Текст книги "Рим. Две тысячи лет истории"

Автор книги: Барбара Мертц

Соавторы: Ричард Мертц
сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц) [доступный отрывок для чтения: 10 страниц]

Споры продолжаются до сих пор, и находка в Ватикане не привела к их прекращению. Очень мило видеть, как священнослужители собора Святого Петра и церкви Святого Себастьяна с искренним убеждением доказывают, что могила апостола находится именно в их храме. И обе стороны выдвигают вполне убедительные аргументы.

Сторонники церкви Святого Себастьяна ссылаются на граффити – ясное, неопровержимое доказательство того, что на Виа Аппия в III веке поклонялись апостолам. Граффити над собором Святого Петра не содержат столь же убедительных доказательств.

Культ того или иного святого в Риме создавался в том месте, где находилась его могила, или там, где он был казнен. Никто никогда не утверждал, что Петр и Павел погибли на Виа Аппия или что они были казнены в одном и том же месте. Старинные предания, описывающие гибель святого Петра в цирке Нерона, дополняются аналогичными описаниями смерти святого Павла. Римский гражданин, он был обезглавлен в районе, который сейчас называется Тре Фонтане, а тело его было погребено в некрополе, располагавшемся вдоль Виа Остиенсе. Считают, что над его могилой была сооружена базилика Святого Паоло фуори ле Мура, и существование рядом с ней древнего римского кладбища свидетельствует в пользу этой теории. Часть некрополя вполне могла находиться там, где сейчас высится церковь; под ней не проводилось раскопок, но во время перестроек в прошлые века рядом с алтарем были найдены следы языческих могил. В Средние века в связи с казнью святого Павла возникла еще одна оригинальная легенда. Поскольку Павел, один из величайших мучеников, погиб от меча, то ни один другой мученик не мог устоять перед этим оружием. Хотя небесная рука спасла святых дев Агнессу и Цецилию от огня, в котором хотели сжечь их мучители, они в конце концов погибли от удара мечом.

Если Павел был обезглавлен и похоронен недалеко от Виа Остиенсе и если в легендах называется истинное место гибели Петра, как же тогда появился культ на Виа Аппия? Священнослужители церкви Святого Себастьяна уверены, что причиной этого стал тот факт, что тела апостолов когда-то покоились здесь, на христианском кладбище. Они не отрицают, что в базиликах Ватикана и на Виа Остиенсе сейчас лежат кости апостолов, они просто утверждают, что эти церкви не всегдабыли местами захоронения останков Петра и Павла. Варианты этой теории – где, как, когда и при каких обстоятельствах реликвии поменяли место своего хранения – бесчисленны и не могут быть кратко описаны здесь. Они говорят лишь об изобретательности ученых, и больше ни о чем.

Надпись папы Дамаса, жившего около 370 года, еще сильнее запутывает проблему. Один из пилигримов, побывавший в XVII веке в районе церкви Святого Себастьяна, сделал копию этой надписи. Она гласит, что Петр и Павел когда-то здесь «жили». Этот латинский глагол стал причиной бесконечных споров. Означает ли это, что у апостолов когда-то был здесь дом, или просто то, что их тела когда-то здесь лежали? Вопрос этот можно трактовать и так и эдак, но доказать ничего нельзя.

Под церковью Святого Себастьяна сохранились остатки каких-то старых римских домов. Остатки одного из них, как видно на плане (рис. 22), находятся прямо под апсидой, точно в таком же месте, в каком под алтарем собора Святого Петра расположена эдикула. Но на красивую теорию о том, что базилика Апостолов и Мемория, которые были также скромным ватиканским дворцом того времени, а также храмом и офисами новой веры, возведены в память святого Петра, – есть много возражений. С одной стороны, у нас нет причин полагать, что Петр и Павел жили в одном доме. С другой – остатки дома, по-видимому, недостаточно старые. И наконец, культовые центры римских святых, насколько нам известно, строились не поверх тех домов, где они жили, а поверх их могил или мест гибели.

^{Рис. 22. План церкви Святого Себастьяна}

К руинам дома нет доступа публике. Впрочем, можно получить разрешение на их осмотр, и их стоит посетить хотя бы ради того, чтобы полюбоваться прекрасной фреской, довольно хорошо сохранившейся. На ней с удивительным чувством перспективы изображена сценка в порту. Но в Меморию доступ туристам открыт. На стене с граффити, которая была задней стеной маленького портика, до сих пор сохранились надписи; мы можем легко прочитать: «Paule ed Petre, petite pro Victor» («Павел и Петр, заступитесь за Виктора») и многое другое. Открытое пространство перед этой стеной было когда-то двориком; сооружения на противоположной стороне снесли, чтобы открыть вид на три мавзолея более раннего периода. Это – очень красивые гробницы, и если вы сумеете получить разрешение спуститься в них, то увидите несколько очень милых фресок. На одной стене изображена стеклянная ваза с фруктами, от одного вида которых ваш рот наполнится слюной. Но даже если вам не позволят пройти через решетки, преграждающие вход, вы можете полюбоваться прекрасными стукками на сводчатом потолке лестницы, изображающими стилизованные виноградные лозы и цветы.

Прежде чем расстаться с церковью Святого Себастьяна и с Виа Аппия, мы хотим упомянуть еще об одном памятнике, расположенном неподалеку, о котором, как нам кажется, мало кто из туристов знает. Ранее в этой главе мы говорили, что не все катакомбы являются христианскими. В Риме есть несколько еврейских катакомб, и одна из них находится по адресу Виа Аппия, 119А, в «винограднике святого Себастьяна».

Эти катакомбы состоят из вестибюля, или атриума, который ведет в комнаты. Одна из них является прихожей, откуда можно попасть непосредственно в подземелье. На первый взгляд проходы и могилы этих катакомб могут показаться похожими на христианские. Здесь имеются и локули, и аркосолии, иногда попадаются погребальные камеры. Фрески в них обычно неясного стиля – в них встречаются как языческие, так и христианские мотивы. По эпитафиям тоже часто невозможно понять, кто похоронен в этой могиле. Встречаются фразы «покойся с миром», а также спартанские замечания «Будь мужествен, все мы смертны», которые привычны для захоронений обеих вер. Однако мотивы на могильных плитах очень сильно различаются. Вместо креста и символа Х-Р мы видим свитки и скрижали законов, а также Shofar,бараний рог. Самым популярным символом является менора,светильник с семью ответвлениями.

Этими катакомбами пользовались несколько веков. Скорее всего, захоронения начались здесь в I веке н.э. и продолжались до IV века. Многие римские евреи забыли свой родной язык – большинство надписей на могилах сделаны на греческом, а не на иврите или арамейском языке. Впрочем, имена похороненных типично еврейские: самое популярное имя у мужчин – Иуда, а у женщин – Мария.

В окрестностях города было несколько еврейских катакомб, но в эти попасть легче всего. Это – впечатляющий памятник еврейской общины в Риме, той самой общины, в которую явился Симон-Петр, чтобы возвестить о приходе мессии.

Мы покидаем церковь Святого Себастьяна в том же настроении, что и собор Святого Петра, так и не поняв, где же на самом деле находится могила Петра. Нам кажется, что культ апостолов не мог бы появиться на Виа Аппия, если бы их тела не были похоронены здесь – впрочем, лучше всего не становиться сторонником одной какой-то версии. И в то же время еще убедительнее кажется мысль о том, что Константин верил в то, что под плитой маленькой эдикулы действительно находится могила святого Петра. Быть может, обе гипотезы содержат зерно истины. Да это и не столь важно. Главное, что горячая преданность миллионов неизвестных паломников, приходивших в Рим в течение многих веков, освятила память о святом Петре; несомненно, дух этого апостола живет в базилике, названной в его честь, и не имеет никакого значения, покоятся ли его кости под ее алтарем или превратились в прах, из которого он и появился.

Глава 5
Средневековый Рим

Контраст между скромной эдикулой и воздвигнутой над ней роскошной базиликой Ватикана демонстрирует те невероятные перемены, которые произошли в судьбе доселе преследуемой секты. Римский христианин IV века, увидев грандиозную церковь Константина, наверное, ликовал в душе – сооружение этого храма означало для него окончание гонений на его веру и начало эпохи ее процветания. В каком-то смысле его надежды оправдались, но Риму и новой церкви предстояло пережить еще много испытаний.

Средние века стали для Рима поистине «темными веками». Это были мрачные и трагические годы, и для нас они окутаны мраком, поскольку мы о них практически ничего не знаем, переходя от императоров сразу же к эпохе Возрождения. Мы подозреваем, что и в знаниях наших читателей существует тот же пробел, поэтому мы решили кратко изложить историю эпохи, начинающейся 350 годом и заканчивающейся 1450 годом.

С этого момента мы будем рассказывать историю двух объектов – города Рима и церкви. Их судьбы тесно переплелись; история Рима в определенном смысле – это также история папства.

Церкви пришлось пережить правление еще одного императора-гонителя, Юлиана Отступника, который на самом деле был одним из самых лучших императоров. Но его правление было кратким, а древняя религия Рима уже лишилась своей силы. Истинными врагами истинной веры были теперь уже не язычники, которые вскоре на своей собственной шкуре испытают, что такое гонения, а сами христиане, только думавшие по-другому. Проблема ересей появилась в I веке н.э. – поле церкви буйно заросло сорняками, как сказали бы отцы раннего христианства.

Мы перечислили некоторые ранние ереси в таблице III, частично потому, что они кажутся нам очень интересными, и частично потому, что читатель найдет здесь определения этих ересей, которые могут оказаться для него полезными, если он захочет заглянуть поглубже в историю этого периода.

Академические историки, полные трогательной веры в познания своих читателей, зачастую забывают пояснить свои термины, и без удобного списка, который мы вам предлагаем, можно безнадежно запутаться во всех этих религиозных проблемах.

Нам кажется, что этот список также показывает, как трудно было в те годы придерживаться ортодоксальных взглядов. Наверное, людям иногда казалось, что лучше всего сохранять осторожную неясность во взглядах, ибо, если честный теолог слишком четко определял, какой он видит Троицу, то мог обнаружить, что попал в объятия арианской ереси или провалился в пропасть монофизитской схизмы.

Константин Великий, без сомнения обрадовавшийся тому, что обнаружил новую, светлую веру, был удручен, когда узнал, что люди этой веры враждуют между собой не на жизнь, а на смерть. Пытаясь объединить церковь, он собрал совет епископов в городе Никее, но объединения и братской любви, о которых мечтал Константин, он не дождался. В таких городах, как Антиохия, Александрия и Рим, начались споры, бунты и беспорядки, а воинственно настроенные епископы и их сторонники принялись воевать между собой за власть. Хотя такие люди, как Иероним, Амброуз и Августин, были сильно встревожены появлением ересей, в ряде случаев – как и в политических спорах более поздних времен – идеология стала лишь маской, за которой скрывалась борьба за власть внутри церковной иерархии.

В борьбе против ересей церковь использовала и светскую власть. В 381 году римская ортодоксия – не само христианство, а та его форма, которой придерживался римский епископ, – была навязана императором Феодосием «всем людям, которыми правит наша милость». Колесо сделало полный оборот. Гонимые сами стали гонителями; мученики превратились в мучителей – причем не только язычников и евреев, но и своих братьев, думающих иначе.

Вмешательство императоров в дела религии создало для Отцов Церкви новую проблему. Земной правитель, который поднял христианство из праха, думал, что последнее слово в религиозных делах должно оставаться за ним. Церковь обращалась к нему, когда ей нужна была поддержка, но она с глубоким негодованием отвергала его непрошеные советы.

Цезаропапизм, как называли попытки императоров подчинить себе церковь, сыграл важную роль в ранней истории христианства. Основная тяжесть борьбы легла на плечи восточных епископов, поскольку константинопольские императоры правили еще много лет после того, как западная часть империи оказалась предоставленной самой себе. В течение большой части Средних веков Рим не был даже столицей западной империи. Столичными городами были по очереди Милан, Равенна и Павия, а живший за тридевять земель византийский император почти не оказывал никакого влияния на город Рим. В течение весьма длительных периодов в Вечном городе не было другой власти, кроме власти епископа, и никакого правительственного аппарата, кроме аппарата церкви. Так что нет ничего удивительного в том, что епископ стал последней надеждой людей, которым угрожали нашествия варваров и которые ослабели от голода. Это была одна из причин возвышения римского епископа, который поначалу был всего лишь первым епископом среди других. Вскоре он стал называться понтификом, или наместником Христа на земле.

Согласно церковным догматам, превосходство римского епископа над другими основывается на том, что он является преемником Петра, а верховное положение Петра основывается на словах самого Христа:

«Ты – Петр [1]1
  Имя Петр означает камень.


[Закрыть], и на этом камне я построю мою церковь, а тебе отдам ключи от Небесного Царства».

Эти слова написаны большими золотыми буквами на внутренней поверхности купола базилики этого апостола в Риме.

Деятельность Петра в Риме является предметом церковного предания, которое мы описали в предыдущей главе. Но престиж его преемников возрос и за счет других, более практических соображений. Рим, столица величайшей империи Древнего мира, сумел сохранить свое имперское величие и физическую харизму, отсвет которой пал и на епископа этого города – города, в котором находились могилы двух величайших апостолов и мощи нескольких тысяч мучеников.

В течение V века римским епископам выпало на долю отражать многочисленные варварские нашествия. Первой серьезной угрозой для имперского города стало вторжение готов под предводительством Аларика. Бездарный император Гонорий поспешно бежал в Равенну, бросив беззащитный город на милость Аларика, который в 410 году подошел к его стенам. Готы грабили все, что попадалось им на пути. Однако Аларик вскоре неожиданно умер, и его смерть стала чем-то вроде предостережения всем будущим захватчикам. Ее истолковали как дурной знак.

В 452 году к воротам Рима снова подошли варвары. Но это были уже не затронутые цивилизацией готы, исповедовавшие христианство, а гунны. Их возглавлял Аттила, делами своими заслуживший прозвище, дошедшее до наших времен, – Бич Божий. Но в Риме этот Бич встретил достойного соперника.

Это была одна из самых драматических сцен в истории города. Ворота открылись, и в лагерь варваров бесстрашно проследовала величественная фигура – папа Лев I, справедливо названный Великим. Он сумел уговорить Аттилу не грабить город, и если это не было настоящим чудом, то, несомненно, свидетельствовало о том, что Лев обладал выдающимся даром убеждения.

Но вполне вероятно, что столь нехарактерная для Аттилы уступчивость была вызвана тем, что в его войсках вспыхнула эпидемия чумы, а скептики утверждают, что он получил огромную взятку. Но даже в этом случае нельзя отрицать, что папа сделал великое дело, и разговор между двумя правителями, такими могущественными и такими разными, сделался в будущем любимой темой для художников и создателей барельефов.

Лев повторил свой подвиг в 455 году, когда к Риму подошли вандалы, а это заставляет нас думать, что он действительно обладал выдающимся даром убеждения. От этого варварского народа до нас дошло слово «вандал». Впрочем, вандалы не вполне заслужили свою дурную славу, поскольку, хотя они и ограбили город дочиста, церквей все-таки не тронули, как было и обещано Льву.

Пока папы защищали Рим, слабые наследники Августа и Траяна прятались в болотах Равенны. Самым последним императором стал мальчик, по иронии судьбы звавшийся Ромулом Августом. В 476 году Одоакр (Одовакар), возглавлявший вспомогательное войско германцев, освободил мальчика с величественными именами, никак к нему не подходящими, от трона, и Западная Римская империя официально прекратила свое существование.

За Ромулом Августом последовал Теодорик, остгот, который был одной из самых необычных личностей того бурного периода. Несмотря на свое варварское происхождение, Теодорик был энергичным правителем, уважавшим римские законы и культуру. Когда он умер, византийский император Юстиниан решил, что пришло время объединить империю. В завоевании Италии участвовали два других выдающихся деятеля той эпохи, Велизарий и Нарсес, талантливые военачальники, которые после тяжелых боев изгнали готов и передали власть над Италией экзарху (наместнику императора). Он жил в Равенне и подчинялся Константинополю.

Власть последних «римских» правителей Италии пала в 568 году под ударами других варваров – ломбардов. Они владели большей частью этой страны более двухсот лет, в течение которых церковь, освободившаяся от вмешательства светских правителей в свои дела, расширила свою власть и укрепила свое влияние.

Наиболее выдающейся фигурой того времени был еще один папа, официально названный Великим. Его звали Григорий, и он вступил на папский престол в 590 году. Он был среднего роста, носил бороду и имел большую лысую голову, карие глаза и огромный нос. Представитель богатой римской семьи, он был прекрасным администратором и умным дипломатом – а в то время любой правитель должен был обладать обоими этими талантами. Несмотря на свое римское происхождение, он не был любителем классических древностей. Наоборот, он считал язычество наследственным врагом христианского учения. Существует легенда, что он приказал сжечь огромную библиотеку Палатина, поскольку она отвлекала ученых от изучения Библии. Он известен как папа, обративший в христианство англичан, и как создатель григорианского церковного пения. Несмотря на его нетерпимость в вопросах веры, Григория помнят как человека огромной доброты, и многие голодавшие римляне были обязаны ему жизнью.

В 754 году римский епископ Стефан II обратился за помощью к иноземцам, чтобы изгнать ломбардов, правивших страной почти два столетия. Но он обратился не к Византии, а к другим варварам – франкам, которые были первым германским племенем, принявшим христианство. И просьба епископа о помощи не осталась без ответа. Король франков Пепин, известный под прозвищем Короткий, разбил ломбардов и передал под власть римского епископа территорию, простиравшуюся от Равенны до Рима. Эти земли стали основой Папского государства, которое было подарено папе не римским императором, а королем варваров.

Прошло время, и папы отдали свой долг франкам. В день Рождества 800 года наследник Пепина Шарлемань (будущий Карл Великий) был коронован в базилике Святого Петра. Так возникла вторая Римская империя, названная Священной.

Несмотря на временное возрождение при поддержке франков, в середине IX века Рим пережил один из самых ужасных разгромов в своей истории, когда на город напали сарацины. Жестокость этих завоевателей не сдерживала христианская вера (которая, надо признать, не уменьшала аппетиты и других пришельцев). Они грабили, разрушали, насиловали и убивали и осквернили даже те церкви, которые пощадили прежние варварские нашествия.

С 914 по 963 год церковью управлял весьма непривлекательный триумвират, члены которого принадлежали к набиравшему силу феодальному дворянству. В него входили: сенатор Феофилакт, его жена Феодора и их дочь Мароция. Эта дама – если позволительно называть «дамой» подобную женщину – была любовницей папы и родила от него сына, который тоже стал папой. Но она не испытывала к сыну материнских чувств и позже свергла его, когда он стал папой Иоанном XI. Она правила Римом, придумав себе титул папессы, до тех пор, пока власть не захватил второй ее сын. Престиж престола Святого Петра упал до минимума, и этот период в истории папства иногда называют порнократией.

В 962 году распутный папа Иоанн XII объявил Оттона I германским императором. После этого в течение целого века папский престол был игрушкой в руках немецких императоров и римских аристократов. Однако энергичный папа Григорий VII (правил с 1073 по 1085 год) провел реформы, провозгласив ряд принципов, которые легли в основу папского владычества. Самые главные из них таковы: церковь не может ошибаться и не ошибается никогда, а действия папы не подлежат людскому суду.

Попытки Григория внедрить в жизнь эти принципы долгое время не приносили никаких результатов. Он отлучил от церкви императора Генриха IV, что привело к знаменитому покаянию в Каноссе, ставшему любимой темой живописных и литературных произведений в последующие века. Генрих, однако, не посчитался с отлучением, и его вторжение в Рим привело к ужасающему погрому. Григорий призвал на помощь против восставшей паствы норманнов, и эти так называемые союзники подвергли Рим страшному разграблению в 1084 году.

Один из сильнейших пап эпохи Средневековья, Иннокентий III, происходивший из хорошей итальянской семьи, взошел на престол в 1198 году. Он энергично расширял власть церкви и организовал Крестовые походы против неверных за пределами христианской церкви (Четвертый крестовый поход) и внутри нее (поход против альбигойцев). Эта война, в ходе которой была разгромлена многочисленная секта на юге Франции, была одной из самых кровавых и жестоких битв одной христианской группы против другой.

Папа стал могущественным владыкой, и триумф наследников скромного Петра был отмечен великим юбилеем 1300 года, когда папой был Бонифаций VIII. Однако вскоре гордыня наместников Петра была наказана. Король Франции Филипп IV не желал, чтобы папа вмешивался в его дела, и не хотел делиться с ним своими доходами. Он пленил Бонифация, преемник которого, Клемент V, обосновался в Авиньоне.

Период с 1309 по 1378 год, образно названный «вавилонским пленением», был временем, когда папы жили в Авиньоне. Утратив своего духовного лидера, Рим превратился в поле сражений враждующих между собой семей – таких как Орсини и Колонна. Правление этих «аристократов» привело Рим на край гибели. Со временем сарацинского разграбления в городе не было такого хаоса. На Форуме пасся скот, а сам Форум стали называть Campro Vassino (коровье поле); паломников, приходивших поклониться святым местам, убивали и грабили.

В 1347 году отчаявшиеся жители вверили свою судьбу в руки спасителя, которого сами же и выбрали. Кола ди Риенцо происходил из бедной семьи; он обладал личной харизмой и предложил римлянам программу реформ, которые поначалу были встречены с восторгом. Он уничтожил власть аристократов и провозгласил себя народным трибуном, возродив старую традицию республики и надеясь воссоздать ее величие. Аристократы, которых он прогнал, ненавидели его лютой ненавистью, а его пристрастие к роскоши помогло им сбросить его власть. Вскоре после провозглашения себя трибуном Кола ди Риенцо уже ходил в пурпуре и золоте и требовал, чтобы ему воздавали императорские почести. Его реформы провалились, и в 1354 году он был убит, оставив несчастный город в состоянии еще большей анархии, чем раньше.

Рим пилигримов

Многие считают, что в Средние века люди вели малоподвижный образ жизни. Мы представляем себе крестьян, мирно трудящихся на своих полях, и монахов, терпеливо переписывающих рукописи, и думаем, что они никогда не удалялись от дома помещика или монастыря дальше чем на несколько миль. Однако если бы мы посмотрели с высоты птичьего полета на карту Европы VII или VIII веков, то увидели бы, что она покрыта муравьиными потоками, растекавшимися во всех направлениях: армии, вторгающиеся на земли соседей, варварские племена на марше, торговцы и священники, торопящиеся в Рим или главные города своих епархий, грабители, нищие – и конечно же паломники.

Паломничество в Святую землю началось уже в III веке, а после того, как при Константине христианство вышло из подполья, число паломников резко возросло. Этот император построил базилики в Иерусалиме и Вифлееме. Он воздвиг их и в Риме, и вскоре этот город по числу посещавших его пилигримов уже соперничал с Палестиной.

Пилигримами ранних веков были глубоко верующие люди. Пешком или верхом на ослике они пробирались через страны, охваченные войной или чумой, где им угрожали хищники как животного, так и человеческого происхождения. Их толкала вперед набожность и, вероятно, то состояние души, которое несколько веков спустя описал Чосер в своей поэме, посвященной паломникам:

«Когда апрель обильными дождями» наполнил все растения весенней силой, «паломников бессчетных вереницы мощам заморским снова поклониться стремились истово» (Дж. Чосер. «Кентерберийские рассказы», перевод И. Кашкина).

Мы называем это весенним беспокойством, и одним из его симптомов является охота к перемене мест.

После 637 года Святая земля оказалась в руках мусульман, и Рим стал привлекать больше пилигримов, чем родина Христа, хотя бы потому, что до него легче было добраться. В VII и VIII веках ученые-схоластики, посещавшие Рим, составили итинерарии, предшественники наших современных путеводителей. Самым старым, вероятно, был путеводитель, озаглавленный «Notitia ecclesiarum urbis Romae» («Роспись святых мест города Рима»), который датируется 630 годом. Как показывает название, туристы в VII веке интересовались главным образом церквями и святыми местами. Однако остатки дворцов и храмов императоров, разграбленные и облупившиеся, тоже вызывали у средневековых посетителей восхищение.

Один знаменитый путеводитель Средних веков использовался более образованными паломниками. Он назывался «Mirabilia», или «Чудеса» Рима. Составленный около 1143 года, он служил людям, приезжавшим в Вечный город, в течение нескольких веков. Эта книга – очаровательное сочетание легенд и наблюдений. Говоря об основании Рима, автор упоминает об Энее и Ромуле, легендарных героях, построивших город на берегах Тибра, но считает его истинным основателем библейского Ноя. Он явился сюда вскоре после Потопа и строительства Вавилонской башни. Ной умер в городе, основанном им в Италии недалеко от Рима, а сын Ноя Янус воздвиг на Палатине один город, а другой – на холме Яникул. Этот холм, расположенный напротив Палатина на другом берегу Тибра, получил его имя.

«Мирабилия» описывает дохристианские монументы, наивно сочетая язык легенд и язык схоластиков. Но большинство путешественников приезжало в Рим не для удовольствия или из познавательных целей; задачей этих людей было спасение души. Многие совершали паломничество для искупления реальных или воображаемых грехов, искренне надеясь, что в святом городе Господь Бог дарует им прощение.

Во время великого папского праздника 1300 года грешникам продавали индульгенции (полное отпущение всех смертных грехов). Их могли приобрести все паломники или жители Рима, которые в течение этого года пятнадцать раз посетили церкви Петра и Павла. Результат этого «эксперимента» был потрясающим – выяснилось, что каждый день город посещало в среднем 200 тысяч человек! Юбилейную продажу индульгенций стали производить и в последующие века, а святые годы соблюдаются и по сей день.

Все путешественники, будь то паломники или обычные туристы, имеют определенные привычки. Древние египтяне любили писать свои имена и замечания на храмах, которые они посещали, и эта практика сохранилась до сих пор. Верующие, посетившие раку святого, часто писали на стенах молитвы. Мы уже познакомились с некоторыми из этих граффити (это слово обозначает все древние надписи на стенах) в церквях, посвященных святым Петру и Павлу.

Еще один туристский обычай, уходящий корнями в глубину веков, – это стремление обзавестись сувенирами. Ранние пилигримы привозили с собой в качестве сувениров определенные объекты из каждого святого места. Свидетельством того, что владелец совершил паломничество в Святую землю, была пальмовая ветвь; о том, что человек побывал в Риме, говорила копия покрова Вероники (см. таблицу VI). Другим великим местом паломничества в Средние века был храм в Испании, посвященный Иоанну Крестителю, и пилигримы, посещавшие его, привозили домой в память об этом раковину моллюска.

Покров, раковина и пальмовая ветвь были отнюдь не пустыми безделушками. Они имели для своих владельцев огромное эмоциональное значение, так же как и другие предметы, взятые пилигримами в храмах святых и на их могилах: горсточка земли с этой могилы, обломки мрамора с гробницы и даже частицы мощей самого святого.

Предприимчивые жители средневекового Рима изготовляли и продавали доверчивым паломникам – а таких было большинство – фальшивые реликвии, а церковные власти рассылали по монастырям и церквям Европы «подлинные» частицы мощей. И хотя папа Григорий Великий отказался прислать византийской императрице кусочек мощей святого Павла, одной из причин отказа вполне мог быть эгоизм, а не только нежелание тревожить покой почивших святых. В любом случае этот принцип не соблюдался, а некоторые способы, с помощью которых истово верующие люди приобретали реликвии, были крайне сомнительными, если не сказать шокирующими.

Паломник, которому не удалось раздобыть кость мученика, вынужден был довольствоваться второстепенными реликвиями, то есть предметами, которые освящались путем контакта с мощами. Высоко ценилось святое масло из ламп, которые горели у раки святого, а платки, оставленные на могиле на ночь, становились на родине объектом почитания. Власти посылали особо уважаемым храмам звенья цепей, которыми был прикован святой Петр, и кусочки креста, на котором был распят Иисус.

Современному человеку невозможно представить себе тот религиозный пыл, который приводил средневековых пилигримов в экстаз и заставлял их грабить могилы. Но мы можем увидеть то, ради чего приезжали в Рим паломники Средневековья, проделав утомительный путь в сотни миль и подвергая свою жизнь вовсе не воображаемой опасности. Одни церкви, в которых они стояли, охваченные священным трепетом, находятся теперь под землей, погруженные во тьму; другие и вовсе исчезли с лица земли под влиянием времени и бесчисленных переделок. В Риме, пожалуй, нет ни одной древней церкви, которая со времен Средневековья не подвергалась бы нескольким перестройкам и переделкам. Впрочем, в XX веке был тщательно восстановлен первоначальный вид целого ряда старых храмов – из них мы и составили наши самые незабываемые «коллекции» римских чудес.

Церкви, посещавшиеся паломниками

Конечно, наиболее выдающимися паломническими церквями были семь базилик, которые до сих пор называют семью паломническими храмами. Они были предметом такого сильного поклонения, что о них нельзя умолчать; их средневековый облик часто испорчен более поздними добавлениями. Однако паломнические церкви и сами по себе составляют очень интересную коллекцию, а некоторые из них входят в список достопримечательностей, которые должен осмотреть всякий человек, приезжающий в Рим – не важно, паломник он или нет.