355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Антон Лисицын » Закат эпохи » Текст книги (страница 3)
Закат эпохи
  • Текст добавлен: 21 октября 2016, 21:22

Текст книги "Закат эпохи"


Автор книги: Антон Лисицын



сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 22 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

А сейчас позавтракаю остатками кабанчика и начну тренироваться, ибо чтобы отомстить – сначала нужно выжить.

День тренировок дает весьма неплохие результаты. «Мерцание» получается, но несколько медленно, стандартные заклинания тоже работают, как положено. А вот мечевая техника несколько непривычна: связки состоят в основном из рубящих ударов, ритм движений рваный. Также присутствуют элементы рукопашного боя. Причем, насколько хватает моих знаний, стиль ориентирован на противостояние одного против многих. Все-таки оказывается, что мышечная память существует. Иначе как объяснить, быстрое освоение незнакомого стиля? А то, что удары рубящие, неудивительно – нежить колоть бессмысленно, кровью она не истечет.

Хотя думаю, что тут дело не только в пресловутой мышечной памяти. И дома увлекался историческим фехтованием, причем не по новым, гуманным, правилам.

Всякое бывало на тренировках: вывихи, трещины в костях, выбитые зубы… Так что эти знания и навыки закреплялись потом и кровью. Вот поэтому и желающих заниматься по старым правилам немного – мало того, что хорошее снаряжение стоит не рубль двадцать, так и медицина в нашей стране бесплатна лишь на бумаге.

Малые Гнилушки, а точнее, их староста меня очень заинтересовал, так что ему придется ответить на пару-тройку моих вопросов. И свидетелей этого разговора не должно быть, а значит, попасть в деревню надо ночью. В путь…

Еще одна ночевка в лесу, и я буду на месте.

За пару часов до рассвета выхожу к деревне. Волчий час. Хм, с одной стороны, хорошо, а с другой – не очень. Скоро все начнут просыпаться, а я даже не знаю, где этот Гнил живет. А если… Рискованно, но может получиться.

«Мерцание» – и я балансирую на ограде, еще одно – и стою возле нее, но уже с внутренней стороны. А теперь в таверну. Плечом надавливаю на дверь, постепенно усиливаю нажим – и вуаля, с тихим скрипом она открывается. Так, на втором этаже комнаты для приезжих, значит, скорее всего, трактирщик обитает где-то на первом. Пара минут поисков – и комната найдена. Вся «роскошь» небольшой комнатушки освещается одной свечой, стоящей на столе. Спит боров. Ну ничего, после моего визита спокойно спать он не сможет – кошмары мучить будут долго. Зажимаю ему рот рукой, и это недоразумение просыпается.

– Мм…

Действительно, с зажатым ртом особо не поговоришь, для страховки прижимаю кинжал к горлу.

– Не шумишь и отвечаешь на мои вопросы, честно отвечаешь, и с тобой ничего не случится, – отрывисто говорю ему, – а иначе… Моргни, если понял меня.

Моргает, какой понятливый. А зрачки-то расширены, боится.

– Пом…

Крикнуть он не успевает, удар под дых утяжеленной перчаткой – весьма достойный аргумент.

– Без шуток, – слегка надавливаю кинжалом ему на горло, – еще одна такая попытка, и ты труп.

Судя по внешнему виду, он все понял правильно.

– Первый вопрос: где живет староста? – приблизив свое лицо к его, негромко говорю я. – И второй: ты знал, зачем меня отправили к старой башне?

– Через два дома от моего трактира, а в башню… – Хм, а глазки-то забегали.

– Правду, быстро. – И плотоядно улыбаюсь ему.

– Мы с Гнилом договорились с тем магом из башни, – дрожащим голосом отвечает трактирщик, – мы ему людей, а он нам золото.

Ха, подействовало. Может, почаще улыбаться? Все ясно, фактически работорговля.

– Где это золото? – резко говорю я. – Говори!

– Под той половицей. – И глазами косит в сторону стены.

– Что это за государство?

– Вольное баронство Олмер.

Забавно, есть у них еще город, названный в честь баронства, или наоборот?

– Конкретней говори, – продолжаю допрашивать трактирщика, – я сам издалека, так что ничего о нем не знаю.

