Текст книги "Железная принцесса"
Автор книги: Джули Кагава
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
– Это я просил тебя позвать.
Из-за хижины вышла темная фигура. Это была чудовищная лошадь в закопченных доспехах. Глаза ее полыхали багровым огнем, из щелей на брюхе вырывалось пламя, а из ноздрей шел дым. Лошадь развернулась ко мне, громадная и до дрожи знакомая.
Железный конь!
10
ПРАВДА И ЛОЖЬ
Пак выхватил кинжал и загородил меня собой.
– Стой! – взревел конь, – Я пришел не сражаться, Плутишка Робин. Спрячь оружие и выслушай меня.
– В другой раз, жестянка, – усмехнулся Пак.
Мы начали отступать к границе селения.
– У меня есть предложение получше. Ты подожди тут, пока мы позовем Оберона, а он тебя на шестеренки разнесет и закопает подальше друг от друга, чтобы никто собрать не мог.
От страха сердце стучало как бешеное. Я вдруг разозлилась. Железный конь служил Машине. По приказу своего властелина он захватил меня в плен. Мы убегали от него дважды. Один раз – в Тир-на-Ног, другой – в Железном королевстве, однако у коня была дурная привычка появляться внезапно и в самых неподходящих местах. Встретить его здесь я совершенно не ожидала.
– Черт возьми. Грим!
Я в гневе поглядела на кота, не переставая пятиться. Тот невозмутимо моргнул.
– Ты нас предал! Это подло! Даже для тебя.
Грималкин вздохнул и с упреком посмотрел на коня.
– Ты обещал, что не выйдешь, пока я все не объясню. – Кот сердито махнул хвостом, – Предупреждал ведь, что они испугаются.
Железный конь топнул копытом, и в воздух взлетели комья грязи.
– Времени нет, – прогрохотал он, тряхнув головой. – Мы не можем больше медлить. Меган Чейз, я должен сказать тебе нечто важное. Ты выслушаешь меня?
Я заколебалась. Что-то здесь не так, иначе мы бы давно уже бились не на жизнь, а на смерть. Раньше конь вежливостью не отличался. Да и Грималкин наблюдал за нами с бревна совершенно спокойно. Любопытство взяло верх. Я тронула Пака за руку, чтобы он остановился.
– Надо с ним поговорить, – шепнула я, не обращая внимания на его хмурый взгляд, – Конь ведь не просто так пришел. Может, он что-то знает о скипетре? Не спускай с него глаз, ладно?
Пак возмущенно посмотрел на меня и наконец пожал плечами.
– Ладно, принцесса. Но пусть только шевельнется! Сразу повиснет кверху копытами на дереве. И глазом моргнуть не успеет.
Я сжала его плечо, отпустила и шагнула вперед.
– Что тебе нужно?
Железный конь возвышался надо мной, выдыхая клубы пара. Я и забыла, какой он большой. Не просто высокий, а громадный, могучий. Он со скрипом переступил с ноги на ногу, и металлические пластины заклацали друг о друга. Я на всякий случай попятилась. Может, он и не собирался нападать, только вот я ни капельки ему не доверяла, а кроме того, помнила, что он едва не убил Ясеня.
Железный конь опустил голову, чуть ли не кланяясь мне.
– Благодарю, Меган Чейз. Я позвал тебя, потому что у нас общая беда. Ты ищешь Скипетр года. Эти сведения верны?
Я скрестила руки.
– Что тебе о нем известно?
– Я знаю, где он, – Железный конь взмахнул хвостом из стальных проводов, и они зазвенели, – Я могу помочь вам его вернуть.
Пак рассмеялся.
– Конечно можешь.
Железный конь захрапел и насторожил уши.
– Нам только нужно пойти за тобой, как доверчивым щенятам, и угодить прямиком в ловушку. Извини, жестянка, мы не столь наивны.
Железный конь фыркнул, выпустив из ноздрей струю пламени.
– Не насмехайся надо мной, Плут. Я говорю искренне и не собираюсь тебя обманывать.
