Текст книги "Любовь выше страсти"
Автор книги: Джессика Марчент
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)
ГЛАВА 16
– Нельзя быть учительницей и не нажить себе врагов.
Пока Эми говорила, Кейт Кемпбелл резала и жевала свою жареную курицу. Эми тоже поела, и с куда большим аппетитом, чем неделю назад, несмотря на очередные неприятности.
– В школе, как в семье. Всегда что-нибудь да случается. – Кейт положила в рот, прожевала и проглотила кусок. – Ты не помнишь, кого ты обидела недавно?
Эми удивилась. Не «может быть, ты обидела», а просто «обидела», но, подумав, она пришла к выводу, что Кейт права. Учеников надо держать в руках и время от времени ругать или хвалить, но во всех классах рано или поздно кто-нибудь обязательно выходит из-под контроля. Эми никогда не проявляла особой строгости, но, вполне возможно, она что-то упустила на прошлой неделе. Отложив нож и вилку, она выглянула в окно.
– По-моему, я переборщила с Трейси Норрис во вторник…
Эми умолкла, вспомнив, что родители Трейси недавно разошлись, а Трейси, их младшая дочь, осталась на попечении обожающих ее дедушки и бабушки. Нет, на Трейси это не похоже. Она бы не стала рвать отчеты.
Эми вздохнула.
– Еще Карл Стивенс с его дурацким шарфом…
– Карлу ужасно хочется спеть свою песню, – перебила ее Кейт, – и он ни за что не поставит свое выступление под удар.
Эми кивнула.
– Ричард Аблетт. – Она живо представила зеленоглазого Ричарда – любовь тринадцатилетней Джоанны Ларкин. – На прошлой неделе он подвел свою группу, напутав с импровизацией.
– Да, с ним нелегко, – согласилась Кейт. – Но я не представляю, что он рвал отчетные бланки. – Она задумчиво посмотрела на Эми своими серыми глазами. – Ты уверена, что твой демон-мануфактурщик тут ни при чем?
– Уверена. Он сошелся со своей бывшей женой…
Кейт сразу все поняла. Во-первых, он не решился бы на такое. Во-вторых, он вряд ли сумел бы остаться незамеченным в школе. Эми никогда особенно не следила за своей сумкой, но свихнувшиеся на любви девочки-подростки наверняка не пропустили бы чужого мужчину в школе.
– Ну и кто? – спросила Кейт.
– Понятия не имею, – мрачно отозвалась Эми. – Дай мне сигарету.
Кейт посмотрела на свою сумку, но осталась сидеть, как сидела.
– Я… Понимаешь, я больше не курю.
– Правда? С каких пор?
– С прошлой недели…
Кейт не сводила глаз со своей сумки, и Эми вспомнила, как в пятницу они сидели с Кейт в учительской, болтая о разных пустяках. Почему бы ей не открыть сумку Эми и не?..
Я схожу с ума, подумала Эми.
– Ужасно много важного случилось со мной.
Эми вспомнила Джима, оставленного у нее в саду, украденную куртку Пола, угон машины, пропавшие ключи, жару в студии…
– Впрочем, – сказала она, – могли и уборщики недосмотреть.
– Ты о чем?
– Да так…
Эми внимательно посмотрела на руки подруги, не занятые сигаретой, на ее порозовевшие щеки, на большие серые глаза, смотревшие куда-то вдаль…
– Я начинаю думать, – проговорила Эми, – что не у меня одной неприятности.
– А? – Кейт очнулась от своих видений. – Ты имеешь в виду меня?
Эми кивнула.
– Что ты? Никаких неприятностей. Правда.
– Но что-то все-таки есть…
– Я беременна.
Эми не ожидала ничего подобного.
– Об этом ты хотела поговорить в пятницу?
Кейт кивнула.
– Но ты выглядела такой уставшей, что я не решилась.
– Ох, Кейт! – воскликнула Эми. – Ты не права. Ну почему ты ничего не сказала?
– Все к лучшему. – Улыбка Моны Лизы заиграла на полных губах Кейт, делая ее почти очаровательной. – Я решила… что прежде нужно поговорить с отцом.
С отцом. Тысяча вопросов просились Эми на язык, но она не успела задать ни одного.
– Мы с Томом Берчиллом поженимся, как только уладим формальности.
– Кейт! Это же здорово! Он такой добрый.
Шесть лет назад, когда Эми проходила здесь практику, Том много помогал ей с трудными учениками. Проблемы у нее возникли в основном со старшими мальчишками, и его уроки, казалось, были единственными, дававшими им ощущение собственной значимости, поэтому Том занимал важное место в ребячьей жизни, и, если он говорил, что надо слушаться Эми, они ее слушались.
Потом он пережил трагедию. Почти через четыре года вернувшись в школу уже настоящей учительницей, Эми нашла его похудевшим и постаревшим. За два года до их второй встречи жена и единственная дочь Тома погибли в автомобильной катастрофе.
– Я так рада! – воскликнула Эми. – Том достоин счастья. А ты будешь работать?
– Наверное, нет. Я хочу еще одного ребенка как можно скорее…
Они поговорили о планах Кейт, и Эми в первый раз позавидовала подруге. С Полом все еще совершенно не ясно. Ей было чудесно с ним в постели, однако она понятия не имела, как он к ней относится. Она даже не знала, думает ли он об их совместном завтра, не то что о далеком будущем. Впрочем, она не была уверена, что жаждет семейного счастья.
– Теперь мне понятно, почему ни ты, ни Том не отзывались вчера на мои телефонные звонки. Наверное, вы праздновали?
Она вернулась мыслями ко вчерашнему дню. Обнаружив разорванные бланки, Эми тотчас засела на телефон и все еще разговаривала, когда вернулся Пол.
– На улице ветер. Ты бы видела волны… – Он подождал, пока она закончит разговаривать по телефону. – Что случилось?
Эми рассказала.
– Завтра я должна обязательно сдать отчеты.
– А ты не сможешь?
– Смогу. К счастью, бланки были пустые. Надеюсь, ты не возражаешь, – сказала она и показала на телефон.
– Нет конечно.
– Спасибо. Я обзваниваю всех, чтобы набрать бланков.
– И?
– Кое у кого есть. – Эми помолчала, соображая, к кому в какую очередь ехать. – Сначала в Уитстейбл, потом в Гроув-Ферри…
– Может быть, я могу тебе помочь?
Эми покачала головой.
– Спасибо. Если ты не против, то поезжай в Стриббл. Надо же взглянуть на дом.
Она чуть не плакала, ведь у них были такие замечательные планы на вторую половину дня. Однако, решив, что слезами делу не поможешь, Эми взяла себя в руки.
– Не знаю, кому это понадобилось, но, кажется, они меня достанут. – Эми уже направилась в свою спальню и оглянулась. – Ты что-то сказал?
– Нет.
Не прошло и минуты, как они спустились вниз.
– Ты не просто загляни в комнаты, а проверь также чердак, – инструктировала она Пола. – Шкафы, ящики – все проверь.
– Думаешь, там кто-то прячется? – спросил, запирая дверь, Пол.
Эми не улыбнулась.
– И не забудь привезти все, что есть в холодильнике.
После этого они разъехались в разные стороны.
Через пять часов Эми возвратилась с достаточным количеством бланков. Часы показывали три. На улице уже смеркалось. Пола не было. Сделав себе бутерброд с сыром, Эми взялась за работу.
Она устала, и отчеты продвигались медленно, как вдруг зазвонил телефон.
– Какого черта ты себе думаешь?
Отец. Эми представила, как разлетаются его седые волосы, как злые морщины пересекают лицо. Еще ни разу за шесть лет она не забыла позвонить домой в субботу. И вот надо же такому случиться…
– Я все звоню и звоню тебе. Вчера до ночи звонил и сегодня утром…
– Извини.
– …А когда наконец дозвонился, слышу мужской голос. Эми, что происходит?
– Он тебе ничего не сказал? – спросила Эми, пытаясь выиграть время. – Знаешь, мы с ним… э… встречаемся. Его зовут Пол.
– Он сказал, как его зовут, – нетерпеливо перебил ее отец. – Но я хочу знать, кто он такой.
Эми проглотила застрявший комок в горле. Все шесть лет она, как могла, оберегала старомодного отца от своей сверхактивной сексуальной жизни, но сейчас все было по-другому. На сей раз никакого вранья.
– Он мне очень дорог, папа.
Отец надолго замолчал.
– Пора уже. Я-то думал, ты никогда не устроишь свою жизнь.
– Пока еще ничего определенного…
– Надеюсь, он тебя устраивает. Расскажи мне о нем.
– Не сейчас, папа. У меня… У меня полно дел.
– Ладно. Вот тебе еще одно. – Отец и теперь оставался самим собой в отношении своей единственной дочери. – Я хочу, чтобы ты и этот парень как можно быстрее приехали на ферму. Понятно?
Эми улыбнулась, представив, что ее отец будет экзаменовать Пола не хуже, чем его бабушка экзаменовала ее.
– Папа, я же сказала, еще ничего не решено…
– Насколько я могу судить, он неплохой парень, но я хотел бы поговорить с ним не одну минуту и не по телефону.
– Не торопи…
– На Рождество, если ты не можешь раньше.
Наконец-то Эми получила возможность расспросить о братьях и племянниках. Гарет сдал экзамен на вождение мотоцикла. У малышки Кристи прорезался первый зубик. Дженни и Линн заняты приготовлениями к Рождеству. Дэвид поставил изгородь. У Адама новая девушка…
Эми еще разговаривала, когда пришел Пол.
– Рад слышать, что ты его немножко успокоила, – заметил он, когда Эми положила трубку. – Когда я с ним говорил, он был вне себя.
– Беспокоится, потому что никак не может привыкнуть к тому, что я уехала из дому. – Она посмотрела на часы. – Все. Мне некогда. Я еще почти ничего не написала.
С отчетами она закончила к семи. Потом занялась проверкой письменных работ, потом подготовкой к занятиям в понедельник.
– Не можешь оторваться на минутку? – спросил Пол.
Эми покачала головой.
– Если их не проверять вовремя, они потеряют интерес.
Освободилась она после восьми. За ужином они только говорили о том, кто этот новый преследователь, а после ужина Эми поняла, что у нее ни на что нет сил, кроме как лечь в кровать. В кровати же Полу и Эми было не до разговоров.
Проблема была слишком серьезной. Эми изо всех сил хотела посвятить жизнь Полу и точно так же изо всех сил не желала быть с ним все двадцать четыре часа в сутки. При мысли о том, что она могла бы родить от него ребенка, сердце у нее затрепетало от счастья, но стоило ей вспомнить о пеленках, подгузниках, болезнях, усталости… Ей показалось, что и дня не прошло, как она вырвалась из этого беличьего колеса.
К тому же ей очень нравилось работать в школе и она совсем не желала бросать работу. Отпив кофе, Эми попыталась сосредоточиться на сиюминутных проблемах.
Трейси Норрис что-то говорила о своей сестре, которая учится печатать… Кейт тотчас разрешила все ее сомнения, заметив, что деловые письма и документы пишутся иначе, чем все остальное.
После ланча у Эми был урок драмы в девятом классе. Ей очень не хотелось запирать сумку в своем крошечном кабинетике, тем более в присутствии учеников. Глядя на них, она не могла понять, откуда они берут время для своих проделок. На сей раз работали все на совесть, и урок прошел без сюрпризов.
Следующим был урок английского языка в седьмом классе. Несмотря на все свои треволнения, Эми хорошо подготовилась к нему, так что одиннадцатилетние непоседы были заняты делом, но, когда они перешли к письменным упражнениям, она то и дело посматривала на Тима Хорнера. Неужели он? Неужели она настолько придирается к нему, что он решил мстить?
Когда урок подходил к концу, она посмотрела на часы. Неделю назад именно в это время ее позвали к телефону… Но это проделка Роберта, а с Робертом покончено.
Урок закончился, и, слава Богу, репетиций тоже в понедельник не было. Однако Эми решила проверить светильники и шкаф в студии, так как скоро должны были привезти костюмы.
Эми спустилась к машине. Еще несколько минут, сказала она себе, открывая дверцу, ну, полчаса от силы, и я поеду домой…
Домой? Заперев машину, Эми подумала, что слишком быстро, пожалуй, забыла о своем милом домике в Стриббле. Однако она постаралась быть честной с собой. Дом у нее там, где Пол. Быть дома и быть с Полом – одно и то же.
– Здравствуй, Дебби, – сказала она, снимая промокшее пальто. – Как всегда работаешь?..
Она замолчала, потому что, услышав ее голос, Дебби вздрогнула и выронила из рук пластиковую бутылку с моющей жидкостью. Однако она не стала поднимать ее и повернулась всем своим сильным телом к Эми, которая никак не ожидала подобной реакции и потому не двинулась с места.
– Ой, здравствуйте, мисс. – Дебби пригладила свои золотистые волосы, и веснушки на ее лице почему-то выступили отчетливее, чем обычно. – Я… Вы… Мне надо с вами поговорить. Чем быстрее, тем лучше, – торопливо произнесла она.
– Конечно. – Эми повесила пальто и посмотрела на часы. – Сейчас?
– Сейчас я не могу. – Дебби отвернулась. – Работаю до пяти. У нас очень строго. Говорят, на наши места желающих сколько угодно.
Эми прикусила губу. Ей ужасно не хотелось болтаться тут до пяти часов, но она очень хорошо относилась к Дебби, которую учила в свой первый год в школе. Для шестнадцатилетней Дебби жизнь складывалась не лучшим образом. Однако та стойко сносила все и оставалась милой разумной девочкой. Наверное, ей нужна помощь.
– Хорошо. Встретимся в баре в пять.
Так называемый бар был похож на бар только во время спектаклей, но так как в округе хватало школ и разных драматических кружков, то это случалось довольно часто. В остальное время посетителям предоставлялись стойка и пара столиков возле входа в студию. Это было самое удобное место для секретных разговоров. Эми решила, что если она освободится раньше, то сможет проверить тетради семиклассников.
И у меня будет больше времени, которое я смогу провести с Полом, подумала она и отправилась к телефону-автомату.
Эми чувствовала себя очень странно, ведь прежде ей никогда не хотелось пораньше убежать из школы или не брать работу на дом. Но еще страннее другое. Она звонила мужчине, желая предупредить его, чтобы он не волновался, так как она задержится и приедет немного позже.
Однако телефон не отвечал. Эми еще раз набрала нужный номер. Ничего. Наверное, он вышел. Аминаты, судя по всему, тоже не было в магазине.
Эми разочарованно вздохнула. Неужели для нее так уж важно на минуту услышать голос Пола? В конце концов, она скоро будет дома, а пока надо заняться делом. И все же совсем избавиться от неприятных ощущений ей не удалось. Если она так переживает из-за получасовой задержки, то что будет, если они расстанутся навсегда?
Нет, нет, нет! Этого не должно случиться!
Эми поймала себя на том, что энергично качает головой. Она огляделась, надеясь, что никто ее не видел. В коридоре, который вел к огромному шкафу-комнате, где обычно хранились костюмы, никого не было. Эми подошла поближе. Дверь оказалась открытой…
Она остановилась и принюхалась. Не может быть. Чем только не пахло тут! Наверное, ей почудилось. А вдруг?..
Эми потянула носом воздух. Черт! Так и есть. Разве можно с чем-нибудь спутать столь поразивший ее неделю назад запах?
Сердце у нее громко забилось. Масло, уксус, шарики от моли. Эми распахнула дверь. Сомнений не оставалось.
Она включила свет, но в комнате никого и ничего не оказалось. Даже ни одной вешалки не было, не то что куртки. И все же Эми не могла ошибиться.
Когда она попыталась закрыть дверь и не сразу нашла ручку, то поняла, что вся дрожит от страха. Но ведь это всего-навсего пустой шкаф, убеждала она себя. Что изменилось? Ну, была куртка тут, а теперь ее нет.
Эми постаралась идти обычным твердым шагом. Запах преследовал ее и был таким острым и так перемешан с другими запахами, царившими в шкафу, что Эми не понимала, то ли он и впрямь следует за ней, то ли она просто не может отрешиться от него. Он никуда не исчез, когда она пересекла слабо освещенный бар и вошла в просторную студию. Едва она включила свет, как он тотчас погас.
Эми еще раз нажала на выключатель, и опять повторилось то же самое. Студия осветилась всего на какую-то долю секунды, но Эми успела заметить движение над верхним рядом, где помещалась осветительная аппаратура.
Он здесь, подумала Эми, и хочет ускользнуть незамеченным.
Она в третий раз зажгла свет, но ничего не произошло, и Эми поняла, что свет отключен. Придется действовать в темноте.
Эми услыхала щелчок, словно кто-то открыл дверь аппаратной, а потом шаги на ступеньках зрительного зала и шорох, будто ползла огромная змея. Знакомый запах…
Куртка. На нем куртка Пола.
Шаги приближались, и Эми поняла, что ей во что бы то ни стало надо впустить в студию немного света. Кроме главного входа-выхода, здесь было еще несколько дверей, а ей совершенно необходимо посмотреть на своего мучителя, прежде чем он (или она) исчезнет за одной из них.
Эми толкнула дверь, и шаги затихли. Наверное, он замер на месте, но вне досягаемости тонкого луча, проникавшего в студию из плохо освещенного бара.
Оглянувшись на дальний коридор, Эми не увидела ни одного человека. Звать на помощь некого. Она поставила возле двери сумку, надеясь удержать дверь открытой, но у нее ничего не вышло. Даже с тетрадями сумка оказалась слишком легковесной для этого. Тем не менее дверь еще мгновение не закрывалась, а Эми получила возможность сообразить, что делать дальше.
Напротив нее были большие красные двери, и, если ей удастся незаметно подобраться к ним, тогда все в порядке – свет будет. Она уже обратила внимание, что на пути у нее нет ни столов, ни стульев, ни кусков декораций. Ничто не должно ей помешать. Не раздумывая больше, Эми бросилась в темноту.
Невидимый враг продолжал спускаться по лестнице. Чем это он шуршит? Похоже, он что-то тащит и это мешает ему двигаться быстрее. Ну и хорошо. По крайней мере, шорох заглушал ее шаги… Наконец-то Эми ощутила под ладонями шероховатую поверхность деревянной двери.
Она толкнула дверь, и яркий свет ослепил ее. Эми обернулась и увидела маленькую бесформенную фигурку, шмыгнувшую в тень между рядами. Не хватало еще, чтобы он успел добежать до боковой двери, пока Эми не рассмотрела его как следует.
Увы, именно так все и получилось. Эми помчалась следом. Раздевалка была пустая, дверь в бар все еще качалась… И Эми увидела его. Вовсе он не бесформенный, просто куртка ему явно не по росту. Он бежал к выходу…
И вдруг дорогу ему преградили высокий мужчина и большая красивая собака.
– Пол, держи его! – крикнула Эми.
Однако Полу не пришлось ничего делать.
– Джим! – крикнул мальчик. – Ой! Джим!
Куртка упала на пол, а он, раскинув руки, бросился к псу и буквально повис у того на шее. Джим тоже обрадовался. Он положил передние лапы мальчику на плечи и стал лизать ему лицо, но пес оказался слишком тяжелым для ребенка, поэтому малыш повалился на спину, а Джим – на него. Когда Эми подбежала к ним, они, крепко обнявшись, лежали на куртке.
– Вот мы и отыскали хозяина Джима, – сказал Пол.
– Думаю, ты прав.
Эми присмотрелась к светлым волосам, застиранным джинсам.
– А теперь, Мартин, – потребовала она, – расскажи нам все с самого начала.
ГЛАВА 17
– Бедняжка Дебби, – вздохнула Эми, – не представляю, как мы ей расскажем.
А в это время Мартин, брат Дебби, лежал на боку в обнимку с Джимом. Он даже ухом не повел в ответ на эти слова Эми. Впрочем, он скорее всего ничего не слышал. Едва Пол и Эми привели его в бар, как он вообще перестал что-нибудь замечать, кроме Джима.
В ожидании, когда Дебби закончит работу, Эми постаралась сесть подальше от мальчика, чтобы не искушать себя желанием вытрясти из него душу.
По крайней мере теперь она знала, почему Пол оказался в студии.
– Бетти увезла Аминату к друзьям в Кентербери. А так как в понедельник торговля идет вяло, то я закрыл магазин пораньше и приехал сюда.
– Зачем? – не веря себе, спросила Эми.
Он повернул к ней свою красивую голову, и в свете затененных красными абажурами ламп его глаза стали почти фиолетовыми.
– Чтобы провести с тобой лишние полчаса.
Эми вздохнула, разрываемая радостью и сожалением.
– А вышло, со мной и с ним. – Эми кивнула в сторону Мартина.
– И все-таки лишние полчаса с тобой.
После этого ей довольно долго не хотелось трясти Мартина. В конце концов она начала расспрашивать его, и это желание вернулось, потому что Мартин почти не обращал на нее внимания и отвечал односложно: только «да» и «нет».
Более терпеливые расспросы Пола дали лучший результат. Выяснилось, что в четверг Джим наступил на разбитую бутылку и поранил лапу. Так как у них не было денег на ветеринара, то Дебби сама наложила повязку, которую Джим все время сбрасывал. В понедельник вечером Джим исчез, и Дебби предположила, что он убежал.
Да, Мартин утащил ключи из сумки, да, он перегрел студию в среду, да, он порвал отчеты.
– Дебби заставляет меня приходить сюда с ней, когда она моет тут, – сказал он Полу, – чтобы я не натворил чего. Так она говорит. А мне скучно.
Пол продолжал расспрашивать мальчика. Да, он угнал машину мисс и на ней увез куртку…
– Зачем? Ради всего святого, зачем тебе это понадобилось?
– Не знаю. – Глухой и слепой ко всему и всем, кроме своей собаки, Мартин даже не посмотрел на куртку, лежавшую на столе. – Возьмите ее, мистер.
– Ну, спасибо, – не выдержала Эми.
– Ему в ней было уютно, – спокойно заметил Пол. – А теперь у него опять есть Джим, и куртка ему не нужна.
Эми пожалела о своем ироническом замечании. Два года назад она не знала Мартина, но Дебби рассказывала, как тяжело мальчик переживал неожиданную смерть матери. Отец с тех пор совсем забросил детей, а Дебби хоть и делает все возможное, но она сама слишком юная да и не очень умная.
– А зачем ты положил ее в шкаф, где обычно хранятся костюмы? – стараясь говорить мягко, спросила Эми.
Мартин пожал плечами.
– Туда никто не заглядывает.
– Заглядывает…
– Только когда играют дурацкие спектакли. Поэтому я хотел ее забрать. Из-за вашего дурацкого спектакля.
Ничего себе. Эми вспомнила, сколько труда и нервов ей стоил ее спектакль. Наверное, Мартин понял, что зашел слишком далеко.
– Если бы я принес ее домой, Деб стала бы расспрашивать.
– Она бы ее учуяла, – заметил Пол. – Она и раньше так сильно пахла? – спросил он, обращаясь к Эми.
– Еще сильнее.
– Наверное, я привык к ней больше, чем сам думал.
– Ты будешь ее носить?
– Может быть, в будущем году.
– Из фургона запах уже выветрился. – Эми повернулась к Мартину: – А зачем тебе понадобилась моя машина? Ты же мог увезти куртку в фургоне.
– Не знаю. – Мартин был занят тем, что осматривал раненую лапу Джима. – Не болит, Джим?
– Мартин, подумай, ты совершил преступление…
Она замолчала, почувствовав молчаливое неодобрение Пола. Они обменялись взглядами, и Эми уступила ему инициативу, решив, что он справится лучше.
– Все-таки странно, Мартин, зачем надо было портить две машины вместо одной?
Мартин поднял голову.
– Так было надо.
Эми вернулась мыслями к тому, что случилось неделю назад. Несмотря на множество свалившихся на нее неприятностей, она отлично помнила свои две встречи с Мартином.
– В понедельник, когда полицейские забрали тебя в соборе, ты исполнял солнечный танец, чтобы кто-то выздоровел.
– Ну и сработало же, – сказал Мартин, показывая на лапу Джима. – Сработало бы еще лучше, если бы мне не помешали.
– Пол возил его к ветеринару.
– Все равно.
– Значит, во вторник, когда ты был тут, ты скучал по Джиму. Правильно?
– Да.
Мартин потупил взгляд.
– Вот почему ты плакал…
– Я не плакал! – Он гордо поднял голову. – Я не плакал! Я никогда не плачу! Никогда! Никогда…
Удивленный Джим ткнулся носом ему в ладонь, и Мартин замолчал.
– Ладно, парень. Никогда так никогда.
Мартин молчал, не сводя глаз с Джима.
– Здесь был еще кто-нибудь, когда он плакал? – спросил Пол, повернувшись к Эми.
Она покачала головой.
– Нет.
– Понятно. Он знает твою машину?
– Наверняка. Думаешь, она ему понадобилась, потому что она моя?
– И сразу после того, как ты видела его плачущим.
– Ты прав. Он хотел показать мне, что он не размазня.
Про себя Эми подумала, как же трудно иметь дело с упрямыми мальчишками.
– И потом тоже…
Пол замолчал, услышав шаги Дебби. Какой же она стала хорошенькой, подумала Эми. Впрочем, слово «хорошенькая» не совсем подходит для такой красавицы. Бледненькая она, правда. А когда увидела Мартина, совсем побелела.
– Что он еще натворил?
Услышав ее голос, Джим поднял голову и радостно залаял.
– Боже мой. – Дебби тяжело уселась на стул, подвинутый ей Полом, и посмотрела на Эми. – Если бы вы только знали, как я жалела, что сделала это.
– Что сделала?.. А…
Эми вспомнила необычный гул мотора.
– Значит, это ты.
Дебби не знала, куда девать глаза.
– А что мне было делать? Я растерялась. Собака ранена. И Колин сказал…
– Колин?
– Колин Морган. Мой друг. – Дебби словно ожила, вспомнив о нем. – Он еще не нашел работу, но он очень старается…
– При чем тут Колин, Дебби?
– …Помогает торговцам на рынке, чинит старые машины… Ой! – Дебби зарделась. – Он живет с нами. Помогает.
– Как же!
– Перестань, Мартин. Колин хорошо к тебе относится. Он брал его на рыбалку и на футбол, – сказала она, обращаясь к Эми и Полу, – когда у него были деньги…
– Он не любит Джима.
– Да любит он его, Мартин, ты же знаешь. Просто… – Дебби опять повернулась к Эми: – Колин говорит, что нехорошо держать такую большую собаку в городской квартире…
– Я же гулял с ним. Каждый день.
– Ты пропускал уроки. Разве нет? Пропускал уроки, чтобы погулять с Джимом. А еще его надо кормить. Мне платят немного… Правда, Колин приносит с рынка овощи, но…
– О чем же вы думали, когда заводили его?
Эми была разочарована. За два года учительской практики она видела много голодных детишек, родители которых содержали больших холеных собак. От милой разумной Дебби она такого не ожидала.
– Да мы не знали, что он вырастет такой большой. Мартину очень хотелось щенка, и я подумала, он поможет ему… Это было сразу после смерти мамы…
Эми положила руку на плечо девушки.
– Все понятно, – ласково проговорила она. – И это помогло, правда?
Дебби робко улыбнулась ей.
– А потом Джим поранил лапу, а Джилл Гани… Она живет рядом…
– Джилл?
Эми вспомнила эту тринадцатилетнюю девочку, которая в прошлый понедельник осталась без завтрака.
– Как она? – спросила Эми, зная, что девчушка должна сейчас есть за двоих.
Дебби пожала плечами.
– Нормально. Она запомнила ваш адрес по конверту, который вы выбросили.
– Зачем?
– Она подумала, что напишет вам, если ей будет совсем худо… Вы ведь добрая…
– Что? Ну, нет. – Она повернулась к Полу: – Ты почему улыбаешься?
– Я? Нет.
– Мисс дала Джилл целый фунт…
– Она же была голодная.
– И она купила на них сигарет.
Эми вздохнула. Впредь надо быть умнее.
– Я ей говорила, что нельзя курить в ее положении, – торопливо проговорила Дебби, – а она все равно.
– Это она дала тебе адрес мисс? – мягко спросил Пол.
– Да. А Колин отвез Джима…
– Что? – встрепенулся Мартин. – Сука! Корова! – Побледнев от недетской ярости, он вскочил на ноги, но не отпустил Джима. – Никогда больше не буду с тобой разговаривать. И Джим не будет.
– Но, Марти, погляди, как мисс добра к Джиму. Она вылечила ему лапу и хорошо его кормила. Погляди, какая у него шерсть. Держу пари, она гуляла с ним…
– Он мой, и я должен ухаживать за ним. – Мартин двинулся к выходу. – Мы с Джимом уходим и никогда не вернемся.
Он потащил Джима за собой, и пес, бросив растерянный взгляд на остальных, подчинился ему.
– Марти, прости меня, – запричитала Дебби. – Пожалуйста, не уходи…
Она бросилась за ним следом, а Пол поднялся из-за стола и с легкостью перехватил Джима. Эми осталось только удивляться, как с драматургической точки зрения он правильно выбрал диспозицию.
– Никогда не встречал такую послушную собаку, – сказал он как ни в чем не бывало. – Это твоя заслуга?
Мартин помедлил с ответом.
– Собак надо учить.
Он как будто немного успокоился.
– Ты водил его на специальные занятия?
– Куда?
– Или сам учил его?
– Ох, сколько он времени на него потратил, – вмешалась Дебби. – Наш Марти может быть неплохим парнем, когда захочет…
– Заткнись, Деб! Ты увезла Джима и ни слова мне не сказала!
– Знаю, Марти, я виновата, правда виновата. – Она переводила взгляд с Мартина на Эми. – Когда я увидела, как ты расстроен, я послала Колина забрать его…
– Во вторник? – Эми обменялась многозначительным взглядом с Полом. Теперь они знали, кто был в саду. – Дебби, ты хоть представляешь, как ты меня напугала?
– Прошу прощения, мисс. – Дебби опустила голову, и на лицо ей упали светло-золотистые волосы. – Марти был такой несчастный.
– Не только несчастный…
– Давай, Мартин. – Пол положил руку на плечо мальчика. – Ты же знаешь, что за все надо отвечать.
Мартин подозрительно уставился на него.
– А вам-то что?
Пол на минуту задумался.
– Ты ведь знаешь, что Колин и Дебби живут вместе. Ну, и мы с мисс тоже живем вместе.
Эми залила волна радости. Ничего лучшего она не ожидала.
– Ты доставил ей немало неприятных минут в последние несколько дней, – продолжал Пол. – Самое меньшее, что ты можешь сделать теперь, это попросить прощения.
Мартин засунул руки в карманы.
– Нет.
– Придется. – В голосе Пола послышались стальные ноты. – Потому что я еще кое-что скажу тебе. Джим теперь наш и будет жить с нами…
– Нет! – Мартин метнулся к Джиму и крепко-крепко обнял его. – Вы не имеете права…
– Имеем. Дебби оставила его у нас, чтобы мы о нем позаботились. И мы о нем позаботились. По крайней мере лучше, чем ты.
– Это моя собака.
– И будет твоей. – Пол задумался. – Сейчас зима, ночи темные, а вот весной ты сможешь по вечерам приезжать в Стриббл…
– Весной?
– Я буду привозить его в школу, и во время ланча ты сможешь погулять с ним.
– Каждый день?
– Этого я обещать не могу. Но часто.
– Как часто?
– Я приеду завтра.
Мартин задумался.
– Я должен быть в школе?
Эми и Дебби переглянулись, и Эми увидела, как девочка скрестила пальцы на счастье.
– Обязательно, – ответил Пол.
– Иногда я буду приглашать тебя на уикэнд, – неожиданно для себя самой проговорила Эми. – Это целых два дня, и ты все время будешь с Джимом.
Не успела она договорить, как пожалела о своих словах. Не хватает ей работы, так она еще берет на себя такую обузу… Шкодливый мальчишка, не приведи Господь…
Мартин посмотрел на Пола.
– Вы тоже там будете?
– Конечно.
Сердце у Эми пело от радости.
Мартин подумал еще, потом встал и вместе с Джимом вернулся на прежнее место, однако сел не на пол, а на стул. Пол последовал за ним, многозначительно глядя на Эми.
И она поняла.
– А теперь, Мартин, кто расскажет Дебби о твоих подвигах?
Джим занял свое любимое место, прижавшись к ноге Мартина, и мальчик наклонился к нему.
– Вы.
Эми принялась перечислять все, что Мартин успел натворить. Она еще не закончила, а Дебби уже в ужасе заохала. Когда же дело дошло до угона машины, она не выдержала.
– Ох, Мартин, вот до чего доводит дружба с бандой Тревора Фагга. Надо сообщить в полицию…
– Нет! – не думая, крикнула Эми.
Три пары глаз уставились на нее. Мартин старался не особенно показывать удивление, Дебби разрывалась между стыдом и надеждой, Пол… Какого черта он улыбается? Эми поняла по его взгляду, что он любуется ею, но сейчас ей было не до этого.
– Я… Я не хочу. – Эми изо всех сил старалась не показать, как она смущена. – Не хочу, чтобы полиция заинтересовалась Мартином из-за меня.
– Это не из-за тебя, – мягко сказал Пол. – Мартин сам по доброй воле сделал то, что хотел сделать.
– Он был несчастный… – Эми замолчала, боясь, как бы Мартин опять не взорвался. – Короче, – упрямо продолжала она, – я не хочу заявлять в полицию.
– Слышишь, Мартин? – подала голос Дебби.