– Входит в союз вольных баронств, основная прибыль идет с торговли, – начинает рассказывать трактирщик. – Часто происходят пограничные стычки баронов, на дорогах хватает бандитов, стража не справляется или просто не желает.

М-да, еще и локальные конфликты. Повезло так повезло. Значит, скорее всего, никто с этими торговцами разбираться не будет, чувствую, бароны не лучше своих подданных.

– Интересно, а тебе мертвые, те, кого вы продали этому магу, не снятся?

Но короткий взмах кинжала, перерезавший глотку, не дает ему возможности ответить.

Как говорится: «С волками жить – по-волчьи выть!»

Теперь тайник. Негусто, примерно сотня золотых. Наверно, у него еще где-то есть заначка, а то и не одна, но искать некогда. В шкафу, кроме одежды, ничего нет.

Ладно, теперь к старосте.

У старосты все проходит по предыдущему сценарию, только обхожусь без задушевных разговоров. Странно, что ни в доме старосты, ни в трактире нет посторонних. Это просто мне повезло или…

Переношу тело старосты в трактир и поджигаю. Огонь скроет все.

Надеюсь, в трактире никого больше нет, а то очень не хочется обагрять руки кровью, не замешанных в этих делах.

Теперь прочь из этой гнилой деревеньки. Два «мерцания» – и я уже за оградой. Телепортируюсь еще несколько раз, чтобы собаки не смогли взять мой след, и перехожу на волчий шаг.

Рассвет настигает меня на значительном расстоянии от деревни. Вперед, в город…

Глава 3

Злополучная деревня осталась где-то позади. В районе полудня я уже был на тракте, ведущем в Олмер. Эх, дороги… Пыль да туман…

Неторопливо шагая, размышляю об утреннем «веселье». Обычно для меня такое поведение не характерно. Спишу на то, что моя личность претерпела значительные изменения. Я не перестал чувствовать себя прежним парнем по прозвищу Лис, но к моей личности добавились новые черты. Несколько другая оценка окружающей реальности, иной взгляд на людей, а точнее, разумных, присущий не молодому, а зрелому человеку с довольно богатым прошлым и циничным отношением к миру, да и чего скрывать – к себе тоже. Впрочем, и у меня прежнего было много общего с охотником, просто теперь эмоциональности, как в оценках, так и в поведении, стало гораздо меньше.

Мерный перестук копыт и скрип повозки расслышал еще до того, как ее стало видно. Решив не пугать крестьянина, надвигаю на лицо капюшон. Постепенно источник звука приближается, пока не равняется со мной. Темно-пегая кляча, телега с сеном и мужчина средних лет на облучке.

– Куда путь держишь, странник? – окликает он меня.

– Куда дорога – туда и я.

– И куда же ведет твоя дорога?

– Скорее всего, в ближайший город, – думаю, что от меня не убудет, и решаю удовлетворить его любопытство.

– Мне туда же, давай подвезу.

– Сколько возьмешь? – Вопрос важный, насколько я понял, бесплатно тут и собаки не лают.

– Ни одного медяка не возьму, – отнекивается крестьянин, – простого спасибо хватит.

– Не хочу обидеть, но с чего такая доброта?

– Самому ездить по дорогам сейчас неспокойно, а ты человек боевой – вон меч на поясе висит. Если что, защитишь.

– А что ж тогда один поехал? – с подозрением в голосе осведомляюсь я.

– Да племяш, будь он неладен, перебрал, – возмущенно произносит крестьянин, – теперь, видите ли, ему плохо. Тьфу на таких помощничков!

– А не боишься подвозить человека, скрывающего свое лицо днем? А вдруг я душегуб?

– А чего вас бояться, господин темный охотник? – отвечает он вопросом на вопрос.

– Как ты догадался?

– Только вы носите такие балахоны, а у магов они до земли достают.

И как я сам не догадался?

– Понятно. Тогда поехали.

