Текст книги "Лизетта ищет мужа (СИ)"

Автор книги: Берта Свон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]

Глава 13

«Ой, ты, мама моя, ой, ты, мама моя,

Отпусти ты меня погулять!

Ночью звёзды горят, ночью ласки дарят,

Ночью все о любви говорят».

«Виновата сама, виновата во всем,

Ещё хочешь себя оправдать!

Так зачем же, зачем в эту лунную ночь

Позволяла себя целовать!?»

«Виновата ли я..»

С той стороны стекла на меня смотрела манерная кукла, явно фарфоровая, с частями тела, сделанными из золота. У той, из зеркала, не осталось ничего от настоящей Лизетты. Она была продуктом своего времени: знала, как заполучить в сети мужчину, выгодного ее семье, болтала всякие глупости, лишь бы только не молчать, и совершенно не умела думать. В общем, была полной противоположностью мне настоящей. И тут возникал вопрос. Что, если на Лизетту, эту, накрашенную, действительно клюнут? И родители настоят на браке с тем или иным аристократом, молодым или не очень? Я же при всем желании не смогу долго играть роль простушки. Моя язвительность в любом случае найдет выход. И будущий муж сразу после брака сильно удивится, когда внезапно поймет, что я не настолько тупа, как он думал. Ну и что тогда? Развестись мне не дадут – разводы здесь практикуются редко и в строго определенных случаях. Жить вместе, как кошка с собакой? Незавидная участь.

Я смотрела на свое, да, теперь уже свое отражение, и мысленно составляла план побега из-под венца. Заранее. Еще до поиска жениха. Обдумывала возможность жить в глуши под чужим именем. Причем жить на копейки, зарабатывая их тяжелым трудом и постоянно страшась быть узнанной. Размышляла о возможностях маскировки. Я… Я до дрожи в коленках боялась сегодняшнего вечера! Мы с Лизеттой были совершенно разными! Как плюс и минус! И не могли сосуществовать вместе! Никогда и ни за что! Эта кукла способна была позволить мужу что угодно, только потому что он – мужчина, хозяин в доме. Я же четко знала границы, за которые не позволю зайти никому.

Да я ж убью своего возможного мужа при первой же его попытке показать, кто в доме главный! Я же не терплю любого насилия, на деле или на словах, тупости, высокого самомнения и самоуправства! Я же не выживу в этом мире надменного патриархата!

– Рисса, – вывела меня из задумчивости голос Аннушки, – вас родители ждут. На вечер пора.

Ой, мамочки… Не хочу! Не хочу я на вечер!

Но кто б меня спрашивал. С двух сторон выстроились, словно конвой, две служанки, видимо, выполняя приказ отца. Вот кто отлично знал свою дочь, пусть и ошибался здесь и сейчас в ее мотивах. Пришлось идти. На ватных ногах шагать прочь из комнаты, затем – по коридору, вниз по лестнице.

Я шла и считала в уме женихов, которых буду отвергать одного за другим. Добралась до сто тридцать третьего, когда перед моим носом выросли фигуры родни, сестер с мужьями.

Эх, жизнь ты моя девичья. А я так тебя любила…

– Не кривись, Лизетта, – весело улыбнулась разряженная в пух и прах Виктория. И вот куда ее, брюхатую, на вечер понесло? За муженьком присматривать собирается, чтобы любовницу среди молодых и симпатичных дебютанток себе не нашел? – Ничего страшного на том вечере не будет, вот увидишь.

«Кроме мужиков, которых мне только и делают, что прочат в мужья», – раздраженно проворчала я про себя.

Но бодаться с родней не было смысла – они подавляли меня числом и не позволили бы настоять на своем. А потому я благоразумно промолчала и позволила расторопной служанке надеть на меня синий утепленный плащ и темно-коричневую шляпку. Серые сапожки на ногах и сменная обувь в руках у той же служанки – и можно выбираться на улицу. В карету. Именно так мы и планировали прибыть на тот не нужный никому званый вечер. Никаких порталов. Только официальное появление.

На улице моросил легкий дождик, было ветрено, сыро и темно. В общем, погода целиком и полностью соответствовала моему отвратительному настроению.

Поехали на вечер в двух каретах. Меня усадили с Викторией и Райтом, ее супругом. Алиса с Литаром, своим мужем, и служанка с вещами, отправились следом в соседней карете.

Лошади плавно двинулись с места. Оба кучера были опытными, умели править экипажами так, чтобы господа не страдали от «качки» во время поездки, пусть не очень-то длительной.

– Как приедем, сразу нацепляй на губы улыбку. Да нормальную, а не такую, как сейчас. Ты будто лимон съела, – подробно инструктировала меня Виктория. Сама она, похоже, вся горела желанием попасть на злосчастный вечер. Ну и заодно сосватать нерадивую сестрицу, куда ж без этого. Не одной же ей замужеством наслаждаться.

Я слушала молча и вздыхала, демонстративно, да.

– Лиззи, хватит уже страдать напоказ, – ухмыльнулся Райт. – Ничего ужасного в том вечере нет и быть не может. Тебя не заставляют сразу же бежать под венец с первым встречным.

– Я их никого не знаю, – буркнула я, лишь бы не молчать. – А вдруг они там злодеи какие, только прикидываются нормальными.

– Фантазия у тебя, Лизетта, – покачала головой Виктория. – Шальная. В кругу аристократов все друг друга знают. Недостойного человека туда просто не допустят.

«А демона? Его допустят?» – так и крутилось у меня на языке.

Впрочем, я промолчала. Виктории нельзя было волноваться. Так что все вопросы лучше задавать Райту. Толку будет больше.

Глава 14

Шумел камыш, деревья гнулись,

А ночка темная была.

Одна возлюбленная пара

Всю ночь гуляла до утра.

А поутру они проснулись,

Кругом помятая трава,

Да не одна трава помята, -

Помята молодость моя.

«Шумел камыш» 11

Вечер устраивали в особняке герцога Генриха ронт Сойского, троюродного брата нынешнего императора и его первого советника. Видный мужчина в годах, он славился своим гостеприимством. А еще – любовью к молоденьким служанкам, которую не смог преодолеть за время брака. Его жена, герцогиня Марианна ронт Сойская, того же возраста, что и супруг, давно зная об этом пристрастии своего мужа, нанимала в дом только мужчин и женщин старше тридцати-тридцати пяти лет. Это все мне поведал со смешком Райт.

Виктория слушала молча и в нашем разговоре не участвовала. Как я поняла, ей было все равно, что именно слушать, лишь бы подольше находиться рядом с обожаемым супругом.

Хозяева дома, Генрих и Марианна, встречали дорогих гостей на ступеньках своего особняка. Оба высокие, статные, черноволосые, они были похожи друг на друга, как частенько становятся похожими семейные пары, прожив друг с другом больше десяти лет. Эта пара скоро должна была отмечать серебряную свадьбу.

– Добро пожаловать, – раскатистым баритоном произнес Генрих, едва наше семейство в полном составе появилось у ступеней дома.

Райт с Литаром пожали ему руки, Виктория с Алисой поклонились, неглубоко, я просто присела в книксене12, как самая молодая.

Внутри, в огромном особняке, все было освещено и украшено по высшему разряду. Казалось, даже темные углы на чердаке сейчас отлично видны.

А еще в доме было полно народа. Я толпу не любила. Не была социофобом13, нет, но терпеть не могла, когда вокруг постоянно кто-то шнырял, бегал, кричал, да вообще ходил. Мне нужно было местечко для уединения, ну и тишина, пусть и ненадолго. Тут же… Слуги отчаянно пытались угодить всем гостям разом, те сами не знали, что именно им нужно. Хозяева стояли в сторонке и смотрели на всех вокруг с умилением, как на слегка повзрослевших детишек. В общем, сущий кошмар для людей типа меня.

Мы впятером, раздевшись и отдав нашу верхнюю одежду прислуге, наконец-то обосновались в одной из небольших гостиных на первом этаже. Обставленная в нежно-сиреневых тонах, лично мне она напоминала психбольницу. А если учесть крики за дверью, то так оно, наверное, и было.

– Лиззи, расслабься, – посоветовал иронично Литар. – Никто тебя здесь не съест. Так всегда бывает на подобных вечерах. Сейчас последние приготовления завершатся. И народ разбредется по гостиным – знакомиться друг с другом и подыскивать кружки по интересам.

Вот как раз многочисленные кружки по интересам меня и пугали. До дрожи в коленках причем пугали. Очень не хотелось бы попасть в один такой: «Поскорей жени на себе Лизетту».

Но кто ж меня спрашивать-то будет. Задача ясна: поскорей выдать меня замуж. Так что я сидела возле родичей и молчала.

Минут через пять все действительно успокоились. За дверью стало тихо, практически как на кладбище. И в гостиной, как и ожидалось, появились первые претенденты на мою руку. Вернее, это были холостые приятели Литара и Райта. И вряд ли они прямо уж стремились взять меня в жены. Но теперь я рассматривала всех неженатых мужчин как потенциальных женихов. И они меня по-настоящему пугали!

Трое парней лет двадцати трех-двадцати пяти, симпатичные, элегантно одетые, постриженные по последней моде, ввалились, громко гогоча, в гостиную в поисках свободного места для отдыха. Увидели нас. Гогот мгновенно стих. В глазах появилось удивление. На щеках – ой, какая прелесть! – смущение. Видимо, не успела еще жизнь испортить мальчиков. У них все впереди.

– Влас, Стив, Логар, присоединяйтесь к нам! – гостеприимно позвал их Литар.

Парни сначала переглянулись, но затем все же оседлали стулья напротив.

– Дамы, позвольте представить вам моих хороших армейских приятелей: граф Власий Ронтгорский, герцог Стивен Орранский, виконт Логар Никольский, – старательно перечислил Литар имена. – Парни, с моей супругой вы уже знакомы. Ее сестры – Виктория и Елизавета.

Я быстренько прикинула в уме вероятность замужества. Виконт и граф вряд ли стали бы хорошей парой для меня. Отец чересчур спесив и гордится всеми своим благородными предками, начиная от сотворения мира. Значит, все усилия надо направить на отваживание герцога. Если он, конечно, заинтересуется моей скромной персоной.

Троица тем временем заверила, что им, конечно же, очень, ну просто очень приятно познакомиться с такими прекрасными дамами.

– Герцог, а вы женаты? – похлопала я в ответ на речь накрашенными ресничками. Была бы с нами мать, она сразу же напряглась бы, вспомнив сцену в сельской гостиной. – У вас такие красивые, чувственные губы! Уверена, вы умело целуетесь!

Народ замер, превратился в статуи. От меня, тихони, ни сестры, ни их мужья в жизни не ожидали ничего подобного. А отец, видимо, не предупредил их, что я могу быть и «ах, какой прелестной дурочкой», и «о боже какой стервой».

Герцог вспыхнул, краска расползлась по шее, лицу, возможно, даже по телу, скрытому одеждой. Он, явно стеснительный, не знал, как реагировать на мое заявление. Вроде и сестру приятеля обидеть не хочется, и проигнорировать прямой вопрос не получится.

Глава 15

Придешь домой, а дома спросят:

"Где ты гуляла, где была?"

А ты скажи: «В саду гуляла,

Домой тропинки не нашла".

А если дома ругать будут,

То приходи опять сюда…

Она пришла: его там нету,

Его не будет никогда.

«Шумел камыш»

– Вы чрезвычайно откровенны, рисса Елизавета, – выдавил из себя наконец-то несчастный герцог. «Такая жена мне точно не нужна», – прочитала я у него в глазах и облегченно выдохнула. В этом наши желания совпадали. – Нет, я не женат. И считаю, что сначала надо достичь чего-то в жизни и только потом заводить семью. Увы, мне пока нечем похвастаться.

– Ах, как жаль, – наигранно вздохнула я. – От вас получились бы чудесные дети.

Райт и Литар отмерли и синхронно закашлялись.

– Прошу простить мою сестру, – вслед за ними отмерла и Алиса. – Она не так часто появляется в обществе.

«Деревня, что тут скажешь», – перевела я для себя.

Трое парней натянуто улыбнулись. Они явно искали предлог, чтобы побыстрее смыться из гостиной, подальше от такой наивности и непосредственности.

На этот раз судьба к ним явно благоволила. Буквально сразу же в гостиной появилась семейная пара в сопровождении невысокого очкастого парня. Судя по переглядываниям Райта и главы семейства, очкарика готовили мне в мужья.

– Прошу нас простить, но нам пора, – жертва моих приставаний правильно оценил расклад и поскорей покинул гостиную.

Его приятели последовали за ним, даже не удосужившись извиниться.

Я мысленно пожелала им нарваться на еще более меркантильных особ. Гады. Оставили меня на растерзание непонятно кому! Ну вот где я и где этот очкарик?! Да мы же рядом смотреться не будем! И вообще, мне нравится совершенно другой тип мужчин! Уберите отсюда очкарика!

Угу. Не с моим счастьем.

– Граф, рад вас видеть! – пробасил отец семейства, высокий широкоплечий брюнет с черными как уголь глазами и слащавой улыбкой на тонких губах.

Упс. Райт только граф? Всего-то? А как же тогда за него отдали мою ненаглядную сестричку? Или в данном случае титул не важен? И Райт брал другим? Например, положением в обществе, связями и состоянием?

– Взаимно, герцог, взаимно, – расплылся в улыбке Райт.

Как по мне, улыбался он насквозь фальшиво. Но в этом обществе так и было принято. Все друг другу врали, мыли кости друзьям-приятелям и с удовольствием подсиживали друг друга при первой же возможности. В общем, если бы не патриархальный строй и старинные, на мой взгляд, наряды, я решила бы, что оказалась на Земле.

После традиционных представлений я узнала, что перед нами герцог Раймонд Дошаксий, приятель самого императора, его супруга Алисандра и единственный сын, наследник всего состояния, далеко не маленького, следует заметить, Гарольд.

И этот Гарольд мне сразу же не понравился. Он смотрел на меня масленым взглядом, ухмылялся так, будто я уже его собственность, и часто облизывал губы, как будто хотел пить. В общем, парня надо было срочно ставить на место.

– Ах, у его сиятельства обычно проходят восхитительные вечера, – начала светский разговор Алисандра. – Все устроено по высшему разряду. Тут просто чудесная обстановка! Шикарно, просто шикарно! И всегда можно встретить интересных людей, – последняя фраза была произнесена с явным намеком. – А какой здесь сад! Рисса Елизавета, вы уже оценили обилие цветов в саду?

– Еще не успела, ваше сиятельство, – с почтением отозвалась я, догадываясь, куда клонит моя собеседница.

И она не удивила меня, произнеся:

– Гарольд, сынок, может, ты проводишь риссу Елизавету в сад? Покажешь ей его красоты?

«А заодно прижмешь в уголке по-тихому, да скомпрометируешь, чтобы она потом не смогла отвертеться от нужного нам брака и вышла за тебя», – добавила я про себя. План был глуп до невозможности и совершенно не рассчитан на попаданок с Земли. Впрочем, с демоном я вряд ли справилась бы. Там пришлось бы договариваться о нейтралитете. А вот Гарольд… Он точно был мне на один зуб.

– С удовольствием, мама, – голос у Гарольда оказался писклявым и тонким, как у девчонки.

Ладно, мы поднялись. Руки я не подала, строго следуя в этом случае этикету. Не следовало молодой и незамужней леди держать за руку кого-то, кто не являлся ее родственником, пусть и дальним.

Сад герцога находился под магическим куполом. Там всегда сохранялась комнатная температура. Поэтому замерзнуть в своем довольно легком платье я не боялась.

Дверца в сад по какому-то не особо счастливому случаю располагалась прямо напротив наших сидений. Ну конечно же, я поверю, что дражайшие родственнички выбрали эту гостиную совершенно случайно! Аж два раза, ага!

Ладно, вышли. Сначала я, следом за мной Гарольд.

Дверь закрылась, отрезав нас от тех, кто оставался в гостиной.

Вдаль уводила дорожка, посыпанная мелким гравием и уже порядочно утоптанная тысячью ног тех, кто гулял тут до нас.

Первые десять-двенадцать шагов мы шли молча. Гарольд не предпринимал никаких действий – видимо, боялся заниматься чем-то непотребным буквально на глазах у родни, его и моей.

Но зато, как только дорожка расширились, и по ней теперь можно было идти вдвоем, Гарольд сразу же поравнялся со мной.

Затем показался первый поворот.

Глава 16

То не ветер ветку клонит,

Не дубравушка шумит, -

То моё сердечко стонет,

Как осенний лист, дрожит.

Извела меня кручина,

Подколодная змея!..

Догорай, моя лучина,

Догорю с тобой и я!

«То не ветер ветку клонит»14

Мы повернули. Раз, два, три…

– Рисса Елизавета, я слышал, вам пора замуж, – фамильярным тоном проговорил Гарольд и попытался обнять меня.

Я была начеку и легко ускользнула от него.

– Пора, рисс Гарольд, ой пора, – вздохнула я, зорко следя за действиями своего собеседника.

Ему моя прыть не понравилась. В глазах появилось раздражение. Как же, жертва не стремится в объятия охотника. Непорядок. Я должна рыдать от счастья, потому что такой видный мужчина как Гарольд обратил на меня свое царственное внимание. А я тут выкаблучиваюсь, понимаешь ли. Не ценю жениха, стерва такая. Не позволяю к себе прикоснуться. И как тут меня компрометировать, в таких-то условиях?!

– И ваш батюшка готов дать за вами хорошее приданое? – ухмыльнулся Гарольд и предпринял вторую попытку.

И снова неудачно. Я не горела желанием отдаваться во власть этого «супермачо».

– Так точно, рисс Гарольд, – я повторно ускользнула от его рук и насмешливо заметила. – Только мой батюшка совсем недавно пообещал, что по любви меня замуж выдаст. Откуда такая уверенность, что полюблю я именно вас?

– Полюбите, куда вы денетесь, – нервно огрызнулся Гарольд.

Что-то явно шло не по плану. Видимо, здесь и сейчас мы уже должны были самозабвенно целоваться. Угу, в чьих-то мечтах. Меня подобные типы совершенно не привлекали.

– Я не была бы так уверена, рисс Гарольд, – покачала я головой, не пытаясь приблизиться к своему спутнику. – Неужели вы не слышали, что у меня уже есть жених?

– Тот выскочка чернокнижник? – с презрением уточнил Гарольд и едва ли не выпятил подбородок, демонстрируя упрямство. – Не смешите меня, рисса Елизавета. У него нет ни денег, ни положения в обществе.

Ой ты ж бубочка. Я смотрю, у тебя есть и то, и другое. Только мозгов тебе это не прибавило. Как был тупица, так и остался.

– Ну почему ж именно чернокнижник, – я не желала подпускать к себе Гарольда, несмотря на все его усилия, и он невероятно бесился поэтому. – Самый настоящий демон. Во сне ко мне приходит. Замуж зовет. Ой, рисс Гарольд, что это вы так побледнели? Вам нехорошо?

Гораздо позже я узнала причину бледности Гарольда. Оказалось, о демонах не принято было лгать. Если говоришь о них, то говори всю правду. Ни слова лжи. Иначе узнают, придут, утащат в Бездну в качестве наказания. И Гарольду даже в страшном сне не могло присниться, что я ему вру. Сказала: «Вижу демона во сне», значит, так оно и есть. А следовательно, от такой невесты нужно держаться как можно дальше. А то вдруг ненароком ужасный демон и его, Гарольда, в Бездну утащит, вместе с глупенькой риссой Елизаветой. За компанию, так сказать.

– Думаю, нам лучше вернуться в гостиную, рисса. Здесь холодно. Простудитесь еще, – выдал быстро Гарольд первую пришедшую на ум причину, резко повернулся и, старательно обходя меня по широкой дуге, быстрым шагом отправился в гостиную.

При этом не потрудился удостовериться, что я действительно за ним иду. Галантный кавалер, ага.

Замерзнуть в саду было невозможно. Даже самые теплолюбивые создания чувствовали бы себя здесь как минимум удовлетворительно. Так что отговорка не прошла. Но я все же не стала рисковать и направилась вслед за своим неудачливым кавалером. Кто его знает, может, в саду притаился еще какой любитель герцогских состояний и молодых незамужних герцогских дочек. И пока я отбиваюсь от первого кавалера, второй нападет на меня со спины. Нет уж, я лучше под защиту к родственникам пойду. Пожалуюсь на трусливых женихов. Поплачусь в жилетки сестрам и их мужьям.

Гарольд добрался до гостиной первый. Между нашими появлениями была разница в две-три минуты, не больше. Но когда я зашла в комнату, ни Гарольда, ни его родителей на месте не оказалось. А вот мои родичи сидели там, где уселись. И смотрели они на меня с большим подозрением.

– Что? – невинно похлопала я глазками. – Вообще-то, это меня бросили в саду, а не наоборот. Очень вежливый поступок.

– Что ты ему сказала? – нахмурился Райт. – Он выскочил отсюда, на ходу заявив, что в жизни на тебе не женится.

– Псих, – проворчала я, усаживаясь на свое место. – Райт, не надо так на меня смотреть. Он, между прочим, пытался меня лапать там! Несколько раз!

– На тебя плохо повлиял год в деревне, Лизетта. Ты стала совершенно невоспитанной, – скорбно вздохнула Алиса. – Не лапать, а обнимать.

– Да нет, именно лапать, – негодующе фыркнула я. – Так как обнимают за пояс. А вот куда его руки попали бы, я понятия не имею.

Сестры синхронно покраснели. Их мужья хмыкнули, но от меня не отстали. Они оказались на редкость упорными типами.

– Не уходи от ответа, Лизетта, – проговорил Райт и показушно сдвинул брови к переносице. Ага, я почти испугалась, аж два раза. – Что ты могла ему такого сказать, если он не захотел с тобой дальше общаться? О чем вы говорили?

– О женихах, – пожала я плечами. – Вспомнили моего бывшего, чернокнижника. Ну вот и скажи, пожалуйста, разве у мужчины может быть такая ранимая душа? Он же бежал от меня, сверкая пятками.

И ведь ни словом не соврала. О женихах говорили? Говорили. Чернокнижника упоминали? Упоминали. А о том, что там еще и демон присутствовал, моим родичам знать совсем не обязательно.