Текст книги "Что, если это правильно? (СИ)"
Автор книги: Дж.б. Хеллер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 9 страниц)
ГЛАВА 19
Виктория
Наши дни… День свадьбы…
Уэстон не прекращал свои жестокие утренние атаки вплоть до сегодняшнего дня, и это был не его выбор. Финн, Уэстон и Люк остались вчера вечером ночевать у Финна, а Никси и Бет у меня.
Хотя то, что он не возбудил меня еще больше, принесло некоторое облегчение, мне все же не хватало его ночью в моей постели. Я привыкла спать в кольце его рук, и проворочалась полночи, пытаясь уснуть без него.
Проснулась я под песню Бруно Марса «Женюсь на тебе». Я улыбнулась. Сегодня, после нескольких месяцев стресса и горя, мы будем праздновать.
Мое сердце сжалось от боли при мысли, что Жак и Вера не дожили до этого дня. Я безумно скучала по ним обеим, но глубоко внутри знала, что они всегда будут с нами. И так же, как и в самые сложные мгновения моей жизни, когда я в ней нуждалась, клянусь, Жак разговаривала со мной. Рассказывала, как гордится мной, и жизнью, которую мы построили с Финном без нее.
Слеза скатилась по моей щеке, но это была слеза счастья.
Когда я вылезла из постели, чтобы принять душ, то услышала, как Бет и Никси шуршали на кухне – видимо, готовили кофе.
Я приняла душ так быстро, как могла, учитывая, что мне нужно было все побрить, хотя на прошлой неделе я сделала депиляцию каждого сантиметра своей кожи. Просто хотела убедиться, что все так гладко, как должно быть.
Никси выбрала для нас с Бет платья в таком же стиле, как ее, но не такие пышные. Выбранные Никси фасоны были отнюдь не традиционными. И я влюбилась в них.
Они были без бретелек, с открытыми спинами на шнуровке, лиф плотно прилегал на талии, а из-под него слоями ниспадал тюль. Наши платья были с розовым лифом, а тюль чередовался ярко-розовым и кремовым и ниспадал до колен.
И Никси, о, Боже мой, Никси выглядела просто потрясающе в своем кремовом платье. Она отказалась от идеи выйти замуж в белом, ее платье было противоположностью нашим. У нас лиф был розовым, а у нее сливочного цвета, и ее юбка из нескольких слоев тюля была такой пышной, как у настоящей принцессы. Все платье было кремовым, за исключением вставок розового тюля через каждые пару слоев.
Еще наши платья были одной длины. Никси надела сексуальные открытые розовые туфли на платформе. И у нас с Бет были туфли того же фасона, что и у Никси, только кремово-розового цвета и на каблуках.
Когда мы оделись, а прически и макияж были готовы, фотограф сделал несколько снимков, и я отвела Никси в сторону, чтобы быстро переговорить до отъезда.
– Никс, ты же знаешь, я люблю тебя, как дочь, и хочу поблагодарить, прежде чем этот день ускользнет от нас. Благодаря тебе Финн живет полной жизнью. Ты подарила ему любовь, когда он больше всего в ней нуждался, ты, Никс. – Я сделала паузу, чтобы перевести дыхание и собраться с мыслями. – Ты делаешь его счастливым. И я никогда в полной мере не смогу тебя отблагодарить за то, как сильно ты его любишь.
Никси засмеялась.
– Спасибо, но, подруга, из-за тебя я испорчу свой макияж… И ни одна из нас не сумеет поправить его, так что заканчивай толкать эмоциональные речи, ладно? Визажист уже ушла, поэтому, если из-за тебя я расплачусь, то буду похожа на енота на своей свадьбе.
Мы засмеялись и обнялись, но мне пришлось закрыть глаза, чтобы сдержать слезы.
– Ты была бы самой сексуальной невестой-енотом из всех, что когда-либо были, – прошептала я ей на ухо, прежде чем разжать объятия. Она снова засмеялась, и я взяла ее за руку. – Готова?
Ее глаза радостно заблестели.
– Черт, да! Пойдем, отхватим для меня мужа! – усмехнулась она.
* * *
Подъехав ко входу в ботанический сад, мы втроем вышли из машины. Вдали мы видели парней, они стояли под ветвями, украшенными свисающими вазами, в которых были цветы и свечи, что придавало старому дереву неземной вид.
Мы с Бет медленно шли по тропинке, чтобы занять наши места. Бет пойдет первой и присоединится к Люку, потом будет моя очередь. Черт, мне нужно собраться, чтобы пройти и занять свое место рядом с Уэстоном.
Мы виделись всего двенадцать часов назад, а я уже соскучилась по нему.
Заиграла музыка, и я глубоко вздохнула, слушая, как Тиган и Сара поют «Я женился». Мы превосходно рассчитали время, поэтому на нужных словах Бет начала идти по проходу.
И вот настала моя очередь. Как только я шагнула за угол, взглядом сразу же наша Финна – он выглядел фантастически в сшитом на заказ темно-синем костюме с розовым галстуком. На мои глаза навернулись слезы, мой мальчик вырос. Он стал потрясающим человеком. Мое сердце переполняла гордость.
Затем я посмотрела на мужчину рядом с ним, Уэстона, и у меня перехватило дыхание. Его глаза казались еще темнее в темно-синем костюме. И он смотрел только на меня, проникая ко мне в голову, не позволяя дышать. Во рту внезапно пересохло, а сердце забилось где-то в горле.
Когда я дошла до него, он взял мою руку и положил на свою согнутую руку. От его прикосновения электрический разряд пронзил мое тело, вызывая дрожь. Кончиками пальцев он коснулся моей щеки, и я вздрогнула.
– Ты выглядишь невероятно, Виктория, – прошептал он.
Благодаря туфлям на каблуке, я оказалась совсем близко к его губам и почувствовала его прерывистое дыхание на своей коже. Я произвела на него именно тот эффект, который хотела, и эта мысль заставила меня улыбнуться.
Прежде чем я успела опомниться, началась церемония бракосочетания Финна и Никси, будущих мистера и миссис Диксон.
ГЛАВА 20
Виктория
Сделав миллион и одну фотографию, мы отправились на прием. Я постоянно ощущала взгляд Уэстона, и мне казалось, что моя кожа покраснела. Он обнял меня за плечо, когда мы сели в машину, которая должна была отвезти нас.
– Не могу не прикасаться к тебе, – пробормотал он мне в шею, оставляя на ней крошечные поцелуи.
Меня пронзило желание, я очень хотела его прикосновений, но до сих пор не поговорила с Финном.
На краткий миг я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновениями, и позволила себе чуть откинуть голову, давая ему лучший доступ к моей шее.
– Ты хоть представляешь, что со мной делаешь? – прошептал Уэстон хриплым голосом, покусывая мочку моего уха. Затем взял мою руку и положил ее на свою растущую выпуклость.
Ладонью я ощутила, без сомнения, впечатляющий размер. Я ничего не могла с собой поделать и сжала пальцы вокруг его длины, но мои слова противоречили действиям:
– Я не могу, мы не можем, не сейчас, – простонала я.
Уэстон передвинулся, оказавшись передо мной. Положил ладони на мои колени, раздвигая их в стороны, и я наклонилась вперед, чтобы схватиться за него. Наши лица оказались очень близко. Я с трудом сглотнула. Все, чего я желала в тот момент, отражалось в его глазах.
Я видела в его взгляде обещание крышеносного секса и оргазмов, которые вознесут меня к звездам, но должна была отказаться.
Убрав руку, я вернула ее на свои колени и села ровнее. Уэстон прищурился.
– Настанет ли когда-нибудь наше время? – спросил он.
Я подалась вперед и обхватила ладонями его щеки, почувствовав, как сильно он сжал челюсть.
– Да. Я обещаю. – Я прижалась к его лбу своим и прошептала: – Как только они вернутся из медового месяца, я поговорю с ним.
Уэстон устало покачал головой.
– Ты уверена? Или придумаешь очередную причину, чтобы ему не рассказывать? Потому что все выглядит так, словно я твой маленький грязный секрет, который ты слишком боишься открыть.
Мои глаза округлились, и я отстранилась, чтобы посмотреть ему в глаза.
– Нет, ты же знаешь, что это неправда. Я хочу быть с тобой больше всего на свете. Клянусь. – Я прижалась к его мягким губам нежным поцелуем. – Но я не могу потерять Финна. Еще две недели, обещаю. Я поговорю с ним, как только они вернутся.
Вздохнув, Уэстон устроился на сидении рядом со мной, взял меня за руку и не отпускал до конца поездки. Но больше не произнес ни слова.
Меня съедала вина из-за того, что я заставила его чувствовать себя так ужасно. Будь я уверена, что Финн нормально отреагирует, сказала бы ему сейчас же. Но я понятия не имела, какой будет его реакция.
Десять минут спустя мы прибыли в заказанный на всю ночь ресторан, и Уэстон помог мне выбраться из машины. Он был настоящим джентльменом.
– Спасибо, – прошептала я, но он лишь слабо кивнул в ответ. Мои плечи поникли, я ненавидела себя за то, что заставила его так себя чувствовать.
Финн, Никс, Люк и Бет уже прибыли, и мы поспешили присоединиться к ним в фойе ресторана. Я никогда не видела Финна таким счастливым, его радость была заразна. Я улыбнулась, видя, какими влюбленными глазам он смотрит на Никси.
Они так идеально подходили друг другу. Я не могла быть еще счастливее за них. Что касается меня самой? Мне действительно необходимо было поговорить с Финном.
* * *
Еда была восхитительной, а вино достаточно крепким. К счастью. Потому что мне нужно было сказать речь, и я не сомневалась, что буду дико нервничать. Когда ведущий объявил, что настала моя очередь произносить речь, я допила свое вино и встала на нетвердые ноги, взяв у него микрофон.
– Привет всем. Я собираюсь быть краткой и милой, прямо как наша прекрасная невеста этим вечером. – Я подмигнула Никси, и она усмехнулась в ответ, когда румянец окрасил ее щеки. – Во-первых, как мама Финна, я хочу поблагодарить вас за то, что пришли и оказали свою поддержку. Я знаю, как много значит для Финна и Никси то, что вы с ними в этот особый день, и для меня это значит не меньше. Финн, мой дорогой мальчик, я так тобой горжусь. Ты стал человеком, которого не только я с гордостью называю своим сыном, но теперь и Никси гордится, что ты ее муж. И, Никси, моя девочка, я знаю, что ты позаботишься о нем, ты уже это делаешь, просто будь собой. Итак, я оставляю вас, но, напоследок, дам маленький совет: поддерживайте друг друга и будьте честны друг с другом. Большего вам и не нужно, пока вы продолжаете говорить друг другу волшебные слова «Я люблю тебя».
Эмоционально растроганная и немного пьяная, я вернула микрофон ведущему и пошла на свое место.
Уэстон выдвинул для меня стул, и я с благодарностью села на него. Затем он вышел на сцену, чтобы произнести свою речь.
Он прочистил горло и сжал микрофон в руке.
– Ну, ладно, вы все знаете, что я не мастер выступлений, но мой долг, как лучшего друга и хорошего человека, открыть вам, какая Финн на самом деле девчонка. Никс, ты должна была его видеть – эту жалкую рохлю, в которую превратился Финн, после вашего расставания в средней школе. Он был полностью разбит и вел себя, как маленькая плаксивая девочка. Он был таким жалким, что я подумал: «Ну все, пропал мужик». В любом случае, без тебя он – занудная развалюха, так что спасибо, Никс, за то, что сделала его жалкую задницу лучше. Ты облегчила мне жизнь. – Он подмигнул Никси и отдал микрофон обратно ведущему.
На обратном пути он хлопнул Финна по плечу, и тот принял это с гордостью. Когда Уэстон сел рядом со мной, я наклонилась к нему и прошептала:
– Милая речь, хороший человек.
Он благодарно кивнул, но так и не заговорил со мной. Он все еще был расстроен из-за нашего разговора в машине, и я не винила его. Я чувствовала себя ужасной сукой, и попросила у официанта джин с тоником, в котором было больше джина, чем тоника. Он мне понадобится, чтобы пережить вечер в компании задумчивого Уэстона.
Прежде чем напиток попал в мои цепкие ручки, пришло время первого танца. Вся свадебная вечеринка переместилась на танцпол, когда Финн и Никси, глядя друг другу в глаза, медленно вальсировали. Они выбрали «Поцеловать тебя» Дэзри, и музыка наполнила комнату знойной атмосферой.
Когда пришло время, Уэстон взял меня за руку и вывел на танцпол, в то же время Люк привел туда Бет, и мы все начали вальсировать под гладкий ритм музыки.
Но даже во время танца Уэстон не соприкасался со мной. Когда песня сменилась на «Милая детка» Мэйси Грей, и другие пары вышли на танцпол, я начала уставать от того, что он игнорирует меня.
Я скользнула ладонями вверх по его плечам и обняла за шею, осторожно погладив пальцами волосы у основания. Я почувствовала, как он вздрогнул, и заметила, что он сжал челюсть.
– Уэстон, да ладно, посмотри на меня, – мягко попросила я.
Он на мгновение закрыл глаза, а когда открыл их, сосредоточился на мне. Его глаза были полны сожаления.
– Прости. Просто очень сложно быть так близко к тебе и не иметь возможности прикоснуться так, как я хочу. Так, как мне нужно.
– Знаю, все хорошо, я понимаю, – прошептала я.
Глубоко вздохнув, он мягко покачал головой.
– Ничего хорошего. Я не должен был срываться на тебя.
Я вздохнула и положила голову ему на плечо, когда песня опять сменилась. Я не хотела, чтобы танец заканчивался, и желала остаться в его объятиях на всю ночь.
ГЛАВА 21
Виктория
Мы танцевали, пока какой-то незнакомый мужчина не хлопнул Уэстона по плечу и не спросил, может ли он «украсть» меня. Я нахмурилась.
– Извините, как вас зовут? – спросила я.
Он был весьма хорош собой. Представьте себе Гаррисона Форда средних лет, с легкой сединой на висках. Он ухмыльнулся моему оценивающему взгляду и протянул мне руку в ожидании. Как только я вложила свою ладонь в его, он представился:
– Я одинокий, без багажа, дядя Никси, Чад. – В его глазах сверкали веселые искорки.
Я усмехнулась.
– Ах, рада знакомству, Чад. Предполагаю, ты знаешь, кто я, раз пытаешься украсть меня у моего кавалера. – Я приподняла бровь, ожидая ответа.
Уэстон все еще обнимал меня одной рукой за талию и чуть сильнее сжал мое бедро, когда Чад упомянул, что одинок. Я опустила руку и сжала ладонь Уэстона, пытаясь успокоить.
Чад ухмыльнулся.
– Полагаю, что должен стать твоим «свадебным сексом».
Я подавилась воздухом, который вдохнула, а Уэстон напрягся всем телом. Я взглянула на него: он стиснул зубы, а свободную руку сжал в кулак. И судя по его положению, он был в одном шаге от того, чтобы отметелить Чада. Я повернулась к нему, встав между мужчинами.
– Можешь дать мне минутку? – спросила я Уэстона.
Он посмотрел на меня, опасно прищурив глаза. Я подошла к нему чуть ближе и прошептала:
– Позволь мне разобраться с ним, а потом я найду тебя.
Уэстон ответил резким кивком и исчез в толпе. Раньше, чем я успела почувствовать себя виноватой, Чад прикоснулся ладонью к моему бедру и развернул меня вокруг.
Он двигался плавными, точными движениями, положив руки на мои бедра, а не на талию. Мои глаза округлились.
– Э-э, Чад, могу я спросить, почему у тебя сложилось мнение, что мне нужен секс с тобой? – пока говорила, я передвинула его руки выше, на талию.
Приподняв бровь, он ответил:
– Ты разочарована?
Я немного отстранилась.
– А, ну, нет, я имела в виду, что секс мне не нужен, – раздраженно ответила я. – Кто попросил тебя быть моим «свадебным сексом»?
Снова он медленно опустил руки на мои бедра, и я не стала их снова передвигать. Он вел себя не грубо, просто было непривычно чувствовать руки другого мужчины на своем теле.
– Возможно, Никси упоминала, что ей кажется, тебе не помешает немного снять стресс, – пробормотал он и закружил меня на танцполе.
Какого хрена? Я не могла в это поверить. Серьезно, моя невестка подбивает дядю заняться со мной сексом? Разве такое не бывает только в кино?
Я прочистила горло.
– Мне очень жаль тебя разочаровывать, Чад, но сегодня я в твоих услугах не нуждаюсь. Но спасибо за предложение. Ты выглядишь фантастически, и я не сомневаюсь, здесь полно одиноких женщин, ждущих подходящего холостяка, как ты, чтобы вознести их на небеса.
Он улыбнулся и кивнул.
– Я сомневался, но должен был рискнуть. Ты слишком ошеломляющая, чтобы позволить тебе просто пройти мимо. Я поищу других доступных дам после нашего танца, договорились?
Я с облегчением выдохнула, хотя до этого момента даже не понимала, что задержала дыхание.
– Мне подходит, – улыбнулась я, а потом он исчез…
Уэстон оттолкнул его от меня и теперь стоял между нами.
– Руки прочь, приятель, она занята. – Он злобно посмотрел на Чада.
– Уэстон, – прошептала я, но он не повернул ко мне голову, а вместо этого повернулся всем телом, встав лицом к лицу.
– К черту это, Тори, мне надоело ждать. Я рассказал о нас Финну. Дело сделано.
А затем он прижался своими губами к моим яростным, ненасытным поцелуем, поглощающим любой протест, который мог у меня быть.
Уэстон
Десять минут назад…
Я мог подождать еще две недели, чтобы быть с Тори, мог. Если повторять себе это постоянно, я, наверное, в это поверю. И даже не физический аспект наших отношений я так стремился начать. Я хотел целовать ее, вернувшись с работы, хотел держать за руку, когда мы проводили время с нашими друзьями.
Но если я и узнал что-то за последние несколько недель, так это то, что жизнь скоротечна. И я больше не хотел тратить время. Но Тори нужно это сделать на своих условиях, и, если все, что мне нужно, это подождать две недели, чтобы сделать ее счастливой, я подожду.
Я вел себя, как мудак. Не нужно было давить на нее. Я знал, она хочет быть со мной.
Когда на танцполе я обнимал Тори в этом чертовом платье, ее грудь прижималась к моей груди, и требовалась вся моя сила воли, чтобы не утащить ее с танцпола в чулан и не начать сию секунду поклоняться ее удивительному телу. Или закутать ее в пиджак, чтобы другие мужчины в комнате перестали на нее пялиться.
Иначе кто-то, в итоге, останется со сломанным носом.
А потом кто-то неожиданно похлопал меня по плечу. Повернувшись, я увидел мужика, который пялился на Тори, как на нежный сочный стейк. Я сжал зубы, планируя его игнорировать, но он заговорил:
– Могу я украсть вашу даму? – спросил он через мое плечо.
Тори посмотрела на него и нахмурилась.
– Извините, как вас зовут?
Я стоял, как истукан, пока Тори пробегала взглядом по телу этого ублюдка, а тот, в свою очередь, ухмылялся моей женщине. Затем он протянул свою руку, ожидая, пока она ее пожмет. Она украдкой посмотрела на меня, прежде чем протянуть руку и вложить свою ладонь в его, а затем он представился.
– Я одинокий, без багажа, дядя Никси, Чад.
Он просто пожирал ее глазами, и мне хотелось стереть самодовольную улыбку с лица этого мудака.
С губ Тори сорвался искренний смешок.
– Ах, рада знакомству, Чад. Предполагаю, ты знаешь, кто я, раз пытаешься украсть меня у моего кавалера. – Она кивнула в мою сторону подбородком.
Я все еще обнимал ее за талию одной рукой, и мои пальцы напряглись, когда Чад упомянул, что одинок. Тори почувствовала это и незаметно опустила свою руку на мою, чтобы удержать ее на бедре.
Чад ухмыльнулся.
– Полагаю, что должен стать твоим «свадебным сексом».
Я напрягся всем телом и сжал свободную руку в кулак – меня наполнили ярость и ревность. Что это, черт возьми, такое? И почему, блядь, он говорит с ней в таком тоне? Этому, черт подери, не бывать. Но прежде, чем я успел на него наброситься, Тори повернулась всем телом в мою сторону, оказавшись между нами.
– Можешь дать мне минутку? – спросила она меня, черт возьми, меня! Она хотела, чтобы я дал ей минутку с ее «свадебным сексом». Ну, а я так, блядь, не думаю. Она привстала на носочки и, чуть приблизившись ко мне, прошептала:
– Позволь мне разобраться с ним, а потом я найду тебя.
Никаких чертовых шансов, что я позволю ей разобраться с этим самой. Я посмотрел на него через ее обнаженное плечо – он знал, что мы вместе, и ему было все равно. Кусок дерьма. Он знал, что мы пара. Я видел это по тому, как он ухмылялся.
Я разберусь с этим. Сейчас.
Коротко кивнув Тори, я повернулся на каблуках и пробрался сквозь толпу танцоров вокруг нас, пока не заметил, как Финн и Никси устраиваются в дальнем углу ресторана.
Я напролом пошел к ним, не заботясь о тех, кто стоял у меня на пути. Они оторвались друг от друга, заметив, что я направляюсь к ним. Так быстро, как мог, я выпалил:
– Я влюблен в Тори. Она боится, что потеряет тебя, если будет со мной, но я знаю, ты никогда с ней так не поступишь. – Это была констатация факта, а не вопрос, и выражение его лица показывало, что он тоже знает об этом.
Никси ухмыльнулась.
– Чад уже представился, верно? – Она невинно похлопала ресницами.
Я перевел взгляд на нее.
– Какого черта, Никс? Это твоих рук дело?
Ее ухмылка стала шире, и она гордо объявила:
– Ага.
Теперь она завладела не только моим вниманием, но и Финна.
– Какого черта? Что здесь происходит? – потребовал ответа Финн от своей новоиспеченной жены.
Она посмотрела на него из-под опущенных ресниц и заговорила:
– Ясно, как день, что они чувствуют к друг другу. Единственный, кто этого не видит, это ты, детка. Мне жаль, но они страдают, ведь боятся тебя потерять. Но я этого не допущу. Мы четверо – семья. Им больно продолжать избегать друг друга.
– Помнишь, как это было, Финн? Когда я была слишком напугана, чтобы быть с тобой? Это ранило нас обоих. Я не желаю такого для них, и ты тоже, – сказала она, посмотрев на него с любовью и состраданием.
Было так много смысла в том, как она ему это преподнесла. Почему я сам не додумался до этого? Правильно, потому что я не девчонка.
После ее слов выражение лица Финна смягчилось. И мое, черт возьми, тоже. Мне стоило продолжать на нее злиться за всю эту херню, но она действовала из добрых побуждений. Я не мог на нее сердиться.
Я наблюдал за своим лучшим другом, пока он обдумывал все, что сказала его жена, и ждал его ответа. По ощущениям прошла целая вечность, прежде чем он, наконец, посмотрел на меня.
– Если это какая-то больная фантазия, ты будешь мертв для меня. Понял? Если облажаешься, никакого второго шанса не будет.
Мои глаза округлились.
– Ты же знаешь, что это не так. И никогда не было.
Он закрыл глаза и покачал головой.
– Сейчас я ничего не знаю. По-видимому, моя мама и лучший друг замутили друг с другом, а я-то думал, что ты – экстраординарный мудак, который постоянно вертится возле нее и отпускает неуместные шутки.
Я поморщился и покачал головой.
– Все было не совсем так, Финн. Я шутил, чтобы это не воспринималось всерьез. – Я потер шею. – Наверное, я хотел, чтобы ты думал, что я прикалываюсь. То есть, я не мог сказать, что влюблен в твою маму.
Финн съежился.
– Кажется, мне больше нравилось думать, что ты мудак, чем это.
Я кивнул.
– Да, я знаю. Но у нас же сейчас все клево?
Финн перевел взгляд с меня на Никси, потом на танцпол, где дядя Никси, по-прежнему, обнимал мою женщину, а затем вернул внимание ко мне.
– В конце концов, я это преодолею. – Он ухмыльнулся и хлопнул меня по плечу.
Пришла моя очередь действовать – не теряя времени, я развернулся и вернулся к Тори. Оказавшись достаточно близко, я протянул руку и схватил Чада за плечо, оттащив от Тори.
– Руки прочь, приятель, она занята.
Я не мог перестать злиться на него, хоть и знал, что его подбила Никси.
– Уэстон, – прошептала Тори за моей спиной.
Я повернулся, чтобы видеть ее. Я по-прежнему ревновал, просто не мог остановиться, и мои слова прозвучали грубее, чем я хотел:
– К черту это, Тори, мне надоело ждать. Я рассказал о нас Финну. Дело сделано.
Прежде, чем она смогла возразить, я наклонил к ней голову и поцеловал перед всеми. Голоса вокруг нас стихли, и я потерялся в ощущении ее губ напротив моих. Я не мог остановиться и лишь углубил поцелуй, провел языком по ее нижней губе.
Наконец, она подняла руки и сжала мои бицепсы. Затем медленно скользнула ладонями по плечам, шее и погладила волосы у меня на затылке. Я чертовски любил, когда она так делала.
Схватив за бедра, я прижал Тори ближе, чтобы ощутить ее изгибы своим телом. Я застонал в ее рот…
И тут кто-то похлопал меня по плечу.
Неохотно оторвавшись от нее, я повернул голову и посмотрел на лежащую на моем плече руку.
Стоящий за моей спиной Финн не выглядел счастливым.
– Когда я сказал, что справлюсь с этим, я не имел ввиду, что мне будет легче это сделать, если я стану свидетелем того, как ты засунешь язык в рот моей матери на моей свадьбе. Скорее наоборот.
Я усмехнулся.
– Постараюсь контролировать себя, – подмигнул я, и он покачал головой.
Отвесив мне подзатыльник, он улыбнулся через мое плечо яростно краснеющей Тори.
– Эй, – сказал он, – пришло время танца отца и дочери, и я подумал, что мы можем покружиться и показать им, как это правильно делать.
Тори облегченно улыбнулась и отошла от меня в раскрытые объятия Финна.