Текст книги "В погоне за талисманом"

Автор книги: Ай Рин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 15 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

– Скажите, – спросила по дороге у профессора Хелен. – Вы открывали шкатулку? Там что-нибудь было?

– Да, мы открывали шкатулку, – ответил Адольф Руфимович, но, увы… Она оказалась пуста.

– Значит, вы узнали ключ?

– Нет ничего проще. Видите, на крышке листья какого-то растения? Это клевер. Когда вы соберете два трилистника и один четырехлистник, шкатулка сама откроется. Захлопывается она автоматически, и листья разъезжаются в хаотическом беспорядке.

– Ого! Там имеется потайной механизм! – восхитилась Хелен.

– Да, ее сделал искусный мастер.

– Огромное вам спасибо!

– Да не за что…

Тут все подошли к машине и расселись по местам. До луга, на котором велись раскопки, доехали очень быстро. Хелен выскочила из авто и закричала своим коллегам:

– Смотрите, что нашли наши гости!

Со всех сторон к ней бросились люди. Тем временем Адольф Руфимович, Генка и Борис тоже вышли подышать воздухом. Археологи восхищались шкатулкой. Они по очереди стали подходить к профессору и мальчишкам и жать им руки. Наконец, наши герои собрались уезжать. Перед тем, как сесть в машину, Борис незаметно подошел к Хелен и тихонько ей сказал:

– Вы там осторожней с колодцем. В нем какая-то чертовщина творится.

Хелен вопросительно уставилась на него, но ничего не сказала. Лишь слегка утвердительно кивнула головой.

– Что ж, всем до свидания и удачных находок! – попрощался со всеми профессор Шварц.

– Приезжайте еще! – крикнул Сэм. – И учеников берите. Раз вам все само лезет в руки!

Все засмеялись, и мальчишки тоже. Лишь профессор криво усмехнулся. После чего наши герои уселись в машину, и Рич повез их в город.

21. ПОДСКАЗКА ЛИНН

К гостинице они подъехали, когда солнце уже село.

– Спасибо вам за столь познавательную экскурсию, – поблагодарил профессор Шварц Рича.

– Да не за что! Это вам спасибо за найденную шкатулку. Особая благодарность, конечно, мальчишкам!

И Рич пожал руки Генке и Борису. Те немного засмущались, но потом взяли себя в руки и пожелали удачи новому знакомому и его друзьям. Рич сел в машину, махнул им на прощание рукой и уехал.

– Ну вот, – сказал профессор, – сегодня мы приехали примерно в то же время, что и вчера. Предлагаю сразу пойти поесть, иначе останемся без ужина.

– Поддерживается! – не сговариваясь, крикнули Борька и Генка.

Они направились во вчерашнее кафе. Там опять не было посетителей, но, в отличие от вчерашнего вечера, хозяйка была в хорошем настроении.

– А, это вы? – радостно заявила она. – Вижу, жаркое вам понравилось!

– Да, очень, – ответил Адольф Руфимович. – Может, и сегодня вы нам предложите что-нибудь столь же вкусное.

– Сегодня у меня осталась курица с гарниром. И компот или чай – на выбор.

– А что за гарнир? – поинтересовался Борька.

– Жареный картофель или рис.

– Тогда мне, чур, рис, курицу и компот, – продолжил Борис.

– Мне тоже, – поддержал друга Генка.

– А мне картошку, курицу и чай. Если можно, с лимоном, – проговорил профессор Шварц.

– Присаживайтесь, – сказала женщина и удалилась на кухню.

Наши путешественники уселись опять за тот же столик, за которым сидели и вчера. Минут через десять появилась женщина с подносом. Она расставила заказанные блюда и удалилась на кухню. Мальчишки сильно проголодались, поэтому быстро расправились со своими порциями. Профессор Шварц отправил их в гостиницу и пожелал спокойной ночи. Сам он остался допивать чай. Уже через десять минут Генка и Борис восседали на своих кроватях. Борька задумчиво смотрел в потолок, а Генка мурлыкал себе под нос песенку.

– Ген, – вдруг медленно сказал Борис, – а я же не все вам сказал…

– Ты о чем?

– Смотри…

Борька достал из под подкладки своего рюкзака письмо, которое ему передала Стелла. Он развернул его и показал Генке.

– Видишь?

– Вижу что?

– Подпись!

Генка внимательно рассмотрел имя и, наконец, прочитал:

– …Милдред Гринбольд. Ты хочешь сказать?..

– …что Стелла, Линн, Сара и Милдред – все из рода Гринбольда. Уж не знаю, кто из них кем кому приходится, но это точно!

– Ух ты! Почему же Стелла тебе все прямо не рассказала?

– Может, она сама толком ничего не знает. Но факт остается фактом! Зачем Линн указала, что она тоже Гринбольд? И этот ключ в записке…

– Слушай, Линн писала о неоценимости заглавных букв. А где встречаются заглавные буквы? Либо в начале строки, либо в именах собственных.

– Генка, ты – гений! – заорал Борис. – В именах собственных, конечно!

И он судорожно стал рыться в своих вещах. Генка подозрительно смотрел на него. Наконец, из кармана джинсов Борька извлек смятую бумажку.

– Вот он, список, родненький, – бормотал он себе под нос.

– С тобой все в порядке? – поинтересовался Генка.

– Еще как в порядке! Это список владельцев медальона-талисмана. Как сам понимаешь, они все – имена собственные. Вот гляди!

И Борька развернул слегка потрепанный листок. На нем значилось:

…

1. Гелий – Византия (12 век)

2. Ральф – Шотландия (14 век)

3. Эмма – Германия (15 век)

4. Тит – Сибирь (17 век)

5. Линн – Англия (18 век)

6. Авенир – следующий…

Борис взял ручку и обвел все заглавные буквы. Получились два столбика:

…

Г В

Р ш

Э Г

Т с

Л А

А?

Второй столбик можешь убрать, – задумчиво сказал Генка. – Сплошные согласные…

Парнишка послушно вычеркнул второй столбец.

– И что это за ГРЭТЛА такая получилась? – недоуменно спросил он.

– Подожди, в списке ты написал «Линн», но ведь сегодня мы узнали, что по-настоящему ее звали Норма. Поменяй «Л» на «Н», – предложил Генка.

– Получается ГРЭТНА.

– Час от часу не легче…

В этот момент в дверь постучали. Это был профессор Шварц.

– Не спится, молодые люди? – спросил он.

– Загадку решаем.

– Я как раз принес вам письмо Линн. Возможно, оно поможет?

И Адольф Руфимович вручил листок Борису. Тот развернул его и начал рассматривать. Вдруг его лицо озарила радостная улыбка.

– Смотри, Генк, – крикнул он, – «Норма ГРИНбольд»! Видишь, «ГРИН» написано заглавными буквами?!

– И что же теперь получается: Грин Грэтна или Грэтна Грин? – пожав плечами, проговорил Генка.

– Грэтна Грин? – переспросил профессор Шварц. – Да, в Англии есть такая деревушка, на самой границе с Шотландией. Но причем здесь она?

Тут мальчишки наперебой принялись рассказывать, как они получили это название. Когда рассказ закончился, повисла небольшая пауза, после которой профессор Шварц задумчиво сказал:

– Да… Вы действительно ученики нашего Института. Другим такое в голову никогда бы не пришло. Что ж, видимо, дальше наш путь лежит в Грэтна Грин. Только завтра я еще хочу зайти покопаться в местных архивах. Может, найду что-нибудь интересное… А вы – погуляете по городу.

Профессор оставил ребятам небольшую сумму денег на карманные расходы и удалился, пожелав спокойной ночи. Генка и Борька вскоре легли спать. Оба были счастливы, что решили первый ребус, оставленный им великой Линн.

22. ГРЭТНА ГРИН

С утра погода не заладилась. Шел дождь. Да еще у Генки разболелась голова и поднялась температура. Борис сходил в аптеку за аспирином и купил в кафе для них двоих бутерброды и сок. Выходить никуда не хотелось. Мальчишки поели и принялись обсуждать вчерашний день. Так они проболтали до обеда. Температура у Генки спала, да и дождь прекратился, и ребята решили пойти немного прогуляться. После дождя улицы казались абсолютно чистыми. Чтобы Генка не заболел еще сильнее, Борис остановил такси. Они попросили водителя показать им город. Тот с удовольствием согласился. И хотя Редкар оказался небольшим, Генка и Борька прокатали все деньги, которые им дал Адольф Руфимович. Назад они вернулись голодными, но довольными. Редкар им понравился. Часы показывали почти шесть вечера. Буквально следом за мальчишками пришел и профессор Шварц.

– Ну как? – в один голос спросили ребята. – Удалось разузнать что-нибудь интересное?

– Практически ничего, – хмуро ответил Адольф Руфимович. – Думаю, в Грэтна Грин нам удастся узнать намного больше. Зато я купил билеты на автобус. Завтра рано утром мы выезжаем в Мидлсбро, а оттуда на поезде в деревушку. Так что сегодня нужно как следует отдохнуть. Кстати, как чувствует себя Геннадий?

– Намного лучше, спасибо, – ответил Генка.

– А то я заказал в кафе прощальный ужин для нас троих. Хозяйка обещала даже десерт – яблочный пирог.

– Было бы хорошо, – замялся Борька, – а то мы все деньги на такси прокатали, а есть очень хочется…

– Что ж, через полчаса выходим. Только я зайду ненадолго к себе, – сказал профессор Шварц.

Мальчишки быстро собрались, и через тридцать минут они вместе с Адольфом Руфимовичем отправились в кафе. Столик, за которым наши герои обычно сидели, был уже накрыт. Хозяйка радостно им улыбнулась.

– Вы одни из моих постоянных клиентов, – растроганно сказала она. – Мне жаль, что вы уже уезжаете. В любом случае – удачной вам дороги! А будете у нас – заходите в гости!

– Обязательно! – пообещали ребята.

Они уселись за стол и принялись за еду. Все было очень вкусным. Особенно всем понравился яблочный пирог. Хозяйка даже завернула им по кусочку «на дорожку». После ужина мальчишки и профессор вернулись в гостиницу. Профессор проконтролировал, чтобы Генка выпил таблетку, пожелал ребятам спокойной ночи и отправился к себе. Друзья еще немного поболтали и уснули. Рано утром за ними пришел Адольф Руфимович. Генка и Борька быстро запаковали вещи и сдали номер. У гостиницы их ждало такси. Наши путешественники сложили вещи в багажник, уселись в машину и поехали на автовокзал. Пассажиров было немного, хотя автобус уже должен был отправиться.

– Наверное, пассажиров наберут по дороге, – предположил Генка.

– Возможно, – пожал плечами Борис.

Они заняли свои места, и вскоре автобус отправился в дорогу. Дорога до Мидлсбро показалась Генке и Борьке недолгой. В городе они пообедали, в ожидании поезда, затем прошли на вокзал, поднялись в вагон и заняли свои места. На этот раз народу было достаточно много. Тут были и туристы, и местные жители. Лица постоянно менялись: кто-то входил, кто-то выходил. Из-за всей этой кутерьмы мальчишки как-то перестали следить за событиями. Они находились будто в прострации и очнулись только когда прибыли в саму деревушку Гретна Грин. Она поразила их особенной красотой. Вокруг располагались белые чистенькие домики, в которых находились сувенирные лавки, магазинчики и рестораны. Возле старой кузницы толкались любознательные туристы, а нарядный шотландец в килте приглашал желающих узаконить свои отношения. Все было ужасно любопытно, но профессор Шварц настоял на том, чтобы сначала отправиться в гостиницу. В Swallow Gretna Hotel наших путешественников встретил улыбчивый администратор.

– Вам повезло, – сказал он. – Все номера были заняты, но сегодня два одноместных номера освободились – постояльцы съехали. Мы поставим в один номер дополнительную кровать, и мальчикам будет очень удобно.

Адольф Руфимович расплатился за оба номера, и администратор выдал ему ключи. Мальчишки и профессор поднялись на второй этаж и зашли в свои апартаменты. Внутри комнаты были очень комфортабельны и современны.

– Ну надо же, – заметил Генка, – такая разница с фасадом.

Борис кивнул.

Через несколько минут в номер постучали, и работники гостиницы внесли дополнительную кровать. Номер от этого уменьшился, но ничуть не стал хуже. Генка пристроил свои вещи в шкаф, Борис тоже выгрузил все что можно, оставив при себе только рюкзак с жезлом. После этого ребята зашли к Адольфу Руфимовичу.

– Вы куда собрались? – поинтересовался тот.

– Хотим пройтись, – ответил за двоих Генка.

– Ну, пройдитесь, а я немного отдохну. Часам к семи вечера приходите – сходим в кафе, поужинаем. И никакой самодеятельности!

– Хорошо.

Мальчишки быстро спустились в холл и выбежали на улицу. Погода стояла замечательная. Дул легкий ветерок. К гостинице подъехал небольшой автобус с группой туристов. Все были в прекрасном настроении и громко разговаривали.

– Куда пойдем? – спросил Генка.

– Для начала осмотрим всю деревню.

Они прошлись по деревушке и пришли к выводу, что от старины остались только фасады домиков. Все остальное было переделано и перестроено под бизнес. На центральной площади друзей заинтересовали абстрактные скульптуры. Особенно фигура скелета с молотом.

– Что бы это значило? – спросил Борис.

– Видимо, посвящено первому кузнецу, который всех венчал, венчал, да так и помер при исполнении служебных обязанностей, – заметил Генка.

Мальчишки прыснули со смеху. Они еще немного побродили по улочкам, и вдруг Генка заметил впереди на одном из домов вывеску «Музей».

– Смотри-ка, – сказал он Борьке, – вот то, что нам нужно!

– Не уверен, здесь все сделано для коммерции.

– От нас не убудет, если мы в музей зайдем.

Ребята зашли внутрь. Билеты им продала грузная пожилая женщина. Она же провела их по помещению, рассказывая историю Гретна Грин. Было видно, что делала она это настолько часто, что ей это порядком надоело. Борька и Генка терпеливо выслушали, зачем же в восемнадцатом веке (да и теперь) молодые люди ехали венчаться в Гретна Грин и откуда пошло изречение «священник от наковальни». Наконец рассказ закончился, и Борис поблагодарил женщину за интересную информацию. Затем он кашлянул и внезапно спросил:

– А не могли бы вы нам рассказать еще кое-что?

– Что именно? – равнодушно произнесла женщина.

– Дело в том, что мы собираем старинные английские предания и легенды. И вот недавно из одного достоверного источника мы узнали, что с вашей деревней как-то связана известная английская колдунья Линн.

Сначала глаза женщины ничего не выражали, но вдруг в них проблеснула искорка интереса.

– Линн? – переспросила она. – Да, я слышала про такую колдунью, но она никогда не бывала в Гретна Грин. Вам нужно ехать на побережье – в город Редкар!

– Мы только что оттуда… – пробормотал Борис. – Скажите, а фамилия Гринбольд вам о чем-нибудь говорит?

– Гринбольд? А как же! Гринбольды испокон веков обитали в этих краях. Их род очень древний. Первые Гринбольды были завоевателями, об этом говорит и составная часть их фамилии, «Bold» значит решительный, дерзкий. По поверьям, когда один из Гринбольдов в древности проезжал эти места, его так поразила их красота, что он воскликнул: «Здесь так много зелени, что даже небо не кажется таким голубым!» Кстати, многие считают, что именно после этого в фамилии рода и появилась составная часть – Грин. Позже он построил здесь дом и завел хозяйство. Так Гринбольды и осели в этих краях.

– А сохранился ли их дом? – поинтересовался Генка.

– К сожалению, нет, – ответила женщина.

Генка и Борька приуныли.

– Да, но сохранилась старая кузница, в которой сейчас проводят обряды венчания. Она когда-то тоже принадлежала Гринбольдам, – продолжила женщина.

– А из самого рода остался кто-нибудь в живых? – стал уточнять Борис.

– Конечно. Иногда сюда приезжает Теодор Гринбольд. Он сейчас живет в Глазго, но говорит, что ностальгия гонит его сюда. Еще есть Мери Гринбольд, она вышла замуж, перебралась в Нью-Йорк и, по-моему, сменила фамилию.

– Огромное вам спасибо! – поблагодарил женщину Борис.

– Да не за что! Иногда так приятно отвлечься от однообразной работы и поговорить на другие темы, – улыбнулась работница музея.

Мальчишки еще раз поблагодарили женщину и вышли на улицу. Солнце клонилось к закату.

– Что будем делать? – поинтересовался Генка.

– Ну, до семи еще время есть. Пойдем, навестим старую кузницу.

И мальчишки прямиком направились к кузнице, благо она находилась недалеко от гостиницы. Когда они подошли, там проводился обряд бракосочетания для одной из приезжих пар. Видимо, все уже шло к завершению. Кузнец соединил руки брачующихся над наковальней, а потом стукнул по ней молотом, объявив их мужем и женой. Новобрачные (мужчина лет семидесяти, женщина чуть помоложе) расхохотались и поблагодарили кузнеца. После этого все стали расходиться, а кузнец начал закрывать кузницу.

– Здесь без помощи профессора нас даже слушать никто не будет, – заметил Генка.

– Да уж, придется к нему обратиться, – кивнул головой Борис.

Мальчишки вернулись в гостиницу и зашли в номер к Шварцу. Тот их уже поджидал.

– Адольф Руфимович, – начал Борька, – дело в том, что мы сегодня узнали, что кузница, в которой проводятся бракосочетания, принадлежала когда-то семье Гринбольд.

Профессор прищурился и с интересом посмотрел на мальчишек.

– И когда вы все успеваете, молодые люди? – спросил он.

– Да это случайно вышло, – продолжил Борис, – но нам бы хотелось эту кузницу осмотреть, так сказать, без свидетелей.

– Понятно. Постараюсь что-нибудь завтра сделать. А пока пойдемте, поужинаем.

Наши путешественники вышли на улицу и прошли до ближайшего кафе. Там профессор Шварц заказал всем по тарелке горячего супа и по хлебу с маслом. Покончив с ужином, мальчишки и профессор вернулись в гостиницу и стали готовиться ко сну. Кровати оказались на удивление мягкими и уютными, и Борька с Генкой уснули, едва добравшись до подушек.

23. ЧТО СКРЫВАЛА СТАРА Я КУЗНИЦА…

Рано утром к мальчишкам зашел Адольф Руфимович и предупредил их, чтобы они никуда не уходили.

– Пойду договариваться с властями, – сказал он, – может, что и выйдет.

Затем он дал ребятам деньги на завтрак и ушел. Борис и Генка еще повалялись в постелях. Накопившаяся усталость дала о себе знать: совершенно не хотелось вылезать из-под одеял! Но все же голод преодолел лень, и друзья кое-как заставили себя выйти на улицу – пройтись до кафе. День был пасмурный. Дул холодный ветер.

– Вот еще и погода портится, – хмыкнул Генка.

– Ничего, зато свадеб меньше будет, – заметил Борис.

За завтраком их и застал Адольф Руфимович. Он сел за их столик, заказал себе кофе с булочкой и сказал:

– У меня для вас две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

– Давайте с хорошей, – заявил Генка. – Не хочется себе сразу аппетит портить.

– Хорошая новость состоит в том, что на сегодня не запланировано до обеда ни одной свадьбы. И власти, собственно, не против, чтобы профессор истории (Адольф Руфимович показал на себя) и его ученики (он указал на Генку и Бориса) осмотрели старую кузницу. Но…

– Что но? – заволновались ребята.

– В этом и состоит плохая новость. Но – они нам разрешают провести осмотр только в течение одного часа.

– А за нами будет кто-нибудь присматривать?

– Нет, я подписал бумаги о том, что беру на себя ответственность за полную сохранность помещения и интерьера.

– Тогда еще не так страшно, – вздохнул Борис. – За час, я думаю, управимся.

– Конечно, управимся, – поддержал друга Генка.

– Тогда кончайте трапезничать и пошли к кузнице!

Профессор залпом допил свой кофе, расплатился и вышел из кафе. Борис и Генка отправились за ним. Возле кузницы их поджидал вчерашний кузнец. Правда, одет он был не в килт, а в обычные спортивные штаны. Он открыл кузницу, отдал ключ профессору Шварцу и сказал:

– Вот, держите ключ. Через час я приду. Будьте предельно аккуратны!

– Обязательно! Не волнуйтесь! – заверил его Адольф Руфимович.

Он спрятал ключ в карман своего сюртука, завел мальчишек внутрь и зашел следом сам. Дверь они за собой закрыли, чтобы их никто понапрасну не отвлекал. Борис внимательно осмотрел помещение. Здесь все было вроде бы и настоящее, но все же смотрелось как на картинке.

– Слишком чисто, – заметил Генка.

– Да, на кузницу мало похоже, – пробормотал Борька.

– Не теряйте времени, – сказал профессор Шварц. – Десять минут уже прошло.

Мальчишки кивнули. Борис снял с плеч рюкзак и достал оттуда жезл. Он взял его двумя руками и принялся обходить кузницу. Он обошел уже две трети помещения, но жезл ни на что не реагировал. Мальчуган направился к центральной части, где стояли профессор Шварц и Генка. Когда он проходил мимо наковальни, изумруд вдруг вспыхнул, и тонкий зеленый луч упал на пол.

– Стой! – крикнул профессор Шварц. – Запомнил место, куда показал луч?

– Основание наковальни! – произнес Борис.

Он прошел по кузнице еще раз, но больше жезл ни на что не указывал. Парнишка убрал его в рюкзак. Тем временем профессор внимательно осмотрел постамент, на котором помещалась наковальня.

– Ничего примечательного, – заметил он. – Постамент прочно соединен с полом. Никаких щелочек, трещинок, никаких зацепок.

Борька и Генка тоже присоединились к Адольфу Руфимовичу.

– Такое ощущение, – произнес Генка, – что этот постамент всегда был здесь. Он какой-то монолитный.

– Нет, Геннадий, ты не прав. Постамент был смонтирован несколько позже, чем была построена эта кузница, и явно подвергался реконструкции.

– А может, просто устроить небольшой подкоп под наковальню? – предложил Борис.

– Да, но когда мы будем это делать? У нас осталось тридцать пять минут. Да и следы подкопа мы вряд ли сможем скрыть.

Борька стал нервно ходить туда и сюда по кузнице.

– Успокойся, Борис, – сказал Адольф Руфимович. – Давай рассуждать логически. Что в этой кузнице могло остаться с восемнадцатого века без изменений? Сами стены кузницы, жаровня и пол, вернее, подпол. Все остальное могло быть подвергнуто реконструкции. Поэтому сейчас я внимательно осмотрю все стены, ты, Борис, займешься жаровней, а Геннадий поползает по полу. Уж не обессудь, Геннадий!

– А что мы должны искать? – спросил Генка.

– Все, что угодно, – ответил профессор. – Иного выхода у нас все равно нет.

И все трое принялись за тщательный осмотр.

– Осталось пятнадцать минут, – сказал Борис, глядя на часы.

– У меня ничего, – хмуро произнес профессор Шварц.

– У меня тоже, – присоединился Борька. – Ген, что у тебя?

– Я же вам не поисковая машина, – сказал Генка, ползая на коленях по полу возле жаровни.

Наконец он вплотную подполз к стене, у которой размещалась жаровня, и прямо там – между жаровней и полом – увидел углубление.

– Смотри-ка, это что такое? – сказал Генка сам себе. – Наверное, мышиная нора. Терпеть не могу этих животных. Надеюсь, они меня не укусят…

Так, рассуждая вслух, мальчишка засунул в углубление палец и воскликнул:

– Борька, профессор! Здесь что-то есть! Рычажок какой-то!

Борис и Адольф Руфимович немедленно кинулись к Генке, но тот уже успел нажать на рычаг. Раздался громкий щелчок, и постамент с наковальней плавно отъехал в сторону.

– Смотри-ка! – восхищенно пробормотал Генка.

Борька подошел к месту, где только что стояла наковальня. Там оказалось небольшое отверстие, в котором лежало нечто, напоминающее яйцо. В этот момент раздался стук в дверь.

– Профессор, – раздался голос кузнеца, – ваше время вышло. К тому же скоро подъедет группа туристов, мне нужно подготовиться!

Борис быстро нагнулся, вытащил «яйцо» и спрятал его в карман. Генка снова нажал на рычаг, а профессор Шварц принялся громко кашлять, чтобы заглушить щелчок.

– Иду, иду, – громко сказал он.

Борис в это время внимательно осматривал постамент с наковальней. Никаких следов того, что тот двигался, заметно не было. Генка встал с пола и отряхнулся. Профессор Шварц открыл дверь. Вошел кузнец, подозрительно осматривая все вокруг. Ничего не обнаружив, он спросил:

– Ну как, вы написали очерк о нашей кузнице?

– Почти, – замялся Адольф Руфимович, – нужны еще кое-какие доработки. Спасибо огромное за сотрудничество!

Он пожал кузнецу руку. Тот улыбнулся и сказал:

– Пожалуйста! Решите с кем-нибудь обвенчаться, милости просим к нам!

Генка и Борис зафыркали, а профессор Шварц криво усмехнулся и ответил:

– Обязательно!

После этого Борька прихватил рюкзак, они вышли из кузницы и направились в гостиницу. Они не вошли, а буквально вбежали в номер Адольфа Руфимовича, так им не терпелось рассмотреть свою находку. Борис достал «яйцо» и передал его профессору.

– Хм, – сказал тот, – шкатулка в форме яйца! Тонкая работа. Смотрите, какой витиеватый узор идет по поверхности!

Генка и Борис уставились на шкатулку, но никакого особенного впечатления она на них не произвела.

– Адольф Руфимович, как бы ее открыть? – робко произнес Борька.

– Сейчас, молодой человек… А вот и замок!

– Где? – в один голос крикнули мальчишки.

– Вот, видите маленькая дырочка? Дайте-ка мне что-нибудь остренькое.

Генка порылся у себя в рюкзаке и извлек булавку.

– Подойдет? – спросил он.

– Сейчас посмотрим…

Профессор Шварц взял булавку, открыл ее, вставил острый конец в отверстие и слегка надавил. Послышался щелчок, и одна половинка «яйца» слегка приподнялась над другой.

– Получилось! – заметил профессор.

Он вернул булавку Генке и очень осторожно открыл шкатулку. Внутри лежал свернутый листок бумаги. Адольф Руфимович развернул его и сказал:

– Тот же почерк – почерк Линн!

Он погрузился в чтение, а потом произнес:

– Итак, здесь написано:

«Ты нашел первый след, Идущий за мной!

Второй след оставлен на камне босоногим монахом. Если встать спиной к этому камню и отсчитать шестнадцать шагов в направлении уходящего солнца, то найдешь след третий…»

– Очередная загадка, – хмыкнул Генка.

– Босоногим монахом, босоногим монахом… – забормотал Адольф Руфимович. – А вы знаете, ведь есть такая легенда. О том, что черт как-то поспорил с монахом. Причину их спора я не помню, но только черт взял огромный камень и кинул в монаха. А след от удара об его пятку якобы так и остался на камне. С тех пор камень стали называть «пяточным камнем».

– О, нам это как раз подходит! – радостно воскликнул Борька. – И где это место находится?

– Не так далеко отсюда. Ведь это одна из легенд о знаменитом Стоунхендже.

– Замечательно, теперь у нас есть следующий ориентир! – восторженно произнес Борис.

– Что ж, если нас больше ничего здесь не держит, то я пошел на железнодорожную станцию – узнавать расписание поездов, – сказал профессор Шварц.

– А мы немножко отдохнем, – вставил свою реплику Генка.

Мальчишки зашли к себе в номер, а Адольф Руфимович ушел. Вернулся он лишь через пару часов.

– Придется нам с вами заехать в Лондон, – с порога начал он. – Ведь без соответствующих документов нас на пушечный выстрел не подпустят к Стоунхенджу.

– Когда выезжаем? – только и спросили мальчишки.

– Через три часа. Так что собирайтесь. Нужно еще номера сдать.

Адольф Руфимович ушел к себе, а Генка и Борька стали собираться в спешном порядке. Они все проверили, чтобы ничего не забыть, и сдали номер. Минут через пятнадцать к ним присоединился профессор Шварц. Они наскоро перекусили в одном из ближайших кафе и отправились на станцию. Почти сразу после того, как они добрались, подошел поезд. Наши путешественники заняли свои места и отправились в Лондон.

24. СТОУНХЕНДЖ

В город они приехали уже ночью. Чтобы не плутать, они поехали в ту же гостиницу, где останавливались и раньше. По странному стечению обстоятельств их прежние номера оказались свободными, и их поселили туда же. Все так устали, что сразу же отправились спать. Рано утром к ребятам зашла горничная и передала им конверт. В нем лежала записка от профессора, что он ушел заниматься оформлением документов. Кроме того, там же находились деньги для мальчиков – на еду и карманные расходы. Генка и Борька спустились в ресторан и позавтракали. Потом они пошли побродить по Лондону. Они еще раз попытались отыскать антикварную лавку Роберта, но тщетно. К обеду погода испортилась, пошел дождь. Сначала он мелко крапал, потом перешел в монотонный серый ливень. Мальчишки промокли насквозь, пока добирались до гостиницы. Когда они зашли в фойе, их уже поджидал Адольф Руфимович.

– Вы похожи на двух мокрых куриц, – заметил он. – Идите, переодевайтесь и спускайтесь в ресторан, я пока закажу обед.

Ребята быстро переоделись и присоединились к профессору.

– На м повезло, – сказа л Шварц. – Я случайно встретил своего давнего коллегу, который помог все оформить. После обеда мы выезжаем в Солсбери, а оттуда к Стоунхенджу. Не знаю, как у нас пойдут дела, но на всякий случай нужно предусмотреть там ночевку.

– А мы еще вернемся в Лондон? – спросил Генка.

– Это зависит от того, что мы найдем… Если вообще что-то найдем. Поэтому быстро доедайте обед и идите собирать вещи. Через полтора часа у нас с вами автобус.

Борис и Генка принялись оперативно поглощать пищу. Также они заказали с собой в дорогу по большому гамбургеру и по бутылке холодного чая. Профессор за все рассчитался, и они отправились сдавать номера. Через пятнадцать минут наши герои вышли на улицу, взяли такси и отправились на автовокзал. Они едва успели к отходу автобуса. Водитель что-то недовольно проворчал в их сторону, но потом все пошло нормально. До Солсбери доехали очень быстро, примерно за час с небольшим. Здесь Адольф Руфимович узнал, где находится прокат автомобилей, и на пару суток взял «Форд». Сам он уселся за руль, а мальчишки устроились на заднем сидении.

– А почему мы сразу в Лондоне не взяли машину напрокат? – поинтересовался Генка.

– Потому что от Лондона ехать намного дальше, а я давно не сидел за рулем, – ответил Адольф Руфимович.

Наконец наши путешественники выехали к Стоунхенджу. Добрались они до него примерно часов в семь вечера. Поскольку припарковаться было негде, профессор оставил машину на шоссе и отправился к оцеплению вокруг монумента со всеми своими бумагами. А Борька и Генка принялись глазеть на великолепное сооружение. Несмотря на вечерний час, народу было очень много. Здесь были и туристические группы, и зеваки, которые приехали «своим ходом». Близко к камням никого не подпускали.

– Теперь я понимаю, что имел в виду Шварц, когда сказал, что нас на пушечный выстрел не подпустят, – заметил Борька.

– Да уж… Неужели и ночью здесь творится то же самое? – изумленно пробубнил Генка.

Чуть позже подошел профессор Шварц. Он был явно чем-то недоволен.

– Вот что, молодые люди, – сказал он, – к камням нас не подпустят, пока не схлынет народ. А это может произойти только ночью. Так что я правильно подумал о ночевке здесь. Более того, на территории памятника нельзя вести никаких раскопок, а они нам могут потребоваться…

– Не переживайте, Адольф Руфимович, вот подойдем к камням и решим, что дальше делать, – произнес Борис.

– Я никогда не переживаю! – стрельнув в мальчишку глазами, заметил профессор. – Сейчас пристрою машину на стоянку, а потом через тоннель мы подойдем ближе к Стоунхенджу.

Шварц, осторожно маневрируя, вклинился на стоянку. Затем наши путешественники закрыли автомобиль и отправились к камням. Там, вместе с одной из туристических групп, они послушали историю создания этого сооружения. Также им представили две легенды, в одной из которых упоминался «пяточный камень». Рассказывая её, гид все время указывала на отдельно стоящий каменный столб.

– Так вон он, «пяточный камень», – указал Борис, – особняком стоит.

– Что ж, может, это и к лучшему, – заметил Генка. – Не перепутаешь!

Время тянулось очень медленно. Солнце уже зашло, а поток народа не иссякал. Наконец, часам к двум ночи, осталось только человек пять туристов. Адольф Руфимович еще раз подошел к охране и о чем-то с ними переговорил. Затем он махнул рукой Генке и Борису, чтобы они следовали за ним. Они прошли через ограждение и подошли к камням. Освещение отключили, поэтому мальчишки очень порадовались тому, что прихватили с собой фонарики. Они отыскали «пяточный камень» и подошли к нему.