Текст книги "Ягодный мусс (СИ)"

Автор книги: Дарья Демидова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 8 страниц)

Ягодный мусс

Глава 1

Аделина сидела за столиком в уютной кофейне. Девушка помешивала ложечкой капучино и наблюдала за влюблённой парочкой, которая устроилась у окна. Школьники, одетые в джинсы «унисекс» и яркие толстовки, держались за руки и ели одно на двоих тирамису, хихикая, когда их ложки соприкасались, врезаясь в мягкий крем.

Адель улыбалась, глядя на эту милую сценку, вспоминая, что совсем недавно сидела вот так же с Костей… Костя. Аделина устало потёрла лоб и попыталась не думать о том, что их отношения с каждым днём становятся всё более напряжёнными.

Адель посмотрела на часы – 18:20. Они с Наташей договаривались встретиться в шесть часов, но подруга опаздывала, впрочем, как всегда. Наталья не отличалась особой пунктуальностью, но винить её в этом было просто невозможно. Яркая натура девушки и её наивная непосредственность обезоруживали любого, кто имел с ней дело. Обижаться было бессмысленно, увещевать и уговаривать тоже – Наташа пропускала всё это мимо ушей.

Адель снова взглянула на часы – 18:25. Проклиная беззаботную подругу, девушка направилась за второй чашкой кофе, зная, что звонить Наташе бесполезно – в лучшем случае, та просто не услышит мелодию на мобильном.

– Капучино, пожалуйста, – Аделина положила купюру на барную стойку.

– И мне! – сзади на Адель накинулась девушка с длинными светлыми волосами. Звонко чмокнув подругу в щёку, Наташа принялась извиняться за опоздание, – не дуйся! Ты представляешь? Спускаюсь вниз, а там этот придурок, сосед сверху, со своей шавкой. Такая мелкая пакость, которая постоянно тявкает, не затыкаясь. Так что делает эта дрянь?! Я про собаку. Кидается на меня и вцепляется когтями мне в колготы! Я думала повешу эту гадину на поводке прям в подъезде. Короче, пока я поругалась с этим старым хрычом, пока поднялась домой, переодела колготки, заметила, что подводка смазалась…

– Можешь не продолжать. С тобой всё ясно. Что с собачкой?

– В смысле?

– Пожалуйста, – бармен поставил на стойку две чашки кофе и подмигнул девушкам. Наталья тут же забыла о разговоре с подругой и, откинув назад свои пышные локоны, мило улыбнулась молодому человеку.

Девушки сели за столик. Адель достала из сумки толстую синюю тетрадь и положила её перед Натальей.

– Не знаю, поймёшь ли ты что-нибудь. Левшин так быстро диктует, что ничего не успеваем записывать. Вообще, учебный год только начался, а ты уже пропускаешь пары. Наташа? – Адель строго посмотрела на подругу.

– Что?

– Я с тобой говорю или со стенкой? У этого бармена таких как ты с десяток за день приходит. Он всем подмигивает, чтобы нарастить постоянную клиентуру.

– Да, брось! Флирт ещё никому не вредил, – махнула рукой Наталья.

Адель закатила глаза и откинулась на спинку стула:

– И как я с тобой вообще общаюсь? Ты просто ужасна! – она улыбнулась и сделала глоток кофе.

Наташа поправила белый приталенный пиджак, накинутый на голые плечи и одёрнула юбку лёгкого платья в мелкий цветочек, которое выгодно подчёркивало все её прелести. Она вообще всегда выглядела как модель с обложки модного журнала. Девушка тщательно следила за волосами и ногтями. Пропадала часами в магазинах, подбирая комплекты одежды из новых коллекций. Несколько раз в месяц посещала косметолога и массажиста.

На её фоне Аделина не то, что проигрывала, она просто была другой. Девушка предпочитала комфорт в одежде и в обуви, использовала минимум косметики, красила ногти прозрачным лаком и сделала такую стрижку, чтобы утром слегка тряхнуть головой и пойти на учёбу. Адель искренне не понимала, как можно тратить полжизни на маникюрные салоны и сидеть по три часа в парикмахерском кресле.

– Ладно, дорогая. За лекции спасибо. Теперь, рассказывай! Как там с Костей? – Наташа облокотилась на столик и приготовилась слушать.

– Ничего нового, – нахмурилась Адель.

– Всё так плохо?

– Не знаю. Мне кажется, что конец близок. Мы слишком отдаляемся друг от друга.

– Я видела его один раз, но мне хватило и этого, чтобы понять – с ним каши не сваришь. Ада, детка, ты с каждым днём становишься всё мрачнее! Мне больно смотреть на тебя, – Наталья наклонилась к подруге и заглянула ей в глаза, пытаясь уловить реакцию на свои слова.

– Наташ, всё сложно. Мы вместе три года. Думаешь, так просто взять и порвать? Я привыкла к нему и до сих пор люблю…, наверное, хотя порой мне хочется его придушить.

– Что он опять сделал?

– Ничего, но я чувствую, что бешу его. Может я и сама в этом виновата, но то, как Костя со мной разговаривает, не в какие рамки не лезет. Постоянные упрёки, срывы, непонятные перепады настроения! Он при наших друзьях позволяет себе неуважительное отношение ко мне! Когда я пытаюсь обратить его внимание на то, что так нельзя, Костя делает удивлённые глаза, как будто ничего не происходит. Говорит, что я раздуваю из мухи слона.

– Он дурак! Признай это и живи дальше. Тебе не так много лет, чтобы цепляться за человека, который тебя не ценит.

– Я близка к тому, чтобы порвать с ним. Жду последнюю каплю.

– Так можно и не дождаться. После последней будет самая последняя, потом самая-самая и так далее, до бесконечности.

– Может ты и права. Давай сменим тему, а то у меня опять начнётся странное меланхолично-истеричное состояние. Расскажи, как там с новой квартирой?

Наташа не стала настаивать на продолжении непростого разговора, тем более, что ей очень хотелось поделиться новостями по поводу предстоящего переезда.

– Совсем скоро мы станем соседями. Мебель уже завезли. Осталось убраться, но этим на выходных займутся специально-обученные люди. Папа решил нанять клининговое агентство, потому что работы там выше крыши. А мы тем временем отправимся за покупками. Нам столько всего надо, что список уже на три листа и постоянно дополняется!

– А со старой квартиры ничего не заберёте?

– Нет, мы решили сдавать двушку. Временно. Деньги будем класть на счёт и потом на них полностью её отремонтируем. После того как закончу институт перееду туда, хотя, я бы осталась здесь.

– А отца в старую? Ну ты красотка, – усмехнулась Адель.

– А ему какая разница? До работы всё равно одинаково ездить, – невинно улыбнулась Наташа.

– Значит, в новое жильё всё новое?

– Конечно! Технику уже купили. Нужна посуда, постельное бельё, полотенца, декоративные всякие штучки…, – Наталья задумчиво стала загибать пальцы, вспоминая список покупок, но поняла, что он слишком большой, – и прочая бытовая мелочь, без которой не обойтись, – быстро закончила девушка.

– Чувствую, ты развернёшься по полной.

– А как же! Я уже столько всего присмотрела. Главное, папа доверяет моему вкусу.

– Главное, тебе теперь до института пара остановок на метро, а не два часа на перекладных. Есть призрачная надежда, что ты перестанешь опаздывать.

– Не надейся, детка! Мою лень никто не отменял!

Девушки засмеялись. Обе были рады тому, что теперь смогут общаться не только во время учёбы, но и встречаться вечерами и на выходных, поскольку будут жить на одной улице.

Они познакомились год назад, когда Наташа перевелась в институт, где училась Адель. В связи с переездом, отец девушки уговорил дочь на этот непростой шаг. После отчаянного сопротивления Наташа сдалась под напором аргументов. Поначалу, она даже слышать не хотела о переводе в другое учебное заведение, потому что в старом вузе у неё оставались подруги, с которыми она общалась со школьной скамьи.

Страх перед новыми знакомствами и новым местом жительства оказался силён, но логичность этого поступка была очевидна. Рядом жили друзья отца и бабушка с дедушкой. Район, куда они переезжали, был более благополучный, чем тот, в котором девушка прожила всю жизнь. Институт считался престижнее. Да и большая квартира в новостройке явно выигрывала у малогабаритной двушки в старом пятиэтажном доме.

Страхи Натальи оказались напрасны. Она быстро влилась в новый коллектив благодаря своей жизнерадостности, открытости и несгибаемому оптимизму. А начав общаться с Аделиной, и вовсе перестала думать о том, что будет скучать по старым друзьям, в конце концов, они никуда не денутся.

Вскоре Наташа поняла, что они с отцом поступили правильно. Девушке нравилась Адель, которая, в отличие от самой Натальи, была спокойной и рассудительной. Казалось, ничто и никто не может поколебать уверенность Адель в своих силах или вывести девушку из себя.

– Мне пора, – сказала Аделина, снимая со спинки стула кожаную куртку.

– Так рано? – удивилась Наташа.

– Если бы ты не опоздала, мы бы подольше поболтали, – подмигнула Адель.

– Но я не виновата! – возмутилась девушка.

– В следующий раз выглядывай из-за угла, чтобы не встречаться с милыми мелкими собачками, – Адель поцеловала подругу в щёку, и помахав на прощание, направилась к выходу.

***

На улице ярко светило сентябрьское солнце, лёгкий ветерок раздувал кудрявые волосы девушки, которые едва доставали до плеч. Бабье лето было в самом разгаре, и Адель наслаждалась последними тёплыми днями, подставляя загорелое лицо солнечным лучам. В такие моменты сердце девушки наполнялось счастьем, и не хотелось думать ни о чём плохом. Но всё же в голову врезались острыми осколками мысли о Косте.

Молодые люди познакомились три года назад на вечеринке общих друзей. Она – школьница, ученица выпускного класса. Он – студент-третьекурсник, весёлый, беспечный и избалованный женским вниманием.

Искра, пробежавшая между ними, вспыхнула сразу, пронзив электрическим током от макушки до кончиков пальцев. И хотя Адель не собиралась иметь серьёзные отношения, Костя был настойчив. Он разузнал её номер телефона и стал писать милые, трогательные смс. Приглашал гулять и в кино, дарил цветы и шоколадки.

Через три месяца она сдалась, потому что была не в силах противиться нарастающему чувству. Переборов себя, пришла к Косте домой, когда он сказал, что мать уехала в командировку.

Адель со страхом и трепетом отдалась ему на старом потёртом диване, но ни разу об этом не пожалела. Вопреки её сомнениям, Костя не оставил Адель добившись близости. Наоборот, стал уделять ещё больше внимания: читал стихи, научил играть на гитаре, всячески проявлял любовь и заботу.

Они строили планы на будущее, познакомили Костину маму с родителями Адель, ездили вместе на дачу и на Чёрное море, мечтали пожениться и полететь в Европу на медовый месяц.

Но последние полгода Аделина чувствовала, что они отдаляются друг от друга. Уже не было окрылённости и бабочек в животе. Девушка знала, что со временем восторженность должна уйти в сторону, уступив место более крепкому чувству и понимала, что переходный период может быть не таким гладким, как ей хотелось. Теперь же Адель боялась, что их отношения уже не будут прежними.

С каждым днём Костя становился грубее. Мужчина позволял себе оскорбления в адрес Адель при своих друзьях. Костя критиковал девушку за то, как она одевается, как ест и как разговаривает. Ему не нравилось, что Ада учится на лингвиста. Он не одобрял её круг общения. Они сильно поругались, когда он назвал Наташу глупой пустышкой после их первого знакомства, которое продлилось едва ли больше десяти минут. Костя стал ревновать Адель ко всем подряд: к сокурсникам, к мимо проходящим мужчинам, к двоюродному брату, который так некстати позвонил поздравить восьмого марта.

Девушку пугала такая перемена в человеке, которого она любила, которому отдавала всю себя без остатка, о котором грезила ночами, который стал её первой любовью и её первым любовником. И теперь Адель всё больше задумывалась, можно ли спасти их отношения, собрать по крупицам то, что они растеряли, или уже поздно что-то изменить.

***

Адель не заметила, как дошла до дома и поднялась на свой этаж. Дверь открыла мама, как всегда с очаровательной улыбкой и лёгким румянцем на щеках.

– А я тебя так рано не ждала! – Лидия Алексеевна поцеловала дочь и отправилась на кухню, – как дела? Что грустная? С Костей опять проблемы?

– Пока всё тихо. Я с Наташей встречалась. А ты почему так рано?

– Встреча отменилась. Дай, думаю, порадую вас чем-нибудь вкусненьким.

– А «вкусненьким» – это креветки с пивом? – Адель почувствовала характерный запах, исходящий от большой кастрюли, стоящей на плите.

– А ты что, против? Папа скоро придёт. Устроим сабантуй – пятница всё-таки. Кстати, посмотри, как там твой брат. Скажи ему, если не доделает уроки за двадцать минут, никаких креветок не получит.

– И пива тоже, – усмехнулась Адель.

– Маленький ещё. Я ему, вон, сок купила.

Девушка прошла по коридору и тихонько постучала по деревянному наличнику двери.

– Заходи, – раздался приглушённый голос младшего брата.

– Чем занимаешься? – Адель немного приоткрыла дверь и оценила обстановку в комнате.

– Составляю кроссворд по биологии. Это муть полная! Зачем она мне вообще нужна? – Лёша сидел за столом, обложившись со всех сторон учебниками и энциклопедиями.

– А почему бы тебе не залезть в интернет и не посмотреть там определения? – Адель присела на диван и вопросительно посмотрела на брата.

– Я тебе больше скажу – там куча этих тупых кроссвордов. Можно взять и переписать, но наша грымза сказала, что все их наизусть знает. Так что можем не пытаться облегчить себе жизнь.

– Понимаю тебя, братишка, но тебе нужно собраться. Осталось только девятый закончить и пойдёшь в колледж.

– Жду не дождусь, – мрачно ответил юноша.

– Помочь?

– Да нет, я почти закончил.

– Тогда встретимся на кухне.

Адель прошла в свою комнату, и переодевшись в спортивное, стала наводить порядок и в без того чистой комнате. Девушка сложила стопками книги и конспекты на столе, убрала в ящик письменные принадлежности, смахнула с полок невидимые пылинки, и оглядев помещение, села на диван с чувством выполненного долга.

Аделина любила порядок и систематизацию во всём, что касалось её личного пространства. Это не было навязчивым пунктиком, просто девушка создавала удобство и комфортную среду, в которой ей было хорошо существовать. При этом Адель никогда не осуждала и не пыталась донести свою точку зрения до людей, творивших у себя в домах хаос и творческий беспорядок. Ей даже нравилось, заходя в комнату к брату, наблюдать разбросанные вещи, которые никак не мешали Лёше учиться и отдыхать.

***

Хлопнула входная дверь, и в коридоре раздался басовитый голос отца, которого девушка просто обожала. Адель тут же бросилась встречать его. Она кинулась мужчине на шею и расцеловала в обе щеки ровно пять раз – этот ритуал у них не менялся уже много лет, с тех пор, как Адель научилась ходить.

Геннадий Петрович отвечал дочери взаимностью. Он души не чаял в своей девочке, которая могла вить из него верёвки, если б только захотела.

– Как дела, малышка? – спросил он, вешая куртку на крючок.

– Хорошо, а у тебя?

– Просто прекрасно. Это, что, креветки?

– У мамы время кулинарных изысков.

– Серьёзно? – удивился Геннадий Петрович.

– Пользуйся моментом. Такое не каждый день бывает, – подмигнула Адель.

– Так! Хватит шушукаться. Я всё слышу. Ну, не люблю я готовить и что теперь?

– Ничего, милая. Хотя мне жаль – у тебя самые вкусные котлеты на свете, – Геннадий Петрович поцеловал жену и нежно приобнял её за талию, – скоро, скоро, совсем скоро, – игриво пропел он.

– Ты ждёшь, не дождёшься? – Лидия Алексеевна кокетливо подмигнула мужу.

– Вы о годовщине? – спросила Адель, любуясь родителями.

– Ага. Твой отец решил пригласить меня на свидание. Так что на следующую субботу ничего не планируй. Мне будет нужна твоя помощь в выборе платья.

– Нет проблем! Хорошо, что сказала заранее.

– Вот и славно! А теперь, быстро за стол! Позовите Лёшу кто-нибудь, а то он бедный уже устал корпеть над своим кроссвордом.

Глава 2

– Расскажи мне, что у вас с Костей? – Лидия Алексеевна расхаживала по магазину и придирчиво рассматривала разноцветную ткань.

Они уже второй час находились в магазине. Женщина перемерила кучу нарядных платьев и брючных костюмов, но никак не могла определиться с выбором.

– Никак, – равнодушно пожала плечами Адель.

– Я не понимаю, что происходит. Мне недавно звонила Ольга Николаевна. Она очень переживает за вас.

– А что переживать? Разберёмся как-нибудь.

– Я ей тоже сказала, что вы уже взрослые и не стоит лезть, куда не надо. Но ты же понимаешь – Костя у неё единственный сын, с которым она всю жизнь носится и будет носиться дальше.

– Она мне тоже постоянно звонит. Я не знаю, что отвечать.

– Адель, ты его любишь?

– Не знаю, мам. Теперь уже не знаю. Такое ощущение, что Костя стал чужим для меня, – грустно вздохнула Аделина.

– Эх, детка! Такое бывает. Но ты ещё молода и свободна. Может и не стоит зацикливаться на первой любви?

– Это страшно. Страшно терять человека, с которым не первый год вместе.

– Ещё страшнее, малыш, держаться за человека, в котором не уверена.

– Возможно. Посмотрим, что будет дальше.

– Конечно. Посмотри, подумай. Главное, не торопись. Расстаться всегда успеешь, а вот попытаться сохранить то, что есть, гораздо сложнее. Может это? – Лидия Алексеевна продемонстрировала дочери длинное платье с широким поясом.

– Мам, тебе не идёт коралловый, – Адель села на мягкий кожаный диван и посмотрела на ряды платьев, – как на счёт синего?

– Слишком тёмное. Мне хочется что-то светленькое. Понимаешь?

– Понимаю, – девушка тяжело вздохнула, – посмотри нежно-голубое. Цвет идеально подходит.

– Ты права, – женщина пощупала лёгкую материю и оценила покрой платья, – пожалуй, то, что надо! Если хорошо сядет, возьму его. И цена не сильно кусается.

Лидия Алексеевна удалилась в примерочную. Адель откинулась на спинку дивана и подумала о том, что её мать и Наташа непременно нашли бы общий язык. Обе следили за собой и проводили несколько часов в неделю в торговых центрах в поисках обновок.

– Ну как тебе? – Лидия Алексеевна отодвинула шторку и показала наряд дочери, покрутившись перед зеркалом.

– Отлично! Предлагаю тебе его взять. Чем больше выбор у человека, тем дольше он его делает. А в твоём случае есть шанс, что мы отсюда никогда не уйдём.

– Доча, не будь занудой! Но ты права – это то, что надо, – кивнула женщина и решительно направилась в сторону касс.

***

Они оплатили покупку и вышли на улицу. Небо затянули серые тучи. Ветер трепал волосы и завывал в переулках центрального района города. Лидия Алексеевна положила пакет в багажник своей малолитражки и обняла Аделину.

– Спасибо тебе, дорогая! Может тебя подвезти до метро? Мне кажется, скоро начнётся дождь.

– Не надо. Здесь недалеко. И потом, тётя Света тебя уже заждалась, наверное.

– Это точно, – Лидия Алексеевна поцеловала дочь и села в машину. Теперь женщине предстояло ехать в пригород, где жила её давняя подруга.

Помахав на прощание и проводив взглядом удаляющуюся машину, Адель пошла в противоположную сторону. Девушка ёжилась от пронизывающего холодного ветра. Она мечтала быстрее оказаться дома где, сделав себе чашечку ароматного кофе, можно забраться под тёплый плед и наслаждаться любимым романом.

Погода становилась всё хуже. До Адель доносились раскаты грома. Первые капли осеннего дождя упали на мостовую. Небо почернело и уже через минуту обрушило на землю потоки ледяной воды. Спрятаться было негде, и девушка ускорила шаг, понимая, что в вестибюль метро она зайдёт промокшая до нитки.

Гроза уже была над головой. Улицу озаряли вспышки молний. Людей не было, лишь вдалеке Адель видела широкий проспект, где проносились машины. Порывы ветра сбивали с ног, струи воды попадали за воротник и стекали по спине. Девушка продрогла до костей, зубы стучали, а мокрые волосы липли к лицу.

Адель увидела, что приближается к ресторану, где над входом нависал широкий козырёк. Правда, и он бы не спас девушку от ливня. Ада в одно мгновение оказалась перед входом в заведение, потянула на себя стеклянную дверь и вошла в тёплое помещение.

Прямо перед ней находился гардероб, где за стойкой стоял мужчина средних лет. Справа стеклянные раздвижные двери приглашали гостей в просторный зал, оформленный в светлых тонах.

– Позвольте, взять вашу куртку? – вежливо улыбнулся мужчина.

Адель не собиралась здесь задерживаться, но подумала, что неплохо бы переждать непогоду за чашкой кофе и съесть что-нибудь лёгкое. Она сняла куртку и протянула её гардеробщику. Мужчина мягкой тряпкой смахнул с коричневой кожи капли воды и повесил её на плечики под кондиционером, откуда шёл тёплый воздух.

Девушка прошла сквозь двери, которые гостеприимно разъехались в стороны, открывая ей дорогу. Адель оказалась в просторном зале, разделённом на зоны при помощи цветочных тумб с пышными зелёными растениями. На мягких кожаных диванах были разложены разноцветные подушки, которые добавляли интерьеру ярких красок. На высоких окнах висели лёгкие портьеры, а под потолком располагались тёплые лампы, создавая в помещении уютную атмосферу.

Девушка поёжилась. Вода с мокрых волос стекала на тонкую кофту с коротким рукавом, отчего на руках появились мурашки. Адель обняла себя, пытаясь согреться.

– Извините, но вам сюда нельзя.

К ней подошла молодая женщина в строгом брючном костюме. Её короткие чёрные волосы блестели в свете тёплых ламп, а пухлые, накрашенные тёмно-коричневой помадой губы, презрительно скривились.

– Что, простите? – Адель показалось, что она не расслышала фразу.

– Я говорю – вам сюда нельзя.

– Это ещё почему? – девушка опешила. Адель ещё не приходилось сталкиваться с отказом в посещении кафе или ресторана.

– У нас приличное заведение. Ваш внешний вид может помешать отдыху наших гостей, – женщина кивнула куда-то в сторону, и Адель повернула голову в направлении, которое указала администратор. Девушка увидела высокие зеркала, занимавшие всю стену рядом со входом.

Аделина выглядела как побитая собака. Кудрявые волосы растрепались от влаги. На руках, шее и кофте виднелись дорожки от воды. Тушь растеклась под глазами и образовала чёрные разводы на щеках. Мокрые джинсы и кроссовки смотрелись совсем непрезентабельно.

– Если я воспользуюсь уборной и приведу себя в порядок, то никак не потревожу ваших гостей. Вы вообще видели, что творится на улице?

– Это исключено! Я прошу вас покинуть ресторан, – женщина указала на дверь.

Некоторые гости стали на них оборачиваться. Проходящие мимо официантки с любопытством поглядывали на девушку, которая всё ещё обнимала себя, чтобы согреться.

– Я никуда не уйду! Позовите администратора, – Адель была не из тех людей, которые так просто сдаются, тем более, презрительный взгляд этой холёной женщины оскорблял её.

– Я – администратор.

– Тогда управляющего.

– Он в отпуске.

– Отлично! В таком случае, принесите мне жалобную книгу и приготовьтесь писать объяснительную своему начальнику. Мне нужно ваше имя и фамилия.

– Уходите немедленно! Никакой книги я вам не принесу! – глаза администратора сверкнули злобой, и она сказала эти слова громче, чем собиралась. Теперь многие в зале смотрели на них с удивлением и нескрываемым любопытством.

– Что здесь происходит? – к ним подошёл высокий мужчина в поварском кителе и вопросительно посмотрел на сотрудницу ресторана. Одна из официанток, поняв, что назревает скандал, поспешила сообщить об этом на кухню.

– Максим Юрьевич, эта девушка не хочет покидать ресторан, – женщина презрительно фыркнула в сторону Адель.

– А почему девушка должна его покинуть? – мужчина оценивающе посмотрел на Аделину, которую трясло от холода.

– Внешний вид этой дамы может быть неприятен нашим гостям.

– Я всё ещё требую жалобную книгу. Я во всех подробностях распишу, как меня отказались накормить в этом, с позволения сказать, ресторане! – Адель уже не могла сдержать эмоций. Она продрогла, устала и чувствовала себя ужасно из-за обиды на то, что её собирались выгнать под проливной дождь.

Мужчина бесцеремонно взял Адель за плечи и повёл к двери, за которой скрывались подсобные помещения. Они прошли вниз по пологому спуску и оказались возле большого окна отдачи блюд. Он пододвинул к стойке, на которую выставлялись готовые заказы, барный стул, и скрылся за дверью в конце коридора.

Адель совершенно не понимала, что происходит. Она сидела на стуле и рассматривала начищенную до блеска кухню, на которой повара готовили горячие блюда, холодные закуски, супы, салаты и десерты. Их кителя выглядели идеально – белоснежные, отутюженные, с вышитыми на груди именами.

Девушка невольно залюбовалась чёткими, отточенными движениями этих мужчин и женщин, которые легко перемещались по помещению, выполняя привычную работу.

Адель почувствовала, как её плеча коснулась мягкая, тёплая ткань и вздрогнула. Мужчина улыбнулся. Он укутал девушку клетчатым пледом и протянул коробку с бумажными салфетками.

– Мария, скажите Сергею, чтобы сделал двойной глинтвейн для моей гостьи. Запишите на счёт Анастасии, – сказал он подошедшей официантке.

Миниатюрная девушка с яркими красными волосами кивнула и ободряюще улыбнулась Аделине.

Мужчина прошёл на кухню и встал за столом отдачи по ту сторону окна. Несколько поваров поставили перед ним тарелки с блюдами, которые шеф-повар доводил до совершенства перед подачей гостям.

– Как вас зовут? – спросил он, не отвлекаясь от работы.

– Адель.

Мужчина поднял глаза на девушку, которая пыталась стереть размазанную тушь, и улыбнулся.

– Ваши родители креативные люди.

– Немного. Полное имя Аделина. Можно просто Ада.

– А меня зовут Максим.

– Приятно познакомиться, Максим.

– Взаимно. Адель, у меня к вам предложение.

– Какое? – девушка удивлённо вскинула брови.

– Вы прочтёте меню, которое видит рядом вами, и выберете то, что будете кушать. За счёт моего администратора, естественно.

– Я сама могу заплатить. Разве шеф повар может штрафовать сотрудников?

– Шеф – нет, но хозяин может. Что я, в любом случае, сделаю, – подмигнул девушке Максим.

Мужчина поставил на столешницу две тарелки с ароматным бифштексом и нажал кнопку звонка, оповещающего официанток о готовности блюд.

– Я плохо знакома с этой кухней, в прямом и в переносном смысле, но мне казалось, что хозяин ресторана должен сидеть в кабинете и считать выручку.

Максим засмеялся, и опершись на стол, посмотрел на девушку.

– Я честно пытался носить костюмы и белые рубашки. Даже купил большое кожаное кресло. Но тяга к острым предметам оказалась сильнее меня, – мужчина демонстративно снял с магнитной планки блестящий нож, и принялся мелко рубить свежую зелень.

Адель невольно залюбовалась чёткими, быстрыми движениями его рук. Кончики пальцев были так близко к мелькающему лезвию ножа, что девушка забеспокоилась об их целостности. Она внимательно изучала мужчину. Максим был высокого роста. Имел довольно привлекательную внешность, но не сказать, что красавец. Его зелёные глаза сосредоточенно следили за работой сильных, крепких рук. Руки больше всего поразили Адель – большие, загорелые, с бороздками вен, идеально чистыми ногтями. Она даже подумала о том, что хочет почувствовать их прикосновение, но тут же испугалась собственных мыслей, вспомнив о Косте, которому всё ещё принадлежала.

– Вы выбрали? – Максим указал на меню, висевшее над стойкой.

– Тёплый салат, – Аделина лишь мельком взглянула на список блюд и назвала первое, попавшееся на глаза.

– Отличный выбор. Кухня! Один тёплый салат для нашей гостьи!

– Да, шеф! – сотрудники заулыбались, глядя на девушку, которая кутаясь в плед, наблюдала за ними.

Тем временем официантка поставила перед Адель большой бокал глинтвейна, и забрав готовые блюда, поспешила в зал. Девушка сделала глоток согревающего напитка и почувствовала, как тепло стало медленно разливаться по телу.

– Спасибо вам, Максим.

– Мне то за что? Между прочим, глинтвейн – это единственная вещь, которая у моего бармена получается лучше, чем у меня.

– Я не об этом, – Адель улыбнулась, – я говорю «спасибо» за доброту и за то, что защитили от этой… от администратора.

– Не обижайтесь на неё. Анастасия здесь недавно. Раньше она работала в каком-то заведении, где средний чек насчитывал около десяти тысяч. Там был строгий дресс-код для гостей, а тех, кто ему не соответствовал, даже на порог не пускали. Анастасия никак не привыкнет к здешней демократии.

Ему передали тарелку с салатом, куда он добавил немного специй и зелени. Затем Максим поставил блюдо перед своей гостьей и протянул Адель вилку.

– Приятного аппетита, – сказал шеф-повар и пошёл проверять работу своих сотрудников.

Адель наколола вилкой кусочек мягкой говядины и отравила его в рот. Девушка давно не пробовала такого изысканного блюда, хотя ингредиенты казалось самые простые и доступные любому, кто посещает продуктовые магазины.

Ада наслаждалась вкусом салата и пряным глинтвейном, начиная приходить в себя и согреваться. Ей стало даже жарко и девушка скинула плед на спинку стула. Волосы уже почти высохли от тепла, шедшего с кухни от больших профессиональных плит, на которых жарились, варились и томились будущие шедевры кулинарного искусства.

– Ну как вам? – шеф-повар вернулся к своему столу и внимательно посмотрел, как девушка отправляет в рот очередную вилку.

– Это очень вкусно. Я никогда не пробовала ничего подобного.

– Редко бываете в ресторанах?

– Не редко, но и не часто. Просто я не люблю заказывать салаты. Они кажутся пресными и сухими. Или, наоборот, слишком жирными, с тоннами майонеза.

– Бывает и такое, – засмеялся Максим, – могу я утверждать, что вы стали постоянной гостьей моего ресторана?

– Возможно.

– Так не пойдёт. Я хочу полностью развеять ваши сомнения, поэтому попрошу приготовить для вас ягодный мусс с орешками. После него вы точно вернётесь снова, – голос мужчины звучал немного надменно. Адель показалось, что своим «возможно» она уязвила его самолюбие.

– Боюсь, что нет. Я не люблю сладкое, – Адель поджала губы. Девушке очень не хотелось расстраивать мужчину, но сладкое она действительно не любила с детства. Даже обожаемое всеми детьми мороженое оставляло её равнодушной.

Максим облокотился на стол, и прищурив глаза, усмехнулся:

– Вынужден настаивать.

Адель вскинула брови, но промолчала. Тогда мужчина подошёл к двум женщинам, которые выдавливали на противень заготовки для будущих профитролей, и перекинулся с ними парой фраз, поглядывая в сторону девушки. Затем он вернулся к ней, но больше не заговаривал, работая над подачей крем-супа, украшая тарелки, проверяя их чистоту и внешний вид.

Адель наблюдала за ним, потягивая глинтвейн. Девушка изучала мимику мужчины и удивлялась красоте простых движений его рук. Звонок телефона вернул её к реальности. На экране мобильного высветилась фотография отца.

– Папа?

– Доча, ты где? Мама сказала, что ты уже должна быть дома.

– Меня накрыл ливень, и я зашла в ресторан.

– Тебя забрать? Похоже дождь зарядил надолго.

– Если тебе не сложно, – девушка посмотрела адрес, написанный на меню, и продиктовала его Геннадию Петровичу.