Текст книги "Волкодлак. На службе у Лешего (СИ)"

Автор книги: Данил Хлуденко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Кровавая луна освещает ночь, кровные сестры веселиться не прочь!

После этой фразы они разом громко загоготали.

– Приветствуем вас, сестрицы, на ежегодном шабаше! – заговорила ведьма с причудливым носом. – Вот и наступила та самая ночь, когда мы с вами сможем поделиться секретами колдовства, обсудить волнующие проблемы и вопросы каждой из нас, посплетничать и душевно провести время! И первое с чего мы начнем...

– Погоди, Ирия. За нами наблюдает посторонний! – предупредила старуха, ее филин пугающе ухнул в гробовом молчании ведьм.

Ирия грозно взмахнула рукой над головой, пуская по ветру желтый порошок. В круге перед троицей шмякнулся на землю Дардан. С ним вместе переместился его зловонный трофей, небрежно завернутый в грязную рубаху. Волосы на голове юноши взлохматились и торчали в разные стороны. Он робко попытался их пригладить, когда встал на ноги.

– Это что за олух? – отозвались возмущенные голоса позади.

– Человек!

– Мужчина!

– Фууу! Какая вонь!

– Паршивцу здесь не место!

– Давайте убьем его, пусть не сует свой нос, куда не следует!

– Уж лучше принесем в жертву темным силам!

Между ведьмами развязались споры о судьбе Дардана. Юноша попытался возразить, однако уже не смог произнести ни слова, ни шевельнуться. Его сразу же зачаровали. Все домыслы и предложения шабаша быстро оборвала молоденькая ведьма из тройки.

– Тише, сестры! – крикнула она. Все тут же послушно замолкли. Затем она приблизилась к Дардану. Тот старался не смотреть на ее красивое тело под прозрачной одежей. Ведьма коснулась пальцем его тела. – В его жилах течет магия, а сердце бьется за двоих. В нем сокрыта иная сущность. Волчья, судя по запаху. Этот юноша волкодлак!

– Не имеет значения, Эрида. Он нарушает наши вековые традиции. Не для его ушей и глаз наше действо. Отныне наказанием ему будет слепота, глухота и немота, – рассудила Ирия. Не одна ее мышца лица не выдала сомнения, либо сожаления о мгновенно принятом решении.

– Прости, сладкий! – сочувственно произнесла Эрида, нежно погладив щеку Дардана тыльной стороной руки.

Ирия стала произносить сложные заклинания для приговора. Филин на плече старухи вновь ухнул.

– Тьфу ты. Остановись, сестра! – взволнованно выкрикнула пожилая ведьма. – Прости женщину в возрасте, милок. Зрение подводит меня в последнее время. Совсем плохо видеть стала, – обратилась она к Дардану, а затем пояснила остальным: – Зеленый камушек на его шее – побрякушка Лешего. Его это посланник.

– Ах, вот оно что, – удивленно восприняла Ирия. – Это многое меняет, волкодлак. Тогда ты вправе присутствовать на нашем шабаше, коль осталось еще желание. Можешь даже поучаствовать. Приносим свои извинения за столь резкие меры. К нам очень редко попадает кто-либо посторонний. Несколько веков назад на твоем месте находился сам Леший этого чудесного леса.

Дардан почувствовал, что снова может двигаться и шевелить губами.

– Честно говоря, более теплого приема я и не ожидал, – язвительно ответил он, пытаясь сдержать подступающий гнев. – Мне всего лишь нужно узнать ответ на один вопрос, и я тут же вас покину, чтобы никоим образом не помешать вам.

– Ты итак отнял у нас слишком много времени, волкодлак! – резко заявила Ирия. – В первую очередь здесь решаются вопросы ведьм. А ты не из их числа! Плюс ко всему ты не женщина. Если, конечно, не желаешь лишиться того, что у тебя между ног и стать первым в очереди.

Шабаш ведьм разрывало от истерического хохота, смешно было всем, кроме самого Дардана.

– Все личные вопросы задашь позже! – мило улыбнулась Эрида. – Будь послушным мальчиком, дай сестрам развлечься, и тогда ты получишь свою долю внимания.

Она подмигнула Дардану и попросила выйти из круга. Троица ушла из центра, становясь со всеми в круг. Они вместе опустились на колени, подняли руки к небу и, глядя на луну, запели мелодичную песню на непонятном диалекте. Вначале песня завораживала сладостью голосов, но постепенно ее слова становились более грозными, резкими, быстрыми. Морщинистая старая ведьма с кривым носом, вся в бородавках нечеловечески завыла, ее вой по очереди подхватили все присутствующие. Шум резал слух до звона в голове Дардана. Он закрыл уши. С неба, откуда ни возьмись, ударила в землю молния точно посередине круга. На месте удара появился большой черный козел с пылающими глазами. Между его рогов горел очень яркий огонь, прекрасно освещающий всю поляну. Ведьмы отбрасывали вытянутые танцующие тени позади себя. Животное сидело неподвижно в позе кота, клянчащего еду на задних лапах. Песня вновь перешла в спокойное русло. Ирия одобрительно кивнула, после чего пять ведьм из круга колдовством перенесли пять завязанных мешков под ноги козлу. Внутри что-то брыкалось и визжало, желая вырваться на свободу. Каждая из них вынула нож, перед тем как развязать мешочки. Пленниками оказались белый ягненок, черный петух, розовый поросенок, серый кролик и сизый голубь. Им тут же пустили кровь, а трупы оставили лежать рядом с козлом. Земля пропиталась кровью. Ведьмовское пение не умолкало. Дардан с ужасом наблюдал за происходящим. Вдруг пламя между рогов черного истукана вспыхнуло, загорелись рядом трупы животных. Наступила тишина, когда от туш остались одни почерневшие кости. Вскоре кроваво-красную луну затмила черная вуаль. Козел загорелся сам, издавая дикий рев. Пламя погасло. На поляне стало так темно, что волкодлак едва замечал лица ведьм под капюшонами. Они стояли, держась за руки, нашептывали молитвы древним богам ночи.

Загудел сильный ветер, застонали деревья, с небес начал сыпаться пепел. Из-под земли вылезала всякая нечисть. Над головами возникали парящие мертвые души. Скелеты заиграли задорную танцевальную музыку, орудуя лошадиными головами и коровьим выменем, вместо волынок. Мохнатый с головы до пят черт, с козлиными рожками, ушами как у быка, носом как у свиньи, с длинным хвостом, похожим на тоненькую веревку, на конце с кисточкой, и копытами, как у лошадей, стучал по черепушкам костьми, задавая ритм. Десятки подобных ему чертей заплясали с ведьмами. Эрида подскочила к Дардану и потянула его за собой. Она прижалась к нему своим телом и кокетливо улыбнулась, глядя в глаза. Она ощущала его волнение, и ей это нравилось. Они кружились в танце среди сумасбродной вакханалии. Ведьмы безудержно хохотали, хлопали в ладоши гарцующим вокруг хвостатым хулиганам. Черти то строили веселые гримасы, то дурачились, прыгая на хвосте, то извивались как змеи, то издавали смешные звуки. Пляска закончилась только, когда ноги разболелись и все устало, но радостно, попадали на траву.

Музыканты заиграли тихую спокойную мелодию. На траве возникали теплые шерстяные и кожаные покрывала с множеством подушек. Каждый устраивался как душе угодно. Эрида легла в ногах Дардана. Он бережно обнял ее за талию. Затем перед всеми появились скатерти с едой и напитками. Основным блюдом являлось мясо жареное, тушеное и сырое. Прочие угощения были непонятного состава и происхождения, к коим Дардан решил не притрагиваться. На десерт чаши с заморскими фруктами. Из напитков вино, брага и медовое пиво. Все ели руками, а пили из коровьих копыт и лошадиных черепов. Сырое мясо довольно уплетали только представители подземного мира. Ирию и старуху с филином на плече кормили услужливые скелеты и парочка пузатых чертей, поднося почтенно пищу. Везде общались на разную тематику большими и малыми группами. Одни делились рецептами новых испробованных зелий, чар, колдовских заклинаний, вторые вспоминали истории из жизни за прошедший год, третьи рассказывали новости и сплетни из своего края, четвертые вовсе травили байки, анекдоты, шутили и смеялись, пятые довольствовались необычными азартными играми.

– Нравится наш беспредел? – спросила Эрида, забрасывая дольку сочного апельсина себе в рот.

– Да. Только при обычных обстоятельствах я отправляю всякую нечисть восвояси, а не пью вместе с ними и гуляю. Почему к вам троим, шабаш относится со столь глубоким почтением. Вы для них вроде старейшин? – поинтересовался Дардан.

– Ирия, я и слепая Гоара – мы сестры, одного из самых древних могущественных родов ведьм. Думаю, поэтому, – хихикнула Эрида, нежно заталкивая пальчиками виноградинки в рот юноше.

– Слепая?! Как же тогда она меня узнала?

– Птичка – ее глаза и уши, глупыш. Они сроднились и могут общаться. Не без помощи сильнейших чар, конечно. Ладно, пойдем отсюда! Покажешь мне, что ты там притащил с собой, и я отвечу на любые вопросы! Только после вдобавок ты исполнишь мою волю. Согласен?

– Да! – кивнул он.

Эрида выпила вина из копытца и зашагала в сторону чащи, игриво маня за собой пальчиком. Они оба скрылись из всеобщего обозрения, желая остаться наедине. Дардан развернул зловонную рубаху и показал отрубленную мохнатую голову черного волка.

– Эти существа напали на людскую общину. Ты сможешь сказать кто они?

Ведьма создала маленький яркий шар, парящий у нее на ладошке. Им она осветила мерзкую голову, пристально рассматривая ее вблизи. Жуткий запах не вызвал у нее омерзения, лишь улыбка сошла с лица. Она коснулась кончиками пальцев лба существа. Глаза ее закатились на короткое время.

– Оборотень, или вервольф, как их кличут в местах, где они обитают, – с уверенностью произнесла Эрида. – Они редко бродят среди людей. Никогда я не слышала о том, чтобы вервольфы появлялись на нашей земле. Они похожи на вас, волкодлаков, люди в волчьем обличии. Эти более злобные, агрессивные твари. В основном они по желанию обращаются в двуногих волков, кроме дней, когда на небе сияет полная луна. Тогда они бесконтрольны, их дикая природа берет верх, и они рыскают в поисках добычи до тех пор, пока солнце не встанет.

– Как же получилось, что они оказались здесь?

– Загадка, милый. От мертвого, к сожалению, мы уже ничего не узнаем. Все, что тебе остается – ждать. Думаю, причина их появления вскоре даст о себе знать, если она настолько серьезна. А до тех пор не стоит волноваться. Лучше наслаждайся тем, что рядом.

– Спасибо за... – не успел поблагодарить Дардан, как ощутил ее сладкий влажный поцелуй на губах.

– Ты готов исполнить обещание? – тихонько прошептала она на ухо.

Волкодлак молчаливо кивнул. Эрида аккуратно сняла с себя шелковую рубаху, демонстрируя стройное обнаженное тело. Закинула ему обе руки за шею и тесно прижалась пышной грудью, продолжая пробовать его губы на вкус. Ее волосы пахли чистой озерной водой с чарующим ароматом ягод. Дардан провел руками по ее спине, ощутив теплоту и мягкость кожи, остановившись на тоненькой талии. Она ловко расстегнула его кожаный пояс, скинув с него штаны. Любовники легли на траву, продолжая страстные поцелуи и объятия. Время для них пролетело незаметно. Как только все действо закончилось, они усталые и довольные продолжили лежать рядом друг с другом. Эрида положила голову ему на грудь, обняв рукой. Их сердца сейчас стучали в унисон. Дардан и забыл, когда в последний раз ему было так хорошо. Он чувствовал себя не на вершине горы, а гораздо выше. Свободным от обыденных обязательств. Глаза его слипались от усталости и блаженства. Он наклонил голову набок. Проем между деревьями выходил прямиком на веселящийся шабаш. Маленькой прорези оказалось недостаточно, чтобы рассмотреть все действо целиком. Любопытство разыгралось не на шутку. Он прошептал заклинание, и плотный слой древесины будто бы рассеялся. И юноша смог легко подглядеть за происходящим.

Изрядно напившись спиртного, ведьмы практически поголовно разделись и танцевали нагишом. Вокруг них как змеи извивались рогатые черти. Одна полная женщина большими ручищами схватила парочку чертей за косматые головы и ткнула их пятачками в свою пышную скачущую грудь. Слепая старуха Гоара отрывала кусочки куриного мяса и кормила ими филина на плече. Птица проглатывала еду целиком, довольно размахивая крыльями. На удивление даже Ирия оголилась, танцуя в компании двух широкоплечих чертей. Она поочередно вальсировала то к одному, то к другому, страстно прикусив губу. Видимо, хмель гулял в ее голове в изрядном количестве. Страшная морщинистая ведьма, с лицом покрытым бородавками и прыщами, шлепала по мохнатым ягодицам рядом прыгающих чертей. Ее примеру последовали еще несколько возрастных подруг. Чуть дальше от них целовались две девушки. Одна рыжеволосая, другая с пепельными волосами. Обе без скромности гладили друг друга. За ними и вовсе на траве черти овладевали группой женщин в различных позах. На фоне музыки слышался гогот и смех, стоны и крики. Тут Дардан отвел взгляд, закрывая глаза. Больше за ведьмами ему следить не хотелось. Он решил, наконец, вздремнуть в объятиях сопящей Эриды.

Ему снился кошмар. Белый волк долго удирал от неизвестного преследователя. Им завладел глубокий страх, шерсть стала дыбом, хвост поджался, в лапах чувствовалась слабость, его сила куда-то запропастилась. Что-то зловещее настигало зверя, паря в воздухе. Сколько ни пытался он скрыться и сбежать, но все тщетно. И тут волк оказался в тупике, бежать было некуда. Заскулив, он беспомощно прижался к холодной стене. Нечто протянуло длинные худые лапы, поглощая дух волкодлака. Колдовская связь между ним и Дарданом разорвалась...

Юноша очнулся в холодном поту. Он закричал от очередного приступа боли внутри. Эрида тоже проснулась и резко подскочила испугавшись. Тело Дардана видоизменялось на глазах. Кожа обрастала черным густым шерстяным покровом. Руки и ступни превращались в волчьи лапы. Из кожи вылезали острые когти. Лицо быстро потеряло человеческий облик. Удлинялись уши, вытягивался нос и челюсть, вместо зубов выстраивались ряды клыков, глаза залились кровавым оттенком. Крики боли постепенно перешли в звериный рык. Дардан обратился в поверженного им врага. Он стал на две задние лапы, возвышаясь над девушкой. Его мышцы напряглись для атакующего рывка. Однако Эрида успела создать магический барьер вокруг себя. Словно со скалой столкнулся оборотень и упал на землю. Его охватил гнев. Последовал первый удар, второй, третий, но пробить странную защиту ему не удалось. Зверь поскрежетал когтями по полупрозрачной белой преграде, жадно понюхал воздух, развернулся и помчался к остальным ведьмам.

– Нет! – встревожено завопила Эрида. – Только не туда. Не смей!

Дардан ее уже не слушал. Им двигала иная сущность, бесконтрольная и не подвластная его воле, разыгралась жгучая жажда крови, а инстинкт охотника направлял его. Новообращенный вервольф выпрыгнул из-за деревьев на поляну. Общий шум скрыл его появление. Поглощенные собственными утехами, все не заметили надвигающуюся угрозу. Молниеносно Дардан нанес первый удар. Его когти глубоко вошли в спину толстой ведьмы, быстро разрезая ей органы. Из ее рта потекла кровь ручьем, глаза застыли, а мышцы лица подергивались. Ее мертвая туша грохнулась на траву. Ближайшие два черта стояли, как вкопанные, не зная как им поступить толи накинуться на врага, толи дать деру от него. Их нерешительностью воспользовался Дардан. Первому он тут же разодрал грудь, а второго повалил на лопатки, перегрызая глотку. Крик филина эхом разнесся по поляне.

– Проклятье!– выпалила слепая ведьма Гоара. – Сестры, берегитесь!

Гулкая музыка смолкла. Веселью шабаша пришел конец. Взгляды ведьм и нечисти направил голос старухи. Черношерстный волк на двух ногах, величиной с быка, с легкостью раскидывал атакующих его хвостатых чертей. Ближайшие к нему ведьмы бросились наутек. В три быстрых прыжка на четвереньках оборотень нагнал сразу нескольких женщин, нанося им смертельные увечья. Из ведьм первыми смело накинулись на неприятеля молодые девушки с рыжими и пепельными волосами. Они выстреливали из рук красноватым и серым лучами. Однако Дардану все их потуги оказались нипочем. Лишь пощекотали ему кожу. Он, не медля, вспорол когтем рыжую девушку от пупка до груди, а затем швырнул ее в подругу. Тут сзади оборотня схватили за передние лапы четыре черта. По два на каждую. Спереди с разгона налетел еще один, воткнув рога в брюхо Дардану. От боли оборотень озверел еще сильней. Сразу обидчик получил оглушительный удар промеж рогов, отлетев далеко назад. Повисших на лапах коротышек, он скинул, стукнув друг об друга лбами. А затем шустро разорвал всех четверых на части. Дардан ринулся за очередной жертвой своей беспощадной расправы. Вдалеке Ирия колдовала долгое сложное заклинание. Она выставила руку вперед, целясь в оборотня. От плеча до кисти ее руку обвивали языки пламени.

– Остановись! – набросилась на сестру Эрида, схватив ее за предплечье. Пламя на руке Ирии потухло мгновенно.

– Ты не в своем уме? – злобно огрызнулась Ирия. – Или ты ослепла как Гоара? Так и знала, что этот наследственный недуг может коснуться не только ее. – Она заново начала читать заклинание.

– Это Дардан, помощник Лешего! – заявила Эрида.

– И что с того? Пускай теперь эта тварь распотрошит всех наших?!

– Нельзя нам его убивать, Ирия. Хранитель леса разгневается! – поддержала младшую сестру слепая Гоара. – Тогда итог для нас будет еще хуже. Что ты предлагаешь, золотко?

– Усыпим его и улетаем отсюда.

Летающие ведьмовские звери в ужасе пытались сорваться с цепи, но магия крепко держала звенья. Рядом Дардан грыз мертвое дряблое тело женщины с уродливым лицом. Половина участников шабаша уже были им убиты. Желающих покончить с неприятелем совсем не осталось. Неожиданно на оборотня налетел старушечий филин. Он впился когтями в затылок и несколько раз клюнул до крови макушку, а затем полетел прочь за пределы поляны. Такой наглости Дардан не стерпел. Он бросил жевать внутренности жертвы и помчался за сбрендившей птицей. Второпях Эрида села на метлу и полетела за ними следом. Она нагнала вервольфа уже у подножия горы, пытающегося вскарабкаться на одну из сосен за хитрым филином на ветке. Девушка подлетала ближе, зверь учуял ее запах и обернулся. Она сдула с ладони бело-розовую пыльцу прямо тому в морду.

– Спи, сладкий, – с жалостью прошептала Эрида. – Скоро я вернусь за тобой!

Рыча, оборотень упал на траву. Плотные веки замкнули кровожадные глаза. Зверь уснул...

Чуть позже на поляне под серебряным ликом луны появилась группа неизвестных. Лица их скрывали начищенные до блеска шлемы с забралом. Все они были полностью облачены в такие же отполированные серебристые доспехи с изображением коня с крыльями. У каждого на поясе имелось по несколько видов оружия. Они тщательно осмотрели вершину горы, проверили, есть ли выжившие среди убитых, а затем собрали все тела в кучу и подожгли их. Незнакомцы недолго молчаливо наблюдали за тем, как разгорается пламя, и вскоре скрылись во тьме...

ГЛАВА VIII

«Во власти полнолуния»

Усыпляющие чары ведьмы Эриды не слишком долго действовали на вервольфа, и тот пробудился с присущим его виду остервенением. В нем не осталось ни капли от Дардана и его второй сущности. Лик Луны все еще освещал лесные просторы. Едкий смрад тления чьих-то останков поманил за собой черного волка. Он без труда могучими высокими прыжками залез обратно на гору, на некогда людную поляну, залитую кровью, слизью и желчью существ. Только теперь она казалась не столь просторной. Все деревья вернулись на прежние места. Тела убитых Дарданом превратились в черные угольки, продолжая тлеть на слабом костре, и теперь зверю нечем было поживиться. Вервольф покружился здесь еще чуть-чуть, принюхиваюсь к разнообразию прочих запахов. Отчетливо выделялись совсем свежие человеческие запахи. От них пахло травами, чесноком, жареной бараниной и потом. А самое главное ощущалась сильная магия, от которой бесстрашному зверю захотелось поскорее сбежать отсюда.

Попеременно передвигаясь то на четырех лапах, то на двух, Дардан удалялся от злополучного места. Он ловко скользил по песчаному склону горы, прыгал с высоких уступов, мягко приземляясь. Как вдруг в глубине лесной чащи зверь учуял сладкий аромат живой добычи. Резко разыгрался аппетит, отражаясь обильным слюноотделением. Нос вел охотника по следу. В поле видимости очутился упитанный рогатый олень, который щипал траву вместе со своим семейством. Однако два мелких олененка и тощая олениха не вызвали у волка особого интереса. Он нацелился на более мясистое блюдо. Приближаясь медленно и бесшумно, вервольф затаился за обильно заросшими кустами, выжидая удобного момента для нападения. Рогатый олень первым поднял голову, почувствовав некую угрозу. Листья громко зашуршали, последовал молниеносный рывок хищника и крупный зверь, издав предсмертный рев боли, рухнул на землю с разодранным брюхом. Остальное семейство убитого животного благополучно скрылось в ночи. Дардан запустил клыки в добычу, жадно откусывая свежую теплую плоть. Кровь стекала из его пасти. Он пережевывал мясо и кости разом, кромсая все на мелкие кусочки. Когда оборотень наелся вдоволь, он издал зловещий громкий вой, разносившийся на многие версты.

Словно изнутри чужими глазами Дардан наблюдал за действиями черного волка. Он пытался хоть как-нибудь помешать ему и всячески мысленно сопротивлялся, но у него ничего не получалось. Он оказался скованный и запертый, потерявший контроль над собственным телом. Он больше не ощущал силу волкодлака. Дух будто навсегда покинул его. Юноше оставалось только ждать и надеяться, что когда-нибудь он сможет вернуть себе прежний облик и прогнать чужеродное существо.

Долгое время вервольф бесцельно рыскал по обширной лесной территории. Он метил мочой деревья, кусты и пеньки. Точил когти о кору сосен. Затем неудачно гонялся за мелкими зверьками. Белки забегали на верхушки деревьев, и он неуклюже пытался вскарабкаться за ними, каждый раз падая на землю. Кролики залезали в глубокие подземные норки, куда он безуспешно старался залезть мордой или лапой, взрыхлив почву. Постепенно черный волк приближался к окраине лесного царства, оставив гору далеко позади. Ее верхушка давно исчезла с горизонта. Неожиданно, среди моря запахов вервольф приметил один до боли знакомый. Странный человеческий запах вызвал приступ гнева и желание поскорее выследить цель. Нюх привел его в степи. Вдали под открытым небом расположились караваны орды кочевых племен. Любой одинокий странник обходил бы их стороной, но численность людского войска совсем не пугала зверя. Он продолжил медленно красться, пытаясь оставаться незамеченным за грядками высокой травы и кустарниками.

Сотни слабых струек дыма от вечерних костров тянулись к небу. В обустроенных загонах томились лошади, овцы, козы и коровы. Повсюду стояли юрты и шатры из кожи и шерсти, и не было им ни конца, ни края. Рядом с жилищем стояли обозы, наполненные доверху одежей, мелкими бытовыми предметами и прочими людскими ценностями. Большинство народу в такую пору уже спали. Однако редкие тихие голоса то тут, то там доносились из лагеря. Множество конных часовых охраняли границы. Где-то раздался гулкий шлепок хлыста вперемешку с бранными словами, затем послышался рев животного, и вновь наступила тишина.

Дардан подполз на брюхе к двум проходящим всадникам, выждав удобный момент, он набросился на них. Ему хватило силы повалить лошадей вместе с людьми. Быстрыми движениями оборотень вогнал когти в головы животных, не дав им издать ни малейшего звука. Перепуганные часовые схватились за рог, чтобы предупредить остальных о нападении, но враг выпотрошил обоих прежде. Короткими перебежками Дардан перемещался по лагерю. Он сливался с тьмой, держался подальше от загонов со зверьем, и от сидящих у костров людей. Хищник постепенно приближался к таинственной жертве, чей запах становился более отчетливым и насыщенным. Позади громко загудел рог. Это нашли оставленные трупы. Всполошился весь лагерь. Из шатров выбегали мужи в кожаных доспехах, держа наготове оружие. Они спешили на зов с бесстрашием в глазах. Вервольф же продолжал подбираться к цели с долей осторожности. Людская суматоха оставляла уйму удобных позиций для продвижения. Еще несколько случайных встречных он с удовольствием прикончил. И вот Дардан оказался у большого шатра, сделанного из тонкой обработанной шерсти, расшитого золотыми и серебряными нитями. Он широко раскрыл ноздри, вынюхивая все ближайшие запахи. Теперь он знал наверняка, что внутри находиться тот, кого ему так хочется убить. Тогда Дардан сделал прорезь в шатре и легко попал внутрь. Он склонился над постелью из соломы и шерсти, жестоко кромсая ее в клочья. К его удивлению там не оказалось человека. Тут из темного угла вылетел огненный шар прямо в спину черного волка. Огонь опалил шерсть и кожу зверя, от чего тот, заскулив, отскочил в сторону. Свечение от очередного шара в руке колдуна показало его жуткое лицо. Единственный глаз с ехидством взирал на зверя. На месте второго осталась пустая зарастающая глазница от глубокого пореза, который тянулся от брови до щеки. Горбатый нос и надрубленный краешек правого уха. Низкорослый сутулый мужчина хилого телосложения. Сейчас его можно было не признать, если бы не постоянная легкая ухмылка одним уголком рта. Все из-за поврежденного лицевого нерва. Дардан узнал его спустя столько лет. Человек перед волком был тот самый колдун, что напал с другими кочевниками на его общину в детстве. Вервольф наполнился яростью. Пылающий шар вновь полетел в него, но на сей раз, он успел увернуться. Шар угодил в шатер и тот загорелся. Зверь, рыча на четвереньках, подбирался к уродцу, а затем совершил скоростной рывок. Однако колдун умудрился сделать огненную преграду и отойти на безопасное расстояние. Нападающий заскулил от боли, катаясь по земле и стремясь потушить подожженную шерсть. В этот момент в шатер забежали вооруженные кочевники. Первый уже замахнулся копьем, чтобы прикончить странное чудище.

– Стой! Эта тварь мне еще пригодится. Несите кандалы и в клетку его! – приказал колдун.

– Слушаюсь, Кайрджакхан! – ответил воин.

Лезвие копья остановилось, слегка вонзившись в обгорелую спину Дардана. Трое кочевников остались охранять бесчувственное тело существа. Вскоре подоспела еще группа людей. Одни тушили с ведер огонь в шатре. Другие с опаской заковали зверю лапы, надели на пасть мешковину и туго перемотали ее веревкой. Затем кочевники взяли его под лапы и потащили прочь. Снаружи уже появлялись первые лучи солнца. Жители лагеря выстраивались в колонну, пытаясь рассмотреть странное создание, которое воины волочили по земле. Многие разглядывали обгорелого зверя с испугом и недоумением, а озорные дети швыряли в пленника камни. Тут Дардан окончательно потерял сознание...

Когда вервольф пришел в себя, он лежал в оковах на холодной земле пещеры в клетке. Вокруг было темно и сыро. Обожженная кожа жутко пекла. Он почувствовал каждую ссадину от камней и видимо от ударов разгневанных кочевников. Зверь сразу же попытался разорвать железные цепи, однако сил не хватило. От тоски и боли он завыл. Вой разнесся эхом по мрачной округе. Вскоре появился стражник.

– Заткнись отродье! – закричал человек и издевательски ткнул пленника несколько раз обратным концом копья.

Дардан огрызнулся, обнажив клыки, но цепи сковывали его движения. Ему приходилось терпеть боль. Стражник рассмеялся и, наконец, ушел прочь. Вервольф вновь попытался разорвать цепи. Неудачно. Тогда он беспомощно решил лечь на землю и подремать.

Как скоро проснулся Дардан неизвестно. В пещере царил только мрак и сюда не доставали лучи света. Волчье зрение едва помогало разобраться, что вокруг. Лишь каменистые стены, рыхлая сырая земля, да железные толстые прутья. Где-то изредка капала вода, гулко пополняя скопившуюся лужицу. Больше никакого другого шума или звуков, только собственное звериное дыхание. Оборотень пролежал еще некоторое время в одиночестве, пока с одной стороны не показался тусклый огонек. Уродливый колдун шагал к пленнику, облаченный в кожу и шерсть. Из его ладони искрился магический свет. Он остановился напротив клетки в нескольких шагах, коротко помолчал и решил заговорить с чудищем.

– Что ты за создание? Ты умеешь говорить? – с любопытством спрашивал уродливый человек.

В ответ вервольф приподнялся, становясь уверенно на две лапы, и злобно зарычал на него. Гнев Дардана питал создание. Именно из-за этого человека кочевники смогли тогда переправиться через разрушенный мост и лишить его семьи и крова.

– Хм. Что же другого я и не ожидал. Обычное животное, не способное мыслить и действовать разумно. Сплошные инстинкты. Но почему у меня остается ощущение, что ты пришел именно за мной. Это совершенно противоречит твоей природе... – колдун задумался, а потом вновь продолжил разговор с самим собой. – Тогда, кто послал тебя? Мои враги. Хапрукхан? Отторихан? Кто же?!

Безумные вопросы человека еще больше раздражали Дардана. А все слова зверя превращались в сплошное рычание.

– Впрочем, какая разница. Я разобью всех, кто станет на моем пути. Видишь эти трофеи, животное?

Кайрджакхан указал на ожерелье из костей, вычищенных добела и блеска. Их стало гораздо больше. В его ушах торчали маленькие косточки, похожие на серьги. На руках он носил по два браслета, сделанных из людских зубов. А на пальцах рук красовались золотые перстни, где вместо камней крепились зрачки. Выглядели они до сих пор как живые, покрытые неизвестным полупрозрачным веществом.

– Ты и представить себе не можешь, скольких мне пришлось убить. Эти кости и части тел принадлежали способным, сильным и смелым воинам, колдунам и ведьмам, и даже смертоносным грозным тварям. Всех их я победил лично. Моя колдовская сила сгубила их и погубит еще многих. Спасибо, моему новому союзнику.

Заносчивая болтовня разгневала Дардана. Он догадался, что проклятый уродливый колдун сделал с костьми его отца. Пленник рассвирепел настолько, что разорвал звенья на цепи кандалов. В ту же секунду его когтистая лапа рванула к человеку, чтобы схватить того за глотку, но дотянуться не получилось. Хан стоял на месте и даже не шелохнулся. На его лице расплылась кривая улыбка.

– Вижу тебя каким-то образом задел мой маленький рассказ. Значит, ты меня понимаешь. Хм. Позже, тебе дадут возможность проявить свою силу. А затем я сделаю из твоей шкуры отличный плащ.

После этих слов уродливый невысокий человек ушел. Вновь Дардан остался один, томясь в клетке со своим гневом и ненавистью. Время шло. И волку ничего больше не оставалось, как уснуть...

Проснулся Дардан уже свободным от оков. Железная дверца из прутьев оказалась открытой. Людей поблизости не было, а путь наружу совершенно свободен. Он воспользовался моментом и побежал по мрачному земляному коридору. Инстинкт самосохранения кричал об опасности, что все это ловушка, и следует убежать из лагеря кочевников подальше. Вот только мысли Дардана о мести засели очень глубоко. Они не отпускали их обоих, поэтому начатое дело нужно завершить. И как только оборотень выберется из пещеры, сразу же отправится на поиски колдуна. Впереди показались железные ворота. Он легко вышиб их и очутился на свободе. Резкий солнечный свет ослепил его. Снаружи стояла жаркая безветренная погода. Позади Дардана послышался скрип и лязг запирающихся на засов ворот. Стало очевидно, что дороги назад уже нет. Зрение постепенно прояснилось, и происходящее вокруг приобретало видимые очертания.