Текст книги "Монстры Кремля"

Автор книги: Дмитрий Казаков

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

– Если только напалмом, – предложил Илья. – Он-то должен гореть… Или скис, как бензин?

Улица Александра Лукьянова оказалась узкой, прямой и очень тесно застроенной, а еще тут, как и всюду в этом районе столицы, росли «зонтики», большие и лиловые, с такими тонкими ножками, что непонятным казалось – почему они не подламываются под тяжестью шляпок?

Из-за них пришлось двигаться зигзагом, от одной обочины к другой.

Справа, в проеме между домами, открылось «болото», которых до сих пор в Москве почти не видели – кочковатая зеленая поверхность, похожая на небрежно смятую шкуру. Из нее торчали редкие деревья.

– Кажется, там парк какой-то был… или сад, – сказал Андрей, вспоминая карту.

Илья хмыкнул:

– Да уж, теперь с пивасом на лавочке не посидишь.

Шли торопливо – всем хотелось быстрее покинуть легко простреливаемую улочку, и держались правой стороны, где высились новые высотные здания. На левой поднимались старинные особняки, и их охвативший столицу катаклизм по странной прихоти не затронул.

Открылась небольшая площадь, и тут Андрей приостановился – возникло ощущение, что впереди что-то не так. На всякий случай глянул на Рика – тот чуял опасность не хуже, чем обученная собака – наркотики.

Но мальчишка выглядел спокойным.

– Что такое? – спросила Лиза.

– Не знаю… – Что именно его встревожило, Андрей понять не мог: то ли дом через дорогу, целиком скрытый под тканью с нарисованными окнами, то ли его сосед с магазином «Керамический гранит» на первом этаже.

Махнув спутникам, чтобы они подождали, вышел туда, где прямо на «зебре» замер бежевый «Вольво» – отсюда улицу было видно хорошо, и выглядела она совершенно безжизненной.

– Вроде все тихо, – сказал Андрей.

Справа от них оказался зелено-белый дом старинной постройки – с полуколоннами, арками над окнами и всякими декоративными штуковинами. Когда добрались до той из его дверей, над которой висела вывеска «Росбанк», другая, оставшаяся позади, с двумя деревянными створками, открылась, и на улицу вышел человек – невысокий, плотный, с наголо выбритой головой.

Оружия при нем не было, но смотрел незнакомец уверенно и спокойно.

– Это чо, похоже, что наезд, – пробормотал Илья, рыская взглядом по сторонам.

– Прошу немного вашего внимания, – сказал чужак. – Не советую вам стрелять по мне или как-то иначе проявлять агрессию. Сейчас вы находитесь под прицелом двенадцати стволов, и прежде чем кто-то из вас успеет нажать на спусковой крючок, он почувствует себя очень неуютно, а затем скорее всего погибнет.

Засаду организовали искусно, и Андрей мог лишь по опыту догадаться, где засели бойцы. Некоторые устроились за той тканью, что прятала недоремонтированный дом – в ней там и сям виднелись дырочки, другие скорее всего заняли позиции на втором этаже бело-зеленого строения.

Ну, а резерв таился где-нибудь за углом, чтобы вмешаться, если что-то пойдет не так.

– Мы не будем стрелять, – сказал он. – Мы хотим только пройти мимо.

– К сожалению, это невозможно, – чужак развел руками. – Вы находитесь во владениях Басманного казачьего войска, а всякий, попавший сюда, обязан быть представлен атаману.

– Представлен? – переспросил Андрей.

– Мы предпочитаем называть это так, – на гладком лице москвича, лишенном, кажется, даже бровей и ресниц, появилась улыбка. – Так что у вас есть два варианта – сложить оружие и проследовать за мной или попробовать прорваться силой, чего я вам искренне не советую.

– Все оружие? – уточнил Соловьев.

– Огнестрельное и гранаты. Холодное можете оставить.

– Вы чо, зассали, братва? – вмешался Илья. – С нами баба и ребенок, а вас наверняка толпа, и мы…

– Не будем расходовать силы на пререкания, – улыбка исчезла, а глаза чужака стали очень холодными. – Я даю вам тридцать секунд на то, чтобы принять решение. Двадцать девять… двадцать восемь… двадцать семь…

– Вдруг он блефует? – быстро спросила Лиза.

– Не думаю, – Андрей огляделся еще раз. – Тут нас положат в считаные мгновения… Эй, мы складываем оружие!

– Хорошо, – москвич улыбнулся снова. – Я, есаул Серченко, гарантирую вам безопасность. Естественно, гарантия снимается, если вы поведете себя неадекватно или выяснится, что вы враги Басманного войска.

Андрей наклонился и положил «калаш» на асфальт, рядом поместил оба пистолета – «ПМ» и «беретту». Лизе не понадобилось много времени, чтобы разоружиться, а вот Илья ворчал и бросал на чужака косые взгляды, расставаясь с предметами из своего арсенала.

– Это все? – спросил есаул, когда на мостовую лег «ремингтон». – Прошу следовать за мной.

Сделали несколько шагов, и тут открылась дверь под вывеской «Росбанк», из нее вышли двое парней с «АКСУ».

– Вы там аккуратнее, эй! – воскликнул Илья, увидев, что те направились к оставшемуся посреди улицы оружию. – А то знаю я вас, гранаты пропадут или еще что!

– Не стоит беспокоиться, – сказал удивительно вежливый есаул. – При благоприятном исходе дела вам вернут все.

Зелено-белое здание «Росбанка» выглядело неплохо приспособленным для обороны – мощные двери с засовами, решетки на узких окнах.

В вестибюле гостей встретили двое мужиков с пистолетами, пристроились по бокам. Поднялись по широкой лестнице, некогда устланной коврами, а теперь голой, и оказались у дверей, на которых виднелись дырочки от еще недавно висевшей здесь таблички.

– Заходите, – есаул потянул за золоченую ручку. – Атаман ждет.

Предводитель Басманного войска, усатый, круглолицый и мрачный, сидел в большом офисном кресле и был наряжен в военную форму странного покроя, какую Андрей за годы службы в армии никогда не видел. Нечто похожее носили члены многочисленных казачьих кругов, после крушения СССР расплодившихся на юге России, да и не только там.

По сторонам от стола, за которым располагалось кресло, стояли двое часовых с пистолетами в кобурах.

– Ну и компания, – сказал атаман удивленно. – Откуда взялись такие?

– Из Нижнего Новгорода, – ответил Андрей, понимая, что дальше все пойдет как обычно – придется рассказывать, как они сюда попали, что видели в дороге, и объяснять, что явились не со злым умыслом.

Но атаман оказался на удивление нелюбопытным.

– Издалека притащились, – сказал он. – И не думаю, что дорога была легкой… Жрать хотите?

– Обедали недавно, – буркнул Илья. – Ты, батя, прикажи, чтобы нам оружие-то вернули.

– Вернем, может быть, когда разберемся, что вы за люди. – Атаман встал из кресла, и оказалось, что он на диво могуч, наверняка выше двух метров. – Вроде бы не врете… но странно все это выглядит. Куда безопаснее в такие дни дома сидеть да по сторонам смотреть, а вы поперлись в такую даль. Зачем?

Андрей пожал плечами:

– Решили найти место, где все так же, как раньше.

– И что, не нашли? – атаман рассмеялся. – Нет таких, я думаю… Есть условно безопасные территории, вроде той, которую мы контролируем, и есть все остальное, где бродят монстры и агрессивные придурки… Мир погряз в хаосе, от цивилизации остались немногочисленные осколки.

Он замолк, уставился на гостей пронзительными черными глазами.

– Мальчишку у себя не оставим, даже не надейтесь, – это прозвучало так неожиданно, что Андрей вздрогнул. – Вас продержим у себя до завтра, присмотримся… Отпустим утром.

Вновь не было никакого сигнала, но дверь кабинета приоткрылась, и в нее заглянул есаул.

– Забирай их, – велел атаман. – Еще поговорим.

И не успел открывший рот Илья вымолвить хотя бы слово, как их под конвоем вели по коридору. Скрипнули петли, и открылась небольшая комната, лишенная мебели, зато с решеткой на окне и крошечной форточкой.

– Прошу заходить, – сказал есаул. – Если кому нужно будет в туалет, то стучите, по одному выведем. Спальные мешки, я думаю, у вас есть, умереть от голода и жажды мы вам не дадим.

Андрей вошел первым, ощутил слабый запах краски.

– Вот так попали… – пробормотал Илья, когда за ними закрылась дверь. – Пора запевать «Владимирский централ, ветер северный, этапом из Твери зла немерено»… А дядя-то каков? Атаман, блин!

– Дядя непрост, – согласился Соловьев, думая о том, как предводитель Басманного казачьего войска определил, что они хотят избавиться от Рика, и почему не пожелал оставить мальчишку у себя. – Скажи спасибо, что вещи оставили и что по одиночкам не рассажали.

Рюкзаки были составлены в угол, спальные мешки – расстелены, и мальчишка, улегшись на один из них, заснул. Задремали и Илья с Лизой, утомленные тяжелым переходом и тем, что ночью не удалось отдохнуть как следует, и только Андрей, которому не спалось, уселся на подоконник.

За стеклом виднелась улица, дом напротив, закрытый «маскировочным» пологом, – то самое место, где они попали в засаду, торчащие из асфальта «зонтики», тут немногочисленные и чахлые.

Прошли трое парней с автоматами, затем несколько женщин под охраной мужчин протащили какие-то мешки – шагали все неспешно, спокойно, чувствовалось, что знают, куда и зачем идут, и не боятся внезапной атаки. Усатый атаман сумел организовать свое «хозяйство» так, что оно работало незаметно, тихо, но при этом на редкость эффективно.

Чужаков наверняка «вели» с момента, как они появились у синего озера, а ведь Андрей ничего не заметил. Могли пропустить, но почему-то решили задержать, разоружили и непонятно зачем поместили в эту комнату, не отобрав вещей, хотя разумнее всего было бы ограбить до нитки, а самих нижегородцев превратить в невольников.

Рабочая сила наверняка пригодилась бы войску…

* * *

Так просидел примерно с час, затем краем глаза заметил движение, а повернув голову, обнаружил, что дверь в коридор открылась.

– Пойдем, – очень тихо сказал заглянувший в комнату есаул. – Атаман зовет.

Стараясь не шуметь, Андрей прошел к выходу и, оказавшись в коридоре, увидел, что конвоя на этот раз нет. Одолели коридор в обратном направлении и обнаружили, что предводитель казачьего войска один в своем кабинете.

– Беседа будет с глазу на глаз… – проговорил он. – Серченко я доверяю, как себе…

– И о чем же она будет? – спросил Андрей, хотя догадывался, что сюда его позвали не погоду обсуждать.

Человек, назначивший себя атаманом, почувствовал что-то неладное с Риком, наверняка он ощутил, что и с лидером маленькой группы не все так просто, даже мог понять, с кем имеет дело…

Ведь судя по Наставнику и тем, кого он убил, в Москве «герои» тоже есть.

– А о том, на что ты лучше всего годишься, – сказал казачий предводитель. – Завелась в саду имени Баумана какая-то пакость, прости Господи, и сами мы ее вывести не можем… Засыпает народ, едва она появляется, и так мы уже четверых потеряли.

– С чего вы взяли, что я смогу с ней справиться?

– Видели такого, – атаман хмыкнул. – Вдоль железной дороги на север шел, весь пояс в скальпах… У нас тогда еще порядка настоящего не было, беседовали мы с ним не так, как с тобой.

– А если я откажусь? – спросил Андрей. – Так и будете нас держать?

Принять «заказ», отправиться на бой с неведомой тварью – значило исполнять ту роль, что написал для него неведомый сценарист, а делать этого не хотелось. С другой стороны, он понимал, что раз к нему обратились за помощью, дело и вправду обстоит неважно, и чувствовал, что это его долг…

Кроме того, сейчас они фактически в плену, и ситуация не та, чтобы отказываться.

– Почему? – удивился атаман. – Отпустим.

– Ладно, я подумаю… – сказал Андрей. – А что с Риком, с мальчишкой нашим, не так?

– Точно не скажу, но он не такой, как все, – казачий предводитель поскреб мощный затылок. – Держать рядом необычное – опасно, поэтому и тебя я не стану задерживать, даже если ты откажешься… Куда хоть идете, в Кремль?

– Хотелось бы туда заглянуть, выяснить, кто во всем виноват.

– Наши разведчики до Садового кольца доходили, дальше не пробиться, – сообщил атаман. – А насчет «кто виноват?»… Все это случилось в ночь на пятое мая, а на вечер четвертого был назначен…

Из дальнейшего рассказа казачьего предводителя стало ясно, что до катастрофы он имел отношение к науке и множество знакомых чуть ли не во всех московских НИИ. От одного из таких приятелей в конце апреля узнал, что на четвертое мая в Обнинском физико-энергетическом институте запланирован некий эксперимент, причем ФЭИ – всего лишь одна из точек, где он будет проводиться, остальные разбросаны по миру…

– Видать, они что-то там накрутили, и вот результат, – сказал атаман в завершение.

– Не очень-то верится, – проговорил Андрей. – Что это за эксперимент?

– За что купил, за то и продаю, – казачий предводитель пожал широкими плечами. – Так что иди, думай. Если откажешься – неволить не будем, отпустим и оружие вернем, согласишься – то же самое.

Когда Андрей вернулся в комнату к спутникам, там не спал никто.

Лиза сердито уставилась на него, Илья выпучил глаза, и даже Рик проявил некоторые признаки удивления.

– Что, с врагами тусовался? – хитро спросил бритоголовый, когда Соловьев закрыл дверь. – Нас продавал оптом и в розницу?

– Они не враги, – сказал Андрей. – Слушайте, что я узнал…

И он вкратце передал разговор с атаманом, опустив то, что касалось Рика.

– О-ха-ха! Отпустят! Это же здорово! – воскликнул Илья. – Ты же не подумаешь в этот сад отправиться?

– Подумаю. Они не пытались заставить, хотя могли. Даже могли просто нас всех убить, но не стали.

– Я пойду с тобой! – решительно заявила Лиза. – И не возражай, ради бога! Хватит мне прятаться за вашими спинами! Я стреляю ничуть не хуже любого из вас и буду посмелее некоторых! А еще предъявите-ка мне немедленно ваши раны, пора их обработать!

– Завтра разберемся, – сказал Андрей. – Сейчас мне надо поспать.

Продрых сначала до ужина, который принесли около восьми, потом завалился снова и проснулся только утром, полностью отдохнувшим. Разлепив глаза, обнаружил, что все бодрствуют, кроме Ильи, продолжавшего безмятежно «давить моську» в углу.

– Здоров ты храпеть, – сказала Лиза. – Раньше такого не было.

– Это пол резонирует… – сказал Андрей и зевнул так, что в местах соединения челюстей щелкнуло.

Бритоголовый поднялся через полчаса, когда громыхнул замок и в комнату вошла та же молодая женщина, что вчера приносила ужин. На подносе, что она держала, брякнули друг о друга железные миски, по комнате потек запах горячей пшенной каши.

Вслед за барышней в комнату заглянул хмурый парень с пистолетом в руке – напоминание о том, что они под стражей.

– О, еда! – воскликнул Илья, едва подняв веки. – И телка клевая!

Девушка, светловолосая, голубоглазая и высокая, смущенно зарделась, движения ее стали неловкими. Парень с пистолетом помрачнел еще больше, в обращенном на бритоголового взгляде появилась неприязнь.

– Передайте атаману, что я хочу говорить с ним, – сказал Андрей.

– Передадим, – кивнул парень. – Маш, ты все там?

– Да, – тихо проговорила девушка и направилась к двери, напоследок стрельнув глазами в Илью.

Тот с готовностью заухмылялся, Лиза хихикнула.

Вскоре после того, как миски опустели, дверь открылась вновь и вслед за той же барышней на пороге объявилась могучая фигура казачьего предводителя. При нем Илья на флирт не решился, сделал вид, что он вообще ни при чем и девушкой нисколько не интересуется.

– Ну, что решили? – спросил атаман, усы которого торчали, словно у кота.

– Мы пойдем в сад Баумана вдвоем, – сказал Андрей. – Но нам нужно оружие.

– Это само собой. Я пришлю Серченко, он все расскажет и организует.

Величаво кивнув, казачий предводитель удалился.

Через полчаса им принесли оружие – все, вплоть до последней гранаты, и есаул принялся рассказывать о напасти, что завелась в саду, некогда созданном на территории нескольких старых дворянских усадеб.

После катастрофы там возникло «болото», но не сплошное, а из множества отдельных участков, между которыми остались полоски твердой земли. Поначалу все там было более-менее спокойно, но неделю назад погиб один из двух патрульных, что обходили сад по периметру – второй уснул прямо на ходу, а открыв глаза, обнаружил рядом обглоданный труп соратника.

Затем было еще несколько жертв, и последняя – при попытке выследить того, кто же творит эти безобразия.

– Никто это существо не видел, – тут Серченко развел руками. – Известно только место, рядом с которым оно появляется. Отпечатки ног вроде человеческие, но зубы совсем другие.

– Тогда ведите. Посмотрим, что за монстр, – Андрей закончил рассовывать гранаты по карманам разгрузки. – Илья, если мы с Лизой погибнем, тебе с Риком придется остаться тут.

Бритоголовый махнул рукой и забормотал, что «такого никогда не случится, это вообще нереально». По лицу есаула скользнула тень неудовольствия – он слышал, что говорил атаман насчет мальчишки, и догадывался, что с тем скорее всего будут проблемы.

Но высказываться по этому поводу Серченко не стал – понимал, что не время.

Из дома, ставшего резиденцией Басманного казачьего войска, их вывели на этот раз с другой стороны – на задний двор, где пришлось петлять между зданиями, разрушенными еще до катастрофы. Впереди открылся сад – уцелевшие куски ограды, дорожки и лавочки, цветные флажки на растяжках, стоящие группами деревья и ярко-зеленые пятна «болота», словно разорванного на множество частей.

– Дальше мне смысла идти нет, – сказал есаул, останавливаясь. – Если группа больше двух, то оно никогда не нападает, а вылезает вон там, в окрестностях бюста Баумана.

– Понятно, – кивнул Андрей. – Тогда мы пошли.

Лиза, наверняка подозревавшая Серченко в обыкновенной трусости, бросила на него презрительный взгляд, и они зашагали дальше вдвоем. Нос пощекотал сильный травяной запах, пришлось лезть через дырку в ограде, и они оказались между двумя пятнами «болота».

– Вот и бюст, – сказала Лиза. – А кто такой был этот Бауман, не знаешь?

– Вроде революционер, – ответил Андрей.

«Болото», за исключением того, что не составляло единого целого, выглядело вполне обычно – торчат кочки, качают венчиками огромные цветы странного вида, вряд ли занесенные в ботанические справочники, прямо из травяной подушки выпирают стволы елей и лип.

Они обошли бюст кругом и расположились у его подножия, на невысоком гранитном пьедестале.

– Ну, что, мир? – спросил он, глянув на девушку. – Или ты все еще злишься из-за той подвальной барышни?

– Да, злюсь! – воскликнула Лиза, но без души.

– Веришь в то, что я собирался ее поиметь?

– Ну, не знаю… – Она отвела глаза. – Честно говоря, не особенно… Но ведь ты не оттолкнул ее!

– Ядреная бомба, просто не успел, – сказал Андрей.

– Ладно, придется тебе поверить… – Девушка нахмурилась: – Но вот к Рику ты относишься возмутительно! Он бедный ребенок, оставшийся без родителей, едва выживший, а ты его словно в чем-то подозреваешь!

– Подозреваю. Вспомни-ка, что главный казак сказал? Что парня они не возьмут.

– Мало ли что брякнул этот толстый усач! – Как и всякая женщина, Лиза теряла адекватность при упоминании ребенка, которого она считала своим. – Может, он вообще детей не любит! Да, Рик ведет себя странно, но это потому, что он пережил шок, психика его пострадала!

– Порой слишком странно… – тут Андрей осекся, показалось, что услышал негромкий шлепок.

– Мальчик нуждается в ласке и внимании, а ты! – продолжала бушевать девушка, но он уже не слушал: повернулся в ту сторону, откуда донесся звук, и увидел на поверхности «болота» вздутие.

Хотел одернуть Лизу, но та замолчала сама, а в следующее мгновение раздалось тоненькое посвистывание. Барышня уснула, в то время как он не ощутил ровным счетом ничего, даже дремота не накатила.

Андрей поспешно упал, делая вид, что его сморило тоже.

Вздутие исчезло, но затем возникло на соседнем пятачке «болота», одна из кочек с хрустом поползла в сторону. Разрывая стебли, из зеленого месива поднялось нечто округлое, похожее на макушку, и Соловьев опустил голову, прижался телом к камню дорожки…

Чмокнуло вновь, ближе… затем еще ближе…

В ноздри полезла настоящая канализационная вонь – словно прорвало трубу с нечистотами. Андрей подобрался, а когда шлепнуло совсем рядом, поднял лицо и нажал на спусковой крючок.

Отдачей автомат едва не выкрутило из руки, и первые пули ушли мимо, но затем он ухватился за «калаш» двумя руками и повернул как надо. Истошный визг дал понять, что цель поражена, и горбатое человекоподобное существо подпрыгнуло на месте.

Попыталось развернуться, дать деру, но не успело.

Пораженный в бок и спину обитатель сада имени Баумана шлепнулся наземь, вздрогнул несколько раз и затих.

– Готов, – сказал Андрей и, поднявшись, отправился осматривать врага.

Более всего он напоминал обыкновенного мужика, давно не мывшегося и не брившегося, но при этом у него были перепонки между пальцами на руках и ногах. На шее имелись жаберные щели, кожа местами поросла зеленой чешуей, а из копчика торчал короткий осклизлый хвостик.

Послышался шорох, а затем удивленный голос Лизы:

– Ой, а что это?

– Спать меньше надо, – Андрей усмехнулся. – Водяной или скорее болотно-садовый.

– Я заснула? – девушка покраснела.

– Не ты первая. – Он опустился на корточки, стволом автомата отодвинул верхнюю губу убитого: солнце блеснуло на игольно-острых зубах, что располагались в несколько рядов, как у акулы.

Труп дернулся, открылись глаза, темно-зеленые, с вертикальными зрачками, поднялась дрожащая рука. Андрей выстрелил твари прямо в рот, пуля прошибла челюсть насквозь, полетели осколки разбитого зуба.

«Водяной» обмяк, под затылком его начала расползаться лужа крови.

– Все, больше не оживет? – спросила подошедшая Лиза, щеки ее все еще оставались багровыми.

– Нет. Иди за есаулом.

Вернулась девушка быстро, вместе с ней пришагал Серченко и еще двое бойцов казачьего войска. При виде убитой твари дружно вытаращили глаза, а есаул даже перекрестился и сплюнул, пробормотав: «Экая погань».

– Спасибо, – сказал он. – Здорово вы нас выручили.

Андрей ожидал вопросов на тему «как тебе удалось не заснуть?», но их не последовало. Бойцы запихнули тело обитателя сада имени Баумана в большой полиэтиленовый мешок, вскинули на плечи и поволокли прочь.

– Прошу за мной, – пригласил Серченко. – Понимаю, что вам у нас вряд ли понравилось, но в последний раз зайти придется…

С Ильей и Риком встретились в резиденции Басманного казачьего войска, на широкой лестнице, что вела к главному входу. Мальчишка глянул на Андрея равнодушно, Лизе улыбнулся, а вот бритоголовый принялся извергать вопросы, точно вулкан – глыбы раскаленного камня:

– Чо, завалили кабана? Сложно было? К какой породе он принадлежал? Сильно большой?

– Не очень, – ответила Лиза. – А похож на тебя, разве что не такой болтливый.

Илья заморгал, судя по всему, задумался, обидеться ему или нет, потом решил, что оно того не стоит.

Гостей вывели обратно на улицу, в точности на то место, где вчера взяли в плен.

– Удачи вам, – сказал есаул. – Мне жаль, что пришлось вас… – тут он замялся немного, – …задержать, но сами понимаете, что для нас собственная безопасность важнее всего.

– Понимаем, – кивнул Андрей.

– Да, и еще – впереди железная дорога, около нее не очень безопасно. До встречи!

И они двинулись дальше точнехонько с того же места, где остановились вчера, словно не было задержки в три четверти суток, отсидки в «камере» и экспедиции в заболоченный сад Баумана.

Погода сегодня выглядела гаже, чем вчера, небо покрывали тучи, и время от времени начинало моросить. Пронизывающий ветер с северо-запада вынуждал думать, что лето в этом году отменяется и что вслед за подходящим к концу маем придет сентябрь или того хуже – октябрь.

Миновали еще одну церковь, на этот раз – красновато-белую и местами словно покрытую слоем оплавленного стекла. На верхушке колокольни Андрей заметил наблюдателей, вооруженных не только автоматами, но и биноклями, один из них помахал путникам.

Казачье войско охраняло свои рубежи, и делало это хорошо.

Дома по обочинам стояли старинные, красивые, почти сплошь – бывшие дворянские особняки, «зонтиков» на проезжей части встречалось немного, агрессивные чудовища или люди не попадались вовсе, так что идти было бы комфортно, если бы не дождь и ветер.

На одном из перекрестков увидели вздутия вроде вчерашних, только старые, растрескавшиеся. С этого момента пошли осторожнее, но никто ни разу не провалился, и даже асфальт под ногами остался твердым, как ему и положено.

– А, тема-то вот в чем! – воскликнул Илья, когда впереди показался мост, переброшенный через железнодорожные пути. – Этот дядя вчера Обнинск упоминал, где все понятия попутали! Это где, ваще? Мы что, туда теперь наведаемся, заглянем, разрулим ситуацию?

Ответить никто не успел – с юга донесся звук, напоминавший паровозный гудок.

Похоже, на этом участке железной дороги обитал монстр вроде того, с каким сражались в Петушках – большой, агрессивный и опасный, но вроде бы не имеющий возможности уходить далеко от рельсов.

– Давай туда! – приказал Андрей и сам первым бросился к разместившемуся у перил киоску «Продукты».

Чтобы поговорить на отвлеченные темы, время будет потом, сейчас надо выжить.

Сгрудились позади киоска, земля под ногами задрожала, как всегда, когда мимо проходит состав. Когда вибрация неожиданно исчезла, Соловьев насторожился. Прозвучал скрежет, какой издает сгибаемый лист металла, а за ним – приближающийся шорох.

С моста появилось существо, похожее на гусеницу из черных пузырей размером с вагон каждый. Двигалось оно неуверенно, медленно, поводя головным сегментом из стороны в сторону и вовсе не касалось земли.

– Огонь! – рявкнул Андрей, поспешно вытаскивая гранату.

Застрекотали два автомата, на боках пузырей возникли вмятины, полетели чернильные брызги. Тварь задергалась, но отвернуть и не подумала, устремилась туда, где находились люди.

– Легли!

Второй приказ исполнили так же быстро, как и первый, и Соловьев швырнул гранату. Шлепнулся рядом с Лизой, услышал, как брякнул об асфальт «калаш», а в следующий момент уши забило грохотом взрыва.

Глухой стук возвестил о том, что несколько осколков впились в стену киоска.

Андрей вскочил, перехватил автомат так, чтобы удобнее было стрелять, но «гусеница», чей передний сегмент разворотило, бестолково крутилась на месте. Прозвучал новый гудок, на этот раз тихий, неуверенный, и тварь покатила на мост и с него вниз, к путям.

– Будет знать, как с реальными пацанами связываться! – воинственно заявил Илья и погрозил ей кулаком.

– И реальными гранатами, – добавил Андрей. – Все, пошли.

Мост одолели бегом, к этому времени «гусеница» укатила на север и исчезла из виду. На другом берегу уткнулись в свежую, еще не успевшую остыть трещину, и почти тут же за правой обочиной рухнул дом.

Взметнулось облако строительной пыли, и здание в семь этажей перестало существовать.

– Так чего насчет Обнинска? – напомнил Илья, стоило им оставить позади место катаклизма.

– Придется туда зайти, – сказал Андрей. – Вдруг и вправду что узнаем?

– А где он находится? Где-то в Подмосковье? – спросила Лиза. – Карту бы добыть…

Но книжных магазинов или хотя бы киосков «Роспечати» видно не было, в окрестностях имелся свадебный салон, кофейня и нечто непонятное, без вывески, но зато с глухими жалюзи на каждом окне.

«Зонтики» начали попадаться чаще, у обочин возникли отдельные черные кусты, поначалу невысокие, но затем все более и более мощные. Открылся перекресток, и стало видно, что дорогу преграждает настоящий вал вставшего дыбом асфальта, земли и растущих на всем этом колючих растений.

Он уходил в обе стороны, скрывался из виду за домами.

– Вау… – Илья вытаращил глаза. – Типа, кто-то укрепления построил?

– Скорее, это возникло само, – сказал Андрей. – И тянется по Садовому кольцу. Давай глянем ближе.

Если издалека вал казался устрашающим, то с небольшого расстояния он подавлял размерами. Колючая покатая стена уходила на высоту не меньше десяти метров, и подойти вплотную было невозможно из-за трещин.

– Ой! – воскликнула Лиза, когда асфальт у нее под ногами начал проваливаться.

Девушка взмахнула руками и отступила на шаг.

– Тут не пробиться, – заметил Андрей, – пойдем вдоль стены, поищем более проходимый участок.

Дорогу на север преграждали густые заросли черных кустов, и поэтому двинулись на юг. Слева открылся дом, стены которого после катастрофы стали прозрачными, и он стал напоминать громадную стеклянную головоломку.

Вал тянулся по правую руку, не понижаясь и не становясь более проходимым.

Андрея смущало то, что из-за стены не торчали верхушки находившихся на другой стороне Садового кольца зданий – что, они все до одного разрушены? Или увидеть их мешает некий оптический феномен?

Глянув в очередной раз в ту сторону, он обнаружил, что колючие заросли на вершине вала шевелятся. Мелькнуло среди узловатых веток желтовато-зеленое, гладкое, и шевеление стало быстро приближаться, нечто устремилось вниз по довольно крутой стенке.

– О, вот и местные чуваки! – обрадовался Илья. – Сейчас постреляем!

– Лиза, Рик, отойдите назад, – приказал Андрей, и тут же из зарослей вылетели два блестящих шара.

Разложились, словно трансформеры, обзавелись головами и побежали в сторону людей, смешно раскачиваясь на кривых лапках. Ударили автоматы, скатившиеся с вала твари упали на четвереньки, и пули начали с визгом рикошетить от похожих на черепашьи панцирей.

– Ну, ни хрена себе! – воскликнул Илья.

Андрей почувствовал беспокойство – каких только монстров до сегодняшнего дня ни видели, но все они, кроме «леденящего облака», были уязвимы для огнестрельного оружия в той же степени, что и человек…

Панцирь первой «черепахи» не выдержал, когда до нее осталось метров пять. Пошел трещинами, а мгновением позже удачно попавшая пуля вырвала кусок кровоточащего мяса из головы.

Вторая ухитрилась подобраться вплотную, и тут ее буквально превратили в решето.

– Фух… ну нах, – сказал Илья, когда тварь осела на брюхо и задергала ногами. – Чисто черепашки-ниндзя, как в том старом кино – мы не жалкие букашки, супер-ниндзя-черепашки… Сейчас, зуб даю, из развалин вылезет здоровенная крыса в кимоно и покажет нам реальное кунг-фу.

Спустившиеся с вала существа и в самом деле напоминали черепах, правда, были намного подвижнее. Тело пряталось в панцире, безволосую голову покрывали костяные пластинки размером с пятак советских времен, а вот руки и ноги выглядели почти человеческими, только в чешуе.

– Нет уж, лучше без крыс обойдемся. – Андрей задумчиво почесал подбородок. – Если они тут прошли, то, может, и мы пройдем?

Попытка успехом не увенчалась – полосу трещин они одолели, но затем уткнулись в такие густые заросли колючек, что Соловьев застрял на первом же шаге и выпутался лишь с помощью спутников, пустивших в дело ножи.

Пошли дальше на юг, погода к этому времени испортилась окончательно, и дождь полил по-настоящему.

Прозрачные, «стеклянные» дома стояли тут через один, зато разрушенных почти не было. На тротуаре росли привычные уже «зонтики», а в кустах на валу копошились какие-то мелкие твари – шуршали, хрустели, повизгивали, но на людей внимания не обращали и нападать не думали.