина, кажется, потерял дар речи. Он пару раз порывался что-то сказать, шире открывая рот, но лишь снова его прикрывал. И смотрел на меня пораженно.
Наконец, спустя пару бесконечно долгих минут и несколько глубоких вдохов-выдохов, он едва слышно шепчет:
–Это же… Это…
Я молча жду когда он договорит. Несмотря на кажущееся внешнее спокойствие, мне не терпится узнать, что же в этих камнях его так поразило. Почему-то кажется, что совсем не их количество.
–Это же Слезы Нейр!– выпаливает мужчина и тут же с опаской оглядывается по сторонам. И продолжает, снова едва слышно.– Чистейшие! И абсолютно разных видов! В руках опытного мастера из них могут получится невероятной силы артефакты!
Так это заготовки под артефакты?!?
Что за слезы?! Каких ещё нейр?!?
И какого, спрашивается, черта они делали на том невзрачном платье, затерянные в самом неприметном углу необъятной гардеробной?!?
И Дарко тоже хорош! Ведь просила же посмотреть и оценить содержимое кошелька! Так этот гордый орелик даже смотреть не захотел. Как и слышать о том чтобы продавать их. Ему видите ли совесть не позволяет. И так мол стыдно, что драгоценности его матушки, которые по их закону уже мои, назад взял и частично распродал. Вот и одежду мне на вырученные с них деньги покупал. И припасы в дорогу наверняка покупать собирается!
А вот фигу! Найду кому можно эти, бесценные со слов Фарука, болванки надёжно, без обмана продать, и за одежду ему возмещу и припасы сама куплю. А потом по очереди можно закупаться. Раз уж у рыжика моего такое гипертрофированное чувство собственного достоинства оказалось…
Но сейчас мне предстоит решить другой вопрос.
–Так сколько?
Прода от 13 мая.
Фарук поднимает на меня глаза и с грустной улыбкой качает головой:
–Мы с вами оба понимаем, что покупать золотого вы не собирались. Сначала меня пожалели и потому ближе со спутником своим подошли. Надиру вынудили уйти. А потом просто за мальчика испугались и к клетке приблизились на опасное расстояние. Золотого… то есть Голда… вы не хотели. Он сам сделал выбор и за себя и за вас. По сути он вам выбора и не оставил. К тому же вы пострадали во время привязки. Не по совести будет брать с вас плату.
Я глубоко выдыхаю, расслабляясь и улыбаюсь.
–Знаете, мне тоже не нравится покупать друзей. Давайте сделаем по другому. Я хочу возместить вам все расходы по содержанию Голда… за все годы. Я догадываюсь, что вы сами были в стесненных обстоятельствах, но на нём наверняка не экономили. Во сколько камней вы оцениваете ваши расходы? И не отказывайтесь. Я поступаю по справедливости и отказа не приму… Не обижайте меня…– добавляю я уже тише.
На последних словах Фарук смиряется и роняет:
–Один камень. Но и этого много…
–Один камень…– повторяю я и внимательно смотрю мужчине в глаза.– А сколько камней нужно чтобы полностью погасить ваш долг перед той женщиной вместе со всеми набежавшими процентами?
У Фарука сегодня день потрясений, не иначе. А у меня, похоже, уже входит в привычку потрясать всех людей и нелюдей встречающихся на моем пути в этом мире.
Мужчину смотрит на меня в полной растерянности:
–Два камня…– и стыдясь, опускает глаза на белье, что по прежнему сжимает в руках.– Сумму в долг мы брали небольшую, но процентов много набежало. Мы с сыном не смогли их все вовремя покрыть как не старались… Но почему вы спрашиваете?
–Два камня…– задумчиво повторяю я и протягиваю мужчине раскрытый кошелек.– Берите.
Он сначала непонимающе смотрит на меня, но потом всё же нерешительно тянется к кошельку и берет… один камень…
–Нет. Вы не поняли. Два берите…
И тут же сама, не тратя время на долгие объяснения и уговоры, достаю из кошелька ещё один камешек, розовый, и ложу его на раскрытую мужскую ладонь рядом с первым, зеленым.
–Рассчитайтесь с той женщиной. Пока она не забрала у вас сына…
Фарук гулко сглатывает вставший в горле ком и долго смотрит на свою раскрытую ладонь. А потом поднимает подозрительно блестящие глаза и так же долго молча смотрит на меня.
Я с грустной улыбкой смотрю на него в ответ. Если бы моего мальчика можно было спасти тогда, я бы горы свернула…
–Почему?– хрипло шепчет мужчина.
Я выдыхаю и отвожу взгляд. Не хочу чтобы он видел подозрительный блеск и в моих глазах.
–Потому что хочу. Потому что могу. Потому что так правильно. А ещё…– сглатываю вставший и у меня в горле ком,– потому что нет ничего ужаснее, чем терять детей. Неважно каким способом…
Фарук долго смотрит на меня и я понимаю, что он догадался о моей утрате. Я фактически сама призналась. Не понял бы только дурак. Но я не переживаю об этом. Откуда-то знаю, что этот разговор на скамейке навсегда останется лишь между нами. Его тоска по погибшей жене… Моя боль от утраты сына… Нам обоим просто нужно было выговориться. Выговориться тем, кто способен понять, тем, кто сам пережил подобное.
Какое-то время мы просто молча сидим, слушая мелодичное щебетание мелких птах. Но это молчание нас совсем не тяготит. А потом вспоминаю о насущном. Ну не умею я долго хандрить! Но и рта открыть не успеваю, как Фарук начинает благодарить меня.
–Спасибо, госпожа. Мы уже надежду потеряли. Я дом думал продавать. Хоть этого всё равно и не хватило бы…
Он выдыхает, а я, пользуясь моментом, меняю тему. Не хочу смущать его ещё больше.
–Вы искали меня, когда пришли сюда. Зачем?
–О! Вы правы!– оживлённо вскидывается мужчина и тут же смущённо опускает взгляд на стопку в своих руках.– Тут такое дело… Я белье для вас искал. Но подходящего так и не нашел. Оно у нас всё старое, застиранное. Вряд ли вы будете спать на таком. Я могу сходить на рынок, он ещё открыт и…
Я с улыбкой перебиваю мужчину:
–Оно чистое?
–Да! Конечно! Свежепостиранное и выглаженное! Рай только вчера…
Я не могу сдержать смешок. Вспоминаю наполовину прикрытое картией лицо мужчины, что нес меня на руках и его пронзительный взгляд и почему-то мысль о нем с утюгом в руках вызывает у меня именно такую реакцию. Или это просто нервное…
Фарук тоже улыбается:
–Он у меня очень хозяйственный. После смерти жены всю работу по дому на себя взял. Мне ничего делать не даёт. А готовит как! К нам на запахи даже соседи заглядывают под разными предлогами! Хороший муж бы из него вышел, только не берет никто без дара ценного. Да он и сам теперь о женщинах и слышать не хочет. Всё свободное время посвящает тренировкам и поискам работы. Абсолютно бесполезным. А я о внуках мечтаю…
–Успеете. Затянутся его раны сердечные. Ну или встретит женщину, которая их излечит и все у вас двоих будет хорошо. А белье… -я усмехнулась.– Главное чтобы оно чистым было, а то что старое… Так на старом даже удобнее спать. Оно всегда мягкое и нежное.
–Ваша правда,– улыбнулся, соглашаясь, мужчина и поднялся со скамейки.
Прода от 24 мая.
–Пойду я. Раз белье вам подойдёт нужно постель застелить. А перед этим прибраться в домике. Он уже давненько пустует, Фар последний раз там ещё весной останавливался. Пыль вытереть нужно, полы помыть. А вы отдыхайте, госпожа. Отдых вам сейчас просто необходим, утраченные силы восстанавливать нужно. Как закончу я вам сообщу. После и ужин сготовлю. Перед этим к соседу загляну, кое-что из продуктов у него позаимствую.– Фарук смущённо улыбнулся.-Мы с сыном в основном кашами последнее время питаемся и фруктами и овощами с собственного сада. А вам мясо нужно есть, рыбу. Что-нибудь питательное чтобы силы быстрее восстанавливались. Всё же схожу на рынок завтра.
–Хорошо. Но подойдите сейчас к моему спутнику и скажите, что я просила выдать вам денег на закупку продуктов. Не спорьте! Никаких возражений я не приму. Купите побольше продуктов. Только пожалуйста без экспериментов. Я не люблю ничего необычного в еде. Мясо, рыбу, и что-то ещё на ваше усмотрение. Думаю пару дней мы здесь пробудем точно. С запасом берите.
Бьюсь об заклад, что хозяева попытаются есть отдельно, но это они зря рассчитывают. Каши и фрукты для двух взрослых мужиков это вообще не еда. Я конечно не мать Тереза, но могу себе позволить, как оказалось, не только покормить пару дней мясом двух мужиков, а гораздо больше. А они будут продолжать экономить и мясо сами ещё не скоро купят. Я помогла им с долгом, но это не решит их проблему с работой. А та тетка, после того как ее планы, не без моего непосредственного участия, сорвутся, озлобиться ещё больше. Так что честных заработков им ещё долго не видать. Хоть так помогу и внесу свою лепту. Есть мысль оставить им напоследок ещё один камень, продав который они смогут продержаться ещё какое-то время пока не решат проблемы с работой. Но, думается мне, гордость мужская им не позволит принять от меня ещё и эту помощь. Тут подумать хорошенько нужно.
Циник во мне тут же поднял голову и ехидно спросил: "А оно тебе надо? Ты им кто? Сват-брат? Всех жизнью обиженных на себе тащить собираешься? Вроде прожитая жизнь научила тебя не быть сердобольной дурой?"
И тут же сама себе ответила: "Всех облагодетельствовать не смогу, даже если захочу. Да и желания нет. Но помочь именно этим двум мужчинам я хочу. И могу это сделать." Как и ещё кое-что…
–Фарук, постойте. Я пожалуй с вами пойду. Отдохнула я уже достаточно, да и обдумать успела всё, что хотела. А дорогу назад отсюда вряд ли сама без посторонней помощи найду, заблужусь. Проводите до домика?
Мужчина растерянно посмотрел на меня:
–Но там еще не готово ничего, прибраться нужно. Может вы пока подождете в той комнате, в которой отдыхали до этого?
Уборка… Это лучше всякого релакса.
Да и… Я не смогу "отдыхать и набираться сил", зная, что пожилой мужчина в этот момент убирается чтобы мне было удобно. Одно дело когда это обслуживающий персонал в моём мире, который за свой труд получает зарплату, и совсем другое этот случай. Фаруку подобное самому непривычно, постояльцев они с сыном раньше на постой не брали. Да и постоялец я тот ещё. Нагло напросилась к ним в дом. Буквально вынудила меня пригласить, пусть и за плату. Так что…
–Фарук, а тряпки с ведром у вас найдутся? Ну и чем подмести можно…
–Ээээ…– Лицо Фарука в очередной уже за сегодня раз превратилось в наглядное пособие к выражению "Потерять дар речи".– Зачем?
Я шутливо улыбнулась.
–Кушать очень хочется. С утра ничего не ела. Давайте вы сейчас обедом займетесь, а в домике мы уберемся сами? Только инвентарь выдайте и покажите где воды можно набрать.
Фарук нервно откашлялся.
–Эммм, а вы уверены, что ваш спутник сможет…ну… Не обижайтесь, госпожа, но я сомневаюсь, что ему когда-либо раньше приходилось делать нечто подобное.
Дарко, действительно, драить полы и подметать вряд ли приходилось, но зато я в этом деле ас. Без ложной скромности. В глухой деревне, где родилась и выросла, о бытовых магических артефактах и слыхом не слыхивали. Вершина прогресса – электрическая спиральная плитка и холодильник Бирюса. Да, я была замужем за состоятельным человеком, но по дому всегда сама управлялась, никогда не нанимала прислугу. А стоило, наверное. Ведь муж настаивал. Сама себя в бесплатную обслугу превратила. Вот и пожала урожай.
Хотя, будь у меня сейчас шанс что-то изменить, воспользовалась бы я им? Вряд ли. Даже точно "нет". Я всегда была белой вороной среди окружения мужа. Фитнес-клубам предпочитала работу в саду, а ужину в ресторане тихий вечер у камина, под уютный треск горящих поленьев. Салоны красоты посещала редко и только лишь чтобы сделать стрижку, за кожей и ногтями ухаживала сама. Я такая, какая есть. И, думаю, даже новый мир не сможет меня изменить, по крайней мере в главном.
Возвращаясь к насущному…
А ведь Фарук даже мысли не допустил, что убираться буду именно я. Что я вообще умею это делать. Хм, может не стоит его шокировать и пусть и дальше живёт в счастливом неведении? А то как-то слишком много потрясений за один день для одного пусть и крепкого, но уже пожилого человека.
–Не беспокойтесь, Фарук, Дарко не такой как большинство его сверстников, а физический труд полезен для здоровья. Мы справимся.
–Ну… раз вы так считаете…Я принесу все необходимое и пойду к соседу за продуктами.
Фарук пытается это не показать из уважения ко мне, но в его голосе море скепсиса. Однако он не спорит и это здорово. Тааак, а где мой рыжий друг пропадает?
–Кстати, а где Дарко? Вы его случайно не видели?
–Он возле вольера золо… хм… Голда, все никак не привыкну. Кажется обретению вами спутника он рад даже больше вас.
Я улыбаюсь в ответ на шутку мужчины.
–Он ещё слишком молод и способен видеть лишь преимущества. Но этот дар быстро проходит с возрастом и жизненным опытом… Найдите его, возьмите деньги и передайте пожалуйста, что я жду его в садовом домике.
Фарук пару мгновений пытливо смотрит на меня, а затем молча кивает и рукой указывает мне путь из этого садового лабиринта. Я также молча иду за ним, обмахиваясь собственной ладонью. Как же здесь жарко!
*****
Прервавшись на минуту, бросила тряпку в ведро и выпрямилась, утирая рукавом старой рубахи Дарко пот со лба. А потею то я сейчас как самый обычный человек. Вряд ли сбоит хваленая эльфийская регенерация, скорее просто никогда не выполняющее подобных действий тело находится в шоке. А в каком шоке был Дарко…
Дождалась я его тогда в домике. Пришел он быстро, при этом недоуменно косил глазом на переданный через него Фаруком инвентарь уборщицы. А после того как я озвучила ему весь фронт предстоящих нам работ, моргал на меня молча пару минут. Кажется он ждал, что я крикну "Шутка!". К его несчастью это была суровая реальность. И теперь один из наследников знатного эльфийского рода бодро надраивал тряпкой все горизонтальные поверхности в уютном домике, в котором нам с ним предстояло прожить пару дней. Гостиную, совмещенную с кухней, он уже в порядок привел, теперь работал в спальне. Как я его убедила? Да я и не убеждала особо. Просто сказала, что титул ему не всегда будет помогать в жизни. Да и магия может отказать, мало ли. И, возможно, не всегда будет доступна. А деньги имеют нехорошее свойство быстро заканчиваться. Довод был правильным. Парень мой посыл правильно понял. Ключевую роль сыграла любовь Дарко к академии и желание учиться в ней, несмотря ни на что. Он рассказал, что никакой титул не поможет пройти вступительные экзамены, да и в самой академии слуг нет. Домовых, которые наводят порядок в комнатах, пока студенты на занятиях, там тоже нет, как оказалось. Но я эту догадку оставила при себе. Со слов Дарко в учебном заведении его мечты были запрещены и бытовые артефакты. Академия в этом плане считалась очень суровой. Никаких привилегий ни для кого. Титулы не важны. В быту только своими руками, в учебном или тренировочном бою только своими силами и собственным оружием. Академия, независимо от факультетов, готовила именно воинов, подготовленных к любым жизненным ситуациям, учила не надеяться только на магию и деньги, на титулы. Процент отчисленных в первые годы обучения был колоссальный – примерно шестьдесят процентов! И большинство из них совсем не из-за слабости дара. Многие просто не выдерживали и сбегали, наплевав на оплату которую принимаю за год заранее и назад не возвращают.