– Вранье, – сказала я, скрестив руки на груди.
Железный конь недоуменно моргнул.
– Терциус и шайка мерзких проволочников стащили скипетр и убили Береста, зная, что Маб обвинит во всем Оберона. Это подстроил Железный король, чтобы Зимний и Летний дворы начали войну. А потом он перебьет всех фейри до единого. С чего тебе нам помогать?
– С того. – Конь топнул копытом, – Новый король – не настоящий.
Теперь пришла моя очередь удивляться.
– Не настоящий? Как это?
Железный фейри презрительно мотнул головой.
– А так. Тот, кто сидит на троне, – самозванец. Я не хочу ему служить.
Он махнул хвостом и гордо поднял голову.
– Я отличаюсь от рыцарей Железного братства. Они верны любому, кто занимает трон. Их такими создали. Чувство долга заставляет их повиноваться, но я знаю правду и не буду служить обманщику.
Я посмотрела на Пака.
– А ты что думаешь?
– Я? – Он усмехнулся и скрестил руки, – Думаю, что всех железных фейри надо переплавить на металлолом. Я бы не пошел за нашим ржавым другом даже под страхом смерти.
– Этого я и ожидал, – промурлыкал Грималкин у моих ног.
Я и не заметила, как он подошел.
– Предрассудки не дают вам увидеть правду.
– В самом деле? – Я с негодованием посмотрела на кота. – А почему бы тебе не рассказать, что происходит?
Грималкин зевнул.
– Разве это не очевидно? Когда ты убила Машину, железные фейри остались без короля. Им нужен был правитель на троне. К ним пришел самозванец, но приняли его не все, и стан железных фейри раскололся на два лагеря. Одни перешли на сторону фальшивого короля, другие хотят его свергнуть. Железный конь принадлежит к последним. Правильно я говорю?
– Да, это верная информация.
– Заполучив скипетр, самозванец обретет большую силу, – продолжал кот, не сводя с меня золотистых глаз. – Если мы хотим его одолеть, лучше поторопиться. Железный конь знает, где его искать. С вашей стороны будет глупостью не прислушаться к его словам.
– А что, если он врет?
Железный конь вскинул голову и негодующе пыхнул огнем.
– Я не вру! – прогремел он.
Меня обдало жаром, и я попятилась.
– Думайте что хотите, но я – фейри, а фейри не умеют лгать.
Я захлопала ресницами и повернулась к Робину. Такого я еще никогда не слышала, разве что где-то в сказках.
– Это правда?
– Да, принцесса. – Он кивнул и сурово поглядел на Железного коня. – Хотя приравнивать к нам жестянку – это слишком.
– Но ты... ты же все время обманывал меня, когда был Робби Плутски. Вся твоя жизнь была сплошным враньем.
Грималкин усмехнулся.
– Он не может лгать, но это еще не значит, что ему нельзя обманывать, человек. Плутишка Робин – большой специалист по всяким уловкам.
– Ой-ой-ой! Кто бы говорил. Если ты – не мастер водить людей за нос, я собственную голову съем.
Конь фыркнул и тряхнул гривой.
– Хватит! На споры нет времени. Меган Чейз, принимаешь ты мою помощь или нет?
Я посмотрела ему в глаза. На меня глядела ничего не выражающая железная маска.
– Ты пришел нам помочь? Правда хочешь вернуть скипетр и остановить войну?
– Да.
– И не заманишь нас ни в какую ловушку?
– Нет.
Я набрала в грудь воздуха, выдохнула.
– Что-то мне больше никакие вопросы в голову не приходят.
– А у меня есть один. И немаловажный, – добавил Пак. – Где же все-таки скипетр, жестянка?
Железный конь фыркнул на него паром.
– Не собираюсь перед тобой отчитываться, древний фейри. Договор я заключил с девочкой.
– Вот как? – Пак недобро улыбнулся, – А что, если я разберу тебя на части и переделаю в тостер? Что ты на это скажешь, гора металлолома?
– Только попробуй.
– А ну перестаньте!
Не хватало еще их разнимать, как Робина с Ясенем.
– Надоел этот мальчишеский выпендреж! Конь, если уж мы решили вернуть скипетр, нам надо знать, где он. Мы не можем идти за тобой вслепую.
Он покивал.
– Конечно, Меган Чейз.
Железный фейри согласился как-то подозрительно быстро.
– Скипетр года сейчас в мире смертных. Его спрятали в месте под названием Кремниевая долина.
– Кремниевая долина? Это в Калифорнии.
– Да.
– Но почему там?
– Это родина государя Машины, – с горечью сказал конь, – А еще там родились многие его полководцы. Например, Вирус и Глюк. Это земля железных фейри, и древние... – он покосился на Пака, – никогда не заходят туда. Лучшее место для скипетра.
– Точно, – согласилась я.
Правда, в Кремниевой долине было полно городов.
– Искать там скипетр – все равно что иголку в стоге сена. Нет, даже не в одном стоге, а на целом поле со стогами.
– Я найду его, – Железный конь вскинул голову и поглядел на нас сверху вниз. – Обещаю. Хочешь, поклянусь как положено? Меган Чейз, я, Железный конь, последний полководец короля Машины, отведу тебя к Скипетру года и буду защищать, пока он не окажется в твоих руках. Клянусь честью и долгом перед истинным повелителем Железного двора.
Я затаила дыхание. Удивился даже Пак. Если фейри давал такой обет, он не мог его нарушить. Выходит, Железный конь не шутит. Я глазела на него открыв рот. Пак схватил меня за руку и развернул к себе.
– А как же Оберон? Он один может снять с тебя заклятие. Если мы пойдем гулять по Калифорнии, ты так и останешься без своей магии и защитить себя не сможешь.
– Сейчас не время об этом думать. – Я дернула плечом и стряхнула его руку. – Скипетр важнее. А кроме того, разве это не твоя задача – защищать меня? – Я улыбнулась и посмотрела на железного фейри. – Договорились, конь. Веди нас за скипетром.
– Наконец-то, – Грималкин встал и потянулся, загнув на спину хвост-ершик, – Думаешь ты еще медленнее, чем ходишь. Надеюсь, это не войдет у тебя в привычку.
– Погоди. А ты тоже с нами? Но почему?
– Мне скучно. – Грималкин лениво помахал хвостом, – С вами веселее. Конечно, если забыть о том, какие вы тормоза. К тому же у меня с железным фейри общие планы.
– Планы? – Я подождала, но кот ничего больше не сказал, – Какие же?
Грим фыркнул и прикрыл глаза.
– Не твое дело, человек. Но если ты хочешь побыстрее вернуть скипетр, мои советы тебе пригодятся. Думаю, самый короткий путь в Кремниевую долину – через Дебри.
Пак вытаращил глаза.
– Ежевичные дебри? Да ты с ума сошел, кот. А почему бы нам не выбрать другую тропу? Не такую... э-э... гиблую? Нам ведь и возвращаться по ней же. Могли бы пойти Морозными лугами. Эта тропа выведет нас к Сан-Франциско, а там автостопом доберемся.
Грималкин покачал головой.
– В Кремниевую долину идти надо через Дебри. Не переживайте, со мной не заблудитесь. А тропой Морозных лугов пользоваться нельзя. Она пролегает слишком близко от Тир-на-Ног.
– И что?
Железный конь фыркнул.
– На Морозных лугах идет битва. Плут Робин.
У меня в груди все похолодело.
– Темные фейри уже прошлись по чаще, уничтожая все на своем нуги, а теперь наступают на Летнее королевство. Между нами и тропой стоит огромная армия Зимней королевы. Назад повернуть нельзя, Кайт Ши прав.
– Конечно же прав, – подтвердил Грималкин, – В Дебри!
Он поднял хвост трубой и гордо потрусил вперед, уверенный в победе.
– Ничего не понимаю, – сказала я, – Какие такие Дебри? Грималкин, погоди!
Кот обернулся. В сумерках его было почти не видно, лишь круглые глаза висели в воздухе.
– Мне болтать некогда, человек. Хочешь узнать ответ, спроси у своего Пака. Может, он подсластит пилюлю, а я не умею.
Махнув хвостом, он побежал в лес.
Я взглянула на Пака. Тот наморщил нос и невесело улыбнулся.
– Ладно. Дебри так Дебри. Секундочку, принцесса. Эй, жестянка!
Он помахал коню, и тот навострил уши.
– Ступай впереди нас. Лучше не выпускать из виду твою жирную задницу.
Конь с негодованием поглядел на него, тряхнул гривой и пошел за Грималкиным, чья тень уже еле виднелась далеко впереди. За железным фейри тянулся след разрушений и гибели: скрюченные, высохшие ветки деревьев, жухлая трава и заплатки выжженной земли. Робин покачал головой, ругнулся вполголоса и повел меня в глубь чащи.
11
ЕЖЕВИЧНЫЕ ДЕБРИ
Мы всю ночь пробирались по лесу, а тот становился все гуще и непролазнее. Под конец я решила, что ответов на свои вопросы мне лучше и не знать.
– Ежевичные дебри, они же Колючки, или Тернистый путь, – это лабиринт, – начал Пак, внимательно следя за конем, – Никто не знает, насколько он велик, но он просто огромный. Некоторые даже считают, что он вдет вокруг всей Волшебной страны. Говорят, куда бы ты ни пошел из чаши, обязательно упрешься в Колючки. Встретить их можно почти везде, от Великого бора и Ядовитых болот до королевских владений в Тир-на - Ho г и Аркадии.
– Заросли!
Я вспомнила ежевичный туннель возле дворца Оберона и путь, которым Грималкин вывел меня из Волшебной страны. Тогда колючая стена расступилась перед котом, открывая хитросплетение туннелей, проложенных в кустарнике, и я шла за ним, пока не очутилась в мире смертных.
Плут кивнул.
– Да, так его тоже называют. Правда, Заросли – это такие прирученные Дебри. В Аркадии они вполне себе послушные и приводят туда, куда тебе надо. А тут, в Диком лесу, они намного злее.
– Ты так говоришь, будто они живые.
Пак поглядел на меня как на ненормальную.
– Конечно живые, принцесса, – предупредил он, понизив голос. – Пусть и не так, как мы себе это представляем, но их надо остерегаться. Их невозможно понять или покорить. Даже Оберону или Маб это не под силу. К тому же Дебри всегда голодные. Войти в них просто, а вот чтобы выйти, надо постараться. Да и твари, которые там живут, тоже все время жрать хотят.
По спине у меня побежали мурашки.
– А почему мы выбрали этот путь?
– Потому что там больше троп, чем во всем Небывалом. В Дебрях спрятано множество дверей, одни постоянно меняют место, другие появляются только в определенное время и при особых условиях. Говорят, что из Дебрей ходы ведут к любой двери мира смертных. От какого-нибудь ночного клуба в Лос-Анджелесе до шкафа в детской спальне. Если знать, куда идти, легко вернешься домой, – Робин улыбнулся и покачал головой, – Только до двери еще добраться нужно.
В кронах зашумел дождь. Его холодная серая пелена все лишила цвета. Даже огненно-рыжая шевелюра Пака стала унылой и тусклой. Когда он проводил рукой по волосам, в них появлялись яркие дорожки, но вода тут же снова пропитывала их, делая бесцветными. Грималкина было почти не разглядеть, даже глаза не светились в сумраке.
И вот перед нами встала огромная стена черных колючек. Кое-где она была выше моего роста Шипы двигались, как иглы морского ежа. Ветки-загогулины поскрипывали. От зарослей так и веяло зловещей угрозой.
Несмотря на жар, шедший от коня, я задрожала. От железного фейри валил пар, капли падали на металлический панцирь и с шипением испарялись. Конь вытянул шею и поглядел на колючки. Под дождем он дымился, как небольшой гейзер.
– Как же нам теперь быть? – спросила я.
И вдруг стена зашевелилась. Ветки со скрежетом и стоном разошлись, открывая коридор, утыканный шипами. У входа клубился туман, а дальше лежала густая тень.
Пак скрестил на груди руки.
– Кажется, нас тут ждали.
Он поглядел на Грималкина, который призраком виднелся за серой пеленой. Тот преспокойно вылизывал лапки.
– А ты уверен, что сможешь нас оттуда вывести, кот?
Грималкин еще разок-другой лизнул шерсть и встряхнулся. Во все стороны полетели брызги. Кот потянулся, зевнул и потрусил вперед, не оглядываясь.
– Идите за мной и увидите.
С этими словами Грималкин исчез в туннеле.
Робин закатил глаза, а потом улыбнулся мне.
– Вперед, принцесса! Тут лучше держаться кучкой, – Он крепко стиснул мою ладонь, – Пошли. А жестянка пусть замыкает шествие. Если на нас кто-то сзади нападет, по крайней мере, не потеряем ничего важного.
Конь с негодованием фыркнул, обдав мне спину жаром. Мы вошли в коридор, и вокруг, словно пальцы, сомкнулись тени. Я прильнула к Плуту. Туннель был полон жизни – всюду что-то ползало, поскрипывало, извивалось, шипело. До нас долетали странные голоса, шепотки, бормотание. Стоило отойти подальше от входа, как стена с тихим шелестом срослась. Путь назад был отрезан.
– Сюда! – позвал Грималкин издалека, – Не отставайте.
Колючий туннель становился все уже . Пак не выпускал мою руку, но нам пришлось идти гуськом, чтобы не пораниться. Несколько раз мне показалось, что шипы и ползучие стебли сами тянутся ко мне, хотят оцарапать кожу или вцепиться в одежду. Я поглядела на Железного коня, проверяя, как он там, но колючки, как и все прочие растения Небывалого, ненавидели железо и втягивались, когда фейри проходил мимо.
Наконец туннель вывел нас на маленькую поляну, откуда во все стороны разбегались извилистые тропинки и коридоры. Вверху, закрывая свет, раскинулся полог из переплетенных ветвей, такой плотный, что сквозь него не проглядывало ни клочка неба. Тут и там в темноте белели кости. Из путаницы колючек на меня скалился череп. В его пустых глазницах кишели черви. Я вздрогнула и прижалась к плечу Робина.
– Где же Грим?
– Тут, – сказал кот, возникая из ниоткуда.
Запрыгнув на большой череп, Грималкин по очереди оглядел нас.
– Мы уходим в самую глубину Дебрей, – спокойно промурлыкал он, – Я бы рассказал, что там может встретиться, но вам, наверное, лучше не знать. Постарайтесь не разговаривать. Держитесь рядом, никуда не сворачивайте и не вздумайте шагнуть в какую-нибудь дверь. Многие из них ведут лишь в одну сторону, и вернуться будет нельзя. Готовы?
Я подняла руку.
– А откуда ты знаешь дорогу?
Грималкин прикрыл глаза.
– Я кот, – ответил он и растаял в одном из туннелей.
Однажды, когда мне было двенадцать, накануне Хеллоуина мы с классом поехали за город, в «лабиринт с привидениями», устроенный на кукурузном поле. В автобусе мальчишки хвастались, что первыми найдут дорогу, девчонки хихикали, а я пообещала сама себе, что буду не хуже других. Помню, как бродила одна по кукурузным коридорам, отыскивая путь к центру и обратно, как захватывало дух от страха и восторга. А еще помню, как сердце ушло в пятки, когда я поняла, что заблудилась и помощи ждать неоткуда.
Сейчас я чувствовала себя в тысячу раз хуже.
Дебри ни на минуту не замирали. Краем глаза я видела, как они шевелятся, протягивают ко мне ветки. Иногда можно было услышать, как они зовут меня шепотом. Где-то в темной глубине потрескивало, хрустело. Через колючие заросли что-то пробиралось. Я не успевала разглядеть, что именно. Замечала только, что внизу, под кустами, шныряют какие-то тени. Мне было не просто страшно. Жутко.
А лабиринт все не кончался. Дебри покачивались, скрипели, тянули к нам кривые шипы. Всюду начали появляться проемы, арки, двери. Одна угрожающе повисла прямо у нас над головами, на ветке. На выцветшей красной поверхности поблескивал в сумраке старый номер с цифрами 216. У обочины стояла грязная туалетная кабинка, вся в трещинах и хлопьях облупившейся зеленой краски. Растения так оплели ее, что открыть дверь ни за что не получилось бы. Потом мы увидели шкаф. Через дорогу скользнула тощая черная тень и скрылась в нем. Я успела разглядеть внутри уголок детской спальни и колыбельку, залитую лунным светом. Дверь захлопнулась, шипастые плети обвили ее и утащили в глубь зарослей.
Кот не оборачивался и уверенно вел нас мимо ворот, дверей и всевозможных штуковин, торчавших из переплетения колючек. На глаза мне попадались то зеркало, то кукла или пустая сумка из тех, в которые складывают клюшки для гольфа. На тропе валялись кости, а иногда и целые скелеты. Из теней за нами следили загадочные существа. Их было почти не видно, только глаза светились в темноте. В зарослях прятались черные птицы с человеческими головами. Они безмолвно провожали нас взглядами, будто хищные грифы. Однажды вслед за котом мы юркнули в боковой коридор, и Грималкин зашипел, приказав нам стоять тихо. Не прошло и нескольких секунд, как прямо над нашими головами прополз по веткам громадный паучище размером с автомобиль. Я до крови закусила губу. Паук вдруг остановился, будто почуял жертву, и стал ждать малейшего шороха. Брюхо у него было огромное, блестящее, покрытое красными пятнами.
Все оцепенели, затаив дыхание.
Мы стояли, скорчившись в три погибели. Кровь оглушительно стучала в ушах, мускулы сводило судорогой. Паук тоже замер и терпеливо ждал, пока добыче не надоест прятаться, пока она не решит высунуть нос из укрытия и сделать первое движение, которое станет последним. Вдруг в кустах что-то зашуршало, и огромный паук метнулся прочь с удивительной быстротой. Тишину пронзил визг несчастной жертвы, и снова воцарилось безмолвие.
Мы сидели, не смея пальцем шевельнуть. Наконец Грималкин прополз вперед и осторожно высунул голову из туннеля.
– Подождите. Я разведаю, что там.
Он растворился в тенях, как призрак. Я мешком осела на землю и затряслась, часто дыша. Гоблины, привидения, злобные хищные лошади, что угодно, но гигантский жуткий паук? Это было уже слишком!
Пак наклонился и положил руку мне на плечо.
– Все нормально, принцесса?
Я покивала и уже хотела съязвить по поводу насекомых-вредителей, как вдруг ветки задрожали.
Я зажмурилась и прильнула к Робину. Секунду ничего не происходило, и вдруг длиннющая колючка дрогнула, из нее выстрелили, разворачиваясь, острые черные крылья, и перед нами в воздухе повисла крошечная фейри: Ее глазки злобно сверкали, тощее тельце покрывал блестящий панцирь, из плеч и локтей росли острые колючки. В лапке фея сжимала копье с наконечником из шипа. Мы переглянулись, а феечка оскалила острые, как иголки, зубы и ринулась прямо мне в лицо.
Я отпрянула, махая руками, задела Пака, и мы оба рухнули на спину. Фея ловко уворачивалась и носилась вокруг, жужжа, как оса. На мгновение она зависла, будто злобная колибри, и с хриплым писком снова бросилась в атаку.
Вдруг прямо у меня перед носом полыхнуло пламя. Лицо опалило жаром, так что на глаза слезы навернулись, и феечка растаяла в огне. Ее обугленное, скорченное тельце камнем упало на землю, нежные крылышки съежились. Фея дернулась, будто насекомое, и застыла.
Железный конь тряхнул гривой и довольно фыркнул, выпустив из ноздрей дым. Пак поморщился, встал и протянул мне руку.
– Знаешь, местные паразиты меня уже достали, – пробормотал он, – В следующий раз напомни захватить с собой спрей от комаров.
– Совсем не обязательно было сжигать такую малышку, – сказала я коню, отряхивая штаны.
– Она на тебя напала, – в замешательстве ответил тот, – У нее были явно враждебные намерения. А мой долг – защищать тебя, пока не добудем скипетр. Я дал клятву.
– Да, но тебе незачем палить из огнемета по мухам.
– Человек! – К нам, прижав уши, подбежал Грималкин. – От тебя слишком много шума. Точнее, от вас троих. Надо убираться отсюда.
Кот огляделся, и шерсть у него на загривке встала дыбом.
– Боюсь, уже слишком поздно.
– Конь сжег маленькую феечку... – начала я, но Грим зашипел.
– Глупая девчонка! Думаешь, она тут одна? Посмотри кругом.
Я чуть в обморок не грохнулась. Шипы ожили. Их были целые сотни, тысячи, и все превращались в маленьких зубастых фей. Воздух наполнился гулом, в кустарнике засверкали мириады черных глазок.
Жужжание стало громче и злее.
– Ой, кажется, у нас беда, – пробормотан Пак. – Как жаль что у меня нет средства от насекомых!
– Бежим! – выплюнул Грималкин, и мы побежали.
Рой феечек гнался за нами, воздух дрожал от гудения их крыльев, а тоненькие голоса звенели в ушах. Феи вцепились в меня, начали жалить, и я как бешеная замахала руками, пытаясь их стряхнуть. Пак рычал что-то нечленораздельное, отбиваясь кинжалами, а Железный конь ревом изрыгал пламя. Обгорелые и разрубленные фейри падали на землю, но на их место слетались десятки новых. Грималкин, конечно, исчез. Мы сломя голову неслись по туннелю, сквозь тучи разъяренных феечек-убийц, и даже не понимали, куда бежим.
Я свернула за угол и, не успев затормозить, со всего маху налетела на кого-то. Мы оба шлепнулись на землю.
– Какого черта! – взвизгнул неизвестный.
Отмахиваясь от фей, я увидела невысокую девочку, азиатку, года на два помладше меня. Волосы у нее выглядели так, как будто их обрезали с помощью мачете. Старый, растянутый свитер был ей слишком велик. Я растерялась, не понимая, откуда тут мог взяться еще один человек, но потом заметила, что у незнакомки острые мохнатые уши.
Мы обе сидели и хлопали глазами, пока меня не ужалила очередная феечка-оса. Отбиваясь, я вскочила, а фейри налетели на странную девчонку. Та закричала и попятилась, размахивая руками.
– Что это? – прошипела она.
Нас догнал Пак, аза ним, изрыгая пламя, несся Железный конь.
– Вы кто такие? Ой, ну вас! Бежим!
Девочка обернулась и крикнула:
– Нельсон, скорее!
Не успела я задуматься, кто такой Нельсон, как на нас, будто паровоз, налетел грузный мальчишка. Он каким-то чудом не задел Пака и Железного коня и потопал за девочкой. Я заметила только плечи, как у гориллы, грязные светлые волосы и кожу, зеленую, точно болотная вода. Прижимая к груди рюкзак, словно мяч, мальчишка без оглядки помчался дальше.
– Кто это был? – спросила я, отмахиваясь и перекрикивая жужжание роя.
– Потом выясним! – Робин прихлопнул феечку у себя на шее. – Ай! Проклятье, надо валить отсюда! Скорее!
Мы побежали, но тут воздух сотряс чей-то рык. Феи замерли. Рев загремел снова, глубокий, неистовый. Стена из колючек задрожала. Кто-то пробирался к нам, с треском ломая ветки. Сотни обитателей лабиринта бросились наутек.
Феи с испуганным жужжанием разлетелись кто куда, попрятались в зарослях, протискиваясь в щелочки между шипами. Не прошло и секунды, как целый рой исчез без следа. Сквозь ветки я увидела, что кто-то движется по тропинке, сминая кусты, будто их там и не было. Кто-то черный, чешуйчатый и огромный, намного больше гигантского паука.
Неужели это...
– Во-о-о-р-р-ры! – пророкотал разъяренный голос.
Из колючей стены вырвался огромный язык пламени.
Ветки вспыхнули, на нас пахнуло жаром. Железный конь заржал и встал на дыбы. Пак чертыхнулся, схватил меня за руку и потянул обратно.
Мы бросились за странной девчонкой и ее широкоплечим другом, а раскаленный воздух жег нам спины.
– Воры! – рычал жуткий голос, не отставая. – Я чувствую ваш запах! Слышу, как вы пыхтите и как стучат ваши сердца! Верните украденное!
Железный конь скакал за нами и кричал, что прикроет меня от огня.
– Отлично, – выдохнул Пак. – Просто великолепно. Я ненавижу пауков. Ненавижу ос. Но знаешь, кого я ненавижу больше всех?
Позади снова раздался рык, и пламя опалило колючки у нас над головами. Я сморщилась, пробегая под дождем из угольков и горящих веток.
—Драконов?
– Напомни мне прибить Грималкина, когда встретим его в следующий раз.
Туннель все сужался, пока не стал тесным и низким коридорчиком, уводящим во тьму. Пригнувшись, мы заглянули туда. В конце виднелась дверь, и, кажется, она только что захлопнулась.
– Там есть выход!
Я посмотрела на Пака, и тот нетерпеливо кивнул.
– Ну и чего ты ждешь? Вперед!
– А конь?
– Протиснется.
Он подтолкнул меня, но я уперлась.
– Давай, принцесса! Если Огнежар на нас чихнет, мало не покажется!
– Я коня не брошу!
– Не волнуйся, принцесса.
Я не поверила своим глазам. На месте железного фейри стоял человек. Темнокожий, мощный, с квадратной челюстью и кулаками размером с бочонок. На нем были джинсы и черная футболка. Кожа туго обтягивало бугры мускулов и стальные нити сухожилий. Дреды у него на голове напоминали гриву, а глаза по-прежнему светились багровым огнем.
– У меня тоже есть парочка трюков в запасе, – В голосе коня прозвучала чуть заметная усмешка, – Идите, а я за вами.
Раздался страшный треск, и над стеной лабиринта поднялась голова дракона на длинной гибкой шее. Чудовище оказалось больше, чем я думала. Его вытянутую зубастую морду покрывала переливчатая черно-зеленая чешуя, между изогнутыми желтоватыми рогами, как в рамке, виднелось небо. Миндалевидные глаза цвета красного золота оглядывали лабиринт. В них светились ум и хитрость.
– Я вижу вас, воришки!
Робин толкнул меня, и я упала в нору, ободрав руки и колени. В тело впились шипы. Проклиная все на свете, я подняла голову. Из темноты на меня смотрела пара знакомых золотистых глаз.
– Скорее, человек! – прошипел Грималкин и рванул вперед.
Проход стал еще уже, шипы обдирали мне спину, цепляли за одежду и волосы. Я пробиралась вслед за котом, точно краб. Сзади пыхтели Робин и Железный конь. Я кожей чувствовала драконий взгляд. В рукав вцепилась колючка. Проклятье! Мы ползем слишком медленно! Впереди виднелась красная дверь, надежда на спасение. Такая далекая! Грималкин подбежал к ней, но вдруг резко остановился, прижал уши и зашипел.
– Зверобой!
Н а двери желтел сухой пучок цветов, похожих на крошечные солнышки.
– Фейри не могут сюда войти. Скорее сними его!
– Горите, подлые воришки!
В коридор ворвался огонь, настоящий ураган жара и ярости. Я отшвырнула зверобой и влетела в дверь, а следом ввалились Пак и Железный конь. Пламя скользнуло у меня над головой, опалив спину. Я распласталась на холодном цементном полу, жадно хватая ртом воздух. Дверь захлопнулась, и вокруг стало темно.
