Текст книги "Дворец, где разбиваются сердца"

Автор книги: Антон Леонтьев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

Каролина ударила Жан-Батиста по щеке, в глазах де ля Круса вспыхнул огонь. Девушка, оттолкнув его, прошла к повозке. Она услышала шипение де ля Круса:

– Еще ни одна женщина не смела ударить меня! Запомни это, Каролина! Тебе это даром не пройдет!

Она велела Лулу положить покупки, немедленно сесть в повозку, и они отправились обратно в поместье Вилмайо. Не удержавшись, Каролина обернулась, когда повозка заворачивала за угол. Жан-Батист по-прежнему стоял на тротуаре, прижимая руку к щеке, и выражение его бледного лица не сулило ничего хорошего.

Дома она смолчала и решила не ставить мужа в известность об инциденте с де ля Крусом. Она знала, что упоминание имени Жан-Батиста выводит адмирала из себя. Потянулись снова скучные и так похожие друг на друга дни в поместье.

Неделю спустя, во второй половине дня, во дворе раздался топот. Выглянув в окно, Каролина увидела всадника. Тот вручил Лулу какое-то письмо и немедленно удалился. Письмо предназначалось Каролине.

Она раскрыла конверт и увидела, что послание было от ее сестры Антонии. Та просила о немедленной встрече. Вообще-то Антония жила в Эльпараисо, однако в данный момент, как гласило письмо, она находится в Санта-Кларите на постоялом дворе и нуждается в помощи Каролины.

Каролина приняла решение немедленно ехать. Адмирал, как это он обычно делал после обеда, отдыхал, в особняке царили покой и тишина. Поэтому, взяв с собой Лулу, Каролина отправилась в Санта-Клариту. Их путешествие длилось до вечера. К удивлению и разочарованию Каролины, на постоялом дворе Антонии не оказалось, и хозяин уверил ее, что Антонии там и не было. Каролина недоумевала: зачем сестре обманывать ее? Она ведь нуждается в помощи, в письме недвусмысленно было сказано об этом.

Она прогулялось по городку, надеясь, что Антония находится все же в Санта-Кларите. Однако там ее не было. Поэтому уже в сумерках женщины вернулись обратно в поместье. Особняк встретил их темнотой и тишиной. Обычно он всегда светился, но в тот вечер все было по-иному. Каролина, спрыгнув с повозки, зашла в дом и позвала кого-нибудь из служанок. Но на ее зов никто он откликнулся. Зато она услышала дикий крик Лулу. Каролина ринулась обратно во двор и нашла мулатку на конюшне. Та указывала дрожащей рукой на нечто, белеющее на полу конюшни. Каролина пригляделась и увидела, что это – их конюх. Он был мертв, убит кем-то. Его белая рубашка была в крови.

Каролине стало не по себе. Она взяла топор и велела Лулу оставаться на улице и при малейшей опасности бежать что есть сил. Мулатка захныкала:

– Каролина, я боюсь! Кто его убил? И почему дом похож на склеп? Это все духи джунглей!

На ум Каролине пришли рассказы поварихи Транкулианы: та была уверена, что в джунглях обитают злобные призраки, которые иногда открывают охоту на людей. Но, конечно же, это все сказки и глупости! Однако, переступив порог темного и мрачного особняка, она не была так в этом уверена. Она позвала служанок, выкрикнула имя мужа – ей никто не ответил.

Лулу потянулась за ней, причитая, что она боится оставаться одна. Каролина взяла ее за руку, и они прошли на кухню. Там они увидели еще два мертвых тела – кухарка и горничная лежали на полу, тоже в крови и без признаков жизни. Каролина сжала обух топора. Что же здесь произошло?

Они поднялись по скрипящей лестнице на второй этаж. Дверь в спальню мужа была приоткрыта. Каролина зашла туда и увидела адмирала, лежащего в постели. Неужели тот спит? Но нет, бедный адмирал Вилмайо, как и слуги, был убит неизвестными – в груди у него торчал кинжал. Лулу всхлипнула и заплакала, Каролина опустилась рядом с супругом. Что за трагедия разыгралась в особняке, пока их с Лулу не было? Внезапно она подумала, что кто-то намеренно выманил их из поместья, чтобы совершить ужасное преступление и лишить жизни стольких людей. Но кому надо убивать адмирала и слуг?

