Текст книги ""Желаний своевольный рой". Эротическая литература на французском языке. XV-XXI вв."
Автор книги: Борис Виан
Соавторы: Теофиль Готье,Сидони-Габриель Колетт,Жан де Лафонтен,Поль Верлен,Пьер-Жан Беранже,Андре де Нерсиа,Паскаль Лэне,Жан-Франсуа де Бастид,Вильфрид Н’Зонде,Жан Молине
Жанры:
Классическая проза
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)
Статья двадцать девятая: Стол, постель, белье
[Кушанья девицам подают не слишком обильные, но довольно изысканные; одеваются девицы каждая по своему вкусу, чистое белье взамен грязного им раздают управительницы раз в два дня; по утрам девицы сами застилают постель.]
Статья тридцатая: Наряды
[Девицы выбирают себе одежду не дороже определенной суммы; управительницы следят за тем, чтобы у них было достаточно нижнего белья; изношенное платье перешивают для девочек, рожденных в заведении.]
Статья тридцать первая: Купальни
В заведении устроены купальни теплые и холодные, и каждая девица совершает омовение раз в два дня: летом то в теплой купальне, то в холодной, а зимой только в теплой. Брать ванну должны и работницы: зимой раз в неделю, а летом чаще.
Статья тридцать вторая: Румяна и прочие притирания
[Все искусственные прикрасы запрещены всем, кроме содержанок; совершать омовения содержанки обязаны не реже остальных, а управительницам надлежит за этим следить.]
Статья тридцать третья: перестарки
[Деньги, заработанные девицами, исключая ежедневные траты, будут откладываться на приданое для девочек, рожденных и выросших в заведении, и на содержание перестарок; из числа девиц тридцати шести лет и старше отберут тех, кто еще сохранил хоть какую-то красоту, чтобы они принимали гостей из низших слоев общества за минимальную плату.] Чтобы перестарки принимали таких гостей с меньшим отвращением, надобно соблюдать три условия: гость вначале должен взять теплую ванну; с девицей он может провести не более получаса; если гость пьян, его не допустят к девице прежде, чем он протрезвеет; если же, протрезвев, он захочет уйти, ему это дозволят, но денег за билет не вернут.
Статья тридцать четвертая: Венерические болезни; досмотрщицы
[Из старших девиц примерного поведения выберут тех, которые будут осматривать гостей и проверять, не больны ли они; лишь после такой проверки гостю будет дозволен доступ в избранный им коридор; те же досмотрщицы будут на тот же предмет проверять девиц при их пробуждении; из этих досмотрщиц впоследствии будут выбирать управительниц.]
Статья тридцать пятая: Главная управительница, или начальница
[Ежегодно назначается Попечительским советом для надзора за рядовыми управительницами.]
Статья тридцать шестая: Штрафы
[Взимаются с гостей, относительно которых выяснилось, что они больны дурной болезнью; если болезнь еще на ранней стадии и можно думать, что гость сам не знал, что болен, штраф невелик – вдвое больше цены билета.]
Статья тридцать седьмая: Лечение девиц
[Больных немедленно отправляют в лечебницу – изолированное помещение внутри заведения; их осматривает опытный врач, которому доступ в остальные части заведения категорически запрещен.]
Статья тридцать восьмая: Участь детей, рожденных в заведении
I. Мальчики
Дабы государство могло извлекать из партенионов обещанную прибыль, следует:
1) Поелику возможно, препятствовать девицам принимать меры против беременности.
2) Всеми способами устраивать так, чтобы девицы рожали как можно больше, а для того наблюдать в заведении, посвященном сладострастию и разврату, приличия и, смею сказать, целомудрие.
3) Окружать детей, рожденных в заведении, бесконечной заботой до того момента, когда они смогут содержать себя сами.
4) Все, кого не признают их отцы, будут считаться детьми государственными, а следственно – если стать их и здоровье к тому располагают, – обязаны будут государству служить.
[Воспитание будущих солдат; детей, не годных к военной службе, будут обучать различным ремеслам.]
II. Девочки
[Некрасивых обучают ремеслам; красивых учат танцам, музыке, рисованию; отнюдь не принуждают заниматься материнским ремеслом и, если найдется достойный жених, выдают замуж с приданым в тысячу экю; предпочтительны в качестве женихов юноши, рожденные в том же заведении.]
Одежда
Ни дети, рожденные в заведении, ни люди, находящиеся там в услужении, никакой особенной одежды не носят.
Статья тридцать девятая: Права Попечительского совета по отношению к детям, рожденным в заведении
[Совет сохраняет власть над всеми, кроме солдат; члены Совета следят за тем, чтобы жены не изменяли мужьям, а мужья не проматывали приданое жен и не били их; соблазнителей чужих жен при необходимости даже отдают под суд и подвергают телесным наказаниям.]
Статья сороковая: Выбор управительниц
[Управительниц выбирают из самых добропорядочных девиц, предпочтительно из содержанок; управительницы имеют право в определенные часы покидать заведение.]
Статья сорок первая: Участь перестарок; перестарки-наставницы
Те из перестарок, которых невозможно будет использовать, как то указано в статье тридцать третьей, будут спокойно доживать свои дни в помещении, для них отведенном.
[Наиболее способные будут обучать остальных танцам или музыке.]
Статья сорок вторая: Конец жизни; девицы, получившие наследство
Девицы, попавшие в заведение, из него уже не выйдут, за исключением тех, о коих говорено в статьях девятнадцатой, сороковой, сорок первой и сорок четвертой, и тех, кто получил деньги в наследство. Эти последние могут покинуть заведение и жить самостоятельно, если, конечно, не предпочтут остаться в партенионе и наслаждаться своим богатством в его стенах. Партенион от этих девиц, да и ни от кого другого, никаких дарственных получать не сможет, наследницы же, которое его покинут, все равно останутся под опекой Попечительского совета, который принудит их воротиться в заведение, если станут они вести жизнь беспорядочную.
Статья сорок третья: Девицы, которые пожелают переменить свою жизнь
[Тем девицам, которые пожелают вернуться к порядочной жизни, Попечительский совет будет всячески способствовать, если убедится в искренности их намерения.]
Статья сорок четвертая: По каким дням партенион закрывается?
[Заведение закрывают в дни главных праздников; девиц в эти дни возят в театр в закрытой карете; спектакль они смотрят из ложи, затянутой газом.]
Статья сорок пятая: Сообщение между разными партенионами
[У всех партенионов Франции должно быть общее управление; парижский Совет надзирает за всеми прочими и при необходимости переводит девиц из одного заведения в другое.]
Примерно таким вижу я, любезный Тианж, устав заведения, основание которого делается тем более насущным, чем больший физический и нравственный ущерб причиняет проституция; заведение это, вне всякого сомнения, прославит мудрость и человеколюбие того, кто его устроит, плоды же его, которые не заставят себя ждать, окажутся даже лучше и драгоценнее, чем казалось поначалу. Как тебе, конечно, известно, для богов и королей недостойных предметов не бывает. Одного их взгляда довольно, чтобы облагородить вещь, приносящую пользу. Низменные сферы заслуживают внимания не меньше, чем возвышенные: без навоза не вырастить сад, не взрастить урожай. Вот прекрасная тубероза, вот скромный лютик, вот редкий тюль-, пан – не Флоре обязаны они своим яркими цветками, а горстке перегноя.
[…]
Седьмое письмо: от де Тианжа к д’Альзану
Пуатье, 1 июня 176…
[Де Тианж объявляет о своем скором возвращении и признается, что, еще когда сам сочетался браком с Аделаидой, мечтал женить друга на ее сестре.]
Я прочел и обдумал с величайшим вниманием каждую из статей твоего устава и, пожалуй, ни одной не оставил без возражений. Не буду даже говорить о замысле как таковом, перейду непосредственно к уставу. Легко ли будет осуществить первую статью? Отчего во второй допускается существование содержанок? Третья предполагает порядок, полезный для заведения, которое благодаря этому сделается более самостоятельным, более благоустроенным и менее непристойным. И все же, возводить отдельные здания для падших женщин! Заботиться о том, чтобы здания эти были удобными! Не уверен, что прилично назначать членов городской управы попечителями подобных заведений, как то предписывает статья четвертая. Смогут ли твои управительницы управлять? Зачем запрещать членам Попечительского совета доступ в заведение, как ты это делаешь в статье пятой? Впрочем, я догадываюсь о причине. Какая надобность в статьях шестой и седьмой? Восьмая меня удивляет, она мне непонятна, точно так же, как и девятая. Что же касается десятой, скажу свое мнение: такая жизнь должна служить наградой не распутству, а добродетели. То же касается и статьи одиннадцатой. Статьи двенадцатая и тринадцатая, вторая из них тем плоха, что выбор порой будет совершаться слишком долго, а кончится все дело именно тем, чего законодатель желал избежать, иначе говоря, принуждением. Четырнадцатая, пятнадцатая и шестнадцатая: о двух первых не скажу, а вот третья, пожалуй, обескураживает: не слишком ли молоды девицы? Семнадцатая: отчего пятый и шестой коридоры ценятся так высоко? Восемнадцатая, так эти женщины, выходит, уже не будут считаться публичными? Девятнадцатая: несмотря на все оговорки, статья эта отнюдь не убережет от злоупотреблений. Найдутся безумцы, которые женятся на публичной девке, вскоре в том раскаются и будут несчастны. Двадцатая и двадцать первая: все это уменьшит расходы заведения, но завещать таким детям значительное состояние – значит действовать вопреки закону. Двадцать вторая и двадцать третья: вот так девки – образованные, нарядные, привыкшие к вежливому обращению! Двадцать четвертая: постоянные любовники, о которых вы так много толкуете, неплохо устроятся; вы даруете им немало привилегий! Двадцать пятая: превосходно; но будет ли это исполнено? Двадцать шестая и двадцать седьмая: с первой согласен, но не слишком ли многого, господин законодатель, ждете вы от бедных перестарок? Двадцать восьмая: ну и ну! Какие строгости! Двадцать девятая: вот вы и смягчились; ничего удивительного: суровость вам не к лицу. Тридцатая: вы, разумеется, в своем праве. Не стану спорить: я не скуп, но ценю бережливость. Тридцать первая и тридцать вторая: и тут не стану спорить, хотя вы идете наперекор всем общественным обыкновениям. Тридцать третья: неужели то, что предписывает эта статья, в самом деле необходимо? Докажите. Тридцать четвертая, тридцать пятая, тридцать шестая и тридцать седьмая: штрафы! Впрочем, вполне заслуженные; всякий знает несчастных, которые ввязались в тяжбу и заплатили куда больше, хотя виновны были несравненно меньше. О трех прочих статьях не скажу ни слова: они необходимы. Тридцать восьмая: расчет весьма тонкий. Но достанет ли у вашего партениона денег на то, чтобы вырастить столько детей? Чтобы женить их или выдать замуж? А красоток еще и с приданым? Тридцать девятая: неплохо. Сороковая и сорок первая: повторяю, завидная жизнь будет у ваших девиц! Сорок вторая: отлично! Сорок третья: вот статья превосходная! Сорок четвертая: а в праздничные дни они отправятся в театр. Совершенно с тобой согласен, любезнейший, жители Лондона поступали бы куда более разумно, когда бы по воскресеньям посещали представления в театре Друри-Лейн, а не одурманивали себя пуншем и очень скверным, хотя и очень дорогим вином в тавернах, где юные англичанки нередко лишаются разума и, что куда хуже, невинности. Сорок пятая: итак, Париж сделается столицей ордена, его штаб-квартирой.
Я изложил свои возражения очень кратко. Пожелай я высказать все, что думаю на сей счет, письмо вышло бы куда длиннее. Однако на это у меня теперь нет времени. Отвечай мне не столько на те замечания, какие я уже сделал, ибо они ничтожны, но на те, какие могли бы быть сделаны на каждую из статей твоего устава. По правде говоря, я полагаю, что, если бы кто-нибудь когда-нибудь вознамерился внести порядок в область жизни в высшей степени беспорядочную, ничего лучшего он бы не выдумал. Ты хочешь уменьшить зло, а это уже благо.
Но скажи мне, д’Альзан, отчего люди не повинуются голосу разума? В этом случае они искали бы себе добродетельную подругу, они находили бы блаженство в том, чтобы заслужить ее любовь и самим любить ее. Разве это не печально – вкушать удовольствие в объятиях незнакомой женщины, не будучи уверен, что в это самое мгновение она не питает к тебе ненависти! Впрочем, как сказал поэт:
Я прекрасно понимаю, что не всякому дана возможность связать себя прочными узами… Это горе нашего времени, позор нашего общественного устройства… Друг мой, я счастлив, а ты станешь счастлив в самое ближайшее время, а вернее сказать, ты счастлив уже сейчас, а скоро две сестры составят блаженство двух друзей. Возблагодарим же Верховное существо и, дабы невинные наши наслаждения продлились, станем вести жизнь чистую и, главное, протянем нуждающимся руку помощи. […]
Восьмое письмо: от д’Альзана к де Тианжу
[Восторг в доме де Тианжа при известии о его возвращении; д’Альзан рассказывает другу о его поездке вместе с госпожой де Тианж и ее сестрой на бал к богачу Б***, где его преследовала заигрываниями и намеками на прошлое бывшая любовница Д***.]
По возвращении домой Аделаида уверила меня, что, не будь меня, в твое отсутствие ни за что не поехала бы на бал к Б***: по тону, каким она говорит об этих шумных собраниях, совершенно ясно, что они для нее нимало не занимательны.
Я вижусь с Урсулой три раз в неделю, и уважение мое к ней возрастает вместе с любовью. Скольких заблуждений сумел бы я избежать, когда бы имел счастье раньше сблизиться с госпожой де Тианж! Например, я не тяготился бы нынче злосчастной связью с Д***. Я не видел эту женщину с того самого дня, когда Аделаида впервые взяла меня с собой в монастырь и я узнал Урсулу. Б*** сегодня поведал мне, что она в ярости. Меня это бы очень мало тревожило: с теми непристойными женщинами, которые бросаются на шею мужчинам, а потом с тем же бесстыдством сами их бросают, церемонии излишни. Но что если госпожа де Тианж, что если моя Урсула узнают об этой связи… Я желаю этого избежать любой ценой. Я ведь знаю Д***: если ей станет известно, что я провожу те часы, какие раньше посвящал ей, в доме твоей жены, она начнет рассказывать самые глупые небылицы, заведет самые наглые речи… А поскольку на балу она видела достаточно и не замедлит догадаться о том, как обстоит дело, она способна опозорить меня, опорочить в глазах Аделаиды и Урсулы. Шлюха или оперная танцовщица не так опасны, как женщины подобного рода… Мой Бог! Что если моя обожаемая возлюбленная решит, что уже после того, как я поклялся принадлежать бессрочно и безраздельно только ей одной, я виделся с Д***!.. Быть может, ты объяснишь им… Впрочем, нет, не нужно, подождем еще. А вдруг все это пустые страхи, зачем же признаваться в грехах столь предосудительных?
Сегодня мы ужинаем у моего дядюшки, и госпожа де Тианж обещала приехать с Урсулой.
Меж тем я прочел твои замечания и, как ты того и желаешь, охотно отвечу. Больше того, я полагаю необходимым дать разъяснения к каждой статье своего устава: таким образом я предупрежу возражения, которые не замедлят прозвучать, если ты покажешь кому-нибудь этот план, и уточню суть тех статей, которые могут показаться удивительными или возмутительными.
IV. Ответы на возражения, какие может вызвать каждая из статей устава
Статья первая: Нынешние публичные дома и публичные женщины
Для начала довольно будет использовать старые публичные дома. В них, конечно, нельзя будет разместиться со всеми возможными удобствами; переустроить их станет возможным не прежде, чем у заведения появятся деньги. Между тем надобно будет полностью избавиться от прежних публичных девок. В новое же заведение девицы будут набраны так, как это предписано статьей шестой устава: они не будут иметь ничего общего с теми развратными и совершенно неисправимыми особами, которые взросли в грязи и к ней привыкли. Помимо всех прочих перечисленных выше преимуществ, партенионы хороши еще и определенным сходством с итальянскими Консерваториями, а именно домами, куда принимают женщин и девиц, которых в противном случае нищета толкнула бы к жизни распутной. Смотрите на сей счет конец статьи шестнадцатой.
Заставить всех, кто, в нарушение закона, предоставят кров публичным девкам, платить штраф в пятьсот ливров или даже больше, смотря по достатку провинившихся, есть мера самая действенная из всех возможных, особенно если доносчикам будут выплачивать обещанное вознаграждение и сохранят их имена в тайне.
Статья вторая: Содержанки
Не думаю, чтобы возможно было так же резко покончить с женщинами на содержании, как и с публичными женщинами. Разумным начальникам партениона должно к этому стремиться, однако чересчур деятельное и скорое осуществление этого плана не только затруднительно, но и чересчур жестоко: ведь в этом случае множество порядочных женщин и девиц подвергнутся несправедливым гонениям и лишатся крова над головой. Меж тем статьи восемнадцатая, двадцать четвертая и двадцать девятая призваны служить им защитой.
Статья третья: Новые заведения
Тот, кто решился на преобразования, должен добиваться изо всех сил, чтобы они шли безостановочно, а результаты их были прочны: постыден порок, а не меры, против него принимаемые.
Статья четвертая: Управление партенионами
Идея моя не нова: так было заведено некогда во всех крупных городах королевства.
Что же до управительниц, то всякий, кто вспомнит, каковы будут их обязанности, поймет, что на роль эту годятся лишь женщины, мною указанные.
Статья пятая: Получение прибыли и отчетность. Права и обязанности членов Попечительского совета
Члены Совета будут исполнять свои обязанности, соблюдая порядок и пристойность. Чем более порядочны люди, тем лучше будут они годиться на то, чтобы командовать партенионами, следить за их выручкой и мудрым и безупречным своим поведением внушать распутникам почтительный страх. Статья эта, запрещающая попечителям переступать порог партениона, служит основанием для статей, восемнадцатой, двадцать четвертой, двадцать восьмой и двадцать девятой, которые лишний раз подчеркивают мудрость этого распоряжения: даже подозрение в связи с девицей из партениона ни в коем случае не должно пятнать почтенных членов Совета. […]
Статья шестая: Насельницы заведения; покров тайны
Требования, выдвинутые в начале этой статьи, обусловлены двумя причинами равно существенными. Первая состоит в том, чтобы предоставить девицам надежное убежище и предохранить их от искушения нарушить первую статью нашего устава; вторая же в том, чтобы не разглашать тайн семейственных. Ограничение же, касающееся возраста, есть вещь для подобного заведения первостепенная. Впрочем, для особ небывалой красоты и редких талантов могут быть сделаны исключения.
Статья седьмая: Партенион как неприступная крепость
На первый взгляд статья эта может вызвать возмущение. Меж тем непременно нужно, чтобы исполнена она была в точности столько же для того, чтобы отнять у родителей всякую надежду на отмщение – деяние бесполезное и рождающее толки, которые невыгодны прежде всего самим этим родителям, сколько для того, чтобы обеспечить спокойное существование обитательницам партениона (если родители не сумели воспитать своих дочерей должным образом, наказанием им послужит лишение естественных родительских прав).
Статья восьмая: Проступки
В таком заведении, как это, снисходительность есть первейшая необходимость; на строгости оно держаться не может. Причину сего отгадать несложно. Девиз заведения состоит в том, чтобы наименьшее зло почитать за благо: план этот сам по себе не есть добро, но лишь средство уменьшить зло неизмеримо большее, чем кажется и чем вообразить можно.
Статья девятая: Преступления
Теми же соображениями продиктована и эта статья: если девицу из партениона отправят на виселицу, это причинит величайший вред заведению, цель которого – собрать под своим кровом всех тех, кого несчастная склонность толкает к проституции, и предложить им существование более завидное и приятное, нежели то, какое ожидает их, если будут они жить самостоятельно или под покровительством тех подлых мамаш, которых правительство вынуждено терпеть, несмотря на все их преступления. И пусть не говорят мне, что я протягиваю руку помощи пороку. Всякий разумный человек согласится: порядочную девицу заведение, мною описываемое, не соблазнит; ее остановит то презрение, каким наши нравы и сама природа клеймят ремесло продажной женщины. Что же до прочих, то лучше им быть в партенионе, чем вне его.
Статья десятая: Местонахождение партениона, конторы для продажи билетов, вход для девиц
Повторяю: надобно привлекать мужчин в наше заведение – не для того чтобы внушить им любовь к пороку, но для того, чтобы уберечь их от сношений с девками куда более опасными. […]
Статья одиннадцатая: Как покупать билеты
Статья эта, как и прочие, имеет целью всемерно облегчить доступ в заведение и тем самым отбить у мужчин охоту искать радостей в других местах.
Статья двенадцатая: Выбор гостя
Выбирать можно будет из множества хорошеньких девиц. Что же до девиц, то они, со своей стороны, не должны испытывать никакого отвращения к тому, кто их выбрал. Понятно, что такая метода лишает проституцию всего грубого, жестокого, возмущающего душу.
Статья тринадцатая: Выбор девицы. Как поступать при отказах
Здесь все в высшей степени справедливо: надобно воротить к природе тех, кто пали куда более низко: если мужчина имеет право свободного выбора, не будем лишать того же права девицу. Когда бы план наш касался только физической стороны любви, предосторожности эти были бы вовсе не нужны. Но я более высокого мнения о мужчинах. Мыслящее существо не отделяет физическое от нравственного: для него любить – значит наслаждаться, а наслаждаться – значит любить. Не стоит думать, что мера, предложенная на случай, если от гостя откажутся все девицы, сильно затруднит дело. Да и случаи такие будут нечастыми. Статья эта призвана подкрепить статью седьмую и облегчить ее исполнение: девица, которая узнает в госте своего родственника или друга семьи, скажет об этом управительнице, и та не станет спрашивать у нее число как о том говорится в статье тринадцатой. […]
Статья шестнадцатая: Билеты
Статья эта для того необходима, чтобы всякий мог быть уверен, что найдет в партенионе то, чего желает. Полагаю, что не следует запрещать доступ в заведение даже людям известного звания. Сколько мужчин, опрометчиво пустившись в погоню за химерическим совершенством, злоупотребили в порыве безудержной страсти доверием беззащитных особ, сорвали покров тайны, каким должны быть окружены иные занятия, впрочем необходимые, и вселили отчаяние и позор в сердца несчастных родителей! Конец же этой статьи клонится к совершению другого доброго дела: удержать от разврата множество юных особ и возвратить их обществу.
Статья семнадцатая: Тариф. Шкатулка для выручки
Не подлежит сомнению, что девицы, соблюдающие себя чистыми и ведущие жизнь размеренную, скорее привлекут тот разряд мужчин, для кого предназначаю я перестарок, нежели те грязные и вечно пьяные распутницы, с какими имеют они дело нынче. Цены в первом, втором и третьем коридоре суть самые обычные цены, какие запрашивают девки, не идущие ни в какое сравнение с девицами из заведения, мною задуманного. Четвертый коридор также вполне по карману людям состоятельным и любящим удовольствия: нередко они платят гораздо дороже за то, что лишает их здоровья. Пятый коридор должен стоить дорого, для того чтобы не сделаться достоянием всеобщим. Что же касается шестого, за него надобно, осторожности ради, просить даже не четыре луидора, а все десять. […]
Статья восемнадцатая: Постоянные любовники; размещение содержанок; доступ в заведение для постоянных любовников; выбор любовницы; неуплата, долгая отлучка
Сказанное в этой статье может показаться противоречащим духу заведения, и я соглашусь, что некоторые основания так думать могли появиться, когда бы не было более чем возможным, что девиц в доме всегда будет предостаточно. Больше того, мера, которую предлагаю я в этой статье, воспрепятствует разорению семейств: сколько на свете сирен, для которых обмануть и обобрать мужчину – дело чести. В партенионе же этого можно будет не опасаться: мало того что любовник сможет не сомневаться в верности своей любовницы, потратит он на нее ровно столько, сколько потребует заведение, а эта сумма будет со временем только уменьшаться, ибо он будет платить по сорок два ливра в неделю за девицу шестнадцатилетнюю; если девице исполнится восемнадцать, сумма уменьшится до тридцати трех ливров двенадцати су; после двадцати лет девица обойдется ему всего в двадцать пять ливров и четыре су, в двадцать пять – в шестнадцать ливров и шестнадцать су, а после тридцати лет и до тех пор, пока девица будет принимать любовника, ее услуги неизменно будут обходиться ему в четырнадцать ливров. […] Меры, касающиеся детей, клонятся как к удовлетворению отцов, так и к сбережению денег партениона. Остальные же распоряжения призваны, во-первых, предотвратить беспорядки, которые неминуемо разразились бы в том случае, когда бы навещать содержанок могли не только их постоянные любовники, но и другие гости, а во-вторых, облегчить исполнение статьи двадцать восьмой.
Статья девятнадцатая: Браки
Заведение, нами описанное, не должно способствовать заключению брачных союзов, позорных для одного из супругов. В то же время несправедливо лишать свободы выбора тех людей, кто вправе распоряжаться собой и своим состоянием. Я, однако, полагаю совершенно необходимым без долгих проволочек объявлять недействительным любой брак, заключенный с девицей из партениона человеком знатным либо чиновным, который добился согласия от Попечительского совета, назвавшись чужим именем, причем поступать так следует даже в том случае, если девица только с ним одним и встречалась. Из сказанного понятно, как важно вверить руководство партенионами людям порядочным, иначе говоря таким, которые славятся безупречной нравственностью и достаточно образованы, чтобы разрешать вопросы сложные и запутанные. […]
Статья двадцать первая: Беременность девиц, находящихся на содержании
Нет никакой причины отказывать постоянным любовникам в отцовских прерогативах. Однако в этой статье содержатся и другие указания, которые могут показаться недостаточно ясными. Например, мне могут задать вопрос, что, собственно, я имел в виду, когда говорил о тех отцах, которые, не имея возможности вступить в брак с матерью ребенка, завещают ему половину состояния. Отвечу на это лишь одно: те злоупотребления, которые царят в этой области нынче, куда опаснее тех, какие могут произойти от моих предложений, не противоречащих ни природе, ни даже духу старинных законов. Не стоит и говорить, что этим отцам надлежит избегать шумной огласки, каковую в правильно устроенном государстве карают без всякого снисхождения.
Статьи двадцать вторая и двадцать третья: Общие комнаты, имена, даваемые девицам, занятия и трапезы, ночи, вознаграждения
В двух этих статьях предложен распорядок занятий на весь день с утра до поздней ночи. Заведение, не имеющее распорядка, впадает в анархию, которая отнимает у него возможность принести какую-либо пользу. Девиц будут обучать тому, что способно сделать их еще более привлекательными. Возмущаться этим не должно, причина же сего указана в ответе на возражения к статье восьмой.
Статья двадцать четвертая: Привилегии постоянных любовников
Эта статья также клонится к тому, чтобы уменьшить расходы заведения и даровать мужчинам такую свободу, какая заставит их предпочесть любовницу в партенионе всем прочим. (Не лишне будет заметить, что девицы на содержании также будут пользоваться немалой свободой, и это, вкупе с подарками, какие будут они получать от постоянного любовника, сделает состояние содержанки завидным и заставит девиц не отвергать даже мужчин, не слишком для них привлекательных.)
Статья двадцать пятая: Препровождение времени в общих комнатах
Касательно свободы: довольно уже того, что девицам запрещено будет покидать заведение; отчего же не облегчить их существование в его стенах? Что же до действенного способа принудить их к дозволенным забавам, он заключается в том, чтобы упразднить все развлечения иного рода: никто не станет приказывать девицам читать или рукодельничать, но их поставят перед выбором: либо взяться за книгу или работу, либо изнывать от скуки.
Статьи двадцать шестая и двадцать седьмая: Сколько раз можно выбирать одну и ту же девицу, сколько раз перестарку?
Несколько причин заставили меня включить в устав статью двадцать седьмую, девицы, о коих в ней идет речь, уже не первой молодости и, можно надеяться, будут чуждаться излишеств. Число таких девиц невелико, но немного сыщется и мужчин, которые не смогут притязать ни на кого, кроме них; мужчины эти вдобавок не имеют особых прихотей и получают удовлетворение куда быстрее, чем гости более состоятельные. При ином порядке вещей перестарки обходились бы заведению слишком дорого; впрочем, второй причиной следовало бы пренебречь, когда бы не существовала первая. Тем, кого за день спрашивали один или два раза, можно позволить до конца дня уже не показываться в общей комнате. Наблюдение за их здоровьем должно быть самым пристальным; вверить его надлежит главной управительнице.
Статья двадцать восьмая: Измены
Суровость этой статьи сообщит проституции своего рода целомудрие. Бесстыдство заключается в злоупотреблении действием, способствующим продолжению рода; это губительно для самого рода. Вот отчего древние моралисты так пеклись о чистоте. Добродетельнейшие из мужей были целомудренны: впрочем, следует выяснить, не является ли совершенное воздержание преступным. На это можно ответить, что сей пример не опасен, влияние же его на окружающих во всех без исключения случаях превосходно. Совершенное нежелание иметь дело с женщинами предосудительно или, если угодно, преступно лишь в мужчине, который поставил это себе за правило, тогда как открытая невоздержанность мужчин и женщин неизбежно породит последствия самые ужасные, осквернит все, включая вкус, и превратит любовь в причину без следствия. Ибо следствие любви есть рождение новых людей.
Статья двадцать девятая: Стол, постель, белье
Все сказанное необходимо и должно быть исполнено в точности. Попечительский совет обязан о том позаботиться.
Статья тридцатая: Наряды
Сумма, на наряды выделяемая, зависеть будет от доходов и расходов заведения, но на сумму эту, какова бы она ни была, каждая девица может, натурально, выбрать себе ткань по вкусу и наряд к лицу. Девицы на выданье или брюхатые, а равно и работницы, воспитанные в заведении, как то оговорено в статье тридцать восьмой, могут донашивать платье за девицами из партениона: платье это непременно будет опрятным, ибо управительницы будут принуждать девиц содержать и себя, и свои наряды в чистоте.
