Текст книги "Развод в 50. Катись отсюда! (СИ)"
Автор книги: Айрин Лакс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]
Глава 13
Наташа
Однажды я сидела у подружки в гостях и видела, как прорвало канализацию. Бам! И коричневые воды забурлили там, где ходили люди.
Некоторых окатило.…
Зрелище было незабываемое.
И сейчас, когда дочь вылила на меня столько некрасивых слов, у меня чувство, будто только что прорвало канализацию.
Только я не со стороны наблюдала за происходящим, но оказалась той бедолагой, которой не повезло.
Меня будто фонтаном дерьма окатило и, судя по выражению лица дочери, она собиралась меня поучить.
– Постой! – перебиваю я.
– Мама, я ещё не договорила.
– Я просто уточнить хочу. Ты.… Доча… Я тебе попу подмывала и во всех подробностях знаю, какие у тебя там лепесточки под бельём. И ты…
Проглатываю часть слов. Писюха…
– Ты, которая в отношениях со своим Валериком… сколько… Ах, целых три года… И ты… с тремя годами опыта решила поучить меня, тетку, которой вот-вот пятьдесят стукнет… ты всерьёз хочешь поучить меня жизни и тому, как общаться и обращаться с мужиком? Да я…
– Ты сейчас скажешь, что ты с ним больше двадцати пяти лет вместе, да?
– Да.
– В том и суть! – задирает нос Марина. – Потому что ты разленилась. Как женщина… Ты, наверное, в нем и мужика-то не видишь, лишь отца семейства и соседа по кровати.
Я открыла рот и тут же его захлопнула, потом повернулась к плите.
Нет, это уже ни в какие ворота!
Дочь будет учить меня как с мужем общаться…
– Я ещё не договорила.
– Берега не путай, доча. Ты свечку не держала. И даже если бы и держала. Не твое, как говорится, это дело. Я тебе мать, а не подружка сопливая. И свой нос в наши отношения, как мужа и жены, не суй.
– Да вы, небось, даже не.… Не спите, как мужчина с женщиной! – возмутилась дочь. – Так и прозеваешь мужика… находясь в своём скучном стойле, а папа…
В стойле?!
То есть она меня ещё и коровой назвала?!
Накладываю большим половником порцию пюре из кастрюли.
Последний шанс, чтобы эта кликуша унялась, но ее, видимо, так вдохновили речи подружки-мокрощелки, что она решила меня, маму, лицом в говно макнуть.
Или решила, что Ивану будет лучше с молодухой, то есть с ее подружкой? Может быть, уже и план есть и первые шаги…
И где этот козел старый ночевал?!
Не у подружки ли?!
– Ты, мама, скоро в климакс вступишь. Это я с тобой мягко правду обсуждаю, но другие женщины, соперницы, тебя жалеть не станут. Уведут твоего мужчины, а они ведомые и падкие на красоту и инициативу. Ты безынициативная! – заявляет уверенно.
Да твою же мать! Много ли ты мужчин знаешь, умница моя?!
Я, честно, пыталась не быть эмоциональной. Но…
Не выдержала.
Слишком велико было давление последних дней.
Иван трепал мне нервы, а в речах дочери я услышала его фразочки, их отголоски – про соседей по кровати и все в таком духе.
То есть он ещё и дочку против меня настрополил, и шалаву ее возраста для себя присмотрел.
И вместе все они решили меня сжить со свету…
– Я тебя просила. Помолчи, но ты не послушала, – вздыхаю я, развернувшись к дочери.
Пусть она сейчас замолкнет, но её глаза решительно сверкают и рот открывается, чтобы выплеснуть на меня новую порцию гадостей.
Поэтому я без всякого зазрения совести залепила ее наглую физиономию тарелкой теплого картофельного пюре.
В ответ Маруська хрипит, отплевывается и пытается выть.
Что-то о прическе… И кератине…
Ах ты ж, какая цаца… Ребёнку полгода, но она время на кератины находит!
На салоны и на подружек.
На обсуждение того, что у мамы с папой в трусах и в постели творится.
Времени свободно до хрена, что ли?!
Потому что сынуля то у меня, то у свекрови…
Вот позвоню ее свекрови, Виктории Марковне, она мировая баба… Да шепну пару слов, мы с ней в хороших отношениях, и финита ля… твоим салонам, Маруська!
Взвоешь. И никто тебе советом не поможет.
Не прилетит тетешкать Колясика, когда у него бессонница.
Няньку искать придется… Причем, такую, которой можно будет доверить ребенка и не беспокоиться, что попадется мразь или просто безответственная баба!
– Что стряслось?! – появляется на кухне Иван.
Дочка с воем бросается в ванную комнату.
– Онаааа… Она!
– Натах, ты… что.… – удивился муж. – Ты что натворила?!
– Ничего. Маруська пюре дегустировала, сказала, вкусно вышло. Вишь… За уши не оттянешь. Чуть в кастрюлю не нырнула! – отвечаю я и зыркаю на Ивана. – Или что… Ты мне хочешь что-то сказать?
– Только одно. Полегче на поворотах, Натах. Маруська – и моя дочь.
– Да что ты? А по поводу нашей с тобой жизни… ты её как дочь просвещал?! Или как равную себе, подружке которой присунуть хочешь?!
– Что? – удивленно смотрит.
– Не отнекивайся. Я все знаю… Подружка ее тебе глазки строила. Не у нее ли ты в трусах вчера на всю ночь заблудился?!
Хлопает дверь.
Маруська выбегает из ванной, даже не высушив волосы феном.
– Если папа тебя бросит, я его новую жену мамой называть буду! Поняла?! Старая! Больная… КОРОВА! Вот ты кто! – вопит она и выбегает, хлопнув дверью.
Я мягко оседаю на стул, сжав пальцами пульсирующие виски.
– Так. Посиди, Нат… Я сейчас за ней. Верну!
– Не возвращай.
– Нат…. Это же дочка! Она в слезах убежала. Так нельзя.
– Не возвращай, я сказала! – кричу со слезами. – Все ты и твои потакания ее капризам! Вот и выросло, что выросло…
– Ты сейчас не права. В таком состоянии ее отпускать нельзя. Я за дочерью, а ты… – тычет в мою сторону пальцем. – Здесь сиди и жди меня. Твоим воспитанием тоже заняться надо. Совсем вы.… девочки… распоясались. Пора папе за ремень взяться!
Опять он про свой ремень… Всё никак не уймется!
Иван всё-таки выходит, оставив меня одну.
Кухня и гостиная требуют уборки, а у меня – ни сил, ни настроения этим заниматься.
Я наливаю себе бокал вина и звоню тете Маше, хорошей такой тетке, которая иногда мне помогает с генеральной уборкой.
По сути, я и сама могу справиться, но знаю тетю Машу ещё со времени, когда работала в гимназии. Тяжелая у нее судьба, сына и невестки лишилась, троих внуков одна поднимает, любой копеечке и помощи рада. Я раз в недельку её зову на помощь убраться, вот и сейчас звоню, прошу прийти, если может…
Обещает вечером заглянуть.
Я оставляю ключи у соседки, деньги – на комоде, на видном месте.
Ухожу.
Говорят, нужно уметь закрывать скучную книгу, уходить с плохого кино и расставаться с людьми, которые не дорожат тобой…
И вот сейчас я чувствую, что готова… расстаться.
Этой семье я отдала много лет своей жизни и получила в ответ только несколько оплеух и горьких выводов, что меня здесь не любят и не ценят, не дорожат… совершенно.
Звоню ещё одной подруге, Дине, в надежде, что она уже вернулась из поездки.
К счастью, так и вышло…
– Что стряслось? Кого хороним?
– Мой брак. Ты с Володькой ещё шуры-муры?
– А что?
– Адвокат мне нужен… хороший.
– Ради такого дела… передком подмахну, – усмехается.
– Фу, ты такая пошлая.
– От пошлой слышу. Ты ко мне? Слушай, у меня сын сегодня с ночевкой… Посидеть нормально не выйдет.
– Тогда давай… Давай там, где раньше, а?
– Ленку зовем? – ориентируется быстро.
– Нет. Она совсем обленилась. Я ей кобеля на блюдечке сдала, а она… В ванне предпочла откисать…
– Не, я бы позвала. Нам нужен тот, кто будет стоять на стреме и кричать: «Шухер!»
– Ладно, тогда зови…
Пора проучить всех, кто это заслуживает....
Глава 14
Наташа
Однажды с девочками мы набрели на злачное место.
Если учесть, что тогда мы были немного под шафе, то место не показалось нам злачным, скорее, прикольным.
Потом мы, помня, как хорошо провели время, собрались туда же на трезвую голову и выскочили, как ошпаренные раки: в тот вечер девочки давали стрип.
Помню, как мы смеялись, показывали друг на друга пальцами и спихивали, мол, это была твоя идея. Нет, твоя… И так далее.
Но суть в том, что в этом злачном месте мешали хорошие коктейли, была полная приватность и никто никогда в жизни бы не подумал, что три приличные жены и матери семейств пойдут в бар «Мокрые kiss-ки»
Время от времени мы туда заглядывали.
Раз в полгода, не чаще.…
Со временем Юля откололась из стана приличных жен, потому что развелась со своим кобелем. И теперь из нас троих она была самая свободная и независимая. Пять лет в разводе, встречается с мужчинами, растит двух сыновей, одного уже женила, второй, оболтус, по её же словам, пошел в папашу – кобеля.
Итак, я, Лена и Юля… Сегодня пошли в бар «Мокрые kiss-ки»
И, заняв место за любимым столиком, после первого же коктейля меня разобрало на смех.
– Ты чего? – поинтересовалась Юля.
– Оглянись…. То ещё местечко, – усмехнулась я, показав, как за дальним столиком сидела троица.
Одна девушка и двое мужчин. Она целовалась с ними по очереди, и все были довольны… У них был такой вид, будто через минуту они пойдут в випку и продолжат… Уж больно горячо и глубоко они целовались и поглаживали друг другу.
– Ну и? Или ты совсем правильной теткой стала?
– Я своего мужа чихвостила за то, что он пошел в «Гараж», а сама зависаю в баре «Мокрые киски»
– Это про поцелуи. Kiss – поцелуй. Kiss-ки. Типа... Поцелуй-чики!
– Ага, ага.…
– Так и говори, если муж предъявит.
Мы пили, болтали о своём, о женском.
Обсуждали шмотки, косметику, детей.… Мужей, само собой.
Через часа два разговор вновь вернулся ко мне. Юля спросила, что не так с моим Ванькой.
– Да пошел он. Кобель!
Я вкратце рассказала в чем суть. Девочки похихикали над тем, как я макнула дочке лицом в пюре. Правда, Лена поохала, что кератину в таком случае пришёл песец, надо будет делать новое.
Но это всего лишь процедура в салоне красоты. Разве это сравнимо с тем, как дочь покромсала мое сердце на куски?!
Безжалостно!
– Разводись, – посоветовала Юля.
– Дурой будешь, если разведешься, – возразила Лена.
– А ты что делаешь?
Я заглянула Лене через плечо, она всю дорогу в такси торчала в телефоне. Вроде была с нами, пила, шутила, но вроде бы и нет, потому что постоянно отвлекалась на телефон. Она продолжала торчать в нем сейчас.
– Переписывается с кем-то?
– Если бы, – вздохнула я. – Лену взяли в заложники маркетологи Wb и «Золотого Яблока». Лен, куда тебе столько? Зачем?! Ты за всю жизнь столько косметики не истратишь! Ещё к косметологу ходишь….
– Боря платит, завидуйте молча.
– Твой Боря совсем отощал, плешивый какой-то стал. Ты хоть кормишь.… айтишника своего? – поинтересовалась я. – Или считаешь, что он с твоего красивого лица должен быть сытым?
– А ты своёму Ванечке только пирожки с картошкой жаришь, а когда свой пирожок давала отжарить? – ответила Лена и снова погрузилась в телефон.
– Вот коза. Нормально всё у нас. В рамках рекомендаций врача… Нет, я всё-таки разведусь. Надоело мне… Это по молодости, знаете ли… Привлекает такой… быковатый, дерзкий парень в костюме! А с возрастом.… Хочется заботы, ласки и больше внимания. Ну, сколько можно – все ему, да ему! Он меня совсем не знает… И, самое паршивое, даже не стремится понять, узнать. Не могу я больше его выкрутасы терпеть и дерьмовый характер. Не могу! Взрослеть нужно, а он все… как будто ему двадцать! А у самого… Да тьфу!
– Стареем мы девочки. За нас, – предложила Юля.
– Мы не стареем. Просто красота стала зрелой, и усилий нужно чуть больше.
– Чуть больше? Ты из фитнес-центра не вылезаешь! Я видела твое расписание… – возразила Юля. – Плавание, тренажерка, пилатес. Правильное питание! Диеты.… И всё ради чего… Чтобы Борюсик оплачивал хотелки твоей золотой писи?
– Спорт и питание – это ещё не не все. Я хочу подтяжку сделать.
– Все, Борюсик твой совсем облысеет, – рассмеялась Юля. – В могилу его сведешь, красавишна.
Мы посмеялись, и хоть веселились, пели и даже плясали, на душе у меня скребли кошки, а на телефон один за другим сыпались пропущенные звонки и смски от мужа.
Вчера дома не ночевал он, сегодня – моя очередь.
Никто не уступит. И я не знала, куда это нас заведет, но очень рассчитывала на то, что мы разведемся, и я сразу же его забуду, как только получу свидетельство о разводе.
Между делом договорились встретиться с Володей – адвокатом, с которым у Лены была интрижка.
В общем, мы классно проводили время в баре, даже плясали. И вдруг… когда мы, наплясавшись, направлялись к себе за столик, путь мне преградил высокий, широкоплечий мужик… с бандитской рожей.
– Узнала? – зыркнул на меня остро.
Прошелся взглядом по моей фигуре.
Я была в том самом платье, которое дочка обозвала цвета поросенка.
Но этот мужлан смотрел так, будто был не прочь мной полакомиться… и пофиг на поросячье платье. Здесь вообще все были одеты, кто во что горазд.
Люд самый разный и всем было плевать.
Сюда стекались чтобы отдохнуть, оторваться и забыть.… до следующего заплыва.
– А должна? – ответила я и попыталась обойти.
Но мужлан опустил большую лапищу на мою талию и притянул к себе, а потом вдруг сделал несколько неуклюжих вальсирующих па.
– А так, НатаЛексевна? – спросил он и отпустил.
НатаЛексевна?!
О. Мой. Бог!
Меня так лет сто.… не называли!
Последний раз… ещё когда я в гимназии работала…
Неужели этот мужлан – кто-то из моих бывших ребят?!
Пригляделась повнимательнее, заметила шрам над левой бровью. Кривую ухмылку. Дерзкий взгляд.
– Полянский?! Федя Полянский?! – ахнула я и даже отшатнулась.
Но, честно говоря, мне просто перекреститься захотелось…
Федя Полянский, по прозвищу Поляна, был моим учительским кошмаром.
Тогда на меня, недавно выпустившуюся из универа, юную преподавательницу, с небольшим опытом, сгрузили 11-й Б, кошмар всех педагогов гимназии.
И самый кошмарный кошмар из всех кошмарных детишек был он – Федя Поляна.
Дерзкий, наглый – все не то.
Оторви и выбрось, облей святой водой и сожги – вот самое подходящее!
– Да ладно вам, НатаЛексевна… Хорошее время было, скучаю по школе... – усмехнулся и вдруг посерьёзнел. – Рад встрече, Наталья.
Разница в возрасте была небольшой. Я всего на семь лет старше…
Но сейчас этой разницы совсем не ощущалось, и Федя выглядел так, словно мы были ровесниками.
– Я тоже рада, Федя.
– Отдыхаешь? – внезапно перешел на ты и кивнул. – Я счет вам с девочками оплатил.
На «ты», «вам, девочкам…»
Я никак не могла отделаться от двойственности происходящего.
Это мой бывший ученик.
И это взрослый, серьёзно настроенный… мужик.
От которого ощутимо веет опасностью и мужским интересом.
Глава 15
Иван
– Маруська, так нельзя.
– Это ты ей скажи, а не мне! – оборачивается со слезами обиды в глазах.
– Ладно, не разводи сырость. Иди обниму.
– Это ничего не решит.
– И всё равно обниму, когда ты папку последний раз обнимала?
– Недавно.
– Врешь же.
Крепко сжимаю в объятиях малышку, в памяти проносятся годы, когда она была поменьше и тискалась охотно, когда сопела носиком в грудь, а сейчас.… поди ты… Ворчит, что блузка помялась, что в купе к испорченной прическе теперь идет кошмарный испорченный наряд.
Отпускаю с выдохом: дети растут, мы не молодеем.
Куда все катится?
Так, не хандрить!
– Поговоришь с мамой позднее.
– Ни за что! После такого – ни за что! Пусть извинится.
– А ты не хочешь?
– За что?! – смотрит прямо в глаза. – Я ничего не сделала.
– Может, разговор повела не так? Начала не с того.
Надо было послушать, о чем они там говорили… Конечно, я кое-что услышал. Но по обрывкам не понять.
Итог один – наша с Наташей ссора распространилась на всю семью. Осталось только Демку подвязать и, здравствуй, жопа, Новый Год!
– Я ничего дурного не сказала, ничем не обидела, лишь посоветовала дать больше внимания вашим отношениям.
– Малышка, мы как бы сами.… разбрёмся со своими отношениями… – пытаюсь быть вежливым, чтобы и самому не оказаться для дочери врагом.
– Сами? – смотрит на меня с превосходством. – Пап, не хочу тебя расстраивать, но сами вы только разосраться можете. Вы связь с действительностью потеряли.
– Вот как.
– Да. Вы живете по старым меркам, а жизнь не стоит на месте, пап. И вы уже безнадежно отстали. В таком формате больше никто не живет, никто не цепляется за быт, борщи и уборки. И если женщина становится просто прислугой, жизнь её жестоко наказывает. Именно это я и хотела донести до мамы, а она… пюре мне в лицо. Ещё и хабалка! не хочет впитывать новый опыт. Фиг с ней, пап.… Я на твоей стороне. Ты не настолько зашоренный, как она. Что с нее взять? Училка… – фыркает.
– Марусь, хватит, – пресекаю.
– Ладно, ты прав. Пофиг на неё, вот вообще! Сама виновата, – разглядывает себя во фронтальную камеру, проверяя макияж и всё такое. – Кстати, пап… Если уж у нас с тобой доверительный разговор двух взрослых, то.…
– Что?
– В общем, Лелю ты вчера видел, так?
– Это кто?
– Пап… – закатывает глаза. – Девушка, которая была со мной вчера. Подруга. Она…. Заинтересована в тебе. Очень… Ты ей нравишься. Как мужчина, пап…. И она мне проходу не дает, наседает. В общем.
Делает паузу.
– Пап, я дала ей твой номер телефона. Если она тебе напишет…
Я, конечно, в курсе, что девочки сейчас из трусов выпрыгивают перед мужиками, но.…
– Послушай.
– Нет, папа, это ты послушай. Ты не обязан ставить на себе крест, смотря на маму. Если она утонула в климаксе и потеряла себя как женщину, ты можешь просто отдать ей должное, поблагодарив за совместную жизнь. И жить дальше. Я тебя всячески поддерживаю, я на твоей стороне. А Лелька – классная!
***
Так ни к чему и не пришли, дочка убежала.
Вернулся – жены нет.
Сколько я ей ни звонил, ни писал – без толку! Не отвечает.
Зато у меня аншлаг какой-то.
Мне написала подружка Маруси.
«Привет, Иван. Я Леля. Ты мне очень нравишься. Пересечемся?»
Вот так лихо и незатейливо нынешние девочки готовы снять трусы. Не то, что некоторые.
И…
Не только она меня хочет!
Тигрица тоже написала: «Скучаешь?»
Признаюсь, я ждал. В крови сразу забурлило, и член напрягся предвкушением…
***
Наташа
Я вернулась домой под утро
Была немного пьяная, натанцованная и в таком приподнятом, шаловливом расположении духа, что, скорее всего, меня легко было совратить на что-нибудь этакое… горяченькое...
И если бы меня встретил ревнивый Ванька и начал строить из себя властного мужа, который схватился за ремень, возможно, я бы даже была не против.
Нет, не против.
Сколько можно сдерживаться и терпеть?
Если бы он признался, что за всей этой грубостью и некрасивыми словами скрывается нежелание меня потерять, если бы он, как раньше, выдохнул «от тебя мозги в штаны стекают», поэтому «говорить мы не будем, будем сладко трахаться, а потом потрындим», то.…
Все ещё можно было спасти.
Даже чуть-чуть рискнуть и дать себе, ему волю.
Признаться, что мы не идеальные, что меня тоже иногда заносит.
В общем, я немного освежилась, находилась в отличном настроении и была готова к взрослому разговору со своим мужем, но…
Мужа не оказалось дома.
Вот так.
Чистота, порядок.
Мужа нет…
Разочарование вцепилось в горло мертвой хваткой.
Будто назло, ещё Федя дал о себе знать:
«Это мой номер. Федор Полянский»
Как? Откуда достал? Он нас с девочками развез, и я не хотела давать ему свой номер. Вот ещё.…
Неужели Юля, которую он должен был довезти домой последней, подложила такую свинью.
Признаться, роскошную…
Эх, мой муж тоже когда был… не таким, но типаж схожий.
Хорошим девочкам всегда нравятся плохие парни, и Ваня… был очень плохим парнем.
Суть в том, что…. был.
И я была другой.
Сейчас же мы слишком взрослые, чтобы уметь договориться и не выпячивать характер.
Слишком гордые и неуступчивые….
А кое-кто ещё и блядун…
***
С дочерью я не разговаривала. Я бы не стала писать и звонить ей сама, ведь именно она первая пошла на меня тараном мнения, которое не спрашивали! Но и она не спешила выйти на связь. Она не писала, не звонила…. Не присылала открыточки «С добрым утром!»
Мы поругались, и на душе скребли кошки.
Их траурный вой только усиливался от того, что мы с Иваном реально начали жить как соседи.
Он появлялся домой только вечером, переодевался, иногда немного отдыхал или работал, потом уходил расфуфыренный.
Иван больше не пытался быть тихим и не стеснялся возвращаться под утро или не возвращался вообще, ночевал в другом месте.
Как-то после возвращения он не закрыл дверь в ванной, я заметила, как он перечитывал какой-то чат, прежде чем залезть в душ. Он включил воду посильнее, обхватил пальцами эрегированный член и закрыл глаза...
Переписки у него.… Не с Лелей ли?!
Так продолжалось дней десять, прежде чем рвануло.
***
Иван заявился домой вечером и вырвал у меня из рук книгу, которую я читала.
– Верни.
– И не подумаю, – засверлил меня темным взглядом. – Что делать будем, Натаха?
Опять это мерзкое… Натаха!
У меня все закипело от негодования.
– Я в порядке. Сделал экг – зер гут всё. И какую ты теперь отмазку найдешь, чтобы не трахаться со мной?! – спросил он, расстегнув ремень.
Ещё и кивнул так подбородком, мол, давай…
На колени и соси!
– Никакую, Вань. И если ты не глупый… то сам все поймешь. А если не понял, то не дано.
– Ты это нарочно, да.… Что ж, по-другому попробуем. Ты ведешь себя как баба, которая нарывается на развод. Мозг мне сушишь. Доводишь. Но даю тебе последний шанс! Самый лучший секс после ссоры, и я предлагаю сделать тебе его особенным.
– Что ты имеешь в виду?
Иван заулыбался:
– Хочу пригласить к нам в постель одну девушку. Она тебя подучит всяким секретикам. С тобой слишком пресно!
– Что?
– Наш брак, наш секс.… стал болотом, предлагаю его всколыхнуть.
– Интересно, каким же образом? Пригласив шлюху?
– Есть одна девушка, очень старательная. Она может показать тебе, как я люблю.… В интимном плане. А ты поучишься у нее… Ну, что, Натаха пригласим ее к нам в постель?
– И ты считаешь, что трахнув другую бабу у меня на глазах, ты спасешь наш брак?!
– Поласкаемся, Натах. А дальше как пойдет… Кто знает, вдруг пробудится в тебе… горячая штучка. Ревность, конкуренция.
Я посмотрела на него, меня слепило ненавистью, такой же сильной, какой когда-то была любовь к нему.
– А давай, – согласилась я.
– Что?
– Приглашай. Только не к нам домой. В отель.
– Приглашу, – процедил сквозь зубы.
– Отлично.
– И ты придешь!
– Приду.
***
В назначенный день и время я приехала в отель. Красное платье только на первый взгляд казалось чопорным, при ходьбе разрез слева обнажал ногу едва ли не до самых трусов.
Судя по взгляду, которым меня наградил Иван при встрече, разрез он заценил сразу же и даже хотел что-то сказать, но промолчал.
– Входи.
– Уверен, что стоит? Дороги назад не будет.
– Уверен. Или, что.… заднюю включила?
– Ты сам напросился, – сказала я и вошла.
Держись, Ваня…
И потом…. пеняй на себя!
