Наследник (СИ)

Текст добавлен: 8 июля 2026, 19:13

Текст книги "Наследник (СИ)"

Автор книги: Денис Стародубцев

Жанры:

Попаданцы

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Назад к карточке книги

– Где же ты, Максим? – прошептала она. – Где…

* * *

НИЖГРАД

Хостел «Этажи».

Я вернулся примерно через час.

Кира сидела в кресле на первом этаже. Нога на ногу, в руках кружка с чаем. Пар не шёл, видимо. напиток уже давно остыл. Она ждала меня достаточно долго. Когда я зашёл, девушка сразу же вскочила со своего места.

– А вот и я! – радостно крикнул ей.

– Ну и где ты был столько времени? – она всплеснула руками. – Я тебя тут час уже жду! ЧАС! Я уже хотела идти домой, но решила дождаться чтобы посмотреть тебе в глаза.

– У меня было одно очень важное дело, – я улыбнулся. – И теперь я смело могу сказать, что к завтрашнему дню готов.

– Готов? – она прищурилась. – Как ты вдруг резко стал готов? Что ты сделал?

– А вот так вот, – ответил я.

Из коридора вышел Карл.

На нём была старая футболка и треники. Сонный, растрёпанный. Волосы торчат в разные стороны, глаза слипаются. Он как будто уже сутки не выходил из своей комнаты

– О, Карл, привет! – сказал я.

– Добрый вечер, Максим! Как ваши дела? – он зевнул, прикрыл рот ладонью.

– Тебя-то я и искал, – я подошел к нему. – Карл, в твоём гардеробе есть черные брюки и белая рубашка?

– Да… есть… – он удивился. – А что? Почему вы спрашиваете и, самое главное, зачем?

– Да ничего такого, – я усмехнулся. – Завтра наденешь их в суд.

– В суд? – он побледнел. – Как… как на праздник? Это точно будет уместно?

– Именно! – я похлопал его по плечу. – Как на праздник! Завтра мы будем отмечать нашу победу.

– Вы уверены? – голос его дрогнул. – Правда?

– Я никогда не был так уверен, – заявил я. – Иди отдохни и приведи себя в порядок. Выглядишь ты так себе.

Карл кивнул и поплёлся в свою комнату. Кира подошла ко мне.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Максим, – сказала она тихо.

– Мне кажется ты стала забывать, кто тут адвокат! – ответил ей. – Я всегда знаю, что делаю. Пойдёшь завтра с нами?

– Да! Как я могу такое пропустить такое шоу? – ответила синеволосая девушка.

– Тогда, может, останешься тут? Чтобы завтра пойти всем из одного места? – у меня было игривое настроение.

– Я люблю спать в своей кровати, ваша светлость, поэтому пожалуй отправлюсь домой, – с улыбкой на лице сказала она.

Я кивнул ей и мы разошлись.

* * *

Солнце светило в окно. Я проснулся в шесть, даже без будильника.

Встал и принялся делать свой ежедневный ритуал. Сначала зарядка, потом силовые упражнения. Отжимания, три подхода. Приседания, пресс до жжения. Потом душ, чистка зубов. Всё как положено.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

ФИЗИЧЕСКАЯ ФОРМА: УЛУЧШЕНА.

СИНХРОНИЗАЦИЯ: 84%.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

– Прогресс! – сказал я.

Всегда считал и считаю, что у человека есть два пути. Либо он развивается, либо деградирует. Стоять на месте просто невозможно. Я оделся в свежую одежду. Водолазка, брюки, ботинки. Плащ оставил, не хотел выглядеть в суде, как какой-то оборванец.

Спустился на первый этаж. Клара Захаровна уже стояла у плиты

– Доброе утро, ваша светлость! – сказала она.

– Доброе утро! – я сел за стол. – И зовите меня пожалуйста просто Максим.

– Я приготовила завтрак, – она поставила передо мной тарелку. – Яичница скрамбл. Это любимый завтрак Карла. Думаю… возможно, он последний раз завтракает дома… Хотелось его порадовать.

– Не говорите так, – я покачал головой. – Мы выиграем это дело! Вот увидите!

Из коридора спустился Карл.

Он был одет в черные брюки и белую рубашку. Выглажено идеально, спасибо Кларе Захаровне, но сидело мешковато. В плечах широко,в рукавах длинно. Лицо бледное, руки трясутся. Мда, видок так себе, если честно.

– Д-д-д-доброе утро, всем! – заикаясь сказал он.

– Доброе, герой! – я кивнул. – Выглядишь как на свадьбу! Ну жених!

– Я… я очень волнуюсь… – он сел за стол.

– Не надо волноваться, – подбодрил парнишку. – Я буду рядом с тобой.

– А если не получится? Я не хочу в тюрьму… Так плохие люди…

– Отставить такие настроения в сторону! – я отрезал кусок яичницы. – Сказал же, всё будет хорошо.

– А если нет?

– Тогда мы будем носить тебе передачки, – я усмехнулся. – Вон Клара Захаровна сухарей тебе сделает.

Он не понял, шучу я или нет.

Мы доели. Клара Захаровна разлила нам ещё кофе.

– Карл, – сказал я. – Дай мне честный ответ.

– Да…

– Ты когда-нибудь в своей жизни вообще воровал?

– Нет! – он вскочил так, что стул отодвинулся. – Клянусь! Всеми святыми! Мамочкой клянусь!

– Садись, – я махнул рукой. – Я верю. Мне просто нужно было услышать это ещё раз перед выходом.

Он сел и продолжал дрожать. Я допил кофе и потом встал.

– Ну что, Карл… – сказал я. – Поехали в суд?

Глава 11

Мы дошли до здания суда. Оно стояло в центре города. Серый камень, высокие колонны, голограмма герба Империи над входом – двуглавый орёл с вертикальными зрачками. Чуть ниже надпись мигала золотым оттенком:

«ПРАВОСУДИЕ – ОСНОВА СФЕРЫ»

Красиво, пафосно и в то же время ни хрена не правда.

Я посмотрел на Карла. Он стоял рядом со мной, бледный, как та рубашка, которую надел сегодня. Ботинки начищены до блеска, брюки отглажены, волосы зализаны. Сразу видно – мама готовила к важному событию в его жизни.

– Ну ты как? Держишься? – спросил я.

– С-с-с-страшно, М-м-максим, – заикаясь, ответил он.

– Страшно – это хорошо! Не боится только дураки! – толкнул в бок парнишку.

– А вдруг меня всё-таки осудят? – наводил суету Карл.

– А вдруг завтра метеорит упадёт? ЧТо тогда? Хорош уже! Думай позитивно, стакан всегда наполовину полон! Всегда! – сделал отсылку к одному моему современнику из прошлого мира, жаль, он не оценил.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

СОСТОЯНИЕ:

СТРЕСС У КАРЛА 100%.

РЕКОМЕНДАЦИЯ:

ПРЕДЛОЖИТЕ ТЕХНИКУ ГЛУБОКОГО ДЫХАНИЯ

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

Ага, конечно.

Это хорошо, что ещё Клара Захаровна с нами не поехала. Она очень хотела. Мы с трудом уговорили её остаться.

– Я должна быть там! – сказала она, стоя в дверях хостела, теребя фартук. – Это мой сын! Мой единственный ребёнок!

– Клара Захаровна, – я взял её за руку. – Вы будете волноваться. Карл будет волноваться вдвойне. Он и так трясётся как осиновый лист, а если ещё вы начнёте всхлипывать в зале, он вообще рухнет прямо там, и его будут откачивать. Вам оно надо?

– Но…

– Никаких «но». Сидите здесь и ждите. Как только всё закончится, мы сразу же вернёмся.

– А если что-то пойдёт не так? – голос дрожал.

– Если что-то пойдёт не так, я приеду сам и расскажу, что мы будем делать дальше. Не переживайте!

Она всхлипнула, но решила остаться. Катя подошла, обняла её и повела на кухню. Карл смотрел матери вслед, и у него дёрнулся глаз.

Утро было серым. Небо затянуто тучами, моросил мелкий дождь. До суда мы дошли пешком минут за двадцать. Я смотрел по сторонам и не переставал удивляться окружающему. Улицы Нижграда оживали, машины летали прямо над нашими головами. Я заметил мужчину, который выгуливал свою собаку, и на нём были какие-то огромные наушники.

– А это для чего такие большие? Особенно громкие? – спросил я у Карла.

– Максим, с вами точно всё нормально? Это же уже старая технология. Помогает давать команды питомцу прямиком в мозг и переводить его ответы.

– Нихрена себе! Это получается, прямо с собакой говорить можно? – удивился я.

– Н-н-ну, говорить будет громко сказано. Это же всё-таки собака… Но понимать, чего она хочет, вполне. – ответил мне парнишка.

В интересное время живу.

– Максим… – позвал Карл.

– Что?

– А если я скажу что-то не то? Что тогда?

– А ты не будешь практически говорить, для этого есть я. Когда будет допрос, то говори всё как есть. Ничего не выдумывай.

Он замолчал, а через некоторое время спросил:

– А вы не боитесь?

– Чего же? – поинтересовался я.

– Н-н-ну проиграть. Это же важно для р-р-репутации.

– Слушай, Карл. Единственное, чего я боюсь, что мой клиент окажется в тюрьме! Ты не виноват, поэтому я абсолютно спокоен. – объяснил я своему клиенту.

Он шмыгнул носом.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

УРОВЕНЬ СТРЕССА КАРЛА: 65%.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

– Прогресс… – прошептал я.

– Что вы говорите? – спросил Карл.

– Да ничего. Это я так, мысли в слух…

У здания суда нас встретила Кира. Она стояла у входа, прислонившись к колонне, и держала в руке стаканчик с кофе. Синие волосы сегодня были собраны в высокий хвост. Косуха, джинсы, тяжёлые ботинки. Выглядит так, будто пришла не на суд, а на рок-концерт. Мне нравился её стиль.

– Ну что? – спросила она, отхлёбывая кофе. – Готовы?

– Я готов, – ответил я. – А вот Карл сомневается.

– Я готов! – пискнул парнишка.

Кира усмехнулась, и мы отправились в суд. Внутри здание было старым, но чистым. Мраморный пол, выложенный мелкими плитками. Кое-где трещины, но видно, что за всем тут следят. Высокие потолки, на стенах какие-то портреты неизвестных мне людей. Все с вертикальными зрачками. Аристократы, будь они неладны.

На входе какие-то рамки, которые, видимо, исполняли функцию металлоискателей.

– Ваши вещи, – сказал охранник в чёрной форме.

На груди бейдж: «Сержант Чижов».

У меня с собой ничего не было, Кира положила рюкзак, а Карл часы, которые ему дала Клара Захаровна с собой «на удачу».

– Оружие есть? – спросил сержант.

– Есть, – ответил я. – Но я оставил его дома.

Он поднял голову и с подозрением посмотрел на меня.

– Шучу, – сказал я. – Нет оружия, я просто мирный адвокат.

Он фыркнул. Видимо, ему было не смешно. Ну не знаю, а мне шутка зашла.

Мы прошли через арку. Далее нас встретил длинный коридор, метров пятьдесят. Скамьи вдоль стен, обитые каким-то подобием дерматина. Кое-где на скамьях сидели люди, каждый был занят своим делом. Над дверьми таблички: «Зал № 1», «Зал № 2», «Кабинет председателя», «Комната свидетелей», «Кабинет прокурора».

– Нам в третий зал, – сказала Кира. – Я узнала.

– Откуда? – спросил я.

– У меня свои источники, – она подмигнула. – Шучу, я уточнила, пока ждала вас.

Мы сели на скамейку у двери. Дверь была массивная, дубовая, с бронзовой ручкой. Надпись на ней гласила: «Зал судебных заседаний № 3».

Карл сел рядом, положил руки на колени. Дышал часто, как загнанная лошадь.

– Ты чего? – спросил я.

– В-в-волнуюсь… – ответил он.

Надо было с этим что-то делать. Хм, послушаем совет системы.

– Дыши глубже… – сказал я парнишке.

– Пытаюсь.

– Не пытайся, а дыши. Вдох-выдох, вдох-выдох. Всё будет хорошо! Поверь мне, я в судебном деле собаку съел.

– Вы ели собаку? – он посмотрел на меня с ужасом.

– Переносное выражение… Не отвлекайся! Дыши!

Мимо прошёл мужчина. Высокий. Волосы тёмные, зачёсаны назад, с лёгкой сединой на висках. Лицо хищное, с острыми чертами. Нос с горбинкой, скулы выделяющиеся, подбородок с ямочкой. Одет в чёрный дорогой костюм, галстук серебристый, на ногах лакированные ботинки, которые сверкали даже при тусклом свете. В руках какая-то большая папка с документами.

– А это что за птица? – сказал я тихо.

– Кто? – не понял Карл.

– Ну вот этот хер!

Он прошёл мимо нас, даже не взглянув. Сел на скамью напротив, достал из кармана очки в тонкой оправе, надел, начал читать документы. Палец пролистывал страницы. Абсолютное спокойствие, как у самурая перед боем.

Система отправила уведомление

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

ОППОНЕНТ: ДМИТРИЙ КЛЫКОВ.

СТАТУС: ПРОКУРОР ОБВИНЕНИЯ.

ОПЫТ: 15 ЛЕТ. ПОБЕД: 96 ИЗ 120 ДЕЛ.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

– Это наш противник. Пятнадцать лет опыта, девяносто шесть побед… – сказал я.

– Откуда вы знаете? – удивился Карл.

– Ты что, забыл? – я постучал по голове. – Тебя защищает лучший адвокат империи.

– А у вас сколько побед? – спросил меня мой клиент.

– У меня ни одного поражения, – не соврал я. – А сегодня ещё будет и первая победа.

Карл побледнел ещё сильнее. Хотя куда уж больше, он и так был белый как мел.

– Не дрейфь, Карл, – я похлопал его по колену. – Все великие начинали с нуля.

Мы сидели в коридоре ещё минут двадцать. Я смотрел на двери, на людей. Кто-то заходил, кто-то выходил. Женщина в чёрной мантии, секретарь, пробежала с папкой, стуча каблуками по мрамору. Полицейский конвоир, здоровенный мужик с квадратной челюстью, скучал у стены, ковырялся в зубах. Где-то плакал ребёнок. Чёрт, какого хрена там вообще делал ребёнок?

Скучающая, злая, бюрократическая рутина. Как в старые добрые времена. Уже скоро должно было начаться заседание.

– Карл… – позвал я парнишку.

– Что? – отозвался он

– Нам с тобой надо прогуляться до туалета… – сказал я.

– Серьёзно? Я же только ходил… – удивился парнишка.

– Я не спрашиваю, хочешь ли ты. Сказал надо, значит надо! – недовольно буркнул я.

Я встал, взял его под локоть. Кира посмотрела на меня удивлённо.

– Мы быстро, – сказал я.

– Без нас не начнут! – усмехнулась она.

* * *

Через некоторое время мы вышли из туалета и вернулись обратно.

В коридоре уже собрались люди. Секретарь в чёрной мантии проверяла список, водя пальцем по экрану зеркала. Полицейские конвоиры стояли у двери, переговаривались шёпотом. За нами к кабинету подошёл какой-то парень в кепке с низко надвинутым козырьком на глаза. Серый спортивный костюм, кеды. Совершенно не вписывается в здешний антураж.

– Нас пропускают? – спросил я у секретаря.

– Карл Немов? – спросила она, не поднимая глаз.

– Да… э-э-это я… – единственное, чего я хотел, чтобы мой клиент не потерял сейчас сознание.

– А вы защитник? – спросила меня женщина.

– Адвокат. Всё верно.

– Фамилия?

– Изумрудов. Максим Изумрудов.

Она на секунду замерла, посмотрела на меня, увидела вертикальные зрачки, чуть заметно удивилась и кивнула.

– Проходите. Вы за стол защиты, он находится слева от места судьи.

Я взял Карла под локоть, и мы прошли вперёд. Кира пошла следом.

– Слушатели на скамьи, – сказала секретарь.

Кира улыбнулась и прошла внутрь, заняв свободное место.

Зал был небольшим. Метров сорок, не больше. Скамьи для публики деревянные, потёртые, явно видавшие не одно дело. Стол для адвоката слева, с микрофоном и лампой. Стол для прокурора справа, с такими же причиндалами. Кресло судьи высокое, массивное, с гербом Империи на спинке, обитое красным бархатом. За креслом висел флаг Империи. По бокам от него двери.

На стенах портреты. Видимо, это были судьи прошлых лет. Те же вертикальные зрачки, как у меня. Создатели этого интерьера явно не обладали вкусом. Минус пять за оформление.

За столом прокурора сидел Клыков. Рядом с ним мужик лет пятидесяти. Короткая стрижка, тяжёлый подбородок, в недорогом костюме: пиджак мешковат, брюки стрелки не держат. Смотрит зло, исподлобья. Пальцы сцеплены в замок. Видимо, это и был тот самый дядя Гриша.

Рядом со столом защиты сидела секретарь и стенографист. Женщина лет сорока, с мышиным лицом и каменным выражением. Механические пальцы стучали по клавишам, как пулемёт.

– Сиди прямо, – сказал я. – Не крутись. Вообще веди себя максимально расслаблено.

В зал заходили люди. Один, двое, трое. Женщина, пожилой мужчина с палочкой, еще кто-то. Все они сели на сторону обвинения. Видимо, знакомые дяди Гриши. Потом зашли ещё двое. Крупные мужики в кожанках. Видимо, какие-то деловые партнёры.

На нашей стороне сидела только Кира и тот парень в кепке. Он сел на задний ряд, низко опустив голову. Лица не разглядеть, кепка надвинута почти на глаза. Руки спрятаны в карманы.

– Кто это? – спросила у меня Киры.

– Не знаю, – пожал плечами – Может, журналист.

– Журналист без зеркала? Да и на такое дело? Как-то странно… – удивилась она.

– Может, начинающий, – ответил я.

– Сомнительно, – подытожила синеволосая девушка.

Парень сидел ровно. Не смотрел по сторонам и вообще не шевелился.

Снова вылезло системное уведомление.

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

УЧАСТНИКИ СУДА:

СУДЬЯ – ОЛЬГА ВОЛГОВА

ПРОКУРОР – ДМИТРИЙ КЛЫКОВ

ПОТЕРПЕВШИЙ – ГРИГОРИЙ ЖИРОВ

ПОДСУДИМЫЙ – КАРЛ НЕМОВ

АДВОКАТ – МАКСИМ ИЗУМРУДОВ

⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘⫘

– Встать! – раздался звонкий голос секретаря.

Все встали. Дверь за креслом судьи открылась. Вошла госпожа Волгова. Женщина лет пятидесяти, седая, короткая стрижка. Очки в толстой оправе, но зрачки всё равно видны, вертикальные, как у всех судей. Видимо, не аристократы такие должности в этом мире занимать не могли. Чёрная мантия, белый воротничок. На груди небольшой герб Империи. Под мышкой кожаная папка с бумагами. Короче, всё было при ней.

Я удивлялся и не понимал одного: зачем в таком высокотехнологичном мире документацию всё ещё ведут на бумаге? Видимо, чтобы отдать дань традициям. Другой адекватной причины я найти не смог.

Она подошла к креслу, села. Поправила очки. Положила папку перед собой. Взглянула на зал.

– Садитесь! – грозно сказала она.

Все, как по команде, сели.

– Дело номер 47−21, – она открыла папку. – Слушается по обвинению Немова Карла Алексеевича в краже денежных средств в крупном размере. Сторона обвинения – прокурор Клыков Дмитрий Сергеевич. Потерпевший – Жиров Григорий Петрович. Сторона защиты – адвокат…

Она посмотрела на меня.

– Изумрудов Максим Алексеевич.

Я кивнул.

– Адвокат, вам нужно слово? – спросила она с лёгкой издевкой.

– Ваша честь, – я встал. – Мой клиент не виновен, и я докажу это сегодня. На этом у меня пока всё.

Она слегка усмехнулась.

– Хорошо, – кивнула она. – Прокурор, ваше слово?

Клыков встал. Медленно, даже торжественно. Поправил свой галстук, наигранно кашлянул.

– Уважаемый суд, – начал он. – Подсудимый Немов Карл работал в автомастерской потерпевшего Жирова Григория Петровича. Имел доступ к кассе. В день кражи он находился на рабочем месте после закрытия мастерской.

– После закрытия? – переспросила судья.

– Да, ваша честь. Мастерская закрывается в девять вечера. Подсудимый проник в помещение после окончания рабочего дня, что подтверждается показаниями свидетеля.

– У вас есть доказательства, что он забрал деньги? – уточнила судья.

– Свидетель видел его у кассы.

– Понятно, – судья сделала пометку. – Продолжайте.

– Согласно показаниям свидетеля, – Клыков достал лист бумаги, – Немов находился у кассы и производил какие-то действия напоминающие её открытие. Следствие считает, что мотивом послужили финансовые трудности и обида на потерпевшего, с которым у подсудимого ранее возник конфликт.

– Конфликт? – спросила Волгова.

– Да, ваша честь. Немов был уволен незадолго до кражи. – заявил прокурор с довольной мордой.

– Причина увольнения? – поинтересовалась судья.

– Неудовлетворительное отношение к работе, – Клыков посмотрел на Карла с лёгким презрением. – Подсудимый систематически нарушал трудовую дисциплину, опаздывал, оставлял рабочее место без уважительных причин. Всё зафиксировано.

Я усмехнулся. Громко. Судья посмотрела на меня.

– Адвокат, у вас есть замечания? – буркнула она.

– Пока нет, ваша честь. Пусть продолжает, мне даже интересно.

– Адвокат, попрошу вас не ёрничать. Продолжайте, прокурор.

Клыков нахмурился, но продолжил:

– Кроме того, на кассе отсутствуют следы взлома. Ключи от неё были у подсудимого, который не сдал их при увольнении.

– Не сдал? – спросила судья.

– Да. Факт наличия ключей подтверждается показаниями потерпевшего.

– У вас есть доказательства, что у моего клиента были ключи? – спросил я.

– Адвокат, – строго сказала Волгова. – Вы зададите вопросы в своё время.

– Извините, ваша честь, перебил, но ответ меня очень заинтересовал.

Клыков скривился, но ответил:

– Ключи не были изъяты согласно акту приема передачи. При задержании у Немова их не нашли. Подсудимый их, вероятно, уничтожил.

– Вероятно? – я ухмыльнулся. – Вода… Водичка…

– Адвокат! – рявкнула Волгова.

– Молчу, молчу, – я изобразил руками жест, что закрываю рот на замок.

Судья покачала головой.

– Продолжайте, прокурор.

– Свидетель, – Клыков продолжил. – даёт исчерпывающие показания. Он опознал подсудимого по фотографии. На этом у меня всё.

– Защита? – спросила Волгова.

Я встал не спеша. Посмотрел на Клыкова, потом на дядю Гришу.

– Ваша честь, – сказал я. – Уважаемый прокурор только что изложил версию, которая держится на единственном столпе – показаниях свидетеля. Нет отпечатков пальцев, нет записей камер, нет орудия преступления и ключей, нет ничего. Мы имеем слово человека против слова моего клиента. Дело сшито дешевыми нитками, и все тут это понимают.

Клыков вскочил:

– Ваша честь, защита вводит суд в заблуждение!

– Я ещё не закончил! – обернулся к нему.

– Тишина! – стукнула судья. – Адвокат, продолжайте.

– Я ходатайствую о допросе свидетеля, – сказал я. – И прошу признать его показания недостоверными до начала допроса.

– Это не основание. – заметила Волгова.

– Не основание, – согласился я. – Но я попробую доказать, что свидетель говорит неправду.

– Ходатайство принято, – кивнула она. – Но так как свидетель со стороны пострадавшего, сначала его допросит прокурор. Введите свидетеля.

Дверь открылась. Вошёл Геннадий Смирнов. Он был бледный. Седая щетина, дешёвый костюм, галстук какой-то кривой. Руки тряслись, ноги заплетались. Жалкое зрелище. Смотрел в пол. Прошёл к скамье свидетелей, остановился, огляделся. Увидел меня и вздрогнул.

– Свидетель, – сказала судья. – Вы даёте показания под присягой. За дачу ложных показаний предусмотрена уголовная ответственность. Вы понимаете это?

– Понимаю… – голос его был уже не такой уверенный.

– Клянётесь говорить правду и ничего кроме правды?

Он взял небольшую паузу, а потом ответил:

– Клянусь!

– Присаживайтесь, свидетель.

Он сел на своё место. Клыков подошёл к нему.

– Геннадий Петрович, – начал он тихо, доверительно. – Расскажите суду, что вы видели в тот вечер.

– Я… я… – он сглотнул. – Я закончил свою работу и шёл домой своим обычным маршрутом.

– Во сколько?

– Около одиннадцати. Точно не скажу, на часы я не смотрел.

– Продолжайте.

– Проходил мимо автомастерской… И увидел…

– Что вы увидели? – Клыков вёл диалог в нужное русло.

– Свет. Внутри горел свет, а мастерская должна была быть давно закрыта. Я каждый день там хожу, – сказал Геннадий.

– И что вы сделали?

– Я заглянул в окно. Касса… у кассы стоял молодой человек.

– Вы его узнали? – спросила судья.

– Тогда нет, так как я не знаком с парнишкой лично, но потом опознал. Это был… это был Немов Карл! – произнёс свидетель.

– Вы уверены?

– Уверен.

– Как вы его опознали?

– По лицу. У него… прыщи и рост подходящий, причёска, – он сделал небольшую паузу. – Да и одежда.

– Одежда? – Клыков кивнул. – Какая?

– Чёрная куртка, тёмные брюки, кроссовки.

– Вы запомнили лицо хорошо?

– Да… У меня отличная память…

– Спасибо, – Клыков закончил. – Вопросов больше нет.

Он отошёл обратно на своё место. Волгова посмотрела на меня.

– Адвокат, теперь ваш допрос.

Я встал. Медленно. Спокойно. Никто, кроме меня, не знал в тот момент, как пойдёт дело.

– Геннадий Петрович, – сказал я, приближаясь. – Вы нервничаете?

– Н-нет, – он потёр лоб.

– А почему же так дрожите? – спросил я с улыбкой на лице.

– Это… это просто небольшое волнение. Знаете, не каждый день показания в суде даешь.

– Понимаю, – я улыбнулся. – Большой зал. Судья, прокурор, зрители, вредный адвокат. Все смотрят на вас. Но я не кусаюсь, не переживайте. Я просто задаю правильные вопросы.

Он молчал.

– Вы же знаете, что за дачу ложных показаний можно сесть в тюрьму? Судья напомнила вам это… – спросил я.

– Я… я не даю ложных показаний.

– Вы уверены?

– Уверен. Говорю только то, что видел.

– Адвокат, – вмешался Клыков. – Вы давите на свидетеля, это недопустимо.

– Нисколько, – ответил я, не глядя на него. – Я просто информирую его о последствиях. Это моя прямая обязанность как представителя закона. Мы же общее дело тут все осуществляем.

– Протестую! – крикнул Клыков.

– Протест отклонён, – сказала Волгова. – Адвокат, продолжайте, но без нажима.

– Слушаюсь, ваша честь, – я кивнул. – Геннадий Петрович, вы понимаете, что если сегодня выяснится, что ваши показания ложны, вы проведёте остаток жизни в тюрьме?

– Адвокат! – снова Клыков.

– Я ещё не закончил! – я обернулся к нему. – Успокойтесь, Дмитрий. Ваш свидетель не железный, а вы его нервничать заставляете своим поведением.

Смирнов побледнел сильнее. Пот выступил на лбу, капли потекли по щекам.

– Я… я понимаю.

– Вы уверены, что видели именно Карла Немова? – спросил я.

– Уверен, – резко ответил свидетель.

– Вы его знали раньше? – продолжил я допрос.

– Нет.

– Видели когда-нибудь до того дня?

– Нет. Думаю, видел тогда впервые.

– И тем не менее опознали?

– Мне… мне показали фотографию… Он был подозреваемым…

– Ага, – я кивнул. – По фотографии. То есть вы не были знакомы с ним, никогда не видели в жизни, а потом вам показали фотографию, и вы сказали: «да, это он»?

– Да. Всё верно.

– А если бы вам показали другую фотографию – другого человека, вы бы опознали и его?

– Нет!

– Вы уверены?

– Уверен!

Я остановился. Сделал паузу. Посмотрел на судью. Она что-то писала себе в блокнот.

– Геннадий Петрович, – я продолжил. – Вы помните, во что был одет подсудимый в тот вечер?

– Я уже говорил. В чёрную куртку и тёмные брюки.

– А сегодня?

– Сегодня – в чёрные брюки и белую рубашку.

– То есть вы его узнали, но не по одежде, потому что одежда разная, а по лицу?

– По лицу… да…

– А теперь скажите, какие у него глаза?

Смирнов замер.

– Какие… какие глаза? – удивился свидетель.

– У подсудимого. Какие глаза? Сможете назвать цвет?

Он открыл рот. Закрыл. Посмотрел на Карла. Посмотрел на меня, потом перевел свой взгляд на судью. Было видно, что он как тонущий искал хотя бы где-то руку помощи.

– Я… я не помню.

– Не помните? – я сделал шаг вперёд. – Вы его опознали по лицу, но не помните, какие у него глаза?

– Я… там было темно…

– Темно? Вы же сказали, что в мастерской горел свет.

– Свет… да, горел… но…

– Но вы не рассмотрели глаза?

– Не помню…

– Геннадий Петрович, – я наклонился. – Что-то, по-моему, не сходится. Вы так не считаете?

– Я… я не знаю… – он уже почти начал заикаться.

– Адвокат! – заорал Клыков. – Вы издеваетесь над свидетелем!

– Я просто задаю вопросы, – я выпрямился. – Ваша честь, я настаиваю.

– Протестую! – крикнул прокурор.