Текст книги "Дракон с "прицепом", или Фиктивный брак для попаданки (СИ)"

Автор книги: Дара Лайм

Соавторы: Ника Лисицына
сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 7 страниц)

9

Глава 9

Алина

– Твоя, – произнёс лорд-дракон глубоким, слегка хрипловатым голосом и протянул мне сумку.

Я уставилась на мужчину и застыла, даже дыхание затаила, а сердце отчаянно колотилось.

Жар опалил моё лицо от одной только мысли о том, что он мог там найти.

Нет-нет-нет, он же не видел упаковку с “женскими штучками”, верно? А если видел, то…

“О-о-о, бли-ин!” – мысленно застонала я, протягивая дрожащую руку. Забрала сумку и прижала её к груди, будто она могла защитить меня от его внимания, от этого испытующего, ничего не упускающего взгляда.

Чувство неловкости заставило меня опустить голову и с интересом уставиться на носки своих ботинок.

– Но я не знаю, как тебе помочь вернуться. Не думаю, что такой способ существует, – как ни в чём не бывало продолжил мужчина. И произнёс это почти равнодушно, как будто говорил о погоде.

Я резко подняла голову и уставилась на него.

“Не существует… – мысленно повторила суть его слов. – Что? То есть как – не существует?”

Осознание этого повергло в шок. Чувство горечи заставило меня зажмуриться, потому что на глаза готовы были навернуться слёзы, и мне тут же стало плевать – заглядывал он в сумку или нет.

– Конечно, только мне могло так не повезти. Кому-нибудь другому – могло просто присниться, но только не мне… – выдохнула я. – Спасибо, что помогли мне там, на берегу, и… И за сумку тоже спасибо, – сказала, поднимая взгляд. – Могу я уйти?

На лице лорда Таира мелькнула тень удивления. Неужели не отпустит меня? Вдруг я теперь его пленница или ещё что-то подобное? Я ведь совершенно не знаю их законов. С другой стороны, его мать прогнала меня, значит, уйти могу…

– Алина, – окликнул меня мужчина, выдернув из размышлений.

– Простите, я задумалась, – невольно смутилась я.

Он кивнул, будто бы с пониманием, но взгляд его остался всё таким же безразличным.

– Почему ты хочешь уйти? – спросил он. Кажется, его ответ я банально прослушала.

– Мне здесь не место, – честно ответила я.

– Допустим, но тебе есть куда пойти? – спросил он, вскинув бровь и с интересом наблюдая за мной. Словно за пойманной птицей со сломанными крыльями. Вроде как никто не держит, а улететь не может.

Некуда мне идти, да разве ему есть дело… Да и стыдно признаться, что меня просто вышвырнули из замка, как уличную кошку.

– Нет, но…

– И что ты будешь делать, когда уйдёшь? – продолжил он допрос, не дав мне договорить.

Да зачем так в душу лезть? Разве не видит, что я сейчас полностью опустошена? Прекрасно же сам знает, что мне идти некуда, так зачем он так со мной?

Сделала глубокий вдох, стараясь хоть немного успокоиться и взять себя в руки, даже заставила себя едва заметно улыбнуться.

– Ну, раз обратной дороги для меня нет, значит, придётся приспосабливаться здесь, – сказала я, стараясь, чтобы еще и голос звучал спокойно и даже слегка беззаботно. – И найти работу, – закончила я.

А что я ещё могла сказать? Разве у меня есть хоть какие-то варианты? Нет.

Слёзы то и дело норовили навернуться на глаза. Теперь мне было плевать на предательство жениха и подруги. Меня обжигало полное опустошение, пыталось раздавить и сломить, медленно убивало. Страх перед неизвестностью своего будущего начал душить, но только я сдаваться не собиралась.

– Найти работу? – переспросил лорд Таир. – Это похвально. Но что ты умеешь делать?

Сложив руки на груди в замок, он посмотрел на меня скептически. И от этого взгляда я вдруг почувствовала себя жалкой букашкой. Столько в нём было неверия и даже какого-то презрения. Будто мужчина даже представить себе не мог, что такая, как я, способна на что-то большее, чем просто раз-другой согреть постель.

Да что же это такое? Решил добить меня таким изощрённым образом?!

– Эм-м, – протянула я, отводя взгляд.

Борясь с чувством, что он просто надо мной издевается, я задумалась. Мысленно перебрала варианты и ответила:

– Умею готовить, шить. На скрипке неплохо играю, хоть музыкальную школу и не закончила. Ремонт умею делать, не идеально, но умею. Если надо, могу даже обои поклеить. А вообще, по специальности я бухгалтер.

– Кто? – удивился незнакомому слову.

– Бухгалтер, – повторила я. – Ну, знаете, налоговые декларации там, сметы, рассчитать заработную плату, – сказала, потупив взгляд.

И зачем я вообще ему что-то объясняю? И хоть в этом нет ничего страшного, а получается унизительно. Будто милостыню у него прошу.

– Честно признаться, я понял лишь часть сказанного. Ты счетовод?

Я кивнула и отвела взгляд в сторону.

Девочка стояла чуть поодаль и с интересом разглядывала один из цветочков, выросший на пышном кусте, и делая вид, что очень увлечена этим занятием. Но я прекрасно видела, что она просто подслушивает.

Тот зубастый трёхглавый Малыш уже давно куда-то убежал, а я всё так же стояла и не знала, как теперь быть. И как сбежать от этого высокомерного типа?

– Раз тебе всё равно некуда пойти, могу предложить остаться здесь.

– Что? – Я уставилась на лорда, не поверив своим ушам.

Разве его супруга не будет против моего проживания? И как он вообще себе это представляет? Притащил молодую девушку, в доме поселил.

– Можешь оставаться здесь. И раз ты счетовод, то наверняка сможешь обучить мою дочь азам математики и письма?

– Что? – уставилась на него удивлённо.

– Учителем сможешь стать? – спросил он. – Для Софи, – добавил он, глядя на меня испытующим взглядом.

– Да, но… – замялась я.

– Что “но”?

– Но нет. – Даже головой качнула, припоминая мегеру в длинном платье. – В поместье я не останусь.

Ну вот хоть в чём-то я могу быть уверенной.

– И чем же тебе так не по душе мой замок? – прищурился он.

– Ну… – нервно замялась я, не зная, что сказать.

– Али-на! – едва не прорычал он. – Ответь на мой вопрос. И ещё: скажи, почему ты покинула покои и направилась сюда?

10

Глава 10

Таир

– Я… – Сделала судорожный вздох, отводя и пряча взгляд.

И что это значит, интересно мне знать?

– М? – поторопил с ответом, склонив голову к плечу, чтобы поймать смену эмоций на её кукольном личике.

– Я… Я просто не хочу, – сказала она, поглядывая на меня искоса, но поняв, что такой ответ не принимается, тяжело вздохнула и выпалила на одном дыхании: – Я уже успела познакомиться с седовласой женщиной и только глаза успела открыть, как она выгнала меня! Думаю, что это была ваша мама.

Последние слова она произнесла едва слышно и, снова отведя взгляд, прикусила губу.

– Хм, очень на неё похоже, – вынужденно согласился я.

Вот что она за драконица? Почему всегда лезет не на свою территорию и всем распоряжается? Разве мы не поднимали с ней уже эту тему?

Алина продолжала смотреть куда угодно, но только не на меня. И, честно признаться, меня это стало раздражать.

А с матушкой я всё же решу этот вопрос раз и навсегда! Очень скоро. Вот только улажу проблему с этой девицей. И сразу поговорю.

– Этот вопрос я решу, можешь не волноваться. Но тебе стоит подумать, остаёшься или всё ещё хочешь уйти?

Алина продолжала молчать, словно воды в рот набрала. И даже не смотрела на меня. Р-р-р.

– Пап, да зачем ты её уговариваешь? – подала голос Софи. Ей явно не по душе была мысль о новой наставнице.

– Не влезай во взрослые разговоры. – Погрозил ей пальцем, затем посмотрел на девушку и добавил: – Лучше места, чем здесь, тебе всё равно не найти, – сказал я, сцепив руки за спиной.

Алина бросила короткий взгляд на неё, затем в мою сторону, мягко поджала губы и тяжело вздохнула.

– Наверное, и правда не найти, – сказала девушка.

Удовлетворённо хмыкнув, я всё же настойчиво поинтересовался:

– Итак, каков твой ответ? – спросил я.

Да, она уже согласилась, но пусть сама это скажет. И вообще, я такими предложениями направо-налево не разбрасываюсь.

– Хорошо, – кивнула Алина, вскидывая на меня взгляд. – Благодарю, что готовы помочь мне.

И как бы она ни старалась казаться беззаботной и весёлой, но тоску и страх из взгляда не убрать по щелчку пальцев.

– В таком случае я покажу тебе комнату, – сказал и, кивнув Софи, чтобы направлялась вместе с нами, я последовал к замку.

Проходя по крылу для прислуги, задумался, в какую именно комнату её определить? Хотелось бы, чтобы комната была максимально просторной и удобной. Вот только для слуг, увы, такое не предусмотрено.

Покосился на дочь. Она вприпрыжку шла по коридору, едва слышно напевая какую-то песенку. Резко остановилась и устремила на меня изучающий взгляд.

– Папочка, – сказала Софи и чуть прищурилась. – А она точно останется здесь жить?

Вскинул бровь: дескать, отчего такие вопросы?

Софи бросила короткий взгляд на Алину и заговорщицки, словно так её услышу только я, прошептала:

– Она странная. И Малыша не испугалась. Бабушка вон до сих пор при виде него богов вспоминает и за сердце держится…

Щёки Алины вспыхнули от услышанных слов.

– Она испугалась, – сказал я. – Только сама поздно осознала это.

Софи снова с интересом посмотрела на гостью, а потом, кивнув своим мыслям, вприпрыжку продолжила шествие, остановившись на этот раз у предпоследней комнаты.

– Вот эта! – важно заявила дочь.

Ну что ж – эта так эта.

Приглашающе повёл рукой в сторону двери, а когда Алина вошла в комнату, бросил напоследок:

– Осваивайся.

Посмотрел на Софи.

Она поджала губы и, склонив голову набок, вскинула на меня вопросительный взгляд.

– Что? – спросил я у маленькой проказницы.

– Да нет, папочка, – фыркнула она, взмахом руки отправляя хвост за спину. – Ничего. Совершенно ничего, – сказала и, развернувшись, направилась прочь.

Вот же… мелочь какая.

Хмыкнув, я последовал за ней, но когда мне встретилась одна из служанок, которая была примерно одной комплекции с Алиной, остановил её.

– Господин? – приветственно поклонилась девушка.

– Сходи до ближайшей лавки и купи парочку нарядов. Как закончишь, доставь их в комнату, – подробно объяснил, в какую именно.

Сунув в ладонь опешившей служанке несколько монет, я пошёл дальше, но услышав удивлённое: “Но… а на какой размер брать?” – ответил просто:

– Примерно такой же, как и у тебя, – ответил, обернувшись.

Поклонившись, служанка убежала выполнять приказ, а я, нагнав Софи, направился с ней в столовую.

– Па-а-ап, я не хочу есть, – простонала Софи.

Знаю, ведь она бы с радостью пропускала завтрак, потому что успевает по утрам что-то стащить на кухне, но…

– Если не будешь, твоя бабушка решит взяться за твоё поведение, и тогда я не обещаю, что смогу её от этого отговорить.

Надувшись, Софи взяла вилку и наколола кусочек помидорки.

Я косился на дочку и сдерживал улыбку.

Эта егоза, думая, что я не вижу, прятала куски с тарелки в салфетку под столом, чтобы потом незаметно скормить их Малышу.

Услышав тяжёлое дыхание со стороны открытого окна, обернулся.

Малыш, взгромоздившись лапами на окно, заглядывал внутрь и, свесив все языки, пристально следил за манипуляциями Софи.

Со всех трёх его пастей обильно капала слюна, словно он самый голодный пёс на свете, а злобные хозяева отказались его покормить.

– Его кормили? – спросил у служанки, приносившей еду.

– Да, господин, – сказала она, глянув на трёхголового попрошайку.

Кормили, да не докормили.

Взяв с тарелки три довольно больших куска печёного мяса, я поднялся и, подойдя к Малышу, спросил:

– Зачем же ты так гостью напугал, хулиган?

Вместо ответа он лишь нетерпеливо облизнулся, не отводя трёх оголодавших взглядов от мяса.

Хм, похоже, этого зверя ничего, кроме еды, не интересует.

Не стал мучить животное, отдал мясо и, пожелав дочери хорошего дня, направился на разговор со своей матушкой.

Чаще всего она завтракает в своих покоях, поэтому я уверенно направился туда, вот только…

– Мама? Что ты тут делала? – спросил, застав её выходившей из моего кабинета.

11

Глава 11

Алина

Вздрогнула, когда за спиной закрылась дверь, и, обхватив себя руками за плечи, осмотрелась.

Комната небольшая, но в ней оказалось всё самое необходимое.

Тумбочка с двумя выдвижными ящиками, столик у занавешенного шторами окна и стул, шкаф под одежду и узкая кровать, покрытая серым покрывалом. Всё очень просто и неприхотливо.

Горько усмехнувшись, прикрыла глаза.

– Ну вот и твоя новая реальность, Ромашкина, – прошептала я. – Хотела жить в квартире с женихом и с видом на проспект, а получила вот это.

Теперь у меня нет ни жениха, ни даже той маленькой квартирки.

А может, я нагрешила где-то в прошлой жизни, и сейчас наступила расплата?

В один момент лишиться всего – это… это… практически лишиться кислорода.

Усевшись на узкую кровать, уронила лицо в ладони и всхлипнула.

Внутри всё огнём полыхало. Боль жгла так, что даже дышать было тошно.

– Ну что же я сделала плохого? Где совершила ошибку, что Макс так со мной поступил?

Шмыгнув носом, открыла сумочку и, вынув телефон, уставилась на заставку.

На экране была моя фотография, где я счастливо улыбаюсь, а в щёку меня целует Макс.

Отлично помню тот день. Ведь именно тогда у нас всё и началось…

Мы с коллегами катались на колесе обозрения. Страшно было до одури. И чтобы хоть как-то меня отвлечь, Макс притянул меня к себе за плечи и поцеловал в щёку, а сам тем временем сделал селфи.

В тот самый момент все мои страхи просто испарились, и сердечко забилось быстро-быстро… потому что меня никто ещё так не обнимал. И никто не заботился обо мне.

С Максом на тот момент мы уже были знакомы примерно год. Я – бухгалтер, он – юрист. Мы пересекались с ним по работе, всё же в одной компании работали, но он никогда до этого момента не оказывал мне каких-либо знаков внимания. А вот с того дня, когда он заставил меня позабыть о страхах, я влюбилась. Окончательно пропала, когда он признался, что давно планировал подкатить, но всё не решался.

Я была влюблена в него, не замечая ничего вокруг!

По утрам он зажимал меня в тёмных уголках компании и, сорвав с моих губ поцелуй, желал доброго утра. А вечерами я улыбалась, глядя в телефон, ведь он отправлял мне воздушные поцелуи и сердечки.

Полгода я была на седьмом небе от счастья. Полгода красивых ухаживаний, цветы и конфеты по поводу и без. Он был таким внимательным ко мне, что думала: это на всю жизнь, и ничто не сможет этого изменить.

Моя лучшая подруга Ленка улыбалась, глядя в мои наполненные счастьем глаза. Говорила, что хотела бы также хоть разок почувствовать себя самой счастливой, чтобы крылья за спиной, чтобы…

И вот спустя примерно месяц, как я представила их друг другу, она сообщила мне о своей беременности. И, конечно, о том, кто отец её ребёнка, она умолчала. Сказала только, что у них всё серьёзно и что знакомить меня с ним она ещё не готова. Говорила, что боится спугнуть своё счастье.

Я была искренне рада за неё, правда! А её изменившееся ко мне отношение, её пренебрежение я просто списала на всплеск гормонов.

Ох, как же я ошибалась.

– Предатели, – выдохнула я, ощущая внутри вязкую, давящую боль.

Рана, разорвавшая сердце пополам от предательства близких, – сможет ли она когда-нибудь затянуться? Смогу ли я ещё когда-нибудь по настоящему довериться?

Сколько я так просидела, жалея себя, не знаю. Счёт времени абсолютно был потерян. От слёз и грусти внутри образовалась давящая пустота. Она поглощала мои эмоции, забирала с собой не только боль от предательства, но и радость от осознания, что… Что бы со мной не случилось, я выжила! И даже желание закричать, что я буду счастлива всем назло, просто растворилось, погружая меня в странное оцепенение.

Депрессия? Всё может быть. А хорошо это или плохо, мне уже совершенно неважно.

Стук в дверь вывел меня из состояния оцепенения.

Вытерев слёзы, я поднялась.

– Да? – произнесла громко, и дверь распахнулась.

На пороге оказалась молодая девушка в длинном сером платье с белоснежным передником, державшая в одной руке поднос с едой, а в другой – свёрток.

– Вот, держи, – сказала она, водружая поднос на стол. – Это тебе.

Подойдя ближе, приняла свёрток и развернула.

Внутри оказалось два платья такого же серого оттенка, как на ней самой.

Нахмурившись, развернула наряды.

– Надевай и приступай к работе, – сказала девушка, намереваясь уйти.

– Постой, – окликнула я.

– М?

Она уставилась на меня огромными серыми глазами.

Похоже, теперь вся моя жизнь будет серой и безликой, как я сама и моё окружение.

– Расскажи мне немного о том, что здесь и как, – попросила я.

Кайла, как представилась она, пока я надевала платье, наперебой рассказывала об остальных слугах.

Я слушала её вполуха, стараясь принять себя в этом новом мире и в этой реальности. Но, к сожалению, пока что это плохо получалось.

– О! – сказала Кайла, разглядывая меня. – Даже в этом наряде ты не походишь на служанку, – восхищённо произнесла она.

– Я и не служанка. Меня пригласили работать наставницей для маленькой госпожи, – ответила я.

– О, удачи в этом нелёгком деле. – Девушка многозначительно поджала губы и отвела взгляд, затем снова улыбнулась и добавила: – Ты смотришься как госпожа, даже в наряде такого цвета. Только имей в виду, тебе не стоит дерзить и грубить даже другим слугам, – наставительно добавила. – Но, вообще, мы все здесь как одна семья. Я про слуг, – хихикнула девушка.

Продолжая слушать её лепет вполуха, я взяла с подноса пирожок и откусила.

12

Глава 12

Таир

– Мама? – повторил я. – Так что ты делала в моём кабинете?

В первый момент выражение её лица показалось чуть испуганным, словно её только что поймали на чём-то незаконном, а в следующий она уже взяла себя в руки и, гордо подняв подбородок, уставилась на меня оскорблённым взглядом.

– А разве я тебе помешала? – спросила матушка с вызовом во взгляде. – Неужели я не имею права войти в кабинет к собственному сыну?

“Ну вот, она опять это делает”, – мысленно выдохнул я, готовясь в очередной раз выслушать тираду про оскорбление и нелюбовь к собственной родительнице.

– Может, ты мне сразу укажешь те помещения, в которые мне входить строго запрещено? – сказала, прищурившись.

Из матушки вышел отличный манипулятор, вот только на этот раз я не стану спускать всё ей с рук и расставлю все границы дозволенного.

– Нет, ты скажи мне, чтобы я в следующий раз не посмела так непростительно нагло искать встречи с собственным ребёнком!

– Мама, – внутри поднялось раздражение, – прекрати переиначивать мои слова.

– Да какое уж тут переиначивание? – фыркнула матушка. – То не делай, сюда не ходи… Скажи, сын, ты что-то от меня скрываешь?

Матушка прищурилась, уперев руки в бока.

Мне вдруг вспомнилось детство, когда мама так же вставала, требуя от меня ответа, вот только тогда я и оплеуху за дерзость мог получить.

Ничего в этой жизни не меняется, кроме…

Хмыкнув и заложив руки за спину, я прошёлся по коридору несколько шагов, туда и обратно.

– Знаешь, а ты мастерски это делаешь, – сказал я, глядя матушке в глаза.

– Что? О чём это ты? – настороженно спросила она.

– Ещё в детстве каждый твой подобный выпад действовал на меня так, что я чувствовал огромную вину перед тобой. Каждый раз я старался угодить, наплевав на свои принципы и желания. Но знаешь что?

Она смотрела на меня с подозрением и, плотно поджав губы, следила за каждой эмоцией на моём лице.

Но я научился их прятать. Уже очень давно.

– Я больше не тот маленький ребёнок, которым можно управлять.

Её взгляд на мгновенье изменился, в нём появилась… гордость? Но в следующую секунду она прищурилась сильнее и негромким задумчивым голосом спросила:

– Что ты хочешь этим мне сказать?

– Я хочу сказать, что безмерно люблю тебя и уважаю, мама, – произнёс, пристально уставившись ей в глаза. – И ты мне не мешаешь, но…

Если бы не смотрел пристально, то точно бы пропустил тревогу, что вспыхнула в её взгляде буквально на мгновение.

– Но у меня есть личное пространство, в которое я не допущу даже тебя.

– Вижу, что ты не рад моему здесь появлению, – негромко сказала мама, в очередной раз делая попытку манипулировать.

Её глаза наполнились слезами, а нижняя губа чуть дрогнула.

– Прекрати это! – зарычал я.

Хоть и знал о её привычке, но всё же не мог смотреть, как она плачет.

Взгляд матушки тут же изменился. Не было больше ни слёз, ни обиженного поджатия губ. Теперь только твёрдая уверенность в себе и едва заметная насмешка.

– Сынок, – произнесла она, и губ коснулась лёгкая улыбка. – Если ты будешь так ко мне относиться, то я вынуждена буду уехать.

Неужели, чтобы она оставила меня в покое, мне придётся каждый раз её обижать?

– Но, как я уже говорила, – продолжила мама, – Софи заберу с собой!

– Мама, – сказал с рычащими нотками.

– Я давно тебе сказала, что девочка не может расти без женской руки. Только женская забота может сделать из Софи настоящую леди! Но… – Развела руками. – Ты не женат! Да и не слишком уж и торопишься.

Её взгляд сделался жёстким, словно она собиралась ударить побольнее.

– Без матери девочка вырастет настоящей бестией! Хулиганкой и капризной девчонкой. А знаешь почему, дорогой мой сын? – Снисходительная улыбка скользнула по её губам. – Потому что ни один мужчина не сможет правильно воспитать из девочки настоящую леди, женщину, которой можно будет гордиться. Потому что вы, мужчины, не понимаете специфики воспитания противоположного пола. Вот если бы у тебя был сы-ы-ын, – протянула матушка, ударив по больному, – тогда бы и вопросов не было. Но у тебя нет даже женщины, чтобы сына сделать, чего уж говорить о воспитании дочери?

Злость на ситуацию в целом вспыхнула в груди настолько резко, что захотелось наорать на свою родительницу.

Я хотел сына. Очень хотел. Но родилась Софи.

Нет, я безумно люблю свою дочь. Обожаю её, частенько потакая её детским капризам, потому что матушка права: я просто не знаю, как воспитывать дочь. Она же девочка, а это значит, что имеет право капризничать и требовать то, что желает. Но о сыне я мечтать так и не перестал.

Вот только от повторной женитьбы меня передёргивает всякий раз, как я об этом подумаю.

Лора, моя супруга и мама Софи, в тот момент, как только вошла в этот дом, сразу принялась устанавливать свои правила и порядки.

Я всегда знал, что, как хозяйка, она имеет на это право, вот только… Её приказы были совершенно бессмысленными, а порядки абсолютно иррациональными. У меня создалось такое чувство, что этим она хотела только утвердиться в качестве госпожи и леди, не более того. И пока она жила в этом доме, меня стало это невероятно раздражать.

Но, когда она пропала, я даже вздохнул свободнее. Возможно, именно поэтому все, как мне когда-то казалось, винили именно меня в её исчезновении.

Но желание повторно жениться Лора отбила мне насовсем.

А что сейчас?

Я – взрослый и самостоятельный мужчина, лорд своих земель, один из сильнейших драконов этого континента… И я должен подчиниться матери?

Как же это всё раздражало!

– Звучит так, словно я виновен в исчезновении жены, – процедил я сквозь зубы. – Но, поскольку это была воля Небес, не кажется ли тебе, что это знак того, что Софи должен воспитывать именно я?

Смех прокатился по коридору, отдаваясь от стен и заставляя меня скрежетать зубами.

– Упёртый слепец, – просмеявшись, сказала мама. – Совершенно не хочешь ничего замечать. Как могли Небеса желать из прекрасной малышки сделать дикую и необузданную девчонку?

– А может, тебе стоит прекратить искать в Софи недостатки, а обратить внимание на её достоинства? Попробуй просто заглянуть в её душу! Попробуй просто полюбить внучку, ласкать и радовать, а не растить из неё очередного солдата, который должен стать самый лучшим лордом на всю округу!

Обида вспыхнула в её взгляде. И на этот раз её чувство было реальным. Даже воздух стала ртом хватать.

– Какой же ты стал чёрствый и жестокий, – выдохнула мама. – Ты же не видишь дальше своего собственного носа. Это ужасно и непозволительно, – покачала она головой. – Я подарила тебе жизнь. Растила таким, чтобы мне никогда не было стыдно за тебя. И что в итоге?

Обида в её взгляде в очередной раз задела что-то внутри меня.

– Ты не имеешь права говорить со мной таким тоном! – тут же припечатала матушка, и я усмехнулся.

Да, вот оно. Снова манипуляция. Но маска слишком быстро слетела, и она в очередной раз показала свой характер.

– Мама, – сказал я, больше не желая ругаться. – Я всё сказал. И предупредил. Не смей переходить границ дозволенного.

– К слову, о границах дозволенного… – Она поджала губы и глянула на меня с какой-то брезгливостью. – Ты правда считаешь позволительным, чтобы в твоей спальне ночевали бесстыдницы? Хорошо, что её видела только я, но неужели ты считаешь, что твоей дочери пойдёт на пользу наблюдать за продажной девкой?!

Ах, вот оно что. Именно за такую женщину она приняла Алину? Что ж, видно, они нашли общий язык, и не мог не воспользоваться ситуацией.

– Та, кого ты назвала продажной девкой, совсем скоро станет моей женой, мама! Так что выбирай выражения, когда говоришь о своей будущей невестке.

Пока матушка в очередной раз хватала ртом воздух, изображая дикую обиду и возмущение, я вошёл в свой кабинет и захлопнул дверь, не желая далее продолжать этот разговор.

Вот теперь точно нет выбора. Я никогда не бросал слов на ветер. И Алина станет моей женой, даже если ей этого не хочется!