Текст книги "Скошенная трава [СИ]"

Автор книги: Екатерина Бердичева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава тринадцатая. Сказка про любовь. Продолжение

– Далеко отсюда, и от Сказочной страны, в Тридесятом государстве, на островном берегу теплого прозрачного моря, стояла белая роскошная вилла. Легкий ветерок гнал по голубому небу перистые облака, а соленая волна ласково лизала прибрежный песок и причал с пришвартовавшейся около него яхтой.

Матрос опустил корабельные сходни, и по ним на пирс выбежала молодая красивая девушка. Глазами, синими, словно морская даль, она с удовольствием посмотрела на притихшую виллу и, откинув назад золотые волосы, громко закричала:

– Хьюго! Я приехала!

Она со смехом раскинула в стороны руки, уже покрытые золотистым загаром и повернулась вокруг себя на пятке.

– Как же здорово! – сообщила она пальмам и вездесущим чайкам. – Хьюго! Я иду к тебе!

И, соскочив с причала, она побежала по выложенной белым камнем дорожке к дому. Как только легкие шаги простучали по ступеням террасы, стеклянная дверь виллы распахнулась, и навстречу ей вышел высокий молодой мужчина с голубыми холодными глазами и длинными белыми волосами, завязанными в хвост.

– Хьюго! – девушка расставила руки и, оттолкнувшись от пола, прыгнула мужчине на шею. Он сомкнул свои руки на ее талии, крепко прижимая к себе. Ледяные глаза заискрились, а губы тронула улыбка:

– Лиин! – Он прижался щекой к ее золотым волосам. – Как ты выросла!

– А я так по тебе скучала! Ты почему ко мне не заезжал последние полгода? Что за глупые отговорки: бизнес, переговоры? Ты, наверное, просто не хотел меня видеть!

Девушка отлепилась от его груди и, глядя на него исподлобья, надула губки.

– Ну, Лиин! Маленькая моя, – мужчина опустился перед ней на колени, держа ее за руки. – Я очень-очень скучал! Я все время о тебе думал! Это ты в своем университете обо мне постоянно забывала: то у тебя Боб, то Кейл, а то и целая рок-группа!

– Хьюго! – девушка топнула ножкой. – Ты чего, ревнуешь? Между прочим, кроме учебы, я еще пою в этой группе и занимаюсь горными лыжами и альпинизмом! И вообще, я приехала к тебе на каникулы, а ты меня в чем-то упрекаешь. Мне уехать?

– Нет-нет! Идем в дом!

Лиин, непоседливая, как солнечный зайчик, влетела в дом вперед хозяина и остановилась, глядя вокруг восхищенными глазами:

– Хью, ты сделал панорамные окна на запад? Как круто! И белый теплый ковер! Как здорово!

– Пойдем, я покажу твою комнату! – Мужчина в белой одежде поставил ногу на ступень лестницы, ведущей наверх.

Девушка, погладив коврик в гостиной, побежала за ним. Догнав на лестнице, схватила его за руку и, заглянув в лицо, спросила:

– А как дела у твоей невесты? Ты ни разу за полгода ничего не сказал и не написал о свадьбе!

– Мы пока не пришли к полной договоренности о слиянии корпораций.

– А причем тут свадьба? – Удивилась Лиин. – Ты же женишься не на акциях и не на счетах в банке!

– Глупышка! – Хьюго потрепал девушку по макушке. – Ты все такая же наивная и романтичная глупышка. Конечно, на деньгах. А женщина – всего лишь дополнительный бонус.

– Ты ледяной болван, Хью! – она подпрыгнула и снова зацепилась за его шею: – Но я тебя все равно люблю, айсберг ты мой бестолковый! Вот спрашивается, в кого у меня такой братец уродился?

– Смотри! – Хьюго протянул руку и повернул серебряную ручку на белой двери. Та открылась, показывая внутренность полукруглой комнаты с высокими арочными окнами, стекло в которых меняло цвет в зависимости от интенсивности освещения, с белым диваном, вытянутом по всей длине стены, теплым песочным ковром на полу и большим телевизором на стене. А справа, в нише, пряталась еще одна дверь, ведущая в спальню.

– Льдинка моя, ты – чудо! Я так хотела такой диванчик!

Девушка влетела в комнату и прыгнула на диван коленями, поставив локти на подоконник.

– Хью, какое же красивое у нас море!

– Ты еще можешь менять окраску стекол, делая тон более холодным или теплым. – Мужчина повернул выключатель рядом с диваном, и светло-коричневые стекла стали цвета сухого асфальта. А потом – цвета морской волны.

– Хью! – Засмеялась довольная Лиин. – Ты меня балуешь!

– Посмотри здесь! – он открыл дверь спальни.

Белые стены, темно-синие роликовые шторы на окнах и такого же цвета покрывало на большой круглой кровати. На снежно-белом паркете – маленький синий прикроватный коврик. И только на тумбочке в прозрачной вазе стояли нежно-розовые, в каплях воды, розы.

– Вау, Хью! – девушка приложила к заалевшим щекам ладошки. – Это – потрясающе! А розы! Хью, ты летал за ними на вертолете? Для меня?

Хьюго подошел к ней сзади и положил на ее плечи прохладные ладони.

– Я готов сделать для тебя все, лишь бы ты была счастлива! – тихо сказал он.

Лиин резко развернулась к нему лицом, заглядывая в голубые глаза:

– А помнишь, как в детстве ты кричал: «Уберите от меня эту приставучую малявку!»

Хьюго улыбнулся и заправил за маленькое ушко непослушный золотой локон:

– Ты лезла любопытным носиком во все щели. А я тогда был в лаборатории, делал опыты. Я тогда чуть не убил тебя, малыш! – При этом воспоминании плечи Хьюго передернулись. И он осторожно притянул девушку к себе, с силой прижимая ее головку к своему сердцу.

Но она была словно солнечная капелька, и стоять спокойно долго не могла.

– Хью, идем на море! Давай поплаваем под парусом на досках! – она выкрутилась из его объятий и сбежала по лестнице вниз.

– Томас, зайка, тащи мой багаж, да пошевеливайся! – уже смеялась вместе с кем-то она.

Хьюго выглянул из окна. Молодой матрос, улыбаясь Лиин, двумя руками вез ее чемоданы. Мужчину охватило ледяное бешенство. Хвост на затылке распустился, и волосы покрылись искристым инеем. От пальцев, сжимавших спинку стула, разливался студеный мороз.

– Ставь их здесь и возвращайся! – приказала Лиин.

– А внести… – заикнулся матросик, очарованный солнечной улыбкой молодой госпожи.

– Нет. – Улыбка с пухлых розовых губок сразу пропала, превращая очаровательную девчонку в высокомерную госпожу. – Спасибо.

Парень мгновенно вспотел: «Вот дурак. Забыл, с кем разговариваю!»

– Да, мэм. – Он поставил чемоданы, развернулся и ушел.

– Хью! – закричала девчонка. – Ты где? Возьми мой багаж!

Когда Лиин зашла в холл виллы, то на полу, рядом со стулом, увидела мокрое пятно. Мокрыми были и волосы брата.

– Ты чего, жарко стало? – она с сочувствием заглянула в его серебристые, еще не отошедшие от мороза глаза. – Ты хорошо себя чувствуешь?

Она взяла его за холодную руку и погладила:

– Может, тебе полежать? Ты не бойся, я и одна покатаюсь!

– Дурочка! Разве я тебя отпущу одну? – Он подхватил чемоданы. – Идем, переоденешься.

Он стоял на террасе в майке и шортах. К его белой коже совсем не приставал южный загар. Глядя на зеленовато-голубое море, он терпеливо ждал ее, чудо всей его жизни, золотоволосую Лиин.

И вот она выскочила из дверей в коротких шортиках и малюсеньком топике. Он молча залюбовался. Какой же красавицей она стала! Синие глазищи, как звезды, сияют под темными ресницами и бровями, яркие блестящие волосы развеваются в порывах теплого тропического ветра. Прямой носик с очаровательными веснушками и пухлые розовые губы. Складненькая фигурка, сильные ноги… Он мог стоять и смотреть на нее целую вечность. Она рассмеялась, и этот звонкий смех дрожью отозвался в его холодной душе, равнодушной ко всем людским радостям и горестям. Но там, в глубине морозных стен, у сердечного алтаря, горел постепенно захвативший всю его сущность яркий огонь, который он не мог, да и не хотел гасить. И который звался Лиин.

Девушка махнула рукой и побежала к небольшому лодочному домику рядом с причалом:

– Хьюго! Да поторопись же ты!

Хозяин всего этого великолепия подошел к домику и вынес два серфа, мачты и паруса. Пока он собирал конструкции, девушка прыгала вокруг него, рассказывая истории из университетской жизни. И, смеясь над действующими лицами и самой собой, иногда попадающей впросак, она не замечала, как покрывались инеем пальцы Хьюго.

А вскоре в океане уже мелькали два паруса: оранжевый Лиин и белый ее брата.

– А горячая штучка наша хозяйка! – сказал молодой матрос штурману яхты, стоящей у причала. Тот внимательно следил в бинокль за парусами. Вдруг понадобится идти спасать? Мужчина на секунду отклеился от оптики и снисходительно посмотрел на салагу.

– Ты в ту сторону даже не смотри! Иначе ее белобрысый братец выгонит тебя с волчьим билетом. А его концерн, меду прочим, полмира оплел своими сетями. Так что будешь бомжевать на помойке и проклинать тот час, когда решился заигрывать с сестрой хозяина.

– Все так серьезно?

– Да. Он так над ней трясется! Наверно, хочет выдать замуж девочкой в нефтяные эмираты, не иначе!

Матрос захохотал, а штурман продолжил наблюдение.

Вечером брат с сестрой вместе на песчаном берегу смотрели закат.

– Как же здесь красиво! – тихо говорила Лиин. – Шепот волн и небо! А ночью – огромные звезды. Млечный путь. Скажи, – она повернула голову, чтобы видеть глаза брата, к плечу которого привалилась ее головка. – А по Млечному пути можно гулять? Знаешь, мне кажется, можно! Там так чудесно!

Она поднялась и, подойдя к кромке воды, протянула руки к небу:

– Мне кажется, еще чуть-чуть, и я шагну к этим облакам, протяну ладонь к звездам и закружусь в вечных спиралях Галактик!

– Нет! – Хьюго подскочил к ней, развернул к себе, прижимая ее лицо к груди. – Не уходи, прошу! Я не могу тебя потерять! Твой бестолковый брат просто умрет без твоего смеха и твоих теплых рук.

Он схватил ее ладошки и поцеловал их по очереди.

– Хью! Ты чего? – Изумилась девушка, увидев в его глазах блеснувшие слезинки. – Ну куда же я от тебя денусь? Я просто так, помечтала!

Она усадила Хьюго на теплый белый песок и устроилась на его коленях, обняв за шею.

– Просто, когда выбираешься из зимы в лето, в голову лезут всякие глупые мысли!

– Я не спросил, как ты сдала экзамены за полугодие. – перевел разговор Хьюго.

– Все отлично. – Махнула она рукой. – Химию, из-за тебя, между прочим, я с детства люблю. А остальное – легкотня. Почти все сдала досрочно! Поэтому и приехала так рано. Кстати, – она поводила пальчиком по его груди в вырезе свободной рубахи, – времени до начала учебы у меня много и я бы хотела…

– Тебя отвезти еще куда-нибудь?

– Нет, Хью, не обижайся, но мы с ребятами с потока договорились покататься недельку на лыжах в Альпах. Елки, снег блестит… Маленькое шале с камином и лыжи! Хью!!!

Молодой человек ссадил ее на песок, молча встал и ушел.

– Дурак! – закричала она ему вслед. А потом, в сердцах попинав песок, сняла платье и нагишом вошла в воду, протянувшую к ней от уходящего Солнца золотую дорожку. И поплыла на закат.

Хьюго, тем временем, стоял у окна, кусая согнутый указательный палец, и смотрел на тоненькую девичью фигурку в солнечных лучах.

«Она начала чувствовать свою силу. Пока только чувствовать. Смутно, на грани сна и яви. Но что будет, когда однажды она ступит на лунную дорогу и пойдет по ней вверх? Она ко мне ни за что не вернется!» – Он упал на диван, сжимая занывшие виски. Глухой стон вырвался из плотно сжатых губ. Потом он вскочил, стряхивая иней с кончиков пальцев, и подошел к бару. Нашел виски, налил стакан и залпом выпил. Постоял. Волосы потихоньку перестали искрить, а ледяная дорожка, проступившая на паркете, растаяла. Он вышел на пирс и позвал:

– Лиин! Возвращайся! Не то превратишься в русалку!

Но мерно вздыхающее море было спокойно. А последний солнечный луч погас у горизонта.

– Лиин! Мы полетим танцевать в лучший отель Абу-Даби!

– Ага! – Мокрые и холодные руки обхватили его талию. – Ты – самый любимый мой братик!

Он развернулся и прижал к себе мокрое, в прилипшем платье, тело. И только выдохнул: – Лиин…

– Сэр, – издалека крикнул капитан яхты, – нам собираться?

– Нет, Дик, отдыхайте, мы полетим.

Лиин опять запрыгала рядом:

– А ты порулить дашь?

– А ты оденешь синее платье с сапфировым браслетом, что я подарил тебе к Рождеству?

– Одену, Хьюго. Я даже туфли под него купила: черные с синими стразиками. Блеск!

– Тогда одевайся, позвоню, закажу столик.

Хьюго ждал ее в холле, одетый в свободные брюки и серую рубаху с серыми же замшевыми туфлями. Нет, девушки, конечно, любят наряжаться, но чтобы потратить сорок минут на натягивание платья… Он прошел по белоснежному ковру к панорамному окну, за которым в бархате ночи мерцали разноцветные звезды. Открыл крышку рояля. Легко перебирая длинными пальцами, он заиграл ноктюрн Шопена, уносясь мыслями в прекрасное прошлое, когда малышка Лиин все время была с ним. И не услышал, как стройные девичьи ноги сбежали по лестнице вниз. Туфли были поставлены на ступень. Лиин тихонько подошла к играющему брату. Хоть ее и учили музыке, но ей по душе больше были гонки, скачки, лыжи, то есть, все то, что требует движения. Но брат играл божественно. Она тихонько встала в сторонке и слушала, как звонкими струнами рояля с ней в тишине тропической ночи разговаривает Любовь.

Когда он закончил играть и обернулся, то увидел светлое, в ночной комнате, лицо и блестящую дорожку из слез, текущих по щекам.

– Лиин! Почему ты плачешь? Тебе больно? Плохо? – Он с волнением глядел в синие глаза.

Она хлюпнула носом:

– А я браслет твой надела! – девушка вытянула тонкую руку вперед. – И платье. Дай салфетку, пожалуйста. А косметика, она – водостойкая. Слезами ее не размочишь, – затараторила она. – Полетели. Сегодня я хочу видеть искусственные звезды!

По каменной дорожке они дошли до ангара. Хью открыл дверь и включил свет, пропуская Лиин внутрь. При ярком освещении ее волосы, серьги, платье и туфли вспыхнули, окружив тоненькую фигурку призрачным сиянием.

– Лиин! – позвал Хью. – Посмотри на меня!

Девушка обернулась, улыбаясь брату.

– Какая ты красивая!

– Я тоже тебя люблю. – Легкомысленно сказала Лиин. – На чем полетим?

Она оглядела ангар.

– А где мой любимый Falcon?

– Лиин, он слишком тяжелый для песка. Да и разбег у него… Выбирай: Cessna SE, но до аэропорта, а там – на машине, либо итальяночка Agusta, – он показал рукой на небольшой вертолет, – но зато сможем сесть на крышу отеля!

Девушка захлопала в ладоши:

– Вертолетик!

– Садись, попрыгунья! – он открыл ей дверцу и подсадил в кресло. Сам забрался с другой стороны.

Нажал на брелок, и двери ангара раскрылись в ночную пустоту. Хью надел наушники, кивнув на другую пару Лиин.

– Борт А6745FD12 «Кей» вызывает диспетчерскую Найроби.

Вертолет медленно въехал на полосу.

– Диспетчерская Найроби борту A6745FD12. Привет, мистер Вейнер. Доброго Вам времени суток! Куда летите?

– Доброго, Симон! Абу-Даби. Коридор?

– Тысяча пятьсот до Джибути. Легкий западный ветерок 2 м/с, видимость 4800, давление 753 мм, ни облачка на горизонте. Хорошего времяпровождения!

– Спасибо! – Хмыкнул Хью, подмигнув Лиин.

– Симон! – позвала та.

– О, мисс Вейнер! – голос в наушниках сменился с уважительно-панибратского на восхищенный.

– Симон! Смотри на радар! Нечего слюни распускать! – строго сказал Хьюго, но кончики губ все же подрагивали.

– Да, сэр! Попутного ветра!

Двигатели постепенно набирали обороты. Мгновение – и звезды смотрят на них снизу и сверху. Неярко светится приборная панель.

– Нравится?

Девушка зачарованно покивала головой:

– Я уже полгода не летала… отвыкла от того, как это красиво!

Где-то в стороне иногда проплывали яркие прибрежные огни.

– Могадишо, Джибути…

Совсем скоро впереди разгорелось электрическое зарево.

– Прилетели, крошка. Абу-Даби.

Служащий отеля провел дорогих во всех смыслах гостей на террасу ресторана. Усадил за столик с видом на городские огни и невидимое море. Подал карту вин Хьюго, а Лиин начала пролистывать картинки с блюдами.

– Белое, вот… И рыбки… – Лиин не выдержала задумчивости Хью и ткнула пальчиком во все менюшки.

Брат кивнул.

Скоро принесли вино и разлили по бокалам. Лиин взяла бокал в тонкие пальцы и понюхала аромат.

– За тебя, братик! – она приподняла бокал с вином.

– За нас вместе, Лиин!

Они отпили. Принесли кушания. Лиин неторопливо клевала салатик, но одним глазом постоянно посматривала на дверь, откуда неслась зажигательная клубная музыка.

– Пойдем. – вздохнул Хью и подал руку Лиин. Та бросила салфетку и с горящими глазами устремилась внутрь, утаскивая тормозящего Хьюго.

Выйдя на танцпол, Лиин двигалась, словно язычок огня вокруг едва передвигающегося Хью. Скоро все с удовольствием поглядывали на золотоволосую темпераментную девушку.

У Хьюго зазвонил телефон:

– Я отойду, – сказал он ей на ушко. – Не балуйся.

Когда через десять минут он вошел обратно в зал, вокруг Лиин двойной стеной танцевали молодые, сверкающие платиной и бриллиантами арабы.

– Ну на пять минут не оставишь! Извините… Простите… Лиин! – крепкой рукой цапнул он ее за локоть. – Ты что творишь?

– Танцую… Они такие милые!

– В гарем захотела? Идем. – Он выдернул ее из круга и потащил к столику.

– Слющай… Эй, мы с ней танцуем… – пара арабов, сверкая глазами, приблизилась к Хью.

– Что? – Он приподнял бровь. Голубые глаза налились расплавленной ртутью, а изо рта вылетел пар. Температура в помещении резко упала до десяти по цельсию. Арабы смотрели на мистера Вейнера, но внезапно им показалось, что сам Косарь со своей ржавой косой стоит перед ними, и отсчет пошел на секунды. Парни развернулись и дали деру. Температура сразу поднялась.

– Проклятые китайские кондиционеры… – прошипел, проходя мимо, метрдотель. – Опять менять придется!

Лиин сидела, опустив глаза.

– Поехали домой. – Сурово сказал брат.

– Нет.

– Ты не понимаешь…

– А зачем ты тогда меня сюда привез?

– Вообще-то это европейский ресторан. Я не знал, что тут сегодня гуляют братья шейха…

У Лиин зазвонил телефон. Она зачирикала в трубку, а потом завертела головой и замахала рукой. И скоро к их столику подошли девушка и парень.

– Мои сокурсники: Бен и Мей Римоут.

– Очень приятно. – Искривил губы Хью, не поднимаясь и не предлагая присесть.

– Это мой брат – Хьюго Вейнер.

Бен и Мей с благоговейным восторгом уставились на Хью.

– Так ты та самая Вейнер?! – прижала к губам ладошку Мей.

– А вы те самые Римоут – тихоокеанский шельф? – откинувшись на спинку стула, небрежно поинтересовался Хью.

– Да-а. – Зачарованно глядя в его лицо, протянула Мей.

Хью скользнул взглядом по Лиин.

– Садитесь. – наконец, оттаял он.

Завязался ни к чему не обязывающий разговор о баррелях и котировках. Лиин молчала, в-основном, ковыряясь в салатике. Зато Мей строила глазки, выгодно показывала ручки и ножки. А потом томным голосом позвала Хью танцевать. Он, рассыпая в ее сторону голливудские улыбки, взял за ручку и повел на танцпол. Лиин осталась сидеть с Беном. Тот кидал взгляды на девушку, а потом не выдержал:

– Твой братец увлекся Мей.

– И что? У него есть невеста. – Настроение Лиин резко упало.

– Хочешь, пока они любезничают, покатаемся по столице?

Девушка подумала. «Раз он так… Тоже мне – ждал, а сам…»

– Поехали! – кивнула она.

Гоночный серебристый мазератти лихо лавировал по широким развязкам современного города.

– Тут есть погребок. Зайдем?

– Давай. – Равнодушно сказала она.

Машина остановилась рядом с освещенным бегающими огоньками подъездом в окружении таких же дорогих машин.

Бен открыл дверцу и подал Лиин руку. Они вошли в зал. И, протискиваясь между танцующими и столиками, подошли к стойке.

– Пол!

– Бен! Какая у тебя девочка! Просто люкс!

Лиин, вертя головой по сторонам, пританцовывала ногами.

– Вам просто накатить или с улетом? – продолжил бармен.

– Давай с улетом. – Решился Бен. Ему, на самом деле, очень нравилась девушка еще с первого курса. Но вокруг нее всегда вертелись самые-самые. Бен в их число, даже с нефтяными вышками, не входил. А тут она рядом и никого…

Бармен поставил два бокала с разноцветной смесью на стойку.

– Лиин, выпей! – Бен сунул девушке в руку один из них.

– Крепкое?

– Нет, коктейльчик. Для расслабона.

Девушка рассеяно улыбнулась и отпила глоток. Сладенько. Она отпила еще. Бен потащил ее танцевать. Немного закружилась голова. Она оттолкнула Бена и пошла, села на диванчик. Бен с хитрой улыбкой снова поднес к ее губам бокал:

– Пей, здесь жарко!

Она отпила еще глоток. Стулья кружились все сильнее. Она одной рукой вцепилась в стул, а другой – в Бена. Тот нагнулся к ее лицу и начал целовать ее губы слюнявым ртом. Она пыталась его отпихнуть. Люди вокруг смазались в одну пеструю ленту. И, уже теряя сознание, она выдохнула: – Хью!

Угасающим взором она увидела белую метель, неожиданно налетевшую на погребок, и почувствовала дикий холод. И отключилась.

Очнулась она днем. В арочные окна дома робко заглядывало теплое солнышко. Она лежала на своей кровати. Голова болела. Тело ощущалось деревянным. Скосив глаз, она увидела штатив капельницы, стоящий у ее кровати. Во рту было безумно сухо.

– Пить… – прошептала она.

Открылась дверь, и вошел Хью со стаканом голубой жидкости. Приподнял ее голову и поднес к губам:

– Пей!

Она отхлебнула три глоточка, как вдруг слезы неудержимо покатились из глаз.

– Ну же, перестань. Ты жива, с тобой все в порядке. – Хью ледяными глазами смотрел мимо нее на стакан.

– Зачем ты ушел с этой дурой Мей?

– Зачем ты поехала с этим придурком Беном? К тому же знаешь, что синтезированные алкогольные соединения внутрь тебе противопоказаны.

Лиин сделала попытку отвернуться. Но тут сильные руки зажали ее одеяло с обоих сторон:

– Хочешь еще куда-нибудь уехать? Хочешь? – Хью навис над бледной девушкой, потряхивая ее кровать.

– Не хочу, братик. Давай побудем вместе. – робко улыбнулась ему она.

Голубые глаза потеплели, а уголки губ поднялись, обнажая ровные белые зубы.

– Только ты меня поучишь летать. Хорошо?

Две с половиной недели пролетели, как один день, в полетах, катании на серфах и яхте. Как-то вечером в гостиной зазвонил спутниковый телефон. Хьюго, изломав в удивлении бровь, подошел:

– Да. Да. Да-а? Вот оно как? И срочно? Хорошо. Завтра вылетаю.

Лиин сидела на диване и смотрела на Хью. Он сел рядом, взяв в свои руки ее загоревшие ручки.

– Лиин. Мне надо улетать. Политики опять чего-то хотят, а правление решать этот вопрос без меня не желает. Ты хотела поехать в Альпы?

Девушка кивнула головой.

– Я сейчас закажу тебе билет на дневной рейс до Парижа. Утром доброшу до Могадишо, там сядешь в самолет. В Париже встретишься с ребятами, и поедете в Альпы. Лыжи новые подбери.

– Мои еще очень хороши. – Грустно улыбнулась Лиин. – Ты надолго в Америку? Ко мне приехать сможешь? А то каникулы кончатся, я закопаюсь в учебу, ты – в работу… И снова только поздно ночью по скайпу.

– Не расстраивайся, малыш, я постараюсь…

Через три суматошных дня веселая компания молодых людей со смехом и шуточками заселялась в выбранное шале. Искрился блестящей изморозью воздух, синел в ложбинах и распадках снег. Белые вершины гордо подпирали прозрачное небо.

– Как здорово! – воскликнула одна из девушек. – Хорошие трассы почти рядом! Давайте, поедем кататься прямо сейчас!

Они дружно переоделись и катались до захода солнца, окрасившего вершины в малиновые, а ложбины – в густо-фиолетовые тона, откуда, насупившись, выглядывали черные ели и лохматые сосны. На следующий день они тоже носились по склону почти дотемна, радуясь красивым спускам и теплому солнцу. А на третий день к ним подошел человек с широкой улыбкой в горнолыжном костюме и ботинках.

– Молодежь! Не хотите рискнуть? Там, за выступом горы – дикие трассы. Поднимаем и забираем вертолетом! – Он показал красивые фотографии.

– А там нет лавин? – пискнула одна из девушек.

– Что Вы, леди! У нас лицензия! – Он ткнул ей в нос какую-то покрытую блестящими голограммами бумагу.

– Полетели! – Тут же загорелись мальчишки.

– Девушки, уверяю, для Вашего уровня это совсем не страшно! Зато соцсети взорвутся от восторга!

Ребята похватали лыжи и палки. На окраине поселка их ждал вертолет. Вместе с гидом они погрузились в чрево машины и взлетели.

Действительно, немного облетев гору по периметру, машина села на ровную чистую площадку.

– Вот, что я вам говорил! – воскликнул гид.

Гладкая, слегка извилистая дорога вела вниз. Гид надел лыжи и, нацепив очки на нос, оттолкнулся палками. Мальчишки и девчонки, пересмеиваясь, следили за синей курткой, пристегивая крепления. Вот пошел Дэн, Стив, Агнета…

Лиин, опустив очки, с силой оттолкнулась от выступа. Лыжи привычно зашуршали на поворотах, поднимая снежную пыль. Она въехала в лес. Снегу тут было меньше, но он был жестче. Скорость нарастала. Новый поворот вырастал за старым, пугая невидимостью и крутизной. Она начала притормаживать, вылетая на очередной горб. Лыжный след проехавших друзей резко брал влево, обходя падающую вниз кручу. Она еле вписалась в него. «Что же гора никак не кончается?» – подумала Лиин. Еще поворот. Не успела девушка ничего сообразить, как навстречу ей вылетела огромная ель. Она вильнула вправо. И… полетела. Лыжи, ударившись о снег, отстегнулись и где-то пропали. А она все падала… падала… спиной в темноту. Удар. Мир окончательно померк.

Очнулась Лиин от того, что ей стало холодно. Не открывая глаз, она согнула руки, потом – ноги. Постонав, присела. Потом встала, держась за елку. И открыла глаза.

Она стояла на лесной поляне. Зеленая травка под ногами была присыпана тонким слоем снега. На еловых лапах – иней, сверкающий алмазными гранями. Небо – серое. Ветра нет. Не слышно ни птиц, ни треска веток. Вообще ничего. Полная тишина. Девушка содрала с лица разбитые при падении очки и бросила их на землю.

– Идти-то куда? – задала она вопрос пространству и огляделась по сторонам.

И вдруг ей показалось, словно огонек сверкнул среди веток. И она пошла туда. Лес постепенно расступался. Вот раздвинули лапы последние ели, и она вышла на открытое место: впереди, на холме, стоял средневековый дворец с башенками и окнами из разноцветного стекла. Стены дворца, когда-то коричневые, покрывал тонким слоем лед. Девушка поспешила туда.

Когда она подошла ближе, то увидела странную картину: на площадке, перед зданием, стояло множество людей и каких-то странных существ, низко склонивших головы. Они тоже были покрыты инеем. Девушка вошла в их толпу и, с любопытством оглядываясь, пошла дальше, снимая айфоном эти чудные лица. И вот она остановилась перед крыльцом. А там, вытянув руки вперед, со слезами и гримасой страдания на лице, стояла прекрасная молодая женщина. За локоть ее держал очень красивый мужчина. Они были в коронах.

– Король и Королева! – восхитилась девушка и, не удержавшись, провела пальцем по женскому лицу, покрытому инеем.

Теплый палец оставил на щеке дорожку. Кожа под инеем оказалась розовой.

– Что за ерунда?! – воскликнула Лиин и начала счищать двумя руками изморозь с лица женщины и ее рук, а потом – и с мужчины. Затем бросилась к стоящей рядом тоненькой и маленькой девушке с поникшими крылышками.

Лиин не видела, как начали розоветь щеки и руки Королевы и Короля. Скоро раздался первый вдох, а за ним – всхлип.

– Мой ребенок! Моя дочь! – простонала Королева.

Девушка услышала голос и обрадовано обернулась:

– Так вы живы? Как здорово!

И тут по соснам и елям пронесся ветер, стряхивая с зеленых лап снег. На небе начали расходиться серые тучи, и заблестело солнышко. Запели птицы. Те, кто стоял на дворе, склонив головы, начали выпрямляться и оглядываться по сторонам. Некоторые зевали и потягивались, спрашивая у знакомых:

– Праздник уже кончился?

Толпа постепенно разбредалась, разбирая диковинные средства передвижения. Лиин даже протерла глаза, увидев одновременный старт нескольких ступ.

– Интересно, куда же я попала? – подумала она вслух, оглядывая окрестности.

– Куда-куда… – проворчала старая ведьма с бородавкой на носу. – Хорошо, не за Кудыкину гору… В сказочную страну, девушка!

И, ковыляя хромой ногой, залезла в ступу и крикнула: – Земля, прощай!

Ступа поднялась метров на пять вертикально вверх и загудела низкими частотами.

– В добрый путь! – прокряхтела сверху карга. Звук, выстрелив, перешел на сверхзвук, и ступа в мгновение превратилась в далекую точку.

– Вот это перегрузочки! – восхитилась Лиин.

Увидев на ступенях дворца более-менее адекватных с ее точки зрения, Короля с Королевой, она поднялась к ним.

– Скажите пожалуйста, Ваши Величества, а куда я попала? Ехала я на лыжах… а дальше – провал. Очнулась вот здесь.

Король внимательно посмотрел на девушку в шлеме. Солнце уже ощутимо припекало, и она, улыбнувшись, его сняла. И сразу по плечам рассыпались золотые волосы. А синие глаза внимательно смотрели на венценосную чету.

– Дорогая! – позвал Король плачущую Королеву. – Посмотри, пожалуйста, на нашу гостью!

Королева промокнула слезки кружевным платочком и взглянула на Лиин. Глаза ее широко открылись и она, задыхаясь, спросила:

– Детка, а зовут тебя как?

– Лиин. – Улыбнулась розовыми губками девушка. – Полностью – Анджелин.

– Дочка! – повисла на шее ошарашенной Лиин Королева.

Когда страсти немного улеглись, в охотничьем зале слуги затопили камин. Замок ведь шестнадцать лет стоял без отопления, поэтому сильно отсырел и промерз.

На плечи Королевы и Лиин Король набросил легкие, но теплые шали из пуха горных коз.

Королева, то и дело всхлипывая, рассказывала грустную историю окончания празднества.

– И Вьюговей забрал нашу малышку, вырвав ее из моих рук…

– Значит, прошло шестнадцать лет… – задумался Король, глядя на Лиин.

– А с чего вы решили, будто я ваша дочь? Ну да, похожа, но все же…

– У тебя не бывает такого желания… чувства, что ты можешь ходить по лунным лучам, танцевать среди облаков и летать наперегонки с ветром?

– Да, – удивилась Лиин. – А откуда вы знаете?

– А ты возьми, попробуй! – И Король повел рукой в сторону открытой двери. – Не бойся!

Лиин вскочила с дивана и вышла на веранду, освещенную Солнцем. Ботинком наступила на луч. Покачала головой и поморщилась. Потом села прямо на пол и сняла тяжелые лыжные ботинки, оставшись босиком. И кончиком большого пальца наступила на теплое пятно.

– Ого! – воскликнула она и без сомнений легко побежала вверх. Остановившись на высоте второго этажа, она раскинула руки и подняла голову вверх. Золотистые волосы ярко вспыхнули под солнечными лучами. Она покрутилась на мыске и закричала:

– Сказочный мир! Я вернулась!

Ее крик подхватил птичий хор, зачирикав и запев так, что у всех заложило уши. Девушка посмотрела вниз и быстро сбежала обратно.

– Точно, наша дочь! – Король протянул руку и взял тоненькие пальчики Лиин.

– А где тогда Вьюговей? – наивно спросила девушка.

– Понимаешь, – Король с Королевой, тоже выслушавшие ее историю, опустили глаза, – этот человек называет себя твоим братом.

– Нет! – Лиин вскочила. – Этого не может быть! Вы ошибаетесь! Хьюго любит меня!

И тут полотно пространства прорезало окно портала.

– Нет! – Прошептал Король, прикрывая глаза рукой.

– О, да! – ответила выходящая оттуда Старшая тетушка. Вслед за ней вышла Средняя, а потом – младшая в джинсиках со стразиками и очках от Шанель.