Так что единогласно нами было принято решение, что мы будем максимально использовать время на пути в академию. Будем готовиться при любой удобной возможности. Найдем сильные и слабые стороны друг друга и будет над ними работать. Мне предстояло обучиться всему. Это Дарко так думает. На самом деле, хозяйственная сторона вопроса мне не страшна, жизнь в общежитии не пугает, а даже наоборот. Но стоит научиться хотя бы азам владения оружием, разобраться с магией, научиться ездить верхом так как это делают местные, подтянуть физподготовку. У Дарко же проблем с владением оружия не было. О магии он знает явно побольше моего. Физподготовку неплохая, он давно к поступлению готовился. Да и с дядей, братом отца, ему повезло. Тот часто брал его с собой в путешествия в самые дикие места, так что походная жизнь пареньку не в диковинку. Но вот бытовые вопросы и самообслуживание, работа руками. Бытовые артефакты, которыми всегда пользовалась его семья, сыграли с ним злую шутку. Об этом аспекте обучения Дарко как-то не подумал. А сейчас, с моей помощью, осознал всю глубину проблемы и ужаснулся. Теперь вот наверстывает с оооогромным энтузиазмом. Он даже полы помыть хотел сам, но я не дала. Мне тоже нужно было чем-то себя занять. В будущем, во время путешествия, с этим проблем не будет. Дарко обещал заняться моей физподготовкой и научить бою на мечах. Одновременно с трепетом и ужасом жду этого момента.
Закончив с кухонной зоной и основной частью гостиной, прополоскала тряпку, отжала и снова приняла рабочую позу копчиком вверх. Свободные пижамные штаны, которые я внаглую экспроприировала у Дарко, движения не ограничивали.
Неожиданно за спиной послышался шум шагов, шорох. Я, так и не разгибаясь, пробормотала, сдувая упавшую на лоб влажную прядь:
–Уже закончил? Быстро ты, рыжик.
Изумленный выдох за спиной и последовавший за ним жуткий грохот, кажется от упавшей и частично разбившейся посуды, ясно дали понять, что это был совсем не рыжик…
Прода от 25 мая.
Совсем не рыжик, но определенно мой, наш с Дарко, теперь уже совершенно точно гипотетический, ужин.
Потому что что-то горячее, слава богу не обжигающее, плеснуло брызгами на босые ноги и по комнате поплыли невероятные ароматы, от которых я сглотнула тут же заполнившую рот слюну.
Горестно вздохнув, разогнулась, развернулась и печально посмотрела на пребывающего в абсолютнейшем шоке Фарука:
–Кажется это был наш ужин…
Это как бы был не вопрос и я не особо ждала ответа. Тут ответ, как говорится, на лицо. Точнее на полу, во всей своей печальной для жуть какой голодной меня красе. Большой овальный металлический поднос… Тарелочки с аппетитным даже на вид тушеным мяском с зеленью и овощами. Точнее аппетитное содержимое этих тарелочек размазанное по осколкам этих самых тарелочек… Кусочки жареной, кажется в кляре, рыбки… Какой-то густой соус, судя по цвету возможно томатный, со специями. Теперь украшающий брызгами пол и мои, точнее Дарко, штаны… Металлический же кувшин с пролитым на многострадальный пол и опять же штаны, уже мои и Фарука, неизвестным содержимым малинового цвета. Компотик? Эх!…
Ещё раз окинув взглядом весь этот натюрморт, вздохнула, сглотнула снова набежавшую слюну. А ещё с трудом поборола желание постучаться головой обо что-нибудь твердое.
Наш ууууужиииин!
И пол снова мыть…
А нечего гостей, точнее хозяев, новообретенными, совсем не бедными, тылами встречать!
Кстати о хозяевах… Кое-кого стоило наверное вывести из ступора. Потому что Фарук так и стоял – молча, с приоткрытым ртом и глазами навыкат, очень сильно напоминая близкого сородича совы. А ещё согнутые в локтях руки продолжал держать вытянутыми вперёд ладонями вверх. Видимо все ещё по инерции держал поднос с ужином, который уже живописно украшал собой свежевымытый пол.
–Что-то случилось?– слышится из спальни встревоженный голос Дарко.
–Нет. Продолжай работать. А то ужин не получишь. У нас кто не работает, тот не ест!– весело кричу я, продолжая смотреть на Фарука.
–Понял!– слышится бодрый и воодушевленный голос рыжика. Какой энтузиазм однако!
Ладно, вернёмся к насущной проблеме.
–Эммм, Фарук…?
–Даааа…?
И продолжает смотреть явно ниже уровня моих глаз. Намного ниже. В пояс, корректно говоря. Видимо в район того, что первое увидел, когда вошёл в комнату.
Скорее всего мужчину сначала шокировал сам вид, а уже потом ещё и сверху как чугунной сковородой накрыло осознание того, кого именно он видит в такой компрометирующей позе и за каким занятием.
Бедный Фарук. Я его не просто ужином с мясом накормить должна, а молоком поить! За вредность! И до конца жизни, ибо нервные клетки, как известно, не восстанавливаются.
–Кхм, кхм…
И тут ступор с мужчины спадает. Он встряхивается и наконец осознает куда именно упирался его ничего не соображающий взгляд всё это время. Краска заливает все его загорелое лицо и даже уши. Взгляд резко дёргается вверх, на мое лицо. Такого насыщенного одновременно смущением, растерянностью и ужасом взгляда я ещё ни у кого в своей жизни, точнее в обеих своих жизнях, не видела.
–Госпожа! Простите! Я… вы…
Так не пойдет. Улыбаюсь спокойно, мягко.
–Вы принесли нам ужин и растерялись, увидев, что я сама мою пол. Поднос случайно выскользнул из ваших рук. Ничего страшного. Только…– тут я скорчила жалобную гримаску,– скажите, что вы приготовили много, очень много…?
Фарук откашлялся и с явно читаемой во взгляде благодарностью посмотрел на меня. И обрадовал!
–Конечно, госпожа. Я знал, что день выдался тяжёлый, вы ничего не ели и наверняка очень сильно успели проголодаться. Поэтому приготовил всего и помногу. Ваш спутник, Дарко, когда выдавал деньги тоже просил приготовить побольше. Вот я и… Там ещё как минимум на шестерых хватит.
Как мало человеку, ну или бывшему человеку в моем случае, нужно для счастья!
–Отлично! Как вы смотрите на то, чтобы вместе перекусить? Я увидела, что позади этого домика есть небольшая открытая беседка, а в ней стол и скамьи. Может прямо там и накроем? Ужинать в цветущем саду, любуясь красочным закатом… Мне кажется отличная идея. Вы так не считаете?
Фарук рот открыл. Закрыл. Снова открыл.
В этом мире кардиологи интересно есть? Хотя… Он вроде говорил, что в целебных травках неплохо разбирается? Нужно будет посоветовать ему на ночь выпить успокаивающего отварчика какого. Так, на всякий случай…
