Текст книги "Терос (ЛП)"

Автор книги: Дженна Хелланд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

– Я настроила Тассу против себя, – с горечью произнесла Никка. – И всех остальных богов, громче остальных я всегда слышала ее голос.

Элспет осмотрела ландшафт за их спинами. Лодка покоилась на широком уступе, на полпути к вершине скалистого склона, за твердую почву которого цеплялась парочка низких деревьев. Над вершиной склона виднелись каменные мечи Хранителей. Если статуи были по ту сторону склона, то они были не так далеко от Мелетиды.

– Пошли, надо подниматься выше, – подгоняла Элспет юношей, стоящих на краю обрыва, пораженные невиданным зрелищем.

– Тасса не сможет достать нас здесь, – сказал кудрявый парень.

Элспет не была в этом уверена. Она схватила Никку под локоть, и они вместе принялись карабкаться вверх по склону. Они почти добрались до вершины, когда волна обрушилась на берег. Она ударила в обрыв под ногами юношей, но затем, вопреки естественным законам, поползла вверх. Она накрыла парней, стаскивая их вниз. Вода подступала к Элспет и Никке. Гребень волны принял форму хватающих рук, тянущихся к ним, желая поглотить их в пучине океана.

– Выше! – Кричала Элспет. Они цеплялись за острые камни, оглушенные ревом волн, хлещущих их по ногам. Элспет чувствовала, как водные пальцы цепляются за нее, и вытолкнула Никку выше перед собой. Девушке удалось вырваться из воды и влезть на ствол сухого дерева, чьи корни едва цеплялись за скалистый склон. Никка протянула руку, пытаясь ухватить Элспет.

– Дай руку! – кричала Никка. Неожиданно, глаза девушки закатились, и она заговорила чужим, божественным голосом. – Я Тасса, а ты воровка. Я забираю твой клинок именем Бога Кузницы. Я забираю твою жизнь собственным именем.

– Борись с ней! – крикнула Элспет девушке. – Ты Никка. Никем не забранная! Никому не обязанная, кроме себя самой!

Элспет вонзила свой меч-копье меж корней дерева и вцепилась в него под ударами волн океана. Ей казалось, будто ее растягивают на дыбе. Боль притупляла ее разум, но она отчаянно призвала заклинание, чтобы освободить Никку. Но девушка не была подвершена контролирующей магии. Тасса использовала ее в качестве своих уст, а не марионетки. Словно рукой, срывающей паутину, Элспет умело смела чары с разума девушки. Глаза Никки вернулись в свое, обычное состояние, и она злобно взглянула на море. Вода отступила, и Элспет вползла на дерево к Никке, и высвободила клинок из мокрых корней. Серый дождь закраплел вокруг них. Никка протянула руку, чтобы словить его капли, и они обе увидели, что это был вовсе не дождь. Это был пепел, тонкий, как пудра. Звук отдаленного взрыва сотряс склон подними.

– Они погибли? – всхлипнула Никка. Спокойные волны вновь ласкали берег под ними, подтверждая непостижимость силы природы. Юношей из каравана нигде не было видно.

– Мы почти на вершине, – сказала Элспет. – Давай доберемся до города.

ГЛАВА 11

Плато Четырех Ветров было привыкшим к уничтожению. С ровного, белого плоскогорья открывался вид на Мелетиду и море, и оно было сценой бессчетных сражений на протяжении многих веков. Архонты Тракса встретили свой конец на этом поле боя. Легионы мертвых уничтожены, и Титаны некогда молили здесь о пощаде. Божественный Мастер Никтос был убит здесь. Столько людей истекли кровью и умерли на этой самой земле, что боги сделали ее священной. Они объявили это плато теменом, священной землей, отделенной от остального мира смертных. Здесь запрещено было что-либо строить, и лишь ветрам было позволено называть это место своим домом. Даже Хранители, каменные воины, охранявшие материковые подступы к городу, были возведены за пределами плато.

Дакс с небольшим отрядом Мелетийских солдат выехали из Прибрежных Врат и пришпорили лошадей в сторону плато. Во всем Теросе было неспокойно. Моря вскипали, и дым струился из горных вершин. Воздух задыхался от знамений и ярости богов. Дакс жаждал чистого неба и тишины, как слепой жаждал прозрения. Никто из его компаньонов не видел ни бурных энергий, вздымавшихся с земли, ни звездных струй, стекавших из трещин в Никсе, ни назревающую войну богов. Дакс пытался отрешиться от пелены шума, чтобы почувствовать Нилею, но нигде не мог отыскать ее присутствия. Даже на огромном расстоянии она вселяла ему ощущение безопасности, чего нельзя было сказать о Гелиоде. Бог Солнца ожидал сочувствия от Дакса, а не наоборот.

Когда они поднялись по дороге на плато, Река Мелетида вспенилась под ними. Вода потекла в обратную сторону, наперекор обычному течению. Словно море впитывало ее в себя. Стелан пришпорил коня и подъехал ближе к Даксу. Дакса мучало чувство вины всякий раз, когда видел своего друга, но он напомнил себе, чтобы были такие дни, как сегодня, оправдывавшие его действия. Мир достиг переломной точки, и Гелиоду нужны были такие люди, как Стелан.

– Что происходит? – спросил Стелан.

– Тасса готовит вторую волну для наводнения земли, – сказал Дакс.

Только они достигли вершины уклона и выехали на Плато Четырех Ветров, как вершина Горы Велеры взорвалась ослепительным пламенем. Клубы серого дыма вырвались наружу, и пепел устремился в небеса. Огненные струи растеклись по горизонту, пока восточное небо не залилось адским пламенем.

– О, великий Гелиод, защити нас, – проговорил Стелан в ужасе от увиденного. – Это не дело рук Тассы.

– Нет, Пирфор нападает на Гелиода, – сказал Дакс. Его люди спешились при виде огня. Они приготовились к битве, хотя, как они собирались сражаться с силами природы, Дакс не знал. Солдаты выстроились защитным строем, когда вторая эпичная волна показалась над океаном.

– Где Гелиод? – выкрикнул Стелан. И все солдаты, кроме Дакса рухнули на колени с криками о спасении и призывах к их богу. Дакс присел и опустил пальцы на гладкую поверхность плато. Он позволил материальному миру растаять и сфокусировался на хитросплетениях обители богов. Его божественные чувства вспыхнули в его разуме, и на мгновение он объял всю полноту пантеона.

Гелиод обернулся туманом над морем. Дабы покарать Тассу за нападение на его чемпиона, он вонзил жар солнца глубоко в ее волны. Поверхность нагрелась, пока вся рыба не погибла, а более крупные создания не уплыли глубже, в поисках спасения от гнева Бога Солнца. Тасса вскричала от ярости, и ее волны выросли еще выше. Гелиод вспыхнул ярче, и теперь погибли все дельфины на средних глубинах океана. Тритоны сбежали во тьму глубин, где первобытные чудовища почувствовали нагрев воды и начали ворочаться, пробуждаясь отсна.

Даже те боги, которые не приняли чью-либо сторону в развивающемся конфликте межу Гелиодом и Пирфором почувствовали опасность ситуации. Наводнение Тассы угрожало Сетессе, поэтому Караметра ответила ей яростью львицы, защищающей потомство. Керан распалил жуткую бурю в поддержку своей излюбленной сестры, Тассы, и молнии снова и снова поражали Метелиду. Эреб чувствовал, что скоро в Подземное Царство войдет много мертвых, и выслал своих слуг засвидетельствовать кровавую бойню. Лишь Нилея не участвовала в этом спектакле разрушения.

Вес видения едва не раздавил Дакса, и он сбежал обратно, в мир смертных. Боги утратили всякое благоразумие. Материальный мир стал для них лишь средством для достижения их целей в борьбе за первенство и главенство. Что стояло между ними и безвременной кончиной цивилизации? Дакс с усилием поднялся на ноги под натиском апокалиптических ветров, бушующих вокруг него. Он чувствовал прилив надежды. Возможно, сегодня он будет освобожден.

* * *

За мгновения до того, как волна обрушилась на берег, и огненная буря достигла Мелетиды, Элспет и Никка взобрались на плато. Как только Элспет ступила на священную землю, ее измененное оружие вспыхнуло божественным светом. Элспет увидела небольшой отряд солдат, стоящих на коленях у дальнего края открытого пространства. Небеса являли собой ужасающий гобелен из клубящихся туч, облаков пепла, и огня. Она взглянула на Мелетиду в отдалению, ветры и молнии хлестали ее стены и крыши домов. По сравнению с божественным гневом вокруг него, город походил на муравья, которого вот-вот раздавят.

Ступай в Мелетиду. Ступай сейчас же.

Зачем? Думала Элспет. Чтобы засвидетельствовать его уничтожение?

Не было ни заклинания, ни спасения, которое она могла бы предложить этому миру. Все пошло прахом. Она медленно повернулась по кругу, созерцая панораму разрушения, и меч-копье выскользнуло из ее пальцев и упало на землю.

* * *

В своем храме на краю мира Круфикс услышал падение божественного клинка из рук Элспет. Как только оружие коснулось земли, оно возвестило о гибели тысяч душ, и Круфикс не мог этого допустить. Он предостерегал Гелиода и Пирфора не угрожать существованию смертных. Теперь он обязан был вмешаться.

Круфикс сделал глубокий вдох. Время словно замедлилось, и боги во всей красе увидели полное разрушение, грозящее обрушиться на мир смертных. В эти замедленные минуты Круфикс заговорил с его братьями и сестрами.

– Я предупреждал вас о подобном безумии. – Его обращение заполнило разум каждого бога, и слова его были подобны песчинками, осыпающимся в песочных часах. Размеренные. Неотвратимые. Неоспоримые.

– Мир слишком ценен, чтобы быть уничтоженным. Я объявляю Безмолвие. Я вплетаю вас обратно в ткань Никса.

Лишь Нилея ответила ему. Она зашумела своим лесом, подобно землетрясению, пытаясь привлечь внимание древнейшего из богов.

– Нет, Круфикс! – предупредила она. – Мир смертных поражен смертным врагом. Он угрожает самому пантеону! Если ты сотрешь нас из мира, ничто не удержит его.

Но Круфикс не прислушался к ее предупреждению. Наводнение, адское пламя, и обжигающий гнев Гелиода были оружием богов, неспособных мыслить в мелком масштабе, чтобы осознать степень опустошения. Круфикс ценил все и каждую форму жизни, которым сейчас угрожала битва богов – их боль и скорбь станут его тяжким грузом, покуда будет существовать само время. Как и много веков назад, Круфикс вырезал имена богов на своем древе. Своей властью он созвал богов в Никсе. Они были извлечены из смертных, более не способные вмешиваться в дела людей. Их наказанием было прекращение битвы и созерцание основ мироздания. Лишь Нилея подала голос, и она закричала, пытаясь остановить Бога Горизонтов.

– Нет! Смертные пропадут без нашего покровительства. Им придется столкнуться с их врагом в одиночку! – Она металась у края моря, подобно загнанному животному.

Но, несмотря на ее предупреждения, имя каждого бога было выжжено на стволе древа на краю мира. Разрушительные силы испарились из мира смертных прежде, чем их кровавый потенциал был реализован. Пламя Пирфора погасло. Море Тассы успокоилось, и бури Керана стихли. Солнце вернулось на свое место высоко в небе. По воле Круфикса Нилея против собственного желания присоединилась к своим братьям и сестрам в Никсе. Безмолвие поглотило весь мир, и смертные всей душой ощутили абсолютное отсутствие своих богов. И в самом сердце своей разрушенной долины Ксенаг улыбался. Он встал и потянулся, словно лев, пробужденный ото сна и готовый к ночной охоте. Он сделал жест издевательского уважения Круфиксу, который только что расчистил дорогу ему, Королю Чужеземцу, для того, чтобы, наконец, завершить задуманное.

* * *

На Плато Четырех Ветров развеялось адское пламя и бури растворились в чистых небесах. Дакс услышал крики чаек и почувствовал дыхание безмятежного летнего ветра. Словно железные оковы были сняты с его мозга и чугунные плиты пали с его плеч. Он чувствовал себя так, словно мог спрыгнуть за край и взлететь, подобно птице над благодатной землей. Он широко развел руки, взглянув в небеса, и озарился улыбкой чистой радости.

Стелан схватил его за руку. – Что случилось?

– Боги ушли в Никс, – сказал он своему другу. – Я больше не слышу их!

Воздух, словно, стал легче, будто мир уже не был столь пропитан магией. Стелан и другие солдаты ликовали и радовались чудесному спасению своего города.

Две женщины осторожно приблизились к ним со стороны плато. Солдаты прекратили ликование, наблюдая за приближением двух, появившихся ниоткуда, незнакомок. Одна была одета, как Акроссийка, а другая была облачена в странные походные одежды, но обе они были равно испачканными и покрытыми грязью. Дакс приветствовал с широкой улыбкой. Он резко остановился, увидев божественное меч-копье Гелиода, и улыбка исчезла с его лица. В ответ на эту смену настроения, женщина оборонительно подняла оружие. Метелийские солдаты подняли свои сариссы в ответ и приготовились к нападению.

Дакс был поражен видом женщины, держащей в руках клинок Гелиода. Он узнал бы ее и без оружия. Он помнил цвет ее волос, овал лица, неуловимую потусторонность, невидимую ни для кого больше. Это была та сломленная девочка, доросшая до звания чемпиона Гелиода. Это была незнакомка, которую Гелиод приказал ему убить, если все пойдет не по плану. Что ж, Гелиод мог теперь покарать его из своих новых покоев в Никсе, если подобное было возможно. Дакс никогда бы не тронул эту женщину. Он широко развел руки, словно желая обнять ее.

– Я знаю тебя, – сказал он, коснувшись стеклянного амулета на своей шее, и она, словно, вспомнила его тоже. – Ты вывела меня на ту гору.

Прежде чем женщина смогла ответить, оглушительный грохот сотряс землю под их ногами. Душераздирающий рев разнесся по всему плато.

Поликран явился.

ГЛАВА 12

Гидра обрушился на плато, и солдаты отпрянули в ужасе. Не менее сорока футов в длину и двадцати в высоту лишь до плеч, Поликран соперничал с самыми жуткими монстрами, когда-либо встречавшимися Элспет в любых мирах. Она насчитала, по крайней мере, с десяток громадных голов с яркими гребнями. Длинные шеи и черные глаза двигались в точном соответствии с четырьмя колоссальными лапами. Его длинный тяжелый хвост резкими рывками размахивал по сторонам, словно подталкивая его вперед. С каждым шагом его когтистых ступней, почва разжижалась, а затем вновь затвердевала, оставляя перманентные отпечатки на каменной поверхности плато.

Поликран пронзил людей взглядом всех своих глаз, и все десять голов взревели одновременно. Солдаты зажали уши, пытаясь унять физическую боль от этого звука. Струйка крови стекла из уха Дакса по шее, а Элспет утратила ориентацию, пока рев не стих. Несколько лошадей метнулись в сторону города, а солдаты выглядели так, словно готовы были броситься за ними следом.

– Всем оставаться на местах! – Выкрикнул Дакс. – Вы единственные, кто стоит между этим чудовищем и вашими возлюбленными!

– Как далеко город? – спешно спросила Дакса Элспет.

– Несколько минут по Дороге Хранителей, – сказал Дакс.

– Никка, возьми лошадь и предупреди городскую стражу, – сказала Элспет. – Ты сможешь найти дорогу?

– Я знаю куда ехать, – сказала Никка. – Но я могу помочь вам в сражении!

Девчонка несомненно была сильным магом, но Элспет не могла позволить себе отвлекаться на ее защиту, одновременно сражаясь с чудовищем.

– Предупреди город, – сказала Элспет. – Скажи им, что нам нужна помощь.

Никка кивнула, соглашаясь, и один из солдат придержал лошадь, пока Никка взобралась в седло.

– Скоро увидимся, – выкрикнула Элспет, когда Никка схватила поводья и развернула коня.

Она впилась пятками в его бока, и скакун понесся в Мелетиду.

– Стройся! – Выкрикнул Дакс своим бойцам.

Солдаты выстроились в прямоугольный строй с поднятыми щитами перед собой и копьями, выставленными к приближающемуся гидре. Лишь Дакс и Элспет остались стоять без защиты в стороне.

– По крайней мере, у него не пятьдесят голов, – пробормотала Элспет.

– В небе было пятьдесят, – пояснил Дакс. – Но никто не может сохранить могущество Никса в мире смертных.

– Это правда, что нужно отрубить все головы сразу, чтобы они не отрасли вновь? – спросила Элспет.

– Так мы убиваем гидр в мире смертных, – сказал Дакс.

– А что нужно, чтобы убить его в Никсе? – спросила она.

– Никто не пробовал, – сказал Дакс. – Нилея бы убила любого за одно лишь намерение. Приблизившись к центру плато, гидра бросился вперед с неожиданным ускорением.

Солдаты в фаланге разбежались от его натиска. Дакс прокричал им оставаться на местах, но собраться вновь они уже не смогли. Вместо этого, солдаты нападали хаотично со всех флангов в никем не координированной атаке. Элспет уклонилась от головы, метнувшейся в ее сторону. Черная пена стекала с клыков, и она почувствовала резкий кислотный запах, наполнивший воздух. Рядом с ней одного из солдат схватила другая голова. Его кости громко хрустнули, и массивные челюсти отшвырнули его тело в сторону. Оно взмыло в воздух и с влажным шлепком рухнуло неподалеку.

Голова над Элспет бросилась к ней снова, и она взмахнула копьем под пастью чудовища, отрезав голову с извивающейся шеи. Тут же, комки из плоти вылезли из багрового обрубка, и две новые головы появились на месте одной, отрезанной. Элспет была вынуждена отступить, чтобы не стать добычей созданных ею двухголов.

Она потеряла Дакса из вида, но еще один солдат бросился к гидре. Элспет проследовала за ним.

– Режьте тело, – выкрикнула она. Она отскочила в сторону, обогнув извивающуюся шею, и глубоко всадила острие копья гидре в бок. Кожа чудовища затянулась раньше, чем она успела вынуть клинок из раны. Она ранила гидру снова, выдернув орудие, но снова, порез затянулся мгновенно.

Она повернулась к своему напарнику, но тот закричал, когда гидра поднял свою массивную лапу и раздавил его о древние камни. Элспет отступила за пределы досягаемости голов гидры и попыталась объединиться с другими солдатами, но лишь единицы из них остались в живых. Дакс сражался с одной из голов чудовища, у разбросанных тел своих соратников, истекавших кровью, или раздавленных. Им отчаянно не хватало бойцов.

Элспет взмахнула клинком ритуальным способом, которому она обучилась, будучи Рыцарем Банта. Сконцентрировав заклинание на оружии, она призвала на помощь дюжину солдат. Дакс попятился назад от неожиданности, заметив появление незнакомцев. Они были вооружены длинными копьями, поскольку Элспет задумала для них особое задание. Она наделила их сверхчеловеческой силой. Все они были мощнее любого из живущих людей – они были эталоном боевого искусства и преданности.

– Протыкайте головы! – Отдала она приказ солдатам. – Пригвоздите их к земле!

Без единого вопроса солдаты разом бросились на чудовище. Уклоняясь, и отражая натиски гидры, они пронзали копьями головы, стараясь контролировать их движение. Изменение тактики сбило чудовище с толку, и солдатам удалось пригвоздить каждую голову Поликрана к каменистой земле. Плоть гидры затянулась вокруг копий, но воины крепко удерживали головы взбешенного чудовища.

Элспет бросилась вперед и взмахнула своим клинком по низкой дуге у самой земли. На мгновение, казалось, что ей удастся рассечь все шеи одним ударом. Но гидра отпрянул назад последней головой, с копьем, все еще торчащим в его черепе. Поликран откусил голову ближайшего воина и швырнул его окровавленный труп в сторону Элспет. Столкновение сбило ее с ног, и она почувствовала, как треснули ее ребра. Она с ужасом наблюдала, как из каждого обрубка вылезло по две новые головы. Тело гидры вибрировало от энергии и восстановленной силы. Дакс подбежал к Элспет и оттащил ее подальше от чудовища. Серией быстрых укусов гидра уничтожил оставшихся солдат. Дакс и Элспет остались последними выжившими против могучего Поликрана.

– Я могу замедлить его, – сказал Дакс.

Рука молодого оракула покрылась инеем, и он направил леденящее заклинание в гидру. Массивное тело чудовища засверкало кристаллами льда, и его движения замедлились. Элспет с усилием поднялась на ноги.

– Где же боги сейчас? – пробормотал про себя Дакс.

Странное видение вспыхнуло в сознании Элспет. Это были ее последние минуты на Мирродине, под натиском Фирексийских мерзостей. Она готовилась покинуть мир, когда кровожадные твари выломали дверь и попытались наводнить комнату, в которой она от них укрывалась. Они лезли друг на друга, стремясь первыми прорваться в узкий проход и перерезать ей горло. Их было слишком много, чтобы всем поместиться в проеме, и эта суматоха выиграла ей драгоценные секунды.

– Не все потеряно! – Вскричала Элспет. – У меня есть идея.

Она бегом бросилась к гидре, Дакс не отставал ни на шаг. Гидра вырывался из ледяных оков. Заклинание удержит его ненадолго. Им нужно было прикончить чудовище прежде чем он сможет вновь набрать скорость. Она вонзила клинок в одну из ближайших шей. Но прорезала ее лишь наполовину, и прежде чем плоть смогла затянуться, вынула клинок из глубокой раны. Голова бесполезно повисла с обрубка шеи, но кожа была рассечена так, что уже не могла срастись вновь – во всяком случае, на это надеялась Элспет. Отшатнувшись назад, она затаив дыхание наблюдала за признаками возникновения новых голов. На сырой плоти возникло тусклое сияние, но вскоре погасло, и обрубок остался гладким.

– Режь их наполовину! – Крикнула она Даксу. – Головы не могут вырасти вновь, если прежняя не отделена от тела.

Дакс моментально понял, что она имела в виду. Пока Поликран рвался из сковывающих его чар, они уклонялись от вяло машущих шей и разрезали шеи чудовища. Холод испарился в тот миг, как Дакс обезвредил последнюю голову. Гидра покосился и с грохотом рухнул на бок. С перерезанными шеями он уже не мог ни испускать оглушительный рев, ни видеть своих противников, чтобы продолжать бой.

– Избавь его от страданий, – сказал Дакс.

Элспет уже вскочила на сотрясающуюся тушу гидры. Она вонзила клинок глубоко в сердце чудовища. Удар был смертельным. Кровь гидры хлынула из его ран, и жизнь в его теле угасла.

– Гелиод признал бы тебя достойной этого оружия, – сказал Дакс. В его голосе звучало восхищение, смешанное с грустью. Они потеряли много людей, поэтому праздновать было не время. Городская стража галопом въехала на плато и принялась помогать раненым и уносить мертвых. Элспет осмотрела прибывших, но Никки среди них не было. Должно быть, она осталась в стенах полиса. Обессилев, Элспет побрела к краю плато и взглянула вниз, на Мелетиду, город философов, подобно драгоценному камню, сверкающему у самого моря.

– Куда ты ушла с той горы? – спросил Дакс. – Я часто думал о тебе.

– Блуждала в неизведанных землях, – сказала Элспет. Слова комьями застревали в ее горле.

– Это Мелетида, – сказал Дакс. – Храм Гелиода в ней.

– Она прекрасна, – сказала Элспет. – У меня такое чувство, что я видела ее прежде.

– Ты Чемпион Гелиода, – сказал Дакс, хотя он не был уполномочен объявлять это. – Твое место в храме, вместе с нами.

– Его чемпион? – Спросила Элспет. – Все дело во мне? Или в этом клинке? Дакс не понял ее вопрос. – Ты останешься? Или снова уйдешь странствовать?

– А что стало с богами? – спросила она. – Они ушли?

– Нет, они вернутся, и они даже сейчас наблюдают за нами, – сказал Дакс.

– Я не хочу больше странствовать, – сказала Элспет.

Грифоны игриво кружили над городом. Наблюдая за тем, как они ныряли в потоках ветра, ей показалось, что она вот-вот упадет, и она коснулась руки Дакса, чтобы удержаться на ногах. Он взял ее руку в свою ладонь.

– Добро пожаловать домой, – сказал он.