Текст книги "Быстро и просто"

Автор книги: Эбби Грин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 8 страниц)

Глава четырнадцатая

Келли сбросила узкие лодочки на высоченных каблуках и прошлась босиком по мягкому ковру, моментально почувствовав облегчение. Затем приняла спасительную ванну. Усталость отлегла, настроение приподнялось.

– Почему ты еще не спишь? – спросила она Александроса, которого застала в гостиной. – Уже три часа ночи.

Он подошел к ней и произнес:

– Я надеялся поужинать с тобой.

– Поужинать? – удивилась Келли.

– Я согрел остатки вчерашнего ужина, – признался Александрос.

– Ты меня удивил, – нежно проговорила девушка.

– Ты ведь голодна?

– Безумно, – кивнула она и обняла его за шею.

Он дернул за кончик пояса ее шелкового пеньюара, и пояс упал на пол. Чуть влажное женское тело приоткрылось его взгляду.

– Всегда мечтал это сделать, – с игривой улыбкой сообщил ей Александрос.

– А мне кажется, ты уже давно владеешь этим приемом в совершенстве, – усомнилась Келли.

– Хочу знать, насколько ты голодна.

Ее ответом стал поступок. Она расстегнула рубашку на его груди, аккуратно сняла платиновые запонки и положила их на кофейный столик. От остальной одежды Александрос в считаные секунды избавился сам.

– Ты сумасшедший! – рассмеялась она подобной поспешности.

– Все из-за тебя, Келли, – доверительно сообщил он.

Обняв жену, он припал к ее губам. Она с трудом отстранилась.

– Подожди, – шепнула Келли, заглянув в его горящие глаза. – Постой…

– Это невозможно, – сказал он, положив руки на ягодицы Келли и вновь прижав ее к себе.

Он поднял ее, она обвила его бедра ногами. Небритая щека Александроса царапала ее нежную кожу, но это неприятное чувство утопало в потоке ошеломительных, неповторимых ощущений. Еще никогда они не были так близки, никогда их тела не прижимались друг к другу так тесно. И сила Александроса многократно возросла от этого. Страсть правила им. Ее необузданный напор сотрясал Келли. Все произошло быстрее и ярче, чем обычно. Она была на верху блаженства…

Келли еще тяжело дышала, когда он склонился над ней, положив на постель. Она ласково потрепала его по щетинистой щеке и попросила:

– Прими душ и побрейся.

– Только если ты составишь мне компанию.

– Нет-нет, – покачала головой Келли. – Я еще раз подогрею ужин, – обосновала она свой отказ.

– Договорились, – согласился Александрос и пошел в ванную.

Келли осталась в темной спальне одна. Девушка чувствовала себя не просто голодной, а ненасытной. Она ужаснулась от мысли, что не сможет жить без этого мужчины. Чем дольше они были вместе, тем острее было упоение близостью. Она готова была взрываться восторгом каждый раз, когда он прикасался к ней. И при этом она сама же попросила его о разводе, о свободе, которая казалась ей необходимой. Келли ясно осознавала, что настало время повзрослеть, чего она так старательно избегала ранее. Она полагала, что пересмотреть свою жизнь можно только в уединении, которого у нее не было с Александросом, как, впрочем, и доверия…

Келли согрела вчерашний ужин, который, настоявшись, сделался только вкуснее, и нарезала овощи в салат. К этому моменту Александрос вышел из ванной. Келли откупорила бутылку его любимого вина и накрыла в столовой.

Он появился, глянцевый после бритья и благоухающий одеколоном.

– Волшебно, – проговорил он, усевшись за стол. – Ты ловко управляешься со столовыми принадлежностями. Ты первая моя женщина, которая не шарахается от домашних дел.

– Польщена, – нахмурившись, отозвалась Келли.

Александрос рассмеялся.

– Я считаю это достойным всяческих похвал, – уточнил он. – Ты любишь приготовить, накрыть на стол, поесть и убрать за собой. И я буду одобрительно относится к этому до тех пор, пока ты не станешь отвратительно жирной. Тогда я со спокойной душой смогу с тобой развестись.

– По крайней мере, теперь я знаю, когда это произойдет, – вместо того чтобы как всегда обидеться, пошутила Келли.

– Ты не сердишься на меня? – удивленно воскликнул Александрос.

– С чего бы это? – еще более удивленно спросила она.

– У тебя появилось чувство юмора?

– Оно было у меня всегда, просто потребовалось некоторое время, чтобы привыкнуть к твоим плоским шуткам, – бойко парировала девушка.

– Браво! – воскликнул он. – А то сколько можно играть в одни ворота?

– А ты испытываешь удовольствие, задевая достоинство другого человека?

– Нет. Я испытываю удовольствие, когда вижу, что другой человек умеет отстоять свое достоинство.

– Что ж… Буду иметь в виду, – грустно проговорила Келли. – Но эти слова в очередной раз опровергают твои уверения в том, что у нас нормальный брак. По-моему, в нормальной семье жене не нужно защищаться от собственного мужа. А ты как думаешь?

– Думаю, ты сегодня очень устала и от этого слишком болезненно все воспринимаешь, – холодно произнес Александрос, заранее понимая, что подобный разговор ни к чему доброму не приведет.

– Конечно, – раздраженно кивнула Келли. – Я ведь такая мнительная.

– Я этого не сказал, – нервно возразил Александрос.

– Буквально – не сказал. Но я не такая дура, чтобы не понять подтекста.

– Заткнись! И… Марш в постель! – скомандовал муж, резко поднявшись из-за стола.

Келли томно смотрела на него сквозь опущенные ресницы. Каждый раз овладевая ею, Александрос был готов без всяческих преамбул и многословия дать ей знать, что не отпустит ее никогда, что сделает ее матерью своих детей, что она обречена быть с ним вечно. Но затем этот порыв необъяснимым образом ослабевал.

Когда Келли проснулась, близилось время ланча. Она еще накануне предупредила свою ассистентку, что намерена взять выходной. Конечно же, мужа рядом не оказалось.

Келли обняла его подушку. Девушка замирала от счастья, вдыхая оставшийся на ней аромат любимого. Она бессмысленно улыбалась, не думая ни о чем.

Понежившись в постели еще несколько минут, Келли села и накинула на плечи шелковый пеньюар. Она оглядела всю спальню, желая обнаружить пояс от него. И еще раз улыбнулась, предположив, что он, должно быть, остался в гостиной, там, где они ночью так дерзко любили друг друга.

– Ты уже видел сегодняшние газеты? – с вопроса начал телефонный разговор Александрос.

– А ты как думаешь? Меня с утра об этом спрашивают, – ответил его адвокат, ядовито усмехнувшись. – В любом случае я хотел созвониться с тобой на днях. У меня сейчас очень много работы – несколько параллельных процессов.

– Ладно, отложим. На этой неделе я буду в Афинах. Звони туда, если я тебе понадоблюсь.

– Думаю, с твоим делом проблем не должно возникнуть. Все пройдет быстро и просто, – заверил его адвокат.

– Быстро и просто… Мне это нравится! – бодро отозвался Александрос и повесил трубку.

Это и так продлилось дольше, чем он рассчитывал. В любом деле можно столкнуться с непредвиденными обстоятельствами. Хотя в данном случае жалеть не приходилось – Александрос не получил ничего, кроме удовольствия.

И все же одна проблема уже возникла. И это произошло не сейчас, а семь лет назад, когда мать убеждала его в необходимости женитьбы на Пие Кириаполос. Александрос дал тогда свое согласие, однако собственный выбор представлялся ему иным. Он лишь ждал, когда соседская девчонка повзрослеет, не столько годами, сколько сознанием. Но она выбрала путь предательства, а не любви… Келли Демаршис оказалась опаснее всех женщин мира, потому что только ее он по-настоящему желал.

– Выходные в Афинах? – удивилась Келли. – Это довольно неожиданно.

Ее улыбка разрывала ему сердце с тех пор, как он решил положить конец их браку. Александрос знал, как ее ранит известие о разводе.

Он провел ладонью по щеке девушки и подумал, что давно не видел на ее лице пунцового румянца смущения.

– У тебя выдалась тяжелая неделя, я хочу, чтобы ты хорошо отдохнула… без меня, – докончил после паузы фразу Александрос.

Келли нахмурилась.

– Ты летишь без меня? – в недоумении воскликнула она, выдав свое разочарование.

Он хитро улыбнулся в ответ.

– Отлично! – бросила девушка. – Найду, чем заняться.

– Я пошутил. – Он поцеловал жену в шею. – Вылетаем завтра рано утром.

И вновь они подъезжали к вилле. И вновь Tea спешила их встречать. Но иначе, чем прежде, – женщины радостно обнялись. Теперь они могли беспрепятственно излить свою взаимную симпатию.

Tea знала то, чего не желал знать Александрос. Она верила Келли, не требуя доказательств, но хранила это в тайне, потому что Келли сама попросила ее об этом. Девушка хотела, чтобы Александрос простил ее несмотря на подозрения, поверил бы ей, как поверила Tea. Он бы так и сделал, если бы любил ее по-настоящему. Келли не желала, чтобы их отношения зависели от ошибок прошлого. Оба они стали другими людьми. Но если семь долгих лет не стерли из сознания ее любимого мужчины прежних обид, то рискованно было вступать с этим мужчиной в новую жизнь.

Морально Келли подготовила себя к скорому разводу. Она рассчитывала услышать об этом от Александроса со дня на день. Тем более странно было оказаться снова на вилле, где прошел не менее странный медовый месяц.

Накануне вылета Келли, лежа в объятьях Александроса, заключила пакт с самой собой. Она решила инициировать развод по возвращении из Греции, поскольку ожидание неизбежного казалось ей невыносимым.

Поужинать они отправились в самый дорогой ресторан греческой столицы. Их беседа за столом была как всегда сбивчивой и исполненной скрытых и явных взаимных упреков.

Келли допила свой кофе, Александрос расплатился, они вышли из ресторана и сели в машину. Как обычно, Александрос предпочел в дороге молчать. Келли хоть и знала об этой его привычке, но смутное беспокойство закралось в ее душу.

Она осторожно посмотрела в его сторону:

– Что не так? – резко спросил он, заметив ее беспокойный взгляд.

Не помня себя, Келли выпалила:

– Давай остановимся, Александрос. Я не желаю больше это продолжать. Мне кажется, я заплатила по счетам и теперь требую свою жизнь обратно. Я хочу домой. Сейчас же. Я хочу развестись с тобой.

Александрос остановил машину. Он потянулся к жене, желая обнять. Ее слова стали для него настоящим ударом. Он рассчитывал произнести их первым и… не развестись, нет… просто заставить ее почувствовать эту боль.

– Не трогай меня, Александрос! – вскрикнула она. – Я больше не позволю тебе прикасаться ко мне! Достаточно этой пытки! – в истерике выкрикивала девушка.

– Келли, успокойся, пожалуйста. Обсудим все дома, – успокаивал ее Александрос. – Да что с тобой такое?

– Оставь! Не тронь! Ты же знаешь, что я не способна сопротивляться твоим ласкам, – беспомощно призналась Келли и заплакала, когда он вопреки просьбам сжал ее в своих объятьях.

Но в следующую секунду Александрос отстранился. Он знал, чем мог закончиться этот разговор, если бы он утешил ее привычным способом. Это многократно повторялось за короткую историю их брака. Но на сей раз о разводе хотела поговорить не только она, но и он.

– Хорошо, – сказал Александрос. – Как ты себе это представляешь?

– В каком смысле? – переспросила Келли.

– Ладно, поговорим дома, – отсрочил выяснение Александрос и завел мотор.

Глава пятнадцатая

– Где мы, по-твоему, находимся? – спросил он Келли, проведя ее через салон к выходу в патио.

Это было то самое место. Келли не могла этого не помнить. Она вздрогнула и посмотрела на мужа.

– Я не пойду туда. – Девушка покачала головой. – Ты меня не заставишь.

Александрос продолжал тянуть ее за руку.

– Я с места не сдвинусь, – протестовала она. – Прекрати! Мне нечем дышать! – крикнула она, непритворно задыхаясь.

Истерический приступ такой силы случился с Келли впервые. Но он не растрогал Александроса. Грек лишь ослабил хватку, высокомерно посмотрев на жену.

Келли попятилась в глубь неосвещенной комнаты и опустилась на стул.

Прошло некоторое время, прежде чем Александрос приблизился к Келли и понял, что с ней творится что-то неладное. Она смертельно побледнела, ее трясло от лихорадки, на лбу выступила болезненная испарина.

На ее крик появилась Tea, и Александрос, увидев экономку, распорядился вызвать врача. Беспокойство охватило его. Он поднял жену на руки и отнес в постель.

На вызов в богатые дома медики выезжают оперативно. Через считаные минуты Tea проводила наверх доктора, который тщательно осмотрел Келли.

Tea, стоя в дверном проеме, взволнованно заламывала руки. Но тотчас сорвалась с места и побежала на кухню, когда врач велел приготовить для Келли чашку горячего, щедро подслащенного травяного чая. Александрос все это время оставался в комнате и тревожно наблюдал за манипуляциями доктора. Ему еле доставало терпения дождаться его врачебного заключения.

– Ну, так что скажете? – наконец не выдержал он.

Доктор поднял на Александроса усталые глаза за толстыми стеклами очков, прищурился.

– В настоящий момент я могу основывать свой вывод только на очевидных симптомах. Для подтверждения диагноза необходимо провести психоневрологическое исследование, – сухо произнес он. – Однако затрудненное дыхание, озноб, тошнота, ощущения спазмов в области сердца, нервическая дрожь в конечностях – это классическое сочетание симптомов… Поздравляю, мистер Корос. У вашей супруги сильнейший приступ паники. Только вы можете знать, чем он был вызван.

– Я всего лишь позвал ее пройти со мной в патио, – виновато произнес он.

– И вы не представляете, что могло повлечь такие последствия? – недоверчиво спросил врач.

– Конечно, у меня есть некоторые догадки. – Александрос пожал плечами. – Келли вообще очень впечатлительная женщина. Недавно у нее был похожий приступ, когда она случайно хлебнула ликера. Но сегодня она не пила спиртное.

– Если вы хотя бы приблизительно знаете, что может вызвать приступ, то следует защищать ее от стрессов, подобных этому, а не провоцировать их. Должен предупредить, что дилетантизм крайне опасен в попытках справиться с проблемами психологического характера, – сурово произнес врач. – Я выпишу вашей жене эффективное успокоительное средство, но не советую увлекаться им. Лучше, не затягивая проблему, обратиться к специалисту.

– Спасибо, что прибыли так скоро, – поблагодарил врача Александрос и проводил вниз, пока Tea оставалась с Келли и поила ее горячим чаем.

– Это моя работа, и я ее делаю, – скромно произнес тот и добавил: – Мой ассистент вышлет вам чек. Я думаю, ваша жена справится со своей проблемой, если у нее будет хороший союзник. Она молодая сильная женщина. Было бы очень неприятно, если бы какая-то мелочь отравила ей жизнь, и вам, разумеется, тоже. Как там говорится? «В болезни и в здравии, в радости и в печали…»

Александрос вернулся в спальню.

– Александрос… – слабо произнесла Келли и протянула к нему руку.

– Не нужно слов. – Он присел на край постели. – Поговорим обо всем завтра. Тебе необходим отдых. Этот напиток поможет тебе уснуть.

Александрос покинул ее спальню, когда глаза Келли стали смыкаться помимо ее воли. А ранним утром он покинул и виллу.

Келли проспала много часов, но сон был тяжелым. Девушку разбудил ее собственный болезненный вздох. Она открыла глаза и мигом вспомнила все: свой истерический припадок на пороге злосчастного патио, чудовищную тошноту, проницательного доктора, который без лишних объяснений все правильно понял.

Келли стало стыдно. Она и предположить не могла, что когда-нибудь ее паника сыграет с ней такую злую шутку. Прежде она понимала, где начинаются и заканчиваются ее страхи, но в этот раз страх всецело завладел ею, она была словно замурована в нем и не знала выхода. Она больше не контролировала себя, и это пугало ее не меньше, чем причина паники.

Если прежде Келли сама шутливо называла себя истеричкой, то теперь это показалось ей дурным предметом для шутки. Серьезность проблемы стала для Келли очевидной.

Безусловно, Александрос поступал жестоко, заставляя ее вновь и вновь переживать события того судьбоносного вечера: ее первый бокал вина, их встреча в патио, неуклюжий поцелуй, нелепое признание, ее малодушный побег в слезах и клеветническое псевдооткровение в газетах на следующее утро. У Александроса не было права на возмездие…

Но как могла она, сознавая свою невиновность, подчинить свою жизнь и здоровье этому недоразумению семилетней давности, позволить ему разъедать себя изнутри?

Келли была зла на себя. Она еще не знала, что именно сделает, но была полна решимости бороться.

В дурном настроении девушка поднялась с постели и тепло оделась. Она все еще ощущала последствие вчерашней лихорадки.

Спустившись в столовую, Келли уже приняла решение. Развод неминуем. Каждый должен пойти своей дорогой. Гармония в интимной жизни не окупает разлада в душе.

В столовой хмурая Келли столкнулась с не менее хмурой Tea.

– Когда ты собираешься все ему рассказать? – набросилась на нее пожилая женщина.

Келли не сразу поняла суть вопроса.

– Что?

– Не притворяйся, будто не понимаешь, дочка. Когда собираешься рассказать Александросу обо всем?

– Обо всем?! – возмутилась девушка. – Я вообще не собираюсь ему больше ничего рассказывать. С меня достаточно. С ним бесполезно разговаривать. Он слушать меня не хочет. Упоминание имени моей кузины не изменит его предубежденного отношения ко мне. По его мнению, я не достойна доверия. Так вот пусть остается при своем мнении и наслаждается ненавистью. А я так больше продолжать не хочу! – гневно выпалила она.

– Да забудь ты про Элейни и этот кошмар! Я вовсе не об этом сейчас говорю, Келли, – раздраженно поморщилась Tea.

– А о чем же ты говоришь, как не об этом? – удивилась Келли.

– Об этом. – Tea положила ладонь на живот Келли. – И о твоей тошноте.

– Доктор сказал, что это классический симптом паники, – возразила на подозрения экономки Келли.

– Много знает твой доктор, – хихикнула Tea.

– Это безосновательно, – заверила ее девушка.

– Я требую, чтобы ты обо всем рассказала мужу! – строго заявила на это Tea. В этот момент из холла послышались шаги, и Tea угрожающе шепнула: – Я буду следить за тобой, девочка.

– Нам надо поговорить, – сказала Келли, когда Александрос вошел в столовую.

– Согласен, – кивнул тот. – Нет смысла откладывать. Келли… – тяжело вздохнув, произнес Александрос, присев напротив жены.

– Да? – отозвалась она.

– Относительно твоего вчерашнего припадка… Прости, – осекся он и исправился: – Вчерашнего приступа…

– Что?

– Это касается…

– …событий семилетней давности, – завершила Келли фразу.

– Да… И я много думал об этом.

– И что?

– Я понял, что ничего не знаю о тебе, Келли. Мне сложно отличить мнимое от реального, притворное от правдивого… Последний раз мы по-людски разговаривали друг с другом девять, а то и все десять лет назад, тебе было не больше пятнадцати. Тогда ты казалась мне совершенно другой. Ты понимаешь, что я имею в виду. Ты была для меня чистой… А через два года я и парой слов не успел с тобой перемолвиться. Ты все время краснела, тушевалась. А потом этот внезапный поцелуй, за которым последовала вся эта неразбериха… Что я должен был о тебе подумать? – вопросительно развел руками Александрос.

– Конечно же, все самое худшее. Как я тебя понимаю, – съязвила Келли.

– И это все, что ты можешь мне сказать? – удивился Александрос.

– Я многое могу сказать. Только больше не хочу говорить, – парировала Келли. – Потому что, когда у меня было желание все рассказать, ты не слушал.

– Мне надоело наблюдать, как вы изводите самих себя и морочите друг другу головы, – произнесла Tea, появившись в дверях столовой. – И перестань наконец покрывать эту мерзавку Элейни, – сказала она и снова удалилась.

– Элейни? – брови Александроса поползли вверх.

– Я и Tea считаем, что авантюра с фотографией и статьей – дело рук Элейни, – неохотно призналась Келли.

– Черт возьми! – схватился за голову Александрос. – А я-то идиот! Совершенно не связал два эти события!

– О каких событиях ты ведешь речь? – насторожилась Келли.

– Представь, я даже забыл об этом, а ведь за два дня до той злополучной вечеринки я столкнулся с твоей кузиной в афинском ночном клубе. Она была при полном параде, разукрашенная как на маскарад. Вешалась мне на шею, лезла с поцелуями. Я подумал, это из-за того, что она в подпитии. Твоя кузина болтала всякую ерунду, но уже тогда откуда-то знала, что я помолвлен с Пией. Понятия не имею, как, поскольку наши семьи договорились до момента официальной помолвки держать это в секрете. В конце концов, Элейни потеряла чувство меры, и служащие клуба попросили ее покинуть заведение… Ну а через два дня случилось то, что случилось. Я, видимо, был настолько ослеплен и оглуплен злостью, что сумел сделать только один вывод. Огульно решил, что все девицы из семейки Демаршис безнадежно испорчены… Безусловно, Элейни наняли, чтобы воспрепятствовать слиянию двух крупных корпораций, и она выполнила задание.

– Мне очень жаль, Александрос, – произнесла Келли. – Если бы она не знала о моих чувствах к тебе, ей бы это не удалось.

– Да, тогда бы мне ничего не помешало жениться на Пие, – усмехнулся Александрос.

Зазвонил телефон, и Келли вздрогнула от неожиданности. После разговора с женой Александрос срочно уехал в Афины, а Tea отдыхала в своей комнате. Девушка ответила на звонок.

– Нет. Его сейчас нет дома. Он уехал в Афины.

– Я звонил ему на мобильный, но номер заблокирован. У меня для Александроса важное сообщение.

– Я его жена. Вы можете сказать мне. Я обязательно передам ему, когда он перезвонит.

– Вы Келли Демаршис?

– Верно.

– Так это сообщение касается в первую очередь вас.

– Очень интересно.

– Относительно развода… Александрос хотел бы оформить его по возможности быстро и просто. Он заверил меня, что с вашей стороны не возникнет возражений.

– Простите, а с кем я разговариваю?

– Я адвокат Александроса Короса. Он уполномочил меня заняться вашим разводом… Простите. Я понимаю, что не стоит подобные вещи обсуждать на бегу. Мисс Демаршис, вы получите все документы на следующей неделе. Тогда мы сможем пообщаться более… предметно. Просто передайте Александросу, чтобы он как можно скорее связался со своим адвокатом. Благодарю, удачного вам дня.