Текст книги "Мужчина моей мечты (Мужчина моих грез)"

Автор книги: Джоанна Линдсей

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Глава 17

– Я все жду, когда ты скажешь: «Я же тебя предупреждала!» Они приближались к дому; карета Робертсов, мерно покачиваясь, медленно двигалась по дороге. Какое-то время подруги ехали молча, пока сидевшая напротив них миссис Роберте не задремала.

Тиффани и сама чуть было не заснула; мягкий, но настойчивый голос Меган заставил ее встрепенуться.

– Мне казалось, что ты уже перестала об этом думать, – шепотом ответила она.

Перестала? Все это время Меган мучительно переживала из-за колоссальной глупости, которую совершила. Просто рассказывая подруге о своей унизительной встрече с герцогом, девушка сумела скрыть обуревавшие ее чувства.

– Ну скажи, скажи, что я полная идиотка. Я это вполне заслуживаю, – покаянным тоном произнесла Меган.

– Вовсе нет, – ласково ответила Тиффани. – И я отнюдь не собираюсь осуждать твои поступки и тем более издеваться над тобой. Поверь, мне очень хотелось, чтобы ваша встреча с Сент-Джеймсом оказалась такой, как ты мечтала. Поэтому я не меньше тебя расстроена тем, что он обманул наши ожидания! Правда, я предполагала, что ты можешь разочароваться в герцоге, познакомившись с ним, но то, что произошло…

– Я уже не расстраиваюсь, – заверила Меган подругу. – Я только очень зла на себя за то, что возлагала такие большие надежды на человека, которого совершенно не знала. Ты столько раз меня предупреждала! Как же гадко все это было! До сих пор не могу поверить… Но еще больше я зла на него. Разве высокий титул дает человеку право быть мерзавцем? Наоборот, он требует чистоты и порядочности.

– Разумеется! Но герцог позорит свой титул аморальным и гнусным поведением. Кстати, подобные случаи – не редкость.

– Тогда против них надо издать соответствующий закон, – проворчала Меган.

Тиффани ничего не ответила; минуту спустя она от души рассмеялась. Меган вторила ей.

– Надо же было ляпнуть такую глупость! – проговорила она сквозь смех.

– Это уж точно! Хотя я, как ни странно, абсолютно согласна с твоим предложением.

– Не смеши меня, а то я разбужу твою маму. Тиффани вновь сделалась серьезной.

– К сожалению, большая власть и богатство действительно очень часто портят людей, а у Сент-Джеймса и того, и другого в избытке. Возможно, разорившись, он обладал бы большим благородством и носил свой титул с честью.

– У меня и так нет никаких надежд на богатство, а в этом случае их не осталось бы вовсе. Тиффани вздохнула.

– Что жалеть о прошлогоднем снеге!.. Лучше скажи – готова ли ты стать более благоразумной и впредь поступать так, как это обычно положено?

– Ты имеешь в виду, что сначала я должна узнать человека и уже потом…

– Конечно. И, что не менее важно, полюбить его, если ты сочтешь, что он этого заслуживает, и если твое сердце стремится к нему.

– Я с тобой абсолютно согласна, – сказала Меган и вздохнула:

– Но при этом нет никаких гарантий, что у него будет высокий титул.

Тиффани не удивил ответ Меган: та иногда бывала крайне упрямой и просто одержимой какой-нибудь своей идеей.

– Выходит, тебя по-прежнему привлекает в первую очередь титул?

Меган удрученно пожала плечами.

– И да, и нет. Конечно, мне очень хочется поймать за шлейф леди Удачу и тем самым утереть нос леди Офелии. Но для этого мне нужен супруг с высоким титулом. Только теперь я вряд ли могу рассчитывать, что сумею его найти.

Тиффани укоризненно поцокала языком.

– Ты говоришь так, словно сдаешься еще до начала игры.

– Просто с некоторых пор я стала трезво смотреть на вещи.

– Трезво? Это ты называешь трезво? Очевидно, ты забыла, что, по сути дела, добилась того, о чем мечтала! Меган нахмурилась.

– Что ты имеешь в виду, Тиффи?

– Первая часть твоего плана состояла в том, чтобы заставить герцога Ротстона проявить к тебе любовный интерес. Ты этого добилась? Добилась. И не твоя вина, что он оказался распутником с аморальными наклонностями. Как бы там ни было, Мег, но тебе удалось привлечь к себе его внимание, притом весьма настойчивое, пусть и определенного сорта.

– Что верно, то верно.

– Так что я совсем не волнуюсь по поводу твоего будущего и не разделяю твоих сомнений, – продолжала Тиффани. – В Лондоне у тебя будет тысяча возможностей найти для себя человека по сердцу и с титулом – только выбирай! Однако теперь, я надеюсь, ты станешь вести себя более осмотрительно и сначала все как следует разузнаешь об этом человеке, прежде чем делать на него ставку. Если, конечно, не получится так, что сначала ты влюбишься, уж тогда все остальное решится само собой. Такая возможность тоже существует. И честно говоря, я искренне тебе советую воспользоваться именно ею, если она подвернется.

– Готова последовать твоему совету хоть сейчас. Только не очень-то много на свете таких прекрасных людей, как твой Тайлер.

– Это верно, но не забывай, что я влюбилась в Тайлера, вовсе не зная, какой он замечательный, – влюбилась в тот самый день, когда встретила его в первый раз. Мне просто повезло, что он оказался таким изумительным человеком, но будь у него какие-то серьезные недостатки, я и тогда не перестала бы любить его. Когда сердце делает свой выбор, приходится принимать в избраннике и хорошее, и плохое.

– Твои слова не очень-то вдохновляют, Тиффи. Я все больше убеждаюсь в том, что сначала нужно выбрать для себя мужчину, разузнать о нем хорошенько, а уж потом давать волю чувствам.

– Поступай так, как считаешь нужным. В любом случае и так хорошо, и эдак неплохо: или ты поначалу все об этом человеке узнаешь, чтобы не тратить зря время еще на одного мерзавца, или же сперва влюбишься, а уж потом будешь мириться с какими-то его отрицательными качествами. Согласна?

– Согласна. Только скажи, сколько надо времени, чтобы влюбиться в человека, которого выберешь? Тиффани округлила глаза:

– Это ты у меня спрашиваешь? Откуда же мне знать, Мег? Ведь я-то влюбилась в первую же минуту!

Глава 18

Меган не терпелось поскорее добраться до дома. Когда она наконец приехала, то с некоторым удивлением поймала себя на том, что испытывает гораздо большее желание тотчас же отправиться в конюшню повидать Сэра Эмброуза, нежели броситься в дом и поздороваться с отцом. Меган в самом деле все это время недоставало ее утренних прогулок верхом. Но не до такой же степени! Тем более что отсутствовала она всего четыре дня…

А ведь Меган и раньше случалось уезжать из дома. Вспомнить хотя бы путешествие в Кент за подарком отца к ее двенадцатилетию (ну почему еще тогда она не узнала, какой гадкий человек этот герцог?!), несколько поездок за покупками в окрестные города, где выбор был больше, чем в Тидэйле. Она всегда ездила в сопровождении отца. Может быть, все дело в этом? Но внутренний голос подсказывал Меган совсем иное объяснение.

– Признайся честно – тебе очень хочется увидеть этого конюха!

– Вовсе нет! Это последний человек, кого мне хотелось бы сейчас видеть.

– Так уж и последний?

– Конечно. Не забывай, что он все знает о Сент-Джеймсе и мог предугадать, что произойдет на балу. А я еще так самонадеянно заявила, что собираюсь выйти за герцога замуж! Как я теперь посмотрю Девлину в глаза?

– С присущим тебе очарованием… И самоуверенностью.

– Очень забавно! А если он спросит, как прошла моя встреча с герцогом? Какое там «если» – он обязательно спросит!

– Можно и соврать.

– Но пройдет год, а я так и не выйду замуж за Сент-Джеймса. Что тогда? Ах, как Девлин будет злорадствовать! Да он книгу об этом напишет, если, конечно, сумеет, черт бы его побрал! От Тиффани я бы еще стерпела упреки и даже насмешки, но услышать что-либо подобное от этого типа!.. Я бы его просто пристрелила!

– Но так или иначе, а тебе придется с ним встретиться.

Так что не стоит откладывать.

– А значит, терпеть его издевательства? С каких это пор я стала смиренной овечкой?

– С того времени, как заметила, насколько он хорош собой.

– Это смешно!

Как бы там ни было, но в первую ночь по приезде домой Меган не поддалась своему страстному желанию поскорее увидеть… Сэра Эмброуза. Зато на следующее утро она вскочила с постели, едва рассвело. Не успело солнце подняться над горизонтом, а Меган уже помчалась к конюшне. Она дрожала от нетерпения, в чем, разумеется, ни за что бы не призналась даже самой себе. Каково же было ее удивление и возмущение, когда девушка увидела, что двери конюшни, которые никогда не закрывались на ночь, накрепко заперты.

Несколько минут Меган в полном недоумении стояла у дверей, терзаемая разочарованием, досадой и множеством других непрошеных чувств. Она хотела было постучать, но побоялась поднимать шум, да и что толку, если внутри только лошади!..

Меган уже собралась вернуться в дом и дождаться обычного часа, отведенного для верховых прогулок, но обуревавшее ее нетерпение заставило девушку обогнуть конюшню и подойти к окнам, расположенным сзади. Лишь на одном из них были занавески. В него Меган и постучала, сначала легонько, потом сильнее. Наконец занавески – Меган с улыбкой отметила их ярко-розовый цвет – раздвинулись, и окно со скрипом отворилось.

Увидев обнаженный торс Девлина Джеффриза, Меган возблагодарила небеса за то, что еще недостаточно светло и она не может лицезреть всего остального. Сама Меган стояла на более освещенном месте, так что Девлин без всякого труда мог увидеть, кто нарушил его утренний сон.

– Скверный ребенок! Какого черта вы тут делаете в такую рань? – раздраженно прошипел Девлин, прежде чем Меган успела раскрыть рот.

Девушка рассердилась на обычное фамильярное обращение конюха, но не решилась отчитать его. Ее глаза уже привыкли к полутьме, и, различив наконец, что Девлин абсолютно нагой, Меган поспешно отвела глаза, сочтя за благо найти какой-либо иной предмет для созерцания – девушка слишком хорошо помнила его угрозы. Если она снова станет его разглядывать… Меган повернула голову и заметила новую, явно недавнюю пристройку. Будь она повнимательнее, могла бы попасть внутрь через эту пристройку, и тогда не пришлось бы будить Девлина.

Это открытие привело Меган в некоторое замешательство.

– Извините, – смущенно проговорила она. – Двери в конюшню были заперты, только сейчас я заметила, что есть еще один вход. Можете вернуться в свою постель, мистер…

– Какой вход?

– Ну как же, вон там, с той стороны, где пристройка.

– Почему бы вам не пройти туда и не посмотреть как следует, а уж потом делать свои предположения? Пристройка не закончена, между ней и конюшней еще не прорубили ход. Сами подумайте, какой смысл запирать главную дверь, если в конюшню можно проникнуть с черного хода?

В голосе Девлина явно чувствовалась издевка, и Меган снова рассердилась:

– Значит, сейчас конюшня полностью закрыта?

– А я вам про что говорю?

– Как вы смеете запирать мою конюшню? По какому праву? Разве отец давал вам подобные распоряжения?

– Мне вовсе не требуется разрешения вашего отца на то, чтобы охранять лошадей. Это входит в круг моих обязанностей, – с ноткой снисходительности ответил Девлин.

– Интересно, от кого и от чего вы их охраняете? – взорвалась Меган. – Откройте конюшню, Джеффриз.

– Отправляйтесь назад в спальню, Меган. Я открою двери в надлежащее время.

– Я не собираюсь ждать какого-то там надлежащего времени! Я хочу покататься сейчас. Немедленно откройте конюшню, черт вас возьми!

– Значит, открыть?

– А я вам про что говорю? – ответила Меган его же недавней фразой.

– Ну что ж, сами напросились.

Меган осторожно подняла глаза на окно, чтобы убедиться, что конюх ушел, и нахмурилась, прикусив губу. Что он имел в виду, сказав «сами напросились»? Разумеется, ничего хорошего. Неужели он осмелится… Да нет, не может быть! Однако на всякий случай Меган крикнула в окно:

– Не вздумайте открывать эти проклятые двери голым, Девлин Джеффриз! Только попробуйте! Я так закричу, что сюда прибегут слуги и мой отец, и вам придется давать им объяснения!

В полной уверенности, что после столь грозного предупреждения Девлин оставил свои гнусные замыслы, Меган направилась к главному входу в конюшню. Девушка прождала добрых пять минут, прежде чем двери распахнулись. За это время Девлин всего лишь зажег фонарь, отчего темнота в конюшне сменилась тусклым светом; что же касается одежды, то он удосужился натянуть на себя только брюки и сапоги.

Увидев, что конюх выполнил ее требования лишь частично, Меган покраснела и демонстративно прошла мимо него к стойлу Сэра Эмброуза. Глупо было бы ожидать, что Девлин оставит ее в покое и отправится досматривать свой утренний сон. Разумеется, он никуда не пошел и увязался за ней.

– Кое-кому следовало бы поучить вас вежливости и правилам приличия. А также здравому смыслу.

Ничего себе! Какой-то конюх делает ей замечание! Его наглость просто переходит все границы!

– А при чем здесь здравый смысл? – покосившись на Девлина, спросила Меган. Она допускала, что действительно несколько нарушила правила приличия и учтивости. – Мне захотелось покататься верхом. Вы не имеете никакого права мне это запретить.

– Вам не следовало так поступать, – проворчал Девлин за ее спиной. – Нехорошо будить человека, который так крепко спит поутру, а разбудив, ругать его за то, что он хорошо исполняет свои обязанности. Здравый смысл должен был вам подсказать, что такое безнаказанно не проходит!

Меган принялась надевать седло на Сэра Эмброуза. Сердце ее бешено колотилось.

– Вам лучше держаться от меня подальше, Девлин, – тихо сказала она, и оба тотчас заметили, что девушка впервые назвала его по имени. – Я хотела сказать, мистер Джеффриз, – поспешила Меган исправить свою оплошность.

– Теперь формальности, пожалуй, ни к чему, вы не находите? – спросил Девлин, и снова в его голосе прозвучала насмешка.

Меган невозмутимо продолжала готовить лошадь к прогулке.

– Нет, не нахожу.

– Даже после того, как я стоял перед вами нагишом? – немного помолчав, произнес Девлин.

Меган вспыхнула и резко повернулась к нему.

– Я на вас не смотрела!

– Но вам этого очень хотелось!

Девушка не ответила, вернувшись к прерванному занятию. Видя ее замешательство, Девлин негромко рассмеялся.

– Извините, что потревожила ваш сон. Вы можете вернуться к себе в постель.

Жесткий тон Меган разозлил Девлина:

– Вам бы тоже не помешало находиться сейчас в спальне, а не разъезжать на лошади в такую рань.

– Не ваше дело, мистер Джеффриз, в какое время я выезжаю на прогулку, – отрезала Меган.

– Нет, мое, если ради этих прогулок мне приходится вставать ни свет ни заря, – ответил он и, вздохнув, добавил:

– К тому же, если уж вы действительно решили ехать, я вынужден буду сопровождать вас.

Меган чуть помедлила, затем, подняв брови, удивленно взглянула на Девлина.

– Это еще зачем?

– В этих местах появился разбойник. Разве вам никто об этом не говорил?

– Ну и что? Как будто я везу с собой гору сокровищ! Наивная логика Меган вызвала у Девлина насмешливую улыбку.

– Вы полагаете, что он не найдет, что у вас украсть? Я бы на его месте нашел.

Меган крайне не понравились его слова.

– Конечно, сейчас и правда еще рано, но когда я выеду, солнце уже поднимется достаточно высоко.

– Я бы этого не сказал.

Меган не обратила внимания на это возражение.

– Если бы я выезжала в полночь, тогда мне следовало бы беспокоиться, но сейчас…

– В полночь? – скептическим тоном перебил ее Девлин. – Боже правый, да есть ли у вас рассудок? Если уж вы не боитесь за свою жизнь, то хотя бы побеспокоились о своей чести!

– Наша округа на редкость тихая, – стараясь говорить спокойно, ответила Меган.

– Будто я сам этого не знаю! – с отвращением пробурчал Девлин.

– Я всегда выезжала верхом ночью, если мне этого хотелось, и вовсе не думала о какой-то опасности. Но с тех пор как в наших местах появился грабитель, я прекратила ночные прогулки. Потому что, как бы там вы ни считали, я отнюдь не дура. Какого черта я все это вам говорю? Вы мне не сторож, мистер Джеффриз!

– И слава Богу!

Ее глаза сузились. Разговаривая с этим человеком, просто невозможно было сохранять хладнокровие. Меган удивляло, как это она до сих пор не вспылила.

– Между прочим, этим грабителем вполне можете оказаться вы, – ехидно сказала она. – Подозреваю, что так оно и есть. Ведь именно с появлением в наших краях вас, мистер Джеффриз, и начались грабежи на большой дороге.

– Я все ждал, когда же вы наконец додумаетесь до этого.

– Так что же? – Что «что же»? – Девлин расхохотался. – Вы ждете от меня оправданий?

– Почему бы и нет? Если вы в этом не виновны, то сумеете найти веские доводы, чтобы возразить мне.

– А если я виновен? Ведь тогда я наверняка стал бы отрицать свою вину. Так какой же смысл вообще отвечать вам? А может, вы надеялись, что я с покаянными признаниями упаду вам в ноги?

Его насмешки вывели Меган из себя.

– Я надеялась только на одно – что вы наконец уберетесь отсюда и оставите меня в покое, – процедила она. – Но, как видно, это придется сделать мне – верхом на лошади и без вашего сопровождения. Я не нуждаюсь в охране'.

– Это ваше окончательное решение?

– Абсолютно!

– Та-ак. А теперь послушайте меня. – Лицо Девлина было неумолимо. – Я решил не отпускать вас одну. Такую своевольную и неразумную особу, как вы, вне всякого сомнения, необходимо охранять. Итак, Меган, не смейте покидать конюшню, пока я не выведу Цезаря. Если же вы ослушаетесь, то я догоню вас, и тогда пеняйте на себя.

Произнеся свою угрозу, Девлин бросил красноречивый взгляд на ягодицы Меган, и девушка четко осознала, что он приведет эту угрозу в исполнение.

В прошлый раз Девлину удалось ее запугать. Но сейчас у него ничего не получится! Сейчас Меган просто кипела от ярости; она разозлилась до такой степени, что даже утратила дар речи. Поэтому Девлину так и не удалось услышать то, что думает Меган по поводу его угроз. Он немного постоял, небрежно раскачиваясь с пятки на носок, и невозмутимо отправился седлать Цезаря.

Конечно же, Девлин блефует. Кто он такой? Всего лишь слуга, хотя обычно слуги не ведут себя подобным образом; но факт остается фактом: конюх не вправе распоряжаться поступками дочери своего господина. Если только Девлин попытается поднять на нее руку, она потребует его ареста. Потребует даже за одну только кощунственную мысль отшлепать ее!

Возмущение придало Меган силы, и, быстро поправив на Сэре Эмброузе седло, она вскочила на лошадь, тронула поводья и выехала из конюшни. Девушка тут же предусмотрительно свернула и остановила лошадь за дверью так, чтобы изнутри Девлин не мог ее увидеть. Через пару минут Девлин верхом на Цезаре пулей вылетел из конюшни и устремился в погоню;

Меган, не в силах удержаться, громко расхохоталась; конюх резко натянул поводья и едва не вывалился из седла, поскольку Цезарь от неожиданности взвился на дыбы.

Это зрелище весьма позабавило Меган и принесло несказанное удовлетворение. Довольная своей проделкой, она пустила лошадь в галоп. Девлин сердито смотрел ей вслед. Девушка оглянулась и послала ему победоносную улыбку – назло.

Глава 19

Утро было свежим и бодрящим. Меган захотелось промчаться на Сэре Эмброузе по широкому лугу, но, зная, что Девлин непременно бросится в погоню, девушка предпочла ехать спокойной, ровной рысью – ей вовсе не улыбалось увидеть, как великолепный Цезарь обгонит ее любимую лошадь. Когда появился Девлин, Меган сначала рванулась вперед, потом немного отстала. Она то вновь пришпоривала лошадь, то поворачивала назад, всем своим видом показывая, что ее совершенно не волнует его присутствие.

Меган прекрасно понимала, что все попытки избавиться от сопровождения Девлина бесполезны, а посему и не предпринимала их. К тому же настроение у нее значительно поднялось после проделки у дверей конюшни – девушку до сих пор разбирал смех при воспоминании о том, как Цезарь встал на дыбы. Жаль, что Девлин не свалился на землю. Небольшой урок пошел бы ему на пользу.

Что же касается угроз Девлина, то ему придется приберечь их для следующего раза, если только подобный случай представится. Нет, больше такое повториться не должно. Она по горло сыта попытками Девлина запугать ее. Она ему покажет! Уже показала, проделав изящный трюк у двери конюшни. Тут Меган вздохнула. Кого она хочет обмануть? Саму себя? Этот негодяй слишком самоуверен, чтобы обращать внимание на подобные проделки…

– У него что-то на уме, Меган, иначе он не стал бы спокойно плестись у тебя в хвосте, ведь солнце-то уже взошло.

– Спасибо, я это уже заметила.

– Что бы он ни замышлял, приготовься дать ему отпор. А еще лучше, постарайся избавиться от его присутствия.

– Легко сказать – постарайся. А как?

Внутренний голос ничего на это не ответил, но Меган решила попытать счастья и направилась к лугу, где могла встретить Тиффани, тогда можно будет приказать Девлину отправиться обратно в поместье. Но тут Меган подумала, что в столь ранний час Тиффани ни за что не выедет на прогулку. Скорее всего она сейчас мирно спит в своей постели…

Придя к этому огорчительному выводу, Меган повернула лошадь и направилась в сторону дома, наконец пустив Сэра Эмброуза в полный галоп. Если к тому времени, как Меган домчится до конюшни, Тимми уже будет там, она передаст ему Сэра Эмброуза и сразу побежит в дом, а мистер Джеффриз пусть подавится своими «я же вам говорил», «я же вас предупреждал»…

Увидев, что Меган повернула и стремглав понеслась к дому, Девлин что-то закричал ей вслед, очевидно, требуя остановиться. Девушка не расслышала его слов – ветер бил ей в лицо, свистел в ушах. Краем глаза она заметила, что Девлин бросился в погоню. Меган знала, что потерпит в этой скачке поражение. И действительно, через несколько минут конюх настиг ее, и не успела девушка опомниться, как его сильные руки подхватили ее словно перышко, и она в мгновение ока очутилась у него на коленях – теперь Цезарь нес двоих седоков.

– Вы что, не слышали меня? – закричал на нее Девлин, переводя жеребца с галопа на шаг; затем он и вовсе остановил его.

С минуту Меган молчала. Все тело у нее ломило, в горле стоял ком. Да, она не слышала Девлина. Но это не давало ему никакого права пытаться привлечь ее внимание столь опасным способом. Как он только посмел! Ведь она могла упасть!

– Вы могли уронить меня, болван!

– Ни за что на свете, детка! – отрывисто бросил Девлин. – А теперь отвечайте мне!

Меган наконец посмотрела ему в лицо и, увидев, как сильно он разъярен, решила соврать:

– Нет.

– Что «нет»? Не хотите отвечать?

– Нет, я не слышала вас.

– Лжете!

– Докажите! – потребовала Меган, тут же поняв, насколько глупо это звучит.

– О Боже! – взорвался Девлин. – Ну знаете! Такой упрямой, своевольной, избалованной, глупой девчонки я еще в жизни…

– Ах вот как, вы решили перемыть мне косточки?! – возмущенно перебила его девушка. – А что, если я попробую перемыть ваши? Высокомерный, наглый, самонадеянный, грубый, отвратительный, бестактный! О, после такой стирки вода просто почернела, а если я продолжу, грязь польется через край!

И Меган с ненавистью уставилась на Девлина. Тот, несколько секунд помолчав, неожиданно расхохотался. Естественно, такая реакция еще больше вывела Меган из себя.

– Не вижу ничего смешного! И немедленно опустите меня на землю! – потребовала она.

– Поздно! Ваша лошадь убежала. Вы хотите идти пешком?

– Что угодно, лишь бы находиться как можно дальше от вас.

– Я забыл упомянуть о вашем безрассудстве, – сказал Девлин, укоризненно покачав головой.

– Ваше упрямство в сто раз хуже, – парировала Меган. – Оно просто невыносимо! Немедленно отпустите меня, Джеффриз!

– Не испытываю ни малейшего желания.

– Что?!

– Не упрямьтесь, Меган! До поместья больше мили. К тому же вам нравится ездить на Цезаре.

– В данный момент – нисколько. Если вы сейчас же не выполните мой приказ, то я… я…

Девлин терпеливо ждал продолжения, но Меган не могла придумать ничего такого, что сразило бы его и заставило подчиниться.

– Так что же вы сделаете? – видя ее замешательство, спросил Девлин. – Завизжите? – И потряс головой, изобразив комический испуг. – Боюсь, что вас никто здесь не услышит. Никто, кроме меня, а я, чтобы заставить вас замолчать, заткну вам рот поцелуем. Или же…

Он не закончил фразу, предоставив остальное воображению Меган. А с воображением у Меган все было в полном порядке, так что угроза Девлина произвела на нее должное впечатление.

– Трусиха!

– Ну и что?

– Тебе ведь хочется его поцелуев?

– Таких, как первый, совсем не хочется.

– А таких, как второй? Вспомни, как это было прекрасно.

– Как бы там ни было, а он всего лишь конюх!

– Чертовски красивый конюх, и если ты позволишь, он сможет многому научить тебя. Хотя бы умению целоваться. Неужели ты упустишь такую возможность? И всего-то требуется слегка завизжать.

Меган собралась с силами и не поддалась искушению. Всю свою злость девушка выплеснула на Девлина.

– Чего же вы ждете, Джеффриз? Везите меня домой! Не собираетесь же вы все утро торчать здесь и обмениваться со мной любезностями, – ехидно прошипела она.

Меган сама удивилась, как сварливо прозвучал ее голос, и поняла, что Девлин, как обычно, не упустит случая отплатить ей той же монетой. И оказалась права.

– Кто-то должен поцеловать вас так, чтобы выбить всю спесь, детка, – самым оскорбительным тоном произнес Девлин и перевел Цезаря на медленный шаг. – Неужели ваш герцог этого не сделал?

Презрительная интонация его голоса привела Меган в ярость, а затронутая им тема заставила внутренне содрогнуться. Она чуть было не начала защищать Сент-Джеймса, но тотчас сдержала этот инстинктивный порыв – отныне она ни за что и никогда не станет оправдывать этого мерзавца!

Меган знала, что рано или поздно Девлин обязательно заговорит с ней о герцоге Ротстоне. Поэтому она довольно спокойно ответила:

– Нет, герцог этого не сделал…

– Наверное, вы и с ним играли в ту же игру, что и со мной, изображая из себя высокомерную недотрогу?

Неужели Девлин считает ее именно такой? Пожалуй. Ведь и с Эмброузом Сент-Джеймсом она держалась пренебрежительно и самоуверенно. Что, если его наглость и грубость были всего лишь ответом на ее поведение, как и у Девлина? Впрочем, какая разница! Теперь уже не имело никакого значения, реакция ли это на ее высокомерие или его обычное поведение: в любом случае герцог глубоко оскорбил ее, а все надежды Меган стать герцогиней рухнули.

– Как бы там ни было, это не ваше дело, – сказала она Девлину.

– Неужели? И это после того, как вы мне все уши прожужжали об этом герцоге? Что, так и не встретились с ним?

– Встретились, – выдавила Меган.

– И не вызвали у него никакого интереса, так? Ничего удивительного, ведь у вас ужасные волосы. Меган возмутилась:

– У меня прекрасные волосы, Девлин Джеффриз!

– Ничего себе прекрасные! Они же рыжие!

– Что вовсе не мешает вам все время приставать ко мне, – отрезала Меган.

– Не забывайте, что я всего лишь невежественный конюх, так что я не в счет. Но неужели вы надеетесь, что герцог, этот искушенный светский человек, женится на женщине, у которой такой нелепый цвет волос? Да что вы, детка! Друзья просто засмеют его.

Меган ничего не ответила. Некоторое время она ехала молча, и только спина ее напрягалась все больше и больше.

– Я вас обидел? – наконец неуверенно спросил Девлин.

– Это не имеет значения, – бесцветным голосом ответила девушка.

– Имеет, – сказал он и, увидев, как Меган судорожно вздохнула, поспешно добавил:

– Я вовсе не хотел доводить вас до слез, Меган.

– Вы надо мной потешаетесь!

– Боже праведный, неужели вас так огорчает цвет ваших волос? Может быть, ваш герцог что-то сказал по этому поводу?

И именно потому вы так расстроились?

– Я вовсе не расстраиваюсь, и он ни слова не говорил про мои волосы. Только вы с вашими скверными манерами осмелились мне о них сказать и всячески их охаять.

– Точно, расстроились. И поэтому несправедливы: манеры у меня безупречные.

– Они у вас просто отвратительные.

– Но я ведь даже не прикасаюсь к вам, – примирительным тоном произнес Девлин.

– Значит, не будь вы воспитанным и порядочным человеком, вы дали бы рукам волю?

– Именно!

– Тогда позвольте мне напомнить вам о тех случаях, когда вы были отнюдь не безупречны.

– Не стоит, – поспешно проговорил Девлин. – Лучше скажите, что там у вас произошло с герцогом.

– О Боже, вы не отвяжетесь, пока все не узнаете! Так вот, Девлин, герцог Эмброуз Сент-Джеймс оказался именно таким мерзавцем, каким вы его описывали, и я не намерена с ним больше встречаться. Никогда. Теперь вы довольны?

– Не намерены встречаться?! – воскликнул Девлин и от удивления перешел на шепот. – Оказался мерзавцем! Экое дело! Да разве для вас это имеет значение? Ведь вас интересует прежде всего титул, а вовсе не его владелец! К тому же не забывайте про его конюшню! Вы же по уши влюблены в его конюшню!

Меган повернулась и недоверчиво взглянула на Девлина: в его словах звучала не только насмешка, но и обида, и девушка не могла понять почему.

– Титул, конечно, вещь неплохая, – стараясь не выказать огорчения, сказала она. – Только для меня это вовсе не так важно, как вы думаете. Прежде всего я должна любить человека, за которого выйду замуж, или хотя бы искренне уважать его и верить, что это уважение перейдет в любовь.

– Никогда бы не подумал, что вы скажете что-нибудь подобное, – разоблачительным тоном произнес Девлин. Меган безразлично пожала плечами.

– Если я и пыталась произвести на вас совершенно иное впечатление, то только для того, чтобы вам досадить. Как бы там ни было, Сент-Джеймс мне не подходит. Никогда в жизни не встречала такого гадкого, невоздержанного на язык человека. Кроме вас, разумеется!

Девлин что-то недовольно проворчал. Меган быстро отвернулась, чтобы он не заметил, как она улыбается.

– Так, значит, вы не сможете его полюбить? – спросил Девлин.

Оставит ли он наконец эту тему или нет?

– Никогда в жизни! – почти прорычала Меган.

– На кого же вы теперь нацеливаетесь?

– Ни на кого!

Немного помолчав, Девлин заявил:

– Черт возьми, похоже, вас все это здорово расстроило, верно? Меган мгновенно повернулась и удивленно воззрилась на него:

– Могу я спросить, что позволило вам сделать столь дурацкий вывод?

– Вы возлагали на Сент-Джеймса большие надежды, даже рассчитывали к концу года выйти за него замуж. Так неужели вас не огорчает, что вы не получили желаемого?

– Потому что я – избалованная деточка?

– Конечно.

– А не пойти ли вам к дьяволу, Девлин? Не суйте нос не в свои дела!

– Но вы все же сильно разочарованы, согласитесь, – не унимался Девлин.

– Злорадствуете?

– Нисколько!

– Так я и поверила! Вы только и делаете, что издеваетесь надо мной. Если хотите знать, я отнюдь не разочарована. Я слишком возмущена, чтобы испытывать разочарование.

– Рад это слышать.

– Почему? – осторожно спросила Меган.

Девлин пожал плечами.

– Не выношу сентиментальных дамочек, готовых проливать потоки слез по любому поводу. Значит, вам на балу совсем не понравилось?