Странный крестьянин, но по виду не лжет. Хотя ради того, чтобы не топать до города на своих двоих, можно и потерпеть. Располагаю свои бренные кости на сене и принимаюсь «вспоминать» местные реалии, заодно слушая вполуха размышления труженика нивы о видах и ценах на урожай, крохоборе бароне, пьянствующем целителе, которого давно пора выгнать и запросить другого. Монолог все продолжается и продолжается…

Пьянствующий целитель, которого можно выгнать и запросить другого? А где именно запросить? Хм, значит, магов здесь предостаточно. А что я, собственно, теперь знаю о магии этого мира?

В ответ на эту мою мысль в голове всплывают чужие воспоминания. Большая часть знаний о магии была утеряна после Войны Стихий и последовавшей за ней смутой. Нынешняя магия всего лишь осколки былого величия этого искусства. Сейчас немногие практикуют его. Неудивительно – кому захочется провести два года в каждодневных медитациях и тренировках? Магии можно обучиться, только есть несколько «но»: первое – школы, где получают базовые знания, платные, хочешь большего – подписывай контракт и работай на благо родного образовательного заведения лет десять-пятнадцать там, куда пошлют, а второе – боевые маги приносят клятву верности и сидят на коротком поводке. Они ни в чем не нуждаются, но свободы у них нет. В принципе это и правильно, нельзя же оставлять без присмотра человека, который в одиночку может разрушить небольшой город? Еще можно пойти в ученики к какому-нибудь магу.

Значит, не судьба мне попасть в школу и стать крутым Гарри Поттером. В ученики тоже не вариант – быть мальчиком на побегушках. Нет уж. Прошлому охотнику хватало заклинаний. Но как-никак у него за плечами опыт нескольких десятков лет в уничтожении нежити. Хотя паре-тройке простых заклинаний, думаю, смогу обучиться у состоявшихся магов – за золото или расплачусь услугами по профилю. А вот дальше… Ладно, по ходу дела разберусь!

Телега подскакивает, налетев на камень. Бьюсь головой, так можно и последние мозги потерять. Сворачиваю плащ и кладу его под голову.

Так-с, а что за война здесь была такая? Аналог нашей Великой Отечественной?

Война Стихий, начавшаяся из-за какого-то божественного артефакта, направлена была на тотальное уничтожение – в ход шли все средства, от мечей и стихийной магии до призывов демонов. Но страшно то, что взбунтовалась сама природа. Новые болезни косили всех без разбору. Огненные дожди, землетрясения и другие проявления ярости стихий были обыденным явлением. Но даже это не положило конец войне, разумные все так же продолжали уничтожать друг друга. А потом началось самое ужасное – в борьбу вступили боги. Так как они сами не могли спуститься в мир, их аватары или эмблемы опустошали земли сильнее, чем вся магия разумных. Хотя война и завершилась почти триста лет назад, но последствия аукаются до сих пор – большое количество нежити и нечисти, грязный магический фон, уменьшившийся срок жизни.

Война всех против всех, бойня, в которой не было победителей. Она основательно перекроила обитаемый мир. Большая часть суши была уничтожена, теперь на карте можно увидеть лишь пару цепей мелких островов, два архипелага и три материка – два из них полярные. От когда-то многочисленных народов, населявших планету, остались жалкие горстки. Тогда и была поделена суша. На материке разместились государства людей и орков, в горах – гномов и гоблинов. Эльфы занимают архипелаги, на островах обитают малочисленные расы. Из государств людей самая могущественная Империя Теней, управляемая Князем, по слухам, он участвовал в той войне.

Вот и стало понятно, что за Князь. Интересно, как он смог столько прожить? Учитывая, что даже эльфы теперь не живут больше пяти веков. И почему империей правит Князь?

Но поток чужих знаний не прекращается.

О былом величии многих рас остались лишь воспоминания. Артефакт был утерян. Через столетие войну развязали светлые эльфы, обвинив всех в том, что они начали Войну Стихий. Эльфов поддержали гномы. Основным противником завоевателей стала молодая, быстро набирающая силы Империя Теней и степные волки – орки. Эта война продолжается и по сей день, но уже не в открытую. Честную сталь заменили удары исподтишка и закулисные интриги.

Крестьянин кнутом подгоняет кобылу – видно, хочет побыстрее достичь города.

Ешкин кот, здесь есть еще и боги, которые активно вмешиваются в жизнь смертных. Чем дальше, тем веселей.

