355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дуглас Коупленд » Рабы «Майкрософта» » Текст книги (страница 9)
Рабы «Майкрософта»
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 01:49

Текст книги "Рабы «Майкрософта»"


Автор книги: Дуглас Коупленд



сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Среда

В библиотеке мама составила для Итена список «лосе-стойких» растений, использовав для этого «Садовую книгу Запада». Мама любит Итена. Он предприимчивый делец.

Во время обеденного перерыва, пока мы с Итеном и Тоддом ехали в «карпе» Карлы по улице Карла-младшего, Итен провел с нами вдохновенную беседу.

– Ребята, – сказал он, – самое главное, мы не должны выглядеть как жалкие бедняки. Инвесторы прежде всего хотят видеть стабильность. Только в этом случае они раскошеливаются.

Тодд высказал некоторое, разочарование по поводу того, что «Oon!», оказывается, отчаянно нуждается в деньгах, несмотря на вливания Майкла и Сьюзан.

Итен ответил:

– Тодд, судьба вручает тебе возможности на какое-то время, и если ты не пользуешься ими, тогда Судьба говорит себе: «А, я вижу, этот человек не любит возможности» – и перестает предоставлять их тебе.

Замечу, что заплатить за бургеры, картофель фри и диетическую колу пришлось мне.

– Думай о деньгах так, – продолжил он. – Берешь начальную сумму и учишь ее самоумножаться, точно так же, как ты копируешь и вставляешь текст, чтобы размножить его. Никогда не думай о деньгах с точки зрения цифр. Думай о деньгах только в других единицах. Например: две недели отладки кодов равняется билету до Бостона класса «Y». Вот таким образом. Если ты думаешь о деньгах просто как о числах, ты погиб.

Затем Итен скормил использованный пластырь со своего указательного пальца чайке, сидевшей на живописной обочине дороги, и у нас с Тоддом пропал аппетит. Мы отдали Итену свою еду и высадили его у офиса дерматолога.

Вечером просмотр «Мелроуз-плэйс». Час безработного блаженства и свиста, когда мы шестеро монополизировали телевизор в гостиной. Это лучше, чем вручение наград Академии, и к тому же происходит каждую неделю.

Тодд потягивал напиток «Снэпплз». Он называет его «работоголь».

Мы все прикалывались над рекламой «Ментоса», весь оставшийся вечер приговаривая «Ментос» с дурацким европейским акцентом. «Ментос». Это так тупо.

Стыдно признаться, но я до сих пор не знаю, что именно отец делает для Майкла. Поражаюсь, как можно быть так безнадежно неосведомленным, однако единственное, что говорит каждый из них, что он работает над нашим общим постоянным пристанищем в центре Пало-Альто. Но разве мы можем себе это позволить? Мне казалось, у нас туго с деньгами. Я попытаюсь все-таки разведать, чем он занимается. Что бы это ни было, оно полностью захватило всю энергию отца, ранее уходившую на возню с моделями поездов. Теперь он и близко к гаражу не подходит.

Я рассказал Карле, что Итен говорил за обедом о том, как учить деньги умножаться. Она сказала, что Итен «гонит боллоки». Я спросил ее, что означает это слово, а она ответила, что точно не знает – термин из эры панк-рока.

– Что-то связанное с анархией и английскими булавками.

Спишемся по электронной почте с кем-нибудь из Англии, чтобы узнать, что оно значит.

Четверг

Сегодня мы обсуждали название для нашей корпорации. «И&М Софтвэа» – так скучно. Очевидно, что это первые буквы имен Итена и Майкла, и это действительно их компания, но Майкл сказал, что если у нас будут идеи получше, то можно название заменить. Так как мы еще ничего не выпустили.

Весь день мы записывали свои предложения на усыпанной кодами стенной доске. Это тут очень распространенное дело: доски, исписанные предложениями названий. Вот некоторые из наших имен:

«Кибо»

«ЗанудО»

«1410°С» (Это предложил Майкл – температура плавления кремния.)

«@» (Мое предложение. Сьюзан сказала, что название звучит слишком скейтбордно, а Итен добавил, что в любом случае кто-нибудь уже использовал его.)

«Чистая комната» (Предложение Эйба, присланное по электронной почте. Мое любимое: после игры в «Лего» всегда было ужасно трудно прибраться в комнате.)

