Текст книги "Мой книжный парень (KG)"
Автор книги: Д. Ц. Рене
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
– Ну, с технической точки зрения, я пытался докричаться тебя почти 10 минут, пока ты не заорала уже в ответ.
– Пофиг, – я улыбнулась. – Что ты здесь делаешь?
– Принес тебе свои конспекты, свеженькие, прямо из класса.
– Вот фак, спасибо. – Я состроила кислую мину и не заметила, как уронила свои тетрадки на пол.
– Давай-ка помогу, – Брент нагнулся вместе со мной.
В лучших традициях Голливуда, наши руки соприкоснулись. Я могла слышать, как его сердце сумасшедше бьется (как и мое), а тепло его кожи мгновенно согрело меня. У нас был «тот самый момент», во время которого в фильме играет супер-романтическая музыка и двое понимают, что влюблены друг в друга. Я смотрела в его глаза так, будто смотрюсь в зеркало, но это не было и десятой частью того, что я чувствовала.
Во мне горело огромное желание протянуться вперед и попробовать его губы. Почти уверена, что он заметил, как жадно я смотрела на эту его часть лица. Совершенного лица. Его губы приоткрылись, а дыхание прервалось. Я забыла, что моим легким нужен воздух.
Его лицо было так близко. Еще чуть-чуть. Еще. Чуть. Чуть.
– Я надеялся, ты скучаешь по мне. – Ледяная вода Арктики была теплой в сравнении с тем, что я сейчас испытала, услышав голос Трэвиса. Мое сердце начало биться раз в триста быстрее, чем моментом ранее.
Бренту хватило пары секунд, чтобы оценить ситуацию и резко подняться на ноги, держа в руках мои тетрадки и ручки.
– Что здесь происходит? – Трэвис подошел к нам, поочередно вглядываясь в наши лица.
Тот взгляд, которым он одарил Брента, не последовал ко мне, но, тем не менее, Брент смело выстоял.
– Ким уронила свою канцелярию, – он сказал это таким тоном, будто он произнес «ну, ты же ее знаешь». Потом он усмехнулся и все. Момент был упущен. Я уверена, Трэвис и Брент тоже чувствовали это, но я засунула свои переживания как можно глубже.
исходит, когда ты начинаешь орать в уши девушкам, которые с рассеянным сознанием. – Тебе повезло, что у меня не было с собой газового баллончика.
– Ага, – Брент послал мне кривую ухмылку, – с твоим-то везением, ты брызнула бы себе в лицо.
– Может быть, – я посмотрела на Трэвиса, – что ты делаешь здесь?
– Я скучал и хотел увидеть тебя перед тем, как ты пойдешь сегодня на учебу. Моя утренняя тренировка кончилась позднее, чем хотелось, и я еле успел, так что мне надо поблагодарить Брента за то, что он задержал тебя здесь.
Я абсолютно точно не могла сказать, что то, что было между мной и Брентом, было «удержанием» меня. Формально, мы ничего не делали незаконного. Конечно, мои чувства к нему были неправильными, но Трэвис не знал об этом, так что, надеюсь, Трэвис реально думает про то, о чем говорит.
Наша компания замолчала на пару секунд. Я посмотрела на часы и пискнула, как много времени прошло.
– Дерьмо, ребята, я опаздываю.
– Проводить тебя в класс? – спросил Трэвис.
– Прости, Трэв, я побегу со всех ног.
– Ладно, – сказал он расстроенно, но затем улыбнулся, – придешь вечером же, да? – Его голос разрушал меня.
– Конечно, – я легонько поцеловала его в щеку и он покраснел.
– Спасибо за конспекты, – я посмотрела на Брента, – перепишу и отдам позже.
– Оставь себе, у меня уже есть. – Он опять улыбнулся и не отвел взгляда.
– Окей, теперь я побежала. Увидимся, мальчики!
Мне было все равно, что я опоздаю на урок в такой же степени, как было все равно, что я все еще чувствовала себя слабой. Меня волновало две вещи – Трэвис и Брент. Что, черт возьми, мне делать?
Глава 31
Этим вечером я была у Трэвиса. Мы только что вернулись из кафе и теперь просто сидели напротив телевизора. Мы оба были напряжены по какой-то причине, но даже тот факт, что я обвилась вокруг него плющом, не помог снять напряжение. Даже его плечи сжались. Боже, надеюсь, что это не из-за меня. Я знала, что я была последней из тысячи причин для отстойного настроения Трэвиса. Наверно. Но как много он догадывался по поводу моих чувств? А моего чувства вины? Вдруг оно написано на моем лбу черным несмываемым маркером? А, может, это все из-за того, что есть между мной и Брентом? Вероятно, стыд, который я испытывала к своему другу, как-то отразился на Трэвисе. Хреново.
Парень так много сделал для меня (в первую очередь просто на просто любил меня), и, возможно, это была моя последняя попытка не только увидеть, есть ли у меня чувства к Бренту, но и является ли Трэвис тем парнем, с которым мне следует быть… так что, придется брать быка за рога.
Я резко развернула к себе Трэвиса и поцеловала его так глубоко и страстно, как могла. Хотелось почувствовать его полностью и так близко, как получится. Я выпустила страсть, сфокусировалась на нем, на нас. Так хотелось, чтобы наш поцелуй не был таким сложным и мучительным, но нет. Из-за того, что он не ожидал этого, я ударилась о его зубы.
Я не смогла сдержать смех. Мой внезапный поцелуй не сработал. Мне моментально поплохело, а Трэвис был похож на рыбу, которую вытащили из воды, да еще и глазел на меня во все глаза, заливаясь во все горло, будто это самое глупое, что я делала.
Думаю, Трэв понял весь юмор ситуации – что мы просто не могли сделать вместе – или просто засмеялся от того, что засмеялась я. Даже когда ничто не прерывало нас, мы сделали это сами.
Наконец, когда наши щеки отваливались, Трэвор взял мою руку и я посмотрела на него, буквально. Он пытался отдышаться, и был полностью моим… только вот… я не была его. Это все не было честным по отношению к нему, и то, как он смотрел на меня, говорило только об одном – он знал.
– Это не должно быть так тяжело, – через пару минут проговорила я.
– Любовь не всегда просто, – ответил он, но я слышала (совершенно точно) хрипотцу в его голосе. Он обхватил свою голову на мгновение, а потом резко откинулся на спинку дивана и уставился прямо на меня. – Но тут ты права. Не должно быть так тяжело. – Трэвис остановился и я не начинала говорить, потому что не знала, что сказать прямо сейчас, а мусор нести не была в состоянии. Трэв сам все прекрасно понимал. – Может, Вселенная пытается нам что-то сказать?
– Трэв… – начала я, ценя то, что он начал это все первым, но определенно точно зная, что не хочу видеть его мучения. Он заслуживал простого пути – чтобы я собрала яйца в кулак и сообщила, что наши отношения никуда не приведут.
– Ким, я тебя люблю, серьезно. И знаю, что ты любишь меня тоже, я чувствую, даже если ты не говоришь. Но разница-то в том… я влюблен в тебя, но ты – нет. Бог видит, но твое сердце не принадлежит мне.
– Я люблю тебя. Очень сильно, – сказала я. Ему надо было услышать это. – Не хочу делать это, и терять тебя тоже не хочу. Ты один из моих лучших друзей.
– Это не причина для того, чтобы нам оставаться вместе, – он грозно покосился на меня, – и, может, это именно то, почему для нас все было так легко. Типа, мы были близки до отношений, и притяжение было естественным для нас. – Он прошелся пятерней по волосам, – ты не потеряешь меня, Ким, обещаю. Не могу сказать, что сразу пущусь на свою прошлую скользкую дорожку, но ты определенно будешь рядом.
– Прости…
– Не извиняйся. Это – жизнь, и ты не выбираешь, в кого влюбиться, а я просто желаю тебе счастья, независимо от того, что будет со мной. Даже если придется смотреть на тебя с каким-то парнем – парнем, который будет любить тебя так же сильно, как ты его. – Он же… нет, он же не… нет, Трэвис не мог знать… или мог? – Просто... удачи, Ким.
– Пожалуйста, прости, Трэвис. Я не хотела, чтобы было такое дерьмо. – я обняла его.
– Ну, – он усмехнулся, – ты же не могла меня не любить? В смысле, во мне около 90% сексуальности и неотразимости, ты не могла устоять. – Трэвис поднял футболку и оголил торс, – моя улыбка, шикарные кубики и охренительные навыки, которые ты так и не проверила. Серьезно, малышка, я буду в порядке.
– Ага, – я засмеялась и ткнула его в пресс. Он и правда был таким. – Ты осчастливишь какую-нибудь девчонку.
– Да, блять, – он усмехнулся – невероятный оргазм, забыла? – мы оба заржали. – А вообще, сука, поверить не могу, что не переспал с тобой, – Трэвис насупился.
– Серьезно? – я притворилась потрясенной, но он только прыснул.
– Ну, а что? Я все еще парень и ты все еще шикарная, длинноногая, мегасексуальная девушка. И, черт бы тебя побрал, но Ким…. Ты – первая девушка, с которой я встречался, но которая не была в моей постели. Немного досадно. – Он приподнял две брови, затем покачал головой и поцокал.
– Поверить не могу: ты только что порвал со мной! И знаешь, ты разбил мое сердце.
– Нельзя разбить то, что не принадлежало мне, – бросил он, но его слова были правдой. Я снова испытала ужасное чувство стыда. Как долго это должно продолжаться? Да, у Трэвиса было мое сердце-друга, но не девушки, которой он заслуживает. – Так что, мы досмотрим этот фильм или продолжим болтать? – он лучше растянулся на диване и показательно отвернулся к телевизору, руша этот ужасный неловкий момент.
– Ага, – я тоже повернулась к экрану. И больше ни одного неловкого момента за весь оставшийся вечер.
Когда фильм закончился и я начала собираться домой, Трэвис обнял меня и я еще раз сказала ему, что люблю его.
– Кусочек совета, Ким, – проговорил он, когда я открыла дверь.
– Только кусочек? – я слегка улыбнулась.
– Не прячь свои чувства. Я никогда не пожалею о том времени, которое у нас было, и я бы никогда не пропустил тот день в тренажерке, когда ты упала, после чего я влюбился в тебя. Я счастлив, что люблю тебя, и никогда не изменю своих слов. Просто… никогда не прячь свои чувства и не держи их около сердца, а отпусти. Ты заслуживаешь счастья.
Я не ответила. На ум не шло ни одного слова, и даже не получилось выдохнуть. Я кивнула, вздохнула и с усилием воли шепотом произнесла: «Спасибо тебе, Трэвис», а потом кивнула, как если бы отвечала на свои собственные мысли в голове. И когда я шла домой, мысли все еще не пришли в порядок. Ни одного чертового слова. Надеюсь, это скоро прекратится.
Глава 32
– Ты как-то странно выглядишь, – сказала Лорен на следующее утро, когда я проснулась и зашла на нашу кухню.
– Мы с Трэвисом расстались, – сказала я ей.
– Круто, – завизжала она.
В ответ я многозначительно посмотрела на нее.
– Ой, прости, я хотела сказать, бедняжка Ким. Бедняга Трэвис. Должно быть, у вас обоих сердце разбито вдребезги. Кстати, не бойся, потому что у меня есть идея о том, что поднимет тебе настроение.
– Даже знать не хочу, – ответила я.
– Уверена, что захочешь. Я тебе намекну. Начинается с буквы Б и заканчивается на Т.
– Бегемот? – спросила я, просто чтобы блеснуть умом.
– Ха-ха, очень смешно. Хотя… хмм… вот сейчас как сравнила. У Брента задница посимпатичней будет.
– Лорен, Трэвис и я расстались только вчера вечером. Прямо сейчас у меня вообще не возникает никаких мыслей о Бренте.
– Правда что ли? Тогда почему вы расстались? – спросила она.
– Потому что ты была права. Трэвис и я… мы не созданы друг для друга. Но это не значит, что Бренту и мне предназначено быть вместе, – добавила я.
– Пажааааалста. Ты же знаешь, что все именно так.
Для пущего эффекта она закатила глаза.
– Ну, а что тогда? Я должна бежать со всех ног к Бренту и что конкретно сказать? «О, привет, угадай что? Твой лучший друг только что расстался со мной, поэтому, может, мы с тобой попробуем встречаться?»
– Подожди, что? Трэвис расстался с тобой?
– Из всего предложения ты услышала только это? – спросила я.
– Я думала, что ты собиралась расстаться с ним из-за Брента, – сказала она, как будто это объясняло ход ее мыслей.
– Я никогда не собиралась расставаться с ним из-за Брента. Это ужасно и непорядочно, и просто не круто. Я хотела расстаться с ним потому, что люблю его как друга, а не как парня.
– Это все равно не объясняет, как он расстался с тобой, – заметила она.
– Я думаю, он понял, что происходило между нами. Он видел, что нравится мне совсем не так, как я нравилась ему, и он принял решение, пока этого не сделала я. Боже, – сказала я, опустив голову на руки. – Как же мне плохо. Я люблю его, правда, люблю. Просто по-другому. Ты ведь знаешь, что я просто хочу, чтобы он был счастлив? – спросила я, но не ждала, что Лорен ответит. – Мне кажется, что если бы он встретил кого-нибудь, у кого, в отличие от меня, получилось бы сделать его счастливым, то я перестала бы чувствовать себя ужасно виноватой.
– Ох, Ким, – сказала Лорен, подойдя ко мне и положив руку мне на плечо. – Твоей вины в этом нет. Я уверена1 на сто процентов, что если бы вы остались вместе, он был бы с тобой безумно счастлив, но это не честно по отношению к вам обоим. Поэтому, вы поступили правильно. И теперь он сможет встретить идеально подходящую ему девушку.
Я подняла голову и закивала.
– Да, и пока он не встретил никого, я надеюсь, что между нами не возникнет неловкости.
– Эээ… Не хотелось говорить тебе неприятную новость, Ким, но ты все делаешь неловко.
В ответ я ударила ее ближайшей диванной подушкой, а потом мы обе засмеялись.
– Я люблю тебя, – сказала я ей.
– Я тоже люблю тебя. И что ты теперь собираешься делать со своей другой любовью?
– Ничего, – сказала я.
– Но… – ее прервал стук в дверь.
– Привет, Ким, это я, – крикнул Брент с той стороны двери.
– Легок на помине, – почти пропела Лорен. – Если это не знак, то тогда я не знаю что. А теперь иди и возьми своего парня.
– Он не мой парень, – прошипела я, но все равно пошла открывать1 дверь, несмотря ни на что. – Привет, – сказала я, открыв дверь.
– Привет, Трэв сказал мне, что случилось, и ты не отвечала на мои звонки. Я беспокоился за тебя, но ты выглядишь… выглядишь прекрасно, – задумчиво сказал он.
– Ооо, ммм… спасибо? – сказала я, и это был скорее вопрос, чем утверждение. – Ну, да, то есть, не думаю, что это было сюрпризом для кого-то из нас, – сообщила я ему, когда он вошел.
– Хм, – хмыкнул он в ответ.
– Просто некоторые события происходили не так, как следовало, – сказала я ему, не желая вдаваться во все подробности о богах секса, которые хотели, чтобы у меня не было секса.
Знаю, я продолжала говорить так, как будто секс был основным фактором. Но он им не являлся, хотя, я действительно чувствовала, что интимная близость в отношениях была важна. И если двое пытались перейти на этот уровень интимной близости, но при этом постоянно терпели неудачи… то, тогда это был знак. Для меня наличие чувств к Бренту тоже было знаком. Но и это я тоже не собиралась говорить ему.
– Так ты… ты нормально к этому относишься? – спросил он удивленно.
– Нет. Да. Думаю, и то, и другое, – заметила я. – Меня бесит, что я, скорее всего, обидела Трэва, и мне грустно, потому что я боюсь, что мы не будет такими, как прежде. И я буду очень разочарована, если потеряю его как друга, но мы по-другому не подходили друг другу.
– Но почему? – спросил Брент. – Казалось, что вам так хорошо вместе. И я знаю, как сильно ты нравилась Трэвису. И я думал, что это взаимно.
– Ким суждено быть с кем-то другим, – громко крикнула Лорен из своей комнаты.
Она незаметно проскользнула туда, когда я открыла дверь, но, видимо, это так и не дало нам никакого уединения.
– Привет, Брент, – добавила она, когда присоединилась к нашей компании.
– Привет, Лорен, – ответил он, но его лицо скривилось в замешательстве, очевидно, от ее первого замечания.
Я недвусмысленно посмотрела на нее за ее возглас. Она ж не думала поработать для меня свахой.
Она полностью проигнорировала мой взгляд.
– Ким суждено быть с тем, кто заставит ее смотреть влюбленными глазами, кто заполнит собой все ее мысли, от кого у нее перехватит дыхание, кто будет смотреть на нее так, как будто она – это все, что он когда-либо хотел.
– Читаешь слишком много любовных романов? – спросила я, потому что она начала говорить, как любительница подобного чтива.
– А ну-ка, цыц. Ты знаешь, что я права. Я уверена, что Трэвис был просто супер, но он был не тем парнем, кто тебе нужен, и кого ты хочешь.
Она сделала ударение на словах «кто» и «кого», в то время как смотрела прямо на Брента.
– Конечно, это может шокировать, но я никогда не встречалась с Трэвисом лично, поэтому, возможно, он действительно смотрел на тебя, как будто ты и солнце, и луна, и воздух, которым он дышит. Но если рассматривать это под таким углом, то он для тебя не был тем же, что и ты для него… в отличие от кое-кого другого…
– Да, да, я поняла твою мысль, – прервала ее я до того, как она смогла бы сказать еще что-нибудь очевидное о Бренте. – Не нужно говорить гадости о моих чувствах к Трэвису. Я люблю его, просто не в романтическом смысле. Со всеми такое случается.
– Хорошо, тогда не куксись. Тебе это не идет, – сказала она, как будто была модной звездой и оценивала меня.
Брент молчал все время, пока мы разговаривали. В какой-то момент я смело1 посмотрела на него, и у него было задумчивое выражение лица, но я так и не смогла понять, что именно оно выражало.
– Ты, – сказала она и указала на Брента. – Забирай мою девочку и устрой ей замечательный день, чтобы она перестала себя чувствовать виноватой.
– Но… – начала я сопротивляться.
– Хорошо, – ответил Брент, прекратив тем самым поток слов, которые я собиралась произнести.
– Хорошо? – спросила я, застигнутая врасплох его желанием провести день со мной.
– Да, ты моя подруга, и я хочу убедиться, что ты не будешь безутешно рыдать весь день, или что вы там, девчонки, еще делаете, когда расстаетесь с парнями.
– А ты не должен побеспокоиться о Трэвисе? – спросила я.
– Ну да, но он будет в порядке. И парни на самом деле не собираются вместе и не жалуются на свою жизнь. Скорее всего, он просто проведет весь день в спортзале, выпуская пар на ринге со своим спарринг партнером.
– Эээ… да, действенный способ, – ответила я, потому что это так и было.
Брент усмехнулся в ответ.
– Несомненно, я должна отправиться в спортзал и найти себе какого-нибудь красавчика, как у тебя, – пробормотала Лорен откуда-то сбоку.
Я знала, ее слова предназначались Бренту, и, хотя, я встретила его не там, она верила, что мы стали друзьями благодаря спортзалу, и ее слова подразумевали «надеюсь на большее».
– Дай мне пару минут, чтобы собраться, – сказала я Бренту.
– Конечно, – ответил он.
Я схватила Лорен за руку и потащила в свою комнату.
– Ну и что ты творишь? – спросила я ее.
– Немного подталкиваю тебя, – сказала она, невинно хлопая ресницами.
– Больше похоже на пинок великана, – парировала я.
– Можешь поблагодарить меня потом. Когда вы займетесь непристойностями.
– Не будет никаких непристойностей, – зашипела я.
– Конеееечно, – растягивая слово, сказала Лорен.
– Тьфу на тебя, думай, что хочешь, – сказала я и пошла переодеваться и причесываться.
– Готова? – спросил Брент, когда я вышла.
Нет.
– Ага.
Одно дело общаться с Брентом как с другом до того, как мы стали встречаться с Трэвисом, и совсем другое дело после того, как мы с ним расстались. Я правда очень надеялась, что другое не будет означать странное.
Глава 33
– Откуда я могла знать, что это место существует? – спросила я Брента, когда мы зашли в здание, к которому он нас привез.
Это был батутный рай. Я говорю об арене для свободных прыжков с пружинящими стенами и полами, поролоновые ямы, батуты и мячи-прыгуны, которые можно бросать во время прыжков на всех этих сумасшедших батутах. Это была детская мечта, и, по-видимому, я была еще ребенком, потому что чувствовала себя на седьмом небе от счастья.
– Потому что не каждый может быть таким же великолепным, как я, – сказал Брент и подмигнул.
– Ага, подожди, вот я тебя сейчас порву в батутировании, – парировала я.
– Батутировании? – хихикнул Брент. – Нет такого слова, Ким.
– Теперь есть. Такого слова, может, и нет, зато есть такой вид спорта. И я точно получу золотую медаль.
– Ага, золотую медаль. Конечно, получишь, – сказал он, самодовольно улыбаясь.
– Не завидуй.
– Ну… угу… не совсем то, что я сейчас чувствую. Может быть, жалость. Стыд за тебя?
– Да как хочешь, – проворчала я и в шутку ударила его по руке.
– Если это все, что ты можешь, то золотую медаль получу я, – засмеялся он.
Я не сдержалась и тоже засмеялась.
– Так, ты правда в порядке? – спросил Брент, когда мы оплатили время и купили носки, чтобы попрыгать на всех батутах.
– Да, я правда в порядке. Не пойми меня неправильно, от самой ситуации мне не по себе, но я думаю, что у нас лучше всего получается быть просто друзьями. Сердцем я не чувствовала то, что должна была.
Брент закивал головой в ответ, как будто он понял меня, но я не уверена, что так и было. Если уж на то пошло, я сделала больно его лучшему другу, а он отрывается со мной. Я больше не хотела зацикливаться на этом, поэтому продолжила говорить громким веселым голосом.
– Давай уже, идем, попрыгаем, – сказала я, шлепнув его по руке и поспешив запрыгнуть на ближайший батут.
У нас ушло около часа на хождение от одного батута до другого, при этом мы бросали мячи друг в друга и истерически смеялись над полным отсутствием у меня координации. Если прыжки на батуте действительно были видом спорта, меня бы дисквалифицировали еще до начала соревнований.
Было так весело отрываться и веселиться с Брентом. Я беспокоилась, что может возникнуть чувство неловкости между нами; было что угодно, но не это. Было так естественно, что мы вдвоем просто развлекались вместе, и это разожгло одну или две… или пятьдесят мыслей о нас, как о паре. Мне пришлось трясти головой каждый раз, когда мой мозг начинал думать в этом направлении. Мы не могли быть вместе по нескольким причинам, поэтому я должна перестать думать об этом.
Конечно, это не помогало, когда мы прыгали рядом на одной и той же боковой стенке. Мы наталкивались друг на друга, вместе падая на мат, переплетаясь конечностями, держась за руки, подпрыгивая поваленными телами на поверхности батута, а точнее, я на нем сверху, прямо как в фильмах.
Хотя мы старались двигаться осторожно, я зависала, когда приходилось прижиматься к Бренту. Я задерживала свой взгляд на нем, а его глаза пристально смотрели в мои. Казалось, что в последнее время такие моменты случались довольно часто – никто из нас не произносил ни слова, давая возможность тишине говорить за нас, позволяя нашим телам выражать наши мысли, и наша душевная связь красноречиво свидетельствовала о многом. Это был язык тишины, который понимали только я и Брент, и тишина говорила:
– Я хочу тебя. Ты мне нравишься. Ты мне больше, чем просто нравишься.
А потом я услышала его очередную мысль еще до того, как она вырвалась из его рта.
– Я не могу так поступить с Трэвисом, – сказал он, сумев расцепить наши руки и ноги, и, стряхнув меня с себя, отполз.
Он неуклюже поднялся на ноги и сбежал, оставив меня сидеть на подпрыгивающем батуте и, задыхаясь, пыхтеть. Я на какое-то мгновение совсем растерялась, не понимая, что произошло. Перестав думать только сердцем, я включила мозги, и мне удалось подняться на ноги и рвануть в том же направлении, куда только что убежал Брент.
Я обнаружила его в одном из коридоров, где он ходил взад и вперед.
– Брент, – негромко позвала я его, боясь испугать его и желая только привлечь его внимание.
Он даже не заметил, что я была там.
– Брент, – сказала я громче, и его голова дернулась, повернувшись в мою сторону.
Душевная боль, отразившаяся на его лице, заставила меня сделать шаг назад.
– Поговори со мной… Какого чёрта произошло?.. Скажи мне, что не так, – выдавила я из себя просьбу, после вопроса, который следовал после другой просьбы.
– Ничего, – сказал он.
– Это совсем не было похоже на ничего, – сказала я ему. – Ты сбежал сразу же, как сказал что-то о том, что не можешь так поступать с Трэвисом. И что, черт побери, это было? Я твой друг, Брент. Если что-то тебя беспокоит, ты можешь сказать мне об этом.
– Но не это, – пробормотал он.
Я сделала к нему шаг, а потом еще один, медленно, нерешительно, боясь, что он отступит назад. Но он не пошевелился, и вскоре я стояла прямо перед ним, вторгаясь в его личное пространство.
– Что бы это ни было, все хорошо. Просто поговори со мной.
– Ничего не хорошо, – резко ответил он.
– Что не так? – спросила я.
– Ты, – сказал он так громко, что я вздрогнула. – О, Боже, нет, не в этом смысле, Ким. Я совсем не это имел в виду.
– Тогда в каком смысле? – спросила я. – Потому что прямо сейчас ты заставляешь меня чувствовать себя последней сволочью, – призналась я.
Я правда чувствовала себя сволочью. Позавчера у меня было все, кроме отвергнутого Трэвиса, а сегодня я флиртовала и пускала слюни на Брента, и чуть не набросилась на него. Не удивительно, что он сбежал от меня.
– Это я сволочь, – заявил он.
– Что? – спросила я, потрясенная его ответом.
– Это я сволочь, которая испытывает желание по отношению к девушке своего лучшего другаю
– Я… ммм… хмм? – промычала я в ответ.
– Твою мать, – громко выругался он. – Как же это херово, – сказал он тише, но тон остался таким же резким. – Черт побери, Ким, я люблю тебя. Но я не могу, потому что ты с Трэвисом.
– Ты любишь меня? – спросила я, находясь в полном и абсолютном шоке, и никак не могла поверить в это.
– Я пытался не любить, – ответил он. – Я правда очень старался, но так и не смог не влюбиться в тебя. Я не хотел разрушать нашу дружбу, но потом ты начала встречаться с Трэвом. Честно, я тогда очень старался убить в себе эти чувства, но я просто не смог.
– Трэвис? – спросила я равнодушно, потому что я не могла ничего придумать, чтобы сказать ему.
– И не важно, что вы больше не вместе. Ты все еще его девушка. Я не могу, Ким. Не важно, как сильно я хочу… не важно, как сильно я хочу поцеловать тебя, заявить на тебя права, сделать тебя своей… Я не могу.
– Я… я понимаю, – сказала я, потому что я и в правду понимала. А еще потому, что я все еще была ошарашена признанием Брента.
– Тем не менее, я не хочу терять тебя, – сказал Брент, как будто боялся, что это изменит ситуацию.
Я тоже этого боялась, но ничего не сказала.
– Друзья? Пожалуйста, – умоляюще сказал Брент.
– Друзья, – через несколько секунд ответила я и кивнула головой. Я не хотела медлить с ответом, но я все еще переваривала сказанное.
Хотелось бы сказать, что остаток дня мы не испытывали неловкости, что мы смогли переключиться назад в режим дружбы, как я и Трэвис сделали вчера вечером, но у нас так не получилось. Мы взяли перекусить еды и пошли в ближайший парк, затем было кино и ужин, вот так и прошел день. После того как мы ушли из батутного центра, то испытали очевидный для нас дискомфорт, но когда мы приступили к еде, то начали говорить и шутить, как будто между нами ничего не произошло. Я даже не уверена, кто начал беседу, потому что я все еще находилась в ступоре от всего произошедшего. Внешне, день прошел гладко, как будто два старых друга общаются, как в старые добрые времена. Но все, кто знал нас, понимали, что между нами было какое-то напряжение. Брент смеялся надо мной, потому что я как обычно говорила глупости, мы говорили обо всем подряд, но чувствовалось… не совсем напряжение, но и легкость, которая была раньше, исчезла. Никто из нас не хотел замечать этого, и мы продолжили общение.
– Спасибо за сегодняшний день, – сказала я Бренту, когда он довез меня до дома.
– Пожалуйста, – ответил он.
Мы ничего не сказали об огромном слоне в комнате, который усложнял нам жизнь.
– Скоро мы устроим еще один веселый день, – сказал он мне, когда уходил, и я знала, что он говорил серьезно. Мы продолжим наше общение. Я была уверена в этом. Только я сомневалась, что когда-нибудь все будет по-прежнему.
Глава 34
– Вам нужно попробовать встретиться еще раз, – сказала Лорен после того, как я рассказала ей о случившемся.
– Ээ… а ты сейчас услышала ту же самую историю, что и я? – спросила я.
– И именно поэтому вам двоим нужно продолжать встречаться. Иначе ваши отношения так и останутся очень странными, и вы будете вынуждены или поступать согласно вашим разнузданным желаниям, или придется бороться с этой странностью.
– Кто, черт побери, сейчас говорит «разнузданные желания»?
– Я говорю. А теперь заткнись и слушай, – отчитала она меня. – Ты любишь его, и хотя я всегда знала, что он тебя любит, теперь у нас есть доказательство этого. Трэвис понимает, что к чему, и почти дал тебе разрешение запрыгнуть в Поезд Любви Брента…
– Я почти уверена, что он не имел в виду Брента, – перебила я ее.
– Это уже мелочи, – отмахнулась она от меня. – Поэтому соглашайся. Запрыгивай на этот поезд любви и мчи… мчи на бешеной скорости.
Я фыркнула в ответ.
– Если кто-нибудь когда-нибудь спросит, как мы стали друзьями, то я отвечу, что как раз поэтому.
Она захихикала.
– Вы оба сказали, что хотите остаться друзьями, так? Что ты теряешь? Будьте друзьями, – призывала она. – А потом, надеюсь, очень скоро станете больше, чем друзья.
– Не будет этого.
– Можно надеяться, – возразила она. – Что? – спросила она, когда я закатила глаза. – Неужели я не могу надеяться, что моя лучшая подруга будет счастлива и всегда будет рядом с мужчиной ее мечты?
– Я тоже люблю тебя, дурында, – сказала я и обняла ее.
Не нужно говорить, что Лорен подтолкнула меня строить планы относительно Брента. На этот раз доводы были лучше, чем в прошлый раз, но все еще не на все сто процентов.
Как и раньше, мои и его чувства были всем очевидны, мы могли притворяться, что их не существует. А теперь все слова сказаны, никто их не берет обратно, и все уже было не как прежде. От этого мне стало грустно, и я надеялась, что мы сможем преодолеть все, что встало между нами. Никто из нас не собирался делать первый шаг из-за Трэвиса, и мы не хотели терять друг друга.
Трэвис и я перекидывались смсками всю следующую неделю, но не думаю, что кто-то был готов встретиться в реальности, хотя, судя по нашим сообщениям, между нами все было хорошо. Поэтому, когда Трэвис предложил нам всем встретиться – три мушкетера, как он называл нас – я, честно, не смогла сказать нет. И, видимо, Брент тоже не смог отказать.
Как оказалось, я сидела напротив Брента и Трэвиса в местной забегаловке. Обычно это не стало бы меня беспокоить, но то, что оба сидели на одной стороне, немного напугало меня. Один был моим бывшим парнем, другой был моим тайным возлюбленным, и оба были моими очень хорошими друзьями. Вот так конфуз, с большой буквы К.
Конечно же, мне ничего не оставалось, как кроме вести себя с Брентом по-другому, особенно перед Трэвисом. Я боялась, что если я задержу на нем взгляд дольше, Трэвис догадается, что что-то происходит. Я боялась, что если я буду уделять Бренту слишком много внимания, Трэвис догадается, что что-то происходит. Я боялась, что если засмеюсь слишком громко над тем, что говорит Брент, Трэвис догадается, что что-то происходит. Я очень боялась, что Трэвис догадается, что что-то происходит, и от этого я была на взводе и нервничала, а не как обычно вела себя беззаботно. А это, дамы и господа, была огромная неоновая вывеска у меня на лбу с надписью «Что-то происходит». Я могла судить об этом по странным взглядам Трэвиса, которые он все время бросал на меня и Брента.