У орков и гоблинов это духи предков, насколько они могущественны – никто судить не берется, но своим потомкам помогают они существенно. Что поделать, шаманизм – краеугольный камень культуры этих рас. У других существует единый пантеон, очень напоминающий славянский. И как у славян, здесь почитают всех богов, просто некоторые народы одному богу отдают большее предпочтение, чем другим. Тот, кто ищет покровительства Орва – бога воинов и дружинников, зациклен на идее противоборства, у него сознание борца, воина, готового ответить ударом на удар, силой на силу. Большую часть верующих в него составляют люди. Хотя это и неудивительно – они постоянно воюют, тут стоит вопрос выживания расы. Богом плодородия, связанным с нижним миром, является Верен. Нисхождение его в мир приносит всеведение, особую мудрость, нередко связанную с поэтическими способностями, поэтому он – одновременно бог мудрости и поэзии. Это он благословляет путешественника и помогает ему в дороге. Именно Верен открывает тайны ремесел и медицины. Мудрость и волшебные искусства действительно всегда идут рука об руку. Он также покровительствует купцам, которые частенько скрепляют свои обязательства его именем. Повелительницу Ночи – могучую владычицу Лифу почитают все, кроме «светлых и справедливых» эльфов восточных островов. Они поклоняются Голару – богу солнечного света, тепла. Да, в каждом из нас есть Тьма, и если кто-либо хочет избавиться от нее в себе, это его право. Но большинство этого делать не собираются, потому что Тьма – это не вредоносная сила, она опасна лишь в речах и делах несведущих людей. Перед Альтой – богиней плодородия, размножения и физической любви преклоняются все, странно, если бы было как-то иначе. Ортала – богиня зимы и мира мертвых. Неудивительно, что основную часть ее паствы составляют некроманты. Крестьяне и женщины возносят молитвы и приносят дары Ларане – богине земли, урожая, женской судьбы, брака, великой матери всего живого. У гномов в почете Таганрод, бог кузнечного ремесла и горного дела.

А кому тогда поклоняются охотники? Судя по всему, божественное покровительство сильно облегчает жизнь.

Знание пришло, но какое-то скомканное. И, как оказалось, охотники не признают покровительства ни одного из этих богов. И боги это терпят. Проклятые поклоняются Предвечной Тьме, а не какой-либо ее персонификации.

Над телегой кружит какая-то птица. Судя по клекоту, хищная, но я не уверен. Никогда не был силен в орнитологии.

И после случившегося все еще поклоняются богам? Хотя если учесть то, что за полтора столетия войны погибли практически все могущественные маги и было утеряно немало знаний, ради выживания и с демонами побратаешься.

– Господин охотник, – крестьянин аккуратно трясет меня за плечо, – проснитесь.

Юморист, тут уснешь, когда понимаешь, в каком веселом мире оказался!

– Что-то случилось? – открываю глаза и пристально смотрю на него.

– Нет, – крестьянин смущается, – просто я останавливаюсь на ночлег…

– И?

– Не могли бы вы осмотреть место стоянки? А то лошадь ни в какую не хочет туда идти.

– Хорошо, – отвечаю и спрыгиваю с телеги, – посмотрю.

Ничего странного не вижу, поляна как поляна, хотя… Да, точно. Легкий запах крови, а вон из того дерева, похоже, выковыривали стрелы. Значит, разбойники, никогда не слышал, чтобы нежить использовала луки.

– Уважаемый, – не оборачиваясь, спрашиваю его, – а далеко ли до города?

– Нет. Завтра после обеда будем у ворот.

Город достаточно близко, какие-то странные разбойники.

– Дальше еще есть стоянки?

– В часе пути от города, – с беспокойством в голосе отвечает крестьянин. – Почему лошадка шарахается в сторону?

Ехать ночью то еще удовольствие, значит, придется останавливаться здесь. И не спать всю ночь.

– Кровью пахнет, – объясняю я, – вот она и не хочет идти.

– А что же делать?

– Привяжи лошадь рядом, а я посторожу.

– Ох, спасибо, господин охотник.

