Текст книги "Сансара"
Автор книги: Дарина Гордина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 38 страниц) [доступный отрывок для чтения: 16 страниц]
Все удивленно оживились. Крыжаков достал из папки листок с гербом и печатями и пустил его по кругу.
– Правильно, – поддержал его Юрий Алексеевич. – Я считаю, что они хотят запугать не только людей, они хотят показать нам, что мы ничего не умеем и ничем не можем противостоять, необходимо отправить ультиматум.
– А если они его не примут? – воскликнула Эля. – Мы же можем вызвать открытые боевые действия!
– Тэды никогда не пойдут на это сейчас. ФСБ уже давно ведет охоту за ними, и если боевые действия возымеют массовый характер, у них возникнут огромные проблемы. А они им сейчас не нужны.
– Все правильно, господа, ставьте подписи! – вдохновлял всех Крыжаков.
– Гораздо проще будет, если при помощи Элиона мы захватим «языка» у тэдов, узнаем, кто разработал эту штуку, и вытрусим это антитело из его создателя!
– Предлагаю, – подняла руку Виктория, – вести дела по двум направлениям: отправить ультиматум и получить информацию от тэдов, при помощи которой мы сможем в кратчайшие сроки обнаружить антивирус.
– Хорошо, тогда на этом и остановимся – завершил собрание Андрей, – поскольку с Элионом работаю я, то я и передам нашу ноту протеста, как только мы обнаружим кого-то из верхушки тэдов. На этом все?
Все присутствующие утвердительно закивали.
– Тогда, господа, – чай! – Андрей широко улыбнулся и развел руками. – Если, конечно, никто не возражает.
Чай подавали женщины, они накрыли белоснежную скатерть и поставили на стол самовар, старый русский, до блеска начищенный. Очень быстро на столе появились сушки, халва, хлеб и печенье. У Ивана защемило сердце, глядя на все это пиршество. Он вспомнил, как готовила здесь хлеб Аня, в этой избе. На ее место прислали новую девушку Марину ухаживать за коровой и другими животными. Все было так же, но для Ивана даже такая короткая разлука с ней казалась невыносимой.
Из состояния сердечной тоски его вывела Эльвира, она подсела к нему поближе и заговорщицким шепотом произнесла:
– Ты можешь помочь мне в одном деликатном деле, посмотреть одного человека, но только это строго между нами.
– Все понятно, сделаем! – кивнул Иван, привычное дело, он уже освоился в своей новой роли.
– Завтра в два часа мы с ним будем обедать в ресторане «Балчуг». Это очень дорогой ресторан, поэтому я закажу столик напротив того, где мы будем сидеть, и сама оплачу счет. Это совершенно мирное мероприятие, можешь прийти не один. Я сделаю заказ на двоих.
Не успели они договорить, как к ним подошел отец Андрей с той же просьбой, не мог бы он проверить одного человека, которого предварительно проверяла Эльвира, потому что, по мнению Андрея, этот человек может иметь отношение к верхушке тэдов. Похоже, они говорили об одном и том же человеке, но Эля, оказывается, хотела скрыть от Андрея свою просьбу. Иван кивнул и посмотрел на Эльвиру: та не сводила с него внимательного взгляда. «Видимо, и у эксов есть свои тайны», – подумал Иван, но ситуация его заинтриговала.
Иван не летел домой, а несся на крыльях любви и счастья, никогда не забывая купить Ане цветы. Все изменилось в его жизни и в его квартире с тех пор, как в нее вошла Эн. Во-первых, на скорую руку за три дня был обтяпан косметический ремонт. Во-вторых, изменились порядки, теперь в квартире не пили! Старые пожелтевшие обои быстро отлетели, как опавшие осенние листья, играючи, их поменяли на новые, радостные. Морально устаревшая мебель вместе со старым ковром, посудой и прочим хламом были выброшены вон. Диван, на котором они спали с Ликой, Аня собственноручно сожгла на помойке, устроив там ритуальный костер-жертвоприношение огню всех старых вещей. Она бросала в огонь куски старой жизни, приговаривая, что нет ничего ужаснее, чем спать на чужой постели, есть из чужих тарелок, пить из чужих чашек, это все равно что доедать чужие объедки! В доме должна быть только своя насыщенная индивидуальным теплом энергия, она увеличивает жизненную силу и улучшает ее качество. Иван предложил повесить на двери у входа все эти правила, чтобы каждый входящий мог прикоснуться к секретам счастливого быта. После всех пережитых истязаний внесли наконец новую мебель, и дом засиял вложенной в него энергией. Над дверью и на потолке Аня вывела краской защитные обереги на древнерусском языке. Расставила по углам цветы в огромных горшках, которые купила в «Икее». И в знак победы фэн-шуя над невежеством – установила возле стены фонтанчик, с постоянно стекающей на камешек водой. Иван никогда не ожидал, что с его домом можно совершить такие трансформации, даже без участия в передаче: «Осторожно ремонт!»
Такой же контраст был обнаружен и в ежедневном быту. Если Лике для того, чтобы совершить простое действие – помыть посуду, нужно было обязательно наобещать золотые горы в качестве компенсации за эксплуатацию кожи рук, то Аня раскрыла ему глаза на мир, указав на то, что посуду, оказывается, можно мыть совершенно бескорыстно, не выясняя каждый раз: «А что мне за это будет?» У Лики все кулинарные достижения заканчивались и начинались одним и тем же блюдом – овсяной кашей из пакетиков. Аня, наоборот, изощрялась в приготовлении пирогов и ватрушек, доказывая, что пища, приготовленная дома, может быть гораздо вкуснее и полезней, чем в ресторане, потому что нет пользы в пище, которая готовится без любви – вкладываешь в пищу любовь – она для тела полезная и вкусная получается. Они срослись как цветок Иван да Марья.
Ив каждый вечер играл Ане свою музыку и думал о том, что он так счастлив, как не может быть счастлив человек. И что больше всего на свете он боится того, что в одно прекрасное утро он проснется, а счастье кончится. Ежедневно Аня продолжала свои занятия с Иваном, заставляя проламывать в день хотя бы один принесенный со стройки кирпич. Она легко разбивала его рукой, демонстрируя силу воли, от ее удара – кирпич ломался с первого раза.
Иван остановился на углу возле ночного киоска, чтобы купить ей цветы. Он выбирал у знакомого продавца в ночном ларьке большеголовые белые ромашки, как вдруг зазвонил мобильник. Иван посмотрел на номер, кто это может звонить в час ночи? Ну конечно, только Боб!
– Старик, ты меня слышишь? Ты помнишь, что продинамил прошлую встречу со спонсором?!
– И че?
– А то! Продинамишь следующую, я буду петь вместо тебя! – напугал его Боб.
– Ну и когда стрелка? – напряженно спросил Иван, помня о договоре с Элей. Но следующая фраза потрясла его воображение.
– Завтра в три – ресторан «Балчуг!»
18 октября 2005 года
Полковник Толубеев забаррикадировался от всего мира, как крот в норе. Закрыл кабинет на ключ, отрубил все телефоны и приказал секретарше Верочке никого к нему не пропускать. Он сидел возле компьютера в наушниках и самозабвенно просматривал седьмую серию сериала «24 часа». Пятый сезон – его любимый! Великий Джек Бауэр, как всегда, ничтоже сумняшеся, жертвовал собой, чтобы спасти неблагодарную Америку, которая, как всегда, оставалась у него в долгу. Почему полковник смотрел сериал на рабочем месте? Почему в рабочее время? Но должен же он был как-то подготовиться и набраться решимости, чтобы пустить себе пулю в лоб. А хотелось еще пожить, очень хотелось! Для того чтобы жить, нужно было иметь хоть одну спасительную ниточку, а у него ее не было! Он уже видеть не мог, как в панике все секретные службы сбиваются с ног, чтобы найти источник поражающей наповал страшной болезни, которая как смерч несется по всей Москве. Первым очагом стала Первая Градская, так сказать – первая ласточка, потом очаги стали обнаруживать везде: на рынках, в гостиницах, в торговых центрах и обязательно в общественных местах. Поражала ее стремительность и необъяснимость: человек мгновенно, от получаса до сорока минут, терял память, забывал, кто он, практически впадал в детство. Некоторые даже не могли вспомнить, как их зовут. Был человек, и нет человека, но одни так и оставались «овощами на огороде», а других постигал смертельный исход. Больницы переполнялись такими безымянными клиентами, нужно было еще устанавливать личность пострадавших. Всего к этому моменту триста двадцать пять погибших и двести шестнадцать «овощей», то есть с полной потерей памяти. Ни защиты от болезни, ни информации о природе возникновения этого вещества не было. Лучшие лаборатории и крутые специалисты трудились над проблемой создания иммунного препарата, способного противостоять эпидемии, но как ни бились, не могли понять, как работает страшный механизм, как в свое время не знали ничего о вирусе СПИДа. Единственный, кто мог пролить свет на это дело, – старший аналитик отдела – Снегин. Но он пропал без вести именно тогда, когда должен был выложить на стол и обнародовать кропотливым трудом добытые им сведения. Его ждали на брифинг, ждали два часа. Но на брифинге не появился не только он. Также загадочно исчез с лица земли и майор Голубев! Они оба канули в одну и ту же Черную дыру, выходит, она была на свете! Но Голубев к тому же умудрился прихватить с собою вооруженный отряд команды «Альфа» из трех человек. А кто виноват в этом – полковник Толубеев, он знал, что виноват. Это он нажал на Сергея, заставив его добыть из-под земли вещдоки. Это он пришпорил коня, обещая передать дело Снегину. И что получилось – Голубев, видимо, тоже на кого-то нажал, но не так удачно. И пропали-то в один день все и одинаково тихо! Никого, словно они стали невидимками. Их служба перерыла все между небом и землей, но отряд автоматчиков с майором Голубевым и Снегин были вырезаны как кадр из фильма жизни чьей-то властной рукой. И эта рука им зло угрожала! Мог бы пролить свет на это темное дело китаец Лоу, но он к этому времени уже выехал из страны и растворился в пространстве. Их отдел подавал запрос в китайское посольство, но консул сказал, что после пересечения границы не удалось установить местонахождение мастера Сэн Лоу. Поэтому Птоломею оставалось только одно: залезть в петлю и качаться под потолком. И только один человек сейчас мог понять его – это Джек Бауэр, который сам всегда летал между молотом и наковальней. От великого героя отреклось все CTU, любимая дочь, жена погибла, и еще он должен был ценой своей жизни спасать мир, и это Птоломея утешало. Жизнь и судьба далекого, но близкого по духу американского коллеги, вдохновляла на подвиги. Хотя как сказать, в фильме «24 часа» было известно имя нехороших парней, CTU знало, с кем они конкретно борются. А они нет – они махали руками в воздухе, как будто моль ловили. Стыдно было признаться себе – Толубеев признался – он не Джек Бауэр. Он даже не Тони Алмейда. Он уже две недели – никто! После того, как исчез Снегин. Без майора, китайца и Снегина он сам как те упомянутые всуе – беспамятные «овощи». И чем может помочь его отдел, если его обезглавили? Остается только умереть или пить. И еще неизвестно, что лучше. Толубеев то и дело доливал коньяк в чай, но это не помогало. Был еще один вариант – подать рапорт на пенсию. А куда девать чувство вины? А кто будет искать пропавших товарищей? А хрен с ним! Толубеев в очередной раз раскрыл ящик того отдела стола, где пряталась бутылочка. Вдруг он почувствовал в комнате сильный и едкий запах дыма – прямо от щели между полом и дверью была просунута тряпка, которая не горела, а тлела, медленно заполняя комнату едким дымом. Толубеев вскочил с места, сбросил наушники, открыл окна и рванул дверь, затаптывая тряпицу ногой. Верочка в испуге отскочила от двери.
– Виктор Семенович, генерал вызывает, я и стучала и звонила, но вы сказали вас не беспокоить, я не могла достучаться, а генерал приказал вас выкурить! – Вера тараторила с глазами полными страха, видимо боялась, что он не дослушает, перебьет и накажет.
– Когда приказал?
– Десять минут назад.
– Ну и сказала бы, что я умер, – буркнул Толубеев, но воротничок застегнул и закинул в рот сразу несколько жвачек, чтобы забить мятой запах депрессии.
Генерал Евсеев был на два года моложе, зато на полметра ниже и на Толубеева смотрел чуть не подпрыгивая, поэтому сразу попросил его сесть.
– Садись, дорогой, и не обещай мне никаких результатов, ты сам готовый результат. – Толубеев вопросительно поднял брови. – Я имею в виду, что кто-то таки добился результата, лишив результатов тебя!
– Нет, кое-какие результаты все-таки есть! Поступили от жены Тарасова, он звонил ей из аэропорта.
– Какого Тарасова, – наморщил лоб Евсеев, с трудом вспоминая человека с такой фамилией.
– Жена того оборотня в белом халате, который подозревается во внедрении вещества Тоу-ди в больнице. Он исчез в пятницу ночью и сразу же помчался в аэропорт Шереметьево, чтобы успеть на рейс 224, отправлявшийся в Эмираты. Мы объявили международный розыск.
– И что жена?
– Говорит, объявился, звонил с неопределенного номера, сказал, чтобы слухам о нем не верила. Что он не вредитель. А потом заверил ее, что скоро заберет в теплые края.
– Успели отследить, откуда был звонок?
– Как же, успели! – махнул рукой Птоломей. – Он говорил-то всего двадцать секунд, все нынче грамотные стали! Я думаю объявить в международный розыск.
– Давай, объявляй! Только он, поди, не дурак – переоденется женщиной, напялит паранджу или сделает пластическую операцию – только вы его и видели. А что касается жены, так он на полученные денежки целый гарем заведет. Это все новости?
– Все! – виновато втянув голову в плечи, ответил Толубеев. Генерал был не просто расстроен, он был в депрессии. Поэтому Толубеев и бровью не повел, когда тот подошел к столу и вытащил две маленькие стеклянные мензурки. – Ну, тогда по рюмахе!
– Давайте, за Снегина! – полностью разделяя настроение начальства, поддержал Птоломей.
– Можно и за Снегина, но я хотел выпить с тобой по поводу нашей маленькой победы.
– «По…» – что? – Птоломею показалось, что он ослышался, как будто что-то щелкнуло возле уха. – Простите, товарищ генерал, я, наверное, не расслышал?
– Да нет, – Евсеев подошел к нему и оказался где-то на уровне плеча.
– Агент Конфуций стал давать первые результаты. – Толубеев застыл, глядя на генерала во все глаза. Именно он был против кандидатуры Конфуция, считал, что вместо него нужно внедрять женщину из постельной разведки. Конфуций был экстраклассный агент, в совершенстве владеющий тремя языками, и мог принести пользу в любой другой стране мира. А внедряя его в одну из сфер высшего общества для того, чтобы там по наитию, на ощупь, искать невидимых, это было, по мнению Толубеева, все равно что микроскопом гвозди забивать. При таком раскладе можно было забыть об этом агенте минимум на год, максимум года на три. Его внедрили этой весной, и никто не ждал быстрого результата.
– Он абсолютно уверен, что напал на след «невидимых», и сейчас разрабатывает операцию по обнаружению и захвату верхушки.
– Сколько времени, по его прогнозам, может уйти на подготовку к операции?
– Конфуций считает, что не меньше месяца.
– Ну, тогда наливай, выпьем за Конфуция! – И с влитой рюмкой живительного напитка в сердце полковника Толубеева ожила надежда. Она была пока еще нежным зеленым ростком, но ее оказалось достаточно для того, чтобы продолжать жить.
Чемпион кунг-фу
Лари грызла карандаш и кусала ногти, мало того, что Сэм исчез с поля ее зрения, так он еще пытался шутить в таком важном деле. Но вот уже два дня нет известий от этого профессионального шутника, от этого короля юмора! Его шутки со всех сторон связаны с профессией, вчера, как обычно, он должен был сорок минут хохмить в прямом эфире. Но, по непонятным для зрителей и по понятным для Лари причинам, Сэм в прямой эфир не вышел! Вот как далеко зашло дело! Неужели ради одного дела он просто похерил другое, или наоборот. По мнению Лари, для этого могло быть две причины: а) он набивал цену за пойманного Элиона и поэтому скрывался вместе с ним, отыгрываясь на Лари и вызывая на себя всю мощь ее гнева; б) они с Элионом поменялись ролями, и тот, вскоре после звонка, каким-то образом вывернулся, развернулся и сам похитил Сэма, забрал маяк и вырубил телефон. Но тогда он бы за это время как-то объявился и выдвинул свои требования. Но ничего этого не происходило. Был еще один вариант, которого Лари боялась, как слон мыши, она боялась того, что Сэм успел передать Элиона Моро. Но тогда он бы вышел в эфир, сто процентов бы вышел, он получил бы иммунитет от шефа и ударился бы в такой разгул, какого Москва еще не видела. А тут налицо вариант «б», есть еще и «с» – но этот мог привести к войне страшной и кровопролитной. Если эксы выследили Сэма, убили его, значит, Элион у них, и пойди его найди! Но а если так, если действительно убили, боясь, что он выдаст Элиона, то Элион у них и нужно срочно узнать, кто это. Лари нажала на клавишу клавиатуры компьютера. Переписка с тайным агентом, ее человеком велась под десятью паролями и семью шифрами. Это была ее шахматная партия, ее бомба и одновременно ее козырная карта. Это был ее выкормыш, ее зомби, ее раб и ее супераргумент. Кроме того, он был чемпион по кунг-фу! Кто-кто, а Лари в кунг-фу разбиралась – дважды билась с ним до первой крови и дважды ничья заканчивалась жарким сексом.
«Я приготовила для тебя сюрприз!» – написала Лари на экране и отправила почту.
«Я заслужил сладкое?»
«Ты заслужил то, чтобы войти в историю!»
«Когда?»
«Со дня на день!»
«Я имею в виду, когда увидимся?»
«Сейчас! На старом месте».
Лари вскочила и пошла принять ванну, но в этот момент часы на руке завибрировали.
– Торо обнаружен! – заговорило табло с заставкой пирамиды. – Удалось обнаружить маяк, девушка долго была без сознания и сигнал не фиксировался. Он, вернее она, в Первой Градской больнице, но завтра перевозят в «Кащенко» с диагнозом раздвоения личности!
– Прекрасно, молодцы парни, отличная работа! – И Лари звонким чмоком отблагодарила голос за кадром. Значит, они порознь, значит, Сэм и Лика в разных местах. Это может означать, что Сэма нет – она может никогда его больше не увидеть! Лари сама от себя не ожидала и заревела, как маленькая девочка, навзрыд. Ну, срывалась она на него, так это ж любя! Для галочки, как шефиня, но ведь она как никто ценила его обаяние, экстравагантность, юмор, мозги! Ну, словом, отличный был парень, и эксы за него ответят! «Я их всех утоплю в твоей крови, Сэм!» – поклялась ему Лари, глядя на свое отражение в зеркале. Лицо стало красным, глаза распухли, нос распух. Она похлопала себя по щекам, нужно привести себя в порядок, сегодня ее ждет умопомрачительный секс, и не только секс, ее ждет важное боевое задание, поэтому Лари решила, что после отрыдает по Сэму, если до этого он сам не объявится.
Черный джип ждал ее, как обычно, напротив памятника Пушкину на Тверской. Она прыгнула в машину к лучшему, кого только можно было повстречать среди людей – чемпиону кунг-фу. И это не просто был мачо, это был горячий любовник и продвинутый эстет. Он прекрасно ухаживал за дамой и за все время не допустил ни одного прокола, все было в нем на высоте – чистые, всегда гладко отполированные ногти, шелковые волосы, стрижка от Сергея Зверева, а запах! Не примитивно сладкий, как у Сэма, а всегда изысканный, тонкий аромат, всегда в меру и всегда без примеси пота. Костюмы в тон к туфлям, а туфли в тон машине. И совершенно очевидно – он был подлец! Хладнокровный и расчетливый игрок – как раз то, что нужно, и роман этот с его стороны был по расчету. Лари вычислила парня в одном казино, клиент сидел за игровым столом и явно проигрывал, голубая жилка нервно билась у него на виске, крича о помощи. И помощь поспела вовремя. Лари в короткой черной юбке, в черных колготках, с огромным бриллиантом на пальце, подсела к нему, положила эту бриллиантовую руку ему на плечо и сказала на ушко, на какой номер ставить фишки. Он сразу же доверился, поставил – выиграл и ощутил драйв. Нужно признаться, Лари тоже давно не ощущала себя такой желанной. С тех пор они частенько так «вскрывали» казино, унося с собою несколько толстых, туго обвязанных пакетов. И что было самым непостижимым для кунгфуиста – Лари не брала себе денег. Зачем? Ведь это было ее хобби. Она – дочь крупного банкира, ходила по стодолларовым купюрам, которые сами прилипали к подошвам сапог. А талант мучает, разрывает сердце, она обладает исключительным везением, играя в азартные игры. Шестое чувство диктует ей цифру, и нужно отдать ему должное – никогда не врет! Но мастер кунг-фу понимал – она хочет большего! И изо всех сил пытался это большее ей предоставить, иногда в кровати, иногда прямо в машине, иногда на столе, по десять-двенадцать раз за ночь! Вот это были сюрпризы. Лари никогда не встречала таких безошибочных парней. В сексе он отрабатывал на все сто, полученный на дурыку капитал. Но один раз, в перерыве между любовной страстью, Лари призналась, что хочет большего. Или можно сказать по-другому, она предлагает ему – большее.
«Что может быть больше, чем я уже имею?» – спросил мастер кунг-фу, тряхнув шикарной стрижкой, которая имела обыкновение разлетаться и тут же восстанавливать только что утраченную форму.
Она предлагает ему работу, достойную мастера кунг-фу. Ему иногда придется вступать в бой, но ни в коем случае не потерять квалификацию. А взамен, а что она хочет взамен?
– Сначала согласие! – страстно целуя кунгфуиста, шептала Лари.
– Я у ваших ног, мадам, за вами хоть на край света!
Разъяснений не последовало, но после этого секс продолжался еще часа четыре.
Чемпион кунг-фу не торопился с расспросами, он тонко и расчетливо сужал свои черные проницательные глаза, пытался выяснить, что потребует от него дама. Нужно отдать ему должное, ко всем мужским достоинствам у него еще были мозги, видимо он и сам догадывался об этом. А дама не торопилась раскрывать карты. Она выжидала. Да и что могла сказать Лари человеку, пусть даже очень умному, чтобы он понял, если бы она произнесла такую фразу…
«Я дам тебе все сокровища мира, если ты согласишься стать будущим Элионом? Мы захватим власть и будем управлять миром?!» – Он бы ничего не понял, и поэтому она внятно предложила:
– Я выполню все твои материальные желания, а ты будешь работать на меня.
– Я и так на тебя работаю, – он поцеловал ее в шею. – Чего желаете?
– Я желаю всего, – Лари легонько укусила его за ухо. Ничего, рыбка клюнула, плод созревает, а время ждет.
Иван припарковался у гостиницы «Балчуг» ровно в два часа. Он хорошо знал это место, и теперь оно представлялось ему настоящим номо-тэдским раем.
Наслаждения без тормозов и принципов, пир во время чумы и нескрываемая показуха. Но кухня в этом знаменитом ресторане была всегда великолепной, этим Иван себя и успокаивал. Он, непонятно почему, волновался. За это время Аня научила его слушать свое сердце и присматриваться к мелочам, они могли дать подсказку, которую сознание могло и не заметить. И подсказка была: прямо на площади возле фонтана висел большущий плакат «Доверяй, но проверяй!». Речь шла о презервативах, в которые были облачены несколько разных овощей: огурец, кабачок и баклажан. Несмотря на тему, Иван почувствовал, что реклама что-то хочет сказать ему, именно Ивану нужно и доверять, и проверять. Наверное, судьба хотела сделать акцент на том, что доверять нужно Эле, а проверять какого-то там одного человека, как сказала балерина. Но после встречи с предполагаемым тэдом, их с Борисом ждала еще одна встреча – со спонсором. Иван немного волновался по поводу обеих. Иван поднялся по ступенькам, зашел в гостиницу, нашел ресторан и медленно направился к входу, оглядывая посетителей за столиками. Приветливый хостес галантно предложил свои услуги. Иван назвал, кем забронирован столик, отчего у паренька на лице появился немой восторг, а в глазах искорки зависти.
– Господи, как я вам завидую! – не смог он сдержать своих эмоций. – Я ее просто обожаю! – Он и на Ивана смотрел с восхищением, словно тот и сам был звездой. – Какое счастье общаться с самой Литвиновой! Извините…
Он смутился и молча подвел Ивана к забронированному столику. После чего помчался к своим коллегам, видимо предупредить, чтобы и те могли лицезреть «чудо» во плоти. Иван несколько удивился, вот ведь некоторые люди думают, что даже общаться с такими людьми, как Эльвира, счастье. Может быть, ему стоит быть более благодарным судьбе? Иван уселся за столик, целенаправленно выбрав такое место, чтобы хорошо просматривался вход, и стал изучать меню. Через минуту уже подали минеральную воду, хлеб в корзиночке и крошечную масленку. Иван подумал, что можно начать с воды. Он пролистнул меню, выбрал форель и греческий салат с орехами. Он оказался на месте немного раньше назначенного часа. Но ждать их пришлось недолго, внезапно тот самый хостес бросился к окну и прилип к нему, как приклеенный. Иван сразу понял, от кого он не может оторвать глаз, – приехала Эльвира Литвинова! В зале ресторана возникли два квадратных охранника и застыли у входа, с каменным выражением лица, а потом у Ивана загудело в голове, как от низкочастотного рока. Они прошли, как пролетели – он высокий, крепкий, светловолосый мужчина, в роскошном сером костюме. Она – известная балерина, в ярких малиновых сапогах на высоченной шпильке, в такого же цвета платье, с золотым дождем волос, зачесанных на один бок. Эта яркая пара магнетически приковала к себе внимание всех посетителей и персонала. Эльвира была так эффектна, что дух захватывало: лицо ее светилось счастьем, щеки горели, она была свежа и необыкновенно изящна. Она воистину служила прекрасным дополнением Воронову, он с ней казался вдвое мужественней, а она рядом с ним вдвое женственнее. Роман Анатольевич вел себя свободно, раскованно, видимо шутил, потому что Эля все время заливалась смехом. А вот Ивану было не до смеха: каждый шаг, каждое движение Воронова для него были подобны съемке в рапиде. Как будто время специально замедлялось для того, чтобы Иван рассмотрел его получше. Но Иван и так все понял. Гул, низкочастотный сигнал, сдавливал голову, но уже не как в первый раз, он был слабее, значительно слабее. Иван инстинктивно схватился за виски, потер их, потом налил воду из бутылки. И этот жест не ускользнул от внимания Эльвиры. «Неужели нужно обязательно быть Элионом, чтобы понять, что это тэд! – мысленно ругался Иван. – И он не просто тэд, а один из самых главных, судя по могуществу его энергетики». Ивану казалось, что это настолько очевидно и просто, будто сам он всю жизнь только и делал, что сортировал всех по корзинам.
Пока они ели и пили, шутили, смеялись, пока официанты подавали блюда и меняли тарелки, Иван сделал для себя еще одно открытие. Это был не просто тэд! Это был тэд с трансформирующимся полем, половина его энергетики принадлежала Эле. Да! Он словно был завирусован экселендкой. Ого! Ничего себе, Иван был потрясен! Он носил в своем мощном энергетическом теле часть экселендца! Это же настоящая сенсация! Открытие! Жаль, что нет Снегина, вот с кем можно было бы поделиться! Выходит, поле Эльвиры так на него повлияло, что он вобрал его в себя? А вот чтобы понять такое, уже точно нужно быть Элионом! Ивану принесли жареную форель и греческий салат на большой белой тарелке. Гул в голове прошел, и Иван для того, чтобы как-то отвлечься, принялся за еду. Интересно, кем был этот мужчина? Наверняка покровитель Литвиновой. Вон как расцвела! Влюблена она в него, что ли? Лицо проверяемого показалось до боли знакомым, наверное, Иван его где-то видел, быть может, в клубе? Часы еще не пробили трех, а Эля и ее спутник начали собираться. Эля что-то шепнула официанту, и тот оглянулся на Ивана, при этом она кивком дала понять Ивану, чтобы он остался на месте. Слава богу, что она не просит его выйти, сейчас ворвется Боб, и начнется другая музыка. Как же интересно получается, что у них встреча в одном и том же месте, в одно и то же время! Иван и не собирался уходить, хотя так и подмывало вскочить, броситься за Элей и рассказать ей обо всем, что он почувствовал. Первое отделение спектакля закончилось и началось второе, потому что навстречу ему подпрыгивающей походкой в ресторан входил Боб.
– А, ты уже здесь? Уже отмечаешь? – Боб подсел к Ивану, и было видно, что он волнуется, на носу выступили капельки пота.
Как не хотел он выглядеть уверенным в себе человеком, но Ивану пришлось протянуть ему салфетку.
– Ты знаешь, Ив, они уже здесь? Я только что видел, как Воронов подходил к машине!
– Кто подходил?
– Я ж тебе говорю, наш спонсор! Да еще не один, а с этой скандалисткой Литвиновой, терпеть ее не могу! – сморщился Боб. Он очень волновался, поэтому, когда Иван поперхнулся и закашлялся так, что у него глаза вылезли из орбит, Борис изо всех сил стал колотить Ивана по спине и не стал ни о чем расспрашивать.
– Мне еще не хватало, чтобы ты тут умер! Руки вверх подними, тогда дышать станет легче! – Но Ивану и так скоро стало лучше. Боб схватил салфетку, капнул на нее воды из бутылки и промокнул покрасневшее лицо друга.
– Ты хоть знаешь, кто он! – вытирая выступившие от кашля слезы, еле выговорил Иван.
– Да это только ты его не знаешь! Он очень известный, в президенты баллотируется! – Иван смотрел на Боба как-то странно, как показалось Борису, с жалостью.
– Ты чё рожи корчишь! Это же наше будущее! Может, ты наконец прекратишь икать, а то сейчас придут!
– Ну и пусть приходят, – икнул Иван, налил минералки и начал жадно пить один бокал за другим.
– Веди себя прилично! Э… да ты, брателло, больше моего трясешься! – сделал свои выводы Боб. – Это правильно! Протрясись с мое! Знаешь, как мне пришлось на животе ползать, после того как ты исчез на неделю и не явился на стрелку! Они тоже не лохи, могут и передумать!
– А спорим, не передумают! – Иван отошел от икоты и стал каким-то чужим.
– Мне не до споров, дай воды. – Боб дрожащей рукой налил в бокал минералки и закурил сигарету.
– А ты не знаешь, зачем вообще этому олигарху понадобилась наша группа? Думаешь, просто каприз богатенького дяди?
– Мне не объясняли, но думаю – это часть их предвыборного плана. Хотят иметь все свое: группа может стать частью их бренда. Такая ассоциация. Увидят «Эль» – вспомнят Воронова, увидят Воронова – вспомнят «Эль»?
– Ты дурак?
Боб растянул улыбку до максимальной длины и привстал со своего места – к столику уверенной походкой продюсера подходил Константин.
– Здравствуйте, господа, – Костя протянул всем руку для рукопожатия. – Я думаю, мы начнем общение, а господин Воронов подойдет через пару минут, не возражаете?
– Мы не возражаем, – произнесли они дуэтом.
– Роман Анатольевич всегда рад поддерживать молодые таланты – это его свободная воля. Не скрою, вашу группу предложил ему я.
– Навязали? – уточнил Иван, за что моментально получил под столом удар ногой от Боба.