Каролина попыталась вытащить из груди мертвого мужа кинжал. Затем закрыла адмиралу глаза и поцеловала его в холодный лоб. Ее трясло как в лихорадке. Лулу вскрикнула и затихла, а затем прошептала:

– В доме кто-то есть, Каролина! Там внизу кто-то ходит!

Каролина тоже слышала, как на первом этаже кто-то бродит, она даже различала голоса. Значит, убийцы все еще в доме! Скорее всего это разбойники или сумасшедшие, кому еще придет в голову вырезать целую семью?

Она подхватила топор, в другой руке зажала окровавленный кинжал, и они вышли из спальни.

Так и есть, внизу кто-то разговаривал. На первом этаже было несколько мужчин. Каролина с топором бросилась на них. Те успели отреагировать, кинулись в разные стороны. Только потом Каролина увидела, что это не бродяги, а полицейские.

Один из них нацелил на Каролину пистолет и произнес:

– Синьора Вилмайо, немедленно положите топор и кинжал! Или мне придется применить силу!

Каролина, радуясь тому, что полиция уже на месте, послушно сложила оружие. И только затем она увидела, что ее руки в крови, как и платье. Со стороны она производит наверняка гнетущее впечатление.

– Они все мертвы, – сказала Каролина. – Мой муж, наши слуги... Их кто-то убил!

– Синьор адмирал Вилмайо тоже убит? – спросил другой полицейский. – Так, так... Мы вынуждены вас арестовать, синьора, по подозрению в убийствах.

Каролина не понимала, что они хотят от нее? Позднее она узнала, некто подбросил в полицию записку о том, что Каролина Вилмайо убила мужа и слуг и лучше всего им как можно скорее приехать в особняк к адмиралу.

Полиция, которая наводнила дом, нашла массу улик. Кинжал, которым был убит спящий адмирал, без сомнения, держала в руках Каролина. Кровавые следы в комнатах. И, самое важное, полное отсутствие алиби. Каролина и Лулу заявляли, что были в Санта-Кларите, так как получили странную записку от Антонии.

Каролине не поверили и почему-то сочли, что все это выдумки. Хозяин постоялого двора подтвердил, что Каролина и Лулу появлялись у него и спрашивали, где остановилась Антония, однако это наверняка была уловка, чтобы доказать свою якобы непричастность к убийствам.

Поползли слухи, которые кто-то намеренно распускал. Шептались, что Каролина собственноручно убила адмирала, так как ей надоел старый муж и захотелось получить его состояние. Выяснилось, что из дома исчез садовник, и его тело было найдено несколькими днями позже на дороге. В его мешке нашлась нацарапанная записка, в которой несчастный сообщал всем, что он был в течение года любовником донны Каролины и по ее наущению убил в доме всех слуг. Сама же Каролина заколола спящего адмирала.

Каролина никак не могла поверить, что все, происходящее с ней, правда. Ее поместили в тюрьму столицы штата, из жены адмирала Вилмайо она превратилась в его убийцу, кровавую злодейку и сумасшедшую.

Самое ужасное, что полиция верила в ее причастность к убийствам. Лулу тоже оказалась под арестом, и, несмотря на то что она подтверждала слова Каролины, мулатке никто не верил. Все думали, что Каролина из жадности убила мужа, а ее любовник, который потом, мучимый угрызениями совести, покончил с собой, зарубил слуг.

Ее поместили в маленькую и вонючую камеру, окна которой выходили на площадь. Каролине почти не давали есть, вода была протухшей и горькой. Она потеряла счет дням. Никто не общался с ней, и когда она требовала директора тюрьмы, надзиратели в ответ только хохотали.

Она спала на соломе, когда услышала громыхание ключей, железная дверь распахнулась, надзиратель, входя в каморку, сказал:

– С тобой хочет увидеться господин. Веди себя нормально, иначе мне придется применить силу!

Избиение заключенных в тюрьме было обычным делом, Каролина надеялась, что это – ее адвокат, директор тюрьмы или, может быть, Артуро?

Но вместо них перед ее глазами появился Жан-Батист. Де ля Крус был облачен в изящный плащ, на отвороте которого сверкала пряжка с бериллом. Он поморщился, проходя в пропитанную миазмами камеру. Руки его были затянуты в перчатки. Он снял цилиндр и сказал:

– Рад тебя видеть, моя дорогая убийца!

Каролина прислонилась к холодной кирпичной стене. Последним человеком, которого она хотела видеть в камере, был де ля Крус. Что он забыл здесь?

– Я вижу, что ты несколько изменилась, ma belle meurtriere[13]13
  Моя прелестная убийца (фр.).


[Закрыть], – проговорил француз с легкой улыбкой презрения. – Тюрьма – это не место для таких, как ты, Каролина. У тебя нет зеркала, иначе бы ты смогла увидеть страшно чумазую, со свалявшимися волосами бабу. Такой ты стала... Но ты сама виновата в этом, chere!

Жан-Батист рассмеялся, и от его голоса Каролине стало не по себе. Зачем он пожаловал? Внезапно у нее мелькнула ужасная мысль – убийство адмирала Вилмайо и слуг в особняке организовал именно де ля Крус! И, возможно, не только организовал, но и осуществил! Он же обожает насилие и кровь...

Гость словно прочитал ее мысли. Жан-Батист произнес, подходя вплотную к Каролине:

– Ну что, поняла, кто стоит за всем этим? Да, это я зарезал адмирала, и мне доставило небывалое удовольствие отправить отца вслед за сыном. Но ведь все думают, что это сделала ты! Все, в том числе и судьи! И ведь судьи – мои лучшие друзья, я почти каждый вечер играю с ними в преферанс.

– Ты чудовище, Жан-Батист, – прошептала Каролина. – Я тебя ненавижу! Ради чего ты сделал все это?

– Ради тебя, – сказал де ля Крус, и его затянутая в перчатку рука коснулась лица Каролины. – Ты мне нужна, моя маленькая девочка! Ты думала, что, выйдя замуж за старого идиота, сможешь избавиться от меня? Как ты ошиблась!

Он указал на площадь, которая виднелась из окошка каморки. В последние дни там шла лихорадочная работа, возводили помост, топоры стучали сутки напролет.

– Тебе ведь известно, что там строят? Эшафот! Чтобы палач мог отрубить преступникам головы. Сезон казней откроется через два дня. И мне известно, моя малышка, что ты тоже окажешься в числе тех, кто взойдет на этот помост. Ты мне не веришь? Смертный приговор для тебя – дело решенное. В городе тебя считают исчадием ада. Тебе отрубят голову!

Жан-Батист усмехнулся, словно ему было приятно слышать эти ужасные слова. Каролина знала, для чего возводят помост на площади, тюрьма полнилась слухами.

– Но у тебя есть шанс остаться в живых, – заявил ей де ля Крус. – И знаешь, какой именно? Стать моей любовницей! Уже не женой, я же не могу жениться на женщине, зарезавшей престарелого супруга. Но я могу добиться того, чтобы тебя приговорили к каторге, а затем моментально амнистировали. Ты выйдешь на свободу, но будешь обязана переехать в мое поместье и жить со мной, моя пташка!

Каролина не знала, что страшнее – взойти на эшафот или стать рабыней Жан-Батиста. Он приблизился к ней, Каролина почувствовала жар, который охватывает ее тело. Она любит и одновременно ненавидит этого человека!

– На суде я заявлю, что убийца – ты, – сказала она. – Ты, Жан-Батист!

Тот расхохотался:

– И тебе поверят? Тебя считают свихнувшейся, поэтому твоим словам никто не уделит внимания. Да и суд пройдет быстро, господам юристам понадобится не более получаса, чтобы рассмотреть твое дело и приговорить тебя к смертной казни. А после этого приговор будет приведен в исполнение! И твоя красивая головка окажется в корзине с опилками!

