Текст книги "Адмирал Империи – 22 (СИ)"

Автор книги: Дмитрий Коровников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц) [доступный отрывок для чтения: 2 страниц]

Два наших дредноута рванули по направлению к кольцу перехода, пытаясь поскорей добраться до турецкого «каре». Причем Жила, несмотря на то, что управлял огромным кораблем, так искусно лавировал, меняя курс на несколько градусов, то вправо, то влево, что «Афина», а за ней и «Одинокий» стали быстро приближаться к своей цели. Правда, когда линкор княжны поворачивался влево, то ему сильно доставалось от османских артиллеристов, уже заметивших нас и изо всех сил пытающихся заставить два русских дредноута отвернуть в сторону. Но не на тех напали, мы упрямо, (мне-то вообще, укрытому за массивным корпусом «Афины» было тепло и сухо), двигались вперед, пока не сократили дистанцию с вражескими авианосцами до минимума…

А после в дело пошли магнитные тросы, выпущенные в сторону «Султана Мурада» и «Султана Меджида», с помощью которых мы заарканив два этих неуклюжих, похожих на гигантские бочки, корабля начали оттаскивать их в стороны, тем самым лишая османские линкоры, стоящие за ними дополнительной защиты. Без силовых полей авианосцев «Мансурие» и «Раузери» с практически до этого уже обнуленными собственными полями, линкоры стали получать в отрезок времени такое неисчислимое количество прилетов от канониров Хиляева, Козицына и Хромцовой, что не продержались и пяти минут, как превратились в горящие и плавящиеся железные факелы…

Участь линейных кораблей противника была предрешена, несмотря на то, что в последний момент с мостиков обоих был послан «белый» код-сигнал о капитуляции, жалеть непрошенных гостей наши взбешенные потерями комдивы не стали, приказав своим канонирам довершить дело. В результате «Раузери» сдетонировал и раскололся пополам, а «Мансурие» замолчал навсегда…

Участь османских авианосцев оказалась куда более счастливой, ведь мы с Аристархом Петровичем выполнили сразу две задачи, во-первых, вовремя оттащили их от вражеских линкоров, а во-вторых, я подумав, решил еще и сохранить столь ценные корабли для нашего флота…

Глава 3

Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Таврида» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен – спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.

Точка пространства: межзвездный переход «Таврида–Тарс».

Борт авианосца «Султан Мурад».

Дата: 4 марта 2215 года.

– А куда это вы собрались, господин контр-адмирал? – Алекса, только что выпустившая из рук джойстики штурвала повернулась ко мне, изобразив на лице удивление.

– Догадаешься? – усмехнулся я. – Подключи все свои микросхемы…

– Желаете проверить интеллектуальные способности новейшего прототипа проекта? – хмыкнула старпом. – Что ж, извольте… Вы снова облачаетесь в бронескафандр, значит, в скором времени планируете участвовать в абордажной атаке.

Я молча пожал плечами, перепроверяя оборудование и оружие.

– Какой же другой корабль противника может подвергнуться штурму, как не «Султан Мурад», который мы до сих пор тянем на поводке, как упирающегося бычка…

– Прекрасное сравнение, – улыбнулся я, – с юмором у тебя все лучше и лучше…

– Благодарю, – кивнула Алекса. – Вот только шутить я не собиралась. Это не смешно, господин контр-адмирал, вам как командиру корабля не стоит постоянно участвовать в рукопашных, дуэлях и тому подобному. Рано или поздно, но это может привести к плачевному результату. Ваше тело слишком слабое и беззащитное, чтобы подвергать его неоправданному риску столь часто и бездумно…

– Вот про слабенькое тело сейчас было обидно, – прервал я, Алексу. – Хотя, ты права, в сравнении с твоим углеродно-волоконным корпусом, я действий выгляжу как тряпичная кукла. Вот поэтому, собирайся, ты идешь со мной, и если тебе так приятней и спокойней, то в качестве моего телохранителя…

– Слушаюсь, господин контр-адмирал, – Алекса после моих слов была на позитиве, засуетившись у пульта управления и отдавая последние распоряжения дежурным операторам, как они должны действовать в ее отсутствие. – Блокироуйте все сигналы с «Султана Мурада» во вне, – строго приказала она подчиненным, при этом думая, что я не замечаю, косясь на меня, все ли она правильно делает.

Я молча кивнул, показывая, что все верно…

Итак, что я задумал? С линкорами, как вы поняли, к этому моменту было покончено, и даже пока еще сопротивляющиеся османские авианосцы были нам уже не опасны. Чего нельзя сказать о почти четырех сотнях «шахинов» по-прежнему хозяйничавших в ближнем секторе пространства и продолжающих терроризировать наши корабли. Чтобы сохранить последние защитные поля русских дредноутов, а также дать время техническим бригадам починить уже выведенные из строя, необходимо было разобраться с этими злобными москитами. Причем сделать это нужно было максимально оперативно до прибытия в «Тавриду» второй группы вторжения противника.

В то, что османы введут в систему следующую партию дредноутов, лично я не сомневался ни на секунду. Султан почуял запах скорой победы, он и его адмиралы прекрасно знают, что характеристики кораблей нашей эскадры дышат на ладан, поэтому-то и не отпускали нас далеко, без промедления, несмотря на неудачу в «Тарсе», начав собственный вход в «Тавриду». У османов в резерве было огромное количество «свежих» до сих пор не участвовавших в сражении кораблей, четыре из которых, например, мы только что с таким большим трудом еле-еле одолели. Так что недостатка в группах вторжения у Селима Седьмого не нет, в следствие чего уже через двадцать с небольшим минут можно было ожидать из портала новых гостей…

И если они прибудут, а вернее, когда они сюда прибудут, одновременно с господствующими в секторе «шахинами», сдержать нашей многострадальной эскадре навала противника будет практически невозможно. Ну как тут вести артдуэль на равных, если у врага защитные энергоэкраны работают на сто процентов, а у «наших» их вообще нет, а пилоты гвардейских турецких истребителей следят за тем, чтобы силовые поля у тебя никогда больше не заработали…

В общем, надо эти «шахины» обезвредить, и так как сделать это в открытом пространстве, не имея достаточного количества МиГов не представляется возможным, нужно придумать нечто, чтобы османские пилоты лишились своего преимущества. А как это сделать? Правильно, загнав четыре сотни их истребителей обратно в ангары авианосцев и благополучно их там заблокировать. Сначала я думал, что эта задумка из серии нереальных, но после того, как получил на свой монитор сразу два «белых» код-сигнала с предложениями о капитуляции с обоих авианосцев, которые мы с кавторангом Жилой на магнитных тросах оттаскивали в данный момент подальше от кольца перехода, вот тут я призадумался и решился на дерзкий план.

Для начала я приказал капитанам «Султана Мурада» и «Султана Меджида» (как правило криптотурки «Султанами» называли свои «пузатые» авианосцы) отключить все каналы связи с внешним миром. Затем, отдал распоряжение Алексе и своим операторам на всякий случай врубить на полную РЭБ-глушилки, которые на ближней дистанции к тому же имея доступ к частотам противника могли блокировать нежелательные нам сообщения. Имеется в виду, если вдруг члены команд авианосцев вдруг решат связаться с пилотами «шахинов», по-прежнему рыскающих в секторе и гоняющихся за нашими кораблями, на которых еще остались работающими защитные энергополя…

А вот не давать разговаривать товарищам османам между собой мне нужно было для того, чтобы эти самые «асы Селима» не знали, что экипажи авианосцев уже давно капитулировали и подняли лапки кверху. А для чего это было нужно? Ну, вы наверное уже догадались. Я вещь собирался заманить «шахины» обратно на корабли и запереть их там до окончания битвы за переход. Свои действия я одновременно координировал с Аристархом Петровичем Жилой, чья «Афина» шла сейчас рядом с «Одиноким», таща за собой второй вражеский авианосец.

– Вас понял, Александр Иванович, – ответил мне кавторанг, когда я в подробностях рассказал ему о том, что задумал. – Сделаем в лучшем виде. Мои призовые команды уже находятся на борту «Султана Меджида». РЭБ глушит все пространство вокруг, так что, думаю, у нас все должно получиться…

– Дай-то, Бог, – перекрестился я, потому, как слишком уж все было на тоненького. – Сейчас мы кое-что провернем, – загадочно подмигнул я, своему старпому, когда мы вдвоем быстрым шагом двигались в направлении лифтовых капсул. – Мне понадобятся твои способности в области программирования и фотошопа…

– Я думала, мы будем сражаться, – как мне показалось, немного обиженно воскликнула девушка-андроид.

– Не только руками можно побеждать, – ответил я, улыбнувшись, – пора и голову включать…

Мы, запрыгнув в капсулу лифта, буквально за полторы минуты оказались на средней палубе у внешних отсеков крейсера. В это время «Одинокий» уже пристыковался к стоящему рядом турецкому авианосцу правым бортом, а мои «морпехи» подводили к корпусу «Султана Мурада» переходные рукава. С той стороны внешние люки уже были открыты, что говорило о том, что команда авианосца не собирается героически умирать, предпочтя сдаться на милость победителя.

Параллельно с нашими действиями, точно также вели себя люди кавторанга Жилы, еще раньше прибыв на «Султан Меджид» и взяв под контроль все основные модули данного корабля. Я с Алексой и Кузьмой Кузьмичом, который встретил нас со своими ребятами у рукава, взошли на корабль противника, не встречая никакого с его стороны сопротивления. Дорохов хоть и находился сейчас не в лучшей своей форме, после битвы на «Абдул Кадире» и ранений там полученных, но все же не послушался моего приказа оставаться в медблоке, а последовал за своим «морпехами» на очередное задание. Удерживать полковника я все равно не смог бы, да и не хотел, если честно…

Пролетев на капсуле до верхней палубы «Султана Мурада» мы вошли в распахнутые двери его командного отсека, где нас смиренно понурив головы ждали его старшие офицеры и операторы управления.

– Почему все же вы решили сдаться, капудан? – удивленно спросил я у командира корабля, когда принимал от него ключи-коды доступа ко всем системам авианосца. – Через двадцать минут в «Тавриде» появятся ваши товарищи из Южного космофлота. Могли бы продержаться до этого времени, защищаясь и забаррикадировавшись на палубах своих кораблей…

– От вас, контр-адмирал, защититься невозможно, – печально вздохнул капудан-паша, а я после этих слов, казалось, даже на пару сантиметров подрос, ну уж точно приосанился и подмигнул своим спутникам. – Это как так?

– Мы все видели еще в «Тарсе», как вы сражались на «Ла Султане», бежали, а потом похоронили три сотни отборных силахдаров на борту «Абдул Кадира», – признался седовласый капудан, смотря на меня, то ли с восхищением, то ли со страхом. – Если бы наши авианосцы пытался взять на абордаж кто-либо другой, можно было еще подумать, сражаться или нет. Но против вас и ваших «морпехов», – капудан опасливо покосился и кивнул, указывая глазами на Кузьму Кузьмича Дорохова, – у нас нет шансов… Поэтому, посовещавшись, мы решили не испытывать судьбу и выкинули «белый» код-сигнал.

– И правильно сделали, друг мой, – расчувствовавшись от столь лестных в мой адрес слов, я даже назвал вражеского капитана другом. – Потому, как сохранили живыми сотни жизней ваших подчиненных.

– И подарили российскому императорскому космофлоту два великолепных авианосца, – улыбнулась Алекса, вмешиваясь в наш диалог.

– Сейчас не об этом, – отмахнулся я, заметив, как турецкий капудан заскрипел зубами. – Итак, мой друг, надеюсь, вы не сообщали о капитуляции тем кто сейчас находится снаружи?

– Сигнала нет, – ответил тот. – Если бы я даже хотел, то не смог бы этого сделать…

– Если захотеть, можно суметь все, – поправил его, я. – Но, хорошо, сейчас мы и проверим, правду вы говорите или нет… Мне нужно напоминать вам, паша, что если вы меня обманываете, мои «морпехи», – теперь уже я кивнул на возвышающегося над нами великана Дорохова, – вырежут к чертям всю вашу команду⁈

– Господин, я говорю вам правду, – залепетал капудан.

– Надеюсь, – я сделал максимально строгое лицо. – Только не называйте меня, господином, а то я чувствую себя снова в плену у султана… Мало говорить правду, надо еще кое-что сделать, уважаемый, для того, чтобы вы и ваши подчиненные, во-первых, остались целыми и невредимыми, а во-вторых, и это мой вам подарок – вернулись назад к своим семьям…

– Вы нас отпускаете⁈ – не поверил своим глазам старый капудан, переспрашивая и не доверяя своему синхронизатору, переводящему русскую речь на турецкий язык.

– При одном условии, которое должны выполнить вы и ваш коллега – командир авианосца «Султан Меджид», – ответил я, по-хозяйски развалившись в кресле.

– Но, что мы должны сделать?

– Сущие пустяки… Вы сейчас же свяжетесь с эскадрильями «шахинов» и прикажете им вернуться назад в ангары авианосцев, – улыбнулся я.

– Но, они меня не послушают, – отрицательно закачал головой капудан. – Вы же видите, это гвардейские истребители, для которых мой «Султан Мурад» является лишь временной базой на несколько часов… Их командиры эскадрилий со мной, хотя я их старше по званию и должности, все время операции даже не разговаривали… Что бы я не приказал, они не воспримут мои слова, а будут действовать по обстоятельствам и ждать подхода основных сил из «Тарса»…

– Да, я к сожалению знаю о предвзятом отношении офицеров «Корпуса Силахдаров» к вам, простым космоморякам османского флота, – кивнул я, соглашаясь и веря в оправдания капитана. – Поэтому мы предоставим господам гвардейцам эти самые новые обстоятельства. Вы сообщите их комэскам о личном приказе султана вернуться на авианосцы, который Селим Седьмой якобы оставил вам и вашему коллеге на втором авианосце в виде шифрованного файла…

– Такие приказы практикуются, – нехотя согласился капудан-паша, почесав затылок. – Действительно есть отложенные приказы, вскрыть файл которых необходимо не сразу, а через какое-то определенное время… Но, у меня в бортовом электронном журнале нет таких документов…

– Конечно же, нет, – согласился я, поворачиваясь к Алексе, – но у нас с вами есть она, – я демонстративно указал на девушку-андроида, которая сделала при этом несуразный книксен, поклонившись всем присутствующим.

– Алекса, – наконец, повернулся я к своей помощнице, указывая ей на пульт управления авианосцем. – Вот коды доступа, вот нужные программы. Через пять минут мне необходим видеофайл, на котором султан Селим еще лучше в присутствии адмирала Бозкурта дает распоряжение командирам своих гвардейских эскадрилий, чтобы они сразу после выполнения задачи по обнулению полей русской эскадры и до следующей активации портала должны все до одного прибыть на свои авианосцы…

– Два вопроса, – тут же перебила меня, Алекса. – Первый, как персонажи на видео смогут внятно объяснить причину, почему пилоты должны вернуться на свои базы?

– Потому, что входа второй группы вторжения, на самом деле турецкой стороной якобы не предусматривается, – на ходу придумал я. – Вместо этого авианосцы должны использовать активное окно портала, чтобы убраться обратно в «Тарс». Например так…

– Если честно, то с натяжечкой, господин контр-адмирал, – покривилась моя помощница, одновременно уже вовсю стуча пальцами по виртклавиатуре, и задействовав все имеющиеся в ее распоряжении новейшие генеративные программы по созданию видеофайлов.

– Ну, извини, что мог, то и придумал, – пожал я плечами.

– Ладно, а второй вопрос. Неужели вы думаете, что командиры эскадрилий не распознают фейковую запись?

– Безусловно, распознают, – ответил я. – Только надеюсь, проверку записей на подлинность их комэски начнут уже тогда, когда прибудут на авианосцы…

– Тоже не сильно в это верится, – хмыкнула Алекса, выступая сейчас в качестве моего основного критика, в отличие от турецкого капудана, который все это время сидел рядом и как болванчик продолжал кивать на все мои предложения.

– Не преувеличивай интеллект пилотов эскадрилий, – отмахнулся я, – сначала они слушают, что им приказывают, затем, за секунды решают, как эффективней выполнить данные приказы, а уже потом, если сильно поднапрягут извилины – может быть, начнут задавать вопросы… Ой, – вдруг опомнился я, – только не говорите майору Белло о том, что я только что сказал…

– Я ммм-мог-ггиллла, – протянул Кузьма Кузьмич.

– Не сомневался в тебе, старина, – кивнул я, полковнику, улыбнувшись.

– А я в свою очередь придержу данный факт для последующего вашего шантажа, – с серьезным видом произнесла Алекса.

– В таком ответе я тоже почему-то не сомневался, – вздохнул я. – Ладно не отвлекайся, у тебя на все про все осталось три минуты…

– Уже готово, господин контр-адмирал, – ответила мне на это старпом, демонстрируя всем собравшимся на экране видео, на котором султан Селим с грозным видом отдает какие-то распоряжения.

– Я бы поверил, – кивнул я, просмотрев весь файл. – Отошли его копию на «Султан Меджид» кавторангу Жиле…

– Поняла… сделано, – кивнула Алекса, выполнив распоряжение на секунду раньше, чем я успел договорить.

– Хорошо, что я тебя взял с собой, – облегченно вздохнул я, похлопав Алексу по плечу. – Теперь отходим от экранов. А вас, капудан-паша, я попрошу занять командирское кресло, и когда пойдет соединение с чатом пилотов, советую выполнить все мои рекомендации, иначе, ну вы сами знаете, что будет…

И в этот раз все прошло как по маслу, мне это начинает нравиться, я имею в виду мое плодотворное сотрудничество с госпожой фортуной. В отличие от скептического настроя Алексы, у нас все получилось. Командиры гвардейских эскадрилий султана, все как один клюнули на дипфейк, в котором их повелитель приказывает им выполнять распоряжения капуданов османских авианосцев, которые, в свою очередь желая сохранить жизни, тоже меня не подвели и отлично сыграли свои роли.

По итогу уже через пять минут сектор у перехода без единого выстрела с наших кораблей был очищен от вражеского «роя», а «шахины» противника нескончаемыми вереницами начали заходить в ангары обоих авианосцев. После чего створки люков нашими операторами, находящимися в составе призовых команд на мостиках кораблей противника, были благополучно задраены и заблокированы новыми кодами. Все, мышеловка захлопнулась, ничего теперь эти почти четыре сотни истребителей сделать не смогут!

В ангарах и на пирсе асов султана уже принимали под белы ручки «морпехи» Дорохова и штурмовики кавторанга Жилы, пакуя голубков, и распихивая самых отчаянных и сопротивляющихся из них в карцеры. Да следующей активации портала между тем оставалось менее пяти минут…

Глава 4

Место действия: звездная система HD 22048, созвездие «Эридан».

Национальное название: «Таврида» – сектор контроля Российской Империи.

Нынешний статус: не определен – спорный сектор пространства.

Претенденты: Российская Империя, Американская Сенатская Республика.

Расстояние до звездной системы «Новая Москва»: 198 световых лет.

Точка пространства: межзвездный переход «Таврида–Тарс».

Дата: 4 марта 2215 года.

– Пять минут на то, чтобы принять решение – остаемся здесь или уходим к Херсонесу? – повторил Василий Иванович Козицын, собирая нас на срочное селекторное совещание.

– Ничего нового вы не сказали, – произнес я, еще не отошедший от поздравлений и благодарных речей того же Козицына, а вместе с ним и Хиляева с Беловым, которые засыпали меня комплиментами за столь превосходную операцию по нейтрализации эскадрилий противника. – Не надо оваций, господа, лучше деньгами, – отшучивался я, время от времени поглядывая на Агриппину Ивановну Хромцову, которая почему-то сейчас не сильно радовалась, и смотрела на меня, исподлобья. – Думаю, после того, как мы заблокировали османские истребители, отбиться от последующих групп вторжения нам будет легче. Султан по-прежнему думает, что в «Тавриде» у него против нас имеется подавляющее большинство в авиации, которая не позволит гяурам, то есть нам, восстановить свои силовые поля. Но, как видим, это не так, отчего все входящие последующие группы османских кораблей почувствуют это на себе уже совсем скоро…

– Сдержать полчища султана мы сможем лишь в одном случае, если все до единого корабли останутся в секторе перехода и будут сменять друг друга в артдуэли с врагом, – печально вздохнул Василий Иванович, не поддержав моего оптимистического настроения.

– А разве так не планируется? – удивленно воскликнул я, смотря на озабоченные лица адмиралов.

– Планировалось до момента поступления срочного фотонного сообщения с Херсонеса-9, – ответил мне на это вице-адмирал Козицын. – Вернее сразу двух сообщений, которые пришли на наши флагманы несколько минут тому назад. Ты, Александр Иванович, видимо, был в это время на турецком авианосце, поэтому не знаешь последний новостей…

Я действительно не был в курсе происходящего, хлопая сейчас от удивления глазами.

– Что же было в этих сообщениях? И вообще от кого они?

– Первое – от самого государя-императора, второе – дублирующее, с дополнением отдельно к Агриппине Ивановне Хромцовой – от адмирала космофлота Дессе, – ответил Козицын. – В первом и втором сообщается, что наш Северный космический флот и Гвардейская Императорская эскадра прижаты к орбите Херсонеса превосходящими силами противника, без всякой возможности отступить. Вследствие чего император Константин Александрович приказывает нашим дивизиям срочно идти к центральной планете системы… Адмирал Дессе подтверждает серьезное положение в секторе у своего флота, приказывая вице-адмиралу Хромцовой – также немедленно выдвигаться к Херсонесу… Вот такие дела, сынок…

– Теперь понятно, почему у вас у всех такие кислые мины, – вздохнул я. – И что, там действительно все так плохо?

– Зажали «янки» и поляки наших в угол, – утвердительно кивнул Василий Иванович, который никогда паникером не был и от этого его мнению я доверял, и если старик говорит, что дело плохо, оно на самом деле хуже некуда. – Я просмотрел запись начальной фазы бои, и конечно бы поспорил, что там все для нас катастрофически… Скорее, государь-император не желает отступать и поэтому требует подкреплений…

– Понятно, уязвленное самолюбие нашего досточтимого монарха опять выходит на первый план… – кивнул я, невесело усмехнувшись.

– Осторожней со словами, Васильков, – пригрозил мне Аркадий Эдуардович Гуль.

Но я даже не обратил на этот комариный писк внимания, слишком был расстроен только что полученным известием.

– И что же вы решили, господа? – задал я вопрос собравшимся дивизионным адмиралам. – Уходите или остаетесь?

– Лично я со своими кораблями немедленно лечу к Херсонесу, – заявил контр-адмирал Гуль.

– В вашем решении никто и не сомневался, – отреагировал я. – А остальные что думают?

– Я тоже ухожу, – неожиданно для меня, произнесла Агриппина Ивановна. – Васильков, ты зачем наврал, что Дессе продолжает точить на меня топор? Павел Петрович только что в своем сообщении рассказал, как еще несколько суток тому назад передал через тебя указание 5-ой «ударной» дивизии немедленно идти на соединение с Северным космофлотом… Но, ты утаил от меня этот приказ!

– Да, Агриппина Ивановна, утаил, – сознался я, разводя руками. – Но вы должны понять, что без вашего личного присутствия в «Тарсе» возможности уговорить Самсонова и остальных адмиралов вернуться в «Тавриду» не было никакой… Я понимаю, вы сейчас сердитесь…

– Не то слово, – угрожающе посмотрела на меня Хромцова.

– Надеюсь, что со временем эмоции улягутся, и вы поймете, что по-другому я тогда поступить не мог…

– Останется ли у нас это самое время, – ехидно усмехнулась Агриппина Ивановна, – в свете разворачивающихся событий, не уверена… Но в любом случае, решение мое покинуть сектор перехода – окончательное и бесповоротное, 5-ая «ударная» сейчас куда нужней у Херсонеса, чем здесь.

– Я бы не был так в этом уверен, – покачал я головой. – Судя по словам Василия Ивановича, император все-таки имеет возможность отступить от центральной планеты, хотя и не желает этого делать. В случае же, если мы оставим переход «Таврида-Тарс» без защиты, поспешив к Херсонесу, и в систему войдет космофлот адмирала-паши Бозкурта с силахдарами султана, ситуация для всех нас станет катастрофической…

– Объясните подробней, Васильков, – контр-адмирал Гуль, хотевший было уже выйти из общего чата, снова уселся на место и навострил уши, видимо еще до конца не решив где ему будет находиться спокойней, здесь или у Херсонеса.

– Даже если мы успеем вовремя подойти на помощь к императору и Дессе, – я говорил быстро, постоянно посматривая на таймер следующей активации перехода, которая вот-вот должно была произойти, – то все равно не сумеем переломить ход сражения. Вы видели наши корабли? Все они без силовых полей и лишь с половиной действующей артиллерии. Из пятидесяти пяти вымпелов состава шестнадцать вообще не могут участвовать в сражении и должны быть срочно эвакуированы на верфи в «Екатеринославскую»… В общем, даже если мы прибудем к Херсонесу-9 и несколько выправим там ситуацию, то лишь ценой огромных потерь и лишь на время, пока Коннор Дэвис и коронный адмирал Вишневский будут перегруппировывать своим подразделения для следующей финальной атаки…

В это время султан Селим в течение суток–полутора введет в «Тавриду» все имеющиеся под рукой корабли и, либо атакует наш объединенный флот у центральной планеты, действуя совместно с американцами и поляками, либо поступит еще хитрей, – а именно, воспользовавшись временным окном, заблокирует переход в звездную систему «Екатеринославская», полностью лишив нас возможности для отступления… Вот так все просто решается, именно поэтому ключевой точкой обороны для всех нас в данном раскладе является не орбита Херсонеса, а координаты’врат', которые прекрасно видны вам в иллюминаторные панорамы и которые вот-вот должны вновь активироваться.

Странно, вторая группа вторжения османского космофлота по моим прикидкам уже должна была находиться на нашей стороне портала. Тем не менее, прошло почти шесть минут как аккумуляторы «врат» находились в режиме ожидания, полностью готовые совершить выброс энергии. Но кольцо по-прежнему зияло чернотой, будто на той стороне все наши враги уснули.

– Через чур складно вы говорите, господин Васильков, – с сомнением в голосе произнес Аркадий Эдуардович Гуль, которого моя речь, видимо, не сильно убедила. – Уж слишком много пессимизма в ваших предположениях. В них вы исходите из того, что мы постоянно совершаем ошибки…

– А что, разве не совершаем⁈ – возмутился я, перебивая Аркадия Эдуардовича.

– Вы исходите из того, что мы постоянно совершаем ошибки, – терпеливо повторил Гуль, не обращая на мое высказывание ни малейшего внимания, – а противник наоборот все делает правильно и стратегически выверено. Однако практика показывает, что наш враг не так уж и умен. Где хваленые: 6-ой и 4-ый американские космофлоты, которые месяц тому назад нагоняли ужас своей численностью и боеспособностью? Не осталось от них ничего, кроме нескольких несчастных эскадр дивизионного состава, непонятно где прячущихся от наших патрульных кораблей. То же самое произошло и Космофлотом Северных Сил Османской Империи, а именно, он попросту перестал существовать, встав на пути наших «черноморских» дивизий…

Так что не нагоняйте паники, Васильков, справились с одними, справимся и со вторыми…

– Я безусловно согласен, что у перехода нам нужно оставить хоть какой-то заслон, – вторил Гулю, Василий Иванович Козицын опустивший глаза и не очень желавший встречаться со мной взглядами. Наверное, старик понимал, что идет против своей воли, но не подчиниться приказу императора не мог. – Но, точно не обязательно толпиться у портала всем вместе… Оставим дивизионную группу, которая с одной стороны может легко сдерживать попытки противника войти в систему небольшими партиями, например галерами и легкими крейсерами. А с другой, если султан Селим, действительно, как предполагает Александр Иванович, решил взяться за нас всерьез и начнет заводить в «Тавриду» свои гвардейские галеры, то оставленный нами арьергард способен будет выиграть для нашего флота время, уйдя из сектора перехода и увлекая за собой османские корабли, пока мы разбираемся с Коннором Дэвисом и адмиралом Вишневским у Херсонеса-9… Как вам такой вариант, господа?

– Компромиссное, можно даже назвать – половинчатое решение, но если выбирать из двух зол, то я согласна и на такой вариант, – кивнула Агриппина Ивановна. – Свои корабли я конечно здесь не оставлю, но данное предложение поддержу. Вопрос остается о количестве кораблей в первой и второй формируемых нами эскадрах. Сколько полетит к Херсонесу-9, а сколько останется у перехода? И не забывайте, у нас полтора десятка поврежденных вымпелов, практически все не на собственном ходу, которые надо отбуксировать в безопасную звездную систему, как я понимаю, этой системой станет соседствующая с «Тавридой» «Екатеринославская»… Но уж точно нельзя их оставлять здесь или тащить за собой к центральной планете, на орбите которой сейчас очень жарко…

– Тогда, если все согласны? – Козицын еще раз посмотрел с экрана на каждого адмирала, участвующего в совещании. – Да, похоже, согласны… Извини, Александр Иванович, ты не комдив, поэтому в голосовании не участвуешь… Что ж, давайте, коль османы дают нам на это время, – вице-адмирал скосил взгляд на тактическую карту с изображением кольца перехода, по-прежнему пустующего и неактивного, – то, как говориться, давайте подобьем цифры…

Всего в нашей объединенной эскадре числится пятьдесят пять вымпелов. Тридцать девять из которых в той или иной степени могут участвовать в сражениях, и шестнадцать в данный момент на это не способны. Аааа, забыл! Еще плюс два трофейных авианосца, которые только что захватил контр-адмирал Васильков… Еще раз, кстати, надо сказать спасибо ему за это от всего Черноморского космического флота, недавно как вы знаете, потерявшего великолепный флагманский авианосец «Александр Первый», а также один легкий казачий «Атаман» в битве у портала на «Эдирне»…

– Вместо благодарности лучше бы послушали меня и не делили бы сейчас эскадру на две части, – обиженно воскликнул я, по сути оставшись наедине с общим непониманием ситуации, той критической надо сказать ситуации, которая вот-вот для нас сложится в «Тавриде»…

– Оставим споры, Александр Иванович, решение уже принято, – остановил меня, вице-адмирал Козицын. – Будем формировать две группы. Одна – идет к столичной планете системы, вторая – держит оборону у перехода… Итак, для начала нам нужно что-то решить с балластном в виде шестнадцати поврежденных вымпелов. Их нужно срочно уводить из «Тавриды» в «Екатеринославскую», но для этого, во-первых, необходимы буксиры, а во-вторых, хоть какое-то, но хранение. Ведь если данную эскадру по пути следования перехватит противник, например, те же самые упомянутые контр-адмиралом Гулем недобитые эскадры из 6-го и 4-го космофлотов «янки», мы впустую потеряем огромное число наших кораблей…