355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Дебра Дайер » В дебрях страсти (Испытание мечтой) » Текст книги (страница 2)
В дебрях страсти (Испытание мечтой)
  • Текст добавлен: 9 сентября 2016, 17:37

Текст книги "В дебрях страсти (Испытание мечтой)"


Автор книги: Дебра Дайер



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 27 страниц)

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Этот человек варвар. – Дойдя до окрашенной в бледно-зеленый цвет стены, Кейт, не останавливаясь, развернулась и направилась обратно, к открытому балкону, в дальнем конце гостиной. – Мы прекрасно обойдемся без него.

– Боюсь, что нет. Он человек поистине для нас бесценный.

Услышав иронический смешок своей дочери, Фредерик Витмор оторвался от карты Амазонки, которая лежала у него на коленях.

Стоя напротив открытых дверей, Кейт смотрела вдаль, на бухту. Изумрудные горы окружали город, вздымая над ним свои могучие зубчатые вершины, точно края гигантской раковины, открывшейся, чтобы показать свою жемчужину. Алые и золотые лучи полуденного солнца врывались в комнату вместе с ветром, обдававшим ее лицо теплой влагой и ароматом апельсиновых деревьев и жасмина из близлежащих садов.

– Даже если бы он согласился быть нашим проводником, ему вряд ли следует доверять. Тот, кто способен заставить бедных, наивных индейцев промывать для него золотой песок в обмен на несколько безделушек, едва ли может считаться порядочным человеком.

– Складной нож большая ценность для индейцев, чем золото, – сказал Остин Синклейр.

Кейт взглянула через плечо на мужчину, сидящего в кресле. Хотя она узнала Остина совсем недавно, ей казалось, что они всю жизнь были друзьями. Полгода назад этот высокий элегантный мужчина с густыми черными волосами и бледными серо-голубыми глазами пришел в их лондонский дом, чтобы обсудить с отцом его последнюю книгу.

Жгучий интерес к Антлантиде объединил их, лорд Остин Синклейр, он же маркиз Самерсет, он же сын герцога Давентри, стал добрым другом и Фредерика, и Кейт. Естественно, они пригласили его присоединиться к их экспедиции.

– Не понимаю, почему вы защищаете его. Остин взглянул на нее, в его серых глазах мелькнуло озорство.

– Вероятно, потому, что его нет здесь, и он не может ничего сказать сам в свою защиту.

– О, это нечестно. Вы подкалываете меня.

Она повернулась кругом и пошла обратно к стене, юбка цвета слоновой кости взметнулась.

Хотя ее платье было новым, сшито оно было не по современной моде. Кейт ненавидела турнюры; они были непрактичны, они стягивали тело, из-за них женщина выглядела, как уродливый верблюд. А ткани, которые использовались, чтобы создать это убожество, подходили больше для обивки мебели, а не для женского платья. Четыре года назад, когда ей было двадцать два года, она сама начала придумывать себе фасоны, к ужасу ее портного.

– Девлин Маккейн подлец, – сказала она

– Интересно, – прошептал Фредерик, наблюдая за возбужденными движениями своей дочери. – Вот уж не думал, что он произведет на тебя такое удручающее впечатление. Должен признать, я нашел этого человека довольно приятным.

– Приятным! – Кейт остановилась около круглого стола, стоявшего рядом с софой, где сидел ее отец. – Ты знаешь, что у него в казино есть танцовщицы? – Она водрузила руки на пояс, эту позу отец часто называл позой классной дамы. – На этих женщинах почти нет одежды, они скачут по сцене, задирая куцые юбки и дрыгая ногами.

– Неужели?-Фредерик взглянул на нее поверх своих узких очков для чтения. Солнечный свет ласкал его взъерошенную шевелюру, вплетая серебряные пряди в густые темно-каштановые кудри. – Я не видел танцующих девушек, когда заходил к мистеру Маккейну.

Кейт нахмурилась.

– И скорее даже разочарован этим.

Он улыбнулся, глубокие морщинки легли в углах темно-карих глаз. Будучи владельцем крупнейших в Англии кораблестроительных компаний, он тем не менее предпочитал большую часть времени посвящать археологии, точнее всему, что связано с Атлантидой.

– Моя дорогая, ты иногда чересчур уж серьезна. – Он принялся небрежно складывать карту, не заботясь о том, чтобы это было сделано по уже имевшимся сгибам. – И слишком придирчива ко второй половине человечества.

Кейт дотронулась пальцами до щеки, вспоминая нежное прикосновение руки Девлина Маккейна. Возможно, Маккейн думал, что женщины млеют от его прикосновений. Без сомнения, так и происходило с большей их частью.

– Ты не понимаешь. Для таких, как он, мужчин, женщины – всего лишь приятное украшение. Он уверен, что наше предназначение состоит в том, чтобы служить игрушками для мужчин.

Прежде чем заговорить, Фредерик пристально на нее посмотрел.

– Я думаю, многие женщины нашли бы мистера Маккейна очень привлекательным. В самом деле.

– Только те, которые хотели бы, чтобы их ударили по голове и утащили в близлежащую пещеру.

В комнате раздался густой смех Остина. Когда Кейт повернулась, чтобы смерить его леденящим взглядом, он поднялся с кресла. Его губы были изогнуты в улыбке, прятавшейся в аккуратной бахроме его черной бороды.

– Пойду прогуляюсь перед обедом. Глядишь, придумаю какую-нибудь приманку, которая заставит Маккейна, этого «подлеца», выполнить его долг. Увидимся позже.

Он оставил дочь и отца одних.

– Жаль, что мистер Маккейн не хочет сопровождать нас в нашем путешествии. – Фредерик повертел мятой картой. – Сдается мне, что это как раз тот человек, который сможет заставить тебя изменить мнение по некоторым вопросам.

– Если ты имеешь в виду замужество, могу заверить тебя, что Девлин Маккейн меньше, чем кто бы то ни было, способен переубедить меня.

– А по-моему он весьма способный человек, Кети.

– Меня его способности мало волнуют. У меня нет ни малейшего желания стать собственностью мужчины. Ни один мужчина не заставит меня расстаться со свободой, тем более Девлин Маккейн.

– Союз с достойным человеком обогащает, а не лишает свободы. – Он сдвинул очки на лоб. – По-моему, твоей матери никогда и в голову не приходило, что я украл у нее свободу.

– Это совсем другое.-Хотя мать Кейт умерла при родах, она много знала о ней от отца, благодаря его нежным воспоминаниям о той, которой он поклонялся. – Ты не такой, как большинство мужчин. – Она опустилась па софу рядом с отцом и положила ладонь на его руку. – Ты заботливый, чуткий. Ты никогда не пытался сдерживать меня или унизить, только потому, что я рождена женщиной. Ты редкость.

– Я воспитал тебя, как сына, – Фредерик погладил ее по руке. – Как умел. Но я казню себя за то, что из-за моего невежества ты замкнулась в себе, упустила то, что очень важно в человеческой жизни.

Кейт покачала головой.

– Нет ничего, что мужчина может предложить женщине взамен потери независимости.

Фредерик скривил губы, его темные брови слегка поднялись.

– Есть. Одна, или, вернее, две вещи, которые мужчина может предложить женщине.

– Если ты имеешь в виду плотское удовольствие, меня это не интересует. Я уверена, что интеллектуальное наслаждение, занятие наукой гораздо приятней и интересней.

В ее сознание вкрался образ обнаженного Девлина Маккейна, каким она увидела его в первый раз, каждый дюйм его властной дикой красоты. Воспоминание вызвало спазм мускулов где-то в глубине ее тела и незнакомый прежде всплеск огня, поразивший ее.

– Есть кое-что в этой жизни, чего не должен упустить ни один человек, Кети. Любовь, духовная и физическая, самое ценное на свете.

Воспитанная ученым, она приучена была удовлетворять свое любопытство по любому поводу. И ее отец давным-давно объяснит ей все, что касалось того, что Кейт определяла как «процесс спаривания людей». Она никогда не забудет румянец, который горел на щеках ее отца, когда он объяснял ей, что, как и почему. И она была очень ему признательна за то, что он не держал ее в неведении.

– Отец, неужели ты надеялся, что я буду бросаться в объятия каждого проходящего мужчины?

Фредерик улыбнулся.

– Я надеялся, что ты бросишься в объятия Остина. Но, кажется, ты считаешь этого красивого молодого человека скорее своим братом, чем потенциальным любовником.

– Конечно, отец, – Кейт удивленно подняла брови. – Ты поистине поражаешь меня.

– Моя дорогая дочь, если бы я воспитал тебя должным образом, тебя бы поразили твои собственные слова.

. – Ты правильно меня воспитал, – сказала она, беря мятую карту из его рук. – Ну что бы ты делал, если бы я сбежала с каким-нибудь мужчиной? – Она развернула карту и принялась складывать ее правильно, по изгибам. – Ты можешь себе представить, что отправишься в экспедицию без меня?

– Я был эгоистом. Мне следовало послать тебя в хорошую школу, а не нанимать учителей и не таскать за собой по всему миру. Но мне с тобой было так весело, Кети, так хорошо.

– И теперь ты хочешь выдать меня замуж и избавиться от меня.

Она положила аккуратно сложенную карту ему на колени.

– Тебе нужен кто-то в этой жизни. Я не всегда буду с тобой. Мне страшно подумать, что ты останешься совсем одна.

– Не говори об этом. – Она сняла очки с его лба, сложила их и положила во внутренний карман его светло-серого пиджака. Пожав плечами, сказала. – Ты еще совсем не старый.

– Годы властны над всеми нами. – Он зажал ее руку между своих ладоней. – Я так рад, что у меня есть ты, Кети. И мне не безразлично, кто будет с тобой, когда ты достигнешь MOCI о возраста.

– У меня есть работа. – Она почувствовала внутри дрожь, крошечное эхо желания, которое вселялось в нее, если она не боролась с ним; чаще всего оно настигало ее ночью, когда она была слишком усталой, чтобы сопротивляться.

– И работы будет достаточно?

– Муж никогда не разрешит жене рыскать по всему миру в поисках потерянных миров. Он потребует, чт обы я бросила работу. Он потребует, чтобы я стала послушным маленьким украшением, подавала чай и обеды и… я не знаю, что еще. Мне было бы так противно все это, неужели ты не понимаешь? А через год-другой и он возненавидел бы меня – как я его, за то, что он превратил меня в нечто, совсем на меня непохожее.

И все же она пыталась иногда представить: каково это – соединить свою жизнь с каким-нибудь мужчиной, чувствовать, как обнимают тебя его руки. «Если я когда-нибудь встречу мужчину, который оставит мне мою независимость, который будет моим компаньоном…» Ах, но где ей найти такого человека… Она пришла к выводу, что он попросту не существует.

– Остин, кажется, принадлежит к тому типу мужчин, который никогда не будет держать тебя на привязи.

Это была правда. По крайней мере, так казалось. Но где гарантия, что этот человек не переменится после брачной церемонии? Где гарантия, что ты не окажешься в ловушке?

– Я уверена, что Остин никогда и не помышлял просить моей руки.

– Ну, если он наберется смелости, может и попросит.

Милый Остин. Такой он был умный и добрый, такой шутник. И смотреть на него одно удовольствие – она не могла этого не признать. У него было решительно все, что хочет женщина от мужчины. Однако между ними установились пусть очень теплые, но исключительно дружеские отношения. А этого было недостаточно.

Ее снова настиг образ Девлина Маккейна, принеся с собой волну тепла, странно беспокоящего ее тело. Она встала и взяла стоящий на столике рядом с софой стакан.

– Я просто не понимаю, как ты мог подумать, что я могу выйти замуж за такого человека, как Девлин Маккейн.

Взгляд отца дал ей понять, каким откровением прозвучал для него этот внезапный поворот в их разговоре. Она подняла глиняный кувшин в форме тукана – здесь его называют морингью – и налила воду из клюва в стакан.

– Уверяю тебя, я нахожу мужчин менее привлекательными, чем… чем тукан.

– Нет, это я пить не буду. – Кейт обнаружила в стакане дюймового таракана, барату, плавающего в воде. Дрожь пробежала у нее по позвоночнику. В этом климатическом поясе всюду ползали какие-то насекомые. Вот почему полы везде были голые: блохи любят селиться в коврах.

Она все еще не привыкла к жирным черным тараканам, они были повсюду. Сегодня утром один из этих красавцев дремал в ее туфле. Так как отец не разделял ее отвращения к этим мерзким существам, то не считал нужным убивать их. Некоторым он даже стал давать имена, тем, кто появлялся чаще своих собратьев.

– . Отец, мне бы хотелось, чтобы ты не держал своих любимцев в кувшине с водой.

– Я застал Горацио за пожиранием обложки моего дневника этой ночью, – сказал Фредерик, наблюдая за дочерью, которая понесла свой стакан к балкону. – Маленький дьяволенок любит есть кожу.

Кейт выплеснула Горацио на улицу и вернулась в комнату. Изумленный вздох и длинное ругательство заставило ее замереть.

– О Боже! – прошептала она, глядя на отца. Фредерик склонил свою темную голову, на его губах была улыбка.

– Я думаю, тебе следовало выглянуть наружу, прежде чем выкидывать бедного Горацио с балкона

Кейт бросилась обратно на балкон и, взглянув вниз, обнаружила Девлина Маккейна, который стоял на траве в двадцати футах ниже и смотрел на нее. Солнце играло в каплях, повисших на его темных волосах. Кейт следила за блестящей капелькой, которая скользнув с его щеки, упала на могучую шею и исчезла под воротником белой сорочки. Ее воображение дорисовало, как эта капелька скатилась в густые черные завитки, покрывавшие, как она знала, его широкую грудь.

Увидев ее, Девлин сделал глубокий вздох и с шумом выпустил воздух через стиснутые зубы.

– Мне следовало предвидеть это.

Она почувствовала, как от смеха ей свело живот, она еле сдерживалась и даже прикусила губу, чтобы не расхохотаться.

– Мне ужасно жаль, – сказала она с предательски вырвавшимся смешком.

Девлин заметил ее насмешливый взгляд и вопросительно вздернул темную бровь.

– Жалеете, что не выбросили следом и стакан?

– Ну раз уж вы сами это сказали, то да.

– Мистер Маккейн, пожалуйста, простите мою дочь, – Фредерик положил руки на перила рядом с Кейт. – У нее плоховато с чувством юмора. Поднимайтесь. В комнате есть чистое полотенце. Номер 203.

Кейт посмотрела, как Маккейн скрылся под балконом, потом повернулась к отцу.

– Почему ты думаешь, что он направляется сюда?

– Возможно, он изменил свое решение, – сказал Фредерик, возвращаясь в гостиную.

Кейт последовала за ним. Ее пальцы по-прежнему сжимали стакан.

– Он считает, что мы дураки, поскольку верим в Аваллон.

– Он прагматик, дорогая.

– По-моему, он просто невоспитанный невежа. Кейт поставила стакан на стол около кувшина и взглянула на свои ладони. Они были влажными, и это скорее всего из-за Девлина Маккейна, нежели из-за мокрого стакана, который она держала. Когда раздался стук в дверь, она вздрогнула.

– Между прочим, ты покраснела, – сказал Фредерик, направляясь к двери.

– Отец, пожалуйста, не будь вульгарным, – прошептала она, борясь с желанием прикрыть горящие щеки руками. Она сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить внезапно забившееся сердце. Боже милостивый, она вела себя как женщина, влюбленная в какого-нибудь жестокосердного красавца. В слабоумного представителя существ, которых она не выносила. Ну уж нет, с ней подобной чепухи никогда не произойдет.

Кейт стояла около софы, глядя, как ее отец открывает дверь и приветствует Девлина Маккейна. Она всегда была уверена, что ее отец довольно высок. Но Маккейн на несколько дюймов был выше шестифутового стройного Фредерика. На мгновение Маккейн заполнил собой весь дверной проем, потом отец пригласил его войти. Маккейн широким пружинистым шагом прошел в комнату. Настоящий гигант.

– И снова грубая сила и мощь этого человека поразили ее. Они были заметны в каждом его движении, они обвевали ее, как жаркий ветер в пустыне. Ей вспомнились легенды о бессмертных богах, живущих на высоких горных вершинах, спрятанных за облаками от простых смертных.

Она читала в кельтских преданиях о мужчинах, наделенных магической силой, о мужчинах, которые уносят земных женщин в свои небесные дворцы, где они становятся недоступны холодящему прикосновению времени. Бессмертие. Вечная жизнь среди величия и власти.

Это все не более чем миф, напомнила она себе, Маккейн обыкновенный человек. Просто не совсем цивилизованный. Но она по-прежнему ощущала дрожь в глубине тела, пугающую слабость, которую вызывал У нее один лишь взгляд на этого мужчину – ощущения, доселе ей неведомые.

Большинство из знакомых ей мужчин были ученые или аристократы. Таких, как Девлин Маккейн, она никогда не встречала. Может, он поэтому так поразил ее, успокаивала она себя. Между тем, она ничего не могла поделать с собой, ее неудержимо тянуло к этому грубому варвару. Ну да, она ведь все-таки ученый.

Она совсем не из тех женщин, которых можно очаровать красивым лицом и прекрасно сложенным телом. Просто он ей любопытен, и только. И все же она не могла не думать о том, каково это прикоснуться к нему, почувствовать его теплую кожу своей ладонью. Его теплую, гладкую кожу. Маккейн посмотрел на нее и поймал ее взгляд. Опять.

Серые и голубые тени мерцали, как грозовые облака в его глазах, края радужной оболочки были тронуты густой синевой. Зачарованная серебряно-голубым взглядом Маккейна, она не могла шевельнуться, у нее перехватило дыхание.

Этот взгляд пронизывал. Такого она прежде не испытывала. Он опалял, он испепелял все маски, за которыми она пыталась скрыться. Девлин срывал с нее пелену, и у нее было такое ощущение, будто он прочел ее дневник и теперь знает все ее секреты, и даже те, в которых она боялась себе признаться.

Ее отец что-то говорил, но она не слышала его, увлеченная собственными мыслями. Маккейн подошел и протянул ей руку, заполнив ее собой.

– Мисс Витмор, я думал, мы… – Девлин осекся и сделал глубокий вдох.

– Что случилось? – спросила Кейт.

Девлин внезапно вздрогнул и спешно сунул руку под воротник сорочки, будто там у него был раскаленный уголь.

– Что это!.. – он передернул плечами. – Что-то непо…

Наблюдая за его судорожными движениями, Кейт, наконец, догадалась, в чем дело. Они с отцом переглянулись и с хохотом воскликнули:

– Горацио!

– Горацио? – удивленно спросил Девлин.

– Папин любимый таракан, – сказала Кейт, преодолевая смех, готовый прорваться в любую минуту, – Он был в моем стакане.

Девлин выпучил глаза.

– Где ванная?

– Там, – сказал Фредерик, ткнув пальцем в дальнюю дверь.

Не переставая дергаться, Девлин Маккейн устремился в указанном направлении. На ходу он срывал пиджак и лихорадочно расстегивал пуговицы рубашки. Кейт зажала рукою рот, содрогаясь от беззвучного хохота.

– Кети, здесь не над чем смеяться – Фредерик посмотрел на свою дочь, улыбнувшись уголком рта, осветив суровые черты лица.

– Ты видел его лицо? – Кейт больше не сдерживалась, она никак не могла насмеяться. – Как он перепугался!

Фредерик прокашлялся, пытаясь не поддаться желанию расхохотаться.

– Тише, Кети Он же все слышит.

Кейт схватилась руками за талию и в изнеможении упала на софу.

– Храбрый Девлин Маккейн. На короткой ноге с убийцами… людоедами… а Горацио заставил его побледнеть от страха.

– Думаю, я бы повел себя не лучше – Все еще улыбаясь, Фредерик посмотрел через плечо на дверь. Кто-то к ним стучался. – Интересно, кто это?

Кейт набрала в легкие воздуха и попыталась успокоиться. Сквозь набежавшие от смеха слезы она видела, как отец прошел и открыл ее. То, что случилось потом, было совсем не весело.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

В комнату ворвались двое темнокожих мужчин. Тот, что поменьше ростом, ткнул пистолетом в грудь Фредерика, заставляя его отойти назад, в комнату. Другой, очень высокий и, видимо, очень сильный направился к Кейт.

Кейт вскочила на ноги.

– Что вы хотите?

Верзила не ответил. Он продолжал на нее надвигаться – настоящий неуклюжий медведь, маленькие темные глазки буравили взглядом ее лицо. Кейт судорожно обернулась, прикидывая, куда бежать. Но тут верзила ухватил ее за руку и с такой силой рванул, что она, потеряв равновесие, упала на него.

Она и вздохнуть не успела, как он обхватил ее своей ручищей за талию и поднял над полом: ее спина скользнула по его груди, а ноги беспомощно болтались. Кейт открыла рот, чтобы закричать. Но его огромная лапа, чуть не с окорок величиной, зажала ей рот п не дала ей издать ни звука

– Отпустите ее! – закричал Фредерик. Но только он шагнул к дочери, мужчина, державший Кейт, прислонил к ее горлу нож, на длинном, изогнутом лезвии которого сразу заиграли лучи угасающего солнца. Фредерик замер, оцепенев.

– Выполняйте то, что вам прикажут, и мы вас не тронем, – сказал маленький мужчина. – Нам нужна карта. Отдайте ее нам, и мы уйдем.

Тот, что поменьше, наверное, американец, скорее всего из Нью-Йорка, решила Кейт, услышав, что он почти не растягивает гласных. Ну да, в Рио можно было найти людей любой национальности. Этих двух типов мог нанять кто угодно.

Холодная сталь вжалась в ее горло. Она боялась даже сглотнуть, малейшее движение могло стоить ей жизни. Она посмотрела на отца, пытаясь сдержать дрожь, которая била ее все сильнее Спокойствие. Ей надо взять себя в руки. Только трезвая оценка ситуации поможет найти выход из этой жуткой неприятности.

– Карта находится в безопасном месте в Лондоне. – Фредерик не сводил глаз с лица Кейт. – Моя дочь хорошо помнит ее. Но она вряд ли может нарисовать ее, если вы перережете ей горло.

Кейт закусила нижнюю губу. Они оба отлично помнили карту. Но ее отец хотел внушить им, что ее жизнь гораздо важнее, чем его. Но этим заявлением он подвергал себя огромному риску.

– Отлично, Жоко, – произнес коротышка, не отрывая пистолетного дула от груди Фредерика. Он покосился на Кейт прищуренными темно-карими глазами, как будто солнечный свет из окна мешал ему. – Отпусти ее.

У Кейт чуть не подкосились ноги, когда ее поставили на пол. Она негодовала на себя за эту слабость. Она должна оставаться спокойной, хотя было очень сомнительно, что эти двое уйдут, оставив каких-либо свидетелей своего преступления.

– Ладно, леди, – сказал коротышка. – Садись к столу и живо рисуй нам карту.

Кейт усилием воли передвинула ставшие будто ватными ноги и пошла к столу. Усевшись на стул из палисандрового дерева, она подумала о том, что они вряд ли смогут понять, насколько верна карта, которую они хотят от нее получить. Она достала лист белого пергамента, решив изобразить затейливую схему, которая могла привести на Пиккадили с тем же успехом, что и в потерянный город Аваллон.

– Только без фокусов, крошка, – сказал коротышка. – Нам известно, что вы оба держите карту в голове. Когда ты кончишь, мы попросим твоего папочку сделать то же самое. Если карты будут различаться, мы отрежем тебе твой маленький пальчик. Для начала.

Кейт судорожно сцепила руки. Человек с ружьем усмехнулся.

– Нам нужна точная карта, включая те забавные пометки, которые помогут найти верный путь.

Кейт нахмурилась, открыв чернильницу. Откуда эти люди знают, что они оба помнят карту? Откуда им известно про символы? Может, кто-нибудь из них видел оригинал?

Она обмакнула перо в чернильницу и посмотрела на чистый лист бумаги. Стоит ли ей рисковать и обманывать их? Да, впрочем, какое это имеет значение? Если они не придумают, как спастись, они с отцом в любом случае будут мертвы. Она была уверена в этом.

– Начинай.

Внезапно у нее за спиной раздалось рычание, – со стороны верзилы. Кейт облизала пересохшие губы и прижала кончик пера к бумаге.

Кто-то внезапно вскрикнул от боли. Голос был низкий.

– Отец, – прошептала Кейт, резко обернувшись и не думая о гиганте, нависшим над ее стулом.

Она была уверена, что увидит, как ее отец корчится от боли. Но увидела она Девлина Маккейна, который, сбив с ног второго бандита, упал с ним рядом и пытался добраться до ружья… Медленно Девлин поднялся: настоящий древний воин, очнувшийся от вечного сна, а золотые лучи ласкали безупречные линии обнаженных плеч и груди.

– Отойдите от этой женщины, – сказал Девлин, направляя пистолет на сторожившего Кейт верзилу.

Даже находясь на значительном расстоянии от Маккейна, Кейт явственно ощущала дикую ярость, которая переполняла его огромное тело. Эта ярость покалывала ее кожу, потрясая и пугая одновременно.

– Ты ударил Франки, – воскликнул Жоко таким тоном, будто он был хилым переростком, а не матерым бандитом.

Кейт вскочила на ноги… нужно как можно дальше отбежать от этого великана и его ножа. Но стоило ей встать, Жоко схватил ее за талию и прикрылся ею, будто щитом.

– Уберите от меня свои руки, – закричала она, стараясь вывернуться. Ледяной ужас охватил ее, когда холодное плоское лезвие скользнуло по ее щеке. Страх накатывал, как горькая волна… лезвие двинулось вниз, погладило ей щеку и замерло на ее шее.

– Брось оружие.

Кейт чувствовала своей спиной, как верзила судорожно дышит. Девлин нахмурился и взглянул на Кейт так, будто хотел задушить ее. Казалось, прошла вечность, и Кейт уже думала, что Маккейн позволит бандиту разрезать ее на мелкие кусочки, наконец, Маккейн бросил пистолет.

– Откинь его подальше.

Девлин пнул пистолет ногой. Тот заскользил по гладким деревянным панелям и остановился в нескольких шагах от Кейт. Не поворачивая головы, она смотрела на оружие… Если он попадет к этому громиле, то эти бандиты будут творить с ними все, что им угодно. Она сжала кулаки и почувствовала, как к ладони прижалось перо, оно все еще было у нее в руке.

Она перевела взгляд с тревожного лица отца на Маккейна. Тот стоял, опустив руки, балансируя на подушечках пальцев, словно ягуар, готовый к прыжку. И если он только сдвинется с места, его тут же убьют.

Будь он самым ловким человеком в мире, он не сможет добраться до пистолета раньше верзилы. Она срочно должна была что-то предпринять.

Жоко немного ослабил хватку и нагнулся за пистолетом. Девлин тоже рванулся за ним. Кейт с размаху вонзила острый кончик пера в шею Жоко. Он зарычал, как раненый медведь, и отвесил ей удар, который пришелся повыше пояса. От внезапной боли у нее перехватило дыхание, она пошатнулась, стиснув руками талию.

Девлин схватил пистолет первым, но едва он выпрямился, Жоко ударил его плечом в грудь. От сильного столкновения оба свалились. Сплетясь в яростной схватке, они покатились по полу.

– Кети, ты в порядке? – спросил Фредерик, оттаскивая ее подальше от дерущихся, и крепко стиснув ее руку повыше локтя.

В груди у Кейт сильно жгло, и она жадно втянула воздух.

– Помоги ему, – прошептала она, глядя как Девлин борется за пистолет.

Дерущиеся подкатились к софе. Две руки, одновременно вцепившиеся в пистолет, взметнулись около софы; одна обнаженная, другая в черном одеянии… В какой-то миг пистолет выскочил и скользнул как раз к тому месту, где находилась Кейт. Она попыталась шевельнуться, но почему-то все движения получались какими-то замедленными. Казалось, каждый шаг занимал целую вечность, а пистолет двигался вместе с ней.

Она услышала звук металла и столкнулась взглядом с Девлином. В это мгновение Она увидела свою судьбу в его серебряно-голубых глазах: она чуть не погибла от выстрела пистолета, который он держал в руке. Он тоже это ясно понял. Девлин застонал, его лицо исказилось от напряжения, когда он направил руку Жоко вверх.

Пистолет выстрелил. Грохот пронзил воздух, затем раздался треск падающей штукатурки. Кейт прижала руку к сердцу, у нее чуть не подкосились ноги.

– Кети, уходи отсюда, – закричал Фредерик, подталкивая ее к двери в холл.

Пройдя несколько шагов, Кейт обернулась. Ее отец топтался около дерущихся, не зная, каким образом включиться в борьбу. Если Жоко завладеет пистолетом, и ее отец, и Девлин будут уже мертвы к тому времени, как она вернется с помощью.

Она бросилась к столу, стоящему около софы, и схватила кувшин. За ее спиной раздавались крики, доносившиеся из холла. Выстрел пистолета привлек внимание. Но они не успеют помочь Девлину. Жоко высвободил свою руку: Кейт увидела это и в это же мгновение бросилась к ним. Он навалился на Девлина, стараясь вырвать пистолет из руки Девлина.

Она замахнулась кувшином, метя прямо в круглую лысину на макушке Жоко. Но в этот миг он откатился, и теперь кувшин стремительно двигался к густой шевелюре Девлина Маккейна. Кейт не смогла сдержать инерцию, было уже слишком поздно.

Кувшин с глухим звуком обрушился на голову Девлина. Вода расплескалась, обрызгав мужчин на полу. Кувшину ничего не сделалось, Кейт продолжала сжимать его дрожащими пальцами. Горловой стон вырвался у Девлина, и ой повалился на Жоко. Кейт услышала, с каким шумом воздух вырвался из его легких, и закусила нижнюю губу.

– Эй, что у вас здесь? – донесся из холла мужской голос.

Кейт услышала отдаленный крик отца. Дверь открылась, раздались крики. Жоко вскочил на ноги и схватил пистолет. Кейт опустилась на колени, ударив кувшином о пол.

Девлин лежал на боку, спиной к ней, одна рука откинута, другая сложена под телом. Алые отблески заката скользили по его плечам, словно пытались разбудить спящего принца.

– Мистер Маккейн, – прошептала она, осторожно поворачивая его на спину. Глаза его были закрыты, губы слегка раздвинуты. Казалось, он не дышал.

Она положила его голову себе на колени, дотронулась до его лица, коснувшись кончиками пальцев его губ. Боже милостивый, он не мог умереть.

– Ты должен дышать. Ты должен.

– Пусть только кто подойдет…

Кейт оглянулась через плечо. Жоко отступал к открытой двери с пистолетом в руке, его приятель был перекинут через его мускулистое плечо. Несколько человек стояло в проходе, несколько в холле, среди них Кейт узнала знакомых англичан, остановившихся в этом отеле. Эдвин Мелвилл, куратор Британского музея, стоял в центре толпы и всматривался в комнату. Все расступились, давая дорогу Жоко.

– Как он? – спросил Фредерик, опускаясь по другую сторону от Девлина.

– Не знаю. – Кейт приложила руку к сердцу Девлина и затаила дыхание. Шелковые завитки, теплая кожа и медленный, но устойчивый ритм приветствовали ее ладонь. От счастья она чуть не лишилась сознания.

– Он жив, – прошептала она, наклоняясь над Девлином.

– У тебя нет нюхательной соли, а, Кейт? – Фредерик поднял руку Девлина и похлопал по ней.

– Я в жизни не падала в обморок.

– Нет, конечно, нет.

– О Боже, Фредерик, что здесь произошло? – спросил Эдвин Мелвилл, схватив Фредерика за плечо.

– Двое… за картой, – произнес Фредерик, поднимаясь.

– И они получили ее?

– Нет, – сказал Фредерик. – Маккейн подоспел вовремя.

– Кэтрин, дорогая, с вами все в порядке? Вы невероятно бледны.

– Со мной все хорошо. – Кейт оторвала взгляд от неподвижного лица Девлина Маккейна и взглянула вверх, на высокого худого мужчину, стоящего рядом с отцом. Она чуть ни с пеленок знала Эдвина и его сына Роберта. Хотя Эдвин и Фредерик почти все время спорили, их дружба началась еще в студенческие годы, в Оксфорде.

– Отец, мы должны что-то предпринять. Может, немного воды.

– Воды? Да. Я принесу немного воды. Не волнуйся, дорогая. Я уверен, что с ним все будет хорошо. Он сделан из крепкого материала. – Фредерик повернулся к Эдвину. – Позаботься об этих людях и пошли кого-нибудь за полицией.

– За полицией?-Эдвин так смотрел на Фредерика, как будто тот только что сбежал из Бедлама.

Хотя они были ровесниками, им обоим было по пятьдесят два, Эдвин выглядел старше лет на десять. Лишь несколько каштановых прядей уцелело в густых седых волосах, глубокие морщины скопились вокруг темных глаз, у носа пролегали резкие складки, прячась в пышных свисающих усах. Наверное, Роберт уже свыкся с мыслью о не столь уж далеких похоронах, – подумала Кейт.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю