355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дмитрий Губин » Вне России » Текст книги (страница 1)
Вне России
  • Текст добавлен: 20 сентября 2016, 18:37

Текст книги "Вне России"


Автор книги: Дмитрий Губин



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 20 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

Дмитрий Губин
Въездное & (Не)Выездное Книга 2: вне России

Приложение к maps.google.com

Тексты, места, 16 стран, теги, хэштеги, каменты, бонусы


От автора

Если первый том этой книги – «По России» – откровенно рассчитан четыре вполне определенные категории читателей (чувствительные к описанию своих регионов немосквичи; журналисты; исследователи современной России; мои поклонники), то этот том я готов выпустить в люди вообще.

Потому что всегда есть люди, которым интересно, что пишет о стране, в которую они собираются, или в которой побывали (или в которой подзадержались – порою на всю жизнь), профессиональный журналист.

В этом томе собраны мои заметки о некоторых проблемах – начиная с прав супругов в гражданских (common law marriage) браках и заканчивая законностью употребления галлюциногенных грибов, – которые решаются вне России, но на которые я смотрю применительно к России.

Больше всего текстов в этой книге имеет отношение к Великобритании (какое-то время я жил и работал в Лондоне на BBC World Service), однако своя доля внимания уделена Белоруссии, Бельгии, Германии, Испании, Италии, Кипру, Китаю, Нидерландам, Норвегии, ОАЭ, США, Украине, Финляндии, Франции, Швеции.

Знак #хэштега означает топографическую привязку, за тегами (tags) следует краткое содержание, comment – это камент, а слово bonus предваряет текст, который можно использовать как путеводитель.

Для любителей сказок для взрослых в книге есть чертова дюжина сказок про жизнь Романа Абрамовича в Лондоне, – абсолютно правдивых, и Абрамович (как мне сообщили, их прочитавший – и купивший затем журнал, их напечатавший, вместе со всеми сотрудниками) это подтвердит.

Кажется, обо всем предупредил.

ДГ

dimagubin.livejournal.com

@gubindima

Bonus! #Великобритания #Лондон United Colors of Лондон

Tags: Что лучше не говорить в Лондоне. – Что можно увидеть в Лондоне. – Что следует сделать в Лондоне.

Лондон – одно из тех замечательных мест, где невозможно почувствовать себя идиотом. Потому что если даже, как идиот, бежать за экскурсоводом, – действительность превзойдет ожидания. А если потерять путеводитель и брести наугад – все равно превзойдет.

Отчасти это объяснимо тем, что в Лондоне весьма условен центр и безусловно нет главной улицы. По Пикадилли бродят лишь постояльцы дорогущих отелей и, видимо, Лайма Вайкуле (что на этой Пикадилли найдешь, кроме пары недурных магазинов ковров, отеля Ritz, Королевской Академии художеств да офиса Аэрофлота?)

На самом деле Лондон – объединение сотен деревень, в каждой из которых есть своя главная улица, свой гений места и своя тусовка. Бизнесмены – в Сити, фрики – в Камдене, геи – в Сохо, ди-джеи – в Хокстоне, аристократы – в Сент-Джеймсе, антиквары – в Ноттинг-Хилле. Каравай, каравай, кого хочешь, выбирай. Это безумное чередование стилей, когда через десять минут пешей прогулки неоренессанс Банка Англии прорастает небоскребом-огурцом Нормана Фостера, который через десять минут рассыпается улицей бенгальских харчевен Брик-лэйн, чтобы еще через десять прорасти лучшими ночными клубами Олд-стрит, – объясняет, почему и за год Лондон не познать, но почему даже за пару дней можно влюбиться на всю жизнь.

Но перед тем, как вы их оцените, позвольте дружески посоветовать НЕ произносить в присутствии лондонцев следующие фразы. Даже если очень хочется.

1. Ду ю спик инглиш?

2. Я обожаю королеву.

3. Наконец-то я в старой, доброй Англии.

4. Обожаю английскую кухню.

5. В Лондоне все бы ничего, если бы не черные (желтые, красные, голубые).

6. Я собираюсь на шопинг в «Хэрродз».

7. Мой дедушка был граф.

Потому что Лондон – это не Англия (лондонский TimeOut однажды вполне всерьез предлагал от Англии отделиться, создав Народную Республику Лондон), и гордятся здесь не происхождением, богатством и консерватизмом, а открытостью миру, мобильностью, новыми идеями и знанием классных мест.

Более трехсот языков, неимоверное количество цветов кожи и их оттенков.

Русских, кстати, тоже немало – если выкрасить их в зеленый цвет, разноцветная лондонская толпа позеленеет изрядно.

И вся эта мировая суета – на фоне баснословных цен на жилье и строгих иммиграционных законов. Газет, которые ежедневно вопрошают: «Как жить нашим медсестрам и учителям?!» И правда – сколько-нибудь приличной квартиры меньше чем за 200 фунтов (почти $400) в неделю не снять. Отели безумно дороги. Но если поискать, то даже в центре (например, на Bayswater), можно отыскать отели от £30 за ночь. В номере, возможно, не будет ванной, но души и туалеты на этажах будут функционировать исправно.

Найти в Лондоне классную, но недорогую вещь вообще почетно. Для того, чтобы в дорогом городе жить втридорога, большого ума не надо – нужно просто много денег. Настоящий лондонец – стайер на дистанции удешевления жизни. Газеты и телевидение кишат рекламами скидок и распродаж. На последних, кстати, можно торговаться – особенно если осталась только одна пара обуви, и она вашего, не очень ходового, размера.

Да и вообще: в Лондоне не хочется думать о деньгах. Хочется просто ходить, восхищаться и замирать. Потому что по дизайнерским и музыкальным идеям Лондон – САМЫЙ крутой город мира. Тем более, что даже здесь есть масса недорогих и даже бесплатных удовольствий (прежде всего – роскошные музеи). Просто надо знать места.

10 удивительных мест, которые нужно посетить в Лондоне

1. Портобелло (Portobello Road). Один из самых знаменитых в Европе блошиных рынков: можно купить часы с советской подводной лодки, а можно – викторианский ночной горшок. Весь рынок – одна длинная улица, где стойки с одеждой и «старинными» жестяными табличками соседствуют с цветами и фруктами, плавно перетекая внутрь домов, в которых антикварные лавки занимают иногда и по два этажа. Где-то в середине Портобелло-роуд, поднявшись по лестнице, обнаруживаешь коллекцию старинных игрушек. На следующем углу звучит попурри из «Щелкунчика» и Love Me, Tender Элвиса Пресли – пластинки здесь одни из самых дешевых в городе. Денег лучше взять побольше, но следить за ними лучше получше – в плотной толпе намерения различаются с трудом.

2. Национальная галерея (National Gallery). Как и все государственные музеи, Национальная галерея (английский эквивалент Лувра или Эрмитажа) – бесплатна (кроме временных выставок). Имеет смысл приходить в среду (удлиненный день до 21.00) ради пары пары-другой избранных залов. Во время «длинных» дней в британских музеях нередко играет живая музыка, в лобби сервирован бар, в ресторане обслуживают со скидкой и т. д. Важное отличие National Gallery от Эрмитажа или Лувра – принцип не широты охвата, но тщательности отбора (имеющийся в коллекции, но не лучший Илья Репин сослан в подвал – вместе с не лучшим Моне). Не пропустите «Послов» Ханса Холбейна (Западное крыло): оптические игры с черепом, который виден лишь под острым углом, на минуту повергают в мистический ужас даже закоренелых материалистов.

3. Музей Виктории и Альберта (Victoria & Albert Museum). Невероятное сборище всего на свете, место непременного паломничества всех, кто хоть сколько-нибудь занимается дизайном, модой, рекламой и т. д. Мода от Шанель и Жан-Поля Готье до Вивьен Вествуд, итальянская ренессансная скульптура, японские нэцкэ и китайские кимоно, далее – везде. Образовался после Всемирной выставки в Лондоне в ХIХ веке. Коллекция прикладного искусства Англии, Европы и Азии – одна из лучших в мире. Но и современные выставки (какой-нибудь «Brilliant – дизайн света») – тоже сносят крышу по полной программе. Альбомы по истории костюма и моды в музейном магазине – закупать килотоннами.

4. Королевский ботанический сад Кью Гарденз (Kew Gardens). Огромный, вылизанный до последней тычинки, цветущий парк с прудами, лебедями и оранжереями. По газонам ходить не просто можно, но и нужно. В оранжереях все напоминает о просветительской идее империи: вот пушечное дерево, вот мангровое, вот дегерания с зелеными цветками. На тысячелетнем дубе – табличка: памяти экипажа рейса 103, Локерби, 21 декабря 1988.

5. Рынок Камден (Camden market). Резервация панков, хиппи, сатанистов, милитаристов и т. д., окруженная лофтами прогрессивных яппи. Крупнейший в Лондоне (и, пожалуй, в мире) блошиный рынок, занимающий здания бывшей железнодорожной станции, а также конюшен и пакгаузов. В «винтажных» магазинчиках можно одеться по моде 50-х, а можно, пройдя через зал дискотеки со стальными стенами и светящимся полом, оказаться прямиком в экстремальной зоне а-ля «Пятый элемент» и купить флуоресцирующую в темноте тишортку, по которой бегают надписи. В бывших конюшнях – лучшая дизайнерская мебель за последние 100 лет и подлинные принты Уорхолла. Среди всего этого – шипящие сковородки всех кухонь и самое большое скопище фриков, какого нет ни в «Пятом элементе», ни в «Людях в черном».

6. Доклэндз (Docklands). Район небоскребов на месте бывшего дока, башня Canary Wharf Tower видна практически отовсюду. Весь район можно проехать насквозь на «легком метро» Docklands Light Railway (см. «главные вещи»). Космическая архитектура наземных станций – дело рук знаменитого Нормана Фостера.

7. Джермин-стрит (Jermyn street). Знаменитая улица, где настоящий джентльмен может купить правильную рубашку, запонки, галстук, костюм, таксидо, а также – помаду для усов, подтяжки и тросточку. Здесь, как ни странно, тоже бывают распродажи, и тогда идеальную рубашку можно купить за полцены – то есть начиная от £25. Там же продают потрясающие «мужские» рубашки для женщин (то есть для busineswomen), специальные женские мужские галстуки и запонки. Очень стильно.

8. Брик-лейн (Brick Lane): настоящий город, настоящий Ист-Энд: район рабочих, эмигрантов, яппи и обедающих в барах с натуральными продуктами гомосексуалистов, обильно сдобренный модными клубами, восточными ресторанчиками (по преимуществу бенгальскими) и магазинчиками винтажа. Тут же, в прилегающих к Брик-лейн переулках – магазины молодых дизайнеров, к которым ходят «вдохновляться» дизайнеры постарше. Здесь вещи стоят дороже – но они того стоят.

9. «Огурец» Фостера (точнее, «Вскочивший Корнишон», если переводить Erected Gherkin буквально). Знаменитый небоскреб, который видно буквально отовсюду, расположен в двух шагах от Ливерпульского вокзала, в Сити, где самая современная архитектура соседствует со средневековыми церквями и рынком Leadenhall market в стиле ар-деко. Прогулка от «огурца» к Банку Англии по Корнхилл с его магазинами Louis Vuitton, Mont Blanc и Hermes может стать отличным завершением поездки на андерграундную Брик-лейн. Пригодится для сочинения «Лондон – город контрастов».

10. Сохо (Soho). Расположенный в самом-самом центре, этот район когда-то был скопищем притонов, затем – обителью богемы, а ныне – конечной точкой молодежного туризма. Главная улица – Old Compton Street: толпа в у входа в бар с танцполом G.A.Y., велорикши, крашеные мужики под сорок в красных стрингах, магазины мужского белья, мастерские пирсинга и тату – не протолкнуться. Чуть в сторону – секс-шопы и стрип-бары «near-beer». Девушки там раскручивают клиентов на фальшивое шампанское, но вместо секса следуют счета по 250 фунтов и отчеты во всех газетах о драке с секьюрити.

10 главных вещей, которые нужно сделать в Лондоне

1. Покормить белок в Кенсингтон-гарденс (Kensington Gardens) у дворца леди Ди (Kengsington Palace). Если гулять не по газонам, а по аллеям, беличьи полчища нападут сами. Есть также шанс увидеть семейство принца Чарльза, выгружающееся (загружающееся) из вертолета, припаркованного на лужайке пред дворцом.

2. Проехаться на надземном автоматическом метро Dockland Light Rail от Тауэра (Tower Gateway) до Гринвича (Cutty Sark for Maritime Greenwich). Займите первые места в первом вагоне: машинистов нет, так что аттракцион еще тот, особенно когда врезаешься в космический район небоскребов Канарской верфи (Canary Wharf). В Гринвиче надо бродить по двору Военно-Морского колледжа, парку Королевской обсерватории (там и проходит нулевой меридиан), любоваться знаменитым клипером «Катти Сарк» и ланчевать в Noodles House – китайской харчевне у метро с порциями для француза Гаргантюа или англичанина Гулливера.

3. Принять на грудь скотча с содовой в журналистском пабе Yo Olde Cheshire Cheese на знаменитой Флит-стрит (Fleet Street, 140), на которой еще недавно размещались штаб-квартиры всех ведущих бульварных газет. Заведением в стиле Диккенса начало работу еще в XVII веке, и кто там, включая Марка Твена, только не бывал! Если неохота тащиться на Флит-стрит – посетите любой старый викторианский паб (с интерьером а-ля Елисеевский магазин), помня, что во многих местах еду перестают готовить в 20.30, а пресловутое «Last drink, gentlemen!» («Последний напиток, джентльмены!») звучит в 22.55. Заодно попробуете fish & chip – чтобы навсегда забыть про английскую кухню. Да: пабы произрастают исключительно на перекрестках, их издалека видно по цвету (дубовые, темно-зеленые или малиновые панели).

4. Зайти в среду в здания парламента (Houses of Parliament, вход свободный, но придется, скорее всего, отстоять очередь) послушать, как премьер-министр отвечает на вопросы оппозиции. Как и среди вопросов, так и среди ответов случаются удивительные образцы ораторского мастерства. Если среда занята, есть смысл посетить (вход тоже свободный, но без очереди) Верховный Суд (Royal Court of Justice) на Strand или Уголовный суд (Criminal Court) на Old Bailey. Парики, мантии, зеленые лампы, дубовые панели, кожаные переплеты и длящийся третий век процесс «Смит против Смита» – идеальное место для послеобеденного сна.

5. Посмотреть в 11 утра (время меняется в зависимости от сезона) смену караула у Букингемского дворца – чтобы отдать дань Лондону туристическому. У ограды дворца – толпа, гвардейцы отобраны по принципу красавца к красавцу (без шуток: они и правда проходят кастинг!), и если повезет, вы узнаете, что такое royal nut – чудак, помешанный на любви к королеве.

6. Пощекотать себе нервы вечерним общением с мумиями в British Museum, египетская коллекция которого поражает и в дневное время. Но детальные объяснения способов засолки человеческих останков в Древнем Египте на сон грядущий – особое ощущение.

7. Сделать круг на London Eye, гигантском колесе обозрения, воздвигнутом в центре Лондона к Миллениуму. Набережная Темзы в этом месте вообще образцово красива, 40-минутное путешествие дух захватывает в буквальном смысле. Если денег на колесо жаль – дойдите до расположенной рядом Oxo Tower: вид из расположенных на последнем этаже ресторана и бара тоже хорош. Можно совместить с посещением знаменитой галереи Saatchi.

8. Заплатить 15–30 паундов за afternoon tea (это то, что в России называют файв-о-клоком) в дорогом отеле, например, Savoy: в цену входят шампанское, чай с молоком, различные джемы и вкуснейшие пирожки и пирожные.

9. Проехаться на красном двухэтажном автобусе-даблдеккере, вариант: ночном даблдэккере (автобусы в Лондоне ходят всю ночь). Автобусы, в отличие от метро, ходят как часы, имеет смысл занять первые места на втором этаже-империале. К сведению полуночников: практически все ночные маршруты пересекаются на Trafalgar Square.

10. Перейти в сумерках по пешеходному мосту Millennium через Темзу от собора святого Павла к галерее Tate Modern. Фантастическое ощущение! Превращенное в галерею здание бывшей электростанции напоминает о неземной мощи страны Главного Буржуина, высаженные березы светятся инфернальным голубым.

2004 Comment

Этот текст-гид был напечатан в первом русском номере TimeOut, в который плавно превратился выходивший до того домодельный «Календарь». Вообще это была эпоха, когда в журнальном бизнесе лицензионные издания – Cosmopolitan, Vogue, Elle, GQ, Playboy, «Домашний очаг» (Good Housekeeping) – выигрывали битву у местных «Она», «Андрей» и прочих (точно так же, как сделанные по лицензии иномарки в эту пору начали вытеснять «жигули»).

Это не значит, что у местной продукции шансов нет: в борьбе с TimeOut не просто выжил, но и закалился журнал «Афиша», превратившийся в издательский дом с «Афишей-Мир» и «Афишей-Еда» (и я, если честно, предпочитаю именно «Афишу»). Существует даже легенда, что основатель «Афиши» Эндрю Поулсон в свое время приезжал в Лондон именно в TimeOut, сказал, что собирается покупать лицензию для России, все выведал, все вынюхал, – в итоге лицензию не купил, но выведанное применил.

Даже если Поулсон и вел такие переговоры, не думаю, что легенда правдива. Дело в том, что если TimeOut журнал статический (подборка обзоров), то «Афиша» – журнал динамический, устроенный по принципу киносценария. Ну, допустим, оба журнала решили рассказать о китайских ресторанах Москвы. TimeOut в этом случае поместит разбитый на главки («кантонская кухня», «сычуаньская кухня») обзорный текст. А вот «Афиша» – напечатает репортаж «Где съесть в Москве змею и мозги обезьяны», в основу которого как раз будет положена интрига, действие, квест (а обзоры ресторанов будут приложением). Кроме того, у журналов разные идеологии. TimeOut – журнал описания потребления (хоть шмоточного, хоть культурного). «Афиша» – разведчик тектонических разломов времени (хоть в моде, хоть в политике).

Собственно, идеология вкупе с технологией и определяет успех (или неуспех) любого СМИ.

Но это так, издателю на заметку.

2012

#Великобритания #Лондон Москвичи и лондонеры

Tags: Коммунистический взгляд на капиталистические ужасы. – Роман Абрамович как командный резерв для лондонских сепаратистов. – Чем Кен Ливингстон отличается от Юрия Лужкова, Англия от России, а москвич от лондонца.

Гады демократы, довели страну.

Где прежнее счастье вылазок в закордонье? Где парфюмерная свежесть международных аэропортов?

Я несколько недель в Лондоне, жизнь структурно неотличима от прежней. Ну, в Москве бегал по утрам по Миуссам – а здесь бегаю по Гайд-парку, там плавал в бассейне – и здесь плаваю (только здесь дешевле), там держал под рукою «Афишу» – здесь TimeOut. От местных газет и вовсе ощущение déjà vu. «Несмотря на всю экономическую мощь, уровень безработицы в Лондоне на 7 процентов выше среднего по стране (4,9 процента). Кроме того, 48 процентов лондонских детей живут в бедности на фоне 30 процентов в среднем по стране». Привет Зюганову. Каждый день я узнаю, как очередная звезда умотала из Лондона, потому что здесь грабят, убивают, насилуют, не работает метро и вообще – жить невозможно, особенно с детьми.

Мазохисты, выбирающие жизнь в нищете, без метро и работы и с насильником под окном, называются лондонцами, или, если быть точным, Londoners, лондонерами. Половина лондонеров – желтые и черные, в чалмах, сапогах на шнуровке до пупа, в зеленых париках, бритые наголо, в проклепанных косухах, при пирсинге и тату, сбежавшие из своих Норфолков и Уэльсов, Бангладеш и Египтов. Именно они бросили в чайник театрального Вест-Энда заварку чайна-тауна, они превратили помоечный железнодорожный Камден в прикольный веселый район, они сотворили местную униформу – голубые джинсы, пиджак, кроссовки, они сделали предметом гордости звучание в Лондоне 300 языков. Самые крутые из них читают сегодня «Тревоги статуса» Алена де Ботона, бегают на выставку Роя Лихтенштейна и зажигают под бразильского DJ Marky.

Стоило, спрашивается, ехать работать на Би-Би-Си, если в России работал на «Радио России», читал Жижека и тусовал в «Б 2» под Tiger Lillies? Мы, лондонцы, москвичи, питерцы – столичане – крутые, улетные, wow & cool. Именно мы даем 16 % национальной экономики и получаем обратно лишь 84 % от уплаченных налогов (цифры привожу местные, но нет сомнений, в Москве все точно так).

Однако различия есть. Не может не быть. Иначе как объяснить, что в лондонском чайна-тауне – сто тыщ дешевых китайских ресторанов, а в московском Китай-городе – лишь администрация президента, Минфин да Минтруд, который как раз ограничением китайской иммиграции озабочен?

May I ask your attention, леди и джентльмены?

Тут у нас вышел очередной TimeOut с шапкой: ЛОНДОН ЗАЯВЛЯЕТ ОБ ОТДЕЛЕНИИ. (Господи, а о чем еще мечтают Питер и Москва? Понаехали тут…) Внутри – карта новой Европы: Германия, Франция, Ла-Манш, Лондон. Привычные очертания Британии – в голубых размывах океана. «Что случилось с вашей страной, господин премьер-министр?» – «Она утонула». Рядом – плакат: «Голосуйте за Народную Республику Лондон!» Возможный гимн республики – «Закат на Ватерлоо» The Kinks, возможный флаг – лоскутное одеяло, возможный глава республиканской сборной по футболу – Абрамович (шучу. Согласно интернет-голосованию, он оказался седьмым, заняв то же место, что и поп-звезда Дайдо в номинации «президент»).

В редакционной статье обозреватель Би-Би-Си Роберт Элмс популярно объясняет экономический базис отделения (без Англии Народная Республика Лондон численностью 8 миллионов человек станет восьмой по богатству страной мира, перестав субсидировать незадачливые Шотландию и Уэльс) и даже возводит настройку (независимый город в единой Европе). Но самое главное, объясняет причины отделения.

«Дело не только в экономике. Культурно и расово Лондон сегодня дальше от остальной страны, чем когда бы то ни было. Наша восхитительная мешанина рас и религий, языков и кухонь давно не смешивается ни с чем. Стоит съездить на денек-другой в эту монокультурную Англию, с ее белым хлебом, теплым пивом, ненавистью к иностранцам, травлей лисиц и сексуальных меньшинств («fox hunting, gay hating»), чтобы понять, насколько далеки от них мы».

Ну, и далее в том же духе: мы, лондонеры, изменим миграционную политику и практику выдачи лицензий, изменим законодательство в отношении наркотиков и т. д.

Понимаете, да?

Они не закрывать собираются ворота, а открывать. Чем больше польских, китайских, русских, индийских, таиландских эмигрантов «с их невероятной энергией и драйвом», тем нам, лондонерам, лучше. Чем меньше сажают за марихуану – тем лучше. Чем меньше лицензий на торговлю и бизнес – тем мы, лондонеры, богаче.

Они там у себя в редакции созвали экспертный совет из 12 человек, включая членов парламента, актеров, директоров туристических обществ и театральных компаний, ребят из Лондонской школы экономики, а на следующий день три часа обсуждали идею на радио BBC London. «Делай что хочешь, пока это не мешает другим». Вот в чем они сходятся. Лондонеров классическая, с овечками по полям, с овсянкой, пэрами и сэрами Англия не устраивает, потому что такая Англия тормозит их perpetum mobile.

В Питере же и Москве, я слышал, риэлторы и туркомпании недавно умоляли вернуть лицензирование, ибо боятся «недобросовестной конкуренции» (добросовестная – это та, которая тебе не страшна). В России не только миддлы, но и up-миддлы до смерти боятся, что лицо России ненароком станет смуглым и раскосым, – хотя, по моему, бояться надо той тупорылой самодовольной хари, которую наше великое отечество сегодня имеет, мечтая о солидности, респектабельности и единой национальной идее.

И с точки зрения среднего лондонера средний москвич – это английский быдлан, со всеми его потугами на викторианский стиль и великой верой, что звезды не ездят в метро (в Лондоне члены парламента ездят на работу на великах, за это им даже доплачивают из бюджета), со всей его клаустро– и гомофобией и стоеросовым желанием жить «прилично», – ибо это картина Шишкина, утро в советском лесу.

Здесь мэр Кен Ливингстон популярен среди лондонеров, потому что открывает фестиваль эмигрантов в Ноттинг-Хилле, одобряет уличную торговлю (кило мартовской клубники с лотка – сто рублей), отдает перестраивать старые фабрики Майклу Форстеру (от его стеклянного огурца крышу сносит реально) и приветствует эксперименты вроде стеклянного куба с людьми на Трафальгарской площади. При Ливингстоне, кстати, регистрация в полиции (бессмысленная, тем не менее, процедура) занимает минут пять.

Там мэр Лужков популярен среди населения, потому что носит пролетарскую кепку, кричит, что Москва для москвичей, запрещает свободную торговлю, покровительствует Церетели и Шилову, устраивает облавы на приезжих и делает так, что зарегистрироваться в течении отведенных трех дней решительно невозможно. Его влияние огромно. Мои московские друзья чуть не поголовно лужковцы. Говорят, Дима Быков, когда-то над ним издевавшийся до упаду, теперь под его знаменами.

И вот это убивает меня наповал.

Лондонерам, случайно затусовавшим в Москве или Питере, пора объединяться в братство, выбрав штаб-квартирой какое-нибудь приличное место, вроде «Китайского летчика Джао Да». Пора начать выдавливать из Москвы так называемых коренных москвичей во главе с их любимым мэром. Если они хотят правильной, регламентированной жизни, по пусть ее строят в чистом посконном русском поле под Суздалем, со всеми их церетели делают себе красиво, пусть налаживают производство кепок. На фига им для таких глобальных целей мегаполис со всем его кви про по?

Москва и Питер – для мировых нахалюг; для беженцев из Таджикистана (так старательно одевающих своих детей для воскресной прогулки по центру); для наглых парней из Харькова, вопящих под акустические гитару о-фи-генными голосами; для азиатов, пятью рыбинами кормящих пять тысяч страждущих не хуже Христа; для растиньяков и космополитов, у которых если что-то и есть – это жизненный драйв.

Нас, лондонеров, в Москве все-таки прибывает.

Когда мы победим, мы вернем Китай-город китайцам. Мы объявим сезон открытой охоты на членовозовские мигалки и отдадим улицы велосипедистам и роллерблейдерам. Мы объявим английский вторым государственным языком и запретим по телику дубляж фильмов, ибо загадочность русской души, обычно выражающаяся в шовинизме, обычно и держится на тоскливо осознанной ущербности, вытекающей из незнания языков.

Зато растущие детки будут схватывать чужую жизнь на лету. Москву – молодым. Сколько можно терпеть страну, к двадцати пяти заводящую пузо и помирающую к тридцати пяти?

Быков, блин, докажи, что ты жив!

Ты бы мог увидеть небо, я бы взял тебя с собой.

2004 Comment

Ну, слухи про коллаборационизм Быкова оказались сильно преувеличенными, что он потом доказал в язвительнейших (по отношению к Лужкову) «письмах счастья»… Да и вообще – тип хлебосольного, тароватого, вороватого хозяина не мог быть тем, что привлекло бы (хотя б и ненадолго) сложноустроенного и, что называется, well-educated Быкова.

То, что было сочтено оппортунизмом, на самом деле являлось у Быкова тотальгией, то есть (согласно введшему этот термин и употребившего его применительно к Быкову философу Михаилу Эпштейну) «тоской по целостности, по тотальности, по тоталитарному строю, в том числе по советскому прошлому… тоской по единению с народом». Конкретно же в Быкове (как верно подмечает Эпштейн, и Быков против этого уж точно не будет протестовать) разлита тоска по общей идее, по объединяющим всех в СССР идеалам: «Да, советская власть (цитирую Быкова) натворила отвратительных дел, но при этом всегда говорила очень правильные слова, и эти правильные слова успели воспитать несколько неплохих поколений».

Мне кажется, Быков просто не понимает – он много бывал за границей, даже выступал с лекциями, но никогда долго не жил – что любая государственная идеология, вот эти «общие правильные слова», возведенные в ранг внутренний политики, присуща только тоталитарным устройствам. То есть таким устройствам, которые требуют единообразия не только в общественной, но и в личной жизни подданных. Вот тут-то и начинает чесать всех под одну гребенку какой-нибудь моральный кодекса строителя коммунизма…

А в европейских демократиях национальных идей, общих идеологий никаких нет – там нации объединяют не идеи, а культурные привычки…

Впрочем, здесь я поставлю точку (в конце концов, мой комментарий: где хочу, там и обрываю!), чтобы наш давний спор с Быковым не выглядел со стороны, как полемика Ленина с Каутским…

2012


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю