Текст книги "Магия судьбы (ЛП)"
Автор книги: Бритт Эндрюс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 18 страниц)
Глава 4. Слоан
Мрак.
Моя голова раскалывалась, и тело казалось весом в десять тонн. Где я?
Открыть глаза оказалось самой сложной задачей в моей жизни, поэтому я решил использовать другие чувства, чтобы понять, где я, черт возьми, нахожусь. Думай, Слоан. Думай.
Пробираясь сквозь затуманенный разум, я ухватился за последнее, что отчетливо помнил. Чувство удовлетворения разлилось по мне, как чума, и я поймал себя на том, что ухмыляюсь. Брайс. Без члена, задушенный, мертвый.
В горле пересохло; я бы убил за стакан воды. Когда я вдохнул, запах антисептиков и чистящих средств проник в мои чувства, и тогда мои глаза действительно распахнулись, несмотря на то, какими тяжелыми они казались.
Больница. Я был в гребанной больнице. Мое сердце бешено забилось, когда я моргнул, пытаясь сфокусировать зрение. Все было размыто и не в фокусе, особенно левый глаз. Нужно выбираться отсюда.
Черт, я ненавидел больницы. Слишком много времени провел в приемных покоях в детстве, с слишком маленькой заботой со стороны лечивших меня людей. Я застонал, пытаясь сесть; мои мышцы живота болели так, будто меня избили.
«Эй, эй, большой парень. Не торопись. Ты попал в аварию», – сказал голос. Мое зрение постепенно возвращалось, и я огляделся, заметив, что эта комната не совсем похожа на больничную. Она выглядела как...
«Черт», – выругался я, пытаясь приподняться на локтях и обнаружив, что мои запястья надежно прикованы к кровати.
«Нет смысла бороться. Тебя зафиксировали для твоей же безопасности». Женщина подошла ко мне. Она была одета в медицинский халат и, казалось, была за пятьдесят.
«Где...» – прохрипел я, сухость в горле делала мой голос хриплым и грубым.
«Ах, дай-ка я принесу тебе воды. Но сначала мне нужно взять утренний образец. Приказы босса. Ты знаешь, как это бывает», – сказала она, пожав плечами. Мои глаза расширились, когда она направилась к локтевому сгибу с иглой. Пошло оно все к черту.
Я зарычал, и из моей груди вырвался глубокий рык.
«Никаких глупостей, мистер Салливан, – отчитала она. – Будь паинькой, и мне не придется тебя усыплять».
Усыпить меня, как же. Я призвал свою магию, но почувствовал, как гнев вспыхнул во мне, когда я обнаружил, что она полностью исчезла. Никакого огня. Никакого дракона. Ублюдки, должно быть, накачали меня чем-то. С их стороны умно, но для меня не очень хорошо. Это меняло все, и я знал, что мне нужно подходить к этому осторожно – по-другому, чем мои обычные огненные инстинкты. Они, скорее всего, уже взяли кровь, так что что еще немного? Это стоило того, чтобы не быть усыпленным. Мне нужно было сохранять ясность ума, чтобы понять, что, черт возьми, происходит. Позволить себе замереть было не так просто, как казалось. Позволить кому-то взять у меня что-то без моего согласия было не тем, с чем я когда-либо мог смириться. Даже моя собственная кровь.
«Очень хорошо», – похвалила медсестра, и через мгновение я почувствовал острую боль от иглы. Она сделала все быстро и вложила мне в руку холодную бутылку воды. У женщины был какой-то инструмент, который позволял ей ослабить мои оковы ровно настолько, чтобы я мог напиться. И, звездами, я пил жадно, немалая часть пролилась мне на подбородок.
«Где я?» – спросил я, вытирая рот тыльной стороной ладони.
Она цокнула в ответ, поместив пробирку с кровью в пакет для биологических отходов и запечатав его. «Он скоро придет», – ответила она и вышла из комнаты, не оглянувшись.
Он? Я вспомнил убийство Брайса. Что еще случилось? Он собирался изнасиловать Рыжую, насколько я помнил, и этого было достаточно, чтобы желание убивать захлестнуло мои вены. Но она была в безопасности. Мы трахались – нет, я занимался с ней любовью, как влюбленный дурак. Боги, ведьма была наркотиком. Даже сейчас, прикованный к смотровой койке, мой член дернулся при воспоминании о том, как она извивалась подо мной.
Пожар в доме ее подруги. Исчезновение Энни. Побег Лори. Звонок из тюрьмы о том, что мой отец наконец-то ушел.
Мое сердце упало при воспоминаниях. Воспоминания возвращались быстрее, и явно не в порядке. Я помирился с Фишером. Слава богу. Я наконец сказал ему, что люблю его, и он ответил взаимностью, несмотря на то, что не хотел, чтобы я ехал в тюрьму. Я помнил, как вел машину, остановился на убогой заправке и потерял связь. Огненный шар, врезавшийся в внедорожник. Две фигуры, стоящие надо мной... Нет. Пожалуйста, нет.
Повернув голову, я вырвал на чистый пол, прежде чем откинуться на подушки.
«Я вижу, ты очнулся».
Это не реально. Это кошмар.
«Посмотри на меня, мальчик. Прошло слишком много лет с тех пор, как я видел своего сына», – сказал мой отец своим властным голосом, и я обнаружил, что поднимаю на него глаза практически бездумно.
Он постарел, это очевидно. Прошло так много лет с тех пор, как я видел его. Его время в тюрьме, должно быть, было тяжелым, если судить по шрамам на его руках, не говоря уже о большом рваном шраме, идущем по одной стороне лица.
Мой отец был таким же высоким, как я, ростом в шесть футов два дюйма, но он был шире в плечах. И более жестоким.
«Думал, ты мертв», – выпалил я, сжав челюсть.
Скрестив руки на своей огромной груди, он уставился на меня. «Ты надеялся сплясать на моей могиле, сын?»
Я фыркнул. «Как будто я позволил бы тебе иметь могилу».
Для старого человека он двигался быстро. Не то чтобы я мог заблокировать удар, даже если бы предвидел его. Боль взорвалась на моей скуле, и я был уверен, что услышал хруст. С лицом всегда трудно было определить.
«Ублюдок», – прошипел я.
«Я вижу, наше время в разлуке заставило тебя потерять уважение, мальчик. Это не проблема. Мы это исправим. Немедленно», – пригрозил он, и я хотел бы убежать как можно дальше. Я ненавидел то, как он даже сейчас, спустя столько лет, имел надо мной эту власть. Я был не Слоаном Салливаном, одним из лучших шпионов в «Радикал», хранителем чар и самым искусным магом огня в мире. Нет, я снова был тем испуганным, тощим, робким ребенком, которого он избил до беспамятства.
«Зачем я здесь?» – потребовал я.
«Потому что мы, мужчины Салливаны, важны для дела. Я работаю с Азраэлем еще до твоего рождения, мальчик. Все идет по плану, и мы так близки к финишу», – зловеще ответил он, и на его лице появилась тревожная усмешка. «Теперь мы посмотрим, из чего ты на самом деле сделан. Пошли».
Он зашел за кровать, и она зашаталась, когда он отпустил тормоз на колесах. Куда бы мы ни направлялись, я знал, что это не будет приятно. Он толкал меня по длинному, ослепительно белому коридору.
Когда мы приближались к углу, женщина обогнула его с маленькой светловолосой девочкой. Мои глаза впились в девочку, когда она подняла лицо.
«Энни?» – выдохнул я. К счастью, она выглядела нормально – физически не пострадавшей. Легкое движение ее губ подсказало мне, что она пытается не улыбаться. Какого черта она хотела улыбаться в такой момент? Я встречал девочку лишь мельком, так что я даже не был уверен, знает ли она меня.
«Ненастоящий», – прошептала она. Что, черт возьми, это значит?
Я извернулся, пытаясь не сводить с нее глаз, но мой отец продолжал толкать проклятую кровать дальше.
«Ты лучше не тронь ни волоска на голове этой девочки», – прорычал я, теряя остатки самообладания. «Что вы с ней делаете? Отпустите ее, старик. Она всего лишь ребенок!»
Его глубокий смех был единственным ответом, когда он вкатил меня через двойные двери. В центре огромной комнаты был прозрачный загон, и мы направлялись именно туда. Несколько человек в белых халатах слонялись вокруг, некоторые с ноутбуками и блокнотами. Большинство из них смотрели на меня с нетерпеливыми глазами, и мне это чертовски не нравилось. Резкий укол в руку заставил меня дернуться от мужчины в белом халате, который только что ввел мне что-то. Они уже подавили мои силы, так что, какого черта это было?
Кровать закатили в загон, и через несколько мгновений наручники, удерживающие меня, упали с лязгом. Я не медлил, спрыгивая с кровати и бросаясь туда, где должен был быть мой отец. Конечно, трус был снаружи стекла, с самодовольным видом.
«Какого хрена это?» – взревел я, кружась, пытаясь понять, зачем я здесь. Кроме кровати, здесь ничего не было в этой прозрачной коробке.
«Приведите его», – рявкнул мой отец кому-то, и мой взгляд метнулся к дверям, где двое крупных мужчин волокли человека за руки.
Паника сжала мое сердце, когда я узнал эту кудрявую голову темных волос, этот разворот плеч.
«Нет!» – взревел я. «Руки прочь от него! Фишер!»
Фиш не ответил, и все его тело обвисло, когда они положили его на стальной хирургический стол. Мои кулаки бешено забарабанили по стеклу, но это ничего не изменило.
«Ты вызываешь у меня тошноту, – с отвращением произнес мой отец, и в его глазах читалось отвращение. – Я всегда знал, что между вами двоими что-то было. Это кончается сейчас».
«Не трогайте его!» – закричал я, когда один из мужчин в лабораторном халате начал брать разные хирургические инструменты.
«Ты принимаешь его член, как маленькая сучка? Меня это не удивляет – ты всегда им и был».
Я не мог сосредоточиться, не мог осмыслить слова отца из-за того, как громко теперь билось мое сердце в ушах. Когда тот мертвец, держащий скальпель, сделал свой первый надрез, мое зрение обострилось. При втором надрезе из моей груди вырвался нечеловеческий рев, и я полностью превратился в свою драконью форму. Эти ублюдки за это заплатят.
Они продолжали резать его. Кровь стекала по столу, а Фишер лежал неподвижно, как труп. Огонь вырвался из моей огромной пасти, когда я попытался уничтожить проклятую клетку, в которой находился. Она была магически усилена чем-то. Мой огонь, когти, зубы, грубая сила – ничто не помогало.
Хирург наконец прекратил свое кромсание. «Очистите его. Отведите обратно в камеру. Приведите следующего».
Двое крупных мужчин, которые втащили Фишера, подошли и вынесли его из комнаты. Я запомнил лица каждого из них. Их смерть была предрешена.
«Отпустите меня!»
О боги. Нет. Пожалуйста, нет...
«Слоан! Они причинят мне боль, пожалуйста, помоги мне!» – закричала Рыжая, ее глаза бешено метались по комнате. Двое новых мужчин тащили ее к столу, пока хирург готовил ремни. Вернувшись в человеческую форму, я с силой ударил кулаками о стену.
«Рыжая! Мне так жаль, мне жаль», – взревел я, надеясь, что она услышит меня сквозь свои дикие крики.
«Знаешь что, сын? Нам нужны дети. Демоны. Драконы. И те, и другие. И мы их получим».
Мое горло сжалось, когда одежду Рыжей разрезали. Черт. ЧЕРТ. Я не могу. Я не могу ее спасти.
«Папа, – хрипло прошептал я, делая последнюю попытку. – Пожалуйста, не делай этого. Я умоляю тебя».
Он приподнял бровь и поднял руку, останавливая своих людей, окруживших мою женщину. Он уставился мне в глаза, и я покачнулся на ногах, внезапно чувствуя истощение от отсутствия еды и прилива адреналина.
«Это, – он указал на меня, – именно та причина, по которой это должно быть сделано. Ты слаб». Он посмотрел на своих людей. «Делайте».
В мгновение ока я снова стал драконом. Мое тело снова и снова врезалось в стены, пока крики агонии Рыжей наполняли комнату. Боль взрывалась повсюду, сила моих попыток прорвать ограждение была достаточной, чтобы раздавить мои собственные кости.
С последним рывком и всей моей силой я бросился на стену так сильно, что мое зрение поплыло, и я отшатнулся. Я попытался прояснить голову, но движение лишило меня равновесия, и все почернело, когда я рухнул на землю.
Последнее, что я слышал, был крик моего имени. Мольба и проклятие.
Глава 5. Фишер
Дни тянулись бесконечно. Каждую свободную минуту я пытался связаться со Слоаном. Ничего не работало. Мы даже попробовали то, что использовали для связи с Каем, с добавлением магии остальных в круге силы, и все равно ничего.
Все были измотаны и на взводе. Сейдж в особенности была настоящим удовольствием. Мэйвен к этому моменту официально пропал; он никогда раньше не исчезал так надолго, так что это было дополнительным стрессом. Я понимал, действительно. Это была эмоционально заряженная ситуация, и у каждого есть свой предел. Не помогало и то, что Миранда до сих пор ни с кем толком не разговаривала. Хол сказал, что она просто как будто отключилась. Я надеялся, что она позволит нам заскочить, и, возможно, я смогу немного облегчить ее боль. Даже если минимально, это дало бы ее разуму передышку.
Я снова и снова переживал тот момент со Слоаном перед его отъездом. Я, блядь, говорил ему не делать этого – и вот что случилось. Я был в бешенстве на него, этого упрямого придурка. Потом я думал о том, что он ранен или его пытают, и беспокойство сжимало мои легкие, дыхание становилось тяжелым и прерывистым.
«Давай еще раз», – прорычал Фарис. Он был неутомим в своих тренировках. Его общие знания магии были инстинктивными, как и для любого сверхъестественного существа. По крайней мере, это работало в его пользу. Минус был в том, что мы все учились владеть магией с детства. Мы не обретали свои истинные стихии до подросткового возраста, но изучение заклинаний, создание простых настоек и вся прочая магическая академическая база были вбиты в нас с рождения. Хотя Фарис был внутри меня всю мою жизнь, видя все, что видел я, у него никогда не было возможности физически практиковать магию до сих пор.
Я вздохнул. «Ладно. Но я сделаю это еще только полчаса. Я готов к обеду».
«Что ты хочешь, чтобы я попробовал сейчас?» – спросил он, нетерпеливо подавшись вперед.
Мы сидели за кухонным столом. Бетт принесла целый ворох гримуаров, которые Фарис пролистал как одержимый. Он уже заманил Наполеона в качестве подопытного кролика для нескольких заклинаний левитации. Это продолжалось недолго, однако маленький мышонок обиделся, когда Брам вошел и завизжал, как ребенок. Демон действительно не любил мышей, и Наполеон сильно обиделся на его фобию.
«Хм... Я хочу увидеть больше твоей силы убеждения. Я свяжусь с Каем и попрошу его зайти сюда. Когда он войдет, убеди его приготовить нам обед. Некоторые из его сэндвичей с сыром на гриле», – предложил я, и у меня уже потекли слюнки.
Фарис ухмыльнулся, хотя мой план не вызывал у него энтузиазма. Он все еще выживал на сырой лапше и крови. У парня не было ни малейшего понятия, чего он лишен.
Мое зрение затуманилось, когда я поискал разум Кая.
«Иди на кухню». Я послал ему мысль и рассмеялся, когда он выругался.
«Ты не можешь просто делать это дерьмо, Фиш. Что, если бы я был по уши в процессе?»
«Ну, тогда я бы присоединился к тебе через минуту. Ты в процессе?»
«Ха, хотел бы я. Росток не позволяет никому из нас делать на нее хоть один шаг. Лично я думаю, что ей нужно хорошее завладение».
Да. Он был прав. Ничто не успокаивает темперамент женщины лучше, чем оргазм.
«Иди на кухню».
«Черт. Ладно».
Я отпустил психику Кая, и комната снова сфокусировалась.
Фарис подпрыгивал на стуле от нетерпения. «Он идет?»
«Да. Веди себя круто», – сказал я ему.
Кай влетел на кухню, огляделся и сел за стол. «Я думал, Росток будет здесь». – Он надулся, и я усмехнулся.
«Прости, что разочаровал. Только мы», – протянул Фарис, барабаня пальцами по столу, глядя на Кая. Движение было на сто процентов моим. Еще одна странная вещь в копилку безумия.
«Вы, ребята, не против небольшого сюрприза сегодня? Я отчаянно хочу ее. Я звучу как нытик, но, богами, меня благословили парой с самым идеальным телом и самой тугой...»
«Привет», – внезапно сказала Сейдж, и мы все подпрыгнули, повернувшись к ней. Она только что вошла с улицы, судя по грязи и пятнам травы на коленях.
«Привет», – мягко сказал я.
«Привет, Росток», – ответил Кай с ухмылкой.
«Что ты там делала? У тебя колени грязные», – заметил Фарис.
«Кое-какие дела с растениями. Нужно было проветриться. А вы что делаете?» – спросила она, глядя на книги на столе. В ее голосе звучало подозрение, хотя я предположил, что это из-за того, что мы все подскочили, когда она появилась из ниоткуда.
«Я тренирую свою магию. Хочешь посмотреть?» – спросил Фарис, не скрывая надежды на лице.
«Конечно! Дай-ка я быстро вымою руки», – сказала ему Сейдж. Она направилась к раковине, схватила бумажное полотенце и наспех вытерла свое блестящее лицо. Становилось все теплее с наступлением лета. «Там невероятно жарко. Кто-нибудь может принести мне воды?»
Кай и Фарис оба вскочили и бросились к холодильнику. Фарис победил, но с небольшим отрывом.
«Миледи», – сказал он, протягивая ей бутылку воды, словно это была редкая драгоценность.
«Спасибо, Гадюка». – Она улыбнулась, взяла воду и выпила половину. Кай что-то проворчал и вернулся на свое место.
«Иди сядь к нам, сладкая», – подбодрил я. Мы все скучали по ней из-за безумия прошлой недели.
Несмотря на то, что я чувствовал себя более контролирующим свою стихию в целом, она все еще успокаивала меня лучше, чем любой другой человек. Это было похоже на то, как ее магия действовала инстинктивно. Она успокаивала зверя внутри меня, которого я теперь начинал принимать за то, что это был не Фарис. Нет, у меня было достаточно своих собственных проблем, и он просто был козлом отпущения всю мою жизнь, простым объяснением. Теперь, когда он покинул мой разум, мне нужно было признать это и принять себя настоящего. Мои темные сексуальные желания, потребность доминировать над противниками ментально... это был весь я.
«Но мне нужно пойти и сделать...» – начала она, и Кай быстро перебил ее.
«Нет, Росток. Ты ничего не делала, кроме как изматывала себя последние пару дней. Присядь на минутку, и позволь мне принести тебе поесть», – сказал он, вставая и подходя к ней.
Она стояла, перебирая в голове мысли. Она перестала защищать их, и я слышал ее внутреннюю борьбу.
Слишком много дел. Нужно помочь Слоану и Энни. Я так чертовски устала.
Мое сердце болело за мою милую ведьму, которая всегда беспокоилась обо всех, кроме себя. Она отчаянно пыталась занять себя, чтобы отвлечься от этих мыслей.
Однако ее плечи расслабились, когда она решила воспользоваться идеей Кая. Она шагнула вперед, и он обнял ее.
«Мы всегда позаботимся о тебе. Особенно когда тебе самой слишком трудно это сделать, Детка», – прогудел Кай у макушки ее головы.
«Спасибо, Альфа. Я иногда теряюсь в своих мыслях. Но я действительно голодна», – призналась Сейдж, даря Фарису и мне маленькую улыбку.
«Что ж, тогда позволь мне приготовить тебе обед», – сказал Кай, отступая назад и ухмыляясь. Его настроение, казалось, поднялось при мысли о том, чтобы накормить нашу пару.
«Вот тебе и тест». – Я подтолкнул мысль Фарису, и он лениво откинулся на спинку стула с самодовольной улыбкой.
«О, я найду способ проверить это. Не бойся, брат».
Это было немного пугающе. Мои ноги чертовски чесались, когда волосы снова отрастали после того, как он придумал заставить меня их сбрить. Я все еще был ему должен за это дерьмо.
«Иди сюда, Светлячок. Ты выглядишь так, будто тебе не помешает немного любви», – протянул Фарис, все еще откинувшись на стуле, как гребаный король.
«Я так волнуюсь, – прошептала Сейдж, направляясь к нему. – Когда я пытаюсь уснуть, мне снятся... сны».
«Какие сны, Росток?» – крикнул Кай из холодильника, выискивая то, что ему нужно для обеда.
Страх начал исходить от нее волнами, и мои кулаки сжались.
«Мне снятся те теневые существа – те, что король Тэйн, должно быть, посылал некоторое время назад, чтобы найти меня?» Мы кивнули. Конечно, мы помнили. Бетт и Сейдж наложили заклинания и поставили защиту на дом от этих проекций. Если ей снятся они сейчас, это могло означать только одно. Тэйн снова искал ее и находил способ обойти созданную ими защиту.
«Я поговорю с Бетт после обеда и убежусь, что защита надежна». Кай расхаживал по кухне, время от времени издавая тихий рык.
«Тебя это действительно удивляет? – спросила она нас. – Тэйн был первой из наших проблем. Азраэль появился позже, и теперь мы полностью сосредоточены на нем. Это было бы идеальное время для Тэйна напасть, если он это планирует. Или, может быть, они работают вместе, как сказал Брам?»
Кай прекратил ходить. «В тот день, когда Брам забрал нас из замка, Азраэль прямо сказал ему, что придет за троном. Если они работают вместе, либо Тэйн не знает о планах Азраэля, либо он знает и не беспокоится. Я готов поспорить, что они пытаются использовать друг друга, а потом это будет просто гонка, кто убьет первого», – предположил он.
Я кивнул. «Какова бы ни была причина, нам нужно быть более бдительными, чем раньше. Мне не нравится не знать, что происходит». Мое сердце билось быстрее при мысли о надвигающейся опасности. И она была. Она придет. Все, что мы могли сделать сейчас, – это ждать и готовиться.
«Нам нужно понять, как перейти в наступление. Внезапная атака – это идеально», – мрачно сказал Фарис.
«Я действительно думаю, что нам нужно как можно скорее добраться до Бесмета, – сказала Сейдж. – Там есть ответы, и я чувствую это... притяжение. Мне нужно туда».
«Вот, Детка. Съешь это», – приказал Кай, ставя перед ней тарелку с одним из тех гребаных сэндвичей с сыром на гриле. Боги, это выглядело восхитительно.
Мои глаза метнулись к Фарису, и я увидел, что он пристально смотрит на Кая. Я подавил смех, когда Кай озадаченно посмотрел на нас и на всех парах понесся обратно к плите. Должно быть, он открыл какое-то приложение на телефоне, потому что заиграла музыка.
«Твой скоро будет готов, Фиш. Ты хочешь капколу или прошутто?»
Я не мог больше сдерживаться. Фарис и я одновременно расхохотались, а Сейдж посмотрела на нас, прежде чем отложить свой сэндвич.
«Что вы двое сделали?» – спросила она, и на ее лице появилась улыбка, от которой у меня перехватило дыхание. Я не видел ее достаточно в последнее время, и мне нужно было это исправить как можно скорее. Кай игнорировал нас, теперь с гордостью распевая "Buss It", пока готовил.
«Мы? – поддразнил Фарис, его голос возмущенно повысился. – Мы ангелы, Светлячок».
Она рассмеялась. Мелодичным, заразительным, прекрасным смехом, который ударил меня сильнее любого наркотика.
«Ты внушаешь ему?» – догадалась она, откусывая кусок от сэндвича.
Припев возвращался, так что на этот раз Фарис и я подпевали Каю.
«Да, трясись, К!» – закричал я, когда Сейдж начала двигаться в такт, подпевая нам.
«Думаю, ему нужен партнер по танцам», – крикнул Фарис.
Сейдж хихикнула, когда я уставился на нее, но вдруг я обнаружил, что встаю и танцую к Каю, который теперь стоял обеими руками на островке, задницей к нам, тверкая. Боги, я хотел не большего, чем потанцевать с его сексуальной задницей.
Фарис завопил, когда я подошел к Каю сзади, и мы начали двигаться вместе. Начала играть "Candy Shop" 50 Cent, и я повернулся, чтобы потереться своей задницей о Кая. Черт, мы убивали наповал. Сейдж кричала ободряюще и подбадривала нас. Внезапно Кай прижался ко мне сзади, его рука лежала на моем животе, а другая скользнула вверх, сжимая мое горло.
«Я отведу тебя в кондитерскую, – пропел он мне на ухо, пока наши движения сливались воедино. – Я позволю тебе облизать леденец...» Он прижался своим твердым членом к моей заднице, и я подавил стон. Боги, прошло слишком много времени с тех пор, как мне трахали задницу.
«Взять его, Кай!» – закричала Сейдж, и мои глаза обратились к ней.
«Иди сюда, сладкая...» – поманил я, протягивая руку.
Она проплыла ко мне и взяла меня за руку, позволяя мне поставить ее между нами. Кай обхватил одну ее ногу за бедро и начал двигать бедрами в такт музыке. Мои руки скользили вверх и вниз по ее талии, мой член упирался в ее задницу.
«Звездами», – пробормотал Фарис. Мы, должно быть, выглядели довольно непристойно. Мне стоило огромных усилий не раздеть ее и не трахнуть на этой проклятой стойке.
Песня закончилась, и мы все еще были прижаты друг к другу. Мои губы искали ее шею, отодвигая волосы, чтобы я мог оставить на ней свою метку.
«Черт, – выдохнул Кай. – Сэндвич, наверное, подгорел».
Сейдж рассмеялась, откинув голову мне на грудь. «Ты можешь съесть половину моего, Рыбка», – предложила она, взглянув на меня.
«К черту сэндвич», – прорычал я. Ее глаза расширились от волнения, когда я обхватил ее за талию, поднял и опустил на стойку, животом вниз. Одним быстрым движением я стянул с нее шорты, обнажив ее кружевное белье.
«Боги», – сказал Кай, наблюдая за разворачивающейся сценой.
«Рыбка!» – взвизгнула Сейдж, когда я схватил ее трусики и, блядь, разорвал их посередине, обнажив ее блестящую киску. Ее ноги свисали со стойки, и она была полностью в моей власти. Когда она попыталась приподняться, Кай был тут как тут, твердой рукой прижимая ее обратно.
«Фарис, держи ее руки», – прохрипел я.
В мгновение ока он оказался на другой стороне островка, взял ее руки в свои и обеспечил ее полную неподвижность. «Ты этого хочешь, Светлячок? Тебе нужны твои мужчины так же сильно, как они нуждаются в тебе?»
Сейдж глубоко застонала и выгнула спину. «Трахай меня... Пожалуйста, трахай меня», – взмолилась она.
Я отбросил остатки ее трусиков через плечо и сосредоточился на ее влажной киске. «Чертова мокрая, сладкая», – простонал я, стягивая свои шорты. «Я тебя уничтожу». Мой член был тверд как камень, и когда я встал на место, мой вход был без сопротивления.
«Аааа, черт», – выругалась она, ее ноги разлетелись от силы моего траха.
«Я. Нуждаюсь. В тебе». – Каждое слово подкреплялось сильным ударом бедер. «Я всегда, блядь, нуждаюсь в тебе. Эта киска, боги». Кай теперь дрочил свой член, его глаза были прикованы к точке соединения Сейдж и меня. «Ты хочешь почувствовать ее, К?» – спросил я, мой темп был безжалостным. Хлюпанье моего таза о ее задницу эхом разносилось по стенам, смешиваясь с ее стонами и криками удовольствия.
«Сначала наполни ее. Я хочу, чтобы эта киска была влажной», – прорычал Кай, его глаза вспыхнули желтым. Мои пальцы впились в мягкую кожу ее ягодиц, и я сжал их сильнее. Завтра на ней будут синяки от пальцев.
«Боги, да! Трахай меня, Фишер!»
Фарис держал ее руки полностью вытянутыми, и мне нравилось видеть ее в нашей власти. Он громко застонал, когда она сжала его эрекцию.
«Трахай ее сильнее, чувак. Отдай ей свою сперму». Кай схватил меня за затылок, и я уставился в его черные глаза, пока вбивался в нашу пару.
«Я кончу», – повторял я, мое тело жаждало разрядки.
«Даааа», – прошипела Сейдж, как раз в тот момент, когда Кай впился в мои губы, и я вогнал в нее раз, два, три раза, прежде чем все мое тело дернулось и задрожало. Моя сперма вырвалась наружу, и казалось, что оргазм длится вечно.
Как только мои яйца опустели, я отступил назад и наблюдал, как моя сперма капает из ее опухшей киски, падая на пол. Сейдж заскулила от потери члена, но быстро передумала, когда Кай пальцами медленно заталкивал мою сперму обратно внутрь.
«Пожалуйста, Альфа», – взмолилась она.
«Надеюсь, ты готова к гону, Детка», – предупредил Кай, занимая мое место позади нее и быстрым движением входя в нее полностью.
«Тебе нравится, когда твои пары по очереди пользуются твоим телом?» – промурлыкал Фарис низким голосом, заставляя Сейдж сосредоточиться на его лице.
«Я обожаю это», – закричала она, когда ладонь Кая шлепнула ее по заднице.
«Отлично, принимай свои трахи, как хорошая маленькая мамочка», – сказал ей Фарис.
Маленькая мамочка? Черт, это горячо.
Звуки, которые издавали Кай и Сейдж, были абсолютно гипнотическими. Хорошо, что кухонный остров был прикручен к полу, иначе я был уверен, что Кай протрахал бы ее через всю комнату с такой силой каждого удара бедрами.
«Трахай меня, трахай меня, о боги!» – закричала Сейдж, когда Фарис собрал ее волосы в руку и потянул.
«Кончи на мой член, Детка. Сожми этот член», – приказал Кай.
С маленьким криком все тело Сейдж содрогнулось, и я увидел, как ее пальцы ног выпрямились, икры напряглись, а бедра задрожали, когда ее оргазм пронзил ее тело. Кай наклонился над ней и укусил ее за плечо, заставляя ее издать стон чистого, блядь, греха.
«Вот так, Светлячок», – прошептал Фарис ей на ухо.
«Прими мое семя, Детка», – процедил Кай сквозь зубы за мгновение до того, как откинул голову назад и зарычал, как гребаный зверь. Он упал на нее, сразу же начиная вылизывать рану на ее плече длинными движениями своего широкого языка.
«Так красиво, как ты принимаешь нас, сладкая», – похвалил я, поглаживая ее щеку, не прижатую к столу.
«Ты так хорошо меня трахаешь», – ответила она прерывисто. «Фарис?»
«Хм?»
«Хочу, чтобы тебе тоже было хорошо».
Он усмехнулся и погладил ее по волосам. «Я чувствую себя фантастически, Светлячок».
«Но...»
«Никаких "но". Давай приведем тебя в порядок», – сказал он, обходя стойку, чтобы помочь ей слезть.
Фарис до сих пор не занимался с ней сексом, и я должен признать, мне было немного любопытно, почему. Я решил поговорить с ним об этом позже.
Хлопнула дверь, и по коридору разнесся мужской смех. Мы все замерли. Кэм и Брам о чем-то оживленно беседовали, но их разговор быстро утих, когда они вошли на кухню и застали нас в основном без штанов.
«Какого черта?» – потребовал Брам, его веселые глаза оглядывали происходящее.
Кэм скрестил руки на груди и прислонился к стене, на его губах играла усмешка. «Ну, ну, ну. Что у нас тут? Небольшая послеобеденная забава?» – Он усмехнулся. «Знаете, вам чертовски повезло, что Хантер остался с Холом в квартире работать. Если бы он вошел сюда и увидел мою ведьму полуголой и раскрасневшейся...» – Он указал на Сейдж, которая была раздета до пояса, с твердыми сосками, просвечивающими сквозь рубашку, и кожей, сияющей от напряжения. – «Мне пришлось бы навалять кому-то».
«Согласен. Мы единственные, кто видит Детку такой». Глаза Брама пылали, когда он смотрел на нашу девочку.
«Это просто случилось, – невинно вставила Сейдж. – Но я должна сказать, что меня никогда так не трахали, будучи в подвешенном состоянии. Святые лунные девы, это было чертовски горячо».
И Кэм, и Брам прищурились от этой информации, и я почувствовал исходящее от Сейдж самодовольство. Она их дразнила, проказница.
«Может быть, когда-нибудь я мог бы попробовать веревки?» – спросил Фарис, но его глаза были прикованы к Браму.
Интересно.
«Веревки? Будет больно?» – спросила Сейдж, наклонив голову и поставив маленькие руки на бедра.
«Я бы никогда не причинил тебе боль, Светлячок. Если только ты об этом специально не попросишь», – ответил Фарис с озорной ухмылкой.
«Если кто-нибудь не оденет ее через две секунды, она будет перегнута через стол», – предупредил Кэм. Он сжал свой член через джинсы, его взгляд пронзал Сейдж.
«Э-э... Мои трусики...» – Сейдж огляделась, наконец заметив порванное кружево. Она наклонилась, чтобы поднять их, стараясь сгибаться в бедрах, а не в коленях – подарив двум ворчунам отличный вид на свою задницу и киску.
Кай расхохотался, когда двое мужчин двинулись вперед, их намерения были очевидны. Сейдж выпрямилась и развернулась как раз перед тем, как они достигли ее. Она подняла кружево, и парни остановились, глядя на него мгновение, прежде чем она объяснила: «Рыбка сорвал их с меня. Разорвал их, а потом они держали меня на стойке и по очереди трахали. Ты можешь в это поверить?»