Каролина плюнула Жан-Батисту в лицо. Де ля Крус дернулся, а затем прошептал, наливаясь краской гнева:

– Ну что же, неразумная строптивица, ты сама решила свою судьбу. Я предлагал тебе жизнь, ты это отвергла. Ты будешь приговорена к смертной казни, и палач отсечет тебе голову. И я с большим наслаждением буду наблюдать за твоим концом!

С этими словами он вышел из камеры. Каролина в изнеможении опустилась на солому. Правильно ли она сделала, что отказалась от предложения Жан-Батиста? Но ведь стать его рабой в итоге означало приговорить себя к медленной и изощренной смерти. Де ля Крус – умалишенный, он садист и маньяк. Убийца, который любит ее. А она его?

На следующий день Каролина стала невольной свидетельницей казни. В исполнение приводили приговор, вынесенный разбойнику. Она услышала барабанную дробь, площадь была заполнена людьми. Все собрались на казнь как на праздник.

Каролина осторожно выглянула в оконце. Ей не хотелось наблюдать за процедурой смерти, но непонятное любопытство заставляло ее не отрываясь наблюдать за происходящим.

Помост был оцеплен солдатами, которые отталкивали любопытных граждан. Подъехала телега, в которой сидел закованный в цепи преступник: бородатый мужчина лет сорока. Его выволокли из телеги, смертник сопротивлялся, он не хотел самостоятельно подниматься на эшафот. Несколько солдат грубо поволокли его наверх. Бедняга заливался смехом и рыдал, то ли имитируя сумасшествие и надеясь на отмену приговора, то ли в самом деле помутившись рассудком.

Разбойника подтолкнули к палачу – огромному плечистому бугаю, облаченному в черную остроконечную маску с прорезями для глаз. Палач схватил преступника, тот перестал бесноваться и обмяк, поняв, что его судьба решена.

Барабанный бой усилился, Каролина не отводила глаз от помоста. Палач помог преступнику опуститься на колени, голову тот положил на большую колоду. Толпа затихла, палач обнажил сверкающий на солнце меч...

Каролина отшатнулась от окна, секундой позже все было кончено, люди на площади радостно закричали. Каролина снова выглянула в окошко – палач показывал всем отсеченную голову разбойника с вылезшими из орбит глазами.

Каролина потеряла сознание.

Она пришла в себя, не зная, было ли все, чему она стала свидетельницей, сном или явью. Но это была правда! Следующим днем казнили еще двух человек, в том числе и одну женщину, которую признали виновной в колдовстве и совершении подпольных абортов. Каролина, забившись в угол, закрыла глаза и заткнула пальцами уши, но все равно барабанный бой доносился до нее, как и крики толпы и возглас палача, когда он демонстрировал собравшимся отсеченную голову. Каролине стало очень страшно. Ведь Жан-Батист прав – ее так же привезут в телеге на площадь, где собрались жадные до кровавого пиршества обыватели, а минутой позже ее голову покажут толпе. И все будет кончено? Она понесет наказание за преступления, которых не совершала?

Надзиратель снова доложил, что ее хочет кто-то видеть. Она тайно надеялась, что этот некто – Жан-Батист. И она подумает, прежде чем дать ему ответ.

Но в этот раз к ней заявился не де ля Крус, а Сильвио Асунсьон. Адвокат, за последние годы еще более растолстевший, приобретший лоск и апломб, заявил с порога:

– Каролина, я пришел, чтобы помочь тебе. Я – твой защитник на процессе, который будет рассматриваться уголовным судом штата послезавтра.

– Что станет со мной? – спросила его Каролина.

Сильвио, вздохнув, не стал скрывать правды:

– По всей вероятности, тебя приговорят к смертной казни. Мужеубийц у нас не жалуют.

– Тогда на плаху надо отправить и сестру Жан-Батиста, мою мачеху Валентину! – закричала Каролина. – И самого де ля Круса!

– Не советую тебе так громко кричать, Каролина, – сказал адвокат. – Это все равно не поможет, а в тюрьме у каждой из стен есть уши. До меня дошли слухи о том, что де ля Крус неравнодушен к тебе. И он сейчас усиленно обрабатывает судий, заставляя их вынести тебе самый суровый приговор. Я уверен, что наши законники не пожалеют тебя.

– Но как же мне спастись, неужели меня тоже казнят? – спросила Каролина в ужасе. Только сейчас до нее дошел полный смысл этой ужасной новости – ей нет и двадцати, а придется умирать.

– Я спасу тебя, для этого я и здесь, – сказал Сильвио. – Но тебе нужно приготовиться к процессу!

Судебное разбирательство прошло, как и говорил Асунсьон, через два дня. Каролину с утра вытащили из темницы и доставили к старинному зданию ратуши, где и заседал уголовный суд. Ее провели в зал с лепниной на потолке, она оказалась перед тремя судьями, облаченными в пурпурные мантии и старинные седые парики.

Двух из них она знала лично, встречалась на балах. Третьим судьей был бульдогообразный Портарес, который когда-то едва не стал ее мужем. Но теперь представители коста-бьянкской Фемиды делали вид, что не знают Каролину. Прокурор, тощий субъект, тоже в мантии и парике, каркающим голосом зачитал обвинение. Каролину обвиняли в планировании и осуществлении убийства законного супруга, дона адмирала Вилмайо, а также пособничестве в уничтожении слуг и нарушении супружеской верности.

Каролине даже не дали слова, прокурор представил суду доказательства – показания полицейских, кровавый кинжал и, самое важное, посмертное признание «любовника» Каролины, садовника из поместья.

Она понимала, что все это было подстроено де ля Крусом. Тот хотел заманить ее в ловушку, поставить перед выбором – или он, или смерть на эшафоте. И она выбрала смерть!

Сильвио как ее защитник напрасно старался поразить судий красноречием, те откровенно зевали, слушая Асунсьона. Приговор был вынесен еще до начала процесса. Наконец адвоката прервали на полуслове и сказали, что его время истекло. С момента начала суда прошло не более сорока минут.

– В свете представленных выше бесспорных доказательств, – провозгласил один из судей, – которые целиком и полностью свидетельствуют о виновности обвиняемой Каролины Вилмайо, урожденной Рокасолано, во всех инкриминируемых ей преступлениях, высокий суд принимает следующее решение...

Судья замолчал, посовещался со своими коллегами, Каролина видела, как двигаются их красные губы. Судья продолжил:

– Решение суда таково: за многочисленные преступления, совершенные против Бога и человека, признать обвиняемую виновной и назначить ей в качестве искупительного наказания смертную казнь через усекновение головы. Приговор должен быть приведен в исполнение завтра!

Он ударил тяжелым молоточком, объявляя заседание закрытым. Судей ждал обед, а затем еще два процесса. Каролину вывели из зала суда. В коридоре ратуши она заметила Жан-Батиста. Тот приветливо помахал ей рукой. Каролина отвернулась. Сильвио прошептал:

– Жди сегодняшней ночи, Каролина! Я не брошу тебя, уверяю!

– Если ты хочешь спасти меня, то спаси и Лулу, – взмолилась Каролина. – Ее будут судить вслед за мной и наверняка тоже признают виновной и вынесут смертный приговор.

Ее снова заперли в камеру, и она была вынуждена наблюдать за приготовлениями к очередной казни – на этот раз ее собственной. Настала ночь, последняя ночь в ее жизни. Каролину сморил сон, она пришла в себя оттого, что железная дверь распахнулась и в камеру вошел священник. Последняя исповедь!

Священник откинул капюшон, и Каролина увидела лицо Сильвио. Он протянул Каролине руку и сказал:

– Быстрее, у нас мало времени. Пошли!

Она, не веря в чудо, последовала за адвокатом. Они прошли по тюремному коридору, на пути им не встретилось ни одного охранника. Они беспрепятственно вышли на улицу, где их ждала черная карета с зашторенными окнами. Внутри сидела перепуганная мулатка Лулу.

Сильвио крикнул кучеру:

– Гони!

Тот ударил лошадей, и карета сорвалась с места. Каролина спросила у Сильвио:

– Но как это получилось? Ведь самое позднее завтра утром обнаружат, что Лулу и я исчезли. И они поднимут по тревоге полицию...

– Это будет завтра, – сказал Сильвио. Он вынул из кармана рясы мешочек с золотыми монетами, а из другого – бутылку.

– Кто-то получил мзду за то, чтобы охранники и надзиратели выпили сегодня доброго вина, – он потряс бутылкой. – Это не отрава, а всего лишь снотворное. Но нам нужно как можно быстрее убираться из города и из штата. Лучше всего вообще покинуть страну!

Но Каролина приняла решение ехать к Марии-Элене. Та вместе с Артуро и дочерью жила на востоке Коста-Бьянки, в небольшом военном гарнизоне. Сильвио проводил их до границы штата, адвокат сказал:

– Мне нужно возвращаться обратно в город, уже рассвет. Я же говорил, что помогу тебе, Каролина, и я сдержал свое слово.

– Я тебе благодарна, – ответила Каролина. Сильвио уже не казался ей напыщенным и самодовольным.

Асунсьон уверил ее:

– Я знаю, что вскоре все изменится. У меня грандиозные планы! И мы встретимся снова, я это знаю! А пока старайтесь избегать шумных трасс, кучер – надежный человек, он доставит вас туда, куда надо. Я оставлю тебе денег на новую одежду и еду! Советую вам отправиться как можно дальше отсюда, в те края, где никто и никогда не слышал о процессе над тобой и твоем побеге из тюрьмы!

На прощание Сильвио склонился в поцелуе над рукой Каролины, а затем отправился к ближайшему постоялому двору, чтобы вернуться в город верхом.

Дамы поехали дальше. В дороге им пришлось провести почти неделю, прежде чем они оказались в далекой провинции. Они прибыли в тихий городок, где с недавних пор обитали Мария-Элена и Артуро.

Сестра была несказанно рада визиту Каролины. Она не знала ни о смерти адмирала, ни о смертном приговоре, вынесенном судом сестре. Каролина не стала ничего ей рассказывать, только сказала, что адмирал Вилмайо скончался и она решила предпринять далекое путешествие, чтобы увидеть сестру и племянницу.

Она поселилась в доме Марии-Элены и Артуро, стараясь как можно реже появляться в городке. Никто не должен знать, что они с Лулу здесь, иначе их поймают и снова предоставят в руки так называемого правосудия.

Прошло несколько месяцев, жизнь текла своим чередом. Каролина видела, что Мария-Элена счастлива в браке, Артуро нежно ее любит, а их трехлетняя дочурка является любимым и желанным ребенком.

Каролина почувствовала, что ее девическая любовь к Артуро снова воспряла к жизни. Однако она старалась гнать от себя эту мысль. Как она может, она же находится в доме сестры, которая приютила ее и спасла от гибели!

И все же она никак не могла сдержать свою чувственность. Взгляды, случайные прикосновения, двусмысленные разговоры – Артуро, как она видела, тоже обратил на нее внимание. Они часто ходили гулять вдоль океанского побережья, и Каролина на мгновение представляла себе, что Артуро – ее муж. Когда-то она так этого хотела! Но с тех пор прошло много лет, многое изменилось...

Мария-Элена была беременна, Артуро надеялся, что на свет появится сын. Сестра сделалась капризной и раздражительной, всю работу по дому пришлось взять на себя Каролине и Лулу.

Предвестником катастрофы стали неудачные роды, Мария-Элена родила еще одну девочку, которая не прожила и суток. Сестра впала в депрессию, не хотела никого видеть и отказывалась выходить из темной комнаты.

Артуро, как мог, старался успокоить жену, но это давалось ему с большим трудом. Мария-Элена горевала об умершей дочери, Артуро большую часть времени пропадал на военной службе. Супруги часто ссорились, Артуро обвинял жену в том, что она живет иллюзиями, а та называла его бессердечным и жестоким.

Каролина, к своему ужасу и тайной радости, заметила, что Артуро с благосклонностью относится к ее знакам внимания. То он якобы случайно вошел в кладовую, когда раскрасневшаяся Каролина ревизировала запасы, то она столкнулась с ним в купальне и почувствовала на себе его пристальный и восхищенный взгляд.

Мария-Элена не пускала мужа к себе на ложе, она заявила, что не хочет больше иметь детей. Артуро поссорился с женой, и после этого его натиск усилился. Однажды он столкнулся с Каролиной во дворе, внезапно прижал ее к себе и поцеловал. Каролина знала, что это рано или поздно должно случиться. Она настраивала себя, что оттолкнет Артуро и пристыдит его, но вместо этого обвила его шею руками.

Она ругала себя и в то же время думала, что ее давнишняя мечта – быть вместе с Артуро – вот-вот сбудется. Когда в очередной раз Мария-Элена заявила, что плохо себя чувствует и заперлась в спальне, Артуро и Каролина решили отправиться к океану.

– Милая Каролина, – сказал ей хриплым голосом Артуро. – Давайте прогуляемся, как мы это обычно делаем!

Она знала, что на этот раз все будет не как обычно. Они отправились на пустынный песчаный пляж. С ними увязалась малышка – дочь Артуро и Марии-Элены и племянница Каролины. Отпустив девочку резвиться на пляж, Артуро взял Каролину за руку и повлек к джунглям.

Там было много укромных уголков. Артуро дал волю страсти, и Каролина решила, что нет смысла сдерживать свои желания. В роще около мерно плещущегося океана они остановились. Все было как во сне: именно этого Каролина желала много лет. Они скинули одежды и предались любви. Артуро был так нежен и страстен с ней, Каролина же вдруг вспомнила Жан-Батиста и его объятия. Де ля Крус был в далеком прошлом, она должна забыть его! С ней Артуро! Ведь она хотела этого с самого начала...

– Мне кажется, что я люблю тебя, – прошептал Артуро, покрывая ее лицо поцелуями.

Каролина спросила:

– А как же Мария-Элена?

– Мария-Элена? Я не знаю... Я тоже люблю ее, но в последнее время у нас все наперекосяк...

В этот момент со стороны океана до них донесся крик. Артуро встрепенулся. Каролина присмотрелась и увидела девочку – но не на берегу, а в волнах океана, уже далеко от берега. Ребенок кричал, то и дело уходя под воду. Артуро бросился к воде, рассек волны и поплыл к дочери. Каролина в ужасе наблюдала за его попытками спасти ребенка.

Артуро вернулся на берег с дочерью. Однако он опоздал – девочка наглоталась слишком много воды, и спасти ее было нельзя. Каролина не могла поверить, что жизнь ушла из этого маленького тельца. Единственный ребенок Марии-Элены и Артуро, который погиб вскоре после неудачных родов у сестры. Та наверняка расценит это как проклятие и дурной знак со стороны небес.

Каролина подумала, что если бы они с Артуро как безумцы не предались страсти в роще, забыв обо всех и вся и оставив девочку одну, то трагедии бы не случилось. Но ведь всего несколько минут назад она была так счастлива с Артуро, и вот – все изменилось. За что судьба так жестока к ним?

Артуро подхватил мокрое тельце дочери и сказал Каролине:

– Оденься!

Каролина сообразила, что вылетела на пляж обнаженной. Затем Артуро добавил:

– Никто и никогда не должен узнать, что было между нами и как погибла девочка. Это был несчастный случай. Мне не удалось спасти ее.

Каролина никак не могла поверить, что девочка умерла. Быть может, это кошмарный сон – и не более того? Она боялась реакции Марии-Элены на смерть дочери. Ее опасения подтвердились: когда сестре сообщили, что ее дочь утонула в океане, та сначала долго не могла понять, о чем идет речь. Затем произнесла:

– Значит, она умерла? Да нет же, Артуро, ты не так все понял! Она заснула и скоро проснется! Просто нужно подождать. Ведь так?

Мария-Элена сошла с ума. Она провела около дочери несколько часов, на похоронах не присутствовала. Казалось, что она абсолютно спокойна и непоколебима. Так и было, ведь мать была уверена, что ее дочь уехала, заболела, играет с соседскими детьми – но только не умерла.

Каролина с ужасом наблюдала за происходящим. После того как Артуро вернулся с похорон, первой фразой, которую обратила к нему Мария-Элена, была:

– А где наша дочь? Почему ее все еще нет дома? Неужели ты позволяешь ей допоздна играть на улице, Артуро!

Когда же он попытался ей объяснить, что ребенок умер, та ответила:

– Что за чушь! Конечно же, она жива! Она не могла умереть! Умер мой второй малыш, а с ней все в порядке. И, кстати, Каролина, прикажи подогреть суп, она сейчас придет!

Так все и продолжалось. Разогревался обед, стол накрывался на четыре персоны – в том числе и для умершей дочери, ее вещи стирались и исправно относились в комнату девочки. Мария-Элена говорила о дочери так, как будто та вот-вот вернется. Муж пытался ей объяснить, что девочки нет, но Мария-Элена выслушивала его сбивчивые слова, а затем говорила, как будто ничего не слышала:

– А теперь необходимо искупать ее. И подстричь волосы! И куда только эта негодница запропастилась!

Доктора оказались бессильны. Мария-Элена помутилась рассудком, но это было не буйное помешательство, она изобрела для себя собственный мир, в котором дочь по-прежнему была жива. Она никак не хотела считаться с действительностью.

Артуро надеялся, что вот-вот все пройдет. Но это «вот-вот» никак не наступало. День за днем, неделю за неделей, месяц за месяцем повторялся один и тот же безумный ритуал: накрывался стол с лишним прибором, гладилась и стиралась одежда, Мария-Элена вела речь о девочке как о живой. Артуро однажды силком вывез ее на кладбище и указал на могилу дочери. Жена безучастно посмотрела на маленький каменный крест, а затем, повернувшись к супругу, задала вопрос:

– Говорят, что на будущей неделе в город приезжает бродячий цирк. Думаю, Каролине и нашей дочурке обязательно надо сходить на представление! И что мы делаем на кладбище, Артуро? Ведь уже время обеда, и наша малышка наверняка нас заждалась. Поехали домой!

В итоге Артуро сдался. Он ничего не мог поделать с Марией-Эленой. Ситуация постепенно ухудшалась. Женщина теряла память, замыкалась в себе, временами становилась агрессивной. Семейство Асунсьон перестало принимать гостей и выезжать в свет. Мария-Элена проводила большую часть времени в своей комнате, где вела нескончаемые беседы с собой, своей дочерью и давно умершим доном Витторио. Если кто-то мешал ей, то она повышала голос и бросалась на обидчика, стараясь расцарапать ему или ей лицо длинными нестрижеными ногтями и укусить желтыми зубами.

Артуро вначале крепился, затем отдалился от жены. Из цветущей молодой женщины та превратилась в сумасшедшую старуху, которая, едва заслышав на улице детские голоса или смех, распахивала окно и, пугая прохожих, кричала:

– Домой, домой, тебе пора домой! Мы скоро будем обедать! И почему на тебе такое грязное платьице?

Каролина взяла на себя все заботы по хозяйству. Она с течением времени превратилась в хозяйку в особняке Асунсьон. Затем она организовала и возглавила приют для бездомных детей при монастыре, настояла на том, чтобы бродягам и беднякам хотя бы раз в неделю выделяли горячее питание, сама приглашала в дом обездоленных, заботилась о них и кормила их.

Ее любили все, кому требовалась помощь, они знали, если что-то случится, то нужно идти к Каролине. В душе же Каролина пыталась хотя бы как-то искупить вину перед сестрой. Если бы тогда они с Артуро не предались дикой страсти, если бы девочка не побежала к океану, ее бы удалось спасти...

Она винила себя в болезни Марии-Элены. Та же со временем впала в детство, вскоре перестала говорить, а только блаженно улыбалась и мычала. Артуро сделал блестящую военную карьеру, получил звание полковника и возглавил военный гарнизон в городе.

Прошло несколько лет, Каролина смирилась с мыслью о том, что остаток дней она проведет в доме Артуро и Марии-Элены. Она должна загладить свою вину!

Много раз в течение этих нескольких лет Артуро пытался снова добиться ее благосклонности. О том, чтобы снова жить как муж и жена с Марией-Эленой, не могло быть и речи. Поэтому он заходил к Каролине в спальню, навещал ее в кладовой и на кухне, но каждый раз слышал от нее твердое: