Текст книги "Поцелуй пирата"

Автор книги: Дженнифер Эшли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Где-то в глубине сознания у нее, несмотря на горестное оцепенение, мелькнула мысль: хорошо бы Джеймс сломал себе позвоночник.

Джеймс дал ей рому, который подействовал расслабляюще. Она легла на одеяла на мягком песке, ощущая легкое головокружение. Прохладный воздух касался ее лица, костер согревал ноги, а ром тело, и она погрузилась в сон.

Ей снился Кристофер. Она вспомнила, как впервые увидела его, когда он был совсем молодым и ошеломляюще красивым. Он ждал ее в оранжерее и повернулся, когда она вошла. Затем посмотрел на нее с улыбкой.

– Откуда ты такая взялась? – спросил он.

Не очень-то приятное начало, но она с восторгом смотрела на него. Он был ее кумиром, ее мечтой, воплотившейся в жизнь. Она что-то пролепетала в ответ и протянула ему брошюру с просьбой оставить автограф. Кристофер воспользовался этим и потребовал взамен поцелуй.

Игривость мгновенно исчезла, и она обнаружила, что обнимает его, прижимая к себе. Его рука скользнула к ее талии, а язык проник в ее рот.

Этот поцелуй пробудил в нем неистовую страсть. Он прижал ее к себе, и она почувствовала сквозь тонкую юбку его мужскую плоть.

Он уложил ее на пол, не сводя с нее своих серых глаз. Его сильная рука проникла ей под юбку, и он коснулся самого интимного места. Сначала он ласкал ее только пальцами, и это была прелюдия, перед тем как войти в нее.

Когда все кончилось, он поднял ее на ноги и помог поправить одежду. Его высокомерие исчезло, и он нежно посмотрел на нее. Потом обхватил ее лицо ладонями, поглаживая большими пальцами скулы. Она подумала, что сейчас он скажет, что любит ее, но он лишь тряхнул головой, многозначительно подмигнул ей и произнес: «Рад познакомиться с вами, мисс Ардмор». После чего зашагал прочь.

Девять лет спустя его небрежная манера поведения пропала. Исчез важный вид и осталась лишь тень прежней дерзкой улыбки, когда она посетила его в тюремной камере форта. Он был приговорен к смерти, но жизненной силы в нем не убавилось.

Как только тюремщик оставил их одних, он заключил ее в объятия и стал целовать.

«Онория, – казалось, что она слышит ею голос сквозь сон, – ты самое лучшее, что было у меня в жизни».

Она коснулась его лица, подумав: как хорошо, что они снова вместе, но в то же время печально, потому что это их последняя встреча. «Я люблю тебя», – прошептала она.

Они занялись любовью на каменном полу камеры, а потом она вышла за него замуж.

«Онория, – сказал он тогда. – Я люблю тебя».

Ей казалось, что она слышит эти слова сейчас, как будто он, опустившись на колени, шепчет их ей на ухо. Но он на самом деле мертв, погребен в пещере под толстым слоем земли и камней. Джеймс спас его от виселицы четыре года назад, но сегодня был бессилен спасти его.

«Онория». Этот зов был более настоятельным и слегка раздраженным.

Она проснулась, тяжело дыша. В небе сияли звезды, костер погас, светились только раскаленные угли.

Она села. Далеко в море в лунном свете покачивались корабли. Мужчины на берегу спали, завернувшись в одеяла или раскинувшись на них. Она одна бодрствовала. Даже Джеймс спал, накинув одеяло на плечи и прижавшись спиной к баркасу. Онория откинула одеяло и встала. Ноги болели, голова гудела. Она пошла по песку босиком. Он проминался под ее ступнями, мягкий, податливый.

«Онория». Она опять услышала свое имя также ясно, как видела звезды. Онория пошла по тропинке, ведущей к водоемам, двигаясь на голос, который звал ее. Обходила корни, выступающие на тропинке, и перешагивала через камни, не думая о том, что поранит ноги.

Она подошла к большому валуну в конце тропы и перелезла через него. Затем пробралась сквозь заросли и наконец дошла до озерка.

Вода в нем была спокойной и чистой. Онория опустила ногу в воду, отчего по ней пошла рябь, и закрыла глаза, наслаждаясь прохладой.

– Онория.

Она резко открыла глаза. Кристофер стоял на другой стороне озерка, и лунный свет освещал его мускулистые плечи и грудь, окрасив золотистые волосы почти в белый цвет. Его штаны были мокрыми и порванными. Он двинулся к ней прямо через неглубокую воду с насмешливой улыбкой на лице.

– Ты думала, что оползень погубил меня, не так ли? – спросил он.

Онория устремилась в воду навстречу ему, не заботясь о своих юбках. Он подхватил ее на середине озерка и поднял, заключив в объятия.

Она целовала его губы, его лицо, и по щекам ее текли слезы.

– Кристофер, – произнесла она осипшим голосом. – Я люблю тебя. Я очень сильно люблю тебя.

– Я знаю, милая. Я всегда говорил это, не так ли?

– Ты самонадеянный мужчина, – сказала она, улыбаясь, и уткнулась носом в его щеку. – Я была уверена, что ты не погибнешь.

– Я не мог погибнуть! Я должен был вернуться к тебе.

– Значит, ты любишь меня? – прошептала она.

– Всем сердцем.

Она поцеловала татуировку дракона на его ключице. Рисунок отливал серебристым цветом, как будто подсвеченный изнутри.

– Останься со мной, Кристофер. Останься навсегда. Пожалуйста.

Он молчал. Она подняла голову и внезапно похолодела. Он все еще улыбался, но его серые глаза были исполнены печали.

– Я не могу, ангел мой.

– Почему? Ведь я люблю тебя.

Он коснулся губами ее лба.

– Я знаю это. Но я не могу остаться.

Она в панике вцепилась в него.

– Нет! Пожалуйста, останься со мной. Не покидай меня опять. – Слезы ручьями текли по ее лицу.

Он поцеловал ее и крепко сжал.

– Возвращайся назад и поспи еще, а утром позволь своему брату позаботиться о тебе. Он негодяй, но он отвезет тебя домой. Ты будешь там в безопасности.

Она с трудом оторвалась от него.

– Нет. Ты мой муж, и я буду с тобой. Я люблю тебя.

Он снова печально посмотрел на нее, в его глазах отражались звезды.

– Это невозможно, жена моя. Спокойной ночи. – Он ласково коснулся рукой ее подбородка, затем повернулся и начал удаляться.

Онория попыталась побежать за ним, но ее намокшие юбки опутали ноги, и она не могла сделать ни шагу.

– Кристофер! – пронзительно крикнула она.

Он продолжал удаляться, пока не исчез в тени скал. И ни разу не оглянулся.

Онория окончательно проснулась. Она лежала завернутая в одеяло на холодном песке бухты. Солнце уже взошло, мужчины занимались своими делами, Джеймс тихо разговаривал с одним из членов своей команды.

Глава 22

Онория отбросила в сторону одеяла, надела ботинки, поднялась и быстро направилась к тропинке, ведущей к водоемам.

Она услышала, как Джеймс, бдительно следящий за ней, позвал ее. Онория не остановилась. Ее сердце гулко билось в груди, она тяжело дышала, когда достигла валуна в конце тропинки.

Солнечные лучи еще не проникали под кроны деревьев, и воздух, насыщенный влагой, холодил кожу.

Ее сон казался таким явственным, но сейчас она поняла, насколько нереальным он был. Во сне она не ощущала ни холода, ни трудности ходьбы, ни запаха гниющей сырой травы, ни боли в ногах, наступая на острые камни. Однако отчетливо слышала хриплый голос, звавший ее:

– Онория!

На этот раз ее звал Джеймс.

Она перелезла через валун и продолжила путь к озерку, ускорив шаг. Здравый смысл говорил ей, что она не увидит Кристофера, ожидающего ее, что он, полуобнаженный, не пойдет ей навстречу с улыбкой. Он никогда не звал ее; ей приснилось. Но она должна убедиться в этом раз и навсегда.

Онория двинулась через влажные заросли кустарника. Широкие листья хлестали ее по лицу, обрызгивая холодными каплями, ноги утопали в грязи.

Она достигла озерка, когда солнце уже поднялось над деревьями и осветило свободное пространство. Поверхность воды была покрыта рябью, во сне она ее не видела. Солнце, отражавшееся от мокрых камней, на мгновение ослепило ее.

Прикрыв глаза рукой, Онория внимательно обвела взглядом озерко. На другой стороне в тени утесов она заметила какое-то плавающее тело.

Онория устремилась в воду в тот момент, когда Джеймс с грозным ворчаньем пробирался через заросли позади нее. Ее юбки опутали ноги, как это было во сне, но на этот раз она подняла их и продолжила движение. Она услышала, как Джеймс зашлепал вслед за ней по воде, требуя остановиться.

Онория достигла тени под нависающими скалами. Там на поверхности воды, лицом вверх, с закрытыми глазами лежал Кристофер. Его торс был весь в синяках, штаны превратились в окровавленные лохмотья.

Онория подхватила его под руки и попыталась вытащить из-под скал на солнечный свет. Он был тяжелым, но она почти не чувствовала напряжения.

К ней подоспел Джеймс. Не говоря ни слова, он оттолкнул Онорию и потянул Кристофера по воде к берегу.

Вытащил Кристофера из воды и уложил на землю. Конечности Кристофера казались безжизненными, лицо покрыла мертвенная бледность.

Онория приложила руку к его горлу, стараясь нащупать пульс. Его кожа была холодной и влажной, он лежал совершенно неподвижно. Наконец она нащупала слабую пульсацию. Сердце еще билось.

– Джеймс, он жив! – крикнула Онория.

Не ответив, Джеймс перевернул Кристофера на живот и с силой нажал на его ребра. Изо рта Кристофера хлынула вода.

Из кустов выползла змея и остановилась, уставившись на пропитанный водой ботинок Кристофера.

Джеймс поднялся на ноги с мрачным выражением лица. Змея поспешила уползти назад. Джеймс надавил ногой на спину Кристофера, и у него изо рта вылилось еще немного воды.

Онория почувствовала, как Кристофер дернулся и затем внезапно разразился кашлем. Сердце Онории учащенно забилось. Кристофер слегка приоткрыл глаза, потом повернул голову и вместе с рвотой изверг остатки воды.

Через некоторое время Джеймс осторожно перевернул его на правый бок. Онория положила голову Кристофера себе на колени и убрала мокрые волосы с его лица. Его веки опять дрогнули, и он наконец открыл глаза.

Воспаленные и ошеломленные, они смотрели то на улыбающуюся от радости Онорию, то на Джеймса, который стоял над ним в напряженном ожидании.

Его голос прозвучал хрипло и еле слышно, но Онория поняла, что он сказал:

– Я в раю или в аду?

Она наклонилась и поцеловала его.

– Не волнуйся, Кристофер. – Ее слезы капнули на его губы. – Я люблю тебя, – тихо сказала она. – Ты удивительный, самонадеянный, несносный человек.

Кристофер блаженствовал, лежа на одеяле на песке, купаясь в солнечных лучах и позволяя Онории ухаживать за ним. Время от времени она целовала его в потрескавшиеся губы.

Каждый раз, когда она делала это, он чувствовал, что его руки и ноги наполняются силой.

Он не представлял, каким образом оказался в озерке Должно быть, он упал из туннеля в один из потоков у подножия горы. Если бы он попал непосредственно в водопад, то наверняка погиб бы. Вероятно, он скользил по образовавшемуся в горе наклонному туннелю, Через который дождевая вода стекала в ручей, и этот ручей оказался достаточно глубоким, чтобы смягчить его падение. Оттуда Кристофера течением перенесло в водоем, где Онория и нашла его.

Она не могла объяснить, почему решила искать его там; она только улыбнулась и поцеловала его. Он закрыл глаза, отказавшись от дальнейших расспросов.

Когда он снова открыл их, над ним нависла тень. Это был Джеймс.

Кристофер медленно и осторожно сел. Его грудь была перевязана материей, которой Онория обмотала его. Ему было приятно чувствовать ее маленькие крепкие руки на своем теле.

– Ты еще здесь? – обратился Кристофер к Ардмору.

Выражение лица Джеймса, как всегда, было каменным.

– Мы скоро отплываем. Мы обыскали весь остров на случай, если ты забыл сообщить нам о местонахождении других тайников, но ничего больше не нашли. Похоже, ты привел меня к единственному кладу и целиком отдал его мне. Почему? – Вопрос остался без ответа.

Пока Кристофер лежал здесь в полузабытьи, Джеймс отдал приказ освободить Мэнди, поэтому Кристофер, в свою очередь, приказал освободить Диану.

Однако обе женщины не собирались, как послушные жены, возвращаться на свои корабли. Они потребовали немедленно доставить их на остров, чтобы узнать, что там произошло. Диана сначала бросилась в объятия мужа и выразила свою любовь и преданность, а потом отступила на шаг и напустилась на него.

Кристофер с улыбкой наблюдал за ними, пока Мэнди, в свою очередь, не стала его упрекать. Как он мог позволить Ардмору водить его за нос, в результате чего сам оказался на краю гибели? И все из-за какого-то паршивого золота?

– Это не он, а я вел его, – возразил Кристофер. – Единственный, кто способен водить меня, это моя жена, и то не за нос. – Он усмехнулся, а Мэнди закатила глаза.

Потом она опустилась на колени рядом с ним, посмотрела на него и сказала:

– Я собираюсь замуж за Хендерсона.

Кристофер был неприятно удивлен. Он только недавно нашел Мэнди и не хотел расставаться с ней.

– Ты уверена, что хочешь этого?

Она кивнула со счастливым видом, хотя в то же время была огорчена.

– Я люблю его. – Она вызывающе посмотрела на Кристофера. – Он хороший человек и умеет здорово драться.

Кристофер с трудом сдержал смех.

– Ну, в таком случае на моем корабле для вас всегда найдется место.

– Я знаю. И мы останемся на «Звездном кресте». Олден хороший штурман, несмотря на свое пристрастие к одежде. Он пригодится тебе.

Кристофер улыбнулся, привлек Мэнди к себе и заключил в объятия.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Обнимаю тебя.

Она неловко обхватила его шею.

– Мы не должны обниматься.

Он крепко сжал ее и поцеловал в щеку.

– Обещаю никогда больше не делать этого.

Мэнди отстранилась и насмешливо посмотрела на него.

– Ты сошел с ума.

– Моя замечательная жена спасла мою жизнь сегодня и сказала, что любит меня. Я рад общению с каждым.

– Ха. Полагаю, мне следует наслаждаться этим, пока есть возможность.

Кристофер дружески шлепнул ее.

– Иди и готовь корабль к отплытию. Мы покинем это место, как только я избавлюсь от Ардмора.

Они снова обменялись понимающими взглядами, как соучастники заговора.

– Мы отправимся туда? – спросила Мэнди.

– Тебе лучше знать, куда именно.

– расскажу об этом Хендерсону, – предупредила она.

– Я не заставляю тебя скрывать что-либо от него. Рассказывай все, что хочешь. Но лишь после того, как мы благополучно уйдем отсюда.

Мэнди широко улыбнулась.

– Есть, капитан. Увидимся на борту.

Она встала и, весело шагая, ушла. Сердце Кристофера радостно билось. Как хорошо снова оказаться дома. Он поднял глаза на Ардмора и ответил на его вопрос:

– Я не хочу терять людей и время и сражаться с тобой. Забирай свое проклятое золото и уходи.

Ардмор поджал губы.

– Ты решил расплатиться со мной, чтобы я оставил тебя в покое? Не выйдет, Рейн. Ты по-прежнему остаешься пиратом, а я – охотником за пиратами. Поэтому начнем все сначала.

– Согласен, – ответил Кристофер миролюбиво. – Но, говоря по правде, я подумываю бросить пиратскую жизнь. Мы с женой поселимся в каком-нибудь прибрежном городке, я буду курить трубку и качать моих детей, развлекая их рассказами о своих подвигах. – Он усмехнулся. – Я расскажу им о тебе, и они будут называть тебя дядей Джеймсом.

Ардмор слегка вздрогнул, осознав, что дети Онории будут иметь с ним родственную связь. Уголки его губ чуть заметно дернулись.

– Звучит идиллически. Полагаю, Онория будет приглашать меня и Диану на воскресные обеды, и мы станем одной большой счастливой семьей. – Он сделал паузу, и оба подумали об этом мрачном сценарии.

– У тебя есть ко мне еще какое-то дело? – спросил Кристофер.

Глаза Ардмора блеснули, и в них отразилась внутренняя борьба. Он не знал, стоит ли высказать то, о чем он думал.

– Нет, – произнес он наконец. – Хочу лишь пожелать, чтобы вы с Онорией жили счастливо.

Некоторое время они смотрели друг на друга. Блеск в глазах Джеймса сменился беспокойством. Ему не хотелось признавать, что Кристофер победил в этом раунде.

Пульс Кристофера участился. По глазам Джеймса было видно, что он решал, позволить ли Кристоферу остаться победителем. Ради Онории, или, может быть, ради будущих детей, или потому, что Ардмор считал, что он заплатил свои долги.

Прежде чем Кристофер заговорил, Ардмор нехотя отдал ему честь.

– До встречи, – произнес он. – Не позволяй Онории доводить тебя до безумия. Она может донимать тебя своими капризами, например, по поводу того, какие ковры следует постелить на пол и на каких подушках ты не должен спать.

– Спасибо за совет. – Кристофер уже был знаком с капризами Онории относительно различных покупок, особенно постельных принадлежностей. Он до сих пор помнил, как болезненно отразился ее выбор на его заднице.

– Я попрощаюсь с ней, – закончил Ардмор. – Когда буду покидать остров.

– Она обязательно захочет поговорить о своих чувствах, – предупредил Кристофер.

– Я знаю. – Ардмор отвесил ему короткий поклон, и из глаз его исчезло дружелюбие. – До свидания, капитан Рейн.

Кристофер не мог подняться на ноги, однако тоже отдал ему честь.

– До встречи, капитан Ардмор.

Они прибыли сюда, стараясь одержать верх друг над другом, но никто не проиграл. Оба победили.

Не сказав больше ни слова, Джеймс Ардмор зашагал навстречу последнему тяжелому испытанию – разговору со своей сестрой.

Онория не на шутку разозлилась, споря с Джеймсом. Они ругались около часа, вспоминая все, что касалось их жизни: у него холодное сердце; она делает все, что вздумается, не предупредив его; Джеймс подолгу пропадает вне дома; Онория никогда не встречает его радушно, когда он появляется в доме. Они коснулись также того, что Онория не сообщила Джеймсу о своем замужестве с Кристофером, а Джеймс, в свою очередь, не рассказал Онории о том, что нашел убийцу жены Пола.

Диана, наблюдавшая за их перепалкой, нахмурившись, спросила:

– Вы закончили? Ради Бота, Джеймс, возможно, мы долго не увидим ее. Ты мог бы попрощаться как-то иначе, по-человечески.

– Я сказал ей, что она может вернуться к нам в Чарлстон со своим мужем. – Он поморщился, как от боли, произнеся последнее слово. – Но она отказалась.

Онория вскинула брови.

– Жить с тобой в Чарлстоне? Да вы с Кристофером вечно будете на ножах.

– Разумеется, – согласилась Диана. Джеймс нахмурился.

– Но ты будешь иногда появляться там? Ты не должна забывать, где родилась и выросла.

– Да, обязательно! Я буду часто посещать наш дом. Если, конечно, вы будете меня принимать.

Джеймс встретил ее холодный взгляд.

– Ты будешь желанной там.

Диана закатила глаза и оставила их, направившись туда, где Изабо должна была наблюдать за малышом Полом, чтобы тот не ел песок.

После минутной тишины Онория тихо спросила:

– Почему ты не рассказал мне, что нашел убийцу жены Пола?

Джеймс резко втянул воздух, и его красивое лицо опять приобрело жесткое выражение. Затем он выдохнул и закрыл глаза.

– Я торопился. Это единственная причина, клянусь тебе. Я хотел выследить этого человека, и у меня не было времени ни на что другое.

– А ты не подумал, что мне это далеко не безразлично?

– Нет. Я только хотел достать его. Я думал… – Он снова вздохнул. – Почему-то я думал, что если вернусь и брошу мертвое тело Мэллори к твоим ногам, ты будешь рада. Будешь гордиться мной. Но конечно, все получилось не так, как я рассчитывал.

Да, все получилось не так. Онория узнала эту историю от Дианы.

– Я всегда гордилась тобой, Джеймс. Он удивленно посмотрел на нее.

– В самом деле?

– Конечно.

Они полагали, что хорошо знают друг друга, но теперь, казалось, усомнились в этом.

– А я не могу гордиться собой, – сказал он пренебрежительно. – Если бы я находился там с Полом и его женой, возможно, они остались бы живы.

Онория коснулась его руки, впервые осознав, что пережил ее старший брат.

– Ты не мог знать, что случится. Его глаза потемнели.

– Да, конечно. Но мне приходится жить с постоянным чувством вины.

Они помолчали. Моряки вокруг кричали и шутили, радуясь, что сделали свое дело и теперь могут вернуться к привычной жизни. Баркас спустили на воду, и полдюжины мужчин дружно прыгнули в него.

– Интересно, как отнесся бы Пол к моему замужеству с Кристофером? – тихо произнесла Онория.

Джеймс фыркнул.

– К замужеству с пиратом? – На лице его появилось пренебрежительное выражение, которое тотчас же уступило место доброжелательному. – Он бы порадовался твоему счастью.

– И твоему тоже, – сказала она. – Пол был очень добрым и великодушным.

– Это верно.

Снова наступило неловкое молчание. Ветер трепал их одежду и поднимал вверх песок там, где Диана весело смеялась над ужимками детей, играющих у ее ног.

Онория и Джеймс наблюдали за ними некоторое время, затем Джеймс сказал:

– Ну, прощай.

– Прощай.

Она взглянула на его высокую фигуру, на развевающиеся черные волосы, на зеленые глаза, в которых не было ни тени печали. Диана очень любила его, Онория, будучи девочкой, восхищалась им, но сейчас они стояли, глядя друг на друга, и чувствовали возникшую между ними дистанцию. Онории казалось, что он сожалеет об этом, да она и сама сожалела.

– Джеймс, – печально произнесла она.

Он раскрыл объятия, и она бросилась к нему, почувствовав его сильные руки. Она не помнила, когда он обнимал ее последний раз.

– Спасибо за спасение Кристофера, – прошептала Онория. – Ведь ты мог оставить его умирать.

Он приподнял ее подбородок.

– Я понял, что он значит для тебя. Я не хотел видеть, как ты страдаешь. Я хочу, чтобы ты была счастлива; можешь верить или не верить. – Он улыбнулся. – Если бы я оставил его умирать, ты никогда не простила бы мне этого.

– Конечно, не простила бы, – убежденно сказала она. Его улыбка сделалась еще шире.

– Прощай, Онория. – Он наклонился и поцеловал ее в губы, затем повернулся и пошел к жене.

Сердце Онории заныло, когда она смотрела ему вслед, однако это расставание дало ей надежду. Они с Джеймсом, казалось, перекинули небольшой мостик через пропасть, разделявшую их. А это уже немало.

«Аргонавт» ушел с Джеймсом, Дианой, их детьми и Йеном О'Малли, увозя в трюме мексиканское золото. Онория, защищая глаза рукой, наблюдала с кормы «Звездного креста», как «Аргонавт» становился все меньше и меньше.

Кристофер решительно направил «Звездный крест» в противоположном направлении. Рядом с ним стояла Мэнди. Хендерсон расположился поблизости и проверял свой хронометр, опираясь на планшир. Его очки блестели на солнце.

Сердце Онории разрывалось, когда другой корабль исчез за горизонтом. Она едва не расплакалась, прощаясь с Дианой и детьми, хотя знала, что они скоро снова будут встречаться во время Рождества, или в дни рождения, или в середине лета, а также в других случаях, когда появится повод посетить дом. Она и Кристофер будут навещать детей Дианы, а потом приезжать к ним со своими детьми. У них будет своя семья, как когда-то она, Джеймс, Пол, их мать и отец составляли большую семью.

– Онория, – сказал Кристофер, прервав ее размышления. – Хватит мечтать, берись за штурвал.

Он стоял, легко держа одной рукой колесо, и его поза выражала нетерпение.

Онория тяжело вздохнула, приподняла юбки и двинулась вперед. Когда она подошла к штурвалу, он оставил его и молча зашагал по палубе вместе с Мэнди.

Онория нахмурилась, глядя на его красивую прямую спину.

– Я знаю, почему ты стал капитаном, Кристофер.

Он посмотрел на нее через плечо. Его серые глаза были ясными и внимательными.

– Потому что меня избрали.

– Нет, потому что тебе доставляет удовольствие командовать всеми вокруг. – Она спокойно держала штурвал, помня, что его не следует сжимать слишком сильно, как учил ее Керью. – Ты не хотел бы сообщить мне, какого курса я должна придерживаться?

Кристофер переключил свое внимание на сестру:

– Что скажешь, Мэнди?

Ее черные глаза были устремлены на горизонт.

– Тридцать градусов зюйд-зюйд-ост.

Онория повернула штурвал. Мистер Керью научил ее также, как держать нос корабля по компасу.

– Сен-Сир? – Кристофер посмотрел на второго помощника капитана, который бесстрастно наблюдал, как команда поднимает парус на переднем кливере.

– Думаю, правильно, – ответил Сен-Сир. Онория взглянула на Кристофера с внезапным подозрением.

– Что правильно?

Красивое лицо Кристофера оставалось серьезным, но глаза весело блестели.

– Правильно выбран курс туда, где находится мексиканское золото.

– Но… – Онория пришла в замешательство. – Но ты ведь отдал золото Джеймсу. Я сама видела, как он отправлял бочонки на свой корабль. – Она нахмурилась. – Это ведь настоящее золото, не так ли? Если ты попытался обмануть его, то это глупо. Он узнает, что золото фальшивое.

Его губы изогнулись в кривой улыбке.

– Не беспокойся, любовь моя, мы отдали ему настоящее золото с «Прекрасной розы». Но это был огромный корабль.

Мэнди ухмыльнулась. Сен-Сир, как всегда, не проявил никаких эмоций, но глаза его весело блеснули.

– Объясни мне, что все это значит, Кристофер Рейн, – строго потребовала Онория.

Он поставил ногу на скамейку рядом с ней. В этой позе его штаны соблазнительно обтягивали мускулистые бедра.

– Хорошо, жена моя, я расскажу тебе всю историю. Когда-то у меня было три корабля. Я командовал «Сарацином», другим кораблем – Мэнди, а третьим – Сен-Сир. Огромное судно «Прекрасная роза» было нагружено золотом и двигалось очень медленно, так что нам нетрудно было захватить его. Мы наполнили трюмы наших кораблей и разошлись в трех разных направлениях. Джеймс Ардмор поймал только меня, после того как я спрятал золото.

Онория смотрела на него с открытым ртом. Позади нее Хендерсон разразился смехом:

– Боже, ну и хитер же ты, Рейн.

– Значит, осталось еще много золота?! – воскликнула Онория.

– Более чем достаточно. Надо только забрать его.

– Но… мой брат не дурак. Он может догадаться и последовать за нами к другим тайникам.

Кристофер посмотрел на горизонт, за которым скрылся «Аргонавт».

– Не думаю, что он будет преследовать нас.

– Откуда ты знаешь? Он способен на любые хитрости и обычно появляется совершенно неожиданно. Я хорошо изучила его.

– Он не последует за нами, Онория. Онория хотела возразить, но не стала.

– Ты заключил с ним сделку, Кристофер?

Глаза Кристофера весело блестели.

– Скажем так: Ардмор и я поняли друг друга, как негодяй негодяя.

– Да, Диана и я согласились, что вы пара негодяев, – мрачно произнесла она.

Ее лицо раскраснелось от солнца и волнения, и сердце гулко билось в груди. Как хорошо, что он здесь, рядом с ней, здоровый и невредимый, и можно на него злиться. Пусть будут скандалы и приступы гнева, брань и проклятия. Он смотрел на нее, и взгляд его говорил ей, что он любит ее и восхищается ее красотой.

– Онория, – сказал Кристофер, прервав ее мысленный монолог. – У меня есть идея получше. Передай свой пост Мэнди и спускайся вниз.

Онория пристально посмотрела на него.

– Не очень-то разумно отправлять меня вниз, капитан. Тебе нужны люди наверху.

Кристофер усмехнулся:

– Это не приказ капитана. Это приказ мужа. А ты поклялась во всем слушаться мужа!

– Слушаться, если он предъявляет разумные требования.

Промелькнувшая в его глазах искра заставила ее немного занервничать. Она ухватилась за штурвал обеими руками и пристально посмотрела на Кристофера поверх колеса.

– Мэнди, – распорядился он. – Возьми штурвал. – И подошел к Онории.

Кристофер взвалил ее на плечо и понес вниз в каюту, позволив ей визжать и кричать, сколько вздумается. Он захлопнул дверь и бросил Онорию на койку.

Она барахталась, как жук на спине, ее глаза сверкали гневом.

– Едва ли это выглядело достойно, – сказала она, пытаясь сесть. – Что подумают твои люди?

– Они подумают, что я без ума от любви к тебе. – Он снова уложил ее на одеяла. – Они не станут осуждать меня за то, что я решил порадоваться жизни после счастливого избавления от смерти.

В ее глазах отразилась тревога.

– Кристофер, я думала, что потеряла тебя.

Он распростерся рядом с ней, привлек ее к себе и положил руку на ее красивое бедро.

– Я тоже думал, что мне конец. – Он сделал паузу. – Теперь, когда мы наедине, скажи, как ты догадалась, что меня надо искать в озере. Ты не могла видеть, как я упал в воду.

– Ты мне приснился. Ты стоял в озере и посмеивался над моим беспокойством. А потом ушел, оставив меня.

– Хмм, странно.

– А ты думал обо мне? – спросила Онория. – Может быть, это передача мыслей на расстоянии?

Его губы тронула улыбка.

– Неужели мисс Онория Ардмор верит в это? Я не думал о тебе. По крайней мере о том, чтобы ты нашла меня.

Она наморщила лоб.

– А как?

– Как в то время, когда я был в Азии. Я мысленно представлял твое красивое лицо. – Он коснулся его. – Твое чувственное тело. – Он провел рукой по ее груди и ниже до бедра. – Твои губы. – Он прикоснулся к ним пальцем. – Твои сверкающие глаза, когда ты бранила меня. – Он улыбнулся. – Я должен был увидеть тебя еще раз, услышать, как ты ругаешь меня.

Ее глаза увлажнились.

– Я думала, что больше никогда не увижу тебя.

Кристофер коснулся ее лба губами.

– Однако ты вовремя меня нашла. Нас, Рейнов, трудно убить.

Как он и ожидал, печаль в ее глазах сменилась гневом.

– Вы, Рейны, чертовски самонадеянны.

– Чертовски? Ты выражаешься, как пират, жена моя.

– Уверена, что нет.

Он прижался губами к ее векам и почувствовал щекотание ресниц.

– Я хотел бы еще раз услышать слова, которые ты произносила, когда вытаскивала меня из озера. Что ты тогда говорила?

Онория нахмурилась, и ее брови шевельнулись под его губами.

– Ты прекрасно помнишь, что я говорила.

– Я хочу услышать это опять. Я приказываю тебе, как муж и как капитан.

Онория лежала не шевелясь и долго смотрела на выкрашенные в белый цвет доски над ними. Кристофер ждал. Умел ждать.

Наконец ее губы дрогнули:

– Я сказала тогда, что люблю тебя. Он наклонился поближе.

– Что, что? Я не расслышал.

– Ты все слышал, Кристофер, – процедила она сквозь зубы.

– Ты едва шевелила губами. – Он повернул ее лицо к себе. – Я хочу, чтобы ты сказала это громко и отчетливо, жена моя.

Онория бросила на него испепеляющий взгляд. Отбросила его руку и села прямо, едва не ударившись головой о балку.

– Я сказала, что люблю тебя, Кристофер Рейн! – крикнула она.

– О да, кажется, именно это ты говорила тогда. – Он погладил ее щеку. – Я тоже люблю тебя, Онория.

– Будь проклята эта пещера.

– Я уже проклял ее, – сухо сказал Кристофер. Значительная часть его кожи была содрана, когда он полз по туннелю и во время падения. Заживление проходило болезненно.

Онория встревожилась:

– Как ты себя чувствуешь? Может быть, надо сделать новую перевязку?

Насколько он помнил, ему доставляло удовольствие прикосновение ее рук, когда она перевязывала его, однако он покачал головой и снова привлек Онорию к себе.

– Я чувствую себя уже лучше. Полежи со мной немного.

Она легла на спину и, соединив свои пальцы с пальцами мужа, обвила его рукой свою талию. Яркое солнце, отразившись от воды, осветило низкие белые балки каюты.

– Кристофер?

– Ммм? – промычал он, вдыхая аромат ее волос. Что мы будем делать с этим золотом?

Он усмехнулся.

– Я куплю тебе роскошный дом, шикарную карету и самые модные платья. Ты будешь жить, как принцесса.

– Меня устраивают и старые муслиновые платья, в которых я хожу по твоему кораблю.