355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дон Пендлтон » Выжить в Сиэтле » Текст книги (страница 10)
Выжить в Сиэтле
  • Текст добавлен: 10 сентября 2016, 13:22

Текст книги "Выжить в Сиэтле"


Автор книги: Дон Пендлтон


Жанр:

   

Боевики


сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 11 страниц)

Глава 19

Таррин свирепо перебросил сигару из одного угла рта в другой и заревел:

– Что здесь происходит, парень?! Ты тут валяешься на сраной заднице в шелковой пижаме, а Болан вовсю резвится в твоем городе!

Капитан не верил своим ушам. Он встряхнул взлохмаченной головой и остановил осоловелый взгляд на своем начальнике штаба, Гарви Мэттьюзе.

– Что такое, Гарви? Кто этот пижон? Вышвырни его отсюда!

– Это мистер Таррин, капитан. Его направили к нам из «Коммиссионе» в качестве офицера связи. Он настаивал, я не знал... Он говорит, что у него срочное сообщение. Ничего не захотел слушать, вломился сюда и...

– Я еще вломлю вашим толстым задницам, – брызжа слюной, продолжал свирепствовать Таррин. – В жизни не видел ничего более позорного... И это отряд профессионалов-коммандос! Вылезай из своей вонючей постели, сукин сын! Пока ты тут дрыхнешь, Болан разносит вдребезги все, что попадается ему на пути!

Францискус отбросил покрывало и стремительно вскочил на ноги.

– Что?!

– Надо быть идиотом, чтобы валяться в постели, когда эта сволочь в городе! – по-прежнему разорялся Лео. – Он прихлопнет тебя как муху раньше, чем ты добредешь до сортира, чтобы пописать! Пока ты прохлаждаешься в подштанниках, он повсюду натыкал жучков и прослушивает всю твою паршивую квартиру! Ты даже не удосужился проверить ее после визита того подонка! Черт возьми! С какими же идиотами приходится иметь дело!

Францискуса ошеломила такая мощная словесная атака. Он потер лицо руками, бросил на Мэттьюза быстрый взгляд и скомандовал:

– Кофе, Гарви. Завари покрепче. Принеси и этому горлопану. Затем труби подъем. Всех в строй!

– Мистер Таррин приказал своим парням перевернуть всю квартиру, – доложил начальник штаба, подходя к бару в углу спальни.

– Приказал что?!.

– Да, черт побери! – с пол-оборота завелся Лео, напуская на себя суровый вид. – Мы перетряхиваем твою берлогу, олух! А мне-то говорили, что вы знаете свое дело! Послушай меня, капитан, бойскауты в моем городе дадут вам сто очков форы! – Таррин швырнул на кровать маленький пластмассовый шарик размером с четвертак. – Я только вошел с улицы и сразу же снял это с одного из подсвечников! Ты знаешь, что это такое, черт бы тебя побрал? Знаешь?!

– Жучок! – упавшим голосом произнес капитан.

Таррин плюнул на пол.

– У-у... бардак! – повернувшись ко всем спиной и сунув руки в карманы, он отошел к окну.

Он понимал, что нанес Францискусу сильнейший удар. Любой придет в ужас, узнав нечто подобное. Пару раз такое случалось и с ним самим, поэтому Лео хорошо знал, что чувствует сейчас Джон Францискус.

Стоя у окна, Таррин молча раскуривал сигару, давая «элите» время успокоиться и прийти в себя. Когда он, наконец, повернулся, Францискус уже был одет. В одной руке он держал чашку с кофе, в другой – жучок Болана, в пепельнице на столике дымилась сигарета. Мэттьюз стоял навытяжку в стороне, опустив глаза к полу.

Таррин заговорил более мягким тоном:

– Эй! Извини. Мне не следовало срываться на крик, но я слишком легко возбуждаюсь. Сожалею, что нарушил протокол, или как вы это называете? Субординацию, кажется? Как бы то ни было, мои парни в течение вот уже двух часов разыскивают эти штучки.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Францискус, голос его звучал резко, но без прежнего недружелюбия.

Таррин обвел вокруг себя рукой с зажатой в ней сигарой и медленно двинулся к центру комнаты.

– Я не ожидал, что парень с твоим опытом... Я хочу сказать, что мои бойцы разбирались в таких вещах, когда им не было еще и десяти лет. Иначе они бы и не дожили до зрелого возраста. Понимаешь, о чем я говорю? Они знают закон улицы. Заставь своих ребят перетряхнуть всю квартиру. Проверь подоконники, изнутри и снаружи. Даже стены с внешней стороны. Это ведь верхний этаж? Обязательно проверь крышу. Где-то здесь должен быть установлен ретранслятор.

– Почему ты так уверен? – растерянно спросил Францискус.

– Потому что у меня достаточно здравого смысла, – надменно ответил Таррин. – Но есть и более убедительные доводы. Сейчас об этом кричат на всех улицах.

– О чем?

Телохранитель Таррина просунул голову в дверной проем и позвал:

– Эй, босс!

– Заходи, Джокко.

Сведенные чашечкой ладони телохранителя были почти доверху наполнены какими-то штучками, размером с монету достоинством в четверть доллара. Он шагнул в комнату, высыпал их на кровать, встал за своим боссом и доложил:

– Это прислал Птенчик. Говорит, что теперь все чисто.

Францискус отвел взгляд от этих красноречивых вещественных доказательств.

– Так о чем кричат на всех улицах? – спросил он снова потухшим голосом.

– Вчера ночью у тебя здесь был человек по фамилии Хелманн?

Лицо капитана исказила гримаса, словно у него вдруг разболелся зуб. Мэттьюз в испуге вздрогнул. Реакция обоих не осталась незамеченной Тарриным.

– Значит, был. Об этом стало известно местной полиции. ФБР тоже в курсе. Весь город теперь знает об этом. Вчера ночью сюда нагрянул Болан и повсюду установил свои жучки. Он записал твой разговор с Хелманном, и теперь эта запись, Джонни, в руках федеральной полиции.

– Найди передатчик, Гарви, – спокойно скомандовал капитан.

Мэттьюз стремглав выскочил из комнаты.

Францискус натянуто улыбнулся своему посетителю.

– Ну ладно. Я много слышал о тебе, Лео. В основном только хорошее. Тебя уважают все без исключения. Жаль только, что при нашей первой встрече я выглядел не лучшим образом, словно птенец, выпачканный желтком.

– Это лучше, чем дерьмом, – ответил Таррин с кислой усмешкой. – После встречи с мерзавцем Боланом большинство ходит именно с таким лицом – я имею в виду измазанным в дерьме. Послушай, Джонни, все, что происходит в Сиэтле, – твоя проблема. Моя задача – находиться рядом и вовремя дать дельный совет. Ты должен немедленно что-то предпринять. Я слышат о каком-то острове, ты можешь сказать поконкретнее, о чем идет речь?

Глаза капитана полыхнули холодным огнем, и он метнул подозрительный взгляд на Лео Таррина.

– Что ты сказал?

– У тебя нелады со слухом? Черт подери, ты отлично понял, о чем я спрашиваю. Мои осведомители утверждают, что Болан знает об острове. Знает, приятель, и заруби себе это на носу. Ты хорошо изучил этого парня?

– Не совсем. Никто не думал, что он явится сюда так скоро. Я собираю на него материал...

– Ты бы послал подальше свой дурацкий материал и сосредоточился на человеке. Он ведь уже здесь. Тебе пора бить тревогу. А теперь выслушай мой первый совет: береги яйца. Перевожу: позаботься о вещах, которые тебе больше всего дороги. Болан устроит на твоем острове погром еще до рассвета. Прими это к сведению: я не раз попадал в такие переплеты и знаю, чем все может кончиться.

Францискус бросил встревоженный взгляд на часы, затем резко отвернулся и отошел к окну.

– Он не может знать, – пробормотал он. – Никто не знает.

– Улица знает, Джонни.

– Старики сказали тебе об острове?

– Я впервые услышал о нем час назад.

– Что именно?

– Немного. Где-то неподалеку есть остров и на нем ведется какое-то строительство. Болан нанял быстроходный катер и готовится к штурму: покупает тяжелое оружие. Пора действовать, приятель. Ну, а не хочешь, тогда уйди в сторону и дай действовать мне. Меня сюда прислали с одной целью – защитить наши инвестиции. Нам известно, что может натворить сукин сын Болан. Я здесь по той причине, что никто лучше меня не знает, как он орудует, и не могу вернуться назад и объяснить боссам, что спокойно стоял рядом с тобой и наблюдал, как ты все профукал.

– Ты им не скажешь ничего! – огрызнулся Францискус.

Таррин повернулся на пятках и решительно посмотрел на своего телохранителя.

– Скажи нашим парням, что мы уходим, – приказал он.

Джокко неуверенно кивнул и быстро вышел из комнаты.

Таррин повернулся к капитану и сказал:

– Я работаю не на тебя, сопляк. Как раз наоборот. Держи руку на своей заднице и помни, кто оплачивает твои вонючие счета. Или у тебя есть крепкая хватка, или нет. Если есть, то убирай отсюда свою задницу и начинай шевелиться. Немедленно!

Было ясно, что капитан Францискус не привык к такого рода выволочкам. Мышцы его щек задергались, глаза налились кровью от ярости.

В этот момент в комнату вприпрыжку вбежал Гарви Мэттьюз и своим появлением разрядил накаленную обстановку.

– Нашел! У меня было подозрение, помнишь вертолет на крыше? Как раз там и нашел. – Он держал в руках маленькую коробку размером с портсигар с малюсенькой антенной, торчащей из нее.

Это оказалось последней каплей, а может быть отличной возможностью для капитана спасти лицо.

– Тревога! Готовность номер один! – скомандовал он. – Общее построение на пирсе через тридцать минут! Поднять по тревоге оружейника, подать грузовик к пирсу с полным вооружением и боекомплектом для двухсот человек! Позвонить на остров и вызвать Пресли! Приказать ему удвоить патрули на берегу! Запросить прогноз погоды! Все, выполнять!

– Ну, это уже больше походит на дело, – одобрительно произнес Таррин, когда начальник штаба бегом кинулся выполнять приказание.

– Мы знаем, как справиться с ситуацией, – усмехнулся капитан. – Скажи об этом старикам в Нью-Йорке.

Таррин увел свою команду, страшно довольный собой. Старикам он, конечно же, ничего не скажет. «Трудная работа» закончена. Остальное зависит от Болана...

В это же время Броньола пытался найти решение своей собственной задачи в комнате дежурного офицера во флотских казармах в Бремертоне.

– Передайте вашему командиру, что до выхода в море я получу подтверждение своих полномочий из Пентагона или от Комитета начальников штабов – что его больше устроит. Но сейчас я хочу, чтобы машина завертелась. Если через полчаса по меньшей мере тридцать десантных катеров не будут готовы к выходу в море, кому-то больно надерут задницу!

– Есть, сэр. Командир понимает, что обстановка критическая. Он лично прибудет сюда через десять минут, сэр.

Броньола на мгновенье остановил тяжелый взгляд на младшем лейтенанте, сжал кулаки и вышел из дежурки.

Забрезжил рассвет. Прогноз погоды был вполне благоприятным: к утру все прибрежные районы очистятся от тумана.

Что принесет этот рассвет?

Он сказал «надерут задницу»? Нет, шкуру спустят, и не чью-нибудь, а его, Броньолы, если Болан не сумеет выполнить свой план. Бог мой! Этот парень нес на себе всю тяжесть ответственности от начала и до конца. А все, что мог сделать третий по занимаемому положению полицейский чин Америки, сводилось к метанию из угла в угол и обливанию холодным потом.

Глава 20

– Мне бы очень хотелось найти нужные слова, чтобы отговорить тебя от этой затеи, – проворчал Гримальди. – Теперь и погода тебе не на руку. Потолок сейчас местами поднялся до полутора тысяч футов. И по прогнозу ожидается дальнейшее быстрое прояснение.

– Подумай лучше о том, как ты полетишь туда и обратно, Джек. Если чувствуешь, что не сможешь, так и скажи. Рассмотрим другой вариант. Но я все равно должен быть на острове.

– Черт бы тебя побрал, я доберусь и туда и обратно. Мне много раз приходилось десантировать наших парней в самое пекло, да еще под огнем. Дело не в этом...

– Я должен проникнуть туда, Джек. Вот и весь разговор.

– О'кей, о'кей, – безнадежно махнул рукой Гримальди, поняв, что Болана ему не переубедить.

Маленький вертолет был специально подготовлен для выполнения предстоящей задачи. Со стороны Болана Гримальди снял дверь кабины, демонтировал сиденье и разобрал часть пола и внешней обшивки.

Сейчас Болан сидел на корточках у края отверстия, глядя вниз на зыбкие воды Пьюджет Саунда. Он был снаряжен для тяжелого боя и вооружен до зубов – вес полезной нагрузки почти равнялся его собственному весу. Только в ранце находилось пятьдесят фунтов пластиковой взрывчатки. Двойные патронташные ленты опоясывали грудь, на наплечных ремнях висели гранаты и другие смертоносные боеприпасы. На привычном месте на правом бедре красовался «отомаг» 44-го калибра. По обеим сторонам от кобуры в кармашках широкого ремня лежали запасные обоймы для «магнума» и «беретты».

Главным же средством для ведения предстоящего боя Болан избрал свое любимое оружие – автоматическую винтовку М-16, совмещенную с гранатометом М-79. Для винтовки М-16 предназначались многочисленные магазины, снаряженные патронами калибра 5,56 миллиметров со смещенным центром тяжести. Гранатомет М-79 был мощным разрушительным оружием, способным вести огонь фугасными, осколочными, дымовыми, химическими и осветительными боеприпасами. Болан высоко ценил это универсальное огневое средство, заряжающееся с казенной части, при любом виде боеприпасов огонь велся с руки. Сейчас грозное оружие было надежно закреплено ремнями у него за спиной.

Гримальди отрегулировал звук в шлемофоне и объявил:

– Потолок облачности тысяча пятьсот. Сомневаюсь, что нам удастся подойти к цели незамеченными. Тебе придется несладко, старик!

– Тебе решать, Джек. Если чувствуешь, что ничего не получится, оставим эту затею и вернемся. Я доберусь до острова как-нибудь иначе.

– Ну нет, черта с два! Я тебя доставлю хоть на край света, – пилот возбужденно хихикнул. – У меня всегда была слабость к нахалам, особенно к таким бесшабашным ухмыляющимся кретинам, как ты.

Болан понимающе улыбнулся пилоту, и его мысли тут же переключились на оценку обстановки там, внизу.

Минуту спустя в наушниках Гримальди раздался треск помех и послышался голос:

– Коротышка вызывает Каланчу. Прием!

На связь вышел Лео Таррин, оставшийся один в боевом фургоне.

Гримальди переключил селектор канала связи и взмахом руки дал Болану сигнал говорить.

– Продолжайте, Коротышка. Слышу вас хорошо, – ответил Болан.

– Все в порядке, внизу суматоха и аврал. Им потребуется еще около часа, чтобы организованно прибыть на остров.

Болан бросил взгляд на наручные часы.

– Вас понял, один час с данного момента. Благодарю, Коротышка. Мы уже на подлете.

– Отлично. Сейчас поведу машину в район возвращения.

– Вас понял.

– Ни пуха ни пера!

– К черту! Держись, старик!

Гримальди переключил селектор на внутреннюю связь и спросил:

– Кто этот твой приятель?

– Меньше знаешь, целее будешь, Джек, – усмехнувшись, ответил Болан.

– Понял. О'кей, приготовься! До цели осталось около мили. Пора вешать «люстру». Направление ветра... прямо нам в хвост. Стреляй по моему сигналу.

Болан высунул ракетницу в открытый люк.

– Давай!

Ракета с длинной зажигательной трубкой вылетела по строго горизонтальной траектории против ветра. Через пару секунд раскроется парашют, и осветительная ракета начнет медленно снижаться далеко в их тылу, прорвет облачный покров и зависнет над берегом, заливая его мертвенным бледно-голубым светом. Мак рассчитывал, что мафиози клюнут на этот отвлекающий маневр. Он намеревался приземлиться в спокойном районе острова в тылу противника, и ему надо было хотя бы на короткое время отвлечь его внимание.

Гримальди описывал над островом широкий круг, быстро теряя высоту.

Болан спустил ноги в отверстие в полу и крикнул пилоту:

– Снимаю шлемофон, Джек. Все дальнейшие команды подавай рукой.

– О'кей. Будь осторожен. Я постараюсь снизиться на сколько смогу. Но момент прыжка будешь выбирать сам. Тебе видно лучше, чем мне. Ну, удачи, старик. Как сказал твой друг: ни пуха, ни пера!

Болан сбросил шлемофон и помахал Гримальди рукой. Стараясь не зацепиться снаряжением за края отверстия, он опустился ниже и поставил ноги на посадочные опоры вертолета. Еще мгновение, и в отверстии исчезли его плечи и голова...

Облачная муть растаяла, словно ее и не было. Внизу, окруженная мерцающими водами залива, показалась темная масса острова.

Далеко в стороне молочно-белое сияние осветительной ракеты высвечивало нижнюю кромку облаков.

Вертолет накренился, круто развернулся и боком скользнул вниз. Земля с головокружительной быстротой замелькала в нескольких метрах под брюхом машины. Вот наконец позади осталось ограждение запретной зоны – полозья шасси едва не задели его.

Присев, Болан взялся за полозья и повис над землей, чувствуя временами, как кустарник хлещет его по ногам. Слегка подтянув ноги, Мак разжал руки и прыгнул. Едва он коснулся земли, как сила инерции бросила его наземь. Болан кубарем покатился по каменистой почве, сгруппировавшись в тугой комок.

Вертолет уже исчез из виду, и приглушенный рокот его двигателя растаял в потревоженной ночи.

Оглушенный падением, Болан с усилием сел и ощупал себя с ног до головы: никаких серьезных повреждений, за исключением ободранного колена, все оружие в целости и сохранности.

Но события, запущенные Боланом, продолжали развиваться. Где-то в отдалении слышались крики людей, отрывистые команды, кашлянье подвесного лодочного мотора. Отвлекающий маневр сработал.

Он встал и, сгибаясь под тяжестью снаряжения и боеприпасов, отошел под прикрытие строений. Впереди послышались чьи-то осторожные шаги. Болан отступил в глубокую тень низкого длинного пакгауза и замер. Совсем рядом чей-то голос воскликнул:

– Клянусь Богом, я слышал как пролетел вертолет!

В ответ раздался другой, властный голос, принадлежавший, очевидно, начальнику:

– Если не будешь выполнять приказов, кончишь с пулей в брюхе! Проваливай отсюда и бегом на берег к остальным!

Послышался топот удаляющихся ног.

Прямо впереди послышалось характерное потрескивание радиостанции, затем последовало какое-то неразборчивое сообщение.

Тот же командирский голос ответил:

– Понял, уже сделал. Но, Джерри, на комплексе практически никого не осталось. Не дай Бог, придется отражать серьезную атаку.

Новое кваканье рации, затем ответ:

– Понял. Буду рад, когда они прибудут сюда. Конец связи.

Болан понял о ком идет речь. Он тоже будет рад, особенно тогда, когда успеет подготовить им достойный прием. Но для этого нужно пошевеливаться. Мак двинулся дальше. Молчавший впереди часовой вдруг насторожился и повернулся ему навстречу, когда Болану оставалось дойти до него несколько шагов.

– Есть огонек? – небрежно спросил Болан.

– Кто это, черт побери?! – вздрогнув, раздраженно воскликнул охранник.

Болан подобрался к нему еще ближе и нанес удар ногой в пах с одновременным прямым по горлу. Мафиози упал как сноп, издав слабый хрип. Болан завершил работу с помощью нейлоновой удавки, прижав жертву к земле коленями. Он забрал кольцо с ключами, радиостанцию и продолжил путь к строящемуся объекту.

На этот раз Палач пришел не смотреть, а действовать, и пощады не будет никому.

Следующий часовой стоял перед входом в центральное здание, слегка склонив голову набок, как будто напряженно прислушивался к отдаленным звукам; спиной он был повернут к Болану.

Палач тихонько свистнул и позвал:

– Эй!

Гангстер повернулся как раз вовремя, чтобы принять вонзившийся ему в горло стилет. Он выронил автомат, схватился за горло и с вытаращенными глазами рухнул наземь.

Болан подобрал ключ к замку, отпер дверь и заглянул внутрь. Над ступенями висел включенный электрический фонарь, отбрасывавший на пол яркий, четко очерченный круг света. Палач втащил тела обоих мертвых «солдат» внутрь помещения и оставил их в темном углу, затем снял фонарь и сошел по ступенькам вниз...

Спустя десять минут Болан уже знал все закоулки сооружения, во всяком случае те, которые он нашел и исследовал. Строительные работы были выполнены не более чем наполовину. Только центральную камеру из трех, вырубленных в твердых скальных породах под каждым зданием, можно было считать до определенной степени завершенной. От нее отходили многочисленные туннели, которые никуда не вели, – во всяком случае, пока они заканчивались тупиками. Из камеры, расположенной под восточным зданием, наверх вела шахта, которая могла служить как для вентиляции, так и для подачи грузов. В самом же здании Болан обнаружил хранилище взрывчатых веществ.

Н-да, Гарольду будет от чего прийти в ужас: взрывчатки здесь хватало, чтобы поднять на воздух весь остров.

Покончив с осмотром стройки, Мак начал изнуряющую и требующую времени работу по переносу и закладке тротиловых шашек в полном соответствии со своим замыслом.

Прошло сорок минут после прибытия на остров, а он уже заканчивал установку дистанционных взрывателей.

Наверху, вероятно, уже светало, по крайней мере, ночь перешла ту грань, которая отделяла чернильный мрак от сумеречной предутренней мглы.

Если верить синоптикам, облачность к этому часу уже должна была рассеяться, оставив после себя полупрозрачную дымку на сравнительно большой высоте. Скоро сюда пожалуют двести головорезов Францискуса, к встрече с которыми Болан готовился, сидя в подземелье, битком набитом тротилом, которому предстояло взорваться через десяток минут.

Мак перебрался к выходу из подземного лабиринта, избавился от лишнего груза и, тщательно проверив оружие, подготовился к бою.

Ровно через шестьдесят минут после десантирования он выскочил на поверхность с гранатометом М-79, изготовленным для стрельбы. Если судьба хранит праведников и дураков, то Болану было все равно, каким образом она это делает.

Не более чем в 20 ярдах перед собой он увидел капитана Джонни Францискуса в сопровождении пятерых подчиненных, шагавших компактной группой.

Они заметили Болана почти сразу же: реакция у них оказалась отличной – короткий миг замешательства не помешал «солдатам» броситься врассыпную. Но Болан уже нажал на спусковой крючок гранатомета и сорокамиллиметровая осколочная граната с грохотом разорвалась среди них.

Сквозь огненное облако Мак мельком увидел Францискуса, покатившегося по земле и ткнувшегося окровавленным лицом в стену бунгало, из-за угла которого появился еще один отряд гангстеров.

Палач круто развернулся лицом к ним и длинными очередями из М-16 заставил атакующую свору залечь. Но это было только начало: мафиози, как тараканы, поперли в атаку из всех щелей. У Болана мелькнула мысль, что на этот раз фортуна отвернулась от него, и он, наконец-то, купил себе билет в ад.

Через несколько минут напряженного боя боеприпасы стали иссякать, и Мак понял, что если он промедлит еще хоть секунду, ему уже никогда не выбраться с острова. И он сделал то, что должен был сделать любой тактически грамотный солдат: разбросав перед своей позицией несколько дымовых шашек, Болан стал уносить ноги.

Ноги наливались свинцом и сердце было готово выскочить из груди, когда он, наконец, услышал над головой знакомый рокот вертолетного двигателя – Гримальди вернулся за ним!

Вложив все силы в последний прыжок, Мак грудью упал на посадочный полоз шасси. В ту же секунду вертолет рванул вверх и Болан повис под брюхом машины, устремившейся в небо.

Вероятно, появление вертолета и стремительное бегство Палача, который еще минуту назад казался легкой добычей, деморализовали преследователей: вслед не было сделано ни единого выстрела, да на это и не оставалось времени, учитывая скорость, с которой Гримальди улепетывал с поля боя.

Они пролетели с милю, прежде чем Болан отдышался и с помощью пилота забрался в кабину.

Некоторое время Болан лежал, приходя в себя у края отверстия, затем отодвинулся подальше и сел, рассматривая свои дрожащие руки. Гримальди бросил ему шлемофон. Болан непослушными руками надел его и услышал:

– Какого черта ты там делал последние десять минут? Я прилетел на шестидесятой минуте и на шестьдесят пятой повернул обратно. Слава Богу, что мое внимание привлек дым, и я решил сделать еще один, последний заход. Но, конечно, если ты считаешь, что все вышло не так гладко, как хотелось бы, мы можем вернуться и начать все сначала.

– Иди ты на... мерзавец, – с трудом выдохнул Болан.

Джек расхохотался и заложил крутой вираж, направляя винтокрылую машину в обратный путь.

– Сколько осталось времени до срабатывания взрывателя? – спросил он, оглядываясь.

Болан задрал рукав, пытаясь рассмотреть стрелки часов, но рука его так дрожала, что это ему никак не удавалось. Тогда он оставил безуспешные попытки и ответил:

– Теперь уже скоро.

– Надеюсь, – произнес пилот, все еще посмеиваясь. – Посмотри вниз.

У Болана не было никакого желания куда-либо смотреть, тем более вниз. Он чувствовал себя вполне уютно там, где сейчас находился, однако наклонился вперед, взглянул в дыру в полу и не без удивления произнес:

– Никак флот Броньолы.

Отряд из дюжины десантных катеров ВМС США, рассекая волны, направлялся к острову Лэнгли Айленд.

Гримальди засмеялся.

– Я буду скучать по тебе, старик, если ты когда-нибудь уйдешь в отставку. Вот уже второй раз, как я смотрю с высоты орлиного полета на такую суету внизу, – Джек намекал на войну Болана в Техасе.

Болан вздохнул и спросил:

– Как видимость?

– Подойти и посмотри сам.

Мак поднялся на ноги, унял дрожь в коленях и присел на корточки у приборной доски. Вертолет летел над морем. До Лэнгли Айленда было не больше трех миль. Болан почувствовал, что силы вернулись к нему и взглянул на часы.

– Начинаю отсчет времени, – объявил он пилоту. – Тридцать секунд до взрыва.

Гримальди раскурил сигарету и подал ее Палачу. Не сводя глаз с циферблата часов, Болан сделал долгую затяжку, и его легкие словно обдало жидким огнем. До светопреставления оставались считанные секунды.

Поверхность острова вдруг зашевелилась и пришла в движение, словно проснулся великан, спавший глубоко в его недрах. Все три здания рассыпались, как карточные домики, и исчезли в гигантских провалах, из которых с громоподобным гулом вырвались гигантские столбы огня и дыма. Мощная ударная волна настигла вертолет, подхватила его, закружила и подбросила вверх, как шарик от пинг-понга. Огромное облако дыма и пыли, прорезаемое молниями огня, клубилось и ворочалось на месте острова, поглощая бунгало, мелкие постройки, пирс с пакгаузами. Оно оторвалось от поверхности и медленно поплыло вверх, постепенно принимая форму гриба. Внизу не осталось ничего, кроме гигантского дымящегося кратера рукотворного вулкана.

Гримальди почувствовал, как у него мурашки побежали по спине и прошептал:

– Господи, ужас-то какой!

Глядя на чудовищное буйство сил, разбуженных им самим, Болан верил, что нанес мафии самое жестокое поражение с тех пор, как развязал войну против преступной организации.

– Отвези меня домой, Джек, – устало сказал Палач, закрывая глаза.

Слава Богу, еще был дом, куда можно вернуться...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю