Текст книги "Оружие (ЛП)"

Автор книги: Джеффри Дивер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

– Говори, тварь!

Жак фыркал и задыхался.

– Где оружие. Кто за ним стоит? Скажи мне!

Тишина, только кашель и хрипы мужчины.

Затем ассистентам:

– Может еще раз?!

Он вернулся на доску, и резко поднял ноги пленника в воздух. Голова Жака снова опустилась в воду. Он судорожно дергал связанными за спиной руками, но это было бесполезным.

Как и пытка в целом. Несколько раз Беннаби терял сознание, но так ничего и не сказал.

Прошло четыре часа, потом шесть, потом восемь.

Вымокший, физически истощенный, Ахим посмотрел на часы. Был уже ранний вечер. До субботы, когда оружие будет развернуто, оставалось всего пять часов.

И он не узнал об этом ни единого факта. Он с трудом скрывал свое изумление. Он никогда не знал никого, кто продержался бы так долго. Это было удивительно само по себе. Но еще более значительным был тот факт, что Беннаби за все это время не проронил ни слова. Он стонал, задыхался, захлебывался, но ни одно английское, арабское или берберское слово не слетало с его губ.

На секунду зародились сомнения – а может он немой? И это испытание не больше чем фокус Петерсона.

Да, нет – невозможно. Ахим видел в каком сейчас состоянии полковник.

Испытуемые всегда умоляли, проклинали, лгали или предлагали частичную правду, чтобы заставить допрашивающих хотя бы на время приостановиться.

Но не Беннаби.

Тем интересней его сломать.

– Давайте повторим, водные процедуры! – приказал Ахим своим помощникам.

Затем, в 11 часов вечера, Ахим сел на стул в камере и уставился на Беннаби, который, задыхаясь, валялся на водяной доске. Дознаватель сказал своим помощникам:

– Достаточно.

– Мы уходим? – спросил один из помощников, тот что был африканцем.

– Нет, мой друг. Мы только начинаем.

Ахим вытерся белоснежным полотенцем. Затем он вышел в коридор за пределы камеры и открыл свой атташе-кейс. Он извлек большой скальпель и вернулся, плотно закрыв за собой дверь.

Бледные, покрасневшие глаза Беннаби уставились на оружие, пока Ахим шел вперед.

Объект откинулся в сторону, стараясь отползти как можно дальше.

Ахим улыбнулся и кивнул. Его помощники схватили Беннаби за плечи, один из них сильно схватил его за руку, лишив ее подвижности.

Ахим взял пальцы субъекта и наклонился вперед с острым скальпелем.

– Где оружие? – прорычал он. – Ты даже не представляешь, какую боль испытаешь, если не скажешь мне! Где оно? Кто стоит за нападением? Скажи мне, тварь!

Беннаби посмотрел ему в глаза. Он ничего не сказал.

Дознаватель пододвинул лезвие ближе. Оно едва коснулось указательного пальца Жака, и на коже проступила красная царапина, которая быстро стала растекаться. Осторонаточенный скальпель оставлял глубокий порез.

В этот момент дверь распахнулась.

– Стойте, – крикнул полковник Петерсон. – Выйдите в коридор! Мистер, Ахим.

Дознаватель сделал паузу и отступил назад. Он вытер пот со лба. Трое дознавателей вышли из камеры и присоединились к полковнику в коридоре.

– Я только что узнал из Вашингтона. Они выяснили, с кем Беннаби встречался в Тунисе. Они пришлют мне информацию через несколько минут. Я хочу, чтобы вы остановились, но задержались, пока мы не узнаем больше.

– Но мы почти завершили! Он готов говорить – я вижу это по глазам. Мы сломаем эту тварь!

– Не надо, крови.

– Вы боитесь испачкаться?

– Я не буду повторять, мистер Ахим.

Ахим колебался. С неохотой он убрал скальпель. Затем крупный мужчина уставился на видео экран, на котором было изображение Беннаби, сидящего в кресле, тяжело дышащего и смотрящего на них, прямо в камеру.

Дознаватель покачал головой.

– Ни слова. Он не сказал ни слова.

Суббота

В 2 часа ночи, в день, когда оружие должно было быть активировано, полковник Джим Петерсон был один. Он сидел в мягком кресле, в одном из офисов Реабилитационного центра, ожидая защищенного электронного письма о встрече в Тунисе. В нетерпении он ездил на кресле взад-вперед, периодически поглядывая на свои часы. Получив эти данные, они имели бы гораздо больше шансов убедить Беннаби дать им информацию.

– Давай же, давай, – призвал он всех богов времени, уставившись на свой компьютер.

Через мгновение компьютер подчинился. На экране замигал красный значок, сообщающий о том, что пришло новое сообщение.

Компьютер пикнул, и он открыл зашифрованное электронное письмо от худого человека из правительства, с которым он встречался в понедельник в его офисе, в Рестоне, штат Вирджиния.

"Полковник: Мы установили личности людей, с которыми встречался Беннаби. Но это не террористическая ячейка; это правозащитная группа. Humanity Now (Человечество сейчас) Мы перепроверили, и наши местные контакты уверены, что именно они стоят за оружием. Но мы следили за этой группой в течение многих лет и не имеем никаких, повторяю, никаких указаний на то, что это прикрытие для террористической организации. Прекратите все допросы, пока мы не узнаем больше. Спасибо за великолепную работу. Ждите дальнейших указаний.".

Петерсон нахмурился. Он знал «Человечество сейчас». Все считали ее законной организацией. Она исправно платила налоги, сдавала все декларации, и даже выпускала собственный информационный бюллетень. Несколько активистов выступали на радио и телевидение. Даже одна школьница из числа борцов за экологию, поддержала их акции и открыто выражала свое одобрение.

Боже мой, неужели все это было недоразумением? Неужели Беннаби встретился с группой по совершенно невинному поводу?

Что мы сделали? НЕТ! Что мы чуть не сделали?!

Он уже собирался позвонить в Вашингтон и узнать подробности, когда случайно взглянул на свой компьютер и увидел, что получил еще одно электронное письмо – от крупной американской газеты. Заголовок: Репортер просит дать комментарий перед публикацией.

Он открыл сообщение:

"Полковник. Я репортер из газеты "Нью-Йорк Дейли Геральд". Через несколько часов я отправлю прикрепленную к сообщению статью в свою газету. Она будет опубликована там и в сообществе с примерно сотней других газетах по всему миру. Я предоставляю вам возможность написать комментарий, если вы хотите, озвучить «свою» точку зрения. Я также отправил копии этой статьи в Белый дом, Центральное Разведывательное Управление и Пентагон, чтобы получить и их комментарии тоже. Это будет информационная бомба.".

О, Боже мой. Что это, черт возьми, такое?!

Дрожащими руками полковник открыл вложение и, к своему ужасу, прочел:

"РИМ, 22 мая Частная американская компания, связанная с правительством США, проводила незаконную операцию к югу от города с целью похищения, допроса и иногда пыток граждан других стран для получения от них информации. Объект или место, известное в военных кругах как "черный объект", принадлежит корпорации из Рестона, штат Вирджиния, под названием Intelligence Analysis Systems, в корпоративных документах которой в качестве основной цели указаны – консультации по вопросам государственной безопасности.

В итальянских деловых документах (декларациях) указано, что целью римского учреждения является физическая реабилитация, однако никаких необходимых государственных разрешений на медицинскую деятельность, либо работу с больными, пострадавшими или находящимися на лечении в отношении нее получено не было. Кроме того, в компании, которая принадлежит карибской дочерней компании IAS, не работает ни одного лицензированного специалиста по реабилитации. Сотрудниками компании являются граждане США и других стран, не являющихся гражданами Италии, и не имеющие опыта работы в области медицины, а в военных и охранных службах.

Описанная выше операция была проведена без какого-либо ведома итальянского правительства, и посол Италии в США заявил, что потребует полного объяснения причин проведения такой незаконной операции. В отношении возможного похищения, задержания и пыток, иностранного гражданина на территории этой псевдо-медицинской организации будет проведена проверка.

Итальянская земля. Официальные лица из Государственной полиции и Министерства юстиции также пообещали провести полное расследование. Прямой связи между правительством США и учреждением за пределами Рима не установлено. Но в течение последней недели наш репортер вел тщательное наблюдение за реабилитационным центром и заметил присутствие человека, идентифицированного как бывший полковник Джеймс Петерсон, президент IAS. Его регулярно видят в компании высокопоставленных чиновников Пентагона, ЦРУ и Белого дома в районе Вашингтона, округ Колумбия.".

Спутниковый телефон Петерсона начал звонить. Джеймс вздрогнул и отвел взгляд от экрана. Он предполагал, что звонит худой человек из Вашингтона. Или, может быть, его босс. Или, может быть, в Белый дом. В любом случае – дело плохо. Это если говорить мягко.

Определитель номера не работает на зашифрованных телефонах. Поэтому сказать откуда и кто звонит невозможно. Ну и черт с ним!

Его челюсть дрожала, но Петерсон проигнорировал телефон. Он продолжал читать статью.

"Об обнаружении объекта IAS в Риме стало известно на прошлой неделе по наводке Humanity Now, правозащитной группы, базирующейся в Северной Африке и давно выступающей против применения пыток и самого создания таким мест как "черный объект". Группа сообщила, что алжирского журналиста и блогера, законопослушного члена цивилизованного общества, собирались похитить в Алжире и перевезти на "черный объект" где-то в Европе.

В то же время правозащитная организация назвала репортеру имена нескольких человек, которых подозревают в том, что они ведут допросы и негласно работают в "черном объекте". Изучив публичные записи и различные проездные документы, было установлено, что несколько таких специалистов – два американских офицера и один наемный солдат, базирующийся в Африке, – отправились в Рим вскоре после похищения журналиста в Алжире. Что наводит на определенные выводы. Сопоставив все эти перемещения – мы можем спрогнозировать – что прямо сейчас в одном из ангаров "черного объекта" пытают, незаконно похищенного иностранца.

Репортерам удалось проследить за допрашивающими до реабилитационного центра, который, как потом выяснилось, по любопытному совпадению принадлежит IAS.".

Опустившись в кресло, Петерсон продолжал игнорировать звонящий телефон. Он мрачно усмехнулся, закрыв глаза.

Все это, вся история о террористах, об оружии, о Беннаби... все это было подстроено. Да, был "враг", но это была всего лишь правозащитная группа, которая вступила в сговор с профессором, чтобы разоблачить операцию на "черном объекте" перед прессой и всем миром. Обычная ловушка на живца. Элементарная подстава, известная сотню лет.

Петерсон все прекрасно понимал: Humanity Now, вероятно, следила за основными фигурантами, которых использовала IAS – Эндрю, Клэр, Ахимом и другими – в течение месяцев, если не лет. Группа и Беннаби, активист-правозащитник, сами подбросили историю об секретном оружии, чтобы организовать его похищение, а затем предупредили репортера Нью-Йоркской газеты, который бросился за историей всей жизни.

Вот поистине будет бомба. Рванет – мало не покажется!

Беннаби был всего лишь приманкой... и я на нее клюнул. Конечно, он все время молчал. Это была его работа. Заманить сюда как можно больше допрашиваемых и дать репортеру возможность проследить за ними, обнаружить объект и выяснить, кто за всем стоит. Лихо придумано. Слов нет.

Компьютер снова ожил. Новое сообщение с десятком вложений.

Полковник дрожащими пальцами открыл файл. Это оказалось несколько фотографий. На одних был белый фургон из операции по похищению. На других Клэр в мини-юбке, поднимающиеся по ступенькам их офиса, на другой фотографии сам полковник с Ахимом.

О, это плохо... это было ужасно. Это будет такой скандал, который может привести к падению правительства. Вернее его части. Может к смене руководства?! Отставки, разоблачения, падение рейтингов, национальное осуждение.

Это, безусловно, положит конец его карьере. И многих других. Вполне возможно, что это вообще положит конец процессу создания "черных объектов" или, по крайней мере, отбросит на годы назад. Он подумал о том, чтобы собрать всех сотрудников и сказать им, чтобы они уничтожили все уличающие бумаги и бежали.

Но зачем беспокоиться? – размышлял он. – Теперь уже слишком поздно. Уверен, что журналисты уже съезжаются к их штаб-квартире.

Петерсон решил, что ему ничего не остается делать, как смириться со своей участью. Хотя он еще может попытаться все исправить. Он позвонил охранникам и попросил их организовать перевод Жака Беннаби на родину. Как можно быстрей! Враг победил. И, как ни странно, Петерсон это уважал. Его обвели очень ловко. Конечно, схема стара как мир. Но сработало же. В ближайшие дни точно полетят головы.

– И убедитесь, что он прибудет невредимым.

– Да, сэр.

– И... накормите его пирожными.

– Пирожными?

– Да, он их любит.

Петерсон сидел, откинувшись на спинку кресла, мысленно слыша слова худого человека из Вашингтона.

Оружие... Оно может нанести «значительный» ущерб....

Только вот оружия не было. Все это было подделкой.

Однако, еще раз кисло усмехнувшись, Петерсон решил, что это не совсем так.

Оружие действительно существовало. Оно не было ни ядерным, ни химическим, ни взрывчатым, но в итоге оказалось гораздо эффективнее любого из них и действительно могло нанести значительный ущерб. Или как писали аналитики из глупого отчета – "высокая степень вероятности негативного воздействия".

Размышляя об отказе своего пленника говорить во время плена, размышляя также о разрушительных абзацах статьи репортера-международника, полковник пришел к выводу: оружие было.

И этим оружием было СЛОВО.

ПЕРЕВОД: Константин Хотимченко