Текст книги "Ночной менеджер (ЛП)"

Автор книги: Джефф О’Брайен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Я повел атаку с тесаком и ножом, бросившись вперед и рубя щупальца, как охотник на крокодилов прорубается сквозь болотные заросли. Девушки оказались храбрыми, даже бесстрашными, и ринулись за мной со своими копьями. К счастью для меня, они успели вовремя: у щупалец были регенеративные способности.

Когда я отрубил как можно больше щупалец, Тэми и Алисса вонзили острия копий в головы жрущих тварей. Конечно, острый бамбук не обладает пробивной силой пули, так что девушки сообразили и дальше целились в глаза.

Наша бывшая начальница и фэбээровец рухнули на пол грязными кучами фиолетовой ссыхающейся плоти. Мертвые.

Возможно, в тот момент зло и было изгнано из магазина, но кто, блядь, знал, что может ждать там, снаружи, в ночи?

– Этот бой, скорее всего, далек от завершения, – сказал я. – Давайте найдем Джина и посмотрим, сможем ли мы свалить отсюда к чертовой матери.

– Там снаружи могут быть тысячи таких тварей, – сказала Тэми.

– Если мы сможем добраться до моего дома, мы будем в безопасности, – сказал Райли. – Я готовился к этому дню очень-очень долго.

* * *

Тэми и я отправились искать Джина, пока Райли и Алисса брали жидкость для розжига и спички, чтобы сжечь трупы Марши, фэбээровцев и Тито. Мне было неловко поджигать Тито, но раз его сожрали так же, как спецагентов, мы решили, что есть хороший шанс, что он вернется одной из слизистых тварей. Я, например, лучше сожгу свой труп, чем стану уродливым нежитью с того света.

Пока Тэми сопровождала меня в подсобку, я на время отложил страх перед неизвестным и спросил:

– Слушай, Тэм. Ты и Алисса. Вы типа... вместе?

– Вроде того, – ответила она. – Не официально. Вообще-то почти нет. Иногда трахаемся, наверное.

– О, – ответил я.

У меня и правда вырабатывалась раздражающая привычка начинать фразы и не знать, чем их закончить.

– Ревнуешь? – спросила она.

– Конечно нет! – соврал я. – Слушай, нам вообще не стоит сейчас об этом говорить. Есть дела куда важнее.

Тэми взяла меня за руку.

– Мы с ней не в эксклюзивных отношениях и вообще... Просто трахаемся, когда нет нормального нового члена. Ты мне нравишься, большой растяпа.

– Это чертовски возбуждает, – сказал я. – Подожди, я тебе нравлюсь или я тебе симпатичен?

– Не могу поверить, что тебе тридцать шесть и ты только что это сказал, – сквозь смех произнесла Тэми.

– Я тоже, – простонал я. – Давай сосредоточимся на поиске Джина.

Тэми крепче сжала мою руку и последовала за мной через двойные двери в задней части магазина. Мы нашли Джина в комнате отдыха – именно там, где я и предполагал. Подозреваю, бедный парень вообразил, что мы теперь живем в постапокалипсисе без сигарет, судя по окуркам на полу: он, должно быть, выкурил все, что у него было. А потом, видимо, не увидел смысла продолжать в таком мире, потому что было ясно: он взял канцелярский нож и покинул нашу плоскость существования точно так же, как парни из ФБР. На всякий случай я попросил Тэми помочь оттащить его к горящей куче трупов посреди магазина. Если снаружи больше таких монстров и они проберутся в магазин, Джин вполне может оказаться среди них. Он иногда бесил меня до чертиков, но парень мне слишком нравился, чтобы позволить ему стать одной из этих мерзких тварей.

Райли и Алисса повернулись и почтительно склонили головы, когда мы вернулись к костру с телом Джина.

– Что случилось? – спросила Алисса.

– Покончил с собой, – ответил я. Потом мы швырнули его тело в огонь. – Последний перекур, дружище.

– Серьезно? – фыркнула Тэми. – Так вот как ты относишься к похоронному обряду для этого парня?

– Не могу отделаться от мысли, что ленивый ублюдок именно этого и хотел, – ответил я.

– Буря, похоже, стихает, – сказал Райли, указывая на передние окна. – Лучше не зацикливаться на том, что уже произошло. Лучшего времени, чем сейчас, чтобы свалить отсюда и рвануть к моему бункеру, нет.

