Текст книги "Мой сводный хулиган (СИ)"
Автор книги: Анжелика Мики
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 13 страниц)
Глава 21
Егор
– Это что служебные помещения? – нерешительно поинтересовалась Алиса, но послушно следовала за мной вверх по ступенькам.
– Ага, – просто отозвался я, окинув её пристальным взглядом.
В карих глазах напополам светилось любопытство вместе со страхом. Она уже поняла, что мы поднимаемся очень высоко и только подтвердила мои предположения. В основных проектах арт-группы Алиса не участвовала только, потому что по большей части это муралы. И над ними необходимо работать с крыш, а зайка боялась высоты.
Наконец пришли. Я подмигнул Алисе, она нервно закусила нижнюю губу, её пальчики с силой вцепились в мои. Звон связки ключей, пару секунд найти нужный и служебная дверь послушно выпустила нас на ровную крышу торгового центра.
В лицо ударило резким и чистым порывом воздуха. Даже отсюда открывался потрясный вид города, но главное, что на краю крыши стоял высокий кирпичный фасад. Совершенно ровная, почти голая стена идеально белая.
– Какой холст, – прошептала за спиной неверяще Алиса.
– Именно. Не просто какой, а твой.
Я приглашающе махнул рукой вперёд, стягивая с плеча тяжёлый рюкзак.
– Прямо в Ельцин Центре? Да ты рехнулся⁈ Мы начать не успеем, нас охрана… – занервничала Алиса, с опаской оглядываясь по сторонам.
– Есть разрешение, – перебил я со смешком, достав смартфон, чтобы показать ей файл с нужным документом. – Твоя арт-группа долго добивалась этого проекта, я помог. Место выделено. И оплачено.
Она открыла рот, расширила глаза, так и застыла неверяще взирая на меня, даже не моргая.
– Я боюсь…
– Знаю и буду рядом.
Пришлось сделать пару звонков, намекнуть на «культурную инициативу» и «социальную значимость» молодого таланта, ну а ещё заплатить крупную сумму, но оно явно того стоило. Только бы помочь Алисе преодолеть страх, который мешает ей развиваться в желанной области. Ну и сейчас отвлечься ей необходимо.
Я принялся доставать снаряжение из рюкзака: верёвки, карабины, обвязку. Ну и остальные вещи, принадлежащие ей: баллончики краски, маска, какие-то штуки названия, которых я не помнил.
– Для такого масштаба нужно профессиональное оборудование. И человек, который умеет его использовать, – проговорил я успокаивающе, вскинув руки с верёвкой. – У тебя есть и то, и другое. Алис, самое страшное всегда сделать первый шаг. Готова?
Она нерешительно кивнула, начав надевать на себя страховочную систему. Судя потому, как её пальчики, хоть и дрожали, но ловко справились со всеми защёлками, она явно не раз смотрела, как это делали.
Сейчас же её взгляд полный паники устремился на край, и она тихо прошептала:
– Не верю, что готова попробовать. Мурал обычно командой рисуют, да и ведь эскиза нет…
– Чем это мы с тобой не сойдём за команду? – со смешком перебил я, закрепив карабины её снаряжения на специальных штырях. – Возьми планшет.
– Если ты скажешь, что ещё и эскиз подготовил, – насмешливо начала Алиса, но когда подхватила указанный предмет, резко осеклась. – Егор?
Я пропустил верёвку через свою спину, завязал вокруг икр и тоже закрепил карабин, несколько раз дёрнув, чтобы проверить крепления.
– Эскиз твой. Я просто чуть доработал.
– Обалдеть! Как ты?..
– Я балуюсь иллюстрациями, мне интересен маркетинг. Что из этого тебе понадобится?
Алиса указала на несколько вещей, которые я тут же вновь погрузил в рюкзак. Она натянула маску на лицо, показав мне большой палец. Я ухмыльнулся, натянув лямки рюкзака на плечи.
– Вперёд, зайка, – прошептал я, чмокнув её в макушку.
Затем обошёл малышку, замер буквально на несколько секунд на самом краю.
– Ты что⁈.. – раздался приглушённый вопль сквозь маску позади, но я уже обернулся к ней, махнул рукой и шагнул за край.
Обычный человек увидел бы позади пустоту, но мой взгляд с лёгкостью выцепил технический шов между панелями фасада, и пальцы ухватились за еле заметный выступ. Стопы опустились на креплениях, выступающих из стены. Трос, привязанный вокруг икр, лишь слегка натянулся, больше для порядка, чем для реальной страховки. Привык полагаться на свои руки и ноги, вообще не использовал бы страховку в таком месте, но Алиса этого точно не одобрит.
Вскинул голову, найдя взглядом малышку.
– Спускайся.
Она что-то пробормотала, но тем не менее села на край, спустив ноги. Затем развернулась и стала осторожно спускаться.
– Мамочки, как же страшно! – послышалось, когда она оказалось совсем рядом.
Я ухватил её талию, сделал ещё пару контролируемых спусков, скользя ногами по швам и выступам, словно по невидимым ступенькам. Остановился на высоте метров десяти от края крыши, повиснув в воздухе, мои ноги слегка отталкивались от стены, удерживая меня в равновесии. Алиса же зависла на тросах, её глаза широко раскрытые изумлённо взирали на меня.
– Сними маску, – прошептал я ей на ухо, и она послушно освободила нижнюю часть лица. – Можешь покричать, но я должен тебе это показать.
– Что?..
Я крутанулся, чтобы повернуть её к виду. С этого ракурса город открывался как на ладони. И не с привычных проспектов, а с его яркой, пульсирующей жизнью изнанки. Прямо под нами поблескивала Исеть, а за крышами старых домов, виднелись кварталы, уплывающие к горизонту. Казалось, что шпили небоскрёбов сливаются с бескрайней гладью неба.
Такой Екатеринбург я любил больше всего. Как будто город распахивал свою душу, без стеснения показывая свои даже самые интимные уголки.
Алиса взвизгнула так, что у меня в ушах засвистело, но почти тут же она затихла, лишь тихо прошептав:
– Господи, как красиво…
Я оторвался от картинки города, и стал оглядываться по сторонам, рассуждая, как взять в руки планшет, чтобы эскиз был перед её лицом. И куда опустить рюкзак, чтобы достать баллончики?
Алиса сделала глубокий вдох, затем осторожно оттолкнула мои руки. Она зажмурилась, нерешительно дёрнув верёвку. Я невольно улыбнулся, она проверяла устойчивость. На самом деле, Алиса и без меня совершенно статично повисла параллельно стене. И кажется сейчас это до неё дошло. Она медленно потянулась к рюкзаку. В каждом её движение шла борьба азарта и страха. Я почти осязаемо ощущал её напряжение, но вот ручки малышки, всё ещё заметно дрожавшие, выхватили баллончик. И страх с напряжением развеялся, уступив место вдохновению и творческому запалу…
Первые штрихи Алиса сделала нервно, прерывисто, но с каждой последующей линией дрожь в её пальцах уменьшалась, а затем и вовсе исчезла. Я стал наблюдать за настоящий магией. Правда, спустя минут двадцать я закашлялся, что даже пришлось поменять место дислокации, расположившись на приличном расстоянии.
Взять маску себе я не подумал, кретин. Даже на свежем воздухе ядрёный запах бил по ноздрям. Это волновало меньше всего. Чувство, что я впервые сделал что-то по-настоящему важное, переполняло, как тёплый язычок огня. Иногда Алиса подглядывала на меня, наши взгляды встречались через расстояние, которое в этот момент казалось и малым, и огромным. Скрытая нижняя часть не позволяла увидеть, улыбается ли она, но я был почти уверен, что да. Её глаза по-настоящему светились.
Когда она закончила спустя этак несколько часов, я лично не чувствовал ног. Вообще ощущение было, как будто я тут не просто рядом стоял, пока она рисовала, а словно эта стена меня отымела со всех сторон. Впрочем я бы не задумываясь повторил.
Мурал вышел потрясающий, неидеальный, но такой… яркий и очень аутентичный. Алиса изобразила девушку в грязных тяжёлых ботинках в тёмных цветах, а за её спиной развивались крылья из разноцветных нитей. Идею арта я знал по эскизам, она нарисовала отдельно части: грязные ботинки с надпись: воспоминания, сомнения, страхи, и девушку с крыльями, которые символизируют мечты, надежды, веру. Я лишь объединил это вместе, чуть доработав, а Алиса не просто с лёгкостью перенесла это не стену, но ещё и сделала лучше. В самом низу она подписала работу: её имя, написанное неровно, но смело.
Я первый вернулся на крышу и помог ей подняться, просто потянув на себя трос. Когда Алиса оказалась у меня в руках, она стушевалась, тут же попытавшись вырваться.
– Я же грязная и воняю…
Перепачкана краской, волосы растрепанные и тоже в разноцветных пятнах, и эти светящиеся глаза… Жаль, я сразу не смог оценить этого по достоинству. Мои ладони легли на её щёки.
– Прости, что наговорил тогда. Ты очаровательна.
– Но…
Мои губы опустились на её, смяли в обещании быть рядом. Алиса буквально на секунду замерла, а потом с жаром ответила.
Глава 22
Алиса
Я широко улыбалась, всё ещё не веря, что после столь горьких слёз и обиды, мне могло быть так хорошо. Правда, ощущала себя совершенно счастливой, когда Егор подхватил меня на руки, стоило выйти из машины.
В дом мы ввалились с хихиканьем, целуясь. Я не сразу поняла, почему Егор застыл, едва сделав несколько шагов внутрь. Напряглась, крепче сжав его за шею.
– Господи, она с тобой, – с облегчением выдохнул Эдуар Сергеевич, тут же приложив смартфон к уху. – Скажите мне оба, для кого мобильники придумали?
– А, – виновато буркнул Егор, поставив меня на ноги. – Я режим самолёта врубил.
– Я так и понял, и ты знаешь, что я об этом думаю. Алиса, мать тебя потеряла, позвони ей сейчас же и…
– Она сама забрала у меня телефон! – гневно прошипела я, всё ещё очень злясь на маму за отца.
– Бывший муж напал на неё и отобрал ключи, она очень за тебя испугалась, – сдержанно проинформировал он.
Я же испуганно округлила глаза, заметив как его костяшки побелели от жёсткой хватки смартфона.
– Что? – в один голос переспросили мы с Егором.
– Когда пришла в себя, помчалась домой, а тебя там нет, – продолжил Эдуард Сергеевич, а у меня внутри всё похолодело, пока он бросил в трубку: – Ксюш, они объявились, всё в порядке.
Я же рефлекторно шагнула к нему, вырвала телефон и мы одновременно с мамой спросили:
– Мам, ты как?
– Дочь, ты как?
Спустя полчаса я сидела на кухни, нервно барабаня пальцами по столу. Наблюдала, как Егор разогревал остывший ужин.
Оказывается, отец «поймал» маму на остановке. Кроме них никого на месте не было, он ударил её по голове, украв сумку, и наведался к нам в квартиру. Мама потеряла сознание и около часа пролежала на холодной земле, ещё и отказывалась ехать в больницу из-за того, что пыталась найти меня.
Эдуард Сергеевич уехал с твёрдым намерениям доставить её до врача. Я порывалась присоединиться, но он осадил меня, сказав, что будет лучше, если я останусь здесь, учитывая мой внешний вид. Чёрт, я и забыла! Окутавшее счастье рассеялось, оставив только болезненное чувство вино.
Хотелось рыдать, и в тоже время как будто не осталось на это сил. Я втыкала в одну точку, даже не моргая. Мне казалось, что виной всему этому исключительно я. Если бы мы не поругались…
– Алиса? – вывел меня из состояния оцепенения голос Егора.
– М?
Я перевела взгляд, окунувшись в два серых омута. Оказывается, он уже поставил передо мной тарелку и чашку чая. Егор пристально смотрел на меня, держа на весу свой смартфон.
– Скажи полное имя твоего отца.
– Зачем?
– Ты вообще меня слушала?
– Блин, прости, нет. Что ты говорил?
– Папа отписался, что с твоей матерью всё в порядке, ни ушибов, ни сотрясения, прямо повезло.
Я выдохнула, схватившись за чашку с чаем. Сделала несколько больших глотков, согрев себя горячим напитком.
– Они помирились, поехали отвлечься в спа, завтра мы все вместе завтракаем в ресторане.
Вновь вскинула голову, изогнув бровь, на что Егор слегка улыбнулся с кивком.
– Предполагаю, что нас с тобой твоя мать в покое не оставит, но она благодарна мне, что я защитил тебя от твоего отца. Теперь что касательно отца, пока наши голубки заняты, я накатаю заяву в полицию. Так что?
Я ответила на его вопросы, и послушно поднялась, когда Егор подхватил меня под локоть.
– Очень насыщенный день вышел, – у двери в мою комнату проговорил он.
– Ага.
– Отдыхай, постарайся выспаться. Если тебе что-то понадобится, ты знаешь где меня искать.
Он с улыбкой указал на дверь своей комнаты напротив моей, я растерянно кивнула.
– Спасибо, Егор. За всё, – пробормотала я, отвернувшись.
Схватилась за ручку, открыла дверь.
– Алис?
– Да? – удивилась, вновь посмотрев на Егора.
– Ты ни в чём не виновата.
– Виновата, – прошептала я, опустив голову, и уставилась на свои дрожащие пальцы.
– Нет, ты не сделала ничего плохого.
Он коснулся моего подбородка, заставив поднять голову, чтобы заглянуть в глаза.
– Ты слышишь? Ты. Не сделала. Ничего. Плохого.
Егор погладил большим пальцем щеку. Невольно прикрыла глаза от удовольствия, наслаждаясь нежным касанием.
– Они сами виноваты, – продолжил он и внутри что-то откликнулось на его слова. – Твоя мать за позицию, в которой не видит в тебе взрослого самостоятельного человека, которым ты являешься. Твой отец… адекватных слов не подберу, да ты и сама знаешь.
Я знала. Какая-то часть меня полностью согласилась с его заключениями, но… Ещё имелась та часть, привыкшая считать себя хорошей девочкой, которая никогда не шла против матери.
– Останься со мной, – это настолько неожиданно вырвалось из моих собственных губ, что я тут же распахнула глаза и с ужасом уставилась на Егора. – То есть…
Ему же не потребовалось повторять. Он обхватил меня за талию, с лёгкостью оторвав ноги от пола, и внёс в комнату.
– Примешь душ утром, забирайся под одеяло и отдыхай.
Я стянула с ног кроссовки, прямо в грязной одежде нырнула в кровать и только потом до меня дошло содеянное.
– Забей, – просто выдохнул Егор.
Он улегся рядом так, чтобы я могла опуститься на его грудь, что я и поспешила сделать. Забираться под одеялом он вместе со мной не стал, и я успокоилась, осознав, что он действительно просто уложил меня спать. В голове это не укладывалось, но оказавшись в мягкой постели, в согревающих и уютных объятьях, слушая ровный стук сердца в его груди, я мгновенно расслабилась.
– Сладких снов, зайка, я не буду спать, чтобы охранять твой покой, – прошептал Егор, начав перебирать мои волосы, и я действительно уснула.
Утром я проснулась от стука в дверь. В начале непонимающе предстала на локтях, пока мозг прогружал вчерашние события. С зевком всё вспомнив, осознала, что в постели одна. От Егора и следа нет, и вряд ли стучал он.
– Алиса? Могу войти? – послышался голос Эдуарда Сергеевича за дверью, заставив меня с паникой подскочить.
Я же по прежнему в грязной одежде, вся в краске. Чёрт-чёрт-чёрт! И всё же я ринулась к выходу, подумав, что с его стороны стучаться в собственном доме и спрашивать разрешения прямо вверх вежливости. Егору повезло с отцом! Стало даже стыдно, что я считала иначе.
Интересно, и мама уже здесь? Если она увидит меня в таком виде… Мне хана! И ладно. Времени придумывать что-то не было, да и желания, если честно, тоже. Увидит, так увидит!
Распахнув дверь, я с сожалением проблеяла:
– Простите, я…
Глаза расширились, когда Эдуард Сергеевич вручил мне несколько коробок. Одну просто огромную плоскую, и вторую поменьше.
– Всё хорошо? – встревоженно уточнил он.
– Да? – вырвалось у меня растерянно и я опустила взгляд на коробки, догадавшись, что это видимо платье и туфли для похода в ресторан. – То есть, спасибо большое. С мамой всё хорошо?
– Да, я уехал, пока она спала. Прими душ, спускайся на завтрак и через два часа мы ждём вас с Егором в забронированном ресторане. Не опаздывайте.
Мы замерли, глядя друг на друга. Я просто тонула в неловкости. Мне хотелось так много ему сказать: поблагодарить, и за то что ко мне так отнёсся, и о маме позаботился. Но нужные слова не находились.
– У нас всё хорошо? То есть у вас?..
– Всё нормально, – ответил спокойно Эдуард Сергеевич, даже чуть улыбнувшись. – Впрочем, если честно, могло быть и лучше. Не представляю, что нужно сделать Егору, чтобы твоя мать угомонилась, но это уже его проблемы, не мои. В моих глазах, вы оба не такие уж и дети, так что с этим разберётесь сами.
Я улыбнулась в ответ, не найдя других слов, кроме как:
– Спасибо.
Глава 23
Егор
Какое-то время я не мог оторвать взгляд от Алисы в вечернем платье. Пока я занимался делами, отец помог ей собраться и мы встретились уже в ресторане.
До этого момента я даже не представлял насколько мне повезло и какая же красивая малышка попала мне прямо в объятия! Не затискать её получилось только благодаря отцовскому подзатыльнику.
Ксения Алексеевна впрочем тоже на миг замерла, рассматривая дочь. Как будто только сейчас смогла увидеть в ней взрослую девушку, а не ребёнка.
Платье шоколадного оттенка под цвет её глаз, сверху облегающее и с декольте, снизу струилась широкая юбка. В меру элегантный вид дополняли сапожки на каблуках и лёгкий макияж с укладкой.
Алиса выглядела роскошно, и ни разу не пошло. Хотя у меня в брюках всё, ох, как напряглось, проследив за её язычком, который облизал алые губки.
Вежливые приветствия, комплименты, довольный вид отца, благодаря которому зайка и преобразилась. Интересно, ей самой-то вообще это всё понравилось? Не сомневался, что папа её не спросил, просто решив продемонстрировать какой наша жизнь может быть всем вместе. Надо отдать ему должное, я потёк, да и на Ксению Алексеевну тоже это всё явно произвело впечатление.
Впервые я подумал, что возможно не так уж и плоха вновь грядущая свадьба. Обрести полную семью, вот так вот ужинать вместе… Наверное, в этом и правда что-то есть.
Папа усадил Алису рядом со мной, а сам вместе с её матерью опустился напротив. Взгляд Ксении Алексеевны в конце концов отвлёкся от дочери, и сосредоточился на мне. Она уселась прямо, поджав губы, и со вздохом хмуро начала:
– Так. Теперь к делу.
Папа подхватил бокал и пробормотал:
– Попробуй вино, такое вкусное.
Он явно заказал самое дорогое в карте, пытаясь то ли затмить Ксению Алексеевну деньгами, то ли хотел помочь ей расслабиться. Она окинула его нечитаемым взглядом, всё же ухватила бокал, сделала несколько глотков и вновь уставилась на меня. Чтобы отец не замышлял, у него не вышло.
– Егор, я действительно благодарна тебе, но ты должен понимать, что не пара моей Алисе и вы не можете…
Ксения Алексеевна сидела напротив, прямая как палка, и от моего взгляда не укрылось, как она в этот раз осторожно подбирала слова.
– Мам! – подала голос Алиса и сжала под столом мою руку так, что её костяшки хрустнули.
Отец тихо хмыкнул, послав мне взгляд с намеком: твой ход. Он уже привык, и с любопытством ждал, что же я выкину на этот раз.
Ксения открыла рот, чтобы наверняка начать свою тираду о «непутевой дочери» и «развратном мажоре». Я спокойно достал из внутреннего кармана планшет, неспешно разблокировал.
– Ксения Алексеевна, – обратился без эмоций. – Я понимаю, что моё слово для вас ничего не стоит. Так что не хочу зря тратить время всех нас и предлагаю сразу поговорить на языке фактов.
Я опустил планшет на белую скатерть, повернув к ней. На экране высветился договор с логотипом юридической фирмы.
– Первое. Финансовый договор. С сегодняшнего дня на имя Алисы открыт инвестиционный счёт.
Её глаза сузились, начав изучать текст на экране.
– Каждый месяц на него будет поступать сумма, равная средней зарплате ведущего дизайнера в нашем городе. Независимо от меня, вас или кого бы то ни было эти деньги её. Навсегда. Подушка безопасности.
Вспыхнувшая мгновенно ярость на лице Ксении Алексеевны стала уступать интересу, по мере того, как её взгляд изучал написанное.
– Егор, – сдавленно, с ноткой неверия прошептала Алиса.
Я пальцами пощекотал её ладонь, пытаясь отвлечь и успокоить. Знал, что со стороны это будет выглядеть, как попытка купить, но… Какая разница, если это может позволить нам быть вместе?
– Второе. Учёба. Я оплачу любые курсы, стажировки, материалы. Вплоть до магистратуры за границей, если захочет. Помогу в развитии.
– Ты что?.. – выдохнула зайка уже громче, с щемящей обидой в голосе, от которой внутри что-то неприятно кольнуло.
– Ты думаешь, всё можно купить? – уточнила Ксения Алексеевна, без раздражения и злости, с лёгкой толикой любопытства.
Она медленно подняла голову от планшета, посмотрела на меня совершенно другим взглядом. Теперь перед ней не хулиган, и не развратный мажор, а мужчина, который способен не просто предложить светлое будущее её дочери, но и реально его дать. Сомневался, но видимо язык фактов со вкусом денег всё же убедит кого угодно.
– Нет, – ответил я беззаботно. – Но можно купить уверенность в завтрашнем дне. Вы переживаете, что я использую Алису и брошу ни с чем. Так вот, я даю гарантию, что «ни с чем» не будет при любом раскладе.
Отец до этого момента молчавший, фыркнул. Его плечи предательски задрожали от с трудом сдерживаемого смеха. Он прикрыл рот салфеткой, в его взгляде читалось: «Ну ты и кретин».
– Ты серьёзно? – прошипела Алиса непонимающе, вытянув руку из моей пятерни. – По твоему я вещь имеющая цену⁈
– Ты бесценна, – не задумываясь, ответил я. – Я озвучиваю цену моих гарантий.
Я вновь глянул на Ксению Алексеевну, её взгляд метался между планшетом, Алисой, папой и мной.
– Третье. Дайте мне испытательный срок – до конца учебного года. Если средний балл Алисы упадёт, если она пожалуется, что несчастна, если я хоть раз что-то натворю – счёт останется у неё, а я исчезну. Навсегда.
– Что ты об этом думаешь? – наконец спросила Ксения, обратившись к дочери.
– Что хочу стукнуть его тарелкой по голове, – пробубнила Алиса, вызвав очередной смешок у отца.
– Прости, зайка, но иногда приходится использовать различные методы, чтобы достичь поставленных целей, – проговорил я уверенно, подав ей тарелку, и, склонив голову, добавил: – Бей.
Ксения Алексеевна хихикнула. Всё! Это победа.
– Придурок, – совсем тихо прошептала малышка так, чтобы услышал только я, затем громче продолжила: – Мам, он может быть нормальным! Даже заботливым и милым, когда деньгами не разбрасывается во все стороны, честно!
– Что ж, я подумаю, – тихо отозвалась её мать.
– Значит испытательный срок? – резюмировал я, улыбнувшись, и подал ей руку.
– Значит испытательный срок, – согласилась она, отзеркалив мою улыбку. – И вы оба ведёте себя, как лапочки и помогаете нам с предстоящей свадьбой!
– Есть, мэм!
– Зови меня просто Ксюша. И Алиса, как долго ты собиралась скрывать от меня своё увлечение? Я требую подробностей, а так же очень хочу, чтобы ты оформила нашу будущую комнату с Эдиком…
Я посмотрел на отца, который подмигнул Алисе. Явно его рук дело, не только рассказал про стрит-арт Ксении Алексеевне, но видимо ещё и расписал перспективы, что она так спокойно восприняла. Откинулся на спинку стула, и когда папа перевёл взгляд на меня, я отсалютовал ему бокалом с соком. Не верится, что мы всё решили.
