Текст книги "Альфа-ноль. Компиляция. Книги 1-12 (СИ)"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 227 (всего у книги 247 страниц)

Старец снова отмахнулся:

– Кровь – лакомая пища для носителей воли Смерти. Сладость для Дарраса и его прислужников, много свежих духов костей, что станут частью силы для армии Тьмы. Тебе не следует проливать её там, где поблизости отмечены проявления поганой воли. Однако ты в чём-то прав, да и службу сослужил честно. Все твои предшественники пропадали в проклятых землях, ни один мне ни слова оттуда не принёс. Жалкие бесполезные неудачники. Ты же принёс много слов, и потому, так и быть, заслуживаешь снисхождения. Я даю тебе сорок четыре дня на то, чтобы ты разобрался уже, наконец, с этой войной. Побеждай Тхат, мирись с ним, или уводи его армии подальше от пустыни, где делай с ними всё, что заблагорассудится. Мне абсолютно безразлично, что ты с ними сотворишь. Мне нужно, чтобы ты уложился в отведённый срок. Ты освобождён от наказаний на сорок четыре дня. Прошу лишь не увлекаться, и если будет выбор, выбирай те варианты, при которых крови должно пролиться меньше. Этим ты укрепишь моё доверие к тебе, что может сказаться на величине и сроках следующих наград.

– Но штрафов, значит, точно не будет? – уточнил я, мысленно потирая руки.

– Разумеется, не будет. Я же именно так и сказал. Чем ты слушал?

– А призы за спасённые жизни начисляться будут?

– Экий наглец… – старец покачал головой. – Но да, признаю, вопрос всё же справедливый и неглупый. Не вижу причин лишать тебя награды. Будут. Но помни про сорок четыре дня.

– Запомнил. И да, теперь непонятно, что мне вообще делать? Ну… Была задача победить Тхат, а теперь её, как бы, уже нет. Точнее, как бы, есть, но какая-то она расплывчатая. И с пустыней вопрос неясен.

Старец чуть помедлил и кивнул:

– Задачи нет. Я должен снова и снова смотреть на переплетения воли и нитей судеб. Должен искать ответы на те вопросы, что ещё не заданы. Ты тоже должен кое-что делать. Должен развиваться. Ты слишком слаб, и это меня удручает. Те силы, что очень скоро начнут себя проявлять во всём их ужасающем величии, даже не заметят твоих жалких потуг. Усиливайся.

– Это я люблю, так что с радостью постараюсь. А кто вообще такой этот Даррас?

Старец вскинул руку:

– Некоторые вопросы не имеют смысла. Особенно те, которые задают люди, не созревшие до ответов.

Рука опустилась, и меня выбросило из мира сновидений.

⠀⠀

Эпилог

Тупоголовое ничтожество, распростёршееся ниц перед Эйцихом на мраморном полу давно разрушенного храма, наконец, замолчало, перестав терзать слух жалким блеяньем. Голова слегка приподнялась, из-под чёрного капюшона блеснули глаза, наполненные ужасом и отчаянной надеждой. Виновник глупой потери, не мигая, уставился на тёмного экзарха.

А тот, медленно кивнув, уточнил:

– Значит, преображённый лично попросил у тебя артефакт нефритового пути, и ты ему не отказал?

– Да, экзарх.

– И кто же дал тебе позволение распоряжаться предметами из моей сокровищницы?

– Экзарх, прошу! Умоляю! Простите мою глупость! Я был растерян, я был один. После расшифровки того манускрипта мы загружены новой работой, многих не найти на месте. Вот и Нэйгман вторую неделю пропадает на дальних раскопках, и не всегда с ним можно связаться. Как я мог отказать преображённому? Он сказал, что ему надо срочно переместиться на Поле бритв. Там они почти докопались до важного захоронения, о котором сказано в манускрипте. Он обязан лично присутствовать при вскрытии саркофага. Преображённый планировал вернуться после перезарядки артефакта. Вы же знаете, здесь, на Поле бритв, с такой вещью ничего не должно случиться. Ведь это полностью безопасное место. Поэтому я не видел причин для отказа. Да и не посмел. Экзарх, я, конечно, виноват, но ведь ничего страшного не случилось, это не главный камень, это лишь одна малая часть нефрита, далеко с ней не переместишься.

– Мне неинтересны твои оправдания. Я у тебя спросил не это, а имя того самоубийцы, которому взбрело в глупую голову позволить тебе распоряжаться такими вещами.

– Простите, экзарх, никто не позволял. Суматоха возникла из-за манускрипта, и я просто… Я просто подумал, что…

– О чём ты подумал, ничтожный червь? Это не просто кусок нефрита, это артефакт нефритового пути. То есть великий артефакт. Не всё нефритовое по ценности равно твоему любимому нефритовому жезлу, ты даже дышать в сторону камня не имел права.

Эйцих вскинул руку, и тощую чёрную фигуру будто за невидимые нити дёрнули, подвесив над полом древнего храма. Руки и ноги растянулись в стороны, после чего по телу глупца будто невидимая волна прошла, оставляя за собой прах от рассыпающейся одежды.

Миг, и провинившийся остался голым.

Ещё миг, и тело с тошнотворным треском лопнуло от паха до горла. Края чудовищной раны тут же почернели, не позволяя дурной крови окропить светлый мрамор. И тут же наружу вывалились внутренние органы, закружились в воздухе, выстраиваясь в кольцо, зависли вокруг недоумка, допустившего потерю ценнейшего артефакта. При этом они оставались связанными с телом нитями кровеносных сосудов и нервов, жилами и кишками.

Наказуемый был всё ещё жив, и Эйцих внутренне усмехнулся, когда понял, что тот ещё не осознал, что с ним происходит.

Экзарху нравились такие моменты.

Рука сжалась в кулак, и где-то в ином измерении, недоступном для восприятия смертных, также сжалась человеческая воля.

Всё.

Больше это ничтожество ничего не осознает.

– Кто приказал тебе украсть артефакт нефритового пути? – с ледяным спокойствием спросил Эйцих.

– Ни… никто… – еле слышно вырвалось из уст почти мёртвеца.

– Ты хотел украсть его сам?

– Не… нет…

– Кто тебе приказал отдать артефакт преображённому?

– Ду… Дуорм…

– Почему ты его послушал?

– Ду… Дуорм ино… иногда… Иногда приводил дево… девочек… Арте… артефактом… Тай… тайно… Ни… никто не… не знал. Я не мо… мог ему отка… отказать…

Эйцих медленно кивнул:

– Ничто человеческое вам, недоумкам, значит, не чуждо…

Потеряв интерес к ничтожному лжецу, взмахнул рукой. Исковерканное тело будто из катапульты запустили. Сорвавшись с места, оно вмиг долетело до угла храма, где размазалось кровавой кляксой по остаткам стен.

Отвернулся, направился к раскопу, бросив через плечо:

– Найти Дуорма. Допросить. Найти всех, кто девочек водили, или что там ещё эти подонки с артефактом вытворяли. И собрать всех тех, кто должны отвечать за безопасность сокровищницы. Срезать плоть с костей. Заживо срезать, и до самого конца не позволять им умирать. Мясо и внутренности выбросить в выгребную яму, а кости пусть служат уборщикам и ассенизаторам.

Возле зияющего провала раскопа стояли и лежали девять скверно выглядевших тел. Похоже, их кто-то ещё при жизни жестоко искалечил, а затем насекомые и мелкие трупоеды Запретной пустыни внесли свою лепту.

То, что эти события произошли несколько дней назад, тоже сказывалось. Запах вокруг ямы стоял такой, что мухи со всей округи слетелись.

Но Эйцих даже не поморщился.

– Что они сказали? – спросил он у тёмной фигуры, что выдавливала из мёртвой экспедиции слово за словом.

– Экзарх, они нашли саркофаг в толще земли. Начали копать проход к нему. Оставалось два дня работы, когда их убили. И да, скорее всего, они работали напрасно. Вон там, на углу, вскрытый тайник со старыми останками. И, похоже, вскрыли его несколько дней назад. Мы нашли частицы сеххиума, его плиты окружали тайник со всех сторон и сверху. Поэтому наши братья его не заметили, но заметил их убийца. Всё указывает на то, что он пришёл за содержимым, а не за нашими людьми. Это была случайность.

– По-вашему, всех их убил один человек?

– Экзарх, наши братья пали слишком давно и слишком пострадали при гибели. Нам удалось выяснить не так много. Да, скорее всего, это был человек. Один. Очень сильный маг, его удары выжгли весь раскоп. Даже преображённый ничего не смог сделать. Его власть не подействовала.

– Описание внешности есть?

– Простите, экзарх, боюсь, что подробности мы от них не узнаем. Было темно, и всё случилось быстро. Так быстро, что не все успели разглядеть напавшего. И те, кто его видели, детали не сообщают.

– Он убил их и забрал камень, или сделал что-то ещё?

– Пропали все артефакты, кроме костей разговора, остальное нетронуто. Также под навесом остались оттиски лошадиных копыт.

– Он что, на лошади сюда прискакал? – с трудом не выказал удивление Эйцих.

– Точно установить сложно. Такие оттиски можно нанести вручную. Достаточно носить с собой набор копыт.

– И зачем это делать?

Говорящий пожал плечами:

– Хотя бы затем, чтобы запутать нас. Простите, экзарх, я просто рассматриваю все возможные варианты.

– Другие следы остались?

– Да, экзарх, остались, но толку от них почти нет. Простите, но два дня назад здесь прошла сильная чёрная буря. После неё наши следопыты только руками разводят. Они всё же нашли две цепочки почти уничтоженных следов, но проследить их не получилось. Вон там, за тем пригорком, похоже, некоторое время находились человек и конь. Вон там они тоже отметились. Повезло, что примяли живую траву, она даже после чёрной бури иногда способна давать ответы.

Эйцих указал на север:

– Этот человек пошёл туда?

– Мы не знаем, пошёл ли он туда или наоборот пришёл оттуда.

– Это ведь где-то там был потерян мучитель разума?

– Да, экзарх. Где-то в ближайшей низине. Так сказал Голос.

– Мне известно, что сказал Голос.

– Простите, экзарх, – низко склонился говорящий с мертвецами.

– Тут неподалёку город паченрави. Этот человек мог прийти от них?

– Город отсюда к юго-востоку, а второй след на юго-западе. Но если он двигался не по прямой, то да, мог.

Эйцих повернулся ко второму говорящему:

– У тебя, насколько я помню, есть свои уши у паченрави.

– Да, экзарх, есть один человек.

– Как много он знает о жизни города?

Говорящий пожал плечами:

– Нам неизвестно, насколько он информирован. Знаю точно, что о работе порталов ему почти ничего неизвестно. Мы спрашивали о них однажды, он ничем не смог помочь. Сразу сказал «нет» и вернул плату. В остальных случаях помогал.

– Как быстро ты сможешь узнать, не уходил ли кто-то из города в пустыню?

– Простите, экзарх, я не могу ответить. С паченрави всё непредсказуемо, связь с тем человеком непостоянная.

– Как свяжешься, все, что можно узнай, и тут же лично мне доложи. В любое время можешь меня беспокоить.

– Да, экзарх.

– И что там по столице Мудавии? Ты обещал, что у тебя вот-вот появится там новый агент с хорошими связями.

– Да, экзарх, агент уже там. Но возникли некоторые сложности.

– Конкретнее.

– Оказалось, что агента знает в лицо десница Кабула.

– Это тот дерзкий юноша, из-за которого пострадали наши братья?

– Да, из-за него. Сейчас он в Мудавии по степи носится и угоняет скот, будто обычный конокрад. Но рано или поздно вернётся, и нашему человеку придётся принимать меры предосторожности, чтобы с ним не столкнуться. А ещё у агента возникли неприятности из-за местного криминала. Какие-то столичные воры его обокрали. Настоящие виртуозы сработали: пролезли через узкий лаз, куда крысы едва протискиваются, обошли все меры безопасности и вынесли самое ценное. Пропали дорогие товары, доставленные по заказу человека, который сейчас, вроде как, самый главный в Мудавии. Хотя может это и не так. В этой ненормальной стране ни в чём нельзя быть уверенным. Но, так или иначе, наш агент именно под предлогом быстрой доставки нужных товаров втёрся к нему в доверие. А теперь товаров нет.

– Этот мудавиец, получается, будет недоволен?

– То, что пропажа заказа ему не понравится, несомненно.

– Твой агент не может заново собрать эти товары?

– Простите, экзарх, но некоторые вещи в Мудавии очень сложно достать. Например, чистые алмазы большого размера – огромная редкость. У местных ювелиров даже мелкие тяжело найти. А там несколько штук весом от пятнадцати до девятнадцати карат. Быстро доставить новую партию никак не получится.

– Это может навредить твоему агенту?

– По поводу вреда пока ничего сказать не могу. Но агент неглупый, опытный. Надеюсь, как-нибудь выкрутится. Экзарх, вы хотели дать ему какое-то поручение?

– Да. Пусть поспрашивает. Может кто-то где-то видел артефакт, или что-то о нём слышал. Вещь приметная. Я не верю, что его забрали паченрави. Подземные черви не высовываются из своих пыльных городов, это противоречит их укладу. Скорее всего, артефакт перевезли куда-то в Мудавию. И заодно пусть твой человек присмотрится к этому неугомонному деснице. Голос назвал его имя и сказал, где находится особый дар для названного. Тот, чьё имя произносит Голос, должен принадлежать Смерти. И мы, как её верные служители, об этом позаботимся.

⠀⠀

^{Книга двенадцатая}

Рунный практик

Примечания автора («Автор тудей»):

Нормальным людям обложку смотреть не рекомендуется – это спойлер, жирно намекающий на то, что герой сильно похудел (прям смертельно похудел, если сравнивать с предыдущими обложками). Если кому-то всё же интересны особенности диеты по системе «Гоголь», где главную роль играет природа и основной продукт животноводства Мудавии, можете и обложкой любоваться и даже сопроводительный текст почитать. Там, как обычно, ноль действия, односложные диалоги олигофренической тематики и несколько ничтожно-микроскопических пародий на главы, где уныло-многословные описания степных красот перемешаны с основным продуктом (и да, раз уж начал спойлерить, намекну о единственной интриге: снова появится зловещая куча, что-то в себе скрывающая (автор перепутал, много чего скрывающая куча будет в следующей книге, в этой фигурирует лишь большая ложка, подаваемая к основному продукту животноводства Мудавии).

Чернейшие тучи сгущаются над беззащитной степной страной. Непобедимое зло приближается к столице медленно и уверенно, и никто не в силах его остановить. Несмотря на все старания властей, паника усиливается с каждым днём. И как же ей не усиливаться, если каждому жителю понятно, что без сильной армии, сотен метательных машин и тысяч дорогих алхимических снарядов город обречён.

Многие уверены, что десница полностью спятил, потому что у него всего лишь четыре катапульты и толпа оборванцев, которой место на паперти, а не на поле боя. По всеобщему мнению при столь печальном раскладе ему следует не в «солдатиков» играть, а убегать, не оглядываясь, как можно быстрее и как можно дальше.

Но я с этим мнением не согласен.

^{Глава 1}
♦
Бюджетное вундерваффе или армия из ничего

Арбалет – древнее оружие с непростой историей. Даже я, не очень-то в первой жизни интересовавшийся античностью, смутно помню, что его изобрели ещё до нашей эры то ли греки, то ли римляне. Причём ни у тех, ни у других он широко не применялся, да и позже (в целом) не пользовался той же популярностью, что его ближайший предок – лук. Да, случались эпохи расцвета этого оружия, не отрицаю. Иногда кратковременные, иногда очень и очень продолжительные, когда периоды упадка раз за разом сменялись всплесками интереса, или даже вообще не случались. Например, в том же Китае многозарядные «чо-ко-ну» использовали два тысячелетия, причём зачастую массово. От этого несуразного убожества, пригодного лишь для почти неприцельного торопливого отстрела незащищённых целей на минимальной дистанции, китайцы полностью отказались лишь в первой половине двадцатого века.

Точно помню, что если брать европейский регион, почти всегда и везде наконечников стрел археологи находят на порядок больше, чем остатков болтов. При этом высокая эффективность арбалетов никогда не отрицалась. Также смутно припоминается, что, вроде как, католическая церковь даже объявляла это оружие сатанинским, добиваясь его полного запрещения. Очень уж некоторым не нравилось, что почти необученный простолюдин-стрелок мог одним движением пальца убить благородного рыцаря, которого готовили к битвам с малолетства и обеспечивали дорогими доспехами.

Идея арбалета столь очевидна, что его, скорее всего, изобретали снова и снова в разных регионах, независимо. И, как показала моя вторая жизнь, даже в других мирах до него додумались.

Да-да, прогрессорством мне и в этой теме заниматься не позволили. Здесь давно догадались прикрепить лук к ложу, добавив механизм удержания тетивы и спуска. Даже человек без каких-либо навыков и с минимальными наполнениями атрибутов способен запросто с таким оружием обращаться. На обучение не потребуется много времени, и заключается оно лишь в знакомстве с конструкцией и улучшении меткости. То есть капля теории, дабы сам себя не подстрелил и ничего не сломал, а затем чуть-чуть практики.

Если человек не полностью безнадёжен, то как обращаться, за минуты разберётся. Не знаю, может на Земле у современных блочных «монстров» и есть какие-то сложные особенности, а здесь всё примитивно. Ну, а дальше десяток-другой выстрелов по мишени, и этого уже достаточно, чтобы отправлять болты не «куда-нибудь в ту сторону», а хотя бы приблизительно в цель.

Как и на Земле, повышенной популярностью арбалеты не пользовались. В профессиональной армии они попросту не нужны. Там сплошь приличные воины, следовательно, у всех стрелков имеются прокачанные навыки для лучников. Лук куда скорострельнее, и его можно запросто использовать всадникам, да и конструкция гораздо проще, и потому при одинаковой цене он получается качественнее.

Казалось бы, логичный шаг – вооружить арбалетами самых никчемных, презираемых вояками простолюдинов. Ведь обучить кого угодно несложно, а недостаток меткости при массовом использовании – не велика беда. Пускай залпами по вражеским построениям работают, не пытаясь поражать уязвимые точки. На коротких дистанциях, тяжёлые болты, даже попадая в самые крепкие детали доспехов и в приличных воинов, способны озадачивать.

Но если кто-то дошёл до той стадии, когда в бой приходится отправлять массы самых ничтожных бет, это означает и то, что с финансами у этого кого-то не всё прекрасно. А ведь даже самый примитивный полностью деревянный арбалет стоит денег (как и болты к нему), и при этом толку в местных войнах от него не будет. Такая поделка бьёт недалеко и убойность у неё не впечатляющая. В общем – не имеет смысла. Ну, а хорошее оружие и денег требует хороших, по вышеизложенным причинам никто его крестьянам массово раздавать не станет.

Если коротко подытожить: арбалеты дороже луков и при этом сильно уступают им в скорострельности и универсальности (потому что их не любят использовать всадники). Можно назвать и другие причины, но лично я считаю, что перечисленные недостатки – главные. Именно из-за них потомок лука не снискал широкого применения в этом мире.

Но тут, внезапно, появляюсь я. Человек умный, находчивый (и скромный), при больших деньгах и прямо сейчас нуждающийся в сильной армии.

Сильную армию даже в спокойные времена нельзя купить, попросту выложив деньги из кармана. Здесь поблизости нет своей Швейцарии или Германии, где можно оперативно договориться о найме тысяч и тысяч вооружённых и обученных ландскнехтов, способных сразу после оплаты сражаться совместно не как толпа безмозглая, а как полноценное войско.

Так-то наёмников в этом мире хватает, но, обычно, это отряды от десятков до первых сотен бойцов. Также в доступном для меня радиусе есть несколько подобий гильдий, где можно набрать и пару-тройку тысяч, но им потребуется время для отработки взаимодействия (а зачастую и для выяснения, кто здесь самый главный).

Как бы там ни было, ни гильдии, ни большие отряды мне сейчас не светят. Их разбирают до последнего солдата ещё в преддверии больших войн. И даже если успеть попасть в этот промежуток, они, скорее всего, откажут какому-то непонятному юноше из почти мёртвого клана, дабы не злить нанимателей, с которыми у них давным-давно заключены предварительные договорённости. Разве что деньгами попытаться переманить, но это путь скользкий, потому что порядочные на это не клюнут, а непорядочные солдаты удачи потребуют много и сразу, после чего запросто кинут.

Благородством низовая наёмная публика, как правило, не блистает, да и бояться такого, как я, не станет. То есть без авторитета или могущественных покровителей за спиной размахивать перед ними мешками с золотом бессмысленно.

Но с кучкой соратников, крохотной дружиной и ошмётками корпуса мне Тхат не потянуть. Оставленная от всех щедрот Кабула тяжёлая конница – не более чем лёгкое извинение от императора. Увы, это не самый лучший отряд, да и многочисленным его не назовёшь. Скорее символическая поддержка, чем реальная. Если встретимся в чистом поле, южане даже без кварты нас спокойно массой задавят.

То, что они до сих пор это не сделали, объясняется лишь тем, что неожиданным разгромом у Козьей скалы мы здорово охладили их пыл.

Где же взять армию, если с наймом такие сложности?

На этот вопрос я предусмотрительно начал искать ответ ещё до того, как отправился в южную степь. Не нужно быть гением, чтобы догадаться – при такой разнице в силах и возможностях затишье надолго не затянется, и чем раньше примешься готовиться к обострению, тем хуже для врага.

Не буду перечислять всё, что удалось придумать и хотя бы частично осуществить. Остановлюсь на самом главном – на том, что именно должно стать основой объединённой армии.

Единственный реальный источник для массового набора солдат у меня на тот момент оставался один – население Мудавии. Преимущественно бедные горожане и беженцы – первые массово повалили к вербовщикам после выступления вражеских некромантов, вторые и до этого зачастую были готовы за плошку риса на что угодно подписаться.

Первые годились для пехоты, городская жизнь многих отучила от седла. Вторые – наоборот, как правило, в седле проводили больше времени, чем на ногах. Получалось естественное разделение.

Правда, в итоге большая часть кочевников отправилась в ту же пехоту. Нет, коней, причём хороших, у нас после южного вояжа хватало, но тактика, что пока существовала лишь в моей голове, не требовала наличия значительных масс скверно обученных конников. Да и организовать всадников куда труднее, чем «пешеходов», что в условиях нехватки времени и дичайшего кадрового голода – ключевой фактор.

Пехота из простолюдинов (да и конница тоже) везде и всегда считалась унылым мясом. Такие отряды имело смысл применять массово, кидая огромными толпами при начале битвы, чтобы альфы с бетами утомились их вырезать.

Ну а как устанут, свои беты и альфы подтягиваются.

Со свежими силами.

Учитывая мизерную цену жизней простолюдинов – тактика приемлемая.

Но не для меня.

Нет у меня альф с бетами в приличном количестве, чтобы придерживать их для финального этапа битвы. Да и от предрассудков первой жизни вряд ли когда-нибудь избавлюсь полностью, и потому мне претит столь прямолинейно проливать реки неблагородной крови.

Но что прикажете делать с массой слабых и необученных простолюдинов, если не бросать их толпами на убой?

Что-что… Надо сделать так, чтобы не они об врага убивались, а наоборот. Но как прикажете это устроить, если один обученный омега невысокого ранга способен без посторонней помощи играючи прирезать пятерых сиволапых крестьян или пастухов?

А учитывая нехватку оружия и отсутствие хороших доспехов, и десяток таких противников не заставит его запыхаться.

Нет, в ближнем бою столь никчемным воякам делать нечего.

Ладно, пускай сражаются в дальнем, я же не против. Но каким дистанционным оружием? Традиционным для Мудавии? Это пращи для городских люмпенов и луки для степняков.

Праща – вообще не вариант. Даже с самыми хорошими металлическими пулями дальность не впечатляет, убойность тоже не радует. Тяжёлая пехота такой обстрел не заметит, а конница будет оставаться под ним недолго. Домчится в секунды и перетопчет стрелков.

Луки – интереснее. Но ими владеют немногие скотоводы, и оружие у них самое лёгкое и примитивное, для отстрела дроф с сайгаками. На тех же вековечных врагов скотоводов – волков, они с ними не ходят. Предпочитают устраивать загонные охоты, где травят зверей псами и колют рогатинами. Даже профильные навыки от ПОРЯДКА далеко не у всех открыты, потому что практики маловато.

Также надо учитывать проблему нехватки стрел. Увы, в Мудавии практически нет своего производства. Охотники довольствуются корявыми самоделками, против дроф с сайгаками их достаточно. Для армии хорошие боеприпасы поступают из неблизкой Равы, где их массово изготавливают особые артели. Но в преддверии большой войны они загружены государственными заказами, много от них не получишь. Что до местных мастеров – они их тоже могут делать, но очень медленно. К тому же материалы достать непросто. Одна из главных проблем – древко. Здесь, в степи, почти нет своей древесины, а та, что попадается, сучок на сучке и перекручена столь жестоко, что получение из неё длинных плашек, что колются на ровные заготовки, становится почти невыполнимой задачей.

К тому же эти плашки необходимо вырезать или вырубать из подготовленного материала. А это, в первую очередь, сушка подходящих брёвен, и лежать под навесами они должны не меньше года. Разумеется, заранее в нужном количестве их здесь никто не заготовил, и потому бессмысленно размахивать мешками с деньгами, купить не получится.

В общем, боеприпасы в дефиците, лучников мало и качество стрельбы у них оставляет желать лучшего.

Я к тому веду, что даже полностью глупый человек, попав в мою ситуацию, неизбежно вспомнит про арбалеты.

Вот и я вспомнил.

Длительное обучение не требуется, и это прекрасно, это нам очень и очень подходит.

Для болтов сгодится почти любая древесина, и необязательно подготовленная по всем правилам. Степная, кручённая ветрами, даже лучше, она при всех её недостатках крепче и плотнее, а то, что заготовки длинные из неё сложно получать – не критично. Арбалетные боеприпасы куда короче стрел, для них достаточно и укороченного материала.

Низкая скорострельность…

Это, безусловно, минус. И минус жирный. Однако если выбирать между «послать толпу на бессмысленный убой» и «дать толпе разок-другой выпустить тяжёлые болты по вражескому построению», предпочтительнее выглядит второй вариант.

Цена…

Арбалет – дороже лука (не говоря уже о копеечной праще). Однако для меня этот фактор непринципиален. Тут единственный минус просматривается – ценное оружие многим захочется украсть. Традиции государственные, увы, поощряют криминал. Сбегут новобранцы из армии, прихватив дорогое имущество в качестве сувенира, и придётся мне дезертиров по степи вылавливать, вместо того чтобы воевать.

Доступность…

Вот тут всё очень плохо (и это я очень мягко выразился). Если перетрясти всех местных торговцев, даже сотни арбалетов не наберётся. Оружие не самое простое, популярностью не пользуется, да и цена для нищей Мудавии о-го-го выходит. К тому же строгость местных законов хоть и смягчается их игнорированием, но отчасти сказывается. Лишь некоторые ополченцы имеют право держать мощные боевые самострелы, и отдельные зажиточные граждане, не пожалевшие денег на взятки. Все прочие рискуют в лучшем случае отделаться конфискацией и штрафом.

В общем, в Мудавии приобрести приличное количество арбалетов нереально. В Раве такой товар доступнее, но для моих нужд это тоже ничто. К тому же, там большая часть самострелов – слабосильные изящные поделки для охоты на мелкую дичь. Скучающие богатеи ворон и кроликов из них отстреливают. Это хобби не то чтобы массовое, но даже подобия клубов по интересам существуют, где такие охотнички собираются.

В общем, быстро додумавшись до арбалетов, я также быстро осознал, что если останавливать свой выбор на них, придётся заняться самостоятельным изготовлением.

Ну то есть не совсем самостоятельным. Моя роль в этом деле – заказчик-руководитель, а руками работать должны местные мастера.

Пообщавшись с ними, я понял, что дело усложняется. Лишь единицы из оружейников могли создавать изделия качеством выше среднего, причём такая работа требовала бездну времени. Если чуть жертвовать качеством и полностью отказываться от «красивостей», скорость возрастала, но не сказать, чтобы кардинально.

К тому же я провёл испытания созданных образцов и остался недоволен. Увы, только в тот момент начал понимать, что стандартные арбалеты из обычных материалов слабоваты для задуманных целей. Воина в хороших доспехах из них завалить разве что в упор получится, да и то не всякого. Учитывая наличие обычных и магических щитов, а также защитных артефактов, при такой убогой скорострельности они не успеют нанести приличный урон даже лёгкой пехоте.

Про тяжёлую и вовсе промолчу.

А уж про быструю конницу лучше и вовсе не вспоминать.

Простой на первый взгляд план начал усложняться. Для начала я подумал про усиление оружия. Но если брать обычный ручной арбалет, увеличение мощности сопряжено с утяжелением конструкции. Причём с какого-то предела изменением веса уже ничего не добьёшься, так как самострел станет неподъёмным. Дальше потребуются материалы получше, а там и вмешательство мастеров-артефакторов.

В Мудавии почти всё, кроме навоза, или просто дефицит, или дефицит страшный, и качественных материалов это тоже касается. Если довольствоваться обычными, конструкцию придётся утяжелять до такой степени, что полученное оружие перестанет быть ручным. Его придётся таскать вдвоём или втроём, а то и на колёсном лафете перемещать. Насколько мне помнится, подобные «мега-арбалеты» в земной истории отметились. Назывались они аркбаллистами и в «допушечную» эпоху выступали в роли полевой артиллерии.

Я ничего против полевой артиллерии не имею, и даже разместил заказы на пару десятков таких аркбаллист, но понимал, что даже минимальную ставку на столь тяжёлое вооружение делать не стоит. Скорострельность совсем уж плачевная выходит, мобильность хромает, солдат сложнее готовить, и, самое главное, на изготовление уходит слишком много времени и материалов.

И у боеприпасов к ним те же проблемы.

Итогом моих мысленных мучений стал особый арбалет. Настолько особый, что, завидев прототип, мастера, которых я вызвал, дружно скривились. Впрочем, услышав, сколько я согласен за такое убожество платить, они тут же оживились и нарекли эту позорную несуразицу гениальным изобретением.

Представьте себе почти полноценный брус, подходящий для строительства крепких одноэтажных домов. Квадратного сечения, длиной больше метра, из той самой «кручённой» степной древесины, о которую самые качественные пилы быстро тупятся. Ему даже углы толком не обтесали, дабы сроки изготовления не затягивать. Спереди в глубоком пазу закреплён толстенный лук из реек и роговых пластин в несколько слоёв, скреплённых сухожилиями и ремешками из сыромятной кожи. Металла в конструкции минимум, и почти весь он пошёл на механизм удержания тетивы и спуска. Тетива толстенная, с палец, но даже такая в лучшем случае выдерживает не больше пары сотен выстрелов.