– Бункеру? – спросил я.

– Именно так, – рассмеялся Райли. – Я же говорил... я готовился к этому дню десятилетиями. Мой дом вооружен до зубов и готов к бою.

– Тогда ладно, – сказал я. – Поехали.

Да, сказав это, я почувствовал себя немного придурком.

* * *

Слизистый дождь заметно ослаб, но парковка все еще была покрыта несколькими дюймами фиолетовой жижи. И этот валун. Что это, черт возьми, было? Не подходя слишком близко, мы с благоговением смотрели на его светящуюся поверхность цвета сирени. Гигантский камень, казалось, пульсировал, создавая эффект мерцающего свечения. Он все еще источал странный пар, вонявший серой.

Оказалось, что неподалеку от гигантского валуна произошел еще один сильный удар от падения камня. Асфальт парковки был расколот и продавлен примерно на фут. Вокруг точки удара были разбросаны слизистые куски фиолетовой породы. Неужели камень взорвался при ударе?

Райли прочистил горло и сказал:

– Рискну предположить, что это метеорит.

– С чего ты так решил? – спросила Алисса.

– Ну, у нас тут гигантский камень, упавший с неба. Не уверен, чем еще это могло бы быть, – ответил Райли.

– Думаю, в этом что-то есть, – сказал я. – Но метеориты, насколько мне известно, никогда не падали вместе с фиолетовым слизистым дождем и каким-то образом не превращали людей в плотоядных монстров со змееподобными конечностями. И я не думаю, что они пульсируют, будто живые.

– Правительство хочет, чтобы именно это ты и думал, – сказал Райли.

– У тебя есть какие-то знания, которых нет у нас? – спросила Тэми.

– Тэми, дорогая, – начал Райли, – вполне возможно. Если есть какая-то литература по этому феномену, она у меня в домашней библиотеке.

– Что у тебя за библиотека такая? – спросила Алисса.

– Как я уже говорил, дорогая, – начал Райли, – я...

– ...готовился к этому очень-очень долго, – сказала Тэми.

– Именно так, – рассмеялся Райли. – И насчет моего пикапа. Ну, я только что понял, что он стоял аккурат там, куда упал этот метеорит.

– Ты как-то спокойно к этому относишься, – сказал я.

– Где-то выигрываешь, где-то теряешь, – рассудил Райли.

– Тогда придется надеяться, что мое корыто довезет нас куда надо, – сказал я. – Не хотелось бы торчать в этой... погоде... дольше.

– Подождите, – сказала Тэми. – Раз нас уже обдало этим дождем, откуда мы знаем, что он не превратит нас в этих тварей?

– Дерьмо, – выдохнула Алисса. – Очень хороший вопрос.

– Если и превратит, уже поздно, – сказал я. – Давайте закончим этот разговор в машине.

 * * *

– Джин первым из нас попал под дождь, – сказал я. – Он не превратился.

– А Марша превратилась, – сказала Тэми с переднего пассажирского сиденья.

– Да, но у Марши была та рана на руке, – сказал Райли.

– Ну, это успокаивает, – сказала Алисса. – Значит, ее укусила одна из этих тварей. Тогда мы в порядке.

– Я бы не назвал это успокаивающим, – сказал я. – Значит, этих тварей снаружи больше. И откуда они, собственно, взялись? Просто упали с неба?

– Я предполагаю, – начал Райли, – что эти штуки на самом деле вовсе не метеориты.

– Что заставило тебя передумать? – спросила Тэми.

– Это всего лишь догадка, – сказал Райли. – Придержу мысли, пока не доберемся до моего дома, и я смогу провести небольшое исследование.

В машине воцарилась тишина, и я поехал дальше.

На слизистых дорогах у шин на удивление было хорошее сцепление. Неплохо, учитывая, что я не менял их почти три года. Если мое корыто с лысой резиной справлялось с нью-гэмпширской зимой, справится и с небольшим количеством инопланетной жижи. Я решил, что до бункера Райли доедем без происшествий, если эта дрянь не поднимется и не забьет двигатель.

Весь город, похоже, остался без электричества. И мы, казалось, были единственными людьми – живыми или нежитью – на дороге. Я не был уверен, хорошо это или плохо.

При дальнем свете мы плелись скромным темпом. Я не знал, когда снова смогу заправиться, так что решил беречь скорость на случай, если столкнемся с еще одной или несколькими этими тварями.

Я каким-то образом расслабился настолько, чтобы захотеть покурить трубку, так что достал початок из центрального подлокотника и аккуратно набил его на ходу.

– Можно мне тоже? – спросила Тэми.

Как будто я мог ей отказать.

– Конечно, дорогая, – сказал я.

– Тогда я тоже, – сказала Алисса.

– Райли, возражения? – спросил я.

– Это, возможно, конец света, народ, – сказал Райли. – А поскольку мне уже больше за шестьдесят, чем хотелось бы признавать, пассивное курение меня не парит.

Тэми достала из сумки пачку, похожую на гвоздичные^[5], и протянула одну Алиссе.

– Гвоздика? – спросил я, почувствовав волну ностальгии.

– Именно, – ответила Тэми.

– Вы двое возвращаете меня в старшую школу.

– Боже, ты иногда кажешься такими старым, – Тэми хихикнула и прикурила черную пряную сигарету, пахнущую ветчиной.

– Как бы то ни было, дорогая, – начал я, – как ты можешь утверждать, что ты не готка? Ты, блин, куришь гвоздику.

– Дойл, тормози! – закричала Тэми.

Я уставился прямо перед собой через лобовое стекло. Там, посреди дороги примерно в десяти футах перед нами, стояло не меньше дюжины тварей. Их глаза светились фиолетово-черным; рты растянулись через все лицо в клыкастых оскалах.

– Нахер тормоза! – заорал я, выронив трубку изо рта на пол. Я вдавил газ и вильнул вокруг стайки зелено-фиолетовых монстров, к счастью избежав столкновения с ними. Возможно, я узнал некоторые лица как покупателей "Натуральныx Продуктов", но времени на детальный осмотр точно не было. – Это было близко. Зоркий глаз, Тэми.

Я глянул в зеркало заднего вида и увидел, как горят их злые глаза. Похоже, они пытались нас преследовать, но, возможно, не могли двигаться на большой скорости. По крайней мере, в них был один обнадеживающий аспект.

Я несся дальше, забрызгивая машину дымящейся жижей. Подумать только: утром я бесился из-за нарисованных мелком членов на капоте.

– Далеко до твоего дома, Райли? – спросил я.

– Минут десять, если сохраним эту скорость, – сказал Райли. – Сверни на первом же повороте направо с кольцевой развязки, a дальше я тебя поведу.

Одной рукой я нащупал ятаган и тесак, заткнутые за ремень, и выжал из своего корыта все, что мог.

* * * 

Вышло ближе к двадцати минутам, но к 21:36 по часам на панели, которые по сравнению с часами на работе всегда отставали примерно на десять минут, я уже ехал по темной и пустынной грунтовке, ведущей к бункерному дому Райли.

Я почувствовал укол паники, когда шины снова зашуршали по жиже. Должно быть, больше всего слизи выпало вокруг места падения метеорита, поскольку чем дальше мы отъезжали, тем меньше это становилось проблемой. Но к тому моменту, как я въезжал на участок Райли, она снова начала густо оседать на землю.

Всю дорогу я был слишком напуган и упрям, чтобы позволить себе хоть какое-то чувство комфорта. И хорошо: на земле у дома Райли возвышался еще один гигантский фиолетовый камень, целый и светящийся в почти полной темноте ночи. Земля вокруг него была покрыта слизью.

– Похоже, Райли, ты раздобыл отличный маленький образец для изучения, – сказал я.

– Не знаю, Дойл, – ответил Райли. – Давайте я сначала покопаюсь в книгах и интернете, если интернет еще есть. Если мое чутье верно, к этой штуке лучше не приближаться.

– Я бы очень хотела, чтобы ты просто сказал, о чем думаешь, – сказала Тэми.

– Незачем поднимать тревогу, которая и так высока, если я сильно ошибаюсь, – сказал Райли. – О... и Дойл, сделай одолжение. Припаркуйся мордой к камню и снова включи фары, прежде чем глушить мотор.

Я припарковался, как просил Райли, и мы все вышли, крепко сжимая оружие на случай, если что-то притаилось в темноте. Ноги хлюпали по пудингообразной субстанции, покрывавшей землю и доходившей чуть выше подошв наших ботинок.

Глядя на освещенный валун, мы видели, что он пульсирует и испускает пар точно так же, как тот перед магазином.

– Пенни за твои больные и извращенные мысли, Райли? – сказал я.

– Может оказаться последним пенни, который ты потратишь, – сказал Райли. – Оставь себе. Пошли внутрь. О, и обувь снимайте, пожалуйста.

* * *

Дом Райли оказался совсем не таким, каким я его представлял. Конечно, стены были увешаны большим количеством оружия, чем я когда-либо мог вообразить, что одному человеку вообще захочется иметь. Конечно, журнальный столик был завален журналами на темы от огнестрела до правительственных заговоров и того, что глобальное потепление – миф. Серьезно. Целый гребаный журнал, посвященный этому? Но само место было довольно уютным и гостеприимным. Не удивительно, что у парня был запасной генератор, и мы наслаждались комфортом кофе, горячей еды и электричества.

Пока Райли рылся в книгах и искал в интернете, который на удивление еще работал, мы сидели в гостиной, изо всех сил стараясь расслабиться. Кто знал, когда снова будет такой шанс?

– Ни хера не нахожу, – простонал Райли. – Только куча дерьма про предсказание майя конца света две тысячи двенадцатого, а это было пять лет назад.

– Не думаю, что даже самые преданные конспирологи могли такое предвидеть, – сказал я.

Тут мы услышали оглушительный грохот, за которым последовали тяжелые шаги, топающие к нам из другой комнаты.

– Блядь! – закричал я, вскакивая с обнаженными клинками. – Готовьте копья, девушки. Они проникли!

Только Райли, казалось, не испугался.

– О, это всего лишь Рекс, – сказал он.

Мгновение спустя гигантский золотистый лабрадор ворвался в комнату, сбивая почти все на пути. Еще мгновение спустя он агрессивно обнюхивал мой пах.

Я сразу влюбился в собаку. Положил оружие, чтобы почесать и погладить его милую морду.

– Кто у нас хороший мальчик, а?

– Он немного перевозбужден от всех этих новых людей в доме, – сказал Райли.

– Разве собаки обычно не сходят с ума, как только хозяин возвращается домой? – спросила Тэми. – Особенно с гостями?

– Рекс довольно крепко спит, – сказал Райли. – Он уже в годах. Но бодрости в нем еще полно, как видишь.

Он не шутил. Рексу, похоже, я понравился, и он встал на задние лапы, чтобы вылизать мне лицо.

– Сидеть, Рекс! – рявкнул Райли но безрезультатно. – Я сказал, сидеть!

Рекс продолжал его игнорировать, но я не возражал. Потом началось трахание.

– Так и знал, что надо было его кастрировать, – рассмеялся Райли, пока Рекс по-настоящему яростно наяривал мое бедро.

Я посмотрел вниз и увидел, что у старины Рекса яйца как два мяча для софтбола, запихнутые в мраморный мешочек.

– Не заставляй папу доставать свисток, Рекс, – сказал Райли. Он залез под воротник рубашки, достал собачий свисток на кожаном шнурке и дунул. Рекс немедленно слез с меня и тихо сел. – Извини, Дойл.

– Без проблем, – сказал я. – Нет ничего плохого в том, чтобы иногда обнюхать яйца.

– Кажется, тебе даже понравилось, – рассмеялась Тэми.

Мне понравилось, что девочка за весь вечер не выказала ни малейшего признака страха.

– Не ревнуй, милая, – ответил я.

– В любом случае, я бы закурила, – сказала Тэми. – Как думаешь, снаружи безопасно, Райли?

– Ты можешь выйти прямо на веранду возле кухни, – ответил Райли. – Оттуда тоже будет видно метеорит или что бы это ни было. Наверное, было бы неплохо понаблюдать за ним с безопасного расстояния.

– Алисса, – сказала Тэми. – Ты с нами?

Алисса не ответила, мирно спала в кресле Райли.

– Значит, только мы, Дойл, – сказала Тэми.

– Звучит заманчиво, – ответил я.

И да, уединиться с Тэми в тот момент действительно казалось чертовски заманчивым.

Я схватил трубку из кукурузного початка и кисет с табаком из кармана и пошел за Тэми через кухню, любуясь ее задницей, пока она шла впереди. То, как она выглядела в этих чрезвычайно обтягивающих черных джинсах, отлично помогало забыть, что наш мир подвергся какой-то инопланетной атаке.

К тому времени, как мы вышли на веранду Райли, ночь стала довольно безмятежной. Небо прояснилось, и я сейчас прозвучу как полный слабак, но яркий полог звезд над головой создавал по-настоящему романтический настрой. Конечно, здесь – или, точнее, на лужайке – был тот самый пресловутый пятисотфунтовый слон. Он все еще был там, сияющий и пульсирующий, но я был полностью поглощен прекрасной девушкой-готкой, с которой наконец-то остался наедине.

Я не знал, что сказать, и она, похоже, тоже, и была такой же нервной и неловкой, как я. Так что я начал набивать трубку, пока она достала "гвоздику" и прикурила.

– Мне нравится, что ты куришь трубку, – хихикнула она.

– Дай угадаю, – сказал я. – Что-то про то, что я старый.

Она рассмеялась сильнее и сказала:

– Ну да. Но это еще и мило. Мало кто курит трубки. Это просто одна из тех вещей, которые, как мне кажется, в тебе супермило.

И снова я не знал, что на это ответить.

– О, не будь таким неуклюжим, ты, большой зануда, – фыркнула она. – Ну, ты нравишься девушке вдвое моложе тебя.

– Во-первых, ты не вдвое моложе, – простонал я. – Но, думаю, недалеко от этого. Во-вторых, да, ты мне тоже нравишься. Но даже если тебе почти вдвое меньше, мы оба взрослые люди.

– Итак, теперь, когда мы одни, почему бы нам не поговорить об этом, – сказала она с ухмылкой. – Ну, знаешь, как взрослые люди.

– Ты мне нравишься, я тебе нравлюсь, – сказал я. – Для тебя это, наверное, мимолетное увлечение. Мы потусуемся, покурим, выпьем, сходим в кино, ты найдешь парня помоложе, погорячее, с волосами на голове – и двинешься дальше. О чем тут говорить?

– О, о многом, – сказала Тэми, снова хихикая. – Жаль, что Джин мертв и ты завтра не пойдешь на работу и не увидишь его.

– Какое, блядь, отношение ко всему этому имеет Джин? – спросил я. Теперь уже я смеялся. – Он, пожалуй, последний человек, живой или мертвый, о котором мне хотелось бы думать, когда я остаюсь с тобой наедине и признаюсь в своих чувствах.

– Ну, если мы вообще переживем эту ночь, в следующий раз, когда он спросит, трахнул ли ты меня уже, ты сможешь сказать ему "да".

– Оx, блядь, – пробормотал я, подгибаясь в коленях. – Тогда ладно.

– Можешь на минуту отложить эту стариковскую трубку и поцеловать меня? – спросила она. – И, может быть, хватит заниматься самоуничижительным дерьмом? Тебе бы следовало похвастаться, знаешь ли.

– Ты дерзкая, ты в курсе, Тэм?

Я практически швырнул трубку и сделал ровно то, что Тэми приказала. Я так давно не испытывал такого возбуждения от поцелуя с девушкой. Это была не какая-то пьяная размазня из забегаловки. И я даже знал ее имя. Это было так чертовски... иначе.

Мы довольно неистово целовались, наверное, несколько минут. Она даже с радостью позволила мне пару раз нежно потискать ее за грудь. Ребята, какие у нее сиськи!

Но все хорошее заканчивается быстрее, чем нам бы хотелось. Эта слюнявая обжималка не стала исключением.

Мы отпрянули друг от друга, испуганные довольно громким и неприятным скрежещущим звуком. Сразу посмотрели на метеорит. Он расширялся, пульсировал и быстро мигал.

– Мне неприятно это говорить, но, думаю, нам лучше зайти внутрь, – сказал я. – У меня чувство, что эта штука вот-вот взорвется, как та, остатки которой мы видели на парковке у работы.

– Думаю, ты прав, милашка, – сказала Тэми и сжала мою левую ягодицу.

Черт возьми, девчонка все еще ни черта не боялась!

Мы поспешили обратно внутрь и застали Алиссу все еще дрыхнущей в кресле, а Райли все еще изучающим интернет в поисках возможных ответов на то, какого хера случилось с нашей планетой.

– Ни одного новостного репортажа нигде не нашел, – сказал Райли. – «Си-Эн-Эн», «Фокс Ньюс», даже местные филиалы. Никаких сообщений. Подавление со стороны правительства!

– Не думаю, что это уже имеет значение, – фыркнул я. – Этот метеорит, или что там... думаю, он вот-вот взорвется.

– Ну, насчет этого, – сказал Райли. – Я нашел блог, где говорилось о том, что происходит прямо сейчас. Это какое-то глубокое, мрачное дерьмо. Настоящая демоническая магия Алистера Кроули. По словам одного парня, который утверждает, что он недавно уволившийся сотрудник Зоны 51, эти штуки вовсе не метеориты.

– Ну, Райли, мы теряем время, – сказала Тэми. – Что это за хрень такая?

– По сути сосуды... – сказал Райли. – Яйца, полагаю.

– То есть ты хочешь сказать... – я замолчал и дал Райли объяснить.

– То, что мы видели взорвавшимся по всей парковке... – Райли тоже, казалось, не боялся. Он выглядел возбужденным. – Там была одна из матерей.

– Матерей? – спросил я.

– Ага, – рассмеялся Райли. – Теперь все сходится. Одно из тех яиц на парковке у работы вылупилось, пока Марша была снаружи. Каким-то образом ей удалось уйти почти целой, но мать, должно быть, вылезла и хорошенько укусила ее за руку. Поэтому она и превратилась. Потом она пожрала парней из ФБР и обратила их. Это настоящая штука. Зомби-апокалипсис наконец случился, только куда страшнее.

– Со всей этой тяжелой артиллерией, которая у тебя тут есть, думаешь, сможешь разнести эту штуку к чертям, пока она не вылупилась? – спросил я.

– Думаю, лучше проверить, – сказал Райли. – Только я не хочу, чтобы кто-то из вас брал в руки оружие. Это безответственно. Предоставьте это мне. Выходите на веранду и следите за яйцом. Я через минуту выйду с тяжелыми боеприпасами, – Райли посмотрел вниз на Рекса. – А ты оставайся здесь, будь хорошим мальчиком.

– Просыпайся, Али, – сказала Тэми, встряхивая Алиссу. – Там снаружи творится какая-то хрень. Хватай копье.

Алисса быстро поднялась и сделала, как велела Тэми. Минуту спустя мы снова были на веранде. К нашему большому неудовольствию, существа уже появились. Казалось, они нас не замечали и не обращали на нас никакого внимания. Около тридцати парили вокруг яйца, видимо, ожидая, пока вылупится мать. Большинство из них были наполовину людьми. Другие – примерно вдвое крупнее, с мерзкими лицами и телами. Их едва можно было назвать гуманоидами. Я предположил, что это, должно быть, так называемые "матери".

Примерно через минуту ошеломленного созерцания того, что происходило на лужайке Райли, сумасшедший старый ублюдок вышел на террасу, катя треногу с чем-то похожим на пулемет, установленный на ней.

– Внезапно я почувствовал, что у нас появилось немного больше шансов на успех в этой борьбе, – сказал я. – Райли, спасибо тебе за то, что ты есть.

– Всегда пожалуйста, – рассмеялся старик. – Теперь будем надеяться, что я успею привести этого красавца в боеготовность, пока не слишком поздно.

Яйцо снова издало тот ужасный скрежещущий звук, только в десять раз громче. Его поверхность начала трескаться и крошиться. Твари вокруг, казалось, ожили от возбуждения, яростно размахивая мерзкими слизистыми конечностями.

– Думаю, уже поздно, – сказала Тэми.

И в этот момент яйцо взорвалось. Куски камня разлетелись во все стороны, некоторые едва не задели нас на крыльце.

– Ладно, вот план, – сказал Райли. – Вы бегите и атакуйте как можете. Я останусь здесь и буду стрелять, снимая как можно больше голов.

– Секунду, – сказал я. – Ты хочешь, чтобы мы бежали туда в темноте, пока ты стреляешь из гребаного пулемета нам в спину? Думаю, нужен план получше.

– Сынок, – сказал Райли, – я не кто иной, как эксперт-стрелок. Смотри.

Райли немного повозился с пулеметом, не знаю, что делая. У меня никогда не было даже мимолетного интереса к огнестрельному оружию, по крайней мере, до вчерашнего вечера. Потом он взял его так, будто тот ничего не весил, и несколько раз нажал на спуск. Каждая очередь попадала точно в цель, превращая головы в кашу и осколки черепов.

Однако это оказалось не лучшим планом. По крайней мере для Райли.

Твари – и матери, и бывшие люди – заметили нас и издали утробные боевые клики. Только что вылупившаяся мать протянула щупальца вниз, подняла огромный кусок своего бывшего яйца и швырнула его прямо в нас.

– Прячьтесь! – закричал Райли.

Мы так и сделали, но старик не успел сдвинуться. И Райли, и его пулемет теперь были раздавлены под камнем.

– Вот тебе и шансы, – простонала Алисса. – Нам пиздец.

Когда я уже собирался найти какие-то утешительные, обнадеживающие слова, на веранду выскочил Рекс, лая и рыча, бешеный и крайне злой.

Собаки, ребята. Странная порода. Они не трусят перед неминуемой смертью, как мы, люди. Они встречают ее лицом к лицу. И Рекс, который, как и его бывший хозяин, чокнутый старый ублюдок, швырнул свое массивное тело с веранды прямо на вражеские силы.

– Надо его остановить! – закричала Тэми.

– Рекс! – закричал я. Собака меня проигнорировала. – Ко мне, мальчик!

– О, Боже, – закричала Алисса. – Его сейчас убьют!

– Подождите! – закричал я.

Я опустился на колени и со всей силы попытался стащить кусок яйца-камня с раздавленного трупа Райли. Штука весила больше ста пятидесяти фунтов^[6], но я смог двумя руками приподнять ее с головы Райли хоть на пару дюймов. Свисток. Мне нужно было достать этот чертов собачий свисток! Но если убрать одну руку из-под камня, он просто снова упадет.

– Тэми, – простонал я. – Быстро, сними свисток с его шеи!

Благослови Господь сердце этой девушки: потому что она запустила руку прямо в костный суп, которым недавно был Райли, и выхватила покрытый слизью свисток.

Я дал куску яйца упасть обратно и чуть не заработал грыжу, поднимаясь на ноги.

– Теперь дуй в эту чертову штуку!

Тэми поднесла грязный свисток к губам и дунула. И вот поговорим о дурацком, тупейшем везении... не только Рекс визгливо затормозил и прибежал обратно к нам целым и невредимым, но и твари подняли щупальца к "ушам" и начали стонать.

– То, о чем я думаю, происходит на самом деле? – спросила Алисса.

– Не знаю, – сказал я. – Тэми, продолжай дуть в эту чертову штуку!

Тэми сделала, как я просил, и точно: эти мерзкие монстры от этого страдали.

– В атаку! – закричал я.

Вот оно. Легендарная последняя битва, – решил я. – Либо мы перебьем всех этих ублюдков клинками и бамбуковыми копьями, либо падем, размахивая ими. Все трое это понимали – и мы бросились в атаку.

Я кромсал и резал, пока дамы кололи и тыкали, а Тэми все это время продолжала насвистывать «Дикси»^[7], чего мы даже не слышали. Какое же, блядь, везение, говорю вам! Мир подвергся атаке инопланетян, а мы стали героями планеты, и все из-за гребаного собачьего свистка.

Что ж, прошло совсем немного времени, прежде чем я утратил этот мимолетный прилив оптимизма. Тварей там было до хера, и хотя мы их довольно хорошо и легко убивали, пока они отвлекались на какой-то нерегистрируемый ультразвук, легкие Тэми уставали – как и мои, хотя я использовал их только чтобы дышать и махать клинками. Все мы так или иначе курили табак, а я был старым с куда большим стажем злоупотребления, так что ни Алисса, ни я не продержались бы намного лучше.

Плюс мы еще не убили ни одной матери. Они парили слишком высоко, чтобы мы до них достали. Казалось, они наблюдали за боем, ожидая, когда мы подойдем достаточно близко, чтобы протянуть вниз толстые змееподобные конечности и задушить нас.

– У меня силы кончаются, – закричала Тэми, вынув свисток изо рта и копье из окровавленной глазницы твари.

– И у меня, – с трудом выдавила я из себя. – А ты как, Алисса?

Никакого ответа.

– Алисса? – позвала Тэми.

Мы попытались разглядеть ее в кромешной тьме поля боя, когда с неба на нас обрушилось несколько ослепляющих лучей.

– Надеюсь, это военные! – закричал я и между делом отрубил голову гибридной твари тесаком.

Ответом стал мощный лазерный залп сверху, сбивший с ног и превративший в эмульсию одну из матерей.

– Кто бы это ни был, думаю, они хотя бы на нашей стороне, – сказала Тэми.

– Тогда продолжаем драться! – закричал я, сделав сальто через лужайку, вскочил на ноги и сразил еще двух гибридных существ обоими клинками, нанося удары прямо в ту часть шеи, где, как я знал, я мог бы отсечь их начисто, не задев кости.

Помните, что я раньше говорил про умелого мясника и острый набор ножей как недооцененные вещи в этом мире? Пожалуйста.

Мы продолжали сражаться, колоть, рубить, пока сверху сыпались все новые лазерные залпы, превращая матерей-инопланетянок в кучи жижи.

Казалось, что наша битва подошла к концу, и мы с Тэми уничтожили по два последних скрещенных человеческих гибрида, а яркий залп сверху уничтожил последнюю мать.

Тэми и я стояли на поле боя, запыхавшиеся и готовые рухнуть. Вместо этого мы обнялись в кровавых, слизистых, липких объятиях. Мы снова поцеловались, но лишь на мгновение. Вторую попытку страсти грубо прервали.

– Кхм, – раздался странный высокий голос.

Мы отпрянули и повернулись к говорившему. Он стоял в луче света, исходившего от чего-то, похожего на летающую тарелку. Это начинало становиться действительно чертовски крутым. Один за другим с неба спускались новые прожекторы, и с каждым из них появлялось все больше странных существ.

Хотя на самом деле они не выглядели такими уж странными. После всего, что мы видели за эту ночь, нас уже мало что могло потрясти. Плюс я этих ребят уже видел – только в фильмах, комиксах и документальных инсценировках. Рост около четырех футов^[8]. Кожа ярко-зеленая. Похоже, голые. Глаза – большие сплошные черные круги. Серые!

– Привет, – сказал я.

– Приветствия, – сказал ближайший.

Святой хер, они даже сказали "приветствия"!

– Спасибо, что помогли, – сказал я. – Вы, должно быть, Серые.

– Расистский ублюдок! – закричал один из них.

– Подождите, что? – ахнул я. – Расистский?

– Прямо как гребаный землянин! – закричал ближайший. – Мы спасаем ваши гребаные задницы, а вы сразу начинаете с расовых оскорблений.

– Извините, – сказал я. – Я ничего такого не имел в виду. Просто... я думал, вас так называют.

– Мы кажемся тебе серыми? – спросил ближайший, которого я принял за их лидера.

– Ну нет, – сказал я. – Вы – зеленые.

– Точно! Однако когда ваше правительство нас убивает, мы становимся серыми. Поэтому эти кровожадные ублюдки и стали нас так называть, и им, конечно, нравится делать нас этого цвета. Неудивительно, что термин прижился. И держу пари, вы, мудаки, еще и пишете это слово через "Э". Это еще что за хуйня? Цвет "серый" так не пишется^[9]. Претенциозные хуесосы.

– Еще раз, ребята, правда извиняюсь.

Что не так с этими инопланетянами?

– Так или иначе, – начал лидер. – Ваша планета практически в жопе.

– Я так и понял, – сказал я. – Есть шанс, что вы введете нас в курс, что здесь происходит?

– Подробности не так важны, – сказал лидер. – Если в двух словах, недалеко от этой планеты открылась червоточина. Мы через нее летели и заблудились. Перевозили лабораторные образцы из другого измерения. Они выпали из нашего материнского корабля, когда мы вышли из червоточины, и врезались в метеорный поток. Но вам достаточно знать, что те человеческо-инопланетные гибриды, которых вы только что убили, скорее всего, еще какое-то время будут бродить по планете. Их здесь уже до хрена.

– Опять же, важные части я вроде уловил, – сказал я. – И просто любопытно: почему вы убили только по-настоящему больших и страшных существ?

– Это те, кого мы перевозили. Мы выпустили их сюда, поэтому почувствовали, что на нас лежит своего рода ответственность за то, чтобы навести порядок в этом бардаке. Остальные появились здесь, когда вылупились те, кого мы уронили. Так что это уже ваша проблема.