Текст книги "Украденные имена"
Автор книги: Дмитрий Лисаускас
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)
Жду твоего возвращения. Нет величия кроме добра.
Джоди Финчер»
– Письмо написано на редкой, плотной бумаге, с эмблемой, которая больше нигде не встречается. У эмблемы есть свой девиз, которым заканчивается письмо. Эмблема довольно сложна в исполнении, и все части композиции говорят о том, что это тайное общество, имеющее отношение к истории. Проанализировав архивы, я нашёл несколько документов про Вилли Гранта и также о Джоди Финчер. Как ясно из письма, она была автором как минимум одной книги. И я обнаружил, что в старых каталогах библиотек значится её книга, которая позже была изъята. И также касательно Вилли Гранта. Есть сведения предполагать, что он имел связи с Конгрессом США, но всё указывает на то, что всё, связанное с орденом, не документировалось, поэтому официальных записей не найдено. Я несколько лет исследовал документы и поднимал записи в архивах и музеях, чтобы установить кто эти лица, и какие исторические связи имеются. Однако информации крайне мало. Возможно, мы узнали имена тех людей, которые были хранителями культурного наследия, сокровищ, многого из того, что считалось утраченным…
После этого аудиторию накрыла волна шёпота. Затем начали говорить вслух.
Один пожилой мужчина, лет 60-ти, поднял руку и встал.
– Мистер Паркер
Все умолкли.
– Вы искатель сокровищ?
По аудитории пронёсся шёпот. Он продолжил:
– Вы понимаете, Бостонский архив списал эти бумаги. Они были проанализированы специальной комиссией Культурно Исторического наследия от Общества Древностей, председателем которой я являюсь. Вилли Грант не был установлен нашей комиссией, как реальная и значимая личность. Кто такой этот Вилли Грант? Хочу вас опечалить, но вы не на то тратите своё драгоценное время.
По аудитории пронёсся гул.
– Я знаю, что вы недавно снялись в фильме, и до этого у вас были неоднократные попытки…
Пронёсся ещё больший гул.
– Но дальше массовых сцен и парочки второстепенных ролей вы не продвинулись.
– Билл, мне кажется, или это удар ниже пояса?
– А старикан ещё тот. Ты смотри, даже успел подготовиться.
– Мистер Паркер, – продолжал учёный, – может, вам нужно быть актёром? В истории нас должно интересовать влияние культур друг на друга, их богатство и разнообразие, а не сокровища. Идея сокровищ – это оставьте Голливуду, который всё никак не успокоится. Только в этом году выходит около пяти фильмов на подобную тематику. Для нашего сообщества сокровища – пройденный этап.
Люди гудели, профессор сделал жест и сел, словно разрулил очередную историческую проблему. Гул был неодобрительным.
Мистер Паркер показал руками, что просит тишины. и когда все более-менее умолкли, он отошёл от кафедры, и выдержав паузу, сказал:
– Ничего не меняется так часто, как история. – сказал словами Шекспира Тейлор. – и уж тем более, мнение людей. Вы, как мне помнится, высказались пару лет назад об идеях Илона Маска словами Хокинга* в своём твиттере. Так что я испытываю смешанные чувства.
В зале раздались аплодисменты.
В этот момент Даян, которая сидела с камерой во втором ряду, поняла, что хочет пригласить его на интервью для отдельного выпуска. История, прозвучавшая в письме, напомнила её о событиях двадцатилетней давности. Когда она была ещё ребёнком, которому было трудно воспринимать удары судьбы со спокойствием.
В один из дней она убежала в их семейную библиотеку, закрыла дверь, упала на ковёр и долго плакала. Такое бывает в начале. Когда всё начинается с надежды. Виденье победы в те времена легко принимается за минутную возможность, и сердце тоскливо не хочет ждать, гореть, и плавится в огне. Но в этом огне сгорают все ложные надежды, ложное виденье мира и ненужные чувства. Остаётся то, что не сгорает, что действительно относится к жизни, что на вес золота и работает прямо сейчас. Когда слёзы закончились, Дайан увидела книги. Оглянулась. Корешки сверкали золотыми буквами. И взгляд выхватывал слова, которые ей так были нужны. Со временем она стала всё меньше плакать, и всё больше открывать книги. Ей открылся удивительный мир. Великие люди общались с ней, учили её беречь себя от драм, радоваться каждому мгновению, и внушали веру в то, что её ждёт великое будущее. Они делились с ней своими историями. Она смеялась, плакала, только уже по-другому, начинала верить вместе с ними, и вместе с ними побеждала. А огонь внутри разгорался всё сильнее.
Даян подняла руку. Мистер Паркер посмотрел на неё и сказал:
– Прошу вас.
Она встала и сказала:
– Я всё это время думала, что строить сногсшибательные теории – это дело журналистов и учёных. – она в пол-оборота повернулась в сторону мистера Шервуда. Вокруг раздались смешки. – И я слышала, в научном мире не принято что-либо отвергать, не доказав обратное.
Она огляделась. Мистер Шервуд смотрел на неё, слегка изогнув брови, с некоторым прискорбием, и в то же время на лице его была лёгкая, даже сказать страдальческая улыбка. «От вас и не стоило ожидать чего-то другого» – читалось на его лице.
– Я хочу сказать, что это письмо является действительной зацепкой. И до тех пор, пока мы не выясним, действительно ли оно не имеет под собой основания.
В зале несколько человек захлопало.
Затем Даян улыбнулась, огляделась и сказала:
– В этом свете у меня вопрос мистеру Паркеру, возможны ли ещё какие-то зацепки? Будете ли вы расследование в этом направлении? Благодарю вас.
Даян села. Когда-то она бросила работать в музее, изучать историю, писать диссертации, и стала больше входить светскую жизнь, знакомиться, и в какой-то момент она поняла, что история ей интересна, но в жизни она будет заниматься другими вещами. Она перестала мечтать о собственном открытии, и решила посвятить себя журналистской деятельности. А ведь когда-то, она специально изучала язык ацтеков, невероятно. Иногда её наполняла обида за пустые мечты, не сбывшиеся, в которые она годами верила. Отчасти это помогло ей проделать путь к нынешней карьере, однако лучше от этого не становилось. Даян вернулась к мыслям, когда мистер Паркер говорил:
– Хочу сказать, что мы не должны останавливаться в исследованиях на основании каких-либо стереотипов. Я хочу ещё раз подчеркнуть, что важность архива заключается прежде всего в документах и культурном наследии. Что же спасибо и всем вам! Я не мог не поделиться своей находкой, и считал важным поделиться этим с вами. Всем ещё раз спасибо!
Все начали вставать, журналисты двинулись к Паркеру.
– Ничего вокруг книг Дэна Брауна тоже были скандалы, – сказал я Биллу, – но это только пошло на пользу книге.
…
– Я не допущу, чтобы какой-то дилетант ставил под вопрос мою компетентность. – ледяным тоном говорил Шервуд мистеру Паркеру. – Вы же знаете, что я вхожу в научно-историческое сообщество, в которое входит и …
В этот момент к ним подошла Даян и настойчиво вмешалась в беседу:
– Прошу прощения, мистер Шервуд, – решительно сказала она, – могу ли я прервать ваш…
И он быстро ушёл от них.
– Простите меня, – улыбнулась она, – у нас с этим мистером свои счета. Даян, Даян Джонсон, передача "The Past", я бы…
– О, спасибо вам за ваши слова! – улыбнулся в ответ мистер Паркер, – походу вы тоже столкнулись с этим приятным человеком
– С этой занозой в заднице… Я уверена, этот мистер Дельвер пришёл исключительно по его просьбе. Я бы хотела снять интервью с вами, для отдельного выпуска. Хотелось бы сделать это в хорошей обстановке, у вас наверняка есть коллекция…
– О да, разумеется, давайте тогда обменяемся с вами контактами. Буду только рад.
…
Книги покупали очень быстро. За сорок минут мы с Биллом успели продать около полторы сотни книг. К нам подошла Даян Джонсон:
– Спасибо вам ещё раз, я уже договорилась с мистером Паркером об интервью. Ох, ну что же, спасибо вам! До встречи!
Через три часа мы уже ехали домой. Осталось пару сотен книг.
– Тейлор, – сказал я, – как, в общем, по твоему мнению, прошла презентация?
– Я скажу, что у меня были варианты, что всё будет и похуже. Теперь буду ждать звонка от родителей, и они опять сообщат мне, что я их очень расстроил. Одна ведущая исторической передачи предложила даже сделать спецвыпуск. И мы решили снять прямо у меня дома.
– Даян Джонсон?
– Да она. А вы откуда знаете?
– Она подошла к нам ещё в начале.
– Позже будет ясно по заголовкам в прессе, как всё прошло. Однако это куда лучше, чем полупустая аудитория. Теперь хоть о книге будут говорить.
Мы возвращались домой. День был очень насыщенным. И я подумал о том, что в моей жизни началась новая глава, и теперь стоит по-новому смотреть на жизнь … .
…
На следующий день
– Знаешь, Джим, вчера он весь вечер смотрел передачи, в которых его критиковали. Сегодня пришло очень много почты. И он был очень невесёлым с утра. Наверное, слишком много критики.
– Они говорили всё, что только могло прийти в голову. В конце концов, не пропадать же зря таким остроумным высказываниям, раз они родились в голове, нужно их озвучить. Ладно. Это их право… Этот ведь их творчество… Даже Гардиан не обошлись без неоднозначных намёков! – слышали мы, как он говорил кому-то по телефону.
– Да, Билл, я никогда не думал, что известность так сложно выдержать.
Возле газона остановилась машина. Из неё вышла девушка в белой кофте, с камерой и пакетом.
– А вот и Даян! – сказал Паркер, и выйдя на улицу, сказал уже ей погромче – А вы пунктуальны.
– Здравствуйте, мистер Паркер! – она широко улыбнулась и сняла солнцезащитные очки. – А у вас неплохой дом, прекрасное место.
Профессор проводил Даян в прихожую.
– А вы я смотрю ценитель классики? – заметила Даян
– Как видите. Я не поклонник современного хай тека.
– Но как по мне, вы очень хорошо соединили классику именно с классическим хай теком. Одно другому не мешает. Очень интересное сочетание.
– Вполне возможно, потому что дизайн я сам продумывал, хотя работали с дизайнером. Наверное, я так говорю, потому что классический хай тек скорее про модерн.
– А возможно что именно минимализм и сыграл в этом свою роль.
– Наверное, да, потому что минимализм – это моё. А вы я смотрю ценитель.
– Да, я каждую деталь сама продумывала в своей квартире.
– Ну что, проходите…
Мы зашли в уютную гостиную. Люстра сверкала хрустальными подвесками, добавляя жемчужные блики. Было почти двенадцать утра, и солнечные свет буквально заполнял просторную гостиную, целым снопом, ложился на огромный ковёр. Светлые обористые шторы почти тонули в свете. Возле камина был огромный шкаф, с добротными книгами. Золотые буквы корешков было видно с порога.
– Как же у вас всё-таки уютно!
Даян достала газету.
– "Нью-йорк таймс"!
Паркер выглядел удивлённым.
– Поздравляю вас с публикацией. Они довольно хорошо осветили документ, найденные вами, – Даян протянула ему газету.
Тейлор развернул газету. Огромные буквы сообщали: «НОВЫЕ ИСТОРИЧЕСКИЕ ЛИЦА ОТ ТЕЙЛОРА ПАРКЕРА. Снова шумиха вокруг американских сокровищ.» Чуть ниже была фотография.
– Да, это серьёзно, – наконец сказал Паркер.
Мы с Биллом взяли газету и увидели себя на фотографии, позади мистера Паркера, на заднем фоне.
Я открыл рот и не мог ничего сказать. Лишь ткнул рукой Билла.
– Ты представляешь!
Он помахал головой:
– Никогда не думал, что когда-то буду таким счастливым из-за номера газеты.
– Да ладно вам, – улыбнулась Даян, – журналисты просто обязаны были окрестить вас «Искателем сокровищ». Кому сейчас не нужны кликбейты?
– Это как раз то, что сейчас необходимо моей карьере… Ладно, хотите чаю?
– Отказываться не буду.
– Дайте угадаю, без сахара?
Вместо ответа Даян улыбнулась.
Я не мог прийти в себя. Мы здесь. Оно стоило того. Это счастливый билет.
У Даян зазвонил телефон.
– Прошу меня простить. Я выйду на лужайку.
Через пару минут до нас донеслось:
– Можешь не переживать об этом. Если они посмеют выложить тот материал, мы их сначала размажем, ты думаешь у них всё так гладко? Они забыли свой выпуск за июнь. Что? Мы не будем его рекламировать. Да, так и передай, у нас не благотворительная организация, без денег и пальцем не пошевелим. Да, давай, до встречи. Ты же помнишь, вечером идём в Скай-Плаза. – с уже большей теплотой в голосе добавила она.
Даян вернулась.
Тейлор пришёл с чаем и положил поднос на небольшой стеклянный столик посередине. Мы уселись на диван.
– Вы родом из Нью-Йорка?
– Нет, из Мюнхена.
– Давно вы оттуда уехали?
– В 19 лет. Сначала жила в Париже, а потом переехала в Нью-Йорк. И живу здесь уже больше десяти лет. А вы, наверное, дольше, раз такой шикарный особняк успели приобрести. Или это родовой дом?
– Что-то типа того. Только мои родители в другом штате.
– А где же вы до сих пор жили?
– Небраска, Огайо. Родители фермеры и ярые республиканцы. Мой отец – президент гольф клуба. Поэтому они прочно обосновались там.
– И давно вы изучаете тему сокровищ?
– Достаточно давно. Культурного наследия. Я хотел бы подчеркнуть это.
– Исходя из этого письма, эти хранители жили не так давно, и… Возможно, его автор жив… – сказала Даян.
В гостиной повисла тишина.
– Именно. Где-то обязательно должны быть ещё некоторые сведения. Я не исключаю того, что они уже найдены, и принадлежат либо правительству, либо по наследству перешли какому-нибудь семейству Ротшильдов, или ещё что-то в этом духе.
Даян с Тейлором выяснили, что у них есть общие знакомые в Нью-Йорке и не только. Паркеру пришло уведомление, после чего он был серьезным, и немного отвлеченным.
– Кажется, я был прав, – сказал Паркер.
– Что?
– Мне пришло письмо на электронную почту. И, кажется, моё письмо – не единственный документ.
– Что? – удивились мы
Он зачитал:
Здравствуйте, мистер Паркер!
Читал статью в Нью–Йорк–Тамс. Затем ознакомился с отрывками на вашем сайте. И кажется, автор письма – один из людей в моём роду. Я и не думал, что кто-либо ещё узнает об этом, сведений никаких не было. Однако сохранилось надгробие Вилли Гранта, которое я могу вам показать.
С уважением, Харви Уилсон.
Мы молчали.
В этот момент стало понятно, что история с презентацией получила развитие. И я счастлив. Это то, что мне сейчас нужно больше всего. Новая обстановка, какие-то интересные события…
– Я поеду с вами, – сказала Даян, – сниму репортаж, эксклюзивный.
– О… Конечно, это будет здорово. Кажется кому-то не понравится ваш новый выпуск.
– У с мистером Шервудом свои счета. Он нас критиковал, что мы приглашаем в свои передачи только демократов. И толкуем историю, как заблагорассудится. А однажды написал целую статью про меня.
– Отлично, благодарю вас.
Мы с Биллом переглянулись.
– Я по образованию – музеолог – культурно – исторического наследия. Работала в Лувре.
– Ну всё, собеседование прошли! – улыбнулся Паркер – Лувр… Весьма интересно
– Мне кажется, или всё это как в фильме? – сказал мне вполголоса Билл
– Я и сам не могу поверить…
– Что же тогда мне нужно с ним связаться и сообщить, что мы принимаем его приглашение.
– Что же, мистер Паркер, Джим, Билл… – сказала Даян. – Рада знакомству. Тогда до встречи.
– Взаимно! До встречи!
– Как же я хочу поехать с ними! – выпалил я, как только Даян с Тейлором вышли на улицу.
– Да, не говори!
– Может быть…
– Но у нас денег только на обратный билет…
– А если на поезде, то… Вернемся, и найдём здесь работу.
– Всё, решили. Что терять? В Гарвард меня не взяли. А поиски сокровищ – отличная альтернатива.
– Только как сказать, что мы тоже хотим поехать?
– Ты думаешь, профессор возьмёт нас?
– Не знаю… Стоит попробовать…
– А что мы ему скажем?
И мы с Биллом замолчали…
Нью–Йорк, а теперь ещё и Техас…
Я так хочу быть частью этой истории, я не хочу просто сесть и уехать назад в свою жизнь… Но я даже не историк.. Я не знаю, что делать. Как сказать Тейлору, что мы просто обязаны отправиться в Техас?! Мы не просто так здесь оказались!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
