Текст книги "Слишком необузданные (ЛП)"
Автор книги: Девни Перри
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 16 страниц)
– Что случилось?
– Я упал. Сильно. Запорол свой первый трюк во время первой попытки, выглядел как любитель. Видео есть на Ютубе. Ты можешь услышать, как ахают дикторы и зрители.
– И что было дальше?
– У меня получилось со второй попытки. Я выиграл.
Я поникла.
– У меня никогда не было людей, которые ждали бы меня внизу. – Так было проще спрятаться от мира.
– Теперь есть. И ты не выставишь себя дурой, Рейвен.
– Возможно.
– Тогда я буду ждать внизу, чтобы посмеяться над тобой.
Я ударила его в живот.
– Уфф. – Он рассмеялся.
– Льюис прав. Ты настоящая заноза в заднице.
– Значит ли это, что ты будешь участвовать в показе?
Боже, я так этого хотела. Я так устала сдерживаться, переживать, что я слишком занята или слишком неопытна.
– Да.
– Тогда мы сделаем это вместе. Но сначала давай научим детей кататься на лыжах. – Он поцеловал меня в губы, затем посмотрел поверх моей головы.
За моей спиной раздались тихие голоса. Воспитатели вели детей в нашу сторону.
Следующий час мы потратили на то, чтобы забрать снаряжение для детей из пункта проката, а затем отвели их в зону для начинающих. Это был хаос, абсолютный хаос, в котором мы пытались удержать их на ногах.
Но именно поэтому я начала преподавать. Потому что независимо от того, сколько раз они падали, независимо от того, сколько времени у них уходило на то, чтобы подняться и спуститься по небольшому склону, не было ни одного лица без улыбки.
– Да, Холден! – Крю вскинул руки в воздух, его взгляд был устремлен вниз по склону, где один из его детей благополучно добрался с вершины до подножия.
Холден тоже поднял руки, пытаясь подпрыгнуть от радости. Он упал, все еще хихикая, когда приземлился в снег.
Крю повернулся к другому ребенку, девочке, одетой в большую розовую куртку и такие же брюки, с радужной пачкой на талии. Он подтолкнул ее, а затем наблюдал, как она пролетела около десяти футов, прежде чем приземлиться лицом вниз.
Он бросился за ней, подхватил ее на руки и смахнул снег с ее очков. Затем он развернул ее в нужном направлении, и они проделали все сначала.
Это было восхитительно. И если бы я не была влюблена в Крю Мэдигана до сегодняшнего дня, я бы влюбилась в него на этой горе.
Глава 20
Крю
Когда я проснулся, то увидел, что Рейвен свернулась калачиком у моего бока. Было всего шесть тридцать утра, но не было смысла пытаться снова заснуть, ведь будильник у меня стоял на семь.
Так что я осторожно выскользнул из постели, чтобы не разбудить ее, и подошел к своему чемодану, стоявшему в углу, за парой боксеров и спортивными штанами.
Она была без сознания, вероятно, потому, что я не давал ей спать прошлой ночью. Я основательно вымотал ее, чтобы она не возражала против ночлега. Это сработало. В тот момент, когда я прижал ее к своей груди, она отключилась.
Я тихонько прикрыл дверь в спальню, прежде чем направиться к кофеварке, зевая, пока кофе лился в мою чашку. Когда все было готово, я подошел к окнам, выходящим на гору.
Было еще слишком темно, чтобы разглядеть вершину, но территория вокруг отеля была освещена фонарями. Когда я в последний раз наблюдал восход солнца? Это было, должно быть, в Японии во время поездки два, нет, три года назад. Из-за смены времени у меня сбились внутренние часы, поэтому я проснулся, чтобы посмотреть, как солнце освещает Хребет Хида.
Япония прекрасна, но она и в подметки не годится Скалистым горам.
Я допивал вторую чашку кофе, когда сумерки осветили курорт. Белые дорожки приобрели золотистый оттенок. Вечнозеленые растения были припорошены свежим снегом. Вчера вечером команда тщательно обработала дорожки.
Все было подготовлено к сегодняшнему показу.
Впервые за долгое время я был взволнован предстоящим соревнованием. И это волнение не имело ко мне никакого отношения. Все это было из-за Рейвен.
Мое выступление может обернуться полным провалом из-за бесчисленных ошибок. Мне будет все равно. Если к концу этого дня на ее лице будет улыбка, я назову это победой.
Прошлым вечером она явно нервничала. Это была еще одна причина, по которой я так измотал ее, чтобы она могла отключиться и отдохнуть. В четверг она была в порядке, обучая тех детей. Черт возьми, я был даже лучше, чем в порядке. Было потрясающе наблюдать за тем, как учатся эти дошкольники, их энергия была заразительна.
Но позже в тот же день, после того как я позанимался с ДжейЭром, а Рейвен провела частный урок, я обнаружил ее в кабинете, уставившейся в пространство. Вчера она была занята преподаванием, а я – тренировками, но когда вчера вечером она пришла в мой номер на ужин, то едва притронулась к еде.
Ей не из-за чего было нервничать. У меня не было ни малейших сомнений в том, что сегодня она справится с этим.
Я допил остатки своего кофе, наблюдая через окно, как из кафе выходят несколько человек – персонал готовился к новому дню. Это время дня всегда было маминым любимым. И моим тоже. Первым делом с утра, пока не набежала толпа, когда чувствуешь себя как в своем собственном раю.
Если бы только она могла увидеть «Мэдиган Маунтин» сейчас. Она была бы чертовски горда.
Черт возьми, я был горд.
Эта поездка в Пенни-Ридж была… удивительной. Как и предыдущая.
Двенадцать лет отчуждения. Двенадцать лет горечи. Двенадцать лет избегания.
Теперь я не знал, как уехать.
Смогу ли я снова жить здесь? Я сказал Рейвен, что не уверен в этом, но, возможно… Да. Попробовать стоило, особенно если это означало оставить Рейвен при себе.
– Черт. – Я усмехнулся про себя.
Мои братья будут такими самодовольными, когда я скажу им, что возвращаюсь домой. Я уже видел ухмылку Рида. Уэстон похлопает меня по плечу – гордый, отеческий хлопок, потому что я принял правильное решение. И, папа, ну… нам предстояло проделать большую работу, чтобы наладить наши отношения, но на горизонте забрезжила надежда.
Я вернулся к кофеварке, заварил кофе для Рейвен и добавил две порции сливок и одну порцию сахара. Затем я проскользнул в спальню, поставил кофе на прикроватный столик. Я разделся и скользнул в постель, мои руки блуждали по ее обнаженной коже.
Она что-то промурлыкала, ее веки приподнялись. Затем она улыбнулась той милой, мечтательной улыбкой, которую я впервые увидел в четверг. Ее утренняя улыбка, которую я был бы рад видеть всю оставшуюся жизнь.
– Доброе утро. – Я поцеловал ее в уголок рта, затем притянул к своей груди, проводя кончиками пальцев по ее спине.
Отблеск вожделения затуманил ее голубые глаза, когда ее волосы окутали нас.
Я наклонился, завладевая ее губами для более глубокого поцелуя. Мое тело мгновенно отреагировало на ее вкус и скольжение ее языка по моему. Быстрым движением я перевернул ее на спину, и мои бедра оказались в колыбели ее тела.
Она выгнулась для меня, раскрываясь шире.
Я устроился у ее входа и вошел в нее. Эта женщина ощущалась как дом. Где бы мы ни жили.
– С тобой так хорошо, детка.
– Крю. – Ее киска трепетала вокруг меня, ее бедра приподнимались, побуждая меня двигаться.
Но я оставался неподвижным, вжимаясь глубже, пока не овладел своим телом. Затем я вышел, чтобы снова войти, протягивая руку между нами к ее клитору.
Этого всегда было недостаточно. С каждым разом я желал ее все больше и больше.
Сегодня вечером я буду боготворить ее. Сегодня вечером мы отпразднуем показ. Но сегодняшнее утро будет напряженным, поэтому я трахал ее жестко и быстро, доводя нас обоих до изнеможения, пока она не вцепилась мне в плечи, и я не почувствовал, как напрягся позвоночник.
Толчок за толчком, я терял себя в ее теле, пока она не вскрикнула, и я излился в нее, удерживая до тех пор, пока туман от моего оргазма не рассеялся и мое сердце не перестало колотиться.
Я поцеловал ее в шею, вдыхая ее сладкий вишневый аромат, затем выскользнул из нее и отнес в душ, чтобы мы могли подготовиться к предстоящему дню.
– Тебе нужно заехать домой перед показом? – спросил я, когда мы стояли у двойной раковины в ванной. Моя челюсть и подбородок были покрыты кремом для бритья, потому что сегодня вокруг будут камеры, а Льюису не нравилось, что я выгляжу «неряшливо» на фотографиях.
– Нет, я взяла свои вещи с собой. – Она уставилась на меня в зеркало, ее волосы были влажными, а лицо бледным.
– Не нервничай. – Я повернул ее к себе и прижался своим лбом к ее лбу. – Просто развлекайся. Представь, что мы там только вдвоем.
Она отстранилась, от беспокойства в ее глазах стало трудно дышать.
– Это не из-за показа.
– Нет? – Тогда что ее беспокоит?
– Ничего страшного. Не обращай внимания. – Она отмахнулась и вышла из ванной, чтобы пойти одеться.
Я собирался последовать за ней, но остановился. Она не хотела говорить об этом сейчас, поэтому я не стану настаивать. Нам нужно было подготовиться. Итак, я закончил бриться, затем оделся, пока Рейвен сушила волосы феном.
Надев наше снаряжение, я вынес наши доски из номера к лифту.
По дороге вниз Рейвен перевела дух и встряхнула руками.
– Ладно, теперь я нервничаю.
Я наклонился и поцеловал ее в волосы.
– У тебя все получится.
– Только ты и я.
Я кивнул.
– Только ты и я.
Она улыбнулась, когда двери открылись, и шум, доносившийся из вестибюля, поглотил нас, пока мы пробирались сквозь толпу.
Отель был забронирован на выходные. Гости, одетые в зимнюю одежду, заполнили все помещение. У большинства из них в руках был кофе, и они готовились провести день на свежем воздухе.
– Крю! – крикнула Марианна, подбегая к нам. – Привет. Привет, Рейвен.
– Доброе утро, – поздоровалась Рейвен.
Марианна одарила ее улыбкой, но, когда она посмотрела на меня, на ее лице застыло прежнее игривое выражение.
– Итак, мы коротко представляем нескольких спонсоров, которые приехали на мероприятие. Мы организовали для вас завтрак в конференц-зале. Рид собирается перерезать ленточку около десяти. Затем пайп будет открыт для тренировочных заездов. Сам показ начнется только в час. Льюис присоединится к нам позже, но он просил меня напомнить тебе…
– Не пораниться.
– Точно. – Она дотронулась до своего носа. – И предупреждаю. Сегодня утром, когда я пила кофе, я услышала разговор нескольких человек в очереди позади меня. Одна из них упомянула, что она репортер.
– Отлично, – пробормотал я.
– Жди, что меня остановят.
– Ладно, – проворчал я, затем взял Рейвен за руку.
– Я могу позавтракать одна, – сказала она. – Предоставлю тебе заниматься своим делом.
– Ни за что. Сегодня ты останешься со мной. – Я крепче сжал ее руку, затем кивнул Марианне, чтобы она вела меня завтракать.
Если мы встречались со спонсорами, я бы хотел, чтобы Рейвен была с нами. Я хотел, чтобы они узнали ее имя, ее лицо. Потому что, если интуиция меня не подводила, сегодня она произведет впечатление. Если повезет, она может даже завершить показ с несколькими собственными спонсорскими предложениями.
Я понимал ее потребность в работе, ее стремление к финансовой стабильности. Но если она увидит возможность сделать карьеру в сноубординге, возможно, она будет более склонна отказаться от лыжной школы и пойти на этот риск.
Мы протиснулись сквозь толпу и проследовали за Марианной в конференц-зал с небольшим буфетом. Мы с Рейвен скинули куртки и наполнили тарелки. Только мы сели за стол, как в комнату вошли три человека, в одном из которых я узнал руководителя «ДжиЭнЮ».
– Привет, – сказал я, вставая, чтобы пожать руку. Затем я кивнул на Рейвен. – Позволь представить тебе Рейвен Дарси.
Разговор за завтраком был легким. К нам присоединились еще несколько спонсоров, и каждые несколько минут я переводил разговор на Рейвен, чтобы они помнили ее имя, но не слишком сильно, чтобы не создавать неловкости.
– Крю? – Марианна указала на свои часы.
– Нам пора идти. – Я встал первым, отодвинув стул Рейвен. Затем, после еще одного раунда рукопожатий, мы собрали свои вещи и направились на улицу.
– Ты в порядке? – спросил я Рейвен.
– Нет, – ее голос дрожал.
Я усмехнулся.
– Только ты и я.
– Только ты и я, – прошептала она.
– И ДжейЭр. – Я указал на стойку для лыж, где стоял мой тренер, набирая сообщение на своем телефоне.
Он поднял глаза, заметил нас и подошел, протягивая руку.
– Доброе утро.
– Доброе утро. – Я пожал ему руку, затем обнял Рейвен за плечи. – Она нервничает.
– Не-а. Нервничать не из-за чего. Давай повторим план.
Я улыбнулся, отпуская ее, чтобы ДжейЭр мог взять дело в свои руки. Он был мастером своего дела, но больше всего мне нравилось в ДжейЭре то, что он обладал способностью концентрировать мое внимание. Если я чувствовал себя не в своей тарелке, если отказывался участвовать в соревнованиях, он начинал меня уговаривать. Через несколько минут я был готов и рвался в путь.
– Извините. Крю? – Подошла женщина в белом халате, губы у нее были накрашены красным. Она одарила меня страстной улыбкой и помахала пальцем. Затем достала из кармана блокнот и ручку.
Чертовски здорово. Репортер.
– Здравствуйте, я Аманда из «Сноуборд Колорадо». Наш блог быстро набирает популярность. У вас найдется несколько минут?
– Э-э-э. – Я оглянулся через плечо туда, где вот-вот должны были перерезать ленточку. – Всего одна минута. А потом мне нужно будет идти.
– Вы рады участию в «Экстремальных играх»?
– Да. – Я кивнул. – Будет здорово снова принять участие в соревнованиях.
– А как же Олимпийские игры? Вы планируете участвовать в следующих зимних играх?
– Этого я не знаю. Я еще не принимал никаких решений так далеко вперед. Посмотрим, когда все станет немного ближе.
Она сделала несколько пометок ручкой.
– Когда вы были здесь в последний раз, с вами произошел несчастный случай на подъемнике. Затем вас отвезли в больницу. Как вы себя чувствуете?
– Как новенький. – Я выдавил из себя улыбку, давая ей отрепетированные ответы, которые давал большинству репортеров. Затем показал большим пальцем через плечо. – Приятно было с вами поговорить, Аманда. Спасибо.
Она открыла рот, вероятно, чтобы спросить что-то еще, но я уже ушел, повернувшись и кивнув Рейвен и ДжейЭру, чтобы они следовали за мной.
– Ненавижу иметь дело с репортерами, – сказал я, понизив голос.
– Почему? – спросила Рейвен.
– Они любопытные.
– Это вроде как входит в должностные инструкции.
– Да, я знаю. Мне все еще не по себе. Все уже говорят об Олимпийских играх, а до них три года.
– Ты не хочешь поехать еще раз?
– Конечно, я хочу поехать. Это же Олимпиада. Но я не знаю, как буду чувствовать себя через три года. Я не хочу уйти и завершить свою карьеру на самом низком уровне. – Я признался в том, о чем никому раньше не говорил. Но, несмотря ни на что, казалось, что правда далась мне легко, когда я рассказал ее Рейвен.
Она взяла меня за руку и крепко сжала.
С Олимпиадой мы разберемся позже. Вместе. Насколько я мог судить, она будет со мной, когда придет время принимать это решение.
Все или ничего.
Рид стоял на небольшом подиуме вместе с Авой, когда мы присоединились к группе зрителей на базе. Он наклонился, чтобы что-то сказать в микрофон.
– Доброе утро. Добро пожаловать в «Мэдиган Маунтин». Меня зовут Рид Мэдиган, и сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать открытие в Колорадо новейшего суперпайпа.
Он говорил несколько минут, стараясь быть кратким. Затем он отдал ножницы Аве, позволив ей перерезать красную ленточку, которую они натянули между двумя кольями.
Щелкали камеры. Люди захлопали. Я насладился волнением предвкушения и надел шлем на голову.
– А теперь самое интересное.
Рейвен, ДжейЭр и я направились к кабинке подъемника, где уже выстроилась очередь людей, желающих подняться наверх. На пайпе тоже была группа людей.
– Я подожду внизу, – сказал ДжейЭр. – Льюис хотел, чтобы я напомнил тебе…
– Чтобы я был осторожным.
– И не выпендривался. – ДжейЭр улыбнулся. – Я сказал ему, что ты не послушаешься.
– Нет. – Я рассмеялся. Я буду осторожен, но не повыпендриваться было не в моем стиле.
Рейвен закатила глаза, и мы встали в очередь, чтобы подняться наверх.
Поездка на вершину прошла в тишине. Мы немного размялись в терренкурном парке, а затем сразу же перешли к хафпайпу.
Это было самое загруженное соревнование за весь год. Достаточно для того, чтобы три или четыре спортсмена двигались одновременно, оставляя впереди идущему достаточно места на случай несчастного случая, но в то же время достаточно плотно, чтобы линия оставалась ровной.
Итак, мы встали в очередь, медленно продвигаясь вперед, пока не настала очередь Рейвен.
– Твоя очередь. – Я шлепнул ее по заднице. – Желаю повеселиться.
Она с трудом сглотнула и, сделав глубокий вдох, заняла позицию. Один взгляд, одна неуверенная улыбка, направленная в мою сторону, а затем она сорвалась.
Парень рядом со мной окликнул меня по имени. Я проигнорировал его, мой взгляд был прикован к Рейвен, когда она проделывала свой первый трюк, а затем вернулась к противоположной стороне пайпа.
Мне было наплевать, что мы замедлили движение. Настала моя очередь, и я не двинулся с места, не обращая внимания на ворчание за спиной и полностью сосредоточившись на Рейвен.
Она легко выполняла трюки, в основном на 180 и 360 градусов. Она просто дала волю нервам и расслабила мышцы, но ее разминка была безупречной. В следующем раунде она выложится по полной.
К тому времени, как она добралась до финиша, мое сердце билось где-то в горле, но, черт возьми, она была великолепна.
– Чувак, теперь твоя очередь.
Я надел защитные очки и начал выполнять трюки, не усложняя их и для разминки. И когда я встретил Рейвен внизу, она была увлечена разговором с ДжейЭром о том, что он хочет, чтобы она попробовала в следующий раз. Он даже не поговорил со мной, прежде чем отправить нас обратно на подъемник.
Мы с Рейвен снова пронеслись по парку, преодолевая препятствия, чтобы снова встать в очередь на пайп.
– Спасибо тебе, – сказала она.
– За что?
Она грустно улыбнулась мне.
– За то, что остался.
У меня было ощущение, что она говорила не о показе.
Завтра у нас будет серьезный разговор. Может быть, сегодня вечером, после празднования. Но в данный момент ей нужно было сосредоточиться на показе.
– Ты готова. Увидимся внизу.
– Хорошо. – Она кивнула и пошла дальше, на этот раз продемонстрировав серию более сложных трюков.
Я взмахнул кулаком, когда она выполнила прием, над которым долго работала.
– Да.
– Рейвен устраивает показ? – раздался язвительный голос из дальнего ряда.
Ривер отстал на три человека, так что я пропустил тех, кто был между нами, вперед, ожидая, пока он подойдет поближе.
Не совсем подходящее место для противостояния, но, если он испортит Рейвен сегодняшний день, я надеру ему задницу.
– В чем, черт возьми, твоя проблема?
Он усмехнулся.
– Кроме того, что ты трахаешь мою сестру?
То, как он это сказал, с этой дурацкой ухмылкой, заставило меня стиснуть зубы. Да. Определенно, надо было врезать ему в отеле на этой неделе.
– Не испорти сегодня все Рейвен. Понял? – Я бросил на него предупреждающий взгляд.
– Она слишком хороша для тебя. Просто спроси ее. Она скажет тебе, что она лучше всех.
– Так вот в чем дело? – Я сжал руки в кулаки. – Ты злишься, потому что она лучше тебя?
– Как скажешь, – пробормотал он, снимая очки, чтобы поправить их. Ветер сменился, дул с реки. От него пахло травой, и без очков он не мог скрыть стеклянного блеска в глазах.
– Что за… ты под кайфом?
Многие люди курили, когда наслаждались днем катания. Мне это никогда не нравилось, я любил, чтобы у меня была ясная голова, но я не осуждал их.
Вот только я слишком хорошо знал Ривера. Когда он был под кайфом, он был рассеянным и неуклюжим. И правилами показа четко запрещено находиться в состоянии какого-либо опьянения. Если кто-нибудь узнает об этом, его задницу выгонят с курорта.
– Ты не сможешь этого сделать, если будешь под кайфом.
– А я и не под кайфом. – Он надел защитные очки и вздернул подбородок.
– Не лги, Ривер.
– Ты собираешься идти? – Он протянул руку к пайпу, приблизившись слишком близко к краю.
Я выставил руку, не давая ему упасть.
– Отпусти. – Он оттолкнул мою руку.
– Хорошо. – Придурок. Он чертовски разозлится, если я его выдам. Но если он пострадает, если сломает свою чертову шею…
Дерьмо. Я бросился вперед, страшась того, что произойдет, когда я достигну дна, но я отбросил все это, сосредоточившись на своем первом трюке, а затем перешел ко второму – «фронтсайд 1080» (прим. ред.: фронтсайд 1080 – трюк в сноубординге, вариация «передняя сторона» с углом 1080 градусов и стандартной опорой). Мне нужно было как следует оттолкнуться от края, чтобы набрать высоту и совершить достаточное вращение. Скорость была решающей, поэтому я летел, согнув колени, расправив плечи и уставившись в стену. Но краем глаза я заметил вспышку, неоново-оранжевую, цвета пальто Ривера.
Я отвлекся на долю секунды, отводя взгляд от стены, как раз вовремя, чтобы увидеть, как он пролетает передо мной, отрезая мне путь и заставляя дернуться. Этот ублюдок не подождал, не дал мне достаточно времени.
Мое тело дернулось, я попытался изменить угол наклона доски. Но я двигался слишком быстро, и стена уже была надо мной.
Блять.
Льюис будет в бешенстве.
