Текст книги "Дорога к себе. Начало пути (СИ)"

Автор книги: Арэку Сэнэрин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Все просто, – произнес мужчина в темном зеленом балахоне, из-под которого виднелись только черные берцы, все остальное одеяние, а также лицо были скрыты. – Работаем по старой схеме: ваша жизнь в обмен на деньги, – спокойно объяснил он, и я взглянула на Свэнса.

– У меня с собой немного, – потупил мужчина взор, тяжело вздохнув.

– Сколько есть? – воодушевленно спросили слева от меня сверху. Чувствуется предпринимательская хватка.

– Ты же маг, верно? – не дал ответить моему спутнику тот разбойник, что впереди нас стоял. – Не поверю, что тебе нечем расплатиться, так что… – он сделал паузу и прорычал уже гораздо громче: – Выкуп или смерть!

– Или! – выплюнула я.

Мужик на миг оторопел, а затем хрипло засмеялся.

– Не шути с нами, парень, боком выйдет, – посоветовал он, да я и сама это понимала, просто храбрилась, наверное.

– Он прав, – дернул меня за рукав Свэнс. – Не надо.

– Выходит только прямо, боком застревает! – Я вообще не очень умная. Еще и этот цепляется, тоже мне помощник. Выдернула рукав из рук мага, раздосадовано цыкнув.

– Да что ты творишь? – сквозь зубы прошипел мой спутник, злобно сверкая глазами. Скорее он меня прибьет, чем кто-то из этой шайки.

– Время тяну, – в тон ему ответила я, судорожно перебирая варианты спасения, коих почему-то было очень мало, и то один бред какой-то в голову лез. Насмотрелась фильмов, представила себя супер-человеком, вот только ростом не вышла, да мощи поменьше.

– Слышь, мелкий, – ударил разбойник по моей больной мозоли, – ты либо глуп, либо слишком веришь в свои силы, что тоже глупо.

Удивительно услышать такие речи от разбойника. Хотя, мало ли кем он был до того, как подался в преступники.

– Нет, просто в ваших силенках сомневаюсь, – нагло бросила я, выпрыскивая свой неопасный, но раздражающий яд.

Вот тогда-то мне и прилетело за острый язык.

Стрела прозвенела возле моего уха и вонзилась у передней ноги Махаон, которая, впрочем, держалась лучше меня. Я дернулась от неожиданности и вцепилась замерзшими пальцами в гриву лошади. А моя смелость собрала чемоданы и побежала по лужам до ближайшей станции, чтобы сесть на поезд, увезший мою крышу еще этой ночью.

Заметив мой испуг, разбойник удовлетворенно захохотал, после чего повторил:

– Выкуп или смерть?!

– Оставьте их! – раздался вдруг сверху безумно знакомый, только теперь еще и сильный, властный голос. Неужели не показалось? Тот самый?..

– Но… – начал было мужик, и возле него в ствол дерева на уровне лица вонзился короткий, блеснувший во мраке, нож.

– Я сказал, пропустить! – рявкнули в ответ, и разбойник, похоже, также не понимающий в чем дело, неуверенно и медленно отошел с дороги. – Спуститесь. Верхом вам здесь не пройти.

Свэнс мгновенно спрыгнул на землю и повел жеребца вперед, я тоже постаралась быстро спешиться, перебирая в голове все голоса, мне здесь встречавшиеся, чтобы быть уверенной в своей догадке на все сто процентов. Все же завозилась, застряв в стременах, но таки сползла, а вот дальше оказалось намного сложнее. Ноги приросли к тропе, согнулись в коленях, и я чудом успела ухватиться за седло, дабы не свалиться. Видимо, я совсем атрофировалась за эти несколько часов езды верхом. Попыталась шагнуть: тяжеленная левая нога протащилась по земле вперед, я уж не говорю о том, что у меня вообще вся нижняя часть тела болела, а я косолапить начала. Еще одно усилие: правая нога потянулась следом за левой. Пришлось остановиться, недолго отдышаться, ловя на себе насмешливые взгляды не только Свэнса, но и Махаон. Вот им «ха-ха», а меня реально плющит не по-детски.

С горем пополам, шаркая, я перетащила себя под почти невидимыми тросами (я бы назвала проволокой), натянутыми от дерева к дереву посреди тропы и, похоже, острыми как леска, и вновь заползла в седло с огромным желанием треснуть скалившегося Свэнса по голове, лихо запрыгнувшего на Скорпиона. А еще я наконец пришла к выводу, что точно знаю, кому принадлежит голос того, кто сейчас даровал нам спасение.

– Спасибо! – громко и искренне поблагодарила я своего старого знакомого и добавила после короткой паузы: – Друг.

– Я не друг тебе, Амакаши, – мгновенно и совсем недружелюбно отреагировал тот, – и не попадайся мне больше. Живым не уйдешь! – Да, действительно с угрозой в голосе.

Вот же зараза, я ведь по его вине во все это влезла, а он еще и убить меня собирается? Однозначно брешет, помню я, как он радовался, что прирожденного балакши встретил.

– Зачем тогда отпускаешь? – нагло усмехнулась я, начиная чувствовать прилив новой волны смелости… или глупости.

– Это всего лишь долг, жизнь за жизнь, – вспомнил Риус отступивших хагаценов. Только из-за этого?! Вот же злюка. – А теперь проваливайте! – гаркнул он, и поверх моего левого плеча просвистел нож. Только я все же услышала его тихое: ― Реши на чьей ты стороне, иначе я стану твоим врагом…

М-да, разговора явно не получится, значит, на неприятности лишний раз лучше не нарываться.

Пришлось ударить Махаон пятками, и она с удовольствием метнулась вперед по сухой зеленой тропе, радуясь, как и я, отсутствию здесь надоевшего дождя и холодного ветра.

Все-таки удивительно, насколько мне везло на нужных людей. Словно меня кто-то направлял, вел за ручку через серьезные испытания. Вот только куда? Кто? И зачем?..

Продолжая улыбаться своему маленькому счастью от того, что теперь наше путешествие более спокойное и сухое, я и не заметила, как вокруг стало еще темнее: лес сдвигался, плотно скрывая все вокруг от хмурого солнца и дождя. Однако как только я начала беспокоиться по этому поводу, будто почувствовав приближение всадников, иголки деревьев тускло засветились. Вместе с естественными лампочками включился и Свэнс:

– Кто он? Ты знаешь его? Откуда?

Он выглядел обеспокоенным, нахмурил брови, выжидающе глядел мне в глаза, и это крайне забавляло. Я недолго обдумывала свой ответ и не хотела много говорить, любуясь очередным чудом природы, мне было просто приятно, что и Свэнс может чего-то не знать. Сейчас ему помогла именно я, точнее, мои связи, и, как бы то ни было, это поднимало мне самооценку.

– Мой старый знакомый! – радостно ответила я и заставила кобылу перейти в галоп, ставя на этой ноте жирную точку в неполучившемся разговоре.

***

лес Преграда, временное логово Безликих

У каждого народа Гвадаара, обосновавшегося на подходящей для них территории, были свои физиологические особенности и предпочтения. Хагацены, к примеру, любили болота, их не тянуло на дно, им нравился запах темного мха, и охотиться так было проще: несколько сородичей загоняло добычу в воду, где ее удерживало болото, а хищники растерзывали на куски. Но все же хагацены разумные существа, человекоподобные, поэтому у них были и дома на твердых островках, многие обитали в вырытых норах близ воды, иногда и не болотистой. Деревья в такой местности преобладали темные, нередко кривые и тонкие, с обвисшими ветвями и специфическим запахом. Таковыми были владения хагаценов, протянувшиеся на многие тысячи километров всего востока. Вдоль границы с людьми так же имелась вода, но уже чище и намного мельче. А чем дальше уходишь на запад, тем больше сухих лесов, степей и даже пустыня.

Однако леса в Иллии все же преобладали. И если в Герце́я-Ше́н – стране хагаценов – они не пестрили разнообразием, то здесь каких только лесов не было: Изумрудный, Вечных дождей, Сухостой, Лидэнбе́рга… Преграда на фоне таких казался совершенно обычным, получившем название из-за своего расположения относительно людских селений. Ровной широкой полосой он протянулся до самого леса Лидэнбе́рга, словно отрезая южную часть страны от других. В этом и была его особенность.

С течением времени в Преграде вырубили несколько дорог, иначе в лесу просто заплутаешь и погибнешь: обманные тропы, естественное освещение – на самом деле ядовитые пары, которые приходилось разгонять дымом, действующее на живых существ усыпляюще, хищные твари с иммунитетом к такому яду… Нет, все же этот лес был не обычней прочих. Опасное место, но идеальное для засады.

– Да что за спешка?! ― Ве́руа, сподручный Риуса, хоть и помогал собирать награбленное в повозки, все равно высказывал свое недоумение. ― Ты же говорил, что нам еще родственника Дэмиоса дождаться надо. Возьмем его в плен. Проложим себе путь в Чашу жизни! Что случилось-то? И почему мы отпустили тех… двоих?! ― мужчина плечом придержал крышку ящика, похожего на шкафчик, чтобы одежда не выпала, и кто-то из товарищей, проходя мимо, защелкнул замок. ― Так что за дела? ― подвел он итог своим доводам и придвинул ящик к другим.

– Это и был Амакаши, ― процедил тот сквозь зубы, приколачивая гвоздями еще одну доску к повозке, чтоб увеличить ее вместительность.

Ве́руа так и замер, удивляясь услышанному.

– Не смей! ― напугав его, вдруг рявкнул Риус на другого подчиненного, собравшегося убрать с дороги мешающее дерево и уже замахнувшегося топором. ― У местных тварей тут целая система, как будто паутина. Навредишь лесу, и мы никогда отсюда не выберемся!

Разбойник послушался нехотя и перекинулся на другое дело.

– Тот, что в маске, ― обернулся Риус к Веруа. ― И я в курсе, что ты теперь совсем ничего не понимаешь. Так я объясню. Тот тип, что ее сопровождал, Свэнс Годан.

– Тот самый? ― шепотом поразился Веруа.

– Да, тот самый, ― подтвердил Риус, цепляя еще одну доску. Конструкция получалась не слишком устойчивая, но точно не развалится до пристани. ― Паулин с ним дела ведет, значит, мало-мальски, но доверяет этому черту, а я не хочу нарываться на проблемы со своими. И раз Амакаши с ним, то у Свэнса на него свои планы. Постоим пока в сторонке и посмотрим. Но чтобы за ними посмотреть, надо еще догнать. Плюс, лучше вернуться в Палаван до праздника. Не хочу потом нарваться на дэвэгеров.

– Вот так бы сразу и сказал, ― возмутился Веруа, мысленно согласившись с мнением предводителя.

– Вот я и сказал, ― усмехнулся тот. ― Грузите скорее! Уже завтра мы должны быть в порту!

На этом разговор был окончен, только Риус все еще продолжал мысленно беседовать сам с собой и вспоминать один важный момент из своей жизни. При первой встречи со Свэнсом, причем под присмотром Паулина, он едва ли не помер: с таким человеком лучше не ссориться. В добавок к этому маг тогда сказал: «Скоро в наш мир прибудет балакши. Тогда все и начнется». Вот только что и когда конкретно – уточнить забыл. Оставалось, сжимая зубы, надеяться на то, что Паулин прав, но если нет, и Амакаши станет подмогой Дэмиосу…

Им всем не жить…

6 глава.

Узел стягивается все сильнее

Вся реальность, увы, обманчива, 

и весь мир на два цвета красится…

Зэндаар

От Михаила Мохова

Тонкое острие паяльника мелко задрожало, норовясь ткнуться не туда, куда было нужно, а это грозило уничтожением необходимого контакта, который потом заменять мне не хотелось. Я, в конце концов, должен починить этот гребанный телефон, а не доломать его! И чего у меня руки стали труситься?..

Знаю ответ: из отца непутевый целитель, не долечил он меня после последнего ранения. Вот говорил же себе, что надо обратиться по нужному адресу! На что надеялся вообще? В следующий раз так и сделаю, а то мне еще пожить хочется!..

Бесполезно. Только проблем прибавится.

Отложил паяльник, вырубил его из розетки и выключил настольную лампу.

Эх, в глазах теперь все искрится.

Посидел немного, откинувшись на спинку стула и расслабившись, затем бросил недовольный взгляд на настенные часы. Время обеда, а настрой на работу так и не появился... Да гори оно все черным пламенем!

Вскочил на ноги и, по пути вырубая все, что было подключено к электричеству, вышел из мастерской. Заперев двери, отправился к машине.

Надо бы за Женькой заехать, у нее вроде бы уроки скоро должны закончиться. Вдвоем уже не скучно.

Дорога не заняла много времени. Городок небольшой: пробки тут редкость. Как обычно подъехал к воротам на территорию родимой школы, которая ничуть не изменилась за все эти годы. Хоть что-то в этом мире прежнее. Прошел через весь двор, кое-где разбавленный деревьями и кустарниками. На минутку задержался у клумбы, начавшей цвести. Посчитал ступени, ведущие на высокий порог…

Подозрительно тихо, еще и несет чем-то… странным.

Вахтерши на посту не оказалось, а пустой коридор только нагонял эту неприятную атмосферу.

Что за… бред? Даже во время уроков тут никогда не было так тихо. Особенно, когда я сам здесь учился.

Важно прошествовал вперед, прислушиваясь к кабинетам, и чуть не словил лбом внезапно открывшуюся дверь.

Вот же!.. Упс, Тамарка… Не хотел я с ней видеться. Ну и ладно, зато спрошу, что не так.

– Миша? ― удивилась девушка нашей давно обещанной встречи и стала приглаживать волосы, затем блузку, юбку…

Тряхнул головой, переведя внимание на лицо.

– Привет. Я за Женькой приехал, только здесь так тихо... Нет, что ли, никого?

– Да у нас с проводкой неразбериха, ― как-то блаженно поведала та, начиная мне улыбаться. ― Все ученики по домам разошлись.

– А, вот оно что. Тогда я…

– Постой. ― Ох и хватка у нее, обрезала бы ногти, так и продырявить можно. Черт меня дернул предложить ей тогда встречаться... ― Слушай, мы так и не смогли с тобой нормально поговорить, обсудить наши отношения.

– Есть что обсуждать? ― Да, знаю, грубо, но не люблю я все эти сопли. Раз не вместе, то нечего вспоминать былое. ― Я тут недавно в дневник Женькин залез… У нее плохие отметки только по твоему предмету. С чего бы?

Тамарка прямо в лице поменялась. Помнит, зараза, что у меня не было на нее времени из-за сестры. Вот и точит теперь зуб на Женьку.

– Это заслуженные оценки, ― а так это сказала, будто прошипела, и выгнулась как змея.

– Ладно. Неважно, ― мотнул я головой, не собираясь ссориться. ― У нас с тобой ничего не получится. Но если тебе от этого станет легче, надейся. Вдруг меня снова переклинит.

Еще одна безосновательная грубость… Хах, я сегодня на нервах. Не понимаю, что же не так… Этот запах.

– С проводкой что-то, говоришь, ― высказал я вслух свои мысли и двинулся прямо по коридору.

Красноватый дымок, что я почти сразу выловил взглядом, обрывался недалеко впереди, так что найти источник оказалось нетрудно, но понять, кто оставил этот след я не смог.

– Здесь? ― указал на кабинет с табличкой «литература», и спешившая следом Тамарка, кивнула.

Я дернул дверь, но она не поддалась. Ясно.

– Принести ключи? ― участливо поинтересовалась девушка, даже не спросив, откуда я знаю, где возникла проблема.

– Нет. Я домой.

Ничего не объясняя взволнованной барышне, рванул на выход, на бегу доставая мобильник и двигаясь прямо за остаточной энергией. Как и думал, дымок развеялся во дворе: слишком много других потоков в одном месте. Набирая номер, сел в машину…

Гудки. Какого черта она трубку не берет?

От досады бахнул дверью, вдавил педаль газа в пол.

Стараясь не превышать допустимую скорость, поехал домой, размышляя по дороге о странности, замеченной в школе. Такой шлейф мог оставить кто-то не шибко мощный, но способный на большие пакости. Если Женька дома, то все в порядке.

Лишь бы она оказалась дома…

Еще пару минут в пути. Бегом преодолел наш двор и вздохнул с облегчением: двери, как и предполагалось, заперты не были.

Но успокоиться я пока не мог.

По-быстрому разулся, заметив Женькины кроссовки среди прочей обуви. Заскочил на кухню.

– Я дома! – известил еще с дверей, но никакого отклика не последовало. Хм… – И голодный, как волк!

Снова тишина.

Странно как-то. Не слышит, что ли? Почему?..

Так, расслабься!..

Пытаясь выкинуть из головы все плохие мысли, медленно подошел к столу, на котором стояла большая чашка, накрытая тарелкой, заглянув внутрь, взял себе пирожок с картошкой и, жуя на ходу, отправился к сестре в спальню.

Двери в комнату были открыты.

Все нормально, вот увидишь.

С осторожностью перешагнул порожек, все-таки к девушке заваливаюсь, и удивленно хмыкнул, обнаружив Женьку в постели. Раньше она заявляла, что спать днем просто не может, глаза не закрываются. Хотя сегодня ведь рано проснулась, вот и сморило, наверное…

Ладно, все хорошо, она дома, цела и невредима, можно наконец успокоиться!..

Ага, какой там. Все еще тревожась из-за странности в школе, поплелся обратно на кухню, накрывать себе на стол, что всегда за меня делала сестра. Я ее не эксплуатировал, она сама была рада мне маленько послужить.

Пошарив недолго в холодильнике, достал кастрюлю с пловом, по-доброму так, с горкой насыпал себе на тарелку и сунул блюдо в микроволновку. Уже под гудение машины потопал с кастрюлей к холодильнику, перебирая в голове знания об остаточных энергиях.

После каждого использования силы возникает фантомный след. Это насыщенный энергией поток, что тянется за тобой до тех пор, пока чем-нибудь не будет прерван или пока сам не источится. Судя по плотности шлейфа в коридоре, удар был осуществлен ненамеренно. Будто выброс эмоций.

Вернув посуду на место, тихонько притворил дверь и снова направился к столу за вторым пирожком.

Как вариант, пробудился кто-то из учеников, вот и полыхнуло. Но из особенных я знаю лишь одного…

Ах, чтоб тебя!

Одернул ногу, в пятку которой вонзилось что-то острое и, отскочив на второй, смачно выругался.

Беда не ходит одна.

Взглянул на виновника моей безудержной злости – маленький белый осколок… Может, разбилось что-то?

Наклонился, все еще не наступая на саднящую стопу, подобрал предмет и застыл в недоумении.

– Зуб? – тихо спросил я вслух, чувствуя себя по-странному неадекватно. – Что за бред? Откуда?..

Образ Женьки с разбитой губой проскочил в сознании мимо моих мыслей, утаскивая за собой и здравый смысл. Ни секунды не раздумывая, громко топая ногами, прошагал через кухню, перемахнул зал и оказался в комнате сестры. Подойдя к кровати, наклонился, всматриваясь в ее лицо.

Что за?.. Губы целые и невредимые...

Офигевая еще больше, протянул руку, но остановился. Не лезть же мне пальцами ей в рот! Выпрямился, взглянул на зуб в своей правой руке, мирненько лежащий на ладони, снова посмотрел на Женьку, точно так же приспокойненько дрыхнущую в постели, опять перевел внимание на зуб.

Да черта с два, потом доспит, если захочется!

Резко навис над сестрой и уверенно схватил ее за плечи.

***

Гвадаар, лес Преграда

Тусклый свет, который излучали иголки деревьев, стал периодически меркнуть, мигать, как лампочка от скачков напряжения, или это мои глаза уже сами по себе закрывались от усталости. Поскорее бы Свэнс скомандовал привал, а не то ведь прямо в седле вырублюсь. Он-то, наверное, привычный к таким путешествиям, а я вот раньше только в машине преодолевала дальние расстояния.

Протерла ладонью маску в попытке разогнать сонливость, напрягла изо всех оставшихся сил зрение, и освещение вокруг усилилось, правда, всего на секунду. После чего темнота сгустилась в который раз, а вот обратно рассасываться не торопилась.

Снова собралась коснуться саднивших глаз, но моя рука не захотела подниматься: я не смогла заставить ее выполнять мои указания, я ее даже не чувствовала. Зато неожиданно для себя обнаружила впереди посреди тропы человека, с трудом различимого под светом, льющимся с крон деревьев. Похоже, это была Амакаши, все так же в маске, только слегка прозрачная, или же она сама так сильно потемнела, что в ночи ее образ казался расплывчатым, словно она сливалась со всем окружением и, одновременно с этим, отпускала меня.

Но почему? Я была бы рада задержаться здесь еще ненадолго.

И все же сила Амакаши постепенно уменьшалась, переставая оказывать на меня свое подавляющее влияние. Я не спеша открыла глаза, несколько раз моргнула, наблюдая перед собой нечто смуглое и объемное, а затем от неожиданности вжалась в постель: надо мной навис Мишка, выглядевший сильно взволнованным.

Вероятно, что-то случилось. И настолько важное, что не могло подождать. Только по нему понимать что-нибудь однозначно я не умела: вот и сейчас он был скорее озадачен, чем напуган.

Ха-а-ах, и что ж за день-то такой? И когда он уже закончится? Вот и головушка моя снова гудеть начинает…

Я скорчила от боли и досады рожицу, грубо сбросила со своих плеч руки брата и резко села, за малым не въехав лбом ему в переносицу: он успел отстраниться.

– Ну и чем я тебе спящая помешала? – недовольно осведомилась я, однако брат лишь нервно дернул головой.

– Что ЭТО? – сунул он мне под нос… мой зуб? Вот же!.. Во попала-то. – Открывай рот! – приказал Мишка, положив руку мне за затылок. Разве можно так с только что проснувшимся человеком? – Ну?! – потребовал он снова.

Делать было нечего, а вот волос лишиться – запросто. Взгляд брата мгновенно изменился, став безумнее, и я приготовилась услышать бранную ругань в свой адрес за то, что утаила подобное, однако:

– Н-не твой? – тихо и с растерянным видом спросил он.

– Чего? – теперь уже ошалела я, прошла языком по зубам и поняла, что окончательно запуталась во всем со мной происходящем: как и у Амакаши травма исчезла.

– Какого?.. ― Мишка не договорил и стал судорожно осматривать мою голову большими, кажется от страха, глазами. С чего бы?..

Внезапно, будто до меня только сейчас дошло, в затылке громко и мучительно застучало, я дернулась от брата, снова убирая его руку. А Мишка показал мне ладонь, ту самую, что совсем недавно покоилась на моем затылке: на ней красовалось размазанное пятно крови. Моей крови, что ли?

Осторожно дотронулась до ушиба и вздрогнула, зашипев от боли. Похоже, травма была несерьезная, поцарапалась слегка, а вот ощущение такое, словно у меня в затылке колодец вырыли.

– Чего сидишь?! – зло спросила я у брата, который пребывал в состоянии контузии. – Тащи зеленку и бинты!

Мишка мгновенно вскочил с кровати и чуть не вышел вместе с тумбочкой, стоявшей у стены: споткнулся, растянулся в дверном проеме, поднялся и, наконец, вылетел из комнаты. Я же стала в панике соображать, где умудрилась стукнуться или кто в этом мог помочь.

Стрелой, даже если сильно захотеть, такую рану вряд ли сделаешь, да и зачем Безликим меня атаковать. А падать, я вроде не падала. Да и…

Что за бред вокруг творится?! Сама я себе, лежа на кровати, сделать такого не могла! Значит, все это время я не спала? Я действительно была там? Или не я?.. Там ведь другое тело. Тогда почему и здесь появляются раны?! И…

Боже правый, с каких пор подобные мысли стали для меня нормой?! Может, стоит рассказать все семье? Даже если в психушку упрячут. Я на все согласна, лишь бы разобраться в своих галлюцинациях и опасном для меня бешенстве. Очень надеюсь, что это не я себе череп проломила. Так и представляю, как вскакиваю посреди сна, разворачиваюсь спиной к стене и со всей силы бьюсь об нее затылком. Это ведь не так, правда?

Я даже с любопытством осмотрела комнату на наличие каких-нибудь повреждений, но ничего подобного не обнаружила.

Спеша мне на помощь, с громким топотом вернулся Мишка с аптечкой в руках и стал надо мною суетиться, в то время как я вскрикивала и ойкала. Голова теперь не просто болела, она горела адским пламенем, в затылке щипало, дергало, кололо и черт знает что еще делало.

Прошло чуть больше минуты, показавшейся мне вечностью, и издевательства надо мной прекратились. Брат осторожно встал около кровати на колени и вгляделся в мое лицо. Он был напуган побольше меня. Я скорее пребывала в шоке, смутно понимая, что я снова дома, и мне следует рассказать о моих расстройствах Мишке, все равно утаивать это безумие уже не имело смысла.

Так он же не поверит! Я бы не поверила…

– Что происходит, Жень? Ты можешь объяснить? – пока что сдержанно спросил Мишка, все еще отрывисто дыша и не в силах успокоиться.

Я не знала, что сказать, поэтому сидела молча. Да и что тут ответишь? Гуляю где-то во снах, а просыпаюсь, словно на войне побывала?!

– На подушке крови нет, – тихо произнес брат, снова схватив меня за плечи, и я подняла на него глаза.

Страшно было видеть его таким. Он выглядел так же всего один раз на моей памяти, когда умерла бабушка. Я сильно переживала тогда и вела себя более чем странно, родные от меня ни на шаг не отходили, боялись, что я сделаю что-нибудь с собой. И…

Черт, лучше бы не вспоминала об этом. Проморгалась, пытаясь не расплакаться, судорожно вздохнула.

– Минут пятнадцать назад я уже подходил к тебе, – с дрожью в голосе продолжил Мишка, – ты спала, как убитая, и этого, – он указал на мою голову, – не было. Более того, рана появилась, как только ты открыла глаза и села.

Значит, я уснула там и свалилась с лошади? Или… это брат разбудил меня здесь, поэтому я отрубилась там?

– Что происходит, Жень? – повторил он свой вопрос, облизнув пересохшие губы.

Мишка так сильно беспокоился за меня, что я не могла не ответить честно, поэтому все рассказала. Я не называла ему имен и не описывала все точь-в-точь, просто в общих чертах. И когда закончила свою сумасшедшую историю, брат встал, взглянул на меня, как на нечто чужое и опасное и нервно усмехнулся.

– Ты взорвала мой мозг, – прошептал он, обняв свою голову. – Это невозможно! – перешел Мишка на крик, заставив меня дернуться с испугу. – Скажи правду! – заорал он, расправив руки.

А вот и ожидаемая реакция. Правда, я не думала, что она будет настолько бурной.

– Я и сказала тебе правду! – вскочив на ноги, закричала я, уже не обращая внимания на боль в затылке. Моя обида была сильнее. Мишка даже шаг назад сделал к двери, наверное, опасаясь, что я укушу его с психу. – А как еще ты можешь объяснить дыру у меня в башке?!

Он молчал. Я бы тоже долго соображала в такой ситуации.

– Сам же сказал, полчаса назад ее не было! – вновь вскрикнула я, и Мишка шарахнул кулаком в шкаф, ответивший ему глухим звуком и хрустом досок.

Я мгновенно смолкла и осторожно села, чувствуя, как дрожат ноги. Впервые в жизни брат вел себя именно так. Я не осуждала его за это. Но хотелось, чтобы мне поверили. Я нуждалась в помощи… А он ненормально яростно отреагировал на мой рассказ.

Какое-то время Мишка сверлил меня взбешенным взглядом, затем быстро вытащил из кармана штанов мобильник, и несколько секунд телефон противно пищал от сильного надавливания кнопок. После чего брат замер, поднесся трубку к уху, и дождался ответа.

– Здорово, Андрюха, – произнес он, не спуская с меня глаз, словно боялся, что я сейчас удеру через форточку. – Нет, все совсем не хорошо, – сдержанно проговорил Мишка через несколько секунд. – Да, случилось, – уверенно кивнул, соглашаясь со словами собеседника. – Помнишь, я отказался от твоих услуг? – улыбнулся как-то криво, отведя взгляд от меня. – Забудь, мне нужна твоя помощь. – Мишка облокотился о двери шкафа, вслушиваясь в голос в трубке. – Да, проблема все так же с сестрой. Думаю, ты бы смог ей помочь. – Я удивленно выгнула брови, не понимая, о чем идет речь, а брат облегченно вздохнул. – Жду.

Он убрал мобильник обратно в карман, с беспокойством посмотрев на меня, осторожно отлип от шкафа и подошел ближе. Снова этот его дикий, полный безумия взгляд. Мишка сжал угол спинки кровати так сильно, что побелели костяшки пальцев, а мне показалось, что еще и треск дерева услышала.

– Сейчас приедет мой знакомый. Он врач, он поможет.

А?.. Я выпучила глаза и уставилась на брата.

– Что? – произнесла я пересохшими губами. – Какой еще врач? У меня не настолько серьезная травма затылка.

– Он врач другого рода, – пояснил Мишка и стукнул пальцем по своему виску.

– Ты считаешь, что я схожу с ума?!

Да ты нормальный вообще?! С чего вдруг такие выводы?!

 А он в ответ резко придвинулся ближе, заставив напрячься, затем осторожно и нежно обнял.

– Я не знаю, малышка, не знаю, – прошептал брат мне на ухо, – но такое ведь не впервые. После смерти бабушки ты стала другой. Я волнуюсь за тебя, вот и всё.

Он выпустил меня из объятий, еще недолго смотрел с грустью в глазах и вышел из комнаты, оставив наедине с собой и моими расстроенными чувствами.

Я была опустошена и растеряна. С одной стороны я понимала брата, его решение вызвать мне психиатра, но с другой стороны… Какого лешего он даже не посоветовался с родителями? Почему все решил сам? И вообще – это сверх-обидно! За что со мной так? Я ничего плохого ему не сделала…

Судорожно вздохнула, потирая виски: голова уже гудела не только от боли, но, похоже, и от температуры. Полезла в тумбочку, нашла среди кучи барахла градусник и сунула его в подмышку.

Неужели я действительно схожу с ума, и все это мне просто кажется? Тогда раны я наношу себе сама? Да зачем мне это, а? Господи? Слышишь? Что со мной происходит? Почему я такая неправильная? Все у меня не как у людей! И… и где гарантия, что я и сейчас не сплю?! Вдруг всего этого нет на самом деле?..

Очень тихо я досчитала до десяти, пытаясь хоть немного успокоиться, но мысли все равно не давали расслабиться. Рассматривая невидящим взглядом пустую стену напротив, я просидела минут десять, потом вспомнила про градусник, вытащила, глянула – тридцать восемь и два, хмыкнула ему и, встряхнув, спрятала обратно в тумбочку.

Тогда же бахнула входная дверь: скорее всего, это выскочил Мишка. Прямо мурашки по телу пробежали, и я их почувствовала, несмотря на то, что меня ощутимо морозило. Почти следом за этим к дому подъехала машина, довольно громко урчавшая двигателем, снова хлопнула дверь. А затем с кухни раздался возглас брата: «Идем!», и мое сердце, к этому времени и так бешено барабанящее в груди, сжалось от страха. Я на дух не переносила врачей, еще и психиатров. И спустя пару секунд один из этих жутких типов появился в моей комнате.

На мгновение я оторопела, увидев совершенно обычного молодого человека не старше моего брата в джинсах и белой рубашке с накрахмаленным воротничком. Прямоугольные прозрачные очки закрывали прищуренные голубые глаза, на которые со лба упало несколько прядей светло-русой косой челки. Парень еще и улыбался натурально дружелюбно…

И вот это врач? А как же халат и занудный вид?!

– Привет, – спокойно поздоровался он, подходя ближе, протянул мне правую руку. Я немного помедлила, после чего все же пожала его теплую большую ладонь. – Андрей, – представился знакомый Мишки и посмотрел на моего брата с опаской. – Мих, ты не предупреждал об этом, – указал он на меня. – Что у нее с головой?

С трудом удержалась, чтоб не ответить довольно грубо на его вопрос. Хорошо, хоть Мишка опередил, ведь я поняла врача неправильно.

– Царапина, – отмахнулся брат. – Просто забинтовал на всякий случай. – Андрей недоверчиво глядел на него еще несколько секунд, и Мишка, всплеснув руками, громко воскликнул: – Да не трогал я ее! Честно!

Что?! Он подумал, что это брат меня приложил? С чего вдруг?

– Ладно, —неуверенно произнес Андрей. – Так в чем конкретно проблема?

Мишка открыл было рот, но тот на него шикнул и  выжидающе посмотрел на меня.