Текст книги "Хорошие девочки предпочитают плохих мальчиков"
Автор книги: Дарья Кошевая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 18 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]
Его глаза были небесно-голубыми, а волосы такими белыми, что поспорили бы со свежевыпавшим снегом. Я осторожно кивнула, глядя в зеркало. В горле пересохло. Не смотря ни на что, я осознала, что незнакомец красив, как никто другой. Эдакий ангел с улыбкой дьявола.
– Ты становишься сильнее. Твоя жизнь теперь будет другой. Если ты конечно захочешь этого.
Он с вызовом посмотрел на меня и ухмыльнулся. Эта ухмылка брала меня на «слабо». Черт, я в собственной ванной разговариваю с зеркалом, по которому показывают безумно сексапильного блондина!
– А если не захочу?
– Мы с тобой никогда не встретимся.
– Хм, – я сделала вид, что раздумываю. – А на кой ты мне сдался? Я тебя даже не знаю.
– И упустишь шанс узнать получше? А вдруг я твоя судьба? И если мы не познакомимся, так и будешь всю жизнь встречаться с придурками, они будут изменять тебе, ты им, а вокруг будет ложь и боль?..
– Откуда ты знаешь?
– Про измены? Я наблюдал за тобой последние дни. Признаюсь, если бы ты не врезала своему муженьку, я бы пришел и сам его прибил. Ударить такую женщину!.. Пф, вот видишь, мы еще не знакомы, а я уже тебя ревную.
Я облокотилась на раковину, бездумно сдавливая ее пальцами. Это какое-то наваждение!
– Так ты готова изменить свою жизнь и стать сильной?
– Что мне нужно сделать?
– Иди на наш зов. Мы ждем тебя.
Изображение в зеркале пропало. Ванная комната выглядела так, будто ничего не произошло.
Я отыскала рюкзак в шкафу и сгребла туда всю еду, какую удалось отыскать в холодильнике. Сверху – запотевшую бутылку минералки.
И вышла за дверь.
Теперь я слышала зов.
Маршрутка довезла меня до автовокзала и пошла на кольцо. Я пересела на рейсовый автобус, но и он скоро скрылся в дорожной пыли, оставив меня одну. Дальше я планировала добираться автостопом. Или пешком. Как получится. Я надела солнечные очки и взлохматила волосы. Чувство своды буквально переполняло меня изнутри. Посигналил проезжавший мимо водитель. Я вытянула руку вперед.
КамАЗ подпрыгивал на ухабах, а я на своем жестком сидении. Водитель, который представился как Колян, то и дело поглядывал на меня и улыбался щелью между зубов.
– Куда едешь, красавица? – наконец не выдержал он. Я неопределенно махнула рукой.
– А я вот… – и он начал нескончаемый рассказ о себе. Собачка на приборной панели кивала в такт каждому его слову. Меня клонило в сон. Скоро я окончательно отключилась и мне приснились чьи-то голубые глаза.
С утра Колян высадил меня на развилке. Я помахала ему рукой, глотнула воды из бутылки, поправила рюкзак на спине и пошла вперед…
Это был длинный путь.
Дорожная пыль забивала глаза и нос. На кого я должна быть похожа? Уже давно никто не останавливался и не подвозил меня, ноги болели от утомительной ходьбы. Но я знаю, совсем немного осталось! Я скоро дойду. Они зовут меня, они ждут, некогда отдыхать, надо идти…
Глава вторая
Длинная трудная дорога наконец вывела меня… Куда-то… Место было ничем не примечательным, просто я понимала – все. Добралась. Здесь меня уже ждали. Парень и девушка, похожие между собой словно брат и сестра. Он, тот самый, из зеркала, поднялся с камня, на котором сидел и подал мне руку.
– Пойдем домой, – сказал мягким вкрадчивым голосом.
«Красные скалы», – значилось на деревянной табличке.
– Скоро дойдем, – с улыбкой пообещал Блондин. Он не представился, поэтому про себя я его так и называла. Красавчик, а я всегда западала на красавчиков. Но в этом парне кроме высокого роста, обалденно-белых волос, голубых глаз и мягких, будто созданных для поцелуя губ, было что-то еще. И я не про оставшиеся части тела. Что-то в его душе. Темное, таинственное, возможно опасное. Но такое манкое. М-м-м. Какая завлекательная добыча.
– Здорово! – вернула ему улыбку. Блондинка (которая тоже не представлялась) отставала от нас на несколько шагов и хранила ледяное молчание.
– Вон там, – он махнул рукой. – Поселок «Красный». А нам туда, – Блондин указал противоположное направление. Мы свернули с дороги, миновали простеньки деревянный мост. Речка тоже называлась «Красной». Никакого воображения у людей!
– Любишь красный цвет? – пошутил парень. Я принужденно рассмеялась.
– Обожаю, – сделала серьезное лицо.
– Тогда тебе понравится.
– Что понравится?
Он приложил палец к губам и хитро сощурил глаза:
– Увидишь!
Мне было весело и легко. Не покидало ощущение праздника. Так я предвкушала перемены в жизни.
Мы поднялись на заросший одуванчиками холм, и мне открылся вид потрясающей красоты! Огромные и величественные стояли… Красные скалы. И да, не сомневаюсь, что они так и называются. Острые вершины терялись в облаках.
– Это… это… – я онемела от восторга.
Блондин довольно кивнул. Зеленая равнина раскинулась под нашими ногами на километры вокруг, со всех сторон ее обступали горы, бросая свои тени на ее тело.
– Фантастика! – выдохнула я. – Никогда не слышала про это место!
Девушка скривила губы в легкой ухмылке, как будто я сморозила величайшую глупость.
Мы спустились в долину. Налитая солнцем трава мягко шуршала под ногами.
Чем ближе мы подходили к скалам, тем сильнее бросалось в глаза, что они обитаемы. Балконы, увенчанные колоннами, были выдолблены прямо в камне, над ними располагались широкие окна, увитые плющом.
Когда мы пересекли зеленое поле и оказались прямо перед отвесной стеной из красного камня, нам открылась уходящая вверх лестница. Я запрыгнула на первую, утопленную в землю ступеньку.
– Береги силы, – сказал Блондин. – Можешь мне поверить, они тебе пригодятся.
Действительно, поднимались мы долго. Лестница петляла, расширялась и сужалась, а порой становилась и вовсе практически вертикальной. Наконец, мы вышли на открытое каменное плато. Прямо в недра скалы вела огромная двухстворчатая дверь из железа, покрытая вензелями и живописной ржавчиной. По обе стороны от двери сидели каменные статуи, похожие на жуткий гибрид обезьяны и дракона. Кажется, они называются горгульи. Блондинчик привычным жестом потянул за ручки. Дверь бесшумно открылась, являя мне отшлифованные до блеска красные стены, пол и потолок, от которых отражались лучи электрических ламп и светильников, стилизованных под факелы… Где-то там, в глубине наверняка прятались запутанные лабиринты коридоров.
Блондинка пихнула меня плечом, чтобы я прекратила зевать, и вошла первой. Не подарив мне напутственных слов, оправилась по своим делам. Эхо еще долго хранило цокот ее каблуков. Я сделала пару шагов и остановилась. Взгляд мой жадно шарил вокруг, ни на чем конкретно не останавливаясь, эмоции переполняли.
– Я внутри скалы! Невероятно!
Парень хохотнул, потом взял меня под руку и повел за собой:
– Пойдем, покажу тебе твою комнату. Наверняка, ты мечтаешь о душе с дороги и сытном обеде? А еще я прикупил для тебя немного одежды, ведь ты совсем без вещей, – он покосился на запылившийся в дороге рюкзачок, свисающий с моего плеча.
Я благодарно кивнула и подумала: «Действительно, почему я налегке? Куда бы я ни отправлялась, сумки всегда ломились от обширного гардероба и милых сердцу безделушек. А на этот раз я даже не взяла фотографий родных!» Ответ пришел сам собой: я просто хотела оставить свою прошлую жизнь позади, а не тянуть этот груз с собой.
Коридор, поворот налево, еще один коридор (кажется, здесь легко заблудится) и вот мы пришли. Блондин так и сказал:
– Пришли, – и галантно пропустил меня вперед. Я скользнула в дверной проем. – Располагайся. Я зайду через пару часов.
Комната была большой, это первое, что бросалось в глаза. Красные стены, опять-таки. У стены огромная деревянная кровать, рядом шкаф, тумбочка и стул. Мебель как будто из рекламы антикварного магазина. Что ж, я не жалуюсь. Напротив кровати – потрясающее зеркало в мой рост, овальное, облаченное в бронзовую раму. Рядом маленький туалетный столик. В углу разместился еще один стол, на этот раз письменный, сделанный из добротного дуба. Я приметила еще одну дверь. За ней оказалась ванная комната.
Не теряя времени, я комфортно растянулась в каменной ванне с гидромассажем и даже принялась что-то напевать. Кайф!
Усталость смылась от меня в водосток, вместе с грязной водой. Сама я как будто стала легче и моложе.
Посвежевшая и чистая, я вылезла из ванной, встала на холодный гладкий пол, вытерлась полотенцем и завернулась в мягкий белый халат. Вышла в комнату. Голод гнал меня к столу, где я заметила накрытый металлической крышкой поднос. Интуиция не подвела, там действительно оказалась еда. На тарелке остывала великолепная отбивная с картошкой. В миске был греческий салат, а в бокале сливовое вино потрясающего вкуса. Я молниеносно разделалась с угощением. Приятная сытость расползлась по телу.
Хотелось во что-то переодеться, поэтому я полезла в шкаф. Каюсь, мне было любопытно, что «прикупил» для меня Блондин. На вешалках висели платья. Даже не висели, а теснились, так их было много! И что это были за платья! Мечта любой женщины! Разных цветов и фасонов, они составили бы честь гардеробу любой королевы! Я прикладывала их к себе одно за другим, трогала ткань, вдыхала запах. Наконец, остановилась на одном: длинном, почти до пола, синем, словно море перед штормом. Корсет подчеркнул мою тонкую талию и зрительно увеличил грудь. Для такого платья я бы даже отрастила волосы!.. Черные туфли были единственными, но очень красивыми и изящными. Как раз такими, как я люблю. На столике оказалась вазочка с украшениями и много дорогой косметики. Интересно, кто ее выбирал?.. Я выловила из всеобщей массы побрякушек тяжелые серьги с имитацией брильянтов. А может и не имитацией. Сейчас я бы ничему не удивилась. Я полностью уверилась, что попала в волшебную сказку!
Блондин появился как раз в этот момент. Я, наивная девушка, ожидала, что он восхитится моей неземной красотой, но парень лишь окинул меня беглым взглядом и уточнил:
– Тебе понравились платья?
– Да, – разочаровано, а потому сухо ответила я. Он кивнул, не вдаваясь в детали, и сделал мне знак идти за ним. Я и пошла.
Лабиринт коридоров очень скоро совсем меня запутал, так что я перестала смотреть по сторонам. Зябли оголенные плечи. Наконец, Блондин привел меня в какой-то зал и пропустил вперед. Я огляделась вокруг: на стенах висело множество зеркал, а в середине стояла скульптура из белого мрамора, которую мне еще предстояло рассмотреть.
– Познакомься со своим новыми сестрами, – серьезно сказал Блондинчик. Три девушки с любопытством повернулись ко мне. Слово «сестры» неприятно кольнуло слух. Разумеется, кроме родных сестренок, никакие другие мне не нужны. Но я все-таки постаралась нацепить маску приветливости. По крайней мере, ради красавчика. Пусть видит, какое я дружелюбное создание.
– Александра.
– Лена, – протянула мне руку рыжая веснушчатая девчонка с растрепанным хвостом, и широко улыбнулась.
– Марина, – жеманно представилась другая, поправляя глянцевый шоколадный локон. Мы смерили друг друга оценивающими взглядами, словно дуэлянты, собирающиеся стрелять с десяти шагов. Марина была ухоженной шатенкой с кукольным личиком и острым взглядом. Судя по презрительно скривленной губе, характерами не сойдемся.
– Тоня, – сказала третья, некрасивая толстушка со сросшимися бровями и потупленным взором. Я еще немного повыжимала дружелюбную улыбку. Блондинка обнаружила свое присутствие голосом из массивного, оббитого черным бархатом, кресла:
– Кто-нибудь, проводите Сашу к Учителю.
– Я провожу, – кивнула Лена. – Пойдем.
Она нырнула в боковую арку, а я за ней. Блондин остался позади. Я ведь даже не знаю его имени! И имени той стервы тоже не знаю…
– Скажи, а как их зовут? – неловко уточнила я, когда мы скрылись на достаточное расстояние.
– Госпожа Аретта и господин Люс, – спокойно ответила девушка. Госпожа и господин?!.. Я недоверчиво хмыкнула.
– А Учителя зовут господин Хрейг, – добавила Лена. – Вот, кстати, мы и пришли.
Она аккуратно постучала в дверь маленьким кулачком.
– Войдите, – раздался мужской голос с той сторон. Лена заглянула в проем:
– Господин Учитель, к вам Саша.
– Хорошо, Леночка, пусть заходит.
– Иди, – она подтолкнула меня внутрь. Я оказалась в весьма живописном кабинете. За громадным дубовым столом сидел странного вида бородатый мужичек с хитрыми глазами. Он с интересом уставился на меня. Я ответила наглым любопытным взглядом и без спроса села на стул перед ним. О, эту наглость я в себе холила и лелеяла, выпестовала ее, как могла, потому, что прожить без такого ценного качества было не в пример сложнее! Наглость как защитная маска, наглость как трамплин для прыжка по карьерной или любовной лестнице.
– Я закурю, – сказал хозяин кабинета, и запыхтел трубкой, не дожидаясь моего ответа. По комнате пополз крепкий аромат табака. Я тоже раньше курила, но потом поняла, что отбеливание зубов обходится мне слишком дорого. У каждого свои причины, чтобы быть здоровым. Впрочем, сейчас я бы тоже с удовольствием выпустила колечко дыма в потолок. Но мне не предлагали.
– Значит, в один прекрасный день ты проснулась и почувствовала себя не такой как все? – спокойно и даже с некоторой ленцой спросил господин Хрейг. Я встрепенулась и растерянно кивнула:
– Вроде того.
– Расскажи мне про этот день, – вкрадчиво попросил он. Я не стала упрямиться и рассказала. Мужчина не перебивал и внимательно слушал, иногда почесывая бороду.
– Очень любопытно, – подытожил он, когда я, наконец, замолкла. Потом померил мне давление, послушал сердцебиение и записал что-то в свой блокнот.
– Ты становишься высшей формой жизни, ты перерождаешься, – сказал господин Хрейг напоследок. Я, не удержавшись, хмыкнула.
– Завтра возьмусь за тебя всерьез, – шутливо пригрозил мужчина. – А теперь иди, отдыхай.
Я вышла из кабинета и побрела по коридору, вовсе не уверенная, что найду дорогу. Но мне повезло – навстречу попалась рыжая Лена.
– А я как раз на ужин, – улыбнулась она, теребя хвостик.
Оказалось, что, во-первых, время ужина уже настало, а во-вторых, есть полагалось все-таки на кухне. В обед мне просто оказали любезность, не более того. Это что касается нас, сестер. А господа принимали пищу в своих комнатах. Так что моя сказка все больше напоминала «Золушку», а мы – богато одетую прислугу. Девушки, по их собственным заверениям, все дни напролет трудились по хозяйству.
– Ну, мы же сестры, мы должны… – вяло возражала мне Тоня. У меня были собственные мысли, а также стойкая уверенность, что я никому ничего не должна, но я не стала делиться этими соображениями вслух. Еще успею.
Все же ужинать в компании было приятно и познавательно. Я за обе щеки умяла похлебку с красной рыбой, выпила чай с круассаном и выслушала примерный распорядок моих дел на завтра. По всему выходило, что я не заскучаю.
Потом доползла до своей комнаты и упала в кровать. Люс заглянул ко мне и пожелал сладких снов.
– Хочешь, чтобы я остался?
Я фыркнула и укрылась одеялом с головой. Какая самонадеянность с его стороны!
Ничего мне больше не сказав, он отбыл в неизвестном направлении. На двери была задвижка, но я специально не стала ее закрывать, в надежде, что он еще раз заглянет ко мне с не менее наглым вопросом. Ведь мы с ним толком и не поговорили. Меланхолично заметила, что совсем не вспоминаю о муже.
Сон не шел. И Люс тоже не шел. Пролежав некоторое время, я решила, что могу по крайней мере обследовать парочку коридоров. Так что накинув халат, я выскользнула из спальни.
Немного поплутав, я услышала голоса далеко впереди. И конечно, решила послушать, о чем по ночам говорят в Красных скалах. Оказалось, говорили обо мне.
– Девчонка засланная! Я уверена в этом! – слышался голос Блондинки. – Подумайте сами, зачем Димериусу инициировать для нас новую сестру? Он оставил бы ее себе, как ту кудрявую пигалицу!
– Посылать к нам необученную темную для шпионажа стало бы глупейшей задумкой! – возразил Хрейг.
– Может она обучена, но скрывает это!
– От меня она не спрятала бы своей силы. Александра совсем неопытна и пока не умеет управлять собой. Ее никто не готовил. Кроме того, инициация силы произошла не полностью. Понадобиться еще некоторое время, чтобы она смогла стать настоящей колдуньей.
– Сестра, я следил за ней, так что можешь не беспокоиться попусту. Димериус ее не обучал. Если я не был бы уверен, то ни за что не привел бы ее сюда.
Блондинка громко фыркнула:
– Я тебя знаю, братец. Тебе просто нравится ее задница, не более того.
– И более того тоже. Одно другому не мешает. Я знаю, что Саша – не шпион Димериуса.
Хм. Как раз в этот момент вышеупомянутая Саша была шпионом. Своим собственным, правда. Вот только не ясно, что именно я услышала. И как это все понимать.
Голоса стали приближаться и я на цыпочках поспешила убраться с дороги и вернуться в свою комнату.
Глава третья
Я проснулась совсем замерзшая. Собрала волю в кулак, выбралась из-под одеяла и бегом устремилась под горячий душ. Стоя под струей воды, я думала о Блондине и невольно улыбалась. Все-таки жаль, что он вчера не заглянул ко мне еще раз.
На кухне меня уже ждали. Хотя и делали вид, что совсем наоборот.
– Мариночка, как только новенькая поест, расскажешь ей об обязанностях – сказал Аретта, поднимаясь. На меня она не взглянула.
Девушка согласилась, но как только Блондинка скрылась из виду, перепоручила то же самое Тоне.
– Есть дела поважнее, чем возится с новичками, – фыркнула она. Я молча позавтракала омлетом с вялеными томатами, не спеша выпила кофе и только тогда дала привести себя в зал. Тоня хмуро глянула на меня, потом стала нехотя пояснять:
– Будешь каждое утро прибирать здесь.
Она подошла к белой скульптуре, я за ней. Изваяние оказалось здоровенной пучеглазой рыбиной с открытым ртом. Бр-р, на ум сразу пришли воспоминания о Карпе Петровиче, будь он неладен. На спине рыбы отчетливо проступали слова: «кто услышит наш зов, тот придет».
– Смотри, – Тоня привлекла мое внимание, тряся указательным пальцем с коротким обкушенным ногтем. – Сюда нужно каждое утро лить кровь.
Она продемонстрировала стакан, доверху наполненный красной жидкостью, и плеснула кровь в открытую рыбью пасть.
– Какую кровь?
– Не важно, какую. Сегодня это козлиная. Будешь брать ее на кухне. Тебе понятно?
Я на всякий случай кивнула.
– Дальше.
Тоня побрела к стене, указывая на зеркала.
– Их нужно каждый день протирать. Только очень аккуратно. Попробуй, – она кинула мне фланелевую тряпочку. Я осторожно провела ею по поверхности, но тут же отпрянула с криком.
– Что там такое? Там кто-то есть!
– Я же говорю, нужно работать очень аккуратно! – зашипела на меня Тоня. – Это же души Предков!
– Чьих предков?
Она отмахнулась от меня, как от назойливой мухи. Я еще раз глянула на зеркала и мне поплохело: в каждом из них слабо виднелись лица. И они смотрели на меня.
– Кошмар.
Тоня не ответила, направилась к камину:
– Будешь каждое утро его разжигать. Госпожа Аретта не любит, когда огонь тухнет.
– Хорошо, постараюсь запомнить.
Мы в четыре руки разожгли камин, потом все-таки вернулись к зеркалам.
– Знаешь, я думала, что здесь учат другому, – не смогла я удержать иронию, возя тряпкой по зеркальной поверхности и стараясь не заглядывать в глаза мужчины, обитающего с той стороны.
– И другому тоже, – Тоня явно была не расположена к разговору. Но я не отставала. Любопытство во мне всегда сильнее чувства такта.
– И чему ты научилась за то время, что здесь находишься?
– Не задавать глупых вопросов.
– И все?
Девушка кинула на меня свирепый взгляд. Я в ответ состроила невинную мордочку, которая удавалась мне особенно удачно.
– По мне так лучше уборкой да готовкой заниматься, чем соваться туда, – она указала себе за спину, видимо имея ввиду внешний мир. – Думаешь, хорошо быть госпожой? – Тоня весьма талантливо изобразила аристократическое выражение лица.
– А что, плохо? – не поверила я.
– Пока ты сидишь тут и возюкаешь тряпкой, никто тебя не тронет. Только вылези из норы – светлые колдуны расправятся с тобой в два счета! Как думаешь, что произошло с остальными сестрами? Все они были талантливыми и смелыми. Сила быстро кружит голову! Да-да, их всех убили!
Сердито сопя, она принялась с утроенным усердием натирать стекло.
– Тоня…
– А? – недовольно.
– Кто такие эти «светлые колдуны»?
– Зачем тебе? – девушка подозрительно сощурилась.
– Интересно.
– Светлые – они светлые и есть. Их сила в действии похожа на живой огонь. Говорят – могут сжечь заживо! Они убивают таких, как мы и таких, как господа.
– Почему?
– Они ненавидят нас за то, что мы есть. Да и какая разница, почему! Если увидишь светлого колдуна, то не успеешь спросить, с чего это он тебя испепеляет!
Более-менее разобравшись в вопросе, я хотела было задать новый, но Тоня отмахнулась:
– Не нужно оно тебе. Крепче спишь, когда о таких вещах не думаешь. Иди на кухню. Лене нужна помощь с обедом.
– Есть, – я дурашливо приложила руку к голове и промаршировала в указанном направлении. Девушка хмуро покачала головой.
Лена улыбнулась при виде меня и сообщила:
– Я приготовлю котлетки, а ты сваришь рис.
Мой энтузиазм быстро испарился. Готовить я не люблю и не умею от слова совсем. Не помню, когда стояла у плиты в последний раз. Если мы хотели перекусить, то либо шли в ресторан, либо заказывали еду домой. Я вздохнула, и засыпала рис в кастрюлю, собираясь поставить его на огонь. Оказалось, что уже допустила ошибку.
– А промыть? – удивилась Лена. – Он же будет скрипеть на зубах!
Я сунула рис под кран.
– Эта идиотка сейчас засорит всю раковину! – воскликнула Марина, появляясь откуда-то сзади. – Отдай! – она вырвала у меня кастрюлю. – Иду лучше, отскребай плиту. Я вчера пролила на нее суп, он прикипел.
После обеда я отправилась к господину Учителю. Девушки проводили меня рассерженными взглядами, еще бы, прислуга из меня вышла плохая.
– Здравствуй Саша, – поприветствовал меня мужчина. – Рассказывай, как спала?
– Нормально, – буркнула я.
– Что-нибудь снилось?
– Нет.
– Понятно, – протянул он. – Давай померяем твое давление.
Он снова что-то измерял и записывал. Я начинала все больше раздражаться.
– Первое задание для тебя, – сказал господин Хрейг, отложив статоскоп. Я выпрямилась на стуле. Неужели что-то интересное? Он протянул мне пустой листок и ручку.
– Ты должна составить список из двадцати человек, которых ты ненавидишь.
Я удивилась:
– Зачем это нужно?
– Не спрашивай, – отрезал господин Учитель. – Иди и пиши. Завтра проверю.
Я вернулась в зал и села за стол. Уперлась лбом в собственные ладони.
– В чем дело? – услышала я голос Люса. – Это ведь не сложное задание?
Я подняла на него глаза. В руках Блондин держал стакан с красной жидкостью, из которого торчала яркая соломинка.
– Кровь какого-нибудь несчастного козла? – вяло уточнила я.
– Это гранатовый сок, – хмуро ответил парень. – В чем дело?
Я покачала головой:
– Дело вовсе не в дурацком задании! Хотя и в нем тоже!
– Я тебя не понимаю, – в его голосе я услышала нотки раздражения. – Устал, прости. Сегодня был трудный день. Объясни, пожалуйста, почему ты расстроилась?
– Ты меня использовал!
– Я? Да я еще даже не начал, – хмыкнул он. – Обычно это принято говорить после первой ночи, а не до.
Я вспыхнула, но быстро взяла себя в руки:
– Не придирайся к словам! Ладно, не ты, а вы, все вы хотите использовать меня и таких как я! «Господа», подумать только! Ты обещал, что я стану сильной! Но это все, – я обвела глазами пространство, – какой-то хитрый фокус! Розыгрыш! Вам просто нужны слуги!
Люс почему-то засмеялся, хотя мне вовсе не было весело.
– Впервые такое слышу, – заявил он, и приобнял меня за плечи. – Значит, ты очень хочешь стать сильной?
Я обижено нахмурилась. Он решил поиздеваться надо мной?
– Пойдем.
– Куда?
Он молча потянул меня за руку. Переплетенье коридоров, подъемы и спуски по лестницам и вот мы вышли на широкий балкон. Особенность балкона была в том, что он вовсе не имел перил, а под ногами простилалась километровая пропасть.
– Здорово, – кивнула я, имея ввиду открывшийся вид.
– Это мое любимое место, – сказал Блондин, подходя к краю. – Но я хотел показать тебе что-то другое…
В следующую секунду он толкнул меня вперед. Я даже не успела ничего понять, только что я стояла на гладком красном камне, а теперь под ногами была только пустота.
– А-а-а! – заорала я.
– Держу, держу, – бормотал кто-то, прижимая меня к себе. Я не переставала кричать, закрыв глаза от ужаса.
– Да тихо ты! – гаркнул кто-то прямо в ухо. – Саша, посмотри на меня!
Животная паника мешала мне думать, но я все-таки последовала приказу. И осознала себя висящей над пропастью в объятиях Люса. Он кстати, тоже висел, под его ботинками был только воздух. Мне очень хотелось продолжить незаконченный крик, но парень быстро зажал мне рот.
– Все в порядке, – заявил он. – Ты, кажется, хотела чуда? Хотела проверить, что все это не розыгрыш? Что скажешь теперь?
– Поставь меня обратно, – пробормотала я. Получилось неразборчиво, но Люс понял.
– От чего же? Тебе не нравится парить над землей?.. Хорошо, хорошо, – прекратил он издеваться, увидев что-то на моем лице. Секунда и я почувствовала твердый пол под ногами. Это было замечательное ощущение! На всякий случай я попятилась к стене и плотно прижалась к ней спиной.
– Как ты это сделал? – потребовала я ответа.
– Дай-ка подумать… Магия!
Он снова ухмылялся.
– Ты хочешь, чтобы я поверила в… в… – от переизбытка чувств я начала заикаться, – во все это?..
– А я-то думал, ты здесь для того, чтобы научиться использовать свою силу.
– Получается, я смогу так же?..
Люс подошел и легонько щелкнул меня по носу.
– Сможешь. Если будешь прилежно заниматься с Хрейгом.
– Смогу ходить по воздуху? – не унималась я.
– Ага. И не только. Тебе понравится!
Он поднял руку, и я инстинктивно сжалась в комочек. Все веселость исчезла с лица Блондина. Он поправил растрепавшиеся волосы и хмуро взглянул на меня.
– Что случилось?
– Н-ничего.
– Какого черта ты выглядишь так, будто решила, что я тебя ударю?
– И-извини.
– Я никогда тебя не ударю. Не знаю, что творится у тебя в голове, если ты не можешь этого понять.
– Да я тебя даже не знаю! Ты только что держал меня над пропастью! Конечно, я немного растерялась!
Как обычно, злость придала мне сил, и я перестала заикаться. Люс упер руки в бока:
– Ты хотела чуда и ты его получила, милая.
Он развернулся и пошел к выходу.
– Найдешь обратную дорогу? – мимоходом уточнил и ушел. Видимо, это был все-таки не вопрос. А у меня задрожали колени.
Я представляла себя в черном развевающемся платье, летящей над городом. У меня гордый вид и пылающий взор. Маленькие человечишки мечутся под ногами и показывают на меня пальцами. Им страшно! А мне смешно!.. Ну а рядом со мной, конечно, Люс. Он в такой белой полураспахнутой рубашке, ммм…
– Саша! Саша! – звал меня кто-то извне. Я очнулась, и поняла, что коридоры вели меня мимо комнаты, в которой на кровати сидела Лена. Она-то меня и окликнула.
– Извини, я задумалась. Ты живешь здесь?
– Ага! Ты заходи, поболтаем!
Похоже, она была единственной из сестер, кто еще не успел меня возненавидеть. Я переступила порог. Комната была почти такой же, как и моя, даже кровать стояла там же.
– Садись, – пригласила она меня, похлопав по покрывалу. Я хотела сесть, но вдруг вспомнила, что еще не сделала свое задание.
– Я… Мне надо…
– Задание, да? – догадалась девушка. – Где ты оставила свой листочек?
– В зале.
Она улыбнулась и щелкнула пальцами. Лист и ручка оказались на столе прямо передо мной.
– Ого, – я даже поперхнулась. Это действительно был мой листок, свой почерк я ни с чьим не перепутаю.
– Как ты это сделала?
– Да ерунда! Я могу гораздо больше! Господин Учитель говорит, что я очень способная!
Это были слова человека, очень и очень гордого собой. Странно, но меня Ленино самодовольство абсолютно не раздражало, а только давало повод порадоваться за нее, что мне совершенно не свойственно. Она даже чем-то напоминало мою сестру Лизу: тот же наивный взгляд, та же доверчивая улыбка.
– Уверена, так оно и есть! – польстила я. И, кажется, надавила на заветную кнопку. Девушка просто засияла.
– Я так много работала над собой! Было очень сложно! Зато теперь госпожа Аретта обещает, что я стану следующей хранительницей серого посоха!..
– Гм, – пробормотала, так ничего и не поняв. Взяла в руки свой листок.
– Быть может, ты поможешь мне с этим заданием?
– Я бы рада, но нельзя. Все задания ты должна выполнять сама. На этом построен весь принцип обучения!
– Я просто думала, что ты объяснишь, как его делать, – не сдавалась я. Но Лена снова покачала головой и пояснила:
– Учитель говорит, что каждое задание индивидуально. Он сам решает, кому что нужно делать, чтобы развить свои способности. Так что я и сама не знаю, чего он там тебе задал!
Лена ушла на кухню готовить ужин, я вежливо отказалась от этого мероприятия и вернулась в собственную комнату. Она встретила меня арктическим холодом и горой свежих полотенец, стопкой сложенных на кровати. Я села за стол и заставила себя думать в строго отведенном направлении. Это оказалось даже легко – вспомнить людей, которых я ненавижу. Вот для Лизы, наверное, такое задание стало бы проблемой! Кого она там может ненавидеть, разве что своего бывшего мальчика, который ее, бедняжку, бросил. Ну и меня еще. Я горько усмехнулась. Так, ладно, не отвлекаться.
Первые места моего личного хит-парада ненависти занимали девочки с работы, злые и завистливые, не гнушавшиеся ничем, и от того совершенно мне отвратительные. К таким акулам с приклеенными улыбками и шелковыми волосами боишься повернуться спиной. И, конечно, это слизняк – Карп Петрович, пристающий ко всем женщинам, на которых падал его масляный взор. Вот уж противный тип!
Еще я ненавижу свою сумасшедшую соседку сверху и ее пьяницу-мужа, они вечно меня заливали и громко включали музыку по ночам. Еще… еще… Пожалуй, своего бывшего дружка Алексея, который доложил о наших небольших отношениях моему мужу. И что касается моего мужа, да, его я ненавижу тоже! Я много лет терпела его любовницу, белокурую шлюшку Настю, однако из нашей пары все считали коварной изменщицей именно меня… Так, Настю запишу тоже.
Тут пришла пора крепко задуматься. Для завершения моего списка не хватало всего одного имени. Я взлохматила волосы ладонью. На ум ничего не шло. В коридоре раздались шаги, и в дверях появилась Марина.
– Я уже сказала госпоже Аретте, что ты не помогала нам с ужином! – уперев холеные руки в бока, заявила она.
– О! Марина!.. Так и запишем!… – я радостно закончила свое задание и отложила ручку. Я была почти счастлива.
– Что ты там карябаешь? – подозрительно покосилась на меня девушка. Но я не ответила, и она, махнув рукой, ушла, бормоча что-то язвительное себе под нос.