«Битый пиксель»

«Дзен»

«Вечнокайф»

«Бездонная бочка»

«Опасно Перегруженная Электрическая Розетка»

«Технологии, Воплощающие Мечты» (Предложил Итен под шум протестующих возгласов.)

«СлойПлата» (Предложено Сьюзан и тут же отвергнуто ею самой как «слишком уж из 1981 года», хотя Майклу понравилась идея СменыРегистров – смешение строчных букв с заглавными.)

Что-нибудь «европейское» (Карла: «Американцы могут переварить только одно новое крайне странное европейское слово раз в два года. Это факт. Вот мои доказательства: Надя Команечи, Хааген-Дацс и Фарфергнюген. Мы можем стать страшным европейским словом этого года».) Все в принципе согласились, однако никто не знает других языков, помимо компьютерных, кроме Анатоля, а он для нас как чокнутый сосед сверху во всяких комедиях, но не часть нашей центральной команды, так что идея умерла.

«Шер» или «Стинг» (Итен предложил что-нибудь односложное. Мы спросили: «А какой именно слог?» – и его заклинило. «Хммм…» не считается.)

«:*)» Это написала мама, сказав:

– Их называют «смайлики», я читала о них в «Ю-Эс-Эй Тудэй». Они похожи на счастливые физиономии.

Мы все ополчились на нее:

– Мы ненавидим эти штуки! – Все, кроме Бага, который, как оказалось, любит их. А потом Сьюзан призналась, что ей нравятся некоторые из них. А потом Тодд. А потом Карла. Видимо, смайлики – как сериал «Спасатели»: все утверждают, что не смотрят его, хотя на самом деле смотрят.

Мама, как библиотекарша, добавила:

– Вы только подумайте, как это запутает библиотекарей! Ну скажите, под какой буквой они это расположат? Диакритические знаки смущают их невообразимо.

Мне было приятно заметить в ней эту анархическую жилку.

– Эмоциконку «;*)» мы могли бы назвать «ПОДМИГ».

Итен спросил, какая кнопка на клавиатуре изображает «нос», и Майкл быстро ответил:

– Графическая метка над цифрой 8 на клавиатуре «Макинтош», если используешь «Уорд 5.1». На ПК для этого используется звездочка.

«Интериоритет» (Победитель и мое предложение. Приз – игрушечное ружье «Нерф») Итак, теперь мы создаем «Ооп!» как продукт компании «Интериоритет».

Новости об условиях проживания: Баг и Сьюзан теперь живут в 30 милях от Сан-Франциско. Они ездят по 280-й навстречу потоку транспорта в час пик, что не так уж плохо. Сьюзан живет в роскошной двухкомнатной квартире по соседству с захудалой холостяцкой «однокомнаткой» Бага. Мы злорадствовали над их решением жить в соседних квартирах, но Сьюзан сказала, чтобы мы прекратили ухмыляться, как тюремщики.

– Не думайте, что я не знаю, во что ввязалась. Я предупредила Бага, что если учую сквозь стены хоть один из его дерьмовых маленьких обедов от «Динти Мур», то выселю его.

Сьюзан просто не хочет признавать, что боится остаться одна. Она ведет себя как крутая волчица, но это все лишь шелуха. Майкл живет во второй свободной комнате через зал от нас с Карлой. Более того, он заявил, что переезжает в личный номер 1-800. Там он на самом деле и живет – в 1-800-ландии. Тодд снимает комнату в занудском доме – студентов колледжа Стэнфорд – у береговой линии, выходящей на 101-ю, чтобы быть ближе к спортклубу «Голд». Он живет в качалке. Это место легкого доступа к бесплатному сексу. Эйб все еще в Редмонде. Мы скучаем по нему, хотя каждый день общаемся по электронной почте. Наверное, даже больше, чем когда мы были там.

Я слишком громко сегодня зевнул, и Сьюзан сказала:

– Дэн, ты что, вообще никогда не спишь?

Карла, услышав это, подключилась:

– Она права, Дэн, у тебя опять бессонница. В чем дело?

Я признался: мне снятся плохие сны. Дело не в бессоннице, а в кошмарах – это разные вещи. Я сказал, что это просто такой период и все, наверное, пройдет. Я также сказал им, что в настоящее время, когда ложусь спать, то стараюсь, чтобы мне не снились вообще никакие сны – «мера предосторожности».

– Ты хочешь сказать, что можешь выключать свои сновидения, прямо вот так? – спросила Сьюзан.

– Немного. Кошмар сном не считается, так как я совсем не отдыхаю. Просыпаюсь еще более усталым.

Майкл услышал это и заметил:

– Но это так неэффективно!

Он рассказал мне о том, что его настоящая жизнь и жизнь в сновидениях становятся практически одинаковыми.

– Я должен придумать новое слово для обозначения того, что происходит в моей голове ночью. Грань между сном и бодрствованием сейчас столь минимальна. Я словно проигрываю в уме «пробные сценарии» ночью – прямо как военные симуляторы корпорации «РЭНД».

Можете рассчитывать на Майкла, он даже во сне найдет способ быть продуктивным.

Электронное письмо от Эйба:

Закуска для размышления: Знаете ли вы, что если не кормить сомика(любимый донный едок Америки) ничем, кроме остатков толченых зерен, то они в итоге становятся кусочками бело-мясного филе с совершенно не различимым собственным вкусом (морским или наоборот)? Таким образом, они становятся тем, чем вы их приправите (например, каджуном, зести-чеддером или какой другой смачной приправой). Они самые постмодерновые твари на земле… метафоры действующих лиц из «Мелроуз-плэйс»… или кодировщиков, у которых НЕТ ЖИЗНИ.

Узнал от одного сетянита из Бристольского университета, что значит «боллоки». Эти бриты – нахальный народ! Оказывается, это означает «яйца»!

Пятница

Эйб снова написал нам из Редмонда. Он наконец-таки признался в том, о чем я давно уже знал: никто не знает, где находится Силиконовая долина и что это вообще такое. Эйб вырос в Рочестере и никогда не бывал на Западе дальше «Майкрософта». Вот мой ответ:

Силиконовая долина

Где/что это?

Это цепь городов, расположенных в форме буквы J, начинающаяся от Сан-Франциско и делающая петлю до залива на востоке от Сан-Хосе. В ее состав входят: Сан-Матео, Фостер-Сити, Бельмон, Сан-Карлос, Рэдвуд-Сити, Мелно-Парк, Пало-Альто, Лос-Альтос, Маунтин Вью, Купертино, Саннивейл, Саратога, Кэмпбелл, Лос-Гейтос, Сайта-Клара, Сан-Хосе, Милпитас и Фремон. Я пользовался для этого картой.

Вообще-то они уже не ПРОИЗВОДЯТ много в смысле силикона (кремния)… фабрики силиконовых чипов по большей части остались в прошлом… это сейчас не выгодно делать по стоимости. Чипы тут печатают и гравируют, а ГРЯЗНЫЕ материалы привозят из-за границы. Вместо этого здесь создают *ЧИСТЫЕ* Интеллектуальные Произведения.

Пало-Альто

Население: 55 900

Территория: 25,9 квадратной мили

Я тут жил, пока учился в Стэнфорде, так что знаю город достаточно хорошо.

Одну половину Пало-Альто составляют спальные окраины, а вторую – сцены из футуристичных научно-фантастических фильмов 1970-х годов с Чарльтоном Хестоном в главной роли. Здесь множество пышных деревьев, относительно безопасные школы и всего несколько торговых центров. Здешняя недвижимость первая во всей Америке подверглась гиперинфляции в 1970-е.

*БОЛЬШАЯ* проблема Пало-Альто заключается в том, что он как город производит тонны необычайно мощного и страшного дерьма в пределах своих научных парков, которые тут ПОВСЮДУ.

Научные парки – это такие чистые коробки, установленные поверх мрачных, поддерживаемых в красоте газонов, которые никогда не испытывали на себе футбольной толчеи. Такое ощущение, что происходит нечто странное, но произносить это вслух нельзя, потому что странность уже слишком далеко зашла.

Как только вы уезжаете с Камино-Риал, главной дороги, город становится мертвецки тихим, кроме редких «БМВ», «хонд» и грузовиков, везущих 50-футовые в полихлорвиниловой обшивке трубки для волоконных световодов.

Я не выдержал и спросил сегодня у отца:

– Пап, что именно ты делаешь на Майкла?

А он ответил:

– Ну, Даниил, я вообще-то не подписывал договор о неразглашении этого вопроса, но все же обещал Майклу, что буду хранить все в полном секрете, пока не настанет время открыть.

Вот спасибо.

Сьюзан и Итен наконец-таки договорились в одном: объявить войну местным листвосдувателям, работающим на бензине. Шум от них, должен согласиться, иногда просто достает. Они позвонили в городскую администрацию Пало-Альто, попали на какого-то бедного гражданского служащего и высказали ему свое глубокое возмущение. Итен закричал:

– После определенного уровня децибелы превращаются в БТЕ (британскую тепловую единицу). Мы тут просто таем.

Сьюзан выхватила трубку и закричала:

– Что, «Пало-Альто» по-испански означает «листвосдуватель»? СЕЙЧАС ЖЕ запретите эти штуки!

Прикольно смотреть на то, как твои друзья выходят из себя. Особенно когда они свирепствуют именно на то, что является прямой метафорой их личности.

Я заметил, что на телевидении все важные «моменты» спонсируются корпорациями, как, например: «Этот тачдаун был преподнесен вам пивоварами из „Бад Лайт“» или «Этот проблеск ностальгии подарен вам гордыми производителями продуктов „Крафт“ из семьи прекраснейшего продовольствия».

Я сказал Карле:

– Я не любитель научной фантастики, но разве не кажется опасным способ заигрывать со структурой времени – позволять корпоративной сфере проникать в личную?

Карла рассказала мне о том, как город Атланта однажды помешался на идее переименовать все улицы в названия корпораций в ответ на их оплату за поддержание инфраструктуры: авеню «Фолджерс», бульвар «Королевские Иорданские авиалинии», улица «Истинных ценностей».

– Ну, – сказал я, – улицы должны как-то получать названия. Фамилии Смит, Браун и Джонсон тоже, наверное, звучали странно, когда только появились.

Карла ответила:

– Я думаю, в будущем часы больше не будут говорить «три часа». Они будут переходить прямо к делу и называть три часа «Пепси».

Во время вчерашнего урока массажа Карла сказала:

– Помнишь, как мы жили на том огромном безмебельном ранчо в Редмонде с дождевыми облаками и все такое? Такое чувство, будто это было сто лет назад. Я вроде даже скучаю.

Я ничего не ответил. Я не скучаю. Я предпочитаю здешний хаос… тамошней предсказуемости.

Мое тело словно переваренное спагетти после сегодняшнего сеанса. Еееа!

Испробовал теорию Итена «копировать-вставить». Я был очарован результатами: думаешь и богатеешь:

деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги деньги

Я начал с полного этих слов экрана, и они растворились и потеряли свое значение, как это всегда происходит со словами, когда повторяешь их снова и снова, – как теряет смысл что угодно вне контекста. Как быстро мы можем войти в мир несущественного, используя такое простейшее действие, как умножение.

Суббота

Бедная или нет, жизнь снова стала кодировочным безумием, за исключением того, что теперь мы убиваемся для самих себя, а не для какой-то огромной компании, для которой мы равноценны бескровными статуэтками. Мы приступили к написанию кодов на следующий же день после прибытия. Код Майкла превосходен – отлаживать его одно удовольствие. Но их тут целая куча. Недостатка в работе у нас нет. И так много планирования, у всех нас есть поэтапные графики, приклеенные на стенах нашей будки.

И вновь работа придает нам утешающее ощущение нормальности: жизнь и работа внутри кодировочно предсказуемого сегментированного времени/пространства. Простое вкалывание в какой-то области придает жизни ощущение стабильности, несмотря на то что внешние условия жизни (такие, как наши счета, офис и так далее), мягко говоря, неопределенны.

Баг удивил нас своим неизвестным доселе талантом генерировать игровые идеи и кодировочные хитрости. Итен назвал его «мистер генератор неиспробованных идей». Он расцветает – в 32!

У Майкла более или менее отдельный офис, позади бара, окруженный звукоизолирующими перегородками. Он делит его с Итеном, который приезжает только дважды в день для «момента истины»: прежде всего утром поговорить с Майклом, а следующий раз после обеда – получить сводку новостей. Негативная сторона в офисе с закрытыми дверьми – это перенакопление кусочков мертвой кожи. С перхотью Итена пол выглядит, как город Вейл, штат Колорадо.

Не так редко Майкл закрывает себя внутри и с головой уходит в код. Мы называем это «закупоренное кодирование». Он всегда делает самую лучшую работу, именно когда шизеет. Никто не обижается, такой уж он есть.

Я спросил у мамы, что она знает о папиной работе с Майклом. Она ответила, что это Совершенно Секретно, но дала мне намек: у него все пальцы красные и болят по ночам.

– Не волнуйся, Дэн, он счастлив, и, пока не вмешиваются федералы, пусть все так и будет.

Вот сколько любопытства.

Сегодня попробовал смотреть на коллекцию маминых камней. Они продолжают озадачивать меня. Красота заключена лишь в глазах смотрящего.

Сегодня Тодд побил 400-разовый рекорд по отжиманию пресса на скамейке и отпраздновал это, приготовив всем по протеиновому напитку, но они отдавали запашком гниющего протеина. Мы прикинулись, что нам очень понравилось, а потом сгруппировались в команды для игры в пятнашки, чтобы забежать при этом в ванную и вылить их.

Я посмотрел на папины руки, они действительно раздраженные и красные.

Сьюзан встречается с каким-то парнем из «Интел», но не думаю, что у них получится, потому что корпоративная культура «Интел» такая странная.

– Они как борги, – говорит Сьюзан. – У них один общий ум. Прямо как в том научно-фантастическом фильме: когда один ребенок в деревне узнавал что-то, то и все остальные дети узнавали это одновременно с ним. Разум улья. Появляется такое чувство, будто играет действующая на подсознание кассета, говорящая: «Сопротивление бесполезно… ты ВСЕ РАВНО ассимилируешь…»

Тут Сьюзан помолчала и добавила:

– Чем больше я думаю об этом, тем больше понимаю, что это прямо-таки «Майкрософт». Вообще-то все огромные технические фирмы подобны «Майкрософту».

Ходили с Итеном перекусить в «Эмпайр-тэйп рум» на Эмерсон-стрит. Он сказал:

– В Долине нет центра в любом смысле этого слова. Никто за ней не следит, она симпатичная, однако это вакуум; царство с тысячью князей, но без царей.

Я знаю, о чем он говорит – дефицит творчества, бесцентровая скука жизни в Долине. То есть если хорошенько подумать, люди в Долине только работают и спят, работают и спят, работают и спят, и где-то по пути границы сна растушевываются. Словно существует тут коллективное решение вызвать немилость Божества. Это не отчаяние, просто они хотят «Чего-то Настоящего». Зверя.

А скупость в грошах! Договоры о неразглашении! Крайнее благосостояние генетических подарочных корзин с высоким «Ай-кью», выигранных в лотерее жизни! Я полагаю, что именно здесь и есть место рождения новой, постиндустриальной экономики, посреди призраков абрикосовых садов, шпинатных ферм и лошадиных ранчо; здесь, внутри научных парков, индустриальных областей и классных, покрытых листвою пригородов. Здесь, где сексуальные новые технологии задумываются, автоматизирование проектируются, разрабатываются, рождаются в воображении и моделируются – пост-машины, в одночасье делающие бессчетные миллионы людей ненужными. Пало-Альто скрытен для всех окружающих, но скрытность – это неизменное прикрытие для ДЕЙСТВИЯ.

Проработал до 3.30 утра. Прохладная ночь. Прогулялся по Ла-Креста. Так тихо. Я словно впал в медитацию. Я чувствовал, будто мой внутренний человек намного ближе к поверхности, чем бывает обычно. Приятное чувство. Для этого требуется тишина.


ИНЖЕНЕРЫ по ЖИДКОСТЯМ оставили включенным бассейный нагреватель слишком надолго, пары ХЛОРКИ поднялись над растительной жизнью планеты, и я ПРЕДСТАВИЛ, ЧТО МОЯ ПЛОТЬ находится в бассейне, ей тепло и спокойно, она чувствует ГРАВИТАЦИЮ, но может посмеяться над ней, плывя по поверхности. Ты бы поплавала сейчас со мной, если бы я попросил тебя, прыгнула бы ты в бассейн, забыв даже РАЗДЕТЬСЯ? Мог бы я раздетьтебя, выкинуть твою одежду, и могли бы мы вместе упасть в воду?

Меня это пугает.

Я не хочу потерять тебя. Я не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь чувствовал это так сильно по поводу кого-нибудь или чего-нибудь.

ЭТО БЫЛО ТАК НЕОЖИДАННО, МОЯ ДУША СОЕДИНЕНА С ТОБОЙ.

Ты украла мое одиночество.

Никто не знает, что я мечтал, чтобы ты, воровка, вошла в мой автономный дом, что я уже закрыл свои двери, но окна были открыты в надежде, нет, в уверенности, что ТЫ войдешь.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю