Текст книги "Дочь друга для доминанта (СИ)"

Автор книги: Чарли Маар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 10 страниц)

Глава 21

Глава 21

Эль

Я слышу, как капает вода. Будто кто-то не закрыл кран и в полную ванну очень медленно капают новые прозрачные капли, одна за одной. Я не понимаю, откуда этот звук, и вообще не осознаю, где я нахожусь, но, когда открываю глаза, первое, что вижу – это красный свет повсюду.

Мне приходится чуть приподняться и прищуриться, чтобы разглядеть пространство вокруг. Много БДСМ атрибутики – плетки, наручники, верёвки, кандалы… И я обнажённая лежу посреди всего этого на небольшой платформе, цепями прикованной к потолку. Платформу чуть раскачивает из стороны в сторону. На мне красное шёлковое одеяло, а подо мной такого же цвета простыня.

Я знаю, где я. В логове у Эдриана Кавила. Это всё ещё цокольный этаж. Здесь нет окон, поэтому я не могу понять, какая сейчас часть дня. Уже утро или всё ещё ночь?

Ясно одно – самого Эдриана здесь нет.

Я тяну на себя одеяло, обматываю вокруг тела и медленно поднимаюсь с платформы. Голые стопы касаются тёплого пола. Я неспешно иду вперёд, всё ещё слыша звук капающей воды. Теперь я замечаю, откуда он идёт. В противоположной части помещения небольшой навес из клеенок. Я шагаю к этому навесу. За клеенкой оказывается что-то вроде проявительной студии. Из крана в маленькую раковину у стены капает вода – вот, откуда звук.

Так неожиданно увидеть подобную студию. Раньше таким образом проявляли фотографии – в специальном растворе при необходимом количестве света. Несколько уже проявленных снимков сушатся на верёвке. Я подхожу ближе и всматриваюсь.

Стоп.

Это же я…

То есть… что за?

Это мои фотографии из клуба. Те моменты, когда я обнажённая на коленях стояла и ждала Кавила.

Я машинально отступаю назад.

Он снимал меня?

Подождите… Но зачем⁈

А сегодня он меня снимал?

Я выбираюсь из-под клеенки и начинаю тщательнее осматриваться. Недалеко от подиума, где мы занимались с Кавилом сексом, стоит стол, а на нём большая плёночная камера. Рядом со столом штатив. Он накрыт черным чехлом, поэтому я сначала не обратила на него внимания.

Придерживая одеяло на груди, я подхожу к штативу и снимаю чехол. Под ним оказывается цифровая видеокамера. Я включаю её и жму на кнопку записей. Помещение мигом заполняется звуками секса, который случился здесь этой ночью, а на экране появляется изображение, от которого мои щёки заливает краской.

Как-то смотреть на себя со стороны в таком формате я была не готова.

– Уже проснулась?

Я подпрыгиваю на месте от неожиданно раздавшегося сбоку голоса Кавила. Повернувшись, вижу босса в одних брюках с двумя чашками кофе в руках.

– Проснулась. – Киваю я. – Это что? Может, объясните? – указываю большим пальцем на камеру, второй рукой продолжая держать одеяло.

– Это камера. – Спокойно отвечает Эдриан, будто ничего такого в записи нашего с ним секса нет. И в фото, которые он делал до этого, тоже.

– Я вижу. С какой стати вы снимали секс со мной? Это… незаконно. Вы что, распространяете порнографию?

Кавил выгибает бровь, затем направляется к столу, ставит чашки с кофе, после чего подходит ко мне, обводит моё тело пристальным взглядом и, наконец, срывает одеяло, которым я прикрываюсь.

– Это не нужно. Хочу, чтобы ты была голой.

– Вы не ответили на вопрос.

Прохлада обдает тело. Кожа мигом покрывается мурашками. А ещё возбуждение… Оно сразу даёт о себе знать. Всё дело в тьме, которая сгущается в глазах Эдриана, когда он смотрит на меня.

Я прикусываю губу.

– Нет. Я не распространяю порнографию, Эль. Это для моей личной коллекции. Мне нравится смотреть.

– И много у вас накопилось экземпляров для личной коллекции?

– Прилично. Но недостаточно. Я хочу ещё.

То, как он это произноси, отдаётся огненным ударом внизу живота.

– Выпьешь кофе, Эль? Вкусный. Я сам сварил. Ценю хороший вкус.

– Сначала мне бы хотелось разобраться с некоторыми моментами.

– С какими? Если ты боишься, что я собираюсь кому-то продавать видео с тобой…

– Очень надеюсь, что вы до этого не додумаетесь. А как насчёт фото? – мой взгляд устремляется к клеенкам, за которыми я обнаружила студию. – Может, перестанем делать вид, что я не знаю, кто вы? Мы встречались раньше. До того, как отец познакомил меня с вами в то утром, в кафе «У Стефани».

У Кавила непроницаемое выражение лица. Он даже бровью не ведёт.

– Тебя смущает, что я делал тогда фото с тобой?

– А на видео снимали?

– Разумеется.

– Что⁈ То есть… боже… – я зажимаю пальцами виски. – Вы не имели права! В условиях клуба не было предупреждения, что меня будут снимать!

– Виноват. – Отвечает Эдриан без капли вины в голосе. – Но, как я уже сказал, Эль, ты можешь не беспокоиться. Лучше попробуй насладиться этим вместе со мной. Тебе понравится. Обещаю.

Несмторя на всё моё негодование относительно видеозаписей, которые он делал, я ощущаю, как грудь наливается тяжестью, а соски твердеют.

Слишком сильно странные предпочтения этого мужчины отзываются в моём теле.

– Когда вы ехали на ту встречу, «У Стефани» – вы уже знали, что там увидите именно меня? Или для вас это было неожиданностью?

Кавил берёт чашку с кофе и медленно отпивает, наблюдая за мной черным взглядом из-под кромки бокала.

– А ты как думаешь, Эль?

Глава 22

Глава 22

Эль

– То есть, вы с самого начала знали…

– Я привык всё контролировать, Эль, – он протягивает мне кофе. – К тому же, я в принципе не заинтересован в женщинах, которые не смогут в офисе выполнять определённый спектр услуг, назовём это так. Если бы дочерью Стэна была не ты, я бы даже время не стал тратить. Он показал мне твоё фото заранее.

Взяв горячий бокал, я прижимаю его к губам.

Так странно, я стою абсолютно голая перед ним, но не чувствую себя некофтортно. Понятно, что мы уже не один раз занимались сексом. Вот только люди даже после секса ощущают определённое смущение. Я же чувствую себя так, словно всё так и должно быть, словно мы живём вместе тысячу лет.

– Но вы ни о каких услугах меня не просили.

– Всему своё время. Мне интересно наблюдать за тобой, Эль. И ты не похожа на предыдущих женщин, которые на меня работали.

– И чем же я отличаюсь?

Эдриан ставит чашку на стол, затем идёт к студии с фотографиями за клеёнками, после чего возвращается со стопкой в руках.

– Ты бы не стала спать со мной за деньги. Для второй стороны самая большая выгода это, обычно, деньги. Ты бы подписала договор, согласно которому я бы платил тебе больше за некоторые вольности?

– Но, технически, если бы я даже его и не подписала, то вы бы просто сместили меня с места, разве не так? Сами же сказали, что не заинтересованы в помощницах, которые не могут выполнять определённый спектр услуг. А почему они не могут – это уже их проблемы.

Я наблюдаю за тем, как Кавил складывает готовые фотографии в папку.

– Дело в том, что я хочу тебя. Поэтому мне важно, чтобы ты согласилась.

От его признания у меня мурашки бегут по коже. Это приятно и сладко осознавать.

– И почему же вы хотите именно меня? Помнится, что у вас полно любовниц. И ни для одной из них вы, кстати, ни разу ничего не попросили сделать.

Он переводит на меня тёмный взгляд.

– Когда я захочу – то обязательно попрошу. А почему мне нужна ты… Отвечу так – у тебя большой потенциал. Ты делаешь это, потому что нравится, ты действительно всего этого хочешь. Немного пока зажимаешься и слишком ударяешься в мораль, но в целом – это твоё. Именно такой формат отношений тебе подходит.

Он не сказал чего-то такого, чего я бы сама о себе не знала. Мне давно известно, что для продолжительной связи мне нужен кто-то особенный. Про романтические отношения и брак я уже вообще молчу.

Просто никто и никогда не видел этого во мне настолько открыто и не принимал полноценно и без осуждения.

– А если бы вы узнали, что я сплю с другими мужчинами? Это допускается? – я сощуриваю взгляд.

Вообще, я не собираюсь ни с кем спать, но просто хочу услышать ответ. Что Кавил думает по этому поводу?

– С другими мужчинами ты можешь спать с моего разрешения. И, желательно, в моем присутствии. Я люблю смотреть и люблю контролировать, поэтому делать что-то у меня за спиной не рекомендую. Но условия нашей с тобой связи мы обсудим более подробно за завтраком. Он будет готов, – Эдриан смотрит на наручные часы, – через полчаса. У тебя как раз будет время принять душ, если хочешь.

Условия?

Вот оно. Об этом говорила Кайла. И я уже думала, что никогда не дождусь.

Оказывается, дело было не в моем отце и не в том, что я недостаточно хороша, а в том, что со мной непросто заключить договор в ценовом ключе.

Но, прежде чем согласиться, я хочу послушать всё, что он скажет. Мне важно знать, что именно меня ждёт. Его страсть к фото и видео мне теперь известна, к сексу втроём тоже… Что ещё я получу? Насколько расширены его границы морали?

– Я бы не отказалась принять душ.

– Отлично, – кивает Кавил и допивает свой кофе в два глотка. – Идём, я провожу. После завтрака я бы хотел сделать несколько фото.

– Моих?

Он выгибает бровь и забирает пустой бокал из моих рук.

– Не своих же. Разумеется, твоих. Мне нужны макрофотографии твоей промежности и…

– Ясно-ясно, – я краснею.

Вроде ничего такого, ведь люди часто фоткают свои интимные части тела и отправляют друг другу. Всё дело в том, что Кавил собирается фотографировать меня сам.

И я так понимаю, если мы сойдёмся на всех условиях, делать он это будет часто…

Глава 23

Глава 23

Эль

Душ в доме Кавила выдержан в таком же стиле, как и все остальное. Такое ощущение, будто ты не в ванной, а в центре грозового шторма. Вода льёт прямо с потолка как дождь, стены светятся красным и синим, имитируя вспышки молнии. Очень красиво. Я бы даже сказала – это самый захватывающий душ в моей жизни.

У этого мужчины всё более чем в порядке с воображением и с потребностью в острых ощущениях даже в том, что касается обычной жизни и быта.

Приняв душ, я надеваю банный халат. Догадайтесь, какого цвета?

Хоть Эдриан и сказал, что предпочёл бы видеть меня голой, всё же сразу после ванной я предпочитаю какое-то время быть в одежде. Под халат, разумеется, ничего не надеваю, да у меня и нет здесь сменного белья. Естественно, зная возможности и заскоки босса, я бы не удивилась, если бы он сейчас привез сюда магазин шмоток или что у него уже есть отдельная комната под одежду моего размера.

Выхожу из душа и направляюсь по памяти в сторону столовой. Кавил показал, где и что находится на первом этаже. Дом, конечно, шикарный. Жить в таком – просто мечта. Мне кажется, даже ездить отдыхать особо никуда не надо. Тут всё есть. Пятизвездочные отели нервно вздыхают в сторонке.

Столовая – это, наверное, единственное помещение в доме, которое не выдержано в красном цвете. Здесь его по факту нет. Только металлик. Глаза сразу успокаиваются, как только я пересекаю просторную столовую зону.

Эдриан уже сидит во главе стола и что-то читает на планшете.

– Как душ? – спрашивает, не поднимая глаз.

– Прекрасно. Как в центре торнадо побывала.

Я топчусь у стола, не зная, какое место выбрать, хотя свободных стульев предостаточно. Нос улавливает вкусные ароматы, и честно говоря, хочется наплевать на условности, просто сесть и спокойно позавтракать.

– Присаживайся, куда душа пожелает. Не можешь стул выбрать? – он выгибает тёмную бровь и на этот раз смотрит на меня, затем резким движением отодвигает стул рядом с собой.

– Спасибо. – Я усаживаюсь за стол и складываю руки на бёдрах, снова ощущая жуткую неловкость.

Ну надо же как странно. Голой перед ним я стоять не стеснялась, а сесть и поесть без разрешения смущаюсь?

У моего мозга какие-то явно уникальные представления о скромности.

– Можешь есть, – произносит Эдриан, заметив моё торможение.

– Спасибо.

Я сегодня до чёртиков красноречива.

Двигаю к себе кофе, апельсиновый сок и фрукты с рисовой кашей и орехами. Беру ложку и немного зачерпываю. Очень интеллегентно кладу ложку с кашей в рот.

Щёки горят, потому что Кавил всё это время неотрывно смотрит на меня.

– Что?

– Ты так ешь, как будто, если ты будешь есть нормально, я скажу что-то вроде «ну, нет, она слишком много ест и мне это не выгодно, так что возьму другую».

– Это просто мой первый завтрак в вашем доме.

– Хорошо, что ты осознаешь, что он первый и будут другие. Так что привыкай.

– Ну, не сразу же я привыкну.

Кавил хмыкает, возвращает взгляд в планшет, что-то пролистывает нахмурив брови, затем отпивает чёрный кофе.

Благодаря тому, что он теперь на меня смотрит, я немного расслабляюсь и ем уже более спокойно, откровенно наслаждаясь вкусной едой и напитками.

– Вещи, я думаю, перевозить не нужно. Купишь новые. Расходы я возьму на себя. И это, кстати, не плата, а просто подарок.

Я давлюсь соком, который только начала пить.

– В каком смысле, вещи перевозить не нужно? Куда перевозить⁈

– Сюда, разумеется.

– К вам⁈ – я тычу пальцем в пол. – Но зачем мне перевозить сюда вещи⁈

– Чтобы жить здесь, конечно же. Рабочий график слишком плотный. Мне было бы удобнее, если бы ты была всегда в моем распоряжении.

– Вам удобнее? А меня вы не хотели сначала спросить⁈ И как я объясню это отцу⁈

– Зачем тебе что-то объяснять отцу или кому бы то ни было ещё? – спокойно спрашивает Кавил, снова отпив кофе. – Просто будешь жить здесь. Афишировать эту информацию не надо. Это исключительно для удобства.

– Да… Но… Ээ… – я даже заикаться начинаю. – Вы что, всё время вот так вот женщин к себе перевозите⁈

– Какое это имеет значение? Речь сейчас идёт о нас с тобой.

– Я как-то не ожидала, что вы такое предложите!

– Это не предложение, а условие. Я не хочу стеснять себя в желаниях. А их у меня много.

– И когда вы собираетесь меня к себе перевезти⁈

– Ты уже здесь, Эль.

Глава 24

Глава 24

Эль

– И что будет, если я откажусь? – это единственный вопрос, который приходит мне на ум в данной ситуации, потому что я настолько в шоке, что просто не знаю, что еще можно сказать.

Учитывая доминантную натуру Кавила, можно было бы, конечно, вообще промолчать. Но я предпочитаю расставить все точки над i пока не поздно.

Кавил откладывает планшет в сторону, ставит локти на стол и сцепляет пальцы в замок. Его тёмный взгляд обжигает меня. Я ощущаю его физически, и это поразительное чувство, ведь никто больше не способен на подобное. Во всяком случае, из тех, с кем мне доводилось иметь дело.

– Давай договоримся так, Эль… Две недели. В качестве испытательного срока. Ты живёшь здесь, играешь по моим правилам, не задаёшь лишних вопросов и просто наслаждаешься, как наслаждалась до этого. А дальше посмотрим. Если нас обоих всё будет устраивать – продолжим. Если же нет… Ты не в плену. И уйти ты сможешь в любой момент.

Я возвращаю Кавилу взгляд. Разумеется, мой вряд ли выходит таким же пронзительным, как его, но я стараюсь смотреть прямо и без страха, хотя волнение скручивает органы и не даёт сделать вдох.

– Хорошо. Две недели. Я согласна.

– Вот и прекрасно Эль. Я знал, что ты не станешь играть в игры. Теперь можешь продолжать есть, – он кивает на мою тарелку, а сам берёт планшет обратно в руки. – О моих предпочтениях стоит рассказывать или ты уже догадалась о большей части из них?

Я пытаюсь взять ложку, чтобы доесть кашу с фруктами, но пальцы так дрожат, что у меня ничего не получается. В итоге я кое-как хватаю бокал с соком и жадно пью, стремясь утолить жажду, которая в буквальном смысле превратила мой рот в пустыню.

– Хотелось бы узнать некоторые подробности.

– Спрашивай и я отвечу.

Ну, так нечестно. Мне было бы проще, если бы он просто по пунктам озвучил то, что ему надо, а это, выходит, я сейчас должна буду давить из себя вопросы, которые смущают меня уже на этапе размышления.

– Нууу… – я беру теперь бокал с кофе.

Его, правда, залпом выпить не выходит, так как он горячий.

– Спрашивай всё, что хочешь. Я разрешаю.

– Ладно, – жар доходит до самых ушей.

Снова уникальная способность моего мозга врубать стеснение лишь в определенных моментах.

– Что насчёт других женщин?

– А что с другими женщинами?

– Вы сказали, что я смогу… спать с другими мужчинами с вашего разрешения. А у вас кто-нибудь будет кроме меня?

Кавил отвечает, не раздумывая.

– Исключительно в рамках наших совместных игр. Отдельно нет.

Не знаю даже, радоваться мне такому ответу или нет. Я пока испытываю разорванные чувства, касаемо всего связанного с сексом втроём, вчетвером и так далее.

– Хорошо… Эээ… Будем ли мы делать это… при ком-то? Как тогда при Марке Рое?

– Когда ты будешь готова – да.

– А если я не буду готова?

– Я же сказал – ты не в плену.

– Ну, то есть, вы в любом случае захотите этого однажды.

– Я этого уже хочу, просто не собираюсь оказывать на тебя чрезмерное давление.

Гениально, конечно. Перевезти меня к себе жить вот таким вот образом – это не давление по его мнению? Ну, ладно. Я ведь сама хочу остаться, так? Иначе я бы уже собиралась домой. Но раз я этого не делаю, значит, заведомо принимаю решение быть здесь.

– Жестокость? Боль? Садизм?

– В рамках адекватного.

– Сколько секса в неделю вы примерно хотите?

Он выгибает бровь.

– Каждый день, естественно.

– Но я-то могу не хотеть каждый день.

– Почему? Ты будешь хотеть, Эль. Всего того же, чего хочу я, и столько сколько этого хочу я.

– Вам не кажется, что это звучит слишком самоуверенно?

– Самоуверенность свойственна Доминантам. Я и так даю тебе достаточно свободы. Ты будешь постепенно привыкать и приучаться к моим аппетитам. Я мог бы и этого тебя лишить.

– Ну вы прям благородный, конечно, – буркаю я, на что Кавил усмехается.

– Благородство – моё второе имя, Эль.

– А первое тогда какое?

– Власть. Подчинять и контролировать я люблю больше всего. Власть над тобой – моё заветное желание, Эль. Над всеми твоими мечтами, снами, над твоим телом, над чувствами. Над удовольствием и болью. Я хочу управлять тобой. И буду.

Глава 25

Глава 25

Эль

Я сижу на постели. Колени дрожат от волнения, а в голове всё ещё звучат слова Кавила «Я хочу абсолютную власть над тобой». Они сладким томлением отзываются внизу живота и рождают такие фантазии, которым раньше я никогда не давала волю.

Интересно, до какой степени он способен подчинить себе всё моё существо? Каких пределов удовольствия я смогу достигнуть вместе с ним?

Две недели. У меня есть как минимум две недели, чтобы это понять. Ну, хотя бы, чтобы начать понимать.

Я невольно кручу головой, рассматривая комнату, в которой нахожусь. Кавил сказал, что жить я буду именно здесь. Спальня располагается на втором этаже. Одна стена полностью прозрачная. Остальные стены оформлены в бело-красной палитре. Здесь светло и по ощущениям спокойно. За стеклянной перегородкой есть огромная джакузи. Так же тут имеется отдельная гардеробная и туалет.

К таким условиям можно быстро привыкнуть…

Дверь в комнату открывается. Кавил заходит внутрь с фотокамерой в руках.

– Готова? Почему ещё не раздета?

– Вас ждала… Надо было сразу раздеваться что ли?

– Без разницы, – Эдриан пожимает плечами и начинает внимательно рассматривать помещение, будто пытается понять, где получится хороший кадр.

Я неторопливо снимаю халат. Голой груди касается прохладный воздух. Мне нравится это ощущение. А ещё нравится, как кожа покрывается мурашками и как встают соски.

– Вот сюда, – он указывает на дальний угол кровати. – Встань на четвереньки, грудь прижми к матрасу, а задницу высоко подними. Ноги должны быть широко раздвинуты.

Его голос звучит так профессионально, будто мы действительно на фотосессии – он фотограф, а я модель.

Сначала ничего необычного не происходит. Я просто делаю то, что сказал Эдриан. Я много раз стояла перед ним в подобной позе, поэтому она не вызывает смущения.

Бёдра обдает прохладой, а когда я широко развожу ноги, половые губы и клитор тоже.

Раздаётся несколько щелчков. Уже могу представить, какие получатся кадры.

– Отлично. Теперь пальцами одной руки отодвинь ягодицы.

Сглотнув, я тянусь к попе и кладу пальцы на ягодицу, медленно развожу, чувствуя, как внутри мышцы начинает тянуть от возбуждения.

– Прекрасно, – хрипло отвечает Кавил.

Снова раздаются щелчки.

– А сейчас потри пальцами клитор и потом введи один палец во влагалище.

Низ живота горит, когда я делаю то, о чем попросил Эдриан. Мне приятно ощущать скольжение своих пальцев на промежности и чувствовать их внутри.

Я словно ублажаю себя, а он наблюдает.

Я никогда не мастурбировала при ком-то.

Кровь начинает приливать к половым губам. Я вздыхаю, продолжая нырять в себя пальцем и выныривать под щелчки фотокамеры.

Затем я вдруг чувствую тёплую руку Эдриана. Мужская чуть грубоватая ладонь скользит по бедру, касается ягодиц, давит. Его пальцы усиливают возбуждение. Мне нравится, как он постепенно замещает мою руку, и вот уже с хлюпающими звуками гладит клитор, а потом начинает толкаться в меня. Всё это сопровождается щелчками фотоаппарата.

– Отлично, Эль. Только не шуми. Я хочу сфотографировать, как ты кончаешь.

Он сгибает пальцы во мне.

Я понимаю, что мне снова придётся молчать. Долго и мучительно сдерживать свои стоны. Но удовольствие того стоит.

Движения Эдриана грубые и резкие. Он точно знает, куда и как нажимать. Я выпячиваю задницу сильнее и развожу ноги шире, призывая глубже вводить в меня пальцы.

Хлюпающие звуки заполняют комнату, смешиваясь с моим шумным дыханием.

Ещё немного и я кончу. Кавил знает об этом. Он знает моё тело лучше, чем я. Он просовывает в меня второй палец, затем третий. Его движения имитируют движения члена.

Ноги начинают дрожать, когда мышцы влагалища с силой сжимаются, встречая мощный оргазм, будто огненная лава накрывающий моё тело. Я утыкаюсь носом в одеяло, чтобы не закричать. Сжимаю ткань пальцами до побеления костяшек. И всё это время звучат щелчки, много щелчков, десятки.

Он фотографирует каждый момент моего экстаза, не вынимая из меня пальцы и продолжая двигать ими. И только когда мышцы внутри расслабляются, а оргазм стихает, Кавил достаёт пальцы и размазывает мою смазку по половым губам. Этот момент он тоже фотографирует.