Текст книги "Дочь друга для доминанта (СИ)"

Автор книги: Чарли Маар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 10 страниц)

Глава 16

Глава 16

Эль

Особняк Стэна Сэвэджа расположен на одном из холмов Сан-Франциско. Отсюда открывается потрясающий вид на город и залив и создаётся ощущение, будто весь мир лежит у тебя под ногами. Я прожила в этом доме большую часть жизни и, наверное, не уехала бы, если бы не моё ярое стремление к независимости.

– Твоё вино, – папа протягивает мне бокал красного полусладкого, после чего возвращается к барбекю-грилю и проверяет мясо специальной вилкой.

Наблюдая за ним, я вытягиваю ноги на плетенном дворовом диванчике, отпиваю вино и с наслаждением вдыхаю прохладный вечерний воздух. Огни города как миллионы светлячков мерцают у залива и переливаются десятками разных цветов.

– Согласна, что к мясу больше подходит красное вино?

– Безусловно, пап.

Стэн Сэвэдж ухмыляется, тоже наливает себе немного вина и кладёт первую порцию мяса на тарелку.

– Только осторожно. Горячее, – предупреждает он.

Я закатываю глаза.

– Ну, мне же не пять.

– Хоть пять, хоть тридцать пять – отец имеет право о тебе заботиться. Мы уже это обсуждали.

Вместо ответа или спора, я протягиваю бокал и чокаюсь с отцом.

– За приятное завершение рабочей недели.

Он кивает, откинувшись в кресле и довольно глянув на шкварчащее на гриле мясо.

Охота одного из его любимейших занятий в жизни. Не представляю себе Стэна Сэвэджа без ружья. Хотя сама я не особо разделяю подобные развлечения. Когда я была маленькая, конечно, мне иногда приходилось ездить на охоту вместе с ним. Отец даже пытался научить меня кое-чему, но это было бесполезно. Как только я подросла достаточно, чтобы оставлять меня одну дома, я перестала ездить с ним.

– Кстати о работе. Ты говорил, мистер Кавил должен заехать тоже, – как бы невзначай роняю я.

– Да, Эдриан должен скоро приехать. Возможно, в следующий раз мы сгоняем на охоту вместе с ним. С нами рванешь?

– Это уж точно нет. Ты ведь знаешь, что гонять по лесу с ружье в руках, это вообще не моё.

Отец усмехается.

– А вот твоей маме нравилось. Она в принципе была необычной женщиной.

Я сглатываю, а грусть мгновенно растекается по венам. Маму я почти не помню. Она умерла, когда я была маленькой. Наверное, это странно, но я никогда не расспрашивала про неё отца, а если он начинал говорить, то я переводила тему, лишь бы не слушать его воспоминания о ней.

Не знаю, почему так… Возможно, это просто защитная реакция моего организма.

А может быть, я боюсь узнать какую-то правду, которая меня шокирует? Мне всегда было интересно, почему я вот такая? Нет никакой причины, по которой я должна испытывать удовольствие от контроля, от определённой степени боли, которую мужчина причиняет мне в постели. Что, если это что-то возникшее на генетическом уровне?

Конечно, вряд ли отец стал бы мне рассказывать подробности такого плана о маме или о себе. Да и стоит ли об этом знать?

– Ты никогда не спрашиваешь о Патрише, – неожиданно заявляет папа, сощурив взгляд. – Тебе неинтересно побольше узнать о своей матери?

Я прикусываю губу, устремляю взгляд в сторону залива и немного отпиваю вина.

– Не бери в голову, пап. Просто, наверное, не хочу бередить эту рану, что я росла без матери.

– Понятно… Может, я совершил ошибку, когда принял решение больше не жениться? Может, тебе было недостаточно одного отца?

Меня немного шокирует, что папа заводит разговор о других женщинах в его жизни. Мы никогда это не обсуждали. Вообще ни разу. Всегда были только я и он. Я даже не в курсе, был ли у него кто-то за эти годы. Наверняка, конечно, был, но он не давал повода даже подозревать его в связи с кем-то, не говоря уже о том, чтобы познакомить меня с какой-либо женщиной.

– Нет. Мне всего хватало. И сейчас тоже хватает. Но ты можешь быть счастлив так, как сам понимаешь это счастье. Ты в праве найти себе человека, пап.

Стэн Сэвэдж мягко улыбается, затем поднимается с кресла и идёт к грилю.

– Это трудно. Мне нужен особенный человек.

Я цепляю на вилку кусочек мяса, который папа принёс до этого. Нежная средне-прожаренная плоть тает во рту.

Особенный…

Как и мне. Мне тоже нужен кто-то особенный. В этом мы похожи, хотя я не думаю, что отец имеет в виду то же самое, что и я, например.

Сняв мясо с гриля, папа ставит тарелки на столик, затем подливает нам ещё вина. В этот момент со стороны подъездной дорожки к дому раздаётся хруст колёс и шум двигателя.

– А вот и Эдриан. Пойду встречу. Эль, детка, принеси из дома ещё фужер под вино.

От осознания того, что Кавил здесь, я мигом ощущаю волну трепета, скользящую по позвоночнику и стекающую под резинку шёлковой юбки. К слову, белье сегодня на мне. И это белье мигом намокает, стоит лишь подумать о боссе.

Он так ко мне и не прикоснулся. Такое чувство, что он хочет довести меня до кондиции. Кавил будто намеренно морит меня голодом, чтобы в один прекрасный момент свести меня с ума количеством наслаждения, которое обрушится на моё тело, когда он, наконец, до меня дотронется.

Отец идёт встречать Эдриана, а я поднимаюсь с диванчика и шагаю в сторону задней двери в дом. На кухне беру фужер, висящий на барной стойке, и невольно смотрю в окно, откуда видно, как Кавил выходит из своего на этот раз мерседеса и подходит к отцу.

Глава 17

Глава 17

Эль

Меня начинает трясти. В принципе, я уже привыкла к такой реакции своего тела на Кавила. Случаи, когда меня не трясло при нём, можно по пальцам пересчитать.

Наблюдаю через окно, как они о чём-то говорят с папой. Видимо, обсуждают следующую охоту. На Кавиле сегодня чёрная футболка и джинсы. Татуировка медузы тянется от запястья – змеи ползут по предплечью к плечу, обводят мышцы. В моей голове тут же появляется образ, как я веду пальцами по этим змеям, царапаю их ногтями.

Из-за собственных фантазий тяжелеет в животе, и я практически пропускаю тот момент, когда Эдриан с отцом начинают шагать к заднему двору. Сжав фужер пальцами, я выхожу с кухни и снова оказываюсь в зоне барбекю, ставлю фужер на стол и раскладываю мясо по тарелкам.

Отец с Кавилом появляются минут через пять.

Первое, что я замечаю, это как Эдриан мажет по мне тёмным взглядом, от которого по позвоночнику мигом пробегает дрожь.

– Показал Эдриану дичь, которую удалось подстрелить, – гордо произносит отец, затем обращается к Кавилу. – Знаешь, Эль не любит охоту и ехать с нами в следующий раз отказалась.

– Вот как, – Кавил пожимает плечами, будто ему безразлично.

Это меня нервирует, и чтобы скрыть свое волнение я начинаю наливать вино.

Впрочем, а почему я думала, что я ему интересна? Только потому, что он сводил меня на ту вечеринку в Нью-Йорке? Или потому что трахал меня в клубе?

– Да. Охота это не моё.

– Ладно, что она хоть не вегетарианка, – смеётся отец.

– Я подумываю ей стать.

– Не говори глупости.

Я передаю Кавилу бокал вина. На мгновение наши пальцы соприкасаются, и я удивляюсь, как такое мимолетное касание может вызвать настолько яркую реакцию в моем теле? Меня словно кислотой обжигает и внутренности начинают плавиться и шипеть.

Кавил кажется неестественно огромным на небольшом заднем дворе папиного дома. Будто он не вписывается в эту обстановку. Наверняка его собственный дом такой же большой, как и он сам. Под стать, как говорится.

– За встречу, – улыбается отец, подняв свой фужер.

Кавил усаживается за стол. Его нога дотрагивается до моей. Хочется провести по штанине джинсов вверх и пальцами чуть надавить на член – убедиться, что он твёрдый, и не только я возбуждена.

– Мы обсуждали с Эль, что Патриша как раз-таки любила охоту. В этом Эль на неё совсем не похожа.

– Но внешне она очень похожа на свою мать.

Я вздрагиваю и удивлённо смотрю на Кавила из-под кромки бокала.

– Вы знали маму?

– Знал. – Кивает он, сложив руки на груди.

Они с отцом переглядываются.

Я как-то не ожидала, что Кавил был знаком с моей матерью. И, очевидно, довольно неплохо, если он помнит, как она выглядела, и что она любила охоту…

– Но это было ещё до вашего рождения, Эль. Потом мы со Стэном надолго потеряли контакты.

– Понятно, – киваю. – А то я уж подумала, что наше с вами знакомство состоялось ещё тогда, когда я была ребёнком, и я вас просто не помню.

Папа смеётся.

– Эдриан был очень молод, когда мы вместе с ним и твоей мамой отправлялись на несколько дней в лес поохотиться. Потом он занялся карьерой, а у нас появилась ты. Вот связь и прервалась.

Учитывая то, что я знаю про Эдриана Кавила, наверное, меня бы не удивило, если бы мои родители в молодости действительно занимались всякими не совсем «типичными» развлечениями, как я и предполагала до этого.

Но как-то не хочется думать, что Кавил принимал в этом всём непосредственное участие. Это было бы слишком…

– Кстати, как тебе моя Эль на работе? Она не особо делится подробностями, знаешь ли.

– Она хорошо справляется. – Чеканит Кавил. – Думаю, Эль надолго задержится в КавилРоуд, – в этот момент Эдриан смотрит на меня.

По рукам пробегают мурашки от тёмного и многозначительного взгляда. Хотя вполне возможно, что многозначительным воспринимаю его я. Мне просто хочется думать, что Кавил имеет в виду не просто работу, но и всё то, чего я от него хочу.

Отец расплывается в довольной улыбке.

– Моя дочка самая настоящая умница. Уверен, она станет отличным приобретением для твоей компании, Эдриан.

На какое-то время они переводят тему на строительство новой дороги в лесном массиве, затем обсуждают особенности охоты в разных частях штата. Я включаюсь в обсуждение лишь мельком. В основном наблюдаю за Эдрианом. Всё же никак не могу понять, как они сдружились с моим отцом. Они кажутся мне абсолютно разными. Стэн Сэвэдж более простой и добродушный. Конечно, возможно, это просто моя оценка его личности, как дочери.

– Эдриан, ты подбросишь Эль? Не хочу беспокоиться, как она доберётся домой. У меня же она не ночует. Современные дети такие независимые и самостоятельные.

– Я не ребёнок, пап.

Отец взмахивает рукой, а Эдриан спокойно кивает.

– Разумеется довезу.

В салоне мерседеса Кавила пахнет богатством, дорогой кожей и духами Эдриана. Так пахнет во всех его машинах, а у него их как минимум пять – во всяком случае, я пока столько насчитала.

Отец машет мне через окно. Они с Эдрианом стоят перед автомобилем и обмениваются последними фразочками на прощание. Ночь уже опустилась на Сан-Франциско. Весь город красиво сияет огнями. С холмов виднеются бесчисленные пересечения автострад.

Я крепче сжимаю бёдра, когда Кавил садится в салон и заводит мотор. Он выпил всего пару бокалов вина, так что вести машину ему ничто не помешает. Хотя я бы вот на рискнула ехать за рулём даже после пары глотков…

Но дело ведь сейчас совсем не в этом.

Ночь. Пятница. Та самая пятница, когда мы обычно трахались в клубе. А сегодня Эдриан везёт меня домой.

Его тёмный взгляд упирается в меня, когда он трогает с места.

– Пристегнись. Прокатимся с ветерком.

Глава 18

Глава 18

Эль

Ветер такой прохладный. Он мягко касается моей кожи, пока мы несемся по ночным дорогам Сан-Франциско. Огни мелькают и будто бы несутся за нами, но не успевают. Или это мы не успеваем за ними?

– Не холодно? – спрашивает Кавил примерно через минут десять от того момента, как мы отъехали от дома моего отца.

– Нет. Прекрасно. Как раз самое то, – я лишь мельком смотрю на босса.

Его строгий профиль в полумраке салона автомобиля кажется ещё более чётким. Мне так хочется протянуть руку и дотронуться до него, провести пальцами по щеке, обвести контур губ.

Но я знаю, что нельзя. Без его приказа мне ничего нельзя. Я даже не могу поднять тему относительно наших вечеров в клубе. Хотя, возможно, это помогло бы прояснить некоторые моменты между нами.

– Вам бы стоило повернуть здесь. Отсюда ближе до моего дома, – я показываю на поворот дороги, который мы только что проехали.

Но Кавил даже не смотрит. Он продолжает ехать вперёд, не снижая скорости и спокойно придерживая руль пальцами, будто мы едем на игрушечной машине, а не на настоящей.

– Куда мы едем? – неуверенно спрашиваю я, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.

– Хочу показать тебе свой дом.

– Ваш дом?

– Да. Ты против? – он бросает в мою сторону тёмный взгляд.

– Нет. Просто… Не ожидала.

В самом деле, не ожидала. Я нервно стискиваю пальцами сиденье машины. Тёплая волна предвкушения заливает низ живота.

Если он везёт меня к себе домой, значит, возможно, он хочет провести эту ночь со мной. Я не вижу других причин, зачем ему это делать.

Я сразу начинаю фантазировать о том, как выглядит дом Кавила. Наверняка он огромный, и там есть отдельная БДСМ-комната. Скорее всего, имеется свой бассейн и сауна.

Интересно, много ли женщин допускалось в его святая-святых? Вряд ли я первая и такая уже особенная. Кроме того, мне известно, какое у Кавила количество любовниц. Любопытно, сейчас он кого-то из них туда приводит?

Кавил выжимает газ до упора. Машина красиво и приятно урчит, а ветер становится сильнее. Мы устремляемся вверх на другой холм, расположенный ближе к заливу. Отсюда можно услышать, как волны разбиваются о берег.

Эдриан молчит всю оставшуюся дорогу. Мы проезжаем через КПП возле частной жилой зоны и въезжаем в живописный уголок, укутанный зеленью холмов.

Дом Кавила действительно оказывается огромным, а ещё у него стеклянные стены и красная подстветка, что придаёт ему мрачности и чувственной загадочности.

У меня дрожат колени, когда я открываю дверь машины и выбираюсь из салона.

– Ничего себе домик, – выдыхаю невольно, когда мы подходим к просторному крыльцу.

– Моё недавнее приобретение. Прошлый мне казался слишком тесным.

– Да уж. Тут-то, наверное, места предостаточно.

Кавил снимает дом с сигнализации и открывает передо мной дверь.

– Прошу.

– Спасибо.

Свет включается автоматически, как только мы переступаем порог. Первое, что бросается мне в глаза, это огромная картина в красно-черном цвете. На ней изображена обнажённая женщина в окружении таких же голых мужчин, они все её целуют.

Впрочем, это не должно меня удивлять. Особенно после Нью-Йорка и вечеринки у Марка Роя.

Глава 19

Глава 19

Эль

В принципе, то, что Кавилу нравится групповой секс, стало ясно ещё в Нью-Йорке. Я завороженно рассматриваю картину и невольно заливаюсь краской, потому что она мне кажется чрезмерно откровенной и отражает все те человеческие желания, в которых люди обычно боятся себе признаться.

Как там говорил Марк Рой? Чтобы стать собой, иногда людям приходится надевать маски.

– Нравится? – спрашивает Эдриан.

Его горячее дыхание касается моего затылка. Он стоит у меня за спиной, и я вижу его отражение в неоновом свете картины, идущим будто изнутри полотна.

– Да… Завораживает.

– Сделано на заказ. Эксклюзив.

– Даже не сомневаюсь, что у вас здесь всё эксклюзив.

Я практически чувствую усмешку Эдриана у себя на плече.

– Ещё вина или на сегодня достаточно?

Медленно повернувшись, упираю взгляд в босса.

– Если только один бокал.

Он указывает рукой в сторону.

– Как пожелаешь, Эль.

Мы проходим по большому холлу в сторону гостиной. Всё убраноство дома оформлено в красном и чёрном цвете. Здесь много эротических элементов и подсветки. Кавил берёт со стены над камином пульт управления и нажимает кнопку. По пространству начинает литься музыка.

Гостиная в доме не просто большая, а громадная. Но никакой садомазохисткой атрибутики я здесь не вижу. Хотя декор указывает на то, что хозяин этого места предпочитает БДСМ.

Пройдя через гостиную, мы подходим к двери, за которой лестница ведёт вниз. Получается, на цокольный этаж.

– А что там? – с недоверием спрашиваю, как только свет на лестничном пролете включается.

Кавил бросает на меня тёмный взгляд через плечо.

– Там я держу своих жертв.

– Что, простите? По-вашему, это смешно⁈

– Ну ты же сама согласилась ко мне поехать.

Эдриан спокойно шагает вниз, пока я топчусь на месте наверху.

– Мистер Кавил⁈ – шепчу, вытянув шею. – Куда мы идём?

Он уже оказывается в самом низу, а я все ещё не могу заставить себя сдвинуться с места. Даже не знаю, с чего я вдруг так запаниковала? В конце концов, никакой жестокости Кавил не проявлял до этого момента и замашек психопата я в нем не обнаружила.

– Это винный погреб, Эль. Можешь не спускаться, если боишься. Ты какое предпочтешь? Франция или Италия?

Боже, винный погреб! Он же предложил вина!

Ты идиотка, Эль!

– Франция! – немного поразмыслив выкрикиваю я.

– Может, всё-таки спустишься и проверишь, если у меня тут пленные девушки? На всякий случай, чтобы не переживать.

Я с шумом выталкиваю воздух из лёгких. Он ещё и прикалывается.

Вряд ли его можно назвать таким уж приколистом, конечно. Но сейчас Кавила явно забавляет моя реакция.

– Нет, спасибо… Я тут, пожалуй, постою…

Я смотрю вниз, туда, куда уходит лестница. Эдриан скрывается за большой дубовой дверью. Когда движение прекращается, свет гаснет и остаётся красная подсветка на стенах. Я несколько раз машу руками и хлопаю, чтобы свет снова загорелся, но ничего не выходит.

Становится не по себе.

– Эдриан, вы там скоро? Мистер Кавил?

Ответа нет.

Может, стоит вернуться в гостиную? Что же он не дойдёт назад что ли⁈

А вдруг с ним что-то случилось?

Вдруг он там сознание потерял, а я возьму его и брошу? И потом неотложка будет спрашивать «Почему вы не помогли ему сразу? Его можно было спасти!», а я отвечу «Я боялась спускаться в погреб!»

– Эдриан⁈

Вообще никаких звуков.

Я снова машу руками, но свет по-прежнему меня игнорирует.

– Ладно… – задержав дыхание, начинаю потихоньку идти вниз, продолжая звать босса по имени. – Мистер Кавил, если это у вас шуточки такие, клянусь, я их не оценила! У меня вообще плохо с чувством юмора!

Когда я оказываюсь внизу, делаю несколько вдохов и выдохов, затем толкаю тяжёлую дверь и заглядываю внутрь.

– Эдриан? Вы тут? Где вы?

Господи, ну и тьма! Вообще ничего не видно. Какого чёрта происходит⁈

– Мистер Кав…

Неожиданно мощная сила затягивает меня внутрь и прижимает спиной к стене. В нос ударяет до боли знакомый запах духов, а пальцы задирают подол сарафана и стискивают бедро до боли. Синяки наверняка останутся…

Глава 20

Глава 20

Эль

Язык мощным толчком врывается в рот. Я с жадностью принимаю его. Я так голодала всё это время, что Эдриан не касался меня. И вот, наконец, он даёт мне то, чего я так хотела.

Грубые мужские пальцы сжимают волосы на затылке и тянут. Поцелуй кажется бесконечным. Затем Кавил прерывает его, что мне совсем не нравится, но я покорно молчу.

Нельзя оспаривать его власть. Иначе я всё испорчу…

Эдриан отрывает меня от стены и куда-то несёт. Я мало что понимаю, скорее просто чувствую. Темнота вокруг перестаёт быть такой масштабной. Появляется красное свечение.

Всё это помещение от слова совсем не похоже на погреб. Но я не хочу об этом думать сейчас. Хочу только ощущать.

Эдриан укладывает меня спиной на платформу. Он действует очень быстро и спокойно – пристегивает руки наручниками над головой, а ноги привязывает к специальным креплениям сверху. При этом он широко их раздвигает и задирает подол юбки. Трусы Кавил просто рвёт.

Звук рвущейся ткани обостряет ощущения.

Я выгибаюсь, готовясь к удовольствию, которое наверняка разорвёт меня на части.

Красное свечение позволяет разглядеть, как Кавил раздевается. Теперь я могу беспрепятственно смотреть на его обнажённое тело. Большой толстый член, увитый венами. Крепкий торс и полоска волос, тянущаяся от пупка к паху…

Так хочется что-нибудь сказать… Например, какой он красивый… Как я хочу его…

Но нельзя.

Я должна молчать. Это обязательное правило.

Эдриан будто из темноты достаёт бокал с вином. Жидкость в нем благодаря красному свечению напоминает кровь. Он возводит руку над моим телом и начинает лить вино на бёдра. Мышцы на животе сокращаются. Вино холодное, а кожа горячая. Этот контраст усиливает жжение между ног.

Кровь. Красная кровь. И я вся в этой крови.

Когда бокал пустеет, Эдриан оставляет его, затем наклоняется ниже и начинает слизывать вино с моих бёдер. Его язык влажный и горячий ныряет в промежность. Он лижет клитор, обводит половые губы, чуть толкается внутрь.

Пространство перед глазами плывёт, мир трескается и весь целиком становится покрытый трещинами, как старая масляная картина.

Я выгибаюсь, наслаждаясь движением языка между ног. Хочу стонать, но я должна быть тихой. Поэтому мне приходится кусать нижнюю губу, чтобы не издавать ни звука.

К языку добавляются пальцы. Кавил вводит их во влагалище, кончиком языка продолжая ласкать клитор.

Напряжение внизу живота скручивается в раскаленный жгут. Я схожу с ума от остроты ощущений, от эмоций, которые затапливают меня до краёв существа.

– Не кончай. – Приказывает Эдриан.

Это изводит. Хочется закричать или заплакать от отчаяния. Очень тяжело сдерживать себя, когда оргазм так близко.

Кавил лишь на миг прекращает ласки для того, чтобы выпрямиться и вставить в меня член.

Стон готов вырваться из груди, когда толстый ствол растягивает мои мышцы изнутри, разминает их, давит.

Как же я этого хотела. Как ждала.

Эдриан сразу двигается резко и грубо. Он не даёт мне привыкнуть. Трахает так, будто сам не мог дождаться того момента, когда это, наконец, случится.

Я шумно дышу, пока Кавил мощно двигает бёдрами между моих широко раздвинутых и подвешенных ног.

Помещение заполняется хлюпающими звуками и шлепками кожи о кожу.

Голод, невыносимый и мучительный, который мучил меня все эти дни, даёт о себе знать. Оргазм подступает очень быстро. Если Эдриан не разрешит мне кончить – я умру.

Сильнее прикусив губу, я пытаюсь сдерживаться, но волны удовольствия накрывают и накрывают, слёзы начинаю течь по щекам.

– Кончай, – даёт разрешение Кавил, когда меня уже трясёт от сдерживаемых ощущений. – Кричи.

Я взрываюсь. Тело сводит судорогой, горло спазмом. Я выгибаюсь дугой и визжу, пока влагалище пульсирует, сжимая член Эдриана.

Мне хочется ещё и ещё, чтобы это чувство никогда не кончалось, чтобы оно было вечным. И мне жаль, что это невозможно…

Пульсация постепенно проходит, спазм слабеет, и лишь дрожь и жжение внутри напоминают, что я только что испытала.

Кавил вытаскивает член из моего тела, обходит платформу и останавливается рядом с моей головой.

– Открой.

Я знаю, чего он хочет.

Медленно и послушно открываю рот. Он проталкивает член и начинает мощно двигаться. За несколько резких толчков, он с рыком кончает. Я чувствую тугую струю сперму, ударившуюся в горло.