– Благодарить будешь, как до города доберемся, – перебиваю его, – а пока давай устраиваться на ночлег.

Быстро разжигаем костер и ужинаем припасами крестьянина.

Отправив его спать, ставлю магического стража с максимальным радиусом. Сажусь спиной к костру и мучительно жду рассвета.

Они пришли за час до восхода. Хорошая идея, даже самые опытные часовые в это время невнимательны. Их план мог бы осуществиться, если бы не магический страж. От того, что он сработал, по телу пробежала крупная дрожь. Я успеваю вскочить на ноги и вытащить меч. Активирую наруч, и появляется щит. М-да, оригинально. Я думал, что щит будет полностью закрывать тело, ан нет. По размеру и форме он полностью соответствует обычному круглому щиту, только полупрозрачный.

А вот и стрелы. Щит на правой, меч – в левой. Хочу третью руку! Заклинания же не могу творить! Еще несколько стрел, и разбойники, побросав луки, выскакивают из-за деревьев. Бегу им навстречу, подныриваю под дубинку первого и режу мечом по сухожилиям. Язык готов. Принимаю удар топора на щит и колю второго в живот. Третьего разбойника ловлю на замахе и бью кромкой щита в горло. Хорошая магия, горло рассекло до позвоночника. Четвертый пытается бежать, но тридцать сантиметров стали под левую лопатку быстро его останавливают. Остались затаившиеся лучники.

Докаркался, ловлю левым плечом стрелу. Меч выскальзывает из разжавшихся пальцев. Больно, но расслабляться нельзя. Срываюсь к деревьям.

Вот и первый лучник. Уже натянул тетиву, подставляю щит. И быстро сокращаю дистанцию. Бью ногой в живот и добиваю ребром щита. Чувствую опасность, резко разворачиваюсь, и в щит попадает две стрелы, одна за другой. Где этот Леголас недоделанный? Не вижу. А нет, вижу. Опять бегу. Молодец, отбросил лук и взял в руки топор. А вот так сильно размахиваться не надо. Как говорил герой одного мультфильма: «Я бы успел убить оленя, пока ты замахивался!» – что я и проделываю.

Пять трупов и один полутруп. За вычетом стрелы в моем плече, почти чистая победа.

Надо вернуться на поляну, допросить подранка и узнать, жив ли крестьянин.

– Эй, уважаемый, – окликаю я, возвращаясь на поляну, – вы там живой?

– Милостью богов со мной все хорошо.

Милостью богов… Ну-ну, и где была бы эта милость, если бы не я?

С рыком выдергиваю стрелу. Хорошо, что насквозь прошла, а не в кость воткнулась. Засыпаю рану порошком кровавика и прижимаю чистой тряпицей из сумки. Теперь недобитый.

– Как тебя зовут? – спрашиваю подранка. – Ты разбойник?

– Я ничего тебе не скажу, – сквозь зубы шипит он.

О, герой, уважаю таких.

– У тебя два варианта, – объясняю ему, – первый – ты добровольно и честно отвечаешь, а второй… Второй тебе точно не понравится. Что ты выбираешь?

Молчит, ну что ж, значит, по-плохому. Пытки мне претят, но другого способа его разговорить я не вижу.

Хорошо, что он так быстро раскололся. Поиграть в героев все могут, а стоит пустить им кровь… А крестьянин слабонервный, вон под кустом расстается со своим ужином.

– Уважаемый, не знаю, как там тебя по имени, – окликаю крестьянина, – помоги рану забинтовать!

– Дауст, господин охотник.

– Что ты везешь? – спрашиваю я, пока он помогает закрепить повязку.

– Обычные травы…

– А может, драконий корень и другие ценные растения? – перебиваю его. – Эти душегубы тебя поджидали.

Драконий корень в сыром виде является сильным наркотиком. Но если его правильно обработать, он позволяет телу мага производить больше энергии. Вот поэтому он так и ценится. Правда, частое употребление может и лишить мага его способностей. Пристально смотрю на крестьянина: побледнел еще больше и старается не встречаться со мной взглядом. Значит, разбойник не соврал. Но интересно, кто мог знать, что этот травник сегодня будет здесь?

– Врать нехорошо, Дауст, – решительно говорю ему, – ты мой должник.

Он на это только кивает.

– Кстати, у тебя еще осталось поесть? – спрашиваю его, после того как обшарил трупы.

Нищие какие-то разбойники – две серебрушки на всех. Еще за оружие можно будет парочку выручить. Негусто.

Дауст, покопавшись в своем мешке, достает ломоть хлеба и небольшой кусок мяса и протягивает все это мне.

Нужно как можно быстрее восстановиться, а еда ускорит регенерацию. Этот мир не курорт, и отдохнуть, судя по всему, мне не дадут.

Пока я ем, крестьянин запрягает телегу. Затем оттаскиваем трупы от места стоянки.

Закончив сей скорбный труд, мы отправляемся в путь.

– Господин охотник, проснитесь…

Дежавю. Именно эта фраза ознаменовала ночные приключения.

– Что случилось, Дауст? – машинально прикрываюсь щитом и начинаю вытаскивать меч.

– Мы к городу подъезжаем, – быстро произносит он, – решил отдать вам долг.

А я становлюсь параноиком. Да и последняя его фраза как-то двусмысленно звучит.

– Вот, господин, – протягивает он мешочек, – здесь травы и один драконий корень.

Сейчас посмотрю, но если он не врет, то я разбогател где-то на полсотни золотых.

Развязываю мешочек, действительно драконий корень и несколько аккуратных берестяных сверточков.

– А что в них? – осведомляюсь я.

– Пыльца волчанки, белый мох и лепестки черной орхидеи, – перечисляет он.

Вот это да! И где он все это насобирал? Это весьма дорогие ингредиенты. Как он высоко ценит свою жизнь!

– Благодарю, Дауст.

– Не за что, уважаемый охотник, – отмахивается он, – вы мне жизнь спасли. Да и травы тоже.

– Если не секрет, где ты их взял и кому везешь?

– Деревней насобирали, – спокойно отвечает крестьянин, – какие уж тут секреты? Школе магической везу, за то, что прислали этого охламона-целителя!

– А если он охламон, – удивленно спрашиваю его, – зачем тогда платите?

– Не заплатишь – отзовут его, и все, – вздыхает он, – кто тогда людей и скотину лечить будет?

– Понятно. А маги не обидятся на то, что ты трав меньше привезешь?

– Нет, – качает крестьянин головой, – мы насобирали еще специально на продажу.

– Я не могу их взять, – тяжко вздохнув, говорю ему, – вы же работали всей деревней.

Взыграло благородство. Возвращать примерно сотню золотых – все-таки я идиот. Но это моя жизнь и мои принципы! А кому они не нравятся – могут идти суккубу под хвост!

– Нет, – возмущенно отвечает крестьянин, – я не возьму их обратно, вы ведь спасли меня.

Фух, моя жаба успокоилась, услышав его слова. Конечно, деньги – это не цель, а средство, но, думаю, лишними они для меня не будут.

– Не могу я просто так их взять. Давай так: ты забираешь себе оружие разбойников и сверху еще тебе пяток золотых.

Он радостно улыбается в ответ на мое предложение, значит, в деревне с него все-таки спросят. А так что-нибудь придумает и отбрешется.

М-да, и все же не настолько я благороден, ну я и не стремлюсь быть рыцарем без страха и упрека. Долго они не живут – то яд в вине, то кинжал под лопатку. Что-то не прельщает меня такая участь. А живу я по своему кодексу чести, и если он кому-то кажется неправильным, то, как я уже говорил, пусть идет суккубу под хвост!

Решив этот вопрос, мы направляемся к воротам города.

Неплохая стража – четыре человека с алебардами, хорошее снаряжение: кольчуги, круглые шлемы с наносниками. Крепостная стена тоже внушает доверие – метров пятнадцать высотой и два-три толщиной. Правда, кладка какая-то неравномерная – некоторые участки стены выглядят старше, чем другие. Сразу видно, работали разные мастера.

– Город построен на развалинах более старого, – увидев, куда направлен мой взгляд, тихо произносит Дауст.

– За вход в город надо заплатить, – говорит один из стражников, – за вас обоих и телегу – две серебряные монеты.

– Дауст, – негромко обращаюсь к нему, – я заплачу.

Он промолчал. Вот и монеты разбойников пригодились.

Заплатив страже и проехав подъемный мост с воротами, двигаемся по вымощенной булыжником дороге. Город как город, похож на средневековый. Узкие улочки, двухэтажные дома, сточные канавы, от которых распространяется запах нечистот. Значит, канализации здесь нет – грустно.

– Господин охотник, мне сейчас направо, в школу, – говорит крестьянин, после того как мы выехали на небольшую площадь. – А вам куда?

– Еще не знаю. Не подскажешь нормальный постоялый двор?

– Постоялый двор? – переспрашивает он. – Недалеко от ворот есть такой, кормят хорошо, да и цены приемлемые. Называется «Приют путника».

– Ясно, благодарю, – спрыгиваю с телеги, – и удачи тебе, Дауст.

– До свидания, господин охотник. Пусть боги не оставят вас.

Внешне постоялый двор мне понравился – двухэтажное каменное здание, крыша из красной черепицы, вывеска с грубо нарисованным посохом и парой сапог. Захожу и занимаю столик у стены. Капюшон не снимаю – зачем народ пугать?

Дожидаясь разносчицу, продолжаю осматривать помещение. Сам зал небольшой, со стенами, сложенными из крупного камня. Практически всю стену напротив входа занимает камин, где на вертеле прожаривается какая-то туша. В самом зале всего шесть столиков на четверых. Окна маленькие, забранные слюдой, освещается все это люстрой со свечами и отблесками пламени камина. Хозяин постоянно перемещается от винного буфета и стойки к камину и обратно – поворачивает тушу на вертеле. Чистый пол и служанки в аккуратных платьях. В зале пахнет жареным мясом и пивом. Что ж, этот постоялый двор гораздо лучше, чем в Малых Гнилушках.

– Что будете заказывать? – спрашивает подошедшая миловидная разносчица.

– Мяса с кровью и бутылку хорошего вина, – отвечаю я.

После моего заказа ее как ветром сдуло. Хм, и что я такого сказал, что она так быстро ретировалась? Девушка подбегает к хозяину и начинает ему что-то шептать на ухо. Выслушав, хозяин направляется к моему столику. Интересно, и чего он хочет?

– Уважаемый, – грубо начинает он, – мы не обслуживаем нелюдей.

– Не думал, – не обращаясь ни к кому конкретному, произношу я, – что темных охотников так быстро забудут. Коротка человеческая память.

– Охотников не осталось! – кричит трактирщик. – Все они погибли вместе со своей Цитаделью! А ты нашел где-то балахон и выдаешь себя за одного из них!

Все же странно, почему охотников давно никто не видел. Сомневаюсь, что во время уничтожения Цитадели все охотники были там. Кто-то не успел, кто-то залечивал раны или был в бою. Так куда же они делись?

И тут до меня доходит смысл последней фразы трактирщика.

Не понял, тут появились самозванцы? Не думал, что кто-то захочет такой жизни. Странно, очень странно…

Чтобы прекратить этот бессмысленный разговор, стягиваю перчатку с правой руки и направляю энергию в перстень. Он вспыхивает красноватым светом, и над ним появляется стилизованная голова лиса.

– Убедился? – коротко спрашиваю у него.

– Да, – зрачки трактирщика расширились, – господин охотник.

Странно, и чего он так испугался, или это от удивления?

– Раз убедился, то мой заказ скоро принесут? И вы сдаете комнаты?

– Сейчас все будет. – Владелец заведения начинает успокаиваться, это хорошо. – Сдаем – серебрушка в день, вместе с обедом.

– Хорошо. Держи золотой – остановлюсь у тебя где-то на декаду.

– Ясно, господин охотник.

После этого он отходит от меня, надеюсь, за моим заказом.

Действительно, не прошло и пары минут, как я получил обед, причем принес его сам хозяин.

– Присаживайтесь, уважаемый…

– Висдор, господин охотник.

– Приятно познакомиться. Расскажи, что нового в городе, да и в мире, если знаешь.

– В городе ничего интересного, но ходят слухи, что у гильдии какие-то проблемы с нежитью, – начинает рассказывать трактирщик, – а в мире – вроде бы орки затеяли войну с гномами, из-за чего, не знаю.

– Гильдия? Какая именно?

– Воров, будь они неладны. Предлагают хорошие деньги за помощь, – наклонившись ко мне, шепчет он.

– И что за нежить?

– Вот этого не знаю.

– Не подумал бы, что ты с ними работаешь.

– А что поделать? – отвечает трактирщик вопросом на вопрос. – Или постоянно опасаться, что тебя или постояльцев обворуют, или…

– Ясно, я подумаю. И если что, то сообщу тебе.

Висдор понимает, что разговор окончен, и уходит. Я же приступаю к остывшему мясу. Неплохо, с кровью и специй хватает. Вино тоже ничего, могло быть и хуже.

Доев, подхожу к трактирщику и забираю ключ от своего номера.

Комната небольшая, но чистая. Окно без стекол, закрывается ставнями. Мебели немного: кровать с постельными принадлежностями да сундук. Освещается комнатушка одинокой свечой. Только успеваю осмотреться, как за спиной раздается женский голос.

– Господину еще что-нибудь нужно? – Говорившей оказывается симпатичная девушка.

– Таз с горячей водой и мыло.

– Сейчас все будет. – Она приседает в легком реверансе и уходит.

Через пять минут все готово. Наконец-то помоюсь.

И одежду постирать не помешало бы. Интересно, как охотники в походах ее стирали?

В голове в очередной раз всплывает подсказка-воспоминание: одежда специальным образом зачарована – стоит лишь направить на нее энергию, как она очистится и восстановится. К сожалению, на такую одежду нельзя наложить другие заклинания.

Хм, весьма удобно. Надеюсь, в бою воспоминания меня не настигнут, иначе…

Очистив одежду и дождавшись, пока уберут таз, решаю заняться трофеями. С травами все ясно, а вот со шкатулкой Дракуленка – нет. От нее исходит какая-то магия. Открывать пока не буду. Надо найти мага, чтобы с этим разобрался. В школу идти не хочу – возникнут лишние вопросы. Может, согласиться помочь гильдии, скорее всего, там есть свои маги, и лишних вопросов задавать они не станут.

Все, решено, вечером поговорю с Висдором, а пока спать.

Просыпаюсь на закате под аккомпанемент голодного желудка.

Спускаюсь в общий зал. Людей мало – свободных столиков хватает. Только присаживаюсь, как подходит трактирщик.

– Висдор, – негромко произношу я, – передай гильдии, что я согласен обсудить условия найма. И принеси чего-нибудь поесть.

– Я передам, – обещает он. – Что будете есть? Есть печеная утка, жареный кабанчик, на гарнир – каша, грибы.

– Тогда принеси кашу и кусок кабанчика. – И, секунду подумав, добавляю: – И кувшин кваса.

– Сейчас все будет, – отвечает он и уходит от моего столика.

Через пару минут разносчица приносит заказ.

Эх, поесть хорошо, а хорошо поесть – еще лучше. Закончив обед, отправляюсь в свою комнату. Делать нечего, гильдия пока молчит.

Задремал, и только начинает мне сниться мой дом, семья, девушка, идиоты-новички с тренировок, как все это прерывает настойчивый стук в дверь. Вскакиваю с кровати и, достав меч, подхожу к двери.

– Кто? – холодно спрашиваю я.

– Трактирщик сказал, – снаружи раздается мужской голос, – тебе нужна работа.

Открываю дверь, на пороге стоит молодой парень. Какой-то невзрачный – черты лица незапоминающиеся, наряд тоже вполне заурядный, в общем, обычный вор-карманник.

– Заходи.

– Не могу, – он отрицательно машет головой, – мне приказали сразу привести вас к старшему.

Если допустить возможность, что от меня кто-то хочет избавиться, то этот «кто-то» слишком сложный план придумал. Проще яда в еду подмешать. Так что, пожалуй, схожу.

– Раз приказали, то пошли.

Двадцать минут блужданий по городу, и, к моему удивлению, провожатый выводит меня к симпатичному особнячку.

– Мы сюда шли? – с долей сомнения в голосе спрашиваю я.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю