Текст книги "Боевая единица"

Автор книги: Артем Каменистый

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 30 страниц) [доступный отрывок для чтения: 13 страниц]

Зная российское законодательство, она понимала, что раздобыть огнестрельное оружие не получится. В специализированных магазинах просто так его не продадут, а как найти нелегальных торговцев, девушка не представляла. Где-то они наверняка есть, но вот рекламировать свою деятельность подобные люди не будут.

Однако Лина все же купила в киоске толстенный рекламный справочник и карту Москвы. Найдя ближайший магазин, торгующий средствами самозащиты, она направилась к нему. Логика была проста – пистолет ей там не продадут, но зато наверняка удастся подобрать что-нибудь полезное, пусть и не столь смертоносное.

Так и оказалось.

Девушка немало подивилась ассортименту членовредительных товаров, продаваемых безо всяких ограничений. Да, армейский пистолет здесь не купить, но вот боевые метательные ножи продавались свободно. Трудно было представить, что их можно использовать в мирных целях, впрочем, Лина не собиралась заниматься критикой разрешительной системы. Консультант с сомнением уставился на девушку, увлеченно рассматривавшую витрину с огромными тесаками для прорубания троп в джунглях ближнего Подмосковья, но поспешил пойти на помощь – грех упускать возможность пообщаться с такой красоткой.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? Вы хотите выбрать тесак для работ на даче?

Появление приятного парня, горящего желанием помочь выбрать необходимые вещи, Лину обрадовало. Кто как не продавец знает все достоинства товаров, да при этом еще и хорошо ориентируется в ассортименте.

– Нет, тесак для работ на даче мне не нужен. Скажите, а нельзя ли посмотреть вот эти метательные ножи?

Скрывая изумление, парень открыл витрину, еще больше удивился, когда девушка с профессиональной сноровкой проверила балансировку цельнометаллических ножей, заточку, толщину и массу каких-то других параметров. На осмотр всех разновидностей у нее ушло не больше минуты, после чего показала самый невзрачный образец, выглядевший весьма безобидно:

– Я бы хотела взять десять таких ножей.

Продавец с трудом скрыл изумление. Дело в том, что недавно магазин посетила компания цирковых артистов, в том числе и метатель ножей. Он был немного подвыпивший и, явно красуясь перед дамами, с комментариями пересмотрел множество образцов, в итоге заявив, что этот нож самый лучший. Надо сказать, что странной девушке на это потребовалось гораздо меньше времени.

– Сейчас посмотрю, – кивнул он.

К сожалению, нашлось всего восемь, да и то после короткого осмотра три из них Лина забраковала. Продавец уже намеревался отправлять ее к кассе, но не тут-то было – девушка на этом не остановилась. Вслед за метательными ножами она выбрала большой охотничий, причем не из дешевых, затем взяла сразу четыре баллончика с перцовым слезоточивым наполнителем, а закончила свой шопинг выбором двух пневматических пистолетов с запасом баллончиков и пуль-шариков.

Осмотрев получившийся набор, Лина кивнула:

– Все, этого достаточно.

– Неужели где-то началась война? – попытался пошутить консультант.

Девушка пожала плечами и на полном серьезе ответила:

– Не знаю, новости утром не слушала. Сколько я должна за все это заплатить?

Услышав сумму, Лина приуныла. Она вдруг осознала, что денег у нее не столь уж много. После расплаты с таксистом, гостиницы, одежды и этой покупки у нее осталось не больше четверти от исходной суммы. Такими темпами она скоро окончательно разорится. У нее были кредитные карточки, выданные Буренкой, но использовать их – все равно что громогласно объявить всему миру о своем нахождении. Кто знает, может, ее и впрямь усиленно разыскивают? Подчиняясь своим параноидальным мыслям, она даже телефон выключила, подозревая, что его можно легко запеленговать.

Расплатившись, Лина покинула магазин с пакетом зловещих покупок. Теперь ей необходимо было приобрести некоторые мелочи вроде ниток с иголкой и скотча, после чего найти укромный уголок, где можно без помех распределить свой арсенал по одежде. Девушка была довольна – хотя серьезного оружия у нее и не было, но все равно она теперь гораздо лучше подготовлена к разным неприятностям. Даже безобидные пневматические пистолеты могут неплохо выручить в трудной ситуации – их не так просто отличить от боевых. Да и шарики могут нанести весьма болезненные, хотя и не смертельные ранения – противнику не поздоровится.

До встречи оставалось еще немало времени, Лина успеет к ней подготовиться.

Кимов был несколько удивлен тем, что его допустили на просмотр полученной информации. Раньше он думал, что такое попросту невозможно. Это было несколько неожиданно и явно указывало на то, что Ланс решил поощрить привлеченного сотрудника своим высочайшим доверием. Теперь майор размышлял: хорошо это или плохо. С одной стороны– да, как-то приятно, но вот с другой… А не означает ли это, что после окончания операции его попросту пустят в расход? Поневоле вспоминается хрестоматийное: «Он слишком много знал». А знает Кимов много, ох как много! Люди Ордена во многих отношениях были по-детски наивны, и грамотно скрывать свои тайны не умели. Майору не хватало нескольких звеньев, чтобы связать всю цепь. Там неосторожное слово, здесь неполная распечатка, настораживающая как раз своей красноречивой неполнотой. Он был профессионалом и умел получать целое из частного. Сейчас Кимов знал далеко не все, но с каждым часом белых пятен для него оставалось все меньше и меньше. Рано или поздно он сможет восстановить всю картину и тогда… Впрочем, думать об этом пока рановато.

Помимо майора в комнате присутствовали магистры Ланс и Ротан, а также пятеро сотрудников высокого ранга, руководящие различными направлениями операции. Не исключено, что полученная информация не имеет практической ценности, но в противном случае командование не хотело тратить лишнее время на ознакомление всех – кто знает, возможно, потребуется мгновенно принять важное решение. Не стоит медлить там, где этого можно избежать. Ланс сознательно не стал знакомиться с посланием настоятельницы. Не исключено, что в нем находится самый главный компромат на верхушку заговора, в этом случае неплохо бы взглянуть на реакцию собравшихся. Если она окажется неадекватной, он с помощью Ротана спокойно решит эту проблему.

Робинсон, официальный заместитель главного куратора Западно-Европейского отдела, вставил диск в проигрыватель, вытянул руку с пультом, указывая на плазменный экран с высветившимся содержимым:

– Здесь маленький текстовый файл и большой фрагмент с видеоинформацией. С чего начнем?

– Текст, – коротко приказал Ланс.

На экране возникло всего три слова: «Приятного просмотра. Ветрова».

В комнате воцарилась тишина, все дружно пытались переварить полученную информацию. Несмотря на лаконичность, сообщение давало немалую пищу для размышлений и не объясняло при этом ровным счетом ничего. Молчание нарушил Ланс:

– Ну что же, начнем просмотр.

Экран мигнул, на пару секунд его заполнила странная надпись – «Деревенские страсти» в окружении мультяшных мордочек улыбающихся поросят. Затем статическая картинка закончилась и пошел экшен. Здоровенный, толстый мужик, стоя на фоне дощатой стены, снял через голову рубашку, обнажив чудовищно волосатый торс. Улыбнувшись собравшимся, он взялся за вилы, и принялся ими интенсивно орудовать. Камера отъехала назад, давая крупный план. Выяснилось, что человек находится возле большого сарая и занимается тем, что перекидывает навоз из маленькой кучи в большую. Зрители молча следили за действием, ожидая, когда среди отходов животноводства появится что-то интересное, спрятанное от людских глаз, ради чего, собственно, и снят ролик, только Кимов тихо прокомментировал:

– Судя по наколкам, получил срок за хулиганство, на зоне был «опущенным».

Тем временем мужчина с размаха воткнул вилы в малую кучу, вытер пот со лба, всем своим видом демонстрируя крайнюю усталость. Отойдя от фронта работ, пошарил в сумке, висящей на стене, извлек из нее бутылку вина. Ловко сковырнув пластмассовую пробку, он нацепил на горлышко соску, после чего, сопровождаемый камерой, направился за угол сарая.

Там обнаружилась здоровенная коза, пощипывающая на вытоптанном пятачке скудные реликты уцелевшей травы. Перебраться на более обильное пастбище ей не давала цепь, привязанная к колышку, вбитому в землю. При виде человека рогатое животное заметно оживилось, поспешило навстречу, радостно блея. Ухмыляющийся мужик опустил бутылку, коза мгновенно к ней присосалась, явно не впервые сталкиваясь с подобной процедурой.

Зрители со все более возрастающим недоумением проследили, как животное-алкоголик лихо выдуло все вино, да еще и жалобно проблеяло, явно намекая на добавку. Но мужчина проигнорировал намек, вместо этого обошел козу, ухватил ее за задние ноги и сноровистым, отработанным движением просунул их за голенища грязных кирзовых сапог, после чего начал расстегивать штаны.

В мертвой тишине голос Кимова прозвучал набатом:

– Думаю, теперь вы поняли, что имела в виду Ветрова, когда пожелала нам приятного просмотра.

– Выключите это, – невозмутимо произнес Ланс.

– Может… Может, дальше пойдет что-то важное? – запинаясь, вопросил Робинсон.

– Дома посмотрите, – ответил магистр. – В более интимной обстановке.

Завышать ценность ролика больше никто не рискнул – все было понятно. Экран погас, несколько мгновений все уныло молчали, явно ощущая себя несколько не в своей тарелке. Тишину нарушил Кимов: хлопнув по колену, он рассмеялся:

– Нет, чем дальше, тем симпатичнее мне эта Ветрова! Как она, а? Я бы сказал, что всех нас сейчас очень лихо поимела простая девятнадцатилетняя девчонка.

– Возможно ли, что специалисты ошиблись и взяли не ту информацию? – поинтересовался Ланс.

– Исключено! – уверенно произнес майор. – Мы получили то, что Ветрова для нас оставила. Исходные файлы были перенесены на оптические диски, после чего уничтожены. Она просто пошутила, причем неплохо пошутила.

– Может, информацию еще можно как-то восстановить? – с чудовищным акцентом, нападавшим на него только в минуты волнения, спросил Робинсон.

– Сомневаюсь, – ответил Кимов. – Я скажу специалистам, но не думаю, что от этого будет толк. Ветрова явно не дура, скорее всего, уничтожение проведено с помощью специальной программы, так что ловить там уже нечего.

– Она так нигде и не объявлялась? – рутинно поинтересовался Ланс.

– Нет. В гостинице оставлена засада, но я не верю, что Ветрова туда вернется. Задержан таксист, отвозивший ее в Москву, сейчас его допрашивают. Телефон в сети так и не обнаружился, но мы подготовили аппаратуру для его определения в выключенном состоянии. Сейчас этот комплекс возят в районе гостиницы, не исключено, что Ветрова все еще где-то там. Да, и еще… Найден автомобиль, который захватил Бровкин при побеге, но на этом след обрывается.

– Бровкин меня волнует меньше всего, – произнес Ланс. – Я жду от вас эффективных шагов по поимке Ветровой. Это ваша главная задача.

– Хорошо, – кивнул Кимов.

Робинсон, с потерянным видом рассматривающий злополучный диск, снова вопросил:

– Я так и не пойму, почему на картинках были поросята? Ведь трахают козу?

– Заберите этот диск себе, – без улыбки предложил Ланс. – Мне почему-то кажется, что если вы досмотрите фильм до конца, то этот вопрос отпадет.

– Стойте! – шепнула девушка.

– Старкова, в чем дело?

– Вы разве не слышали?

– Нет. А что?

– Металл звякнул… Где-то рядом… совсем рядом.

Настоятельница прижала ладони к ушам, выставила их лодочкой, пытаясь усилить звуки, которые могут доноситься из монолитной тьмы, окружавшей их со всех сторон. К этому моменту ее телефон разрядился до опасного предела и был выключен, трубка девочки тоже почти села, ее включали крайне редко. Последние часы они двигались почти вслепую, лишь изредка подсвечивая в самых трудных местах. Технические переходы были узкими, часто разветвлялись или пересекали заброшенные галереи древней системы подземных ходов, не использовавшихся веками. Нельма сама уже не могла понять, где они находятся – в этом лабиринте ей доводилось бывать всего несколько раз и только в сопровождении опытных сотрудниц. Но даже они не всегда внятно могли объяснить, куда ведет тот или иной лаз – за время существования Монастыря их проделали столько, что непонятно, как земля могла держать здания – тяжелые постройки должны были неминуемо провалиться.

Несмотря на все усилия, ничего подозрительного расслышать не удалось. Но настоятельница почему-то была совершенно уверена в том, что рядом кто-то есть. Шестое чувство, или просто ложная мысль, но долго стоять на месте Нельма не стала и громко вопросила:

– Кто здесь?

Несколько мгновений ничего не происходило, но затем ход залило ослепительным светом. Настоятельница и девочка одновременно вскрикнули: глаза, приобретя за время пребывания в полной тьме сверхчувствительность, отреагировали на вспышку крайне болезненно. Невидимый человек тут же опустил фонарь, освещая пол и свои ноги. Осторожно разлепив веки, Нельма удивилась было тому, что эти ноги обнажены – в Монастыре так не ходили, но, увидев отблеск полоски стали, сразу все поняла:

– Лилит, это я, настоятельница, со мной младшая воспитанница. Можешь спрятать Аргумент, мы тебя не обидим, гарантирую.

– Я вас уже узнала, – бархатисто-сексуальный голос смотрительницы показался крайне неуместным в этой непритязательной обстановке.

– Ты одна?

– Уже да, – как-то странно ответила экзотическая красавица и грациозным, отточенным движением спрятала меч в ножны.

Нельма подошла к смотрительнице. Ее глаза привыкли к яркому свету и она рассмотрела, что Лилит одета в свою вечную миниатюрную тунику. Настоятельница нахмурилась. Нет, ее вовсе не смутило легкомысленное одеяние – это было стандартное облачение смотрительниц Клетки. В нем проходила большая часть их жизни, хоронили хозяек Аргумента тоже в нем. По традиции, на эту роль выбирали самых длинноногих девушек, дабы они гармонично соответствовали своей униформе. Учитывая то, что помещения, где содержались твари, обогревались круглый год, в столь легком наряде можно было чувствовать себя прекрасно. Однако в остальной части подземного комплекса, где температура колебалась от семи до десяти градусов в зависимости от сезона и расположения… Лилит сейчас приходилось очень несладко.

Тем не менее, несмотря ни на что, смотрительница выглядела, как обычно, великолепно. Настоятельница на миг почувствовала гордость за себя – ведь именно она усмотрела в нескладной девочке, гадком утенке, будущую красавицу, да еще и с немалой ментальной силой, позволившей ей занимать нынешнюю должность. Монастырь – это не стены, это люди, а Лилит стоила нескольких десятков обычных сотрудниц, лишь ее одну признавал Аргумент.

Подавив лавину мыслей, Нельма уточнила:

– Что значит «уже да»? Где остальные? Я видела, что в Клетку направлялось много воспитанниц и сотрудниц.

– Да, – согласилась смотрительница, – Их было много. Вначале. Но потом все стало плохо. Бомбы… Клетка разрушена, низшие вырвались на свободу. Часть их осталась под завалами, но оставшиеся устроили резню. Те, кто не успел убежать, погибли.

– Значит, тебе повезло, – констатировала настоятельница.

– Нет, – возразила Лилит. – Я осталась возле Клетки и теперь усмиряю тварей. Мне удалось убить мангуса и ракшаса, услышав шум, я думала, что это очередной демон, и приготовилась к удару. Я не вижу в темноте, но отлично умею ориентироваться на слух.

Настоятельница покачала головой:

– Старкова, нам крупно повезло, что у тебя столь острый слух! Еще немного, и нас бы расчленили Аргументом. Должна признать, довольно экзотическая смерть.

– Значит, демоны на воле? – испуганно отозвалась девочка.

– Я бы так не сказала, – возразила настоятельница. – Они далеко не на воле, мы все здесь в одной заднице: воспитанницы, сотрудницы и твари. Но должна признать, что последние в более привилегированном положении.

– Им тоже тяжело, – произнесла Лилит. – Слишком холодно, да и органы чувств повреждены. Они очень плохо ориентируются под землей. Настоятельница, раз вы уже здесь, то не могли бы сообщить, что мне следует делать? Сейчас я, по сути, нарушаю свой долг. Моя служба проходит между людьми и демонами, и я должна беречь последних. А сейчас…

– Не переживай, – отмахнулась Нельма, – Можешь считать, что твари взбесились. Бешеных демонов уничтожают, это как раз твоя работа.

– Да, настоятельница, спасибо. Вы полностью разрешили возникшее противоречие, – с благодарностью ответила смотрительница. – Я приложу все свои силы, чтобы уничтожить взбесившихся тварей.

Иногда Лилит ставила Нельму в тупик, вот и сейчас было не понять, говорит она серьезно или издевается. Девушка даже не поинтересовалась, что, собственно, произошло. Апокалипсис в отдельно взятом Монастыре прошел мимо нее. Все, что интересовало смотрительницу, это ее бесценные твари. Нет, она все же ненормальная… Впрочем, в Ордене на это не обращали внимания, и даже явные психи находили себе достойное применение. Слово «ненормальный» в организации не несло негативного оттенка, – здесь все были ненормальными в той или иной степени.

Нельма покачала головой:

– Нет, Лилит, очистить нижние уровни от тварей мы еще успеем. Сейчас ты пойдешь со мной, у нас есть более важные дела.

– Да, настоятельница, я готова.

– Ты ведь знаешь нижние уровни? – то ли спросила, то ли констатировала Нельма.

– Целиком их не знает никто, – спокойно возразила смотрительница.

– Это я понимаю. Но все равно, ты одна из лучших в этом вопросе. Сможешь вывести нас к Ковчегу?

Лилит легонько пожала плечами:

– Трудно сказать. Основной туннель завален. Там стонали раненые, но я даже не рискнула подойти поближе. Очень опасно: перекрытие в ужасном состоянии, может обвалиться в любой момент. Нет, там никак не пройти. Дублирующий туннель тоже недоступен, рухнуло его сопряжение с радиальным. Можно проверить смычку с линией электроснабжения, там узковато, но ползком пробраться можно. Если не получится, остаются дренажные колодцы и водоотводные коридоры. Там… там не слишком приятно, но зато можно ходить во весь рост. Не думаю, что они очень уж пострадали – слишком глубоко залегают. Если же это не так… Нам придется искать проход в системе старых ходов. Это поиски вслепую, их не знает никто.

– Понятно. У тебя один фонарь?

– Да, но мы можем взять еще. Неподалеку распределительный щит, там есть разные противопожарные инструменты и еще один фонарь. По крайней мере, он должен там лежать.

– Хорошо. Веди.

Глава 10

– Итак, господин майор, что вы смогли установить на данный момент? – обычным безжизненным тоном поинтересовался Ланс.

– Ничего существенного, слишком мало информации. В гостинице Ветрова так и не объявилась, сигнал ее телефона пока не зафиксировали. Допрос водителя такси ничего не принес. Разговоры с пассажиркой он не вел, ничего интересного сообщить не смог. Единственная ниточка: он сообщил, что Ветрова просила отвезти ее к гостинице, которая бы располагалась неподалеку от Ярославского вокзала. Скорее всего, это случайная привязка, но на всякий случай я послал туда трех сотрудников, пускай потолкаются среди толпы.

– Господин майор, вы меня несколько разочаровали. – Ланс покачал головой. – Трех сотрудников? Вокзал небольшой, но такого количества людей будет явно недостаточно. И, если уж говорить до конца, то там уже дежурят четыре моих человека.

– Как? – удивился Кимов.

– Дело в том… Впрочем, вам все знать необязательно. Просто в Москве существуют четыре места, одно из них на Ярославском вокзале. Время от времени там собираются несколько девочек и девушек, после чего их отвозят в… в некое учреждение. Так уж вышло, что нам необходимо перехватить последнюю партию этих особ, вот и пришлось поставить своих дежурных на всех точках. Мы попросту не знаем, где они объявятся, неизвестно и точное место их встречи. Но, учитывая вашу информацию, склоняюсь к мысли, что это как раз Ярославский вокзал.

– Вы думаете, что Ветрова как-то к этому причастна?

– Да. Не исключено, что у нее задание не дать нам… встретить этих девушек.

– Понятно. В таком случае я направлю туда кого только можно. Правда, у меня сотрудников не так много.

– Ничего, я распоряжусь, вам выделят несколько человек, способных пользоваться оружием и при этом оставаться незаметными в толпе. Как я понимаю, посылать обычный спецназ на подобное дело нерационально?

– Да, так мы просто спугнем Ветрову.

– Я с вами полностью согласен. Выполняйте.

Кимов вышел из кабинета, вытер рукавом вспотевший лоб. Почему-то в присутствии этого Ланса он всегда чувствовал себя крайне неуютно. На ум невольно пришло сравнение со змеей: маленькие колючие глазки, лицо, лишенное даже намека на мимику, плавная, шипящая речь. И еще что-то неуловимое, какая-то отталкивающая, незримая аура. Нет, магистр не был противен, он был просто омерзителен, хотя и без всяких видимых причин. Просто какая-то инстинктивная, непроизвольная антипатия.

И вечное ощущение опасности.

Поднявшись по эскалатору, Чапай встал в двух шагах от дежурных милиционеров, истово перекрестился и с надрывом произнес:

– От нечистого это, под землей, аки черти поганые, кататься! Сгинь, лукавый!

Еще раз перекрестившись, он пошел к выходу, провожаемый ленивыми взглядами сотрудников правопорядка. Они даже не дернулись, чтобы остановить попа. Да, тезка был прав: на священнослужителей внимание стражей не распространялось. Впрочем, в Чапае погиб великолепный актер – при необходимости он мог перевоплощаться в одну секунду. А сейчас даже за несколько часов томительного пути водитель не догадался, что батюшка-то липовый. Бровкин на полном серьезе вел с ним религиозные беседы, сыпал цитатами из Библии, высказывал свое мнение по разным современным злободневным вопросам. Если бы дальнобойщик был атеистом, то после такой поездки его мировоззрение неминуемо изменилось бы. Но он и без того веровал и тепло попрощался с пассажиром, приняв его благословение.

В общем, ни у одного сотрудника милиции, коих в метро хватает, ни на миг не возникло сомнение в том, что они видят настоящего попа. Чапай не просто нацепил рясу – он полностью преобразился, даже лицо стало классически-постным, а завидев девушек в коротких юбках, он бросал на них осуждающие взгляды, ханжески покачивал головой, не забывая при этом искоса полюбоваться ножками.

Бровкин выглядел стопроцентным попом.

Выйдя из метро, он уверенно направился в нужную сторону. Рыцарь плохо знал этот район, но не сомневался, что быстро найдет тот самый дом. Он вообще редко сомневался в правильности своих действий. Впрочем, не преодолев и сотни метров, Бровкин подкорректировал курс, направившись к хозяйственному магазину. С величавым достоинством прошел к нужному отделу, внимательно уставился на полки с электроинструментами.

Молоденькая продавщица с любопытством посматривая на нестандартного посетителя, проследив за его взглядом, вежливо поинтересовалась:

– Вы хотите приобрести дрель?

– Хотел бы, – не стал скрывать Чапай, – но не приобрету. Цены у вас безбожные.

– Но у нас бренд, лучшие производители, – попыталась оправдаться продавщица.

Тщетно.

– Бесы твои производители! Нет у православной церкви таких деньжищ, чтобы всякие бесовские хитрости по безбожным ценам покупать. Вот и думай теперь, голову ломай, как же мне теперь без дрели сделать полезное дело.

– Могу предложить ручную, отечественного производства. Стоит недорого.

– Сие неразумно, – возразил Чапай. – Сама-то подумай, как честному человеку сверлить руками, когда под сверлом все дергаться будет, да еще и ор увечимый ирод может затеять прегнуснейший.

– Какой ор? – не поняла девушка.

– Ох и горе нам! – вздохнул рыцарь. – Мрет русский язык, мрет! Вам бы только юбки покороче цеплять, кои в прежние времена гулящие женки заместо нижних поддевать скоромились, не то что в открытую эдакую срамоту носить! А как русское слово услышите, так тотчас бельма свои преглупейше выпучиваете! Все бы вам презентации да мастурбации!

– Я…

– Не спорь со святым отцом, – нахмурился Чапай. – И это, паяльник мне дай.

– Вам какой? – поспешно спросила девушка.

– Ох и дура! Ну какой еще может быть паяльник? Электрический, вестимо.

– Да я понимаю, – чуть не плача заявила продавщица. – Но они разные, на сорок ватт, шестьдесят, сто. Есть…

– Хватит сорокой трещать, мне любой пойдет, лишь бы в жопу без помех пролез. И чтобы недорогой, наша церковь небогата.

Девушка в полной прострации достала первый попавшийся паяльник. Да, этого клиента она запомнит надолго и будет очень часто о нем вспоминать. Жаль, что не всякий в такое поверит.

Спрятав покупку в бездонном кармане рясы, Чапай покинул магазин, направившись на поиски нужного дома. Запутавшись в хаосе тесного квартала, он обратился к бабушкам, сидящим у одного из подъездов:

– Благослови вас Бог, старушки! А не подскажете ли, есть ли на белом свете дом шестьдесят восемь и где его найти?

– Батюшка, а куда ж ему деться? Вон, прямо идите, за углом, налево, первый дом и будет шестьдесят восьмой.

– Спасибо вам, и дай Бог здоровья.

– Ой, батюшка, а что там случилось? Умер кто?

– Пока нет, но все в руках Божьих, – уклончиво ответил Чапай и последовал в указанном направлении.

К дому номер шестьдесят восемь рыцарь подошел окольными путями, издалека оценив диспозицию. Он легко вычислил, что нужная ему квартира располагается во втором подъезде, но сам направился к первому. Подозревая всех и вся, Бровкин почти не сомневался, что его здесь караулят головорезы Ордена, а раз так, не стоит облегчать им задачу.

Подойдя к двери подъезда, Чапай сделал вид, что нажимает на кнопки, сам же без особого напряжения применил свою телекинетическую силу. Механизм был простенький – до тюремных ему очень далеко. Подобные поделки рыцарь мог открывать десятками безо всяких признаков усталости. Зайдя в подъезд, он, игнорируя лифт, поднялся на последний этаж. Аналогичным образом справившись с дверью на крышу, Бровкин прошел по ней к соседнему входу, пригибаясь, чтобы его не заметили из соседних домов.

Через минуту Чапай был во втором подъезде.

Спустившись к нужной квартире, он некоторое время прислушивался, прижав ухо к замочной скважине. Не услышав ничего подозрительного, посмотрел на показание счетчика, убедился, что электропотребление жилища крайне незначительно, судя по всему, там просто работают бытовые приборы в режиме ожидания. Справившись с замком, Бровкин внимательно осмотрел дверную коробку и, не обнаружив датчиков сигнализации, прошел в прихожую.

Обойдя квартиру, Чапай убедился, что она пуста. Более того, у него возникло стойкое ощущение, что хозяина здесь не было уже не менее суток. Забытый хлеб на столе засох, а грязная посуда в раковине покрыта окаменевшими остатками еды. И вообще, над всем витал дух заброшенности. Кроме того, рыцаря заинтересовал элегантный чемодан в спальне. В нем оказался набор странствующего джентльмена: мужская одежда и гигиенические принадлежности. Из кармашка на крышке рыцарь извлек художественную книгу на английском языке, а следом вытащил загранпаспорт гражданина Великобритании. Раскрыв его и полистав, Бровкин задумчиво буркнул под нос:

– Здравствуй, Робинсон, тебя я здесь встретить не ожидал. Но ничего, что ни делается, все к лучшему.

Оставив чемодан в покое, Чапай осмотрел кухонные принадлежности, но ни один из ножей ему не приглянулся. Однако в одной из комнат ему удалось обнаружить узкий сейф. Легко справившись и с этим замком, рыцарь понял, что не ошибся, – здесь хранились ружья. Оставив в покое дорогую двустволку и великолепный карабин, он достал вульгарный помповый дробовик и, покопавшись среди коробок с боеприпасами, высыпал в карман рясы пару десятков патронов с картечью и пулями.

Зарядив ружье, он устроился в удобном кресле, включил телевизор и, монотонно нажимая кнопки на пульте управления, принялся выискивать что-нибудь поинтереснее. Рано или поздно сюда вернется хозяин, а может, и Робинсон.

Придется подождать.

Тринадцатый стоял возле перекосившейся ограды заброшенного кладбища и смотрел вдаль, туда, где цветная дымка выдавала окраины огромного города. Рядом замерли Рог и Фауст, с почтением склонив головы, они ждали, когда же повелитель скажет свое слово. Но демон не спешил: раскрыв все свои чувства, он вбирал чистую информацию этого негостеприимного мира, но не находил искомой. Нет, ему не справиться с такой задачей – это попросту невозможно.

– Ничего не получается, – признал он.

– Повелитель, может, нам стоит найти новое место, поудобнее, – предложил Фауст. – Здесь рядом кладбище, возможно, освященное. Оно разве не мешает?

– Я могу осквернить, – тут же предложил Рог.

– Нет, – ответил демон, – не мешает. В этой части планеты слишком много людей, их жизни сливаются, в этой пелене мне не найти одну-единственную, ту, которая нам необходима.

– Да, повелитель, – признал Фауст, – это ведь Москва. Здесь несколько миллионов человек.

– Мы поедем туда, – произнес Тринадцатый. – Будем обыскивать всю эту местность. Рано или поздно проедем рядом с нужной жизнью, и гончие ее почуют.

Развернувшись, демон направился к грузовику.

Водители закрепили тент, уселись на свои места. Рог задумчиво произнес:

– Будний день. Как мы там кататься-то будем, среди этих пробок, да еще и с полным кузовом демонов?

– Молча! – огрызнулся Фауст. – Повелитель приказал, мы исполняем. Не скажу, что я в восторге от этой идеи, но деваться нам некуда.

– Москва набита людьми Ордена, там куча их псарен. Если что, сгорим как пробки.

– Что, обхезался? – хохотнул Фауст.

– Я?! Если я когда и обхезаюсь, то к тому моменту ты на говно изойдешь! – парировал Рог и, заводя машину, буркнул – Ты это, Мэйсона поставь, задрал своей «Коррозией».

– Может, тебе еще Киркорова поставить, эстет ты наш? – умиленно поинтересовался Фауст.

– Ты меня достал! Предупреждаю, поставишь «Коррозию», получишь в морду.

– Ты на мою морду посмотри, разве ее можно этим напугать? – ухмыльнулся напарник и включил радио.

Бархатный женский голос ударил по ушам – громкость была максимальная:

– Итак, звоните 673-35-99 и заказывайте песни. Отвечайте на вопрос: «Как по-вашему, можно ли верить книге Дэна Брауна «Код Да Винчи»? Участвуйте в SMS-голосовании по номеру 673-35-55. Шестьдесят два процента радиослушателей ответили «Да», сорок четыре сказали «Нет», еще семь не сказали ничего определенного.

– Ты куда звонишь? – спросил Рог.

Фауст, набрав номер, буркнул:

– Песню хочу заказать.

– Хрен дозвонишься, – напророчил гигант.

Он ошибся.

– У нас звонок, – радостно заявила диджей. – Алле?

– Слышь, ты бы считать для начала научилась, – голос Фауста, усиленный динамиками, прозвучал оглушительно.