355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дина Аллен » Пусть будет так... » Текст книги (страница 6)
Пусть будет так...
  • Текст добавлен: 9 апреля 2017, 18:30

Текст книги "Пусть будет так..."


Автор книги: Дина Аллен



сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 9 страниц)

Умом Кристина забыла Сиднея, но ее тело помнило этого человека. Он был частью Кристины, и их сердца стучали вместе.

– Итальяночка? – Он ждал ее решения, и его терпение уже начало иссякать. Кристина поцелуем показала мужу, что готова ко всему. Она взяла в ладони лицо Сиднея и прильнула к губам, радостно встретив властные движения его языка.

Сидней застонал, в его голосе слышались нотки триумфа.

– Расстегни мне брюки, – попросил он.

Кристина поспешно занялась ремнем и молнией, но желание сделало ее руки непослушными. Наконец пальцы Кристины скользнули по трикотажу трусов Сиднея.

– Тина! – напряженно произнес Сидней, и вслед за этим пальцы его скрытой под платьем Кристины руки осторожно проникли в лоно жены.

Кристина застонала и содрогнулась от наслаждения, непроизвольным движением стиснув ласкающие пальцы мужа. Ей необходимо было полностью слиться с ним. Без Сиднея Кристина чувствовала вокруг и в себе пустоту, и это уже давно не давало ей покоя.

– Сид… – прошептала Кристина в полузабытьи.

В этот момент лимузин сильно дернулся, взвизгнули тормоза, но потом движение возобновилось.

– Что это было? – испуганно спросила Кристина.

Сидней тихо произнес:

– Не знаю. И не хочу знать. – Он снова притянул ее к себе.

– Нет, подожди. – Кристина уперлась ладонями в грудь Сиднея.

– Я не могу ждать! – Из-за сильного желания его слова прозвучали грубо. Сидней снова начал целовать жену. – Я с ума схожу от желания, Итальяночка! Я хочу тебя всю, хочу услышать, как ты выкрикиваешь мое имя!

Кристина вдруг словно пробудилась ото сна. Она повернулась к окошку и стала всматриваться в темноту. Они ехали по строительной зоне, по бокам проезжей части мигали желтые огоньки.

Кристину бросило в жар. Она понимала, что никто не мог увидеть их с Сиднеем через стекла лимузина, но и не могла отделаться от ощущения, будто ее выставили на всеобщее обозрение.

Горячие губы Сиднея припали к груди Кристины.

– Нет, Сид… Пожалуйста… – Кристина попыталась оттолкнуть его. – Сид, прекрати!

Сидней поднял голову. Его зрачки до предела расширились, из груди рвалось прерывистое дыхание. По спине Кристины побежали мурашки. Муж внезапно показался ей чужим.

– Сид… – умоляюще произнесла она, холодея от горестных предчувствий. – Пожалуйста, отпусти меня.

– Почему? Я же чувствую, что ты желаешь этого не меньше меня! Иди ко мне…

– Нет! – Кристина попыталась отодвинуться, но Сидней не отпускал. – Ты не можешь судить о том, чего я хочу.

– Не только могу, но и знаю! – возразил он. – И ты тоже это знаешь.

Неожиданно Кристина коротко размахнулась и влепила Сиднею пощечину. Несколько мгновений они ошеломленно смотрели друг другу в глаза, потом Сидней опустил руки, и Кристина пересела с его колен на подушки сиденья.

Сидней отвернулся от жены и прижался лбом к холодному стеклу. Что со мной происходит, подумал он. Я, взрослый человек, едущий с женой в собственной машине, веду себя, как подвыпивший новобранец. Если бы Кристина не остановила меня, я овладел бы ею с неуемной жадностью, как какой-нибудь старшеклассник! Как я смею сердиться на жену?

Поразмыслив над происшедшим еще несколько минут, Сидней пришел к неутешительному заключению: он никогда не переставал любить эту женщину, свою жену, Кристину.

Какая ирония – Сидней опять влюбился в ту, с которой уже готов был развестись. Нельзя же сказать Кристине, что после несчастного случая и потери памяти она стала лучше, чем была прежде.

Сидней прерывисто вздохнул. Очень хорошо, что Кристина остановила меня, решил он. Очевидно, она собрала все свое мужество, чтобы появиться на благотворительном приеме, а я вел себя по отношению к ней, как последний мерзавец.

– Тина. – Сидней дотронулся до плеча жены, но она отстранилась. – Послушай, я знаю, что ты чувствуешь…

Кристина повернулась к Сиднею. Он увидел ее дрожащие губы и подумал, что она вот-вот заплачет.

– Какой ты всеведающий, – горько произнесла она. – Сначала ты заявил, будто знаешь, чего я хочу, а сейчас – и что я чувствую.

– Я прошу прощения, Тина. Я не должен был…

Лимузин остановился, и в салоне воцарилась тишина. Кристина первая нарушила ее.

– Если ты еще когда-нибудь прикоснешься ко мне… – Ее голос сломался.

Кристина склонила голову, словно пряча слезы, рывком распахнула дверцу и выпрыгнула из лимузина, не обращая внимания на испуганного Симпсона. Затем каблучки серебристых туфелек Кристины простучали по ступенькам крыльца, и она исчезла в доме.

8

В четыре часа утра Сидней все еще сидел в темной гостиной. С тех пор как они с Кристиной вернулись домой, он так и не поднимался в свою спальню.

Сидней был без пиджака и без галстука, верхние пуговицы рубашки он расстегнул. На маленьком столике стояла початая бутылка коньяка. Рюмку Сидней держал в руке. Ему очень хотелось напиться, но из этой затеи ничего не получилось.

Наверху раздались легкие шаги.

Сидней поднял голову, глядя на спускающуюся по лестнице Кристину. Примерно на середине она остановилась, заметив мужа.

– Привет, Сид, – произнесла она безжизненно.

– Как ты себя чувствуешь? – поинтересовался Сидней.

– Хорошо.

Это было далеко от истины. Желтый халат Кристины подчеркивал ее бледность, под глазами были темные круги.

– Хочешь коньяку? – предложил Сидней, поднимая рюмку.

– Нет, спасибо. – Кристина потерла виски. – Я спустилась за аспирином. Не могу найти его в своей аптечке.

– Сейчас я принесу тебе таблетку.

– Спасибо, я возьму сама, – спокойно произнесла Кристина.

Сидней вздохнул и склонился над рюмкой, согревая ее в ладонях. Он не знал, как выразить свое сожаление о случившемся, чтобы Кристина поверила.

Через несколько минут Сидней поставил рюмку на столик и отправился на кухню.

Кристина стояла перед открытым холодильником, рассматривая его содержимое. Игра света и тени мягко подчеркивала линию груди, приятную полноту Кристины, стройность и длину ее ног.

У Сиднея пересохло в горле. Ему пришлось сжать кулаки, чтобы побороть почти непреодолимое желание заключить Кристину в объятия и сказать: «Не волнуйся, любимая, все будет хорошо!»

Вместо этого Сидней прокашлялся и произнес:

– Ты нашла аспирин?

Кристина кивнула и закрыла холодильник.

– Да. Я собиралась налить себе стакан сока. Хочешь?

– Нет, спасибо. Я пью коньяк.

Кристина налила сок и взяла стакан.

– Ну, тогда спокойной ночи.

– Подожди. – Сидней шагнул вперед. – Не уходи.

– Я устала, – уверенно произнесла Кристина. – Уже светает, и я не вижу причин…

– Извини меня.

Кристина подняла голову, и их глаза встретились. Сердце Кристины сжалось. Сидней выглядел печальным и усталым. Кристине до боли захотелось утешить его. Но как это сделать? И зачем? Ведь Сидней обидел ее.

Глаза Кристины наполнились слезами. Она поморгала, чтобы задержать их, и выдавила улыбку.

– Извинения принимаются. Мы оба находимся под слишком большим впечатлением… А сейчас прости, но… – Кристина направилась к выходу.

– Тина… – Сидней взял ее за плечи.

Кристина застыла, стоя спиной к нему. Она не спала всю ночь, глядя в потолок и стараясь убедить себя, что все ее чувства к мужу – сплошной вымысел, игра воображения. И Кристине почти удалось поверить в это.

Но почему же сейчас прикосновение Сиднея заставляет ее дрожать? Почему она едва сдерживает желание повернуться и броситься мужу на шею?

Не стоит совершать новые глупости, сердито сказала себе Кристина. Освободившись из рук Сиднея, она взглянула ему в лицо.

– Что ты еще хочешь, Сид? Я уже приняла твои извинения. А кроме того, в случившемся есть доля и моей вины.

– Нет, что ты!

– Да, есть. Я явилась на прием незваной и… должна была одеться совсем по-другому, как подобает твоей жене.

– Тина, о чем ты говоришь!

– А относительно того, что произошло в лимузине… – Щеки Кристины порозовели, но взгляд остался твердым. – Я не ребенок, Сид, и несу ответственность наравне с тобой.

– Ты не хочешь выслушать меня?

– По-моему, нам нечего обсуждать… если только ты не собираешься завести речь о разводе.

Сидней отшатнулся, словно Кристина ударила его. Реакция Кристины на собственные слова оказалась такой же. Она не имела намерений упоминать о разводе, хотя думала о нем в течение нескольких последних часов.

– Как такое могло прийти тебе в голову?

– Так будет лучше, – тихо произнесла Кристина. – Думаю, ты и сам понимаешь, что дальше так продолжаться не может.

– Вздор!

– Только дай мне несколько дней, чтобы я подыскала жилье…

Сидней снова взял жену за плечи.

– Ты с ума сошла! Что ты собираешься делать?

– Не знаю. – Она гордо подняла подбородок. – Мне лишь нужно немного времени.

– Но ты еще не выздоровела, ты понимаешь это?

– Я же говорила тебе, что я не больна, просто…

– Да, я знаю. Просто ты ничего не помнишь. – Глаза Сиднея потемнели. – Забудь об этом, Тина. О разводе не может быть и речи!

Кристина передернула плечами и сняла с плеч руки Сиднея.

– Я в состоянии уйти и без твоего разрешения. Напоминаю еще раз – я не ребенок!

– Но ведешь себя просто по-детски.

Несколько секунд они рассматривали друг друга. Потом Кристина поставила стакан с соком на стол и вышла из кухни.

– Тина! – поспешил за ней Сидней. – Куда ты собралась?

– Я иду в свою комнату. Или мне и на это нужно получить твое разрешение?

– Не глупи. И запомни – никакого развода не будет!

– Это почему же?

– Потому что я так сказал!

У Кристины задрожали губы.

– Великолепно! У тебя нет доводов, и ты прибегаешь к типично мужскому приему… – Пока Кристина договаривала фразу, на ее лице появилось выражение озадаченности. – К типично мужскому… – еще раз повторила она, растерянно глядя на мужа. – Сид, я уже произносила эти слова прежде?

Сидней медленно поднялся по лестнице и остановился ступенькой ниже жены.

– Да, – тихо подтвердил он.

– Так я и думала. – Кристина помедлила. – В какое-то мгновение я почти вспомнила… Это было похоже на вспышку… Когда я раньше произносила эти слова, мы тоже ссорились? Я тоже… хотела уйти?

Сидней улыбнулся и провел пальцем по щеке Кристины.

– Нет, мы не ссорились. Мы с тобой были возле пруда и…

– Ты имеешь в виду дом на севере Калифорнии?

– Да. Я делал вид, что хочу столкнуть тебя в воду, а ты говорила, что я не посмею.

– И когда ты все-таки попытался сделать это, я шагнула в сторону, и ты упал в пруд.

У Сиднея перехватило дыхание.

– Ты помнишь это?

В глазах Кристины заблестели слезы.

– Только это и помню, – шепнула она. – Больше ничего. Словно это картинка из какого-то фильма.

Сидней погладил ее по волосам.

– Я выбрался из пруда. Вода текла с меня ручьем, и ты смеялась до слез. Я стал гоняться за тобой, и в конце концов поймал. А когда я взял тебя на руки и понес к пруду, чтобы достойным образом наказать, ты заявила, что я прибегаю к нечестному приему… Тогда я отплатил тебе по-другому.

Кристина внимательно посмотрела на мужа. В его голосе проскользнула интонация, от которой тело Кристины словно обдало пламенем.

– Как?

Сидней медленно улыбнулся.

– Я не стал бросать тебя в пруд, а вместо этого отнес на лужайку за домом.

– На зеленую лужайку, – мечтательно произнесла Кристина, – всю в цветах…

– Мы пришли туда и занялись любовью прямо среди удивительно душистой травы и цветов, под ярким, обжигающим солнцем… – Сидней взял лицо жены в ладони. – Ты помнишь это, Итальяночка?

Кристина покачала головой.

– Нет, – прошептала она. – Но хотела бы вспомнить.

Несколько секунд помолчав, Сидней вздохнул.

– Иди в свою комнату, – спокойно сказал он.

– Я и собиралась сделать это, но ты…

– Оденься, – продолжил Сидней, не обращая внимания на слова жены. – И собери все, что понадобится для уик-энда.

Кристина удивленно подняла брови.

– Зачем?

– Так мы и поступим. – Сидней словно разговаривал сам с собой. – У меня такое впечатление, будто ты сбросила кожу, как это делают змеи, и оставила ее в платяном шкафу нашего второго дома.

– Я не понимаю…

– Мы сейчас уедем отсюда, чтобы побыть вдвоем. Поверь, – быстро произнес Сидней, когда Кристина попыталась возразить, – многие люди нашего круга так поступают.

– Меня не волнует, как поступают другие люди! Я никуда с тобой не поеду.

– Даже если эта поездка поможет тебе что-то вспомнить?

Кристина задумчиво посмотрела на Сиднея.

– Ты так считаешь?

Сидней помедлил с ответом. А что, если Кристина действительно все вспомнит, в том числе и готовившийся развод, а потом…

– Не знаю, – вздохнул Сидней.

– Но подобная вероятность существует?

– Иди, собирайся, – решительно сказал Сидней. – Даю тебе десять минут и ни секунды больше!

Но Кристина все еще оставалась на лестнице.

– Сид!

Спустившийся вниз Сидней оглянулся.

– Что?

Кристина взволнованно облизала губы.

– Почему ты зовешь меня Итальяночкой?

Сидней замер, молча глядя на Кристину. Потом он медленно подошел к ней.

– Может быть, я расскажу тебе об этом во время нашей поездки.

Сидней склонился к Кристине, и она поняла, что сейчас он поцелует ее, что нужно отвернуться… Сидней едва дотронулся губами, но в этом легком поцелуе было столько нежности, столько ласки… И потому что Кристина ожидала совсем иного, она не смогла устоять и, закрыв глаза, потянулась к Сиднею.

Несколько долгих тягучих мгновений они стояли рядом, соединенные поцелуем, потом Сидней отстранился. Кристина открыла глаза и заметила на его лице выражение, которого никогда прежде не видела.

– Сид… – Голос Кристины дрогнул.

Сидней убрал волосы с ее лица.

– Ступай, – сказал он. – Оденься попроще и выбери удобную обувь. Жду тебя через десять минут.

Кристина счастливо рассмеялась. Глупо, конечно, но она вдруг почувствовала себя легко и свободно, как девчонка.

– Через пятнадцать! – улыбаясь, поправила она.

Запечатлев на губах Сиднея быстрый поцелуй, Кристина взлетела по лестнице и скрылась в своей спальне.

Сидней свернул с автострады на боковую дорогу. Почти два года не бывал он в этих местах, но память пока ни разу не подвела его. Даже «роллс-ройс», казалось, узнал дорогу домой.

Сидней купил этот особняк несколько лет назад. Почему он это сделал, не смог бы точно сказать. Участок находился не в престижном месте, хотя местность была красивая. Особняк был довольно старым, поэтому агент по недвижимости удивился, что кто-то заинтересовался этим домом.

А Сидней, однажды возвращаясь после уикэнда, проведенного у друзей, заметил табличку «Продается». Он сразу почувствовал, что дом словно создан для него. Поэтому, не раздумывая, выписал чек, поставил подпись на необходимых бумагах и стал новым владельцем особняка.

Сначала Сидней приезжал сюда на уик-энды, привозя в багажнике спальный мешок. Ему случалось иногда коротать вечера в компании полевых мышей, а однажды он обнаружил в гостиной змею. К счастью, она оказалась не ядовитой.

Позже Сидней нанял рабочих, и вскоре особняк было не узнать. Он часто наезжал сюда, но всегда один. Ему не хотелось делить этот дом с кем бы то ни было. Так продолжалось до тех пор, пока он не встретил Кристину. Во время их первого приезда сюда обнаружилось, что одна из труб на кухне дала течь, и вскоре Сидней уже лежал на полу, сунув голову под кухонную раковину. Кристина сидела рядом, подавая мужу инструменты. Темные волосы свесились, почти совсем закрыв ее лицо, фиалковые глаза поблескивали озорным весельем. Для Кристины неожиданная авария была развлечением.

– Тебе незачем сидеть со мной на кухне, Итальяночка, – говорил ей Сидней, а Кристина отвечала, что рада находиться рядом с мужем.

Потом они стали бывать в этом доме чаще. Поначалу Сидней был счастлив. Долгие часы, проводимые в офисе, казались ему менее важными, чем пребывание наедине с женой в уютном калифорнийском особняке.

Личный секретарь Сиднея, Майк, начал всерьез беспокоиться.

– Я не знаю, что отвечать людям, которые звонят по телефону, – выговаривал он Сиднею. – Кроме того, есть масса вопросов, которые ты должен решать лично…

Дело кончилось тем, что Сидней пригласил в особняк электриков и телефонистов, и они в мезонине оборудовали подобие офиса. Таким образом, Сидней получил надежную связь с Майком и остальным деловым миром. Но и после этого ему приходилось выезжать в Сан-Франциско для личных встреч. И всегда рядом с Сиднеем находилась его красавица жена.

Временами встречи затягивались допоздна, но Кристина никогда не жаловалась. Сидней был благодарен Дженет, которая в таких случаях брала Кристину под свою опеку.

Потом положение начало понемногу меняться. Сначала перемены были настолько незначительными, что Сидней не обращал на них внимания. В один прекрасный день Кристина предложила задержаться в городе.

– Мне ужасно хочется посмотреть новую пьесу, – пояснила она.

Позже Кристина призналась, что еще ни разу в жизни не была в опере, и попросила сводить ее туда.

Не успел Сидней и глазом моргнуть, как они с женой уже проводили в Сан-Франциско пять дней в неделю. Потом Кристина начала заводить новые знакомства, принимать участие в каких-то вечерах. Старый особняк на севере Калифорнии и незамысловатая жизнь, которую они вели там, все больше и больше отодвигались на второй план.

Дженет, знавшая Сиднея, как никто другой, почувствовала его нарастающую досаду и попыталась помочь.

– Ты не должен быть собственником, – мягко сказала она. – Женщине требуется пространство для роста и развития, а такой интересной женщине, как Кристина, особенно.

Что же, Сидней отодвинулся, предоставил Кристине свое место. Но это не помогло. Трещина, образовавшаяся между ним и женой, превратилась в пропасть. Кристина совсем перестала притворяться, что ей нравится деревенский образ жизни. Она прозрачно намекнула мужу, что предпочитает роскошь их пригородной виллы. Вскоре жизнь Сиднея стала подчиняться расписанию общественной деятельности его жены.

Девушка, в которую он влюбился, превратилась в женщину, которую он начинал ненавидеть.

Голубые джинсы и хлопчатобумажные рубашки Кристины сменились кашемировыми и шелковыми платьями. Поджаренным на огне колбаскам она стала предпочитать изысканные блюда, подаваемые на тонком китайском фарфоре в дорогих ресторанах. Кристина дала понять, что желает, чтобы утренний кофе ей подавала вышколенная служанка, а не муж с полотенцем вокруг бедер. Особенно, если он имеет намерения подсластить кофе поцелуями вместо сахара.

Постепенно Сидней осознал, что его страстная жена необъяснимым образом превратилась в холодную женщину, которая только принимает поцелуи и терпит его близость из-за желания называться супругой известного бизнесмена.

Неужели Кристина с самого начала решила быть привлекательной, чтобы завоевать меня, гадал Сидней, или ее изменили мои деньги и положение? Через некоторое время он совсем перестал прикасаться к жене, желать ее. Очевидно, тем самым Сидней лишь закрепил свою ошибку. Единственным решением проблемы казался развод…

Так было вплоть до вчерашнего вечера, когда поцелуи Сиднея пробудили в Кристине былую чувственность. Не потому ли я вдруг решил отвезти Кристину в старый особняк, прямо спросил он себя. Может, дело совсем не в надеждах на возвращение памяти?

Кристина понимала, что Сидней не собирался заниматься любовью с ней ни сейчас, ни в другое время. Но она вспомнила некоторые сцены из прошлого, которые были связаны именно с домом на севере Калифорнии.

– Долго ли еще ехать? – взволнованно спросила Кристина.

Сидней взглянул на жену. Она всматривалась вдаль, вся залитая солнцем.

– Всего несколько миль, – сказал Сидней. – Ты узнала эту местность?

Кристина покачала головой.

– Нет, но у меня появилось ощущение, что мы приближаемся. А какой он, этот старый дом? – нетерпеливо поинтересовалась она.

Подобный вопрос Кристина задала и в тот раз, когда Сид впервые вез ее сюда. Тогда он улыбнулся и, похлопав жену по руке, сказал:

– Очень уютный. Надеюсь, ты полюбишь его так же, как и я.

Но сейчас, умудренный опытом, Сидней не улыбнулся. У него осталась только одна надежда – чтобы амнезия Кристины исчезла, а вместе с нею пришел конец и недоразумению, возникшему в их отношениях.

– Дом действительно очень старый. Основная часть его была построена в 1770 году. Потом каждое поколение владельцев совершенствовало и достраивало особняк.

– Как чудесно! – воскликнула Кристина. – В доме, наверное, еще витает дух старины.

– По-моему, ты излишне романтизируешь ситуацию, – усмехнулся Сидней. – У старых домов обычно множество недостатков – полы скрипят, отопительная система отказывается работать, в мезонине живут пауки, в погребе мыши…

– Это он? – перебила Кристина.

Сидней взглянул на небольшой особняк, одиноко возвышающийся на холме. Зима не прошла для него бесследно – дом нуждался в покраске, два листа кровельного железа были сорваны ветром и упали на землю.

В душе Сиднея поднялась горечь. Почему это место прежде казалось ему волшебным?

– Да, это он, – подтвердил Сидней. – Извини, если ты ожидала большего.

– Большего? – удивилась Кристина. – Это великолепный дом!

Сидней снова отметил, что жена говорит то же, что и во время первого приезда сюда. Но в прошлый раз она лишь изображала восхищение, чтобы польстить мужу.

Сидней считал себя человеком, которого невозможно обмануть дважды. Он резко повернулся к Кристине, собираясь сказать какую-нибудь колкость, но вдруг понял, что она говорит совершенно искренне.

– Тебе правда нравится?

– Конечно, – восхищенно прошептала Кристина.

И мне кажется, я узнаю этот особняк, могла бы добавить она, но промолчала, потому что не хотела пробуждать в душе Сиднея преждевременные надежды. Кроме того, Кристина чувствовала, что Сидней не просто так привез ее сюда, у него есть какие-то свои соображения на этот счет.

– Тина? – вывел ее из задумчивости голос мужа. Сидней уже припарковал «роллс-ройс» и вышел, чтобы открыть Кристине дверцу машины. – Может, войдем в дом?

Кристина посмотрела мужу в глаза. В них была настороженность и ожидание чего-то. У Кристины создалось впечатление, что Сидней надеется услышать от нее просьбу о возвращении в Сан-Франциско. Но Кристина не хотела отступать сейчас, когда цель так близка.

– Да, – быстро произнесла она. – Давай войдем.

Сидней не смог бы в точности сказать, какой реакции ожидал от жены. Надеялся ли он, что Кристина, оказавшись в гостиной, радостно воскликнет: «Вспомнила!» Или поступит совершенно по-другому – окинет взором старомодную обстановку и скажет, что она ничего не может припомнить, поэтому оставаться здесь не стоит.

Но Кристина не сделала ни того, ни другого. Она танцующей походкой прошлась по комнатам, восхищаясь покрытым широкими досками полом, небольшими старинными окошками и перилами лестницы, которые когда-то сама же и отполировала до блеска.

Перед тем как выезжать из Сан-Франциско, Сидней позвонил женщине, присматривавшей за домом, и предупредил об их приезде, чтобы она успела до прибытия хозяев смахнуть пыль с мебели и проветрить комнаты. Действительно, все было прибрано и сияло чистотой. На плите стоял кофейник, в корзиночке на столе был свежевыпеченный хлеб. В холодильнике Кристина обнаружила домашнее земляничное варенье, свежие яйца, масло и наполненный густыми сливками кувшинчик.

Сидней показал Кристине не только дом, но и парк, в котором стоял особняк. Больше всего ей понравились камины в доме и ручной насос на заднем дворе. Затем она со смехом добавила, что очень рада современной газовой плите и водопроводу, потому что старое доброе время и современность должны разумно сочетаться в этой жизни.

Сидней, вопреки здравому смыслу, чувствовал себя так, словно действительно попал в прошлое. Со странным чувством наблюдал он, как жена возится с насосом. Сегодня она оделась без намека на экстравагантность – на ней был серый свитер и черные спортивные брюки.

– Более удобной одежды я найти не смогла, – заявила Кристина. Ее волосы были распущены, на лице отсутствовала косметика… Но Сидней увидел в ней сейчас что-то такое, что он искал долгие годы и нашел, лишь познакомившись с Кристиной.

Господи, что со мной происходит, вздохнул Сидней.

– Что случилось? – спросила Кристина.

– Ничего.

– Мне показалось, что ты огорчен чем-то…

– Я заметил мышь.

– Где?

– Она выбежала из-под шкафа и спряталась. Не бойся, в кладовой есть несколько мышеловок. Позже я поставлю их.

– Не нужно. Я не боюсь мышей, – улыбнулась Кристина.

– Я провожу тебя в спальню. Ты почти не спала прошлой ночью, а наше путешествие было довольно утомительным. Думаю, тебе не помешает вздремнуть.

– Но я совсем не… – «не устала», хотела было сказать Кристина, но вдруг осеклась.

Дело было не в ее усталости. Сидней хотел на некоторое время остаться один. Кристина поняла это по его интонации. Очевидно, муж уже жалел, что привез ее сюда.

– Ты прав, – с деланой улыбкой согласилась она.

Наверху было три двери. Одна вела в ванную, за второй скрывалась лестница, по которой можно было попасть в мезонин, а третья дверь вела в спальню. Здесь Кристине в глаза сразу бросилась обширная постель…

В доме одна спальня? Только одна?

Перешагнув порог, Кристина остановилась.

– Я не ожидала… – начала она.

Сидней понял ее с полуслова.

– Эта спальня в полном твоем распоряжении, – быстро произнес он. – Внизу есть еще одна. В ней расположусь я. Отдыхай, а позже я покажу тебе окрестности, может быть, ты увидишь что-то знакомое.

– Конечно, – подхватила Кристина. – Это будет интересно.

Закрыв за Сиднеем дверь, она устроилась в огромном кресле. Глядя на молодую листву за окном, Кристина долго размышляла над тем, не лучше ли было прямо спросить Сиднея, почему они не спят в одной постели или хотя бы в одной спальне?

И спали ли они когда-нибудь вместе вообще?

Кристина не заметила, как задремала, а когда проснулась, тени на полу уже стали длинными. Она пошла в ванную, приняла душ и стала внимательно рассматривать себя в зеркале. Как я ужасно выгляжу, подумала Кристина и стала быстро приводить себя в порядок. А уж одежда… Может, в платяном шкафу, занимающем в спальне всю стену, найдется что-нибудь получше?

Открыв дверцу шкафа, Кристина не удержалась от возгласа удивления. Все эти вещи, очевидно, покупала она сама, но они разительно отличались от тех, которые были на вилле в Сан-Франциско. Здесь были джинсы и мягкие вельветовые брюки, хлопчатобумажные рубашки и свитера, а также удобная мягкая обувь, в основном кроссовки.

Кроме того, в шкафу находилась одежда Сиднея, как две капли воды похожая на вещи Кристины – джинсы, рубашки, кроссовки… Горло Кристины сжалось. Судя по всему, они с Сиднеем когда-то делили эту спальню. И эту кровать тоже…

– Тина! Ты спишь? – раздался за дверью голос Сиднея.

– Нет! – Голос Кристины звучал глухо. Она прокашлялась. – Нет, Сид. Через пару минут я спущусь.

– Хорошо. Жду тебя.

Кристина быстро натянула джинсы и светло-розовую рубашку. На плечи она накинула голубой свитер, связав рукава впереди. Затем Кристина нашла в ящике туалетного столика розовую губную помаду и слегка подкрасила губы.

– Привет! – оживленно произнесла она, спустившись в гостиную.

Сидней с улыбкой кивнул.

– Я вижу, ты нашла свою одежду.

– Да. – Кристина в нерешительности прикусила губу. – Сид, о какой змеиной коже ты говорил в Сан-Франциско?

Улыбка погасла на лице Сиднея.

– Забудь. Я болтал всякую чушь.

– И все-таки что ты имел в виду?

– Только то, что здесь у тебя полон шкаф одежды.

– Да, но…

– Что ты хотела бы на ужин?

– Не знаю. Я как-то не думала…

– В получасе езды отсюда есть ресторанчик, где подают превосходные блюда французской кухни.

Кристина рассмеялась.

– Французская кухня? Здесь?

Сидней усмехнулся.

– Тина, мы же находимся не на Марсе!

– Конечно. Я только хотела… Впрочем, ты, наверное, решишь, что я сошла с ума…

– А что?

– Нет, не обращай внимания. Вполне сойдет и французская кухня. – Кристина с улыбкой передернула плечами. – Только не заказывай козий сыр!

Сидней рассмеялся, затем прислонился к стене и сунул руки в карманы джинсов.

– Насчет козьего сыра можешь быть совершенно спокойна, – заверил он. – А все-таки что ты хотела сказать?

Сидней шестым чувством угадал, что он сейчас услышит.

– Ты будешь смеяться, – улыбнулась Кристина, – но когда я обнаружила в холодильнике… Сид, давай останемся здесь и поджарим на огне колбаски!

Это была ошибка.

С самого начала, с первой минуты, когда они с Кристиной покинули Сан-Франциско, и сейчас, когда сидели в гостиной на ковре у камина, лакомясь колбасками под тихую музыку, льющуюся из радиоприемника, – все это было ошибкой.

Сидней делал вид, что слушает болтовню Кристины, а сам следил за игрой отсветов пламени на милом лице жены. Кристина рассказывала об одной из пациенток «Оазиса», которая была уверена, что ее родиной является Юпитер. Сидней смеялся, потому что Кристина хотела, чтобы он развеселился, но сердце его сжалось – он понял, что будет лучше, если память к жене не вернется. И еще к одному заключению пришел Сидней – он снова по уши влюбился в Кристину.

– Сид, ты не слушаешь? Что случилось? – донесся до его сознания голос жены.

Сидней поднялся с ковра.

– Тина…

У него было намерение объявить Кристине, что они уезжают, что пока не поздно, надо покинуть этот как будто заколдованный дом. Но Сидней не сказал этого, а просто протянул ей руку:

– Давай потанцуем?

Их взгляды встретились. Щеки Кристины медленно окрасились румянцем. Она взяла руку Сиднея и, опираясь на нее, поднялась с пола.

Они вышли на середину гостиной. Ему действительно вдруг очень захотелось потанцевать с Кристиной. Когда Сидней обнял ее, крепко прижав к себе, и начал двигаться в такт музыке, Кристина слегка напряглась, и ему показалось, что она сейчас откажется. Но в следующий момент ее руки обвили шею мужа, и она сама прильнула к нему, растворяясь в его крепких объятиях.

Как приятно было Сиднею обнимать жену, ощущать ее упругое тело, чувствовать тепло груди… Он провел рукой вдоль спины Кристины, затем опустил и другую руку и еще плотнее прижал к себе всю ее, чтобы она ощутила его нарастающее желание и поняла, что с ним происходит.

Кристина глубоко вздохнула, почувствовала, как ей передалась ритмичная пульсация, идущая от мужа, и осознала, что желанна, что Сидней хочет ее… Нечто подобное происходило и вчера в лимузине, но тогда все было не так, все было иначе. Вчера была одна страсть, одно желание…

А сегодня – любовь. Кристина была уверена в этом. Она любила Сиднея всем сердцем. И Сидней любил ее. В каждой его ласке сквозила нежность.

Кристина слегка отстранилась от мужа и посмотрела в его глаза.

– Ты мой? – спросила она шепотом.

– Итальяночка… – тихо произнес Сидней. – Моя Итальяночка…

Затем его губы прильнули к губам Кристины, под ладонью оказалась ее грудь, и они оба, не сговариваясь, медленно опустились на ковер перед камином, чтобы погрузиться затем в головокружительный водоворот чувственности